Покидая тьму

В конце ноября прошел не только матч Пуффендуя против Когтеврана (в котором, кстати, вторые выиграли со счетом 90:180), но еще и небольшие контрольные, которые показали, насколько хорошо студенты подготовились к предстоящим Ж.А.Б.А. «Или не подготовились», — подумал про себя Драко, наблюдая за тем как Эндрю вот уже час просто валялся у себя на кровати, уткнувшись лицом в подушку. На тумбочке у него лежал листок с оценками, которые никак нельзя было назвать хорошими. — Да брось, Эндрю. Они всего лишь пока что проверяют наши знания. У тебя уже есть несколько отметок «Удовлетворительно». А со «Слабо» ты расправишься в два счета — я тебе гарантирую, — пытался успокоить пуффендуйца Ричард, сидя рядом с ним и похлопывая его по плечу. — Ничего уже не исправить, — глухо отозвался Нельсон, из-за чего лицо когтевранца скривилось. Сам Бейли, как и ожидалось, получил вполне себе неплохие оценки, а Драко так и вовсе стал первым в учебе. Когда он узнал об этом, то очень сильно удивился. Насколько Малфой помнил, он не так много времени в эти месяцы проводил за книгами, но все равно сумел всех обогнать. Даже Поттера, который в этот раз красовался на третьем месте. На втором была какая-то девчушка из Когтеврана, которую Драко не знал. Малфой получил практически по всем предметам «Выше ожидаемого» и только по Астрономии у него было «Удовлетворительно». И это его полностью устраивало! «Может быть, мне стоило изначально перестать так сильно напрягаться и пустить почти все свои дела на самотек?» — думал он, лежа в кровати и наблюдая за тщетными попытками Бейли растормошить Нельсона. — «И нервов, и сил бы меньше уходило. Да и вообще, какой теперь прок от того, что я стал первым в учебе? В детстве это казалось таким…невероятным достижением. Чертов юношеский максимализм». — Драко, может быть, хоть ты что-то сделаешь? — со стоном произнес Ричард, хлопнув себя по лбу и показав на неподвижного Нельсона. — Я не знаю, что ему еще стоит сказать. — Хм, — произнес Драко, задумчиво зарывшись рукой в свои волосы. — Ладно. Твое счастье, Ричард. Я тебе помогу. — И даже сумму никакую с меня не отстегнешь? — ехидно произнес Бейли, поднимаясь с кровати Нельсона. — Не сегодня. Считай, что за тобой теперь просто должок. — Какой же ты все-таки великодушный! — состроил восхищенное лицо Бейли. Драко достал палочку из тумбочки, хитро улыбнулся и мысленно произнес заклинание. «Левикорпус!» Эндрю тут же взмыл вверх тормашками к потолку комнаты. — Знаешь, это было немного не то, о чем я тебя просил, — нахмурившись, произнес Ричард. — Эй! — завопил Нельсон, который окончательно пришел в себя и принялся размахивать руками. Вместе с этим он пытался еще и поправить футболку, чтобы она не сползала ему на лицо. — Ты что творишь?! — Привожу тебя в чувство, — лениво протянул Драко, слегка ухмыляясь. — То, что ты творишь — не круто, — сказал Ричард, но Малфой все же успел заметить, как тот еле успел сдержать свой смех. Эндрю продолжал барахтаться в воздухе, пытаясь дотянуться свободной конечностью до шкафа и зацепиться за него, чтобы перевернуться. Через минуту он прекратил все свои попытки и как-то резко позеленел. — Драко…меня сейчас стошнит, — пробормотал пуффендуец. «Либеракорпус!» Ойкнув, Нельсон с глухим звуком шлепнулся на ковер, после чего приподнялся на локтях и облегченно вздохнул. — Слава Мерлину, что ты вовремя опустил меня вниз. В противном случае вы с Ричардом могли бы увидеть нечто ужасное, — сказал он. — Фу. Оставь свои подробности при себе, — скривился Драко. — Ладно, — произнес Нельсон, усаживаясь спиной к своей кровати и облокачиваясь о нее. — Должен признаться, что это меня немного взбодрило. — А я думаю, что много, — засмеялся Бейли, подходя к шкафу и снимая с себя домашнюю футболку. — Я обещаю вам, что больше не буду ныть и всерьез возьмусь за учебу. Настала эра нового Эндрю! — Отлично! — воскликнул Ричард. «Надеюсь на это. Не