Покидая тьму

Прошла неделя с тех пор, как Драко прибыл в Хогвартс. За это время он уже успел более менее привыкнуть к новым соседям по комнате. Даже к Поттеру. Да и к тому же, гриффиндорец чаще всего приходил в спальню уже после того, как Малфой засыпал, а уходил из нее ранним утром. Ни Ричард, ни Эндрю толком не знали, чем он был так занят. Впрочем, слизеринец не особо то и интересовался похождениями Поттера. Ричард обычно пропускал занятия по Травологии, потому что читал книги по выращиванию…непонятно чего. Драко, честно говоря, был уверен, что тот просто наплел что-то мадам Стебель, а на самом деле даже не думал совершить прорыв в этой области. Говорить Бейли о своих домыслах он, конечно, не собирался. С ним у Драко за это короткое время сложились более менее нормальные отношения, поскольку когтевранец вообще не лез к нему с расспросами, а еще даже вызвался помогать ему с Астрономией. Для Ричарда это был отличный способ подтянуть свои знания, а для Драко — получить хорошую оценку. В итоге они оба были в плюсе. Нельсон… Этот пуффендуец по-прежнему оставался для Драко самой настоящей головной болью. Он рассказывал ему много ненужных вещей о себе, своем обучении и о своих знакомых. Малфой хоть и старался не вслушиваться в его гундеж, но при этом все равно запомнил, как именно звали собаку его двоюродной тети. А еще Нельсон все-таки вынудил Малфоя дать ему автограф. Драко чуть ли не скрипел зубами, когда выписывал свое имя на пергаменте. Зато Нельсон в это время сиял, как рождественская елка, и едва сдерживался, чтобы не подпрыгивать на месте. Малфой до этой поры и не думал, что поставленная им закорючка когда-либо так сильно воодушевит другого волшебника. Положительной чертой и Эндрю, и Ричарда было еще и то, что они ни разу не напоминали Драко о его ошибках прошлого. Парни относились к нему просто как к своему соседу по комнате. За отсутствие неприязни к нему Малфой был им даже благодарен. Ну так, совсем чуть-чуть.

