Харакири
4 августа 2023 г., 17:22
— Элис? — переспросил Штольман, раздраженно рассматривая лацкан пиджака. Поездка в магазин не прошла без потерь. На сером отвороте красовалось красное пятно неизвестного происхождения, что педантичного Якова выводило из себя. Если он ехал к черту на кулички в погоне за информацией, воскресные костюмы он не надевал, а хорошие вещи берег и ценил, поэтому сейчас внутреннее стремление к порядку не давало ему покоя. — Что делать Элис в Париже спустя столько лет? Ты точно уверена, что это была она?
— Думаю, да, — неуверенно проговорила Анна. — Правда, волосы у неё были светлые и черты лица потяжелее, чем я запомнила, но, когда она меня заметила, то страшно испугалась и поспешила из кафе сбежать.
Штольман поднял бровь. Ему совершенно не нравилось то, что он услышал. Появление Элис спустя столько лет в Париже выглядело весьма странно. Он поморщился. Тайны, шпионаж, сокровища и прочие сопутствующие радости он хотел оставить позади. Но знать, что Элис здесь, и не знать зачем! Нет, это сулило будущие проблемы, потому что он мало верил в то, что это не затронет его семью. Блеск в глазах у Ани был очень уж подозрительным.
— Интересно, — резюмировал Штольман и положил пиджак на спинку стула. Его нужно было отдать в чистку.
— Мы ничего не будем делать? — поинтересовалась Аня, подтверждая худшие опасения Якова.
— А что ты хочешь, чтобы мы сделали? — спросил Яков.
— Ну-у-у, — протянула Анна. — Мы могли бы найти её и, не знаю, спросить, что она делает в Париже и почему так испугалась при виде меня.
Бровь Штольмана взлетела еще выше.
— До тех пор, пока не произойдёт что-то криминальное, — назидательно пояснил он, — не дай Бог, конечно, мы не сможем выяснить, где её искать. И поверь мне, я очень, очень не хочу, чтобы мы получили какую-то точку отсчёта.
Аня внимательно посмотрела на мужа. Тема эта очевидно была ему неприятна, значит, даже по прошествии стольких лет прошлое отдавалось болью.
— Ну хорошо! — легко согласилась Анна и взяла пиджак с кресла, чтобы отдать его горничной.
— Ты так легко согласилась, — подозрительно спросил Штольман.
— Да, — пожала плечиком Аня. — В конце концов, если что-то случится, то мы об этом скорее всего узнаем, а от добра добра не ищут! Сами мы искать встречи не будем.
— Удивительно, — хмыкнул Яков. — Я бы мог на это купиться году этак в 1888, а сейчас, спустя столько лет — нет уж! Не будем искать встречи! Не верю!
— Ты все равно ничего не докажешь, — широко улыбнулась Анна, невинно глядя на мужа.
Штольман покачал головой, тоже улыбаясь против воли.
— Пойдём вниз, — потянула Анна Якова за руку. — Дядюшка отбывает на вокзал через два часа. Давай проведем это время вместе с ним.
Штольманы открыли дверь и замерли от удивления. Прямо перед ними, слегка качаясь и пыхтя от усердия, стояла Лидочка, держа в руках здоровенный японский кинжал в увитых золотым шнуром ножнах. Кинжал в руках не помещался, а потому часть его звонко бряцала по полу. За Лидочкой огромным золотисто-рыжим шаром следовала Маркиза, дочь Мистигриса с диким и непримиримым к любым ограничениям характером, которую очень интересовали концы золотой тесьмы.
— Харакири, — пояснила Лидочка, старательно выговаривая слоги, в ответ на вопросительные взгляды родителей. А потом добавила, махнув рукой, отчего она чуть не потеряла равновесие, в сторону комнаты Гастона: — Мальчики.
Высказав всё, что она сочла нужным, девочка двинулась дальше. Кошка последовала за ней.
— Харакири? — изумленно переспросил Штольман. — Что у них там творится?
Лидочка скрылась за дверью, а через секунду до Якова и Анны донесся шум девчачий визг, шум и звук падения. Штольманы переглянулись и поспешили к детям. Судя по всему, самурайский кодекс не прижился на европейской земле.
