Детективное агентство "Анна и её духи" - 2. История восьмая. Проклятье банши.

— Яша, — прошептала Аня над ухом Штольмана, и он немедленно открыл глаза. Нельзя сказать, чтобы два часа сна добавили ему бодрости, поэтому с подушки он поднялся, но проснуться окончательно не успел. Анна с жалостью погладила мужа по щеке, понимая, что после событий прошедших дня и ночи спал он безумно мало. — Да? — спросил Штольман, привычно прижимаясь к Аниной ладони, но всё ещё соображая не до конца хорошо. — К нам пришли люди из Сюрте, — пояснила Аня. — Они просят, чтобы мы поехали с ними. Элис отказывается разговаривать с кем-нибудь еще, кроме нас с тобой. Пришлось пойти на то, чтобы нас привлечь, потому что Сюрте очень стеснена во времени. Яша, ты меня слышишь? — Да, — четко сказал Яков, пялясь однако в одну точку, а потом за секунду проснулся и осмысленно посмотрел на жену. — Сюрте здесь? И хочет, чтобы мы ехали к Элис? Прекрасно! Немедленно к ней! Мне нужно одеться! — Я принесла тебе костюм, — улыбнулась Аня, глядя, как Штольман выпрыгивает из постели и направляется в ванную. — Спасибо! — проговорил Яков, широко улыбнувшись. — Поль уже встал? — Да, — ответила Аня. — И теперь развлекает беседой наших гостей, нисколько не выказывая злорадства. — Это он может, — ухмыльнулся Яков, выходя из ванной и вытирая лицо полотенцем. — Могу себе представить, как себя чувствуют господа из Сюрте. Им пришлось наступить себе на горло и получить серьезный нагоняй от начальства, чтобы прийти сюда и просить об одолжении, когда они сами два часа назад пытались указать нам на наше место. — Ты тоже будешь злорадствовать? — поинтересовалась Аня. — Нет, — покачал головой Штольман, застегивая запонки. — Во-первых, мне важнее поговорить с Элис, чем вступать в межслужебные дрязги. А во-вторых, ехидства Поля хватит на нас двоих. Всё же он представляет всю парижскую полицию целиком, а не частный сыскной сектор. Аня хихикнула, помогла мужу с булавкой для галстука, и они спустились в гостиную, где представители Сюрте пытались сохранить остатки терпения, общаясь с помощником префекта. Они с облегчением высказали свою просьбу Штольману, пояснив, что им необходимо получить необходимые сведения хоть от кого-то из Лоуренсов, потому что Леонард так и не перестал твердить о том, что у него в голове кто-то завывает, а потом впал в нервное забытье. Элис же сказала, что будет разговаривать только со Штольманами. Можно было бы пойти на крайние меры добычи информации, но было принято решение вновь обратиться к Анне и Якову, раз уж они были в курсе происходящего. Поля, тем не менее, с собой не пригласили, но он не слишком расстроился. — Я уже успел всё им высказать, — пояснил он Якову перед тем, как отправиться на доклад к префекту. — К тому же, ты и так мне всё расскажешь, поэтому я ничего не теряю. Пусть упиваются своим мнимым превосходством. Крайне довольный тем, что ему удалось утереть нос Сюрте, Поль Мартен уехал в управление, а Анна и Яков сели в экипаж и направились к Элис. — Нам необходимо узнать, где те бумаги, которые попали в руки к Леонарду Лоуренсу, — пояснил агент, который ранее был наречен носатым. — Мы точно уверены, что передача должна состояться завтра. Никто из тех связных, которых мы взяли на адресах, что вы нам дали, не привел нас хоть к чему-нибудь определенному. У нас нет сейчас другого выхода. Нужно действовать через Элис Лоуренс. Возможно она в курсе происходящего. От самого Леонарда сейчас мало толку. Наш врач говорит, что он не симулирует безумие. Он в самом деле психически нездоров. Доехав до неприметного серого здания на берегу Сены, Штольманы проследовали за агентами в камеру, в которой находилась Элис. Увидев Анну, женщина, искусавшая до крови все губы, бросилась ей навстречу и разрыдалась. — Спасибо! — говорила она, сжимая Анины ладони. — Спасибо! Вы не отдали ему тетрадь! Не отдали! Теперь все будут в безопасности! Теперь детям ничего не угрожает!