***

Очередное утро в Хогвартсе Драко встретил один, потому что ему нужно было на занятие по Нумерологии, а оно начиналось позже, чем у всех остальных его соседей. Потянувшись, Малфой уселся на кровати и оглянулся вокруг. Впервые за долгое время здесь было так тихо. И пусто. Он заправил свою постель, перекинул зеленое махровое полотенце через плечо и решил принять душ. Проходя мимо незастеленной кровати Поттера, Драко заметил, что на ней валяется какая-то толстая книга. При виде нее в нем внезапно разгорелось любопытство. «Интересно, какое чтиво все же предпочитает Поттер?» Прежде чем рассмотреть книгу поближе, Малфой для чего-то еще раз оглянулся по сторонам, хотя знал, что в комнате никого не было. Наверное, он опасался того, что дверь сейчас с грохотом распахнется, и на пороге покажется сам владелец книги, а потом начнет вовсю над ним насмехаться. Убедившись, что за дверью не было слышно никаких шагов, Драко с интересом подошел ближе к кровати Поттера и аккуратно взял книгу в руки. «Пророчества. 1000 и 1 способ узнать будущее», — прочел он надпись на обложке. Малфой удивленно приподнял бровь. Неужели Поттера так сильно впечатлило зелье Мопуса, что он даже по этому поводу решил почитать специальную литературу? Бегло пробежавшись взглядом по тем страницам, которые недавно читал Поттер, Драко понял, что гриффиндорец искал способ подтвердить правдивость полученного пророчества. Однако в книге ничего дельного, по сути, написано не было. Много воды и ни о чем. Малфой фыркнул и положил книгу на кровать так, как она и лежала до этого. «Уж не знаю, что там Поттер такого страшного увидел, но хотя бы не Волан-де-Морта. Для меня это главное. А с остальным пусть сам разбирается», — подумал он в ванной, сбрасывая с себя пижаму. Приняв душ и надев чистые вещи, Драко решил прогуляться перед Нумерологией и подышать свежим воздухом. Все равно у него пока не было особого желания завтракать. Оказавшись на улице, Драко уже знал, куда именно пойдет. Он решил немного посидеть у озера и насладиться спокойствием, которое царило вокруг. Библиотека, конечно, тоже подходила для этой цели, однако сидеть в окружении книг ему сейчас не особо хотелось. Малфой знал небольшое безлюдное, но при этом довольно живописное местечко у озера. Он приметил его еще давно — на пятом или шестом курсе обучения. До него нужно было идти чуть дольше, поэтому ученики Хогвартса им пренебрегали и выбирали те места, что были поближе. Там они либо устраивали пикники, либо просто сидели и наслаждались осенним ветерком. Топографическая память у Драко была прекрасная, поэтому он без особых усилий добрался туда, куда ему было нужно. На пути к озеру ему встретилось несколько учеников Слизерина с младших курсов, которые хотели завести с ним разговор, но Драко с утра не особо горел желанием с кем-то беседовать. Перебросившись с ним парочкой фраз, ребята вскоре удалились, осознав что больше из Малфоя они ничего не вытянут. Оказавшись на нужном месте, Драко уселся на выступающий корень одного из деревьев и окинул взглядом озеро, которое простиралось на довольно большое расстояние. Оно по-прежнему было кристально чистым, несмотря на события, которые разворачивались здесь во время войны. Возле озера кружили какие-то насекомые. Наверняка это были стрекозы. Ранней осенью их все еще можно было здесь встретить. Драко любовался пейзажем, вслушиваясь в звуки природы и уперевшись локтями в колени. День сегодня на удивление был таким солнечным и теплым, что хотелось навсегда остаться запечатленным в этом мгновении. Малфой расслабился, сощурился, как кот, и даже не заметил, что к нему приближается большая сова с ярко-желтыми глазами. Она рассекала воздух, хлопая большими крыльями и вертя головой то вправо, то влево. Малфой обратил на нее внимание только тогда, когда сова ухнула чуть ли не у него под ухом. Он от неожиданности даже вздрогнул, выныривая из полусонного состояния. Повернув голову, Драко увидел, как большая сова сидит на земле с двумя письмами в клюве и с прищуром смотрит на него, будто бы укоряя за невнимательность. — Ох, Генрих, — вздохнул он, подзывая к себе птицу. — Ты меня напугал. Давай, иди сюда. Вот так… Эй! Генрих недовольно клюнул Малфоя за палец, когда тот вынимал у него из клюва письма. — Как был говнюком так и остался, — сказал Драко, отдергивая руку и обращаясь к нему. — Тебя даже возраст мудрее не сделал. Генрих наклонил голову и ухнул, будто бы сказав Малфою, что он думает про него то же самое. Парень нахмурился. Отлично! Осталось только поругаться с Генрихом, чтобы окончательно заработать статус сумасшедшего. — Лети в совятню. Когда я напишу ответ — я к тебе приду, — сказал сове Драко. Генрих согласно ухнул и быстро взмыл в воздух, направляясь к одной из башен замка. Малфой посмотрел на письма и почувствовал небольшое приятное волнение. Первое было от матери, а второе — от Пэнси. Он решил начать с новостей из дома, поэтому первым открыл конверт от Нарциссы, на котором гордо красовалась печать Малфоев.

«Дорогой сынок! Как твои дела? Хорошо ли тебя приняли в Хогвартсе? Напиши мне, пожалуйста, ответ как можно быстрее, чтобы я не волновалась.

В поместье все хорошо. Твой отец стал проводить меньше времени в библиотеке, чему я несказанно рада. Мы снова завтракаем, обедаем и ужинаем вместе, как и раньше. Может быть, он действительно занимался изучением каких-то особых заклинаний для укрепления Малфой мэнора и теперь нашел то, что искал?

Несмотря на свои домыслы, я все равно стараюсь за ним присматривать.

Если тебе что-то нужно прислать из дома — не стесняйся. Проси, что хочешь.

С любовью, мама»

Блондин улыбнулся. С тех пор, как их жизнь чуть не сломалась из-за служения Волан-де-Морту, Нарцисса стала гораздо чаще показывать свою любовь к собственному сыну. И это не могло не радовать Драко. Он всегда старался ответить ей тем же. Слизеринец почувствовал небольшую тоску по дому, но лежащий рядом конверт отвлек его от грустных мыслей. Теперь нужно было прочитать письмо от Пэнси. Наверняка у нее точно есть, что рассказать. Драко аккуратно вскрыл конверт, достал оттуда сложенную в несколько раз бумагу и принялся читать.

