Чайная церемония
23 августа 2023 г., 23:53
Дом встретил Анну и Якова веселым гомоном. Доставили купленные Петром Ивановичем кимоно, и в большой гостиной стихийно образовался филиал Японии в Париже.
— Добрейшего вечера, дорогие родители! — приветствовала Штольманов Соня. Она была одета в небесно-голубое кимоно и деревянные гета, которые еще летом Гастон и Алекс вырезали для всех членов семьи. В руках у девочки был красный веер с белым журавлем, а в волосах — ветка сакуры. — Или конбанва, если вы хотите, чтобы мы говорили на японском.
— Хотим, — неуверенно ответил Яков, рассматривая едва сдерживающих смех Гастона и Марту, которых веселило всеобщее перевоплощение, Алекса с тремя мечами за поясом, которые норовили упасть при каждом движении, и Лидочку, похожую на статуэтку гейши из чайной на Риволи вследствие набеленного до сияющей белизны лица.
— Йоокусо! — воскликнул Алекс и хотел уже поспешить навстречу родителям, но вспомнил про мечи и решил не рисковать понапрасну. — Это по-японски «приветствуем вас»! И обязательно интонацией вверх!
— Харакири! — сурово и неотвратимо произнесла Лидочка, которая из японского ничего больше не знала.
Гастон не смог сдержать смех. Лида укоризненно посмотрела на него и независимо поправила пояс. «Харакири» нравилось его гораздо больше, чем все то, что сказали её брат и сестра.
— У нас планировалась чайная церемония, — проговорила Марта. — Но с ней у нас не заладилось, поскольку выяснилось, что никто из нас терпеть не может зеленый чай, взбитый в пену. Поэтому можем вам предложить лишь классический черный в обычном заварнике.
— А давайте! — вдруг махнул рукой Штольман, который неожиданно проникся атмосферой вечера и решил, что их расследование может подождать часок, хотя дел еще предстояло много. Он не мог долго хандрить или погружаться в уныние, если рядом были его дети. Чайная церемония, надо же!
— А это что? — поразилась Аня, когда Сонечка подала ей чай в маленькой чашке без ручки размером хорошо если с наперсток.
— А это специальная посуда для церемонии! — пояснила Софья. — Раз уж сам чай нам не подошел, нужно же было как-то исправлять положение. А то это не церемония никакая, а обычный полдник.
— То есть у нас тут наш самовар, заварочный чайник с русской росписью, венчик для взбивания чая и японские пиалы? — хмыкнул Яков, рассматривая стол.
— Они называются хишаку, — пояснил Алекс.
— А еще вот, — Соня наклонилась и достала из-под скатерти большую плоскую тарелку с закругленными краями. — Это тяван. Когда чай заваривают в первый раз, все пьют из неё по кругу.
— Я не хочу пить чай из огромной тарелки! — возмутилась Аня, представив, как они всей семьей передают друг другу эту чашу.
— Вот и мы не хотим, — покивала Соня и спрятала тяван обратно.
— Это всё? — старался не слишком улыбаться Штольман. На душе у него было тепло, все заботы отступили на время. — Или еще что-нибудь припасено?
— Тесак! — воодушевилась Лидочка. — И бусы!
— Тесак и бусы? — изумился Штольман. Как, оказывается, мало он знал о чайной церемонии!
— Тясака и кобукуса, — укоризненно исправил Лидочку Алекс. — Плоская палочка из бамбука, которой рассыпают чай, и ткань, которой покрывают стол для церемонии.
— Ложка и скатерть, если проще? — покачал головой Штольман. — Никогда не понимал стремления всего усложнять. Давайте мы уже просто попьем чаю!
— Давайте! — воскликнули дети хором и расселись за столом.
— Вам принести ваши кимоно? — спросил Гастон с самым серьезным видом, когда пиалы были отставлены в сторону, а на скатерти появились нормального размера чашки.
— А что, — с ужасом спросил Яков, — Пётр Иванович и нам их купил?
— Конечно, — поднял бровь Гастон. — У нас в семье всё поровну.
— Боже мой, — только и смог выдавить из себя Штольман.
Этого равноправия он скорее желал избежать.
