Судьбы, сплетённые твоей кровью

«Кровь гуще воды

Но и то, и другое кажется одинаковым,

когда глаза закрыты»

***

      По сугробам пробираться было тяжело. Даже достаточно высокие сапоги, что Эшли нашла в шкафу, не спасали от мокрого липкого снега. Варежек девушка не обнаружила, а потому сильнее кутала ладони в накидке из меха песца. Мужчине же, который бодро шёл впереди, холод был ни по чём. Эшли вспомнила все легенды, что десятилетиями ходили об упыре, где он естественно был представлен властителем ночи, подлым искусителем и кровожадным убийцей. Насчет последнего девушка не решалась спорить, но вот остальное…       — Господин?       — Слушаю, дева.       — Люди про вас всякое говорят.       Он саркастически усмехнулся.       — Неужели?       — Вот, например вижу, что враньё, то, что вы солнца боитесь и свой замок никогда не покидаете.       Леон рассмеялся.       — Надо же, какая наблюдательность. Не знаю откуда смертные придумали боязнь солнечного света, но могу тебя заверить, это сказки.       Мужчина и девушка продолжали свой не очень-то лёгкий путь, огибая массивные ветви елей.       — А правда, что вы в зеркале не отражаетесь?       — Откуда же мне знать дева, у нас в замке зеркал нет.       Эшли почему-то улыбнулась, услышав «нас», но сразу же посерьёзнела, вспомнив неприятный осадок после вчерашнего разговора. Упырь помолчал немного и добавил:       — В воде, впрочем, отражаюсь.       — Господин, не могу не заметить, что вы сегодня разговорчивый.       Он усмехнулся, обнажив клыки.       — Я думал тебе нравится чесать языком, Избра-… Кхм.       Он осёкся. Эшли подняла на него удивленный взгляд.

«— Почему именно тебя избрали, а? Смертные решили таким способом меня в могилу свести? Умно, ничего не скажешь.

— Меня не избирали.

— Что?

— Избрали мою младшую сестру. Она себя убила, поэтому вместо неё приняли решения отправить меня.»