«Привет, Драко! Как твои дела? Нашел там уже себе кого-нибудь? Если да — могу дать парочку дельных любовных советов. Если нет, то ты — зануда.

Не хочешь сбежать назад в Малфой мэнор подальше от учебы? Ладно, шучу. Я знаю, что ты там со всем справляешься, и что тебя уже давно нельзя напугать самостоятельными по Истории магии.

Не удивляйся, что мое письмо принесла ваша сова. Я заскакивала к вам домой, чтобы проведать твоих родных, поэтому оставила его Нарциссе.

Мы с Тео недавно оставались в Париже на три дня. За это время я уже успела перепробовать все их знаменитые круассаны. Не поверишь — мне не понравилось. Зато кофе был просто отличным! Правда, Тео сказал, что мне не стоит так на него налегать. Особенно на крепкий, иначе будет болеть голова.

Купила себе парочку модных вещиц. Куда же без этого. Кое-что приобрела и для тебя, но лучше все-таки отдам эту вещь при встрече.

Мы ночевали в номере, который находился на самом высоком этаже здания. Ночной Париж был прекрасен. Я до сих пор в восторге.

В целом мне город понравился. Волшебники там какие-то воодушевленные, стильные, разговорчивые. Короче говоря — все, как я люблю.

Знаешь, я теперь даже подумываю сыграть свадьбу в Париже. Правда, Тео пока что об этом не знает. Хотя, наверное, он догадывается.

Я сейчас пока остановилась у родителей. По дому немного соскучилась. Не знаю, куда отправлюсь дальше. Надеюсь, что вскоре придумаю.

P.S. Тео умудрился посеять свои часы где-то посреди площади. Пришлось покупать ему новые!

Твоя Пэнси»

Малфой заметил, что к письму еще была приложена колдография Пэнси и Тео на фоне Эйфелевой башни. Девушка довольно обвивала шею Нотта, пока тот с присущей ему сдержанной улыбкой пытался удержать саму Паркинсон и ее многочисленные сумки одновременно. Драко усмехнулся. Как всегда Пэнси была в своем репертуаре. И это не могло его не радовать. Сложив все письма в сумку, он еще немного посидел в тишине, а после отправился назад в замок. Вскоре должно было начаться занятие по Нумерологии.