хотелось бы слушать твои жалобы весь день», — добавил про себя Малфой. — У тебя сегодня занятия в обед? — спросил Эндрю у Ричарда, который уже натягивал на себя свитер, и посмотрел на него щенячьими глазами. — Ты меня бросаешь? — Прости, друг. Дела не ждут, — ответил Бейли, вздыхая и закрывая шкаф. — Сегодня меня ждет разнос от Бинса, потому что в прошлый раз я не сказал ему, в каком году появилось самое первое привидение в магическом мире. Он пообещал, что снова спросит меня об этом. — Так теперь ты ответишь? — поинтересовался Малфой. — Шутишь? — фыркнул Бейли, надевая на себя джинсы. — Конечно же, нет. — И как только у тебя вышло по всем предметам не меньше «Удовлетворительно»? — изумился Драко. — Когтевранские хитрости, — подмигнул ему Ричард, взяв в руки сумку. — Ладно, я пошел. — Удачи! — крикнул ему вслед Нельсон. Бейли махнул ему рукой и скрылся за дверью. Драко сегодня никуда не собирался. Он планировал быстренько сбегать в Большой зал, взять там еду, а потом спокойно провести время в общей спальне, почитывая расширенный курс по Алхимии. На улице шпарил дождь вперемешку со снегом, поэтому Гарри сказал, что они не пойдут сегодня вечером с ним тренироваться. Впрочем, его команде по квиддичу тоже пришлось отложить занятия на свежем воздухе, ведь Поттер не захотел рисковать их здоровьем. Лесли сопротивлялась, но не особо сильно. Она вот уже несколько дней чихала так же, как и Слизнорт когда-то. Может быть, это профессор ее и заразил. Сейчас Гарри со своей командой вроде бы должен был сидеть в Большом зале и обсуждать теорию — новую тактику игры и, конечно, приемы, которые должны были сбить соперников с толку. Малфой уже было собрался уходить из комнаты, но тут его позвал Нельсон. — Драко… — Чего? — Ты же хорошо разбираешься в Зельеварении, правда? Слизеринец сразу понял, куда он клонит, и вздохнул. — Вроде того. — Ты не мог бы со мной позаниматься? — Эндрю поднял свои глаза и посмотрел на него умоляющим взглядом. — Я не знаю, в чем кроется моя проблема. Я вроде бы следую всем рекомендациям, написанным в книге, а в итоге все равно все заканчивается тем, что я снова отмываю котел от копоти. Драко вспомнил, что недавно он сам недалеко ушел от Нельсона в этом плане. Зато в тот день Поттер предложил ему стать друзьями… Воспоминание об этом успокоило поднимающееся изнутри раздражение и даже заставило слегка изогнуться уголки его губ. Может быть, именно поэтому он и решил дать шанс Нельсону. — Ладно, — сдался Малфой. — Я уделю тебе время, но только сегодня, понял? Мне тоже нужно заниматься. — Как скажешь, — довольно улыбнулся Нельсон, забираясь с ногами к себе на кровать. — Я пока поищу свои старые записи конспектов. Может быть, я всего лишь неправильно записал порядок ингредиентов. — Да, да. Давай, — отмахнулся от него Малфой и выскользнул за дверь. Его лицо обдал прохладный ветерок, который часто гулял осенью и зимой по коридорам Хогвартса. Драко вздохнул. В учителя он, конечно, наниматься сегодня не собирался, но куда деваться. Нельсон уже в который раз внезапно сбивал его планы. Наверное, за несколько месяцев он уже привык. Малфой направился в Большой зал, закутываясь в свою длинную кофту и зябко поеживаясь. Не любил он такую мерзопакостную погоду. Ему больше нравилась теплая осень или снежная зима. Даже когда он жил в Малфой мэноре, дождь моментально приводил его в уныние. Все окружающее пространство и так было не слишком ярким, а с ненавистной водой с неба оно становилось еще тоскливей. Драко думал, чтобы быстро сходить в Большой зал и обратно, но не тут то было. Сначала его задержали слизеринки с младших курсов. Одна из них — бледненькая брюнеточка с карими глазами, подталкиваемая в спину своими хихикающими подружками, что-то быстро пробормотала и внезапно всучила Малфою розовый конверт. Ее руки слегка дрожали в этот момент. Драко сразу догадался, что она его просит не на Астрономии вместе посидеть. Благодаря