      «Неужели он?..»       Девушка мягко улыбнулась, склонив голову в бок.       — Вы помните.       — Не понимаю о чём ты говоришь, смертная. Идём скорее, не то упустим зверя.       Эшли тряхнула головой.       «Дурёха, не забывай, что он всё ещё враг! Любезничаешь с этим монстром, как дитя наивное…»       Несколько минут прошли в молчании.       — А вы пьёте кровь животных?       — Могу, но насыщения она не приносит. Также как и человеческая еда. Что-то ты много о моей природе спрашиваешь, думаешь, как убить меня?       Его тон не был серьёзным, что даже пугало в некоторой степени. Эшли пожала плечами.       — Просто интересуюсь, господин. Да и вы в хорошем настроении.       — Используешь возможность?       Девушка кивнула. Хотя мужчина и не мог заметить этого жеста, он будто бы почувствовал.       — Я уважаю тягу к знаниям, даже если они могут быть направлены против меня.       — Вы так уверены, что я не смогу причинить вам вреда?       — Ты ведь пыталась уже, как видишь, я всё ещё могу с тобой разговоры вести.       Вдруг ему в спину прилетел холодный ком снега. Леон в изумлении развернулся, пока Эшли уже готовила новый снаряд.       — Дева, ты что это делаешь?       — Проверяю вашу бдительность. Да и кто знает, господин, вас не берут ножи и солнце, вдруг снег — это ваша слабость?       Не дожидаясь ответа, девушка размахнулась и бросила шарик. Леон вытянул руку вперед, поймал его на лету и сжал бледные пальцы. Снежный комок рассыпался, попадая на его лицо и рубаху. Неожиданно для самого себя он не разозлился этой наглой выходке, напротив, — это его позабавило. Недолго думая, он сам слепил снаряд и бросил в Эшли. Она присела и удар пришёлся в ствол сосны позади неё.       — С меткостью у упырей не очень, как я погляжу!       — Ох, и нарываешься ты, дева!       Второй снежок прилетел точно в лицо Эшли. Она вскрикнула и повалилась в сугроб.       Леон искренне и заливисто рассмеялся.       — Всё-таки не судьба, тебе одолеть меня смертная.       Эшли отряхнула покрасневшие от холода руки и лицо.       — Это мы ещё посмотрим, господин!       Началась ожесточенная борьба представителей двух разных видов. Больше, конечно, она напоминала баловство деревенских детишек, но противники не сдавались. Снег был везде: и в сапогах, и за пазухой, и в рукавах. Битва закончилась, когда Эшли начала чихать.       — Стало быть ничья. Отличный удар. Для смертной разумеется.       Эшли протянула руку для рукопожатия, но Леон уже развернулся и снова двинулся вперёд. Девушка пожала плечами, мол, не хотите, как хотите, и пошла следом.       — Шумом мы всех зверей в округе распугали.       — Зато вы, господин, повеселились и больше не будете на меня ворчать.       — Говоришь совсем как, — его голос дрогнул и помрачнел, — совсем как…       — Господин? Вы…       Он перебил.       — Не будем больше терять времени. Идём, если не хочешь остаться без ужина.       Спустя ещё некоторое время они вышли к замёрзшему ручью. Леон приложил палец к губам и указал на ближайший валун. Он понизил голос до шёпота.       — Сиди тихо. Когда с твоей стороны покажется кабан, не шевелись. Как только он минует тебя и пойдёт к воде, сразу же громко закричи, поняла?       Эшли кивнула.       — Остальное я сделаю сам. Главное не бойся и не делай глупостей.       — Господин, почему вы уверены, что зверь будет с моей стороны?       — Я его чувствую.       Мгновение и упырь словно бы растворился. Эшли завертела головой в поисках. В её голове раздался голос:       «Сиди смирно, дева».       От неожиданности в пятках слегка кольнуло. Девушка послушно затаилась за валуном. Спустя долгие минуты ожидания, за которые девушка успела замёрзнуть, со стороны кустов послышалось шевеление. Грудную клетку сдавило страхом: она раньше никогда не была на охоте. Отец никогда их с сестрой не брал, считая это неженским занятием.       «Дева, я чувствую твой страх. Слышу, как колотится твоё сердце. Бояться тебе нечего».       Его бархатный голос успокаивал, накрывал, как пуховое одеяло. Поразительно, каким разным он может быть. Эшли сделала глубокий вдох. Как раз в этот момент из-за кустов вышел здоровенный кабан, который слегка настороженно шёл к ручью в поисках еды. На его боку можно было заметить кровоточащий след от зубов хищника.       «Бедняга, за тобой уже охотились сегодня…»       Девушка затаила дыхание. Она старалась не смотреть на зверя, проверяя его передвижение лишь боковым зрением. Кабан хрюкнул, остановился и повертел головой. Эшли прижалась к валуну сильнее. Не заметив резких движений, грозящих опасностью, животное двинулось дальше, огибая валун. Как только кабан скрылся из поля видимости, девушка сделала глубокий вздох и что есть мочи крикнула. Зверь подпрыгнул от неожиданности и, сам того не зная, понёсся прямо на свою погибель. Эшли решилась выйти из укрытия только тогда, когда услышала оглушительный поросячий визг. Она осторожно выглянула из-за валуна. Упырь стоял на коленях перед уже мертвым животным. Его рот, шея и рубаха были покрыты кровью. Он вытер ладони о свои штаны и поднялся.       — Молодец, дева. Справилась.       Эшли кивнула, с грустью осматривая несчастного кабана, но желудок предательски заурчал. Мужчина усмехнулся.       — Да ты хищница, как я погляжу.       — Вовсе нет…       — Ну, как пожелаешь. У меня для тебя будет ещё одно задание.       