***

Драко уже и забыл каково это — работать с цифрами, но в процессе все же сумел быстро вспомнить. Нумерология, конечно, давалась ему намного легче Астрономии. Казалось бы — и там, и там были расчеты. А вот не совсем. Придирчивый мозг Драко успешно отвергал Астрономию с ее расположением звезд и прочей магической белибердой, которая следует за каждой планетой, а в Нумерологии его устраивали сухие факты. Он был удивлен, что никто из его соседей не выбрал этот предмет, как дополнительный. С Нельсоном и так все было понятно, но вот Бейли или Поттер… Они выглядели как волшебники, которых было сложно напугать точными науками. Но, по всей видимости, даже эти ребята не особо горели желанием на седьмом курсе работать с цифрами. После занятия Драко еще даже остался на какое-то время наедине с преподавателем и узнал, какие книги ему стоит прочесть, чтобы лучше разобраться в теме. Получив вполне себе длинный список, он удалился из помещения. Забежав в Большой зал и наконец-то перекусив, Малфой не стал там задерживаться. Впереди его ждала Трансфигурация. Драко одновременно любил и ненавидел этот предмет. Если у тебя получалось, то ты чувствовал себя потрясающим магом. Если нет — полным дном. И даже подбадривания МакГонагалл в этом случае не особо помогали. Драко считал, что каждый волшебник обязательно должен научиться Трансфигурации. Она не раз ему помогала и во время учебы, и во время того периода, когда они тесно соседствовали в Малфой мэноре с Пожирателями смерти. Например, ему удалось скрыть важные семейные реликвии от варваров, превратив их в безделушки. Блондин знал, что сильно рисковал, но он не мог больше видеть, как они разрушают дом и вовсю глумятся над коллекцией отца. Многим Пожирателям, конечно, не хотелось проверять истинную природу вещей, поэтому несчастные замаскированные реликвии так и оставались валяться посреди дома. После победы над Волан-де-Мортом его мать превратила все обратно. До этого она долго ругалась на Малфоя. Драко понимал ее чувства. Во-первых, сделал он это втайне от родителей. Во-вторых, стоило одному чересчур любопытному Пожирателю случайно обнаружить замаскированную реликвию, и его бы уже давным-давно заавадили. Ну или точно бы запытали до полусмерти. Однако он даже после выговора от матери все равно не пожалел о своем поступке. Так что Трансфигурация, по мнению Драко, была очень и очень важна. Войдя в кабинет, Малфой увидел, что слизеринцев в очередной раз посадили вместе с гриффиндорцами. Он вздохнул, поправив сползающую с плеча сумку. «Как же любит МакГонагалл со Слизнортом продвигать эту дурацкую дружбу факультетов», — раздраженно подумал Драко. — «Будто бы от этого тот, кто не хочет иметь ничего общего с гриффиндорцами, внезапно поймет свою ошибку и воспарит от счастья до небес». Он прошел в центр класса, ловя на себе внимательные взгляды слизеринцев. Что ж, к этому за неделю Малфой уже привык. Ребята с седьмого курса воспринимали его вполне себе нормально, но часто пытались выпытать у него подробности о войне. Младшие же Драко пока немного побаивались, особенно когда замечали на его груди сверкающий значок старосты. Последние места, к большому сожалению Малфоя, были заняты. Драко пришлось сесть за парту, находящуюся в середине ряда. Сидящие впереди два парня, имен которых он пока не знал, повернулись к нему. — Как надоели эти гриффиндорцы, да? — сказал один из них, даже не поприветствовав его. — Тебе, наверное, приходится труднее всех. Я слышал, что с одним из них ты даже соседствуешь. Соболезную. — Мне плевать, — сухо ответил Драко, выкладывая из сумки пергаменты и перья. — Факультеты перестали иметь для меня особое значение с тех пор, как Волан-де-Морта прикончил Поттер. Два парня недоуменно переглянулись между собой и пожали плечами, а потом и вовсе отвернулись. Драко чуть ли не с облегчением вздохнул. «Эти два имбицила до сих пор думают, что Слизерин как-то их возвысит. Меня вот он ничерта не возвысил, как бы мне