этой девочке Малфой впервые за долгое время задумался о том, а собирается ли он вообще строить с кем-то отношения? До этого Драко пытался как-то встречаться с Пэнси, но дальше обрывистых поцелуев и неловких тисканий в укромных местах это не зашло. Кто первым предложил попробовать эту глупость он и не помнил. Наверное, у них обоих в какой-то момент просто начали дико шалить гормоны. В итоге они оба сообразили, что ничего хорошего из этого не выйдет, и что им лучше просто остаться друзьями. С Пэнси он делил постель только один раз. И то не в романтическом плане. Когда его отца упекли в Азкабан, он словил мощный приступ страха и апатии. Сначала хотелось бегать и орать на каждом углу, чтобы Малфоя старшего вытащили из этой преисподней. На смену бешеной активности вскоре пришел ужас, что он ничего для своего отца сделать уже не сможет. В тот день Пэнси была с ним. Они в обнимку просто лежали на кровати под одним одеялом. Паркинсон прижималась своей грудью к его и болтала о всякой чепухе, чтобы Драко наконец-то сказал ей замолчать хотя бы на секунду и перестал равнодушно пялиться в одну точку. С Пэнси Драко не хотелось заниматься чем-то романтичным и уж тем более неприличным. С Пэнси хотелось молча сидеть на скамейке в саду рядом с поместьем или разговаривать о всякой чепухе. Чувствовать ее ладонь на плече в трудные мгновения. Играть с ней в волшебные шахматы. Писать ей письма и узнавать интересные факты о местах, в которых она побывала. Слушать ее россказни о других волшебниках. Что касается остальных кандидатов… Да их, оказывается, и вовсе не было. Многим он отказывал сразу — и девушкам, и парням. С кем-то сходил на одно свидание и тут же об этом забыл. С Асторией они встретились только раз по просьбе отца на каком-то торжественном вечере и просто вежливо пообщались ни о чем. А на шестом курсе ему и вовсе стало не до романтики. — Извини, — произнес он, выплывая из потока воспоминаний. — Я не могу принять твое признание. Девушка поджала губы и опустила руки, держащие розовый конверт. — Ничего страшного. Я хотя бы попыталась, — пробормотала она и уплыла куда-то назад, не забыв прихватить с собой замолчавших подружек. Вскоре Драко услышал позади себя от кого-то из них что-то вроде «чего и стоило ожидать от холодного слизеринского принца». «Да уж, принц», — подумал про себя Малфой и невесело хмыкнул. — «И откуда вообще взялось это дурацкое прозвище?». Был ли за всю его жизнь кто-то, кто хоть каплю его интересовал в каком-то плане, помимо дружеского? Ну да, если можно так сказать… К Поттеру, например, он испытывал сильную неприязнь и, сколько себя помнил, все время пытался ему насолить вплоть до шестого курса. Частенько поглядывал за ним, чтобы поймать на каком-нибудь непростительном поступке. Любил его поддевать и толкаться с ним локтями, что было, конечно, совсем не аристократично. Нарочно вызывал у него негативные эмоции, потому что обычно Гарри усиленно старался не обращать внимания на него… Драко резко затормозил. А разве он в такие моменты не вел себя словно какой-то влюбленный дурень, который вовсю пытался привлечь к себе внимание? От этой мысли у него даже похолодели конечности. — Да не может быть, — произнес вслух Драко, ускоряя шаг по направлению к Большому залу. «Я же Поттера, считай, ненавидел. Не-на-ви-дел! Сейчас мы кое-как наладили с ним общение, но все равно порой не можем даже поговорить без взаимных подколов. Рассуждать о нем в романтическом ключе глупо! Полнейший бред!» — думал он, не осознавая, что двигается теперь чуть ли не бегом. Лишь когда он почти влетел в один из столов, Драко понял, что уже оказался в нужном месте. В Большом зале не было практически никого. На стороне пуффендуйцев сидело около двух-трех человек, как и на стороне когтевранцев. А вот за гриффиндорским столом сидел Гарри со своей командой и что-то активно объяснял. Рядом с ребятами стояли тарелки с едой и лежали какие-то книги с