Девушка склонила голову в вопросе.       — Пройдись по округе собери хворост. Снег мокрый сегодня, почти все деревяшки будут сырыми, поэтому смотри внимательно. Чем больше соберешь, тем дольше в твоих покоях будет тепло.       — А если я-?       — Не сбежишь. Я тебя поймаю. Придется нести на своём горбу две тушки, но ничего, я справлюсь.       Эшли сглотнула ком в горле.       — Хорошо, господин. Я поняла.       Она подобрала подол платья и пошла в сторону откуда появился кабан. Ещё сидя за валуном, девушка заприметила небольшую кучку сухих на удивление веток. Замерзшие пальцы не очень-то слушались и деревяшки то и дело норовили выскользнуть, но в конце концов Эшли справилась. Чем дальше в лес — тем больше дров, а потому пленница пошла всё глубже в чащу, попутно набирая всё больше хвороста в свои нежные руки. Так как выдалось время побыть наедине, Эшли начала отвлекать себя раздумьями. Не сказать, что перемены в настроении упыря её не радовали, наоборот. Быть может, она и могла бы сейчас бежать, пока ноги могут, авось и встретила бы кого из людей. Но не хотелось предавать его доверие и подставлять добряков, что поставили бы свои жизни на кон, в попытках помочь. Девушка утешала себя мыслью, что ей удастся подружиться с чудищем. Вдруг она будет первая кто по окончанию года вернётся в родную деревню? А вместо неё отправят новую девушку? Или же вообще упырь решит отменить договор и просто по-доброму договориться с людьми о крови? О, эти наивные мечты… За этим всем Эшли не заметила, как оказалась на небольшой тропинке и как всё это время шла по кровавым следам.       «Должно быть это от той раны на боку кабана…»       Девушка насторожилась. Лес начал пугать гнетущей тишиной, за верхушками елей больше не было видно неба, а солнечный свет не мог пробиться через пушистые ветки. Кровавый след вёл всё глубже. Что-то подсказывало, что нужно развернуться и бежать, но Эшли как зачарованная пошла дальше. Впереди показалась поляна. Лужи крови залили её всю, а посередине лежало тело. Тело девушки.       — Боги…       Эшли бросила охапку хвороста и бросилась к несчастной. Длинные волосы скрывали её лицо, но её тело было распотрошено. Будто бы кто-то с удовольствием поедал её. От трупного запаха Эшли затошнило, она упала на колени. Вокруг мёртвой девушки были кровавые следы огромных лап.       «Нужно скорее убираться отсюда…»       На дрожащих ногах она поднялась и, позабыв про хворост, собиралась бежать, но услышала сдавленное рычание позади себя. Эшли медленно обернулась и чуть не упала обратно на землю. Кошмар, преследовавший её все эти дни ожил. Огромный зверь, больше волка в несколько раз, с дикими глазами, гигантской окровавленной пастью, медленно шагал к нарушительнице его покоя и безмятежного обеда. Чудовище, что как она думала, был лишь частью её воспаленного воображения, стало явью. Паника подкатила к голу, из глаз брызнули слезы отчаяния. Тело растерзанной жертвы всё больше напоминало тело родной сестры. А чудище довольно рычало, предвкушая свежую трапезу. Эшли сделала шаг назад, что дало сигнал зверю броситься в атаку. Девушка закричала, закрывая лицо рукой, в которую в ту же секунду впились острые зубы.       — Нет! Нет!       Дрожащими пальцами она рывком вытянула нож из рукава платья и всадила в шею монстра, на что тот лишь озлобленно замахнулся лапой. Ужасающая боль от когтей пронзила всё тело, Эшли едва не потеряла сознание. Как вдруг монстр заскулил и что-то отбросило его в сторону, однако он быстро поднялся на лапы, его шерсть встала дыбом, а пасть искривилась в жутком оскале.       Рядом с девушкой стоял Леон. Он тяжело дышал, готовый к новой атаке.       — Не смей трогать её, у тебя уже есть своя добыча.       Его голос звучал как утробное животное рычание. Его глаза горели синим огнём, он сам чем-то напоминал этого волка. Чудище было явно не согласно с таким раскладом, а потому налетело на упыря со всей своей звериной силой. Ни один из них не щадил другого, кровь летела в разные стороны. Эшли здоровой рукой цеплялась за землю, пытаясь отползти, но острые зубы впились в её щиколотку. Не было сил даже крикнуть, лишь сдавлено простонать. Леон бросился волку на шею и ударил кулаком по морде, заставляя разжать пасть. Пока зверь не успел опомниться, упырь начал с рыком скручивать его шею, параллельно клыками прокусывая кожу и высасывая кровь. Чудище брыкалось, скулило и вырывалось, но мужчина крепко держал его. Наконец прозвучал оглушительный хруст, и волк обмяк. Его тело повалилось на снег в лужу крови рядом с его жертвой. Леон упал на колени и закашлялся, выплевывая звериную кровь. Он держался за покалеченный бок.       — Дева, вставай.       Ответа не последовало. Леон обернулся и бросился к ней. Рука девушки была обкусана, рана без остановки кровоточила, а бледное лицо скорее напоминало труп. Мужчина принялся трясти её за плечи.       — Эшли! Эшли, открой глаза! Вот дьявол…       Леон прислонился к её грудной клетке. Чуткий слух уловил слабое сердцебиение. Он осторожно забросил её руки себе на плечи, подхватил под коленями и поднялся. Запах крови дурманил сознание, но Леону удавалось себя сдерживать благодаря тому, что вчера он уже кормился. Жажда была не настолько сильна, чтобы потерять контроль. Мужчина что есть мочи побежал через лес обратно к подножию горы, а затем и наверх к замку.