не хотелось. Разве что ближе подтолкнул к безносому. К большому моему сожалению» Драко подавил в себе нарастающую злость и обернулся по сторонам. Он заметил, что Поттера до сих пор не было, хотя до начала занятия оставалось всего ничего — пара минут. Малфой ехидно подумал, что даже у лидера Золотого трио есть свои недостатки. В итоге Поттер ворвался в класс растрепанный и взлохмаченный. В одной руке он держал свою сумку, а в другой — кофту. На нем красовалась какая-то очередная нелепая футболка, но в этот раз на ней был изображен дракон. «Ну и прикид», — подумал Драко, придирчиво осматривая Поттера с ног до головы. — «Он что, всегда надевает какую-нибудь дурацкую футболку? И откуда только их достает… Наверное, с помойки». Пройдя мимо парт, Поттер с усталым видом плюхнулся на свое место, которое находилось неподалеку от места Драко. Он явно пытался быстро привести свое дыхание в порядок и принять сосредоточенный вид. Малфой слегка приподнял бровь, наблюдая за его попытками. — Гарри! — стукнул Поттера по плечу кто-то из однокурсников, перегнувшись через парту. — Ты что-то сегодня припозднился. Тренировка была тяжелая? — Да, — выдохнул брюнет, еще сильнее взъерошивая волосы. — Скоро же первый матч будет. Ноябрь совсем близко. — И как ты умудряешься все успевать? — с восхищением спросил незнакомый Драко парень. — Я вот после тренировок без сил валюсь. — Для этого просто нужно один раз победить Волан-де-Морта, — слегка улыбнувшись ответил Поттер. — Ну ты и хвастун! — засмеялся гриффиндорец. Остальные ребята тоже подхватили. Драко одним глазом покосился на слизеринцев. Те сидели с равнодушными или кислыми минами и никак не реагировали на происходящее. Видимо, успехи Поттера их точно не воодушевляли. Сколько бы Волан-де-Мортов он не победил, отношение большинства волшебников с «зеленой стороны» Хогвартса к нему все равно останется прежним. В ближайшем будущем так точно. Хотя вслух они явно не будут ему ничего высказывать. Будут только болтать за спиной, как эти двое впереди него. Малфой с небольшим недовольством подумал, что они с Поттером похожи и в этом плане. Вряд ли кто-то будет лезть к ним в открытую, но вот распускать сплетни… Это же никто не запрещает, верно? Поттер внезапно кинул беглый взгляд на Драко и слегка махнул ему рукой. Малфой сдержанно кивнул в ответ и тут же сделал вид, что внимательно изучает учебник по продвинутому курсу Трансфигурации. Через пару мгновений в классе появилась МакГонагалл. Сделала она это настолько бесшумно, что Драко сначала показалось будто бы женщина аппарировала. И как она всегда умудрялась так делать? Положив журнал и увесистые томики на стол, МакГонагалл поприветствовала учащихся и сразу перешла к теме занятия. Вот за это Драко тоже уважал ее. Она могла сразу перейти к сути без длинных предисловий и рассуждений. У нее бы Слизнорту да и многим другим профессорам поучиться. — Сегодня мы будем учиться совмещать друг с другом два неживых объекта, — сказала МакГонагалл, положив перед собой перо и лист пергамента. — Это заклинание не такое уж и сложное. Вся суть заключается в том, чтобы представить в голове определенный образ будущего предмета. Я думаю, что вы за семь лет обучения уже хорошо научились это делать. С задних парт послышались смешки гриффиндорцев и слизеринцев вперемешку друг с другом. — О да, фантазия у нас что нужно, — донесся до него чей-то тихий шепот. «Пошляки», — скрывая улыбку, подумал Малфой. Негоже ему перед всеми смеяться над такой глупостью. — Как только вы представили, что именно хотите получить от сочетания этих двух предметов, — продолжила МакГонагалл, не обращая внимание на дурачества старшекурсников, поскольку знала, что еще отыграется на них на практике, — то произнесите громко следующее заклинание. С этими словами она направила волшебную палочку на стол и сказала: — Дуосельйос! Через мгновение МакГонагалл уже демонстрировала всем лист пергамента, на котором красовалось изображение