пергаментами. Когда Драко оказался в Большом зале, первой его заметила Лесли. Она толкнула чересчур увлекшегося объяснением Поттера локтем в бок и кивком головы указала на Малфоя. Увидев его, Гарри широко улыбнулся и помахал рукой. Драко несмело махнул в ответ. «Знал бы он, о чем я рассуждал пару секунд назад…» — Эй, змейка, не хочешь подсесть к нам? — крикнула Лесли слегка гундося. Видимо, ее насморк все еще не прошел. В этот раз она была веселой, а не насупленной, как горгулья. После этого девушка вдруг резко ойкнула и опустила руку вниз, чтобы потереть ушибленную нижнюю конечность. — Ты чего пинаешься?! — спросила она, обратившись к Гарри. — У нас вообще-то собрание, — строго напомнил ей Поттер. — Не отвлекайся. — Да и к тому же, кого ты к нам зовешь? Болельщика чужой команды! — прошипел кто-то из парней. Лесли надула губы и снова повернулась лицом к своим. Малфой как-то слишком неловко приземлился за стол Слизерина. Перед ним тут же стали возникать тарелки с едой, вызывая у него своим ароматом урчание в животе. Драко наконец-то вспомнил, зачем он вообще сюда пришел. «Ладно. Плевать на Поттера. Лучше я займусь своим делом» Пока блондин пил морс и заодно набирал себе еды в комнату, команда гриффиндора решила куда-то отлучиться. Видимо, она еще собиралась сюда вернуться, поскольку оставила все пергаменты здесь. Драко удивился. И как гриффиндорцы вообще могли так безбоязненно оставлять свои вещи на видном месте? Неужели не боялись, что кто-нибудь из соперников может подобным образом выведать все их планы? «Странные гриффиндорцы», — подумал Драко, сложив булочки на тарелку и поставив ее на стол. Внезапно в самом центре Большого зала он заметил девушку с короткими темными волосами, которая будто бы материализовалась из пустоты. На ней не было какого-либо обозначения принадлежности к одному из факультетов. Это странностью назвать, конечно, было нельзя. Но вот ее движения определенно были странными. Незнакомка все время оглядывалась по сторонам и с опаской смотрела в том направлении, в котором ушел Гарри со своей командой. На Малфоя она даже внимания не обратила, будто бы тот был для нее пустым местом. Подобравшись ближе к столу и оказавшись рядом с тарелкой Поттера, она что-то достала из кармана. Малфой успел рассмотреть, что в руках девушки вроде бы оказался маленький розовый пузырек. Или красный (черт бы побрал это плохое зрение!). Она, вновь оглянувшись, якобы невзначай попыталась опрокинуть его содержимое в тарелку Поттера. Вокруг практически никого не было, так что это был идеальный момент для нее. «Значит это та самая девчонка, которая тогда подлила ему на празднике алкоголь!» Драко уже знал, что следует сделать дальше. Он в одно мгновение оказался позади незнакомки и приставил к ее шее волшебную палочку. Иногда он даже ехидно думал о том, что в какой-то степени «благодарен» Пожирателям смерти. Именно они научили его всегда держать ухо востро и быстро брать себя в руки в стрессовых ситуациях. Только вот Жрущие дерьмо не догадывались, что он может использовать полученные знания и против них. — Дернешься или закричишь — и я нашлю на тебя какое-нибудь смертельное проклятие, — прошептал Драко на ухо девчонке, которая тут же замерла, как истукан, почувствовав древко у своей шеи. — Ты кто, черт подери, такой? — прошипела она, не поворачивая головы. Малфой на мгновение задумался, а потом уверенно произнес: — Друг Поттера. — Да ну? Что-то я не видела вместе. Малфой посильнее прижал палочку к ее коже. Девушка снова недовольно зашипела, как помойная кошка. — Надо было смотреть получше, — съязвил он. — Ладно, ладно. Я поняла. Друг так друг. Ты меня отпустишь или как? — Только если пообещаешь оставить Поттера в покое. — Ты требуешь от меня слишком многого. Я люблю его и не могу этого сделать, — упрямо возразила девушка. — Настолько сильно, что готова опоить его каким-то дерьмом? Ответа не последовало. С ее стороны донеслось