***

      Адалинда сидела в столовой и неспешно попивала лекарственный отвар, заботливо оставленный Леоном заранее. Её кудрявые седые волосы были собраны в низкий хвост. На коленях лежала раскрытая книга, которую пожилая женщина читала слегка скучающе. Она то и дело отводила взгляд к камину, погружаясь в свои мысли, но вдруг услышала тяжелые шаги за громоздкой дверью и улыбнулась, как только она с грохотом отворилась.       — Ох, мои дорогие уже вернулись с охоты, как ра-       — Эшли умирает!       Встревоженный голос Леона заставил женщину обернуться. Мужчина был с ног до головы в крови, а девчушка без каких-либо признаков жизни лежала у него на руках. Адалинда быстро встала со своего места, и книга упала с её колен. Её голос взволнованно задрожал.       — Леон, милый, ты в порядке?       Мужчина не ответил. Он положил Эшли на стол, ещё раз проверил сердцебиение. Он обернулся к Адалинде.       — Пожалуйста, промой ей раны! Я на кухню — приготовлю какой-нибудь отвар.       Он дернулся было к выходу, но женщина схватила его за запястье.       — Мне плевать на девчонку! Ответь или ты в порядке!       Мужчина порывисто прижал к себе Адалинду, погладил её волосы.       — Со мной всё нормально, я клянусь. Помоги ей.       С этими словами он выбежал за двери. Женщина тяжело дышала. Она медленно подошла к Эшли, положила ладонь на её щеку.       — Бедный, бедный зайчонок. Вся в ранах, а это прекрасное лицо осталось нетронутым.       Ногтем на провела по бледной коже и отдернула руку. Сжав зубы, она сходила за ведром воды и чистым лоскутом ткани, принялась промывать следы от огромных зубов и когтей.       Леон вернулся через некоторое время с кучей склянок в руках.       — Приподними её и открой ей рот.       Адалинда выполнила просьбу, и мужчина влил в рот девушки какую-то жидкость. Затем он взял другую баночку и осторожно начал наносить травяную мазь на поврежденные участки кожи. Когда все раны были обработаны, Леон и Адалинда с помощью чистых льняных бинтов принялись за перевязку.       — У неё останутся шрамы. Прости.       Женщина не ответила, лишь сильнее затянула ткань.       Когда со всем было покончено, Леон взял девушку на руки и унес в её покои. Там он разжег камин и посильнее укутал Эшли в шкуры. Девушка находилась в бреду и несвязно что-то бормотала. Мужчина сел на край кровати и прислонил обратную сторону ладони к её лбу. Эшли пылала от жара.       — Борись за свою жизнь, дева. Я сделаю ещё один отвар.       Не открывая глаз, девушка мямлила.       — Спас…меня…спас…       Леон тяжело вздохнул, устало запустил руки в свои волосы.       — Спас. На свою голову.       Мужчина взглянул на неё ещё раз, а после вышел из комнаты.       

      

***

      

      В сторожке лесника горела одинокая свеча. Немолодой мужчина сидел насупившись, нервно постукивая по поверхности стола.       — Говоришь, не нашёл ты её?       Второй мужчина стоял у окна скрестив руки на груди.       — Нет, Глава. Я каждый день прочесываю лес. У подножия горы была брошенная повозка, бескровный извозчик и кинжал. Если молодой госпоже и удалось сбежать, то она в любом случае осталась без какого-либо оружия.       Глава общины горестно хмыкнул.       — И ещё кое-что. Для начала хотел убедиться, у молодой госпожи короткие светлые волосы так?       Мужчина кивнул, настороженно поднялся с места.       — Ну!       — Раз так, то вам не о чем переживать. Сегодня днем я нашёл истерзанное тело длинноволосой девчонки. И рядом мёртвый зверь, которого я уже несколько месяцев пытался поймать. Всю мою скотину извёл, гад.       — К чему ты это рассказываешь?       — А к тому, Глава, что этого чудища убил кто-то намного его сильнее. Вокруг кровавого побоища были человеческие следы. И вот это.       Мужчина положил на стол нож для масла и лоскут оторванной ткани.       — Что это значит?       — На ноже фамильная гравировка, у нас в деревне никто таким не промышляет, значит это нож из замка. Ткань богатая, расшитая, белая. В такой упырю избранниц отправляют.       — Ты хочешь сказать, что зверя убили упырь и моя дочь? Ублюдок, ночью потащил мою девочку в пасть к чудовищу. Никак поиздеваться захотел, тварь.       Глава в сердцах ударил кулаком по столу.       — Утром. Труп зверя был совсем свежим.       — Но как? Неужели солнце ему не страшно?       — Не знаю, Глава, не знаю. Но там было много крови и засохшей, и совсем свежей. Я вспорол брюхо волка. Если бы он съел молодую госпожу, то останки ещё не успели бы перевариться. Есть надежда, что она жива и упырь увёл её обратно в замок.       Глава нервно ходил по сторожке из угла в угол.       — Да, была бы она мертва, так он бы уже новую девушку затребовал. Лишь бы только моя кровиночка продержалась до весны. Клянусь перед всеми Богами, что я своими руками выпотрошу упыря, чего бы мне это не стоило.