пера. — Ничего сложного, верно? — сказала она, улыбнувшись как-то слишком…опасно. Драко сразу понял, что эта улыбка вряд ли сулит что-то хорошее. Наверняка в заклинании есть какой-то подвох, который им еще предстоит выяснить. МакГонагалл прошлась по рядам и раздала каждому по листу и по перу, после чего прошествовала на свое место и принялась наблюдать за жалкими попытками своих учеников. Драко уже слышал со всех сторон заклинания, однако ни у кого пока, по всей видимости, не получалось, раз МакГонагалл хранила молчание. Малфой попытался отгородиться от шума и попробовал представить то, что он хочет получить. В голове он создал образ пера, которое приняло цвет пергамента. Ну а что. Совмещение? Совмещение! Драко взял палочку в руку, набрал в грудь побольше воздуха и произнес: — Дуосельйос! Ничего не произошло. Вещи по-прежнему оставались лежать на парте. «Так, не стоит отчаиваться», — успокоил сам себя Драко. — «С первого раза в Трансфигурации никогда ничего не получается». Малфой снова взмахнул палочкой и произнес нужное слово. Опять мимо. Набрав в грудь побольше воздуха, он проделал это еще раз. И еще. И еще. Но… Все было зря. Остальные тоже уже начинали раздражаться, не понимая, в чем заключается причина их неудачных превращений. Со стороны то все выглядело проще некуда. — Я так больше не могу! — чуть ли не взвыл кто-то позади Драко. — Трансфигурируйте лучше меня отсюда! Малфой на мгновение почувствовал с этим измученным пареньком чуть ли не родственную связь. — Я с удовольствием это сделаю, мистер Греймби, если вы тотчас же не возьмете себя в руки, — сухо произнесла МакГонагалл, грозно сощурившись. — Вы уже на седьмом курсе, имейте совесть! — Извините, — послышался смущенный голос. Малфой еще раз попытался представить желаемый предмет со всех сторон. В нем же нет ничего необычного! Просто среднего размера перо цвета пергамента. Заостренное на конце. Перо… — О, мистер Поттер, кажется, что у вас получилось! — радостно воскликнула МакГонагалл, окончательно сбив всю концентрацию. Драко тут же посмотрел в его сторону и заметил, что Избранный смущенно поправляет сползшие на нос очки. Перед ним лежал значок наподобие того, который носят все старосты. Только вот выполнен он был в виде пера с пергаментом. «Неужели Поттер действительно такой умный?» — раздраженно подумал Драко. — «А я, получается, идиот?». Все остальные тоже не без зависти смотрели на творение гриффиндорца и удивлялись тому, как тот умудрился провернуть подобное. — В чем твой секрет? — спросил его один из однокурсников. — Давай, поделись! — Эээ…я не знаю, — честно признался Поттер. — Может быть, все дело в четкости произношения? Паренек разочарованно вздохнул и снова принялся сверлить взглядом лежащие перед собой предметы. «Плевать на Поттера и его удивительные способности», — подумал Драко про себя. — «Вернусь лучше к делу». В этот раз у него почти получилось. Его на мгновение озарила яркая вспышка, и два предмета вроде как потянулись друг к другу. Но на этом положительные моменты закончились. Потом он снова усмирил в себе гнев и попробовал еще два раза. По-прежнему безуспешно. Драко уже был готов испепелить все это к чертям, как вдруг к нему на парту плавно приземлилась птичка, сделанная из бумаги. Драко удивленно уставился на нее. Он никак не мог вспомнить, где мог видеть ее раньше. Вроде бы эта птичка была очень похожа на ту, которую сам Малфой когда-то отправил Поттеру, написав на внутренней ее стороне парочку «комплиментов» о его способностях игры в квиддич. Неужели… Блондин резко повернулся в его сторону. Поттер посмотрел на него и взглядом показал, что сложенную оригами-птичку требуется развернуть. Драко подозрительно прищурился. Он так отомстить что ли ему хочет за тот раз? Наверное, нарисовал глупую карикатуру, как бедный и несчастный Малфой не может совместить перо и пергамент? Блондин убедился в том, что МакГонагалл на него не смотрит, а потом немного неохотно развернул бумагу.

«Ты все делаешь правильно, но не дотягиваешь вторую букву «о». А она — главная в этом заклинании»

Драко нахмурился. Это что получается, ему сейчас Поттер сделал одолжение? Пожалел тупого Малфоя, которому никак не удавалось выполнить простейшее заклинание? Еще раз посмотрев на гриффиндорца, блондин заметил, как тот пристально на него пялится. Ждет что ли, когда он снова произнесет заклинание? «Я из принципа не буду этого делать!» «Какой ты принципиальный», — прошипел внутренний голос. — «А кто еще совсем недавно рассуждал о пользе Трансфигурации и считал, что нужно знать как можно больше заклинаний?» Малфой закатил глаза, отвернулся от Поттера и снова принялся представлять нужный предмет. «Ладно. Посмотрим, сработает ли этот дурацкий совет Избранного. Перо цвета пергамента, перо цвета пергамента… Дотягивать букву…» — Дуосельйос! — выкрикнул он, наставив палочку на стол. Перо и пергамент тут же слились друг с другом в желаемый предмет. Драко чуть было не открыл рот. Сработало! Чертов Поттер действительно был прав! Малфой обернулся в поисках МакГонагалл. Она в это время помогала ребятам с задних рядов, поэтому еще не успела заметить его прогресс. «Что ж, подожду» Драко вовсю старался не смотреть на Поттера. Наверняка сейчас тот корчит самодовольное лицо, гордясь тем, что Малфой не смог справиться без его подсказки. Аж тошно. Драко до последнего игнорировал присутствие гриффиндорца, однако в какой-то момент все-таки не удержался и взглянул на него. Тот сидел с совершенно обычным лицом и задумчиво пялился в окно. Заметив, что Драко все же обратил на него внимание, он несмело показал большой палец и слегка улыбнулся. Малфой удивился. Поттер повел себя совершенно не так, как он от него ожидал. «Может быть, это ты бы повел себя так. А приписываешь подобное поведение Поттеру», — снова прошептал ехидный голосок у него в голове. — «Такой вариант не рассматриваешь?». — Пошел ты, — тихо произнес вслух Драко, вертя в руках перо. На секунду ему стало…не то что стыдно, но… МакГонагалл вскоре заметила его творение. За это ему досталась порция похвалы и несколько баллов для Слизерина. Занятие вскоре должно было закончиться. К этому времени у многих ребят получилось выполнить заклинание. Только лишь беспросветные тупицы (по мнению Драко) так и остались сидеть на своих местах, глупо хлопая глазами. И зачем им вообще выдали волшебную палочку? «Стоило бы этим балбесам провериться. Может быть, они на самом деле сквибы», — подумал Малфой, отвлекаясь от чтения продвинутого курса по Трансфигурации и боковым зрением посматривая на Поттера. Его же, видимо, вообще не волновали успехи однокурсников. Он больше не пытался никому помочь. Почему? Хотя было заметно, что и сами гриффиндорцы как-то не особо лезут к нему с расспросами. Это было довольно странно. Разве эти красные дьяволы не характеризовались сплоченностью и чуть ли не щенячьей преданностью? Драко решил не медлить, и сразу узнать, что означал этот жест Поттера по отношению к нему. Ну не мог он просто так поверить, что тот по доброте душевной вот так взял ему и помог. Ему! Малфою! Бывшему врагу и Пожирателю смерти! По идее, он должен просто молча терпеть его существование. Драко нацарапал на листке, который ему прислал Поттер, только один вопрос. «Почему ты мне помог?» Он прошептал нужное заклинание (и как только смог его вспомнить?), и бумага сама по себе сложилась в птичку, после чего полетела прямо к Поттеру. Тот недоуменно посмотрел на Малфоя, когда бумажная птица приземлилась к нему на парту. Драко мотнул головой, желая сказать что-то вроде: «Да открой ты ее уже». Поттер развернул бумажку, прочитал вопрос, нахмурил лоб и принялся что-то корябать на ней пером. Птица снова вернулась к Драко через пару секунд. «Это благодарность за занятие по Зельеварению» Драко фыркнул. А, ну да. Кто бы сомневался. Он уже и забыл, какие на самом деле гриффиндорцы благородные. Малфой думал больше ничего не писать Поттеру, но рука почему-то сама придвинула бумагу ближе. «Какой ты, оказывается, добродушный Поттер. Помогаешь своему врагу» Драко с интересом наблюдал за эмоциями на лице брюнета, когда тот разворачивал записку. Увидев слова, написанные слизеринцем, он помрачнел и тут же принялся строчить ответ. Получив в руки птичку и прочитав ответ Поттера, Драко как-то даже растерялся. Он то думал, что гриффиндорец по-прежнему его на дух не переносит, но… «Теперь я уже не считаю тебя своим врагом, Малфой. В детстве мы были просто самыми обычными идиотами. Став старше, мы оказались по разные стороны баррикад. Тобой управлял отец, а мной — дурацкое пророчество и Дамблдор. Теперь жизнь дает нам всем шанс начать жизнь с чистого листа. Не знаю как тебе, а мне уже надоело с кем-то воевать. Пора покончить с этими детскими распрями» Малфой взглянул на Поттера. И впервые тот за долгое время показался ему обычным волшебником. Не гриффиндорцем, не лидером Золотого трио, не спасителем магического мира, а обычным парнем. Взъерошенным, уставшим девятнадцатилетним парнем, у которого, как и у всех остальных, наверняка есть свои проблемы, дела и желания. Наваждение спало, едва Драко услышал звонок, оповещающий о завершении занятия. Он вздрогнул, выныривая из собственных мыслей и возвращаясь в реальность. — Не забудьте, что на нашей следующей встрече я жду от вас выполненного домашнего задания, — строго произнесла МакГонагалл и обвела неодобрительным взглядом учеников, которые сразу начали быстро сгребать свои вещи в сумки. — Кто его забудет, тот сразу получит минус десять баллов! И отработайте до автоматизма заклинание, которое мы сегодня проходили! Драко тоже собрался, попрощался с преподавателем, и вышел в коридор. Поттер незаметно уже умчался куда-то вперед него. Малфой довольно странно теперь себя чувствовал. Одна его сторона (рассудительная и адекватная) говорила, что с этой многолетней враждой действительно пора завязывать, и что Поттер, несмотря на все его недостатки, был прав. А вот вторая… Вторая вспоминала все неприятные события, связанные с гриффиндорцем и шептала, что не так то просто получится забыть все только из-за одной записки. Да и к тому же, неужели сам Поттер готов был перечеркнуть все то плохое, что ему в прошлом сделал Драко? Он действительно все взял и просто отпустил? «Не верю. Мне трудно в это поверить» В итоге Малфой был готов вынести собственный мозг Бомбардой пока спускался по лестнице, ведущей в гостиную Слизерина. Он решил, что ему нужно на этот раз отдохнуть не в своей комнате, а где-то в другом месте перед Алхимией, и на время забыть о мыслях, терзающих его разум.

***

После всех занятий Драко снова увидел у их общей комнаты какой-то подарок. На этот раз это была просто обычная розовая открытка. На ней снова красовались инициалы «ГП» и многочисленные сердечки. «Почему Поттер просто не выбросит ее? Зачем она лежит тут и мешается под ногами?», — раздраженно подумал Драко, аккуратно перешагивая через открытку и открывая дверь. Едва он пересек порог комнаты, в него чуть не врезалось какое-то заклинание. Малфой успел краем глаза заметить лишь яркую вспышку. От магического урона его спас щит, который кто-то успел поставить в последнюю секунду. Малфой от неожиданности даже не успел осознать до конца происходящее. — Нельсон! — рявкнул Поттер, подскакивая к пуффендуйцу и грозно возвышаясь над ним. И без того низкий Эндрю стал как будто еще меньше. — Сколько раз я тебе говорил не целиться заклинаниями в дверной проем?! — Извини, — на удивление смущенно пробормотал тот, крутя в руках палочку. Драко за целую неделю еще не видел его таким. — Я просто увлекся. Поттер слегка раздраженно вздохнул. Что ж, это была вполне нормальная реакция на действия Нельсона. Из-за приоткрытой двери ванны через секунду показалось удивленное лицо Ричарда. — Я слышал какой-то шум. Вы чего тут намудрили? — спросил он, прикрываясь большим махровым полотенцем. — Нельсон чуть не запустил в Малфоя Статумом, — пояснил Поттер, почесывая левую бровь, на которой красовался шрам. Бейли повернул голову к Драко и ухмыльнулся: — Знатно бы ты покрутился, — сказал он и снова скрылся в ванной. «Я знаю. Я ведь когда-то заставил уже так полетать Поттера», — подумал блондин и почувствовал себя немного неловко. Он осторожно пробрался к своей кровати и положил на нее сумку. — Вы тут решили попрактиковаться в боевых заклинаниях? Серьезно? Прямо в общей комнате? — спросил Драко, приподняв бровь. — Эндрю просто попросил научить его нескольким приемам, — вздохнул Поттер, одетый в какую-то потрепанную пижаму, состоящую из кофты и штанов. — Вот я и разрешил ему порепетировать самые безобидные. — Ну, по сравнению с Круциатусом, это было бы действительно самое безобидное заклинание, — ухмыльнулся Драко. Поттер слегка нахмурился от его слов и повернулся к Нельсону. — На сегодня все. Мы закончили. Давай продолжим завтра, когда никого в комнате точно не будет. Пуффендуец наверняка понял это еще в тот момент, когда брюнет его отругал. По этой причине он просто молча кивнул и направился к своей кровати, после чего задвинул балдахин и, видимо, принялся за чтение очередного журнала. — Кстати, — вдруг произнес Поттер, повернувшись к Драко. — Я тут совершенно забыл отдать тебе одну вещь. Он полез в свою тумбочку и вскоре извлек из нее какую-то бумажку. — Что это? — с недоумением в голосе произнес Малфой. — Окончательное расписание дежурств и подробное описание некоторых новых обязанностей старосты, — вздохнув, произнес гриффиндорец. — МакГонагалл просила тебе передать. — Новые обязанности? — А, да там мелочи всякие. Ты быстро запомнишь. Драко протянул руку к Поттеру, чтобы забрать у него письмо, и случайно задел его пальцы своими. Брюнет не отшатнулся от Драко, но при этом, кажется, слегка вздрогнул. Как и Малфой, который про себя отметил, что Поттер, оказывается, буквально пышет теплом в отличие от него. Сам он после войны постоянно мерз и любил нацепить на себя побольше вещей. Пэнси говорила, что это — последствия воздействия стресса на его организм. Малфой неловко брякнул слова благодарности и невидящим взглядом уставился в бумажку. Поттер с легкой улыбкой на лице кивнул ему и вскоре тоже решил последовать примеру Нельсона, шумно упав на свою постель. Сняв с себя очки, он положил их на тумбочку, закинул руки за голову и прикрыл глаза. Драко быстро переоделся, убрал сумку с книгами на сундук и тоже лег в кровать. Заснул он на удивление быстро и даже не заметил, как Ричард вышел из ванной.