лишь упрямое сопение. — Вот как. По-хорошему, значит, не хочешь. Тогда давай поступим следующим образом, — холодно произнес он, ощущая как неприязнь пронизывает его от головы и до кончиков пальцев. — Сейчас сюда придет Поттер, и я сдам тебя ему. Я расскажу, как ты пыталась подмешать ему какую-то хрень в еду. — Нет! — вдруг запаниковала ведьма. — Не говори! Не говори ему! Пожалуйста! — Тогда выбирай: либо ты оставляешь Поттера в покое и просто любуешься им издалека, либо ты продолжаешь совершать подобные выходки, я тебя сдаю, а Поттер начинает очень, ОЧЕНЬ СИЛЬНО тебя ненавидеть. — Слизеринская сволочь! Гребаный Пожиратель смерти! Отродье Волан-де-Морта! — зарычала она. — Спасибо за комплименты, — съязвил Малфой. — Но мне нужен твой ответ. Я считаю до пяти. Один, два… Девушка на некоторое мгновение замолчала. Видимо, она обдумывала слова Драко. — Ладно. Я выбираю первый вариант, — недовольно произнесла волшебница, когда Малфой остановился на цифре четыре. — Правильное решение, — холодно ответил он и убрал палочку от ее шеи. — И только попробуй подумать, что я забуду о тебе, и из-за этого нарушить наш уговор. В следующий раз я даже угрожать тебе не буду, а просто прокляну так, что даже сквиб на твоем фоне станет гениальным магом. — Блондинистая тварь, — ядовито выплюнула незнакомка, наконец-то повернувшись к Драко лицом. Он сумел уловить в ее карих глазах неприкрытую ненависть. После этого девушка унеслась куда-то вглубь замка, прихватив с собой пузырек. «Да у тебя талант наживать врагов, Драко! Сначала Дженсен, а потом…вот эта!» — подумал он, возвращаясь к брошенной тарелке с едой. — «Впрочем, тебе не привыкать». Он подумал, что случилось, если бы эта идиотка успела чем-то напоить Поттера. Малфой знал, что любовные зелья больше превращают в кретина, нежели действительно заставляют влюбиться. Либо же привязывают только на физическом уровне. Конечно, раньше он бы отдал большую часть своих галлеонов за то, чтобы просто посмотреть, как Поттер постепенно становится чьей-то верной собачкой. Но сейчас он этого категорически не хотел. Не хотел! Лишь от одной мысли, что Гарри будет выглядеть круглым идиотом и все время станет таскаться с этой темноволосой, Драко разозлился. Он сжал тарелку в руках так, что та чуть не треснула. Малфой подумал, что если на его пути будут снова встречаться такие дурочки или дураки, он сразу же будет использовать Империус. И ему плевать, как его накажут за подобное. «Если, конечно, профессора еще об этом узнают», — нагло подумал он, выходя из Большого зала.

***

Занятие с Эндрю прошло довольно…неплохо. Конечно, без очевидных косяков тот обойтись не смог. Драко не переставал удивляться, как можно было так невнимательно списать ингредиенты с учебника. Нельсон же пояснил ему, что на Зельеварении он часто отвлекался на других ребят, а в свой конспект смотрел максимум раза три. Малфой понимал, что у пуффендуйца имеются явные проблемы с концентрацией внимания, и с этим он никак уже помочь не сможет. Нельсон должен был самостоятельно взять себя в руки и наконец-то решить эту проблему. В итоге Драко дал ему парочку советов по варке зелий, объяснил, на что следует больше обращать внимания в учебнике, и весьма довольный Нельсон наконец-то отстал от него, пообещав, что в следующий раз обязательно получит по Зельеварению «Удовлетворительно». Драко хмыкнул, закрывая учебник. Что ж, будет интересно узнать, действительно ли его советы могут кому-то помочь. Пока Малфой в остальное время возился со своим сочинением по Истории магии, а потом прибирался в шкафу, пытаясь сделать так, чтобы завалы из его пергаментов не выглядели слишком неаккуратно, на улице уже стало темнеть. — Вот и прошел еще один день. Мы стали на шаг ближе к Ж.А.Б.А. — невесело произнес Эндрю, играя с Ричардом в волшебные карты, который вернулся в общую комнату. — Нельсон, ты же, вроде, был самым оптимистичным из всех здесь, — произнес Малфой, приподняв бровь. — Только не когда дело касается учебы. Да, Эндрю? — подмигнул ему Бейли. — Что правда — то правда, — со вздохом ответил пуффендуец. Вдруг дверь в комнату открылась и на пороге появился Гарри. Он как обычно выглядел растрепанным и уставшим. Удивительно, кстати, что кроме Драко особо никто и не замечал, что Поттер, мягко говоря, никогда не пышет энергией. — О, Гарри! — радостно произнес Бейли. — Как прошел твой день? В ответ Поттер показал ему большой палец и рухнул на кровать, едва успев скинуть сумку. — Сначала было собрание с командой с утра. Потом учеба. Потом пришлось делать домашку. Я немного запустил Древние руны, — вздохнул он. — За это мне влетело от профессора. Надо в ближайшее время исправляться. — Отстой, — протянул Эндрю. — Но ты не переживай. У меня тоже не все гладко с некоторыми предметами. Гарри угукнул и продолжил пялиться в потолок. Потом он вдруг резко повернул голову в сторону Малфоя и принялся сверлить его взглядом. Драко, заметив это, перестал запихивать пергаменты в шкаф и удивленно посмотрел в его сторону. — Что? — спросил он. — Я тут кое-что вспомнил. — Ну. — Помнишь, я обещал тебе, что мы пойдем и выберем телефон для тебя? Малфой задумался. — Вроде бы. — Хочешь прямо сейчас отправиться в Лондон? — предложил Гарри. — Поттер ты рехнулся? На улице уже темно, — неуверенно ответил Драко. — Так даже лучше. Никто нас не заметит. Мы сможем незаметно проникнуть в Хогсмид, — хитро улыбнулся Гарри. — Давай же, соглашайся. Малфой задумался. С одной стороны, в самом Лондоне он бывал, но не так часто. Он отлично знал его магическую часть, а вот маггловскую — едва ли. А Поттер, по всей видимости, собирался отправиться с ним именно туда. Стоило ли на ночь глядя отправляться в неизведанные места? С другой стороны, они же чертовы волшебники! Причем уже взрослые. И им разрешено колдовать вне Хогвартса. — Ладно, — сдался он. — Сейчас только переоденусь во что-нибудь потеплее. — Отлично! — воскликнул Гарри. — Я так давно не был в Лондоне. — Вы что, куда-то собрались? — спросил Ричард. Видимо, они с Эндрю настолько сильно увлеклись игрой, что даже не слышали, о чем говорили их соседи по комнате. — Да. Мы сбегаем из Хогвартса, — подмигнул Бейли Гарри, доставая из-под кровати свой потрепанный рюкзак и закидывая в него палочку, нерабочий телефон и что-то похожее на кошелек. — Сбегаете? — недоуменно протянул Эндрю. — Что, серьезно? Здорово, а куда? — изумился Ричард. — В Лондон. Погуляем там немного, — ответил Поттер. — Вернемся, скорее всего, через часа три или четыре. — Отлично. Будем знать. Надеюсь, что вас не поймают, — ответил Ричард, снова возвращаясь к картам. Драко, надев теплый свитер, стал закрывать шкаф. Вдруг он обратил свое внимание на Нельсона, который как-то странно сверлил взглядом Гарри и не замечал того, что Ричард нагло пытается подглядеть, какие карты у него есть. Кажется, что Малфой уже где-то он видел такой взгляд… Ах, да. В глазах Поттера на младших курсах, когда тот смотрел прямо на него. Ну… Это хотя бы можно было объяснить. А с Нельсоном то что? Где ему Поттер успел насолить? К тому же, он всегда старался помочь этому корню мандрагоры с заклинаниями и учебой. Однако факт оставался фактом. Малфой был готов поклясться своей волшебной палочкой, что во взгляде Эндрю проскользнула явная нотка неприязни. К сожалению (или к счастью), Гарри ничего не заметил и продолжил спокойно собираться. Через пару секунд Нельсон опустил глаза и снова включился в игру. — Эй! — вскрикнул он своим привычным голосом, обращаясь к Ричарду. — Ты мухлюешь! — А нечего в облаках витать! — ответил Бейли. Эндрю разочарованно бросил свои карты на кровать. — Давай по новой, — произнес он, вздыхая. — Ты готов, Малфой? — спросил у него Гарри, стоя около двери с рюкзаком на плечах и в болоньевой куртке. Драко в последний раз взглянул на себя в зеркало, застегнул последнюю пуговицу на пальто и кивнул.

***

Сначала они пробрались через тайный проход в подвал «Сладкого королевства». — Жаль, что твоя мантия-невидимка не скрывает сразу двоих. И кстати, знал бы я, что мне придется собирать здесь всю пыль — надел бы что-нибудь попроще, — буркнул Малфой, когда они попали в нужное место. В коридоре, по которому они шли буквально секунду назад, неприятно пахло сыростью. Драко ненавидел этот запах и буквально чувствовал, как пропитывается им. — Я удивлен, что этот проход до сих пор существует, — произнес Гарри, выходя вслед за ним. — Я думал, что его уничтожили после войны с Волан-де-Мортом. — А, то есть мы еще могли наткнуться на какую-нибудь кирпичную стену и пришлось бы возвращаться назад? — Ну… — Поттер, — вздохнул Драко и провел ладонью по своему лицу. — Твои планы всегда были такими гениальными? — Отстань, Малфой. Они встали посреди подвала. Гарри достал палочку. — Будем аппарировать. Схватись за что-нибудь. — А нас не располовинит? Я что-то сомневаюсь в твоих способностях к аппарации, — съехидничал Драко. Поттер закатил глаза. — Не медли уже. Друзьям вообще-то принято доверять. — Ты чего раскомандовался?! — Я просто сказал! Драко фыркнул и предпочел уцепиться за капюшон его куртки. Не за руку же Поттера надо было брать. Через пару мгновений они уже оказались в каком-то переулке. Позади них стоял забор из металлической сетки, а впереди виднелись нормальные дома и проезжающие по мокрой дороге машины. Драко открыл глаза и тут же ощупал себя с головы до ног. Все конечности вроде бы были на месте. Важные органы, судя по ощущениям, тоже. Он прищурился и посмотрел в сторону Поттера, который оглядывался по сторонам. «Повезло тебе, шрамоголовый, что со мной все в порядке», — беззлобно подумал он. Избавившись от головокружения, Гарри шумно вдохнул носом холодный ноябрьский воздух и произнес с небольшой ноткой грусти в голосе: — Лондон… Давно я здесь не был. У Драко же каких-то ностальгических воспоминаний про этот город не было, поэтому он просто дал Поттеру спокойно насладиться моментом и мысленно перенестись в события ушедших деньков. Вскоре Гарри будто очухался, тряхнул головой и сделал пару шагов вперед. — Идем, — сказал он, повернувшись к Драко. — Покажу тебе пару интересных мест. — Пару? Мы же собирались только купить телефон, — произнес Драко, засунув руки в карманы плаща. — Да там все равно от магазина недалеко, — отмахнулся Гарри. — Ох, Поттер, — вздохнул Малфой. — И как вас с Уизли Грейнджер вообще терпела? Все планы, я так понимаю, целиком и полностью лежали на ней. — Если честно признаться, то да, — ответил Поттер, приближаясь к тротуару. — Но стоит отметить, что иногда и она могла ошибаться. Драко хмыкнул. Он пошел рядом с брюнетом, поглядывая по сторонам. Вечерний Лондон показался ему не особо приветливым. Свет фонарей, как и свет от многочисленных цветных вывесок, освещал многоквартирные дома, делая их немного ярче и заметней, чем обычно. На тротуаре то тут, то там виднелись лужи и жухлые остатки листвы. Некоторые магглы ждали такси. Кто-то просто неспешно прогуливался мимо ребят, даже не догадываясь о том, что они являются выходцами из Хогвартса. Драко всегда немного будоражил тот факт, что на этой планете есть сразу два мира — маггловский и волшебный. Они одновременно сочетались и не сочетались вовсе. Трудно было передать это чувство словами. А если бы он был магглом? Каким бы он тогда стал? Гарри будто бы услышал его мысли, потому что сказал: — Представь что было бы, если бы ты был обычным человеком. Малфой слегка удивленно приподнял бровь. Странно. Вроде бы он на подсознательном уровне не чувствовал, что гриффиндорец использовал Легилименцию. Тогда откуда Поттер мог знать, о чем он сейчас задумался? — Что? — спросил брюнет. — Даже сама мысль об этом тебе не нравится? — Нет. Просто…я сейчас думал о том же самом. Ты случаем не пробрался в мой разум? — Чтобы узнать все твои страшные секреты и сойти от них с ума? Больно надо, — улыбнулся Поттер, поправляя рюкзак. Драко хмыкнул. Действительно. Страшных секретов у него было предостаточно. Дня не хватит, чтобы всеми ими поделиться. — Ну так… — Да не знаю, — честно признался Малфой. — Я никогда не думал о себе, как о маггле. По-крайней мере, серьезно. — Ну…есть какие-то предположения вообще? Ты же маггловедение не зря изучал все-таки. Как изменилась бы твоя жизнь, стань ты обычным человеком? Малфой задумался, но в итоге смог выдать только одно: — Ну, например, моя встреча с тобой вряд ли бы состоялась. Ему показалось, что Поттер слегка смутился, но попытался скрыть это за неловкими смешками: — Это что, действительно первое, что пришло тебе на ум? — спросил он, скрывая улыбку. — Тебе не угодишь, Поттер, — раздраженно буркнул Драко. — Ладно, извини. Сойдет. Хотя, знаешь, насчет нашей встречи ты немного погорячился. Я же некоторое время жил у своих родственников. Те еще фрукты, конечно. Так что, может быть, в летнее время мы могли бы как-нибудь пересечься. — Ты с такой неприязнью говоришь о своих родственниках. Видимо, они не только в кладовку тебя запихивали, — отметил Драко. — Есть такое, — кратко подтвердил Гарри. — Я раньше думал, что твое детство было более…беззаботным, — искренне признался Драко. — Неа. На самом деле мне было тяжело. Мне буквально приходилось выживать среди этих… Хотя знаешь… Забудь. Это неважно. Все это теперь осталось в далеком прошлом, — сказал Гарри, передернув плечами. Наверное, ему было правда некомфортно рассказывать о подобном. Что ж, Драко и сам бы не хотел распространяться о том, как, например, ему жилось в доме, который был полон Пожирателей смерти. С другой стороны, ему очень хотелось, чтобы Поттер поделился с ним чем-то личным. Тем, что трогало его за душу. Это странное желание Малфой объяснить никак не мог. Вскоре Поттер привел его к нужному магазину. По вывеске Драко понял, что здесь продается какая-то бытовая техника и электроника. Логично было предположить, что телефон относится к какой-то из этих категорий. Вот только жаль, что узнать ему это не удалось. Магазин оказался закрыт на ремонт. — Поттер, — уже не скрывая своего торжества произнес Драко, — да ты действительно полный профан в планировании. Гарри сжал губы в тонкую полоску. Видно было, что он и сам был недоволен произошедшим. Чтобы Поттер не слишком огорчался, Малфой все-таки решил его слегка по-своему подбодрить: — Зато мы посмотрели на вечерний Лондон. Конечно, не Балканы, на которые я однажды отправился с Забини, но тоже неплохо. Поттер хмыкнул. — Хорошая попытка меня успокоить, Малфой. — Брось. Это не то, чем кажется. Не выдумывай. — Хочешь кофе? — спросил Гарри, кивком головы указывая на небольшую кофейню. Она, в отличие от магазина электроники, была открыта. И, если хорошо принюхаться, оттуда можно было почувствовать явный запах свежесваренного кофе. — Я угощаю. — С каких это пор ты стал таким богатым, Поттер? — усмехнулся Драко. — Обычных денег у меня явно побольше будет, чем у тебя. Малфой тут же закрыл рот. Что ж… Это была чистая правда. Он не был любителем менять галлеоны на дурацкие стерлинги. — Ну… Ладно, — сдался Драко. — На улице довольно-таки зябко. Так что давай. Сделай так, чтобы наша вылазка не прошла зря. — Предлагаю взять напитки с собой и пройтись по парку, находящемуся неподалеку. — А он точно закрыт не будет? — поинтересовался Драко. — Нет, — усмехнулся Гарри. — Это же парк.

***

— Держи, — произнес Поттер, протягивая ему пластиковый стаканчик с кофе. — Кстати, а ты чего это на скамейке сидишь? Она же мокрая от дождя. — Я высушил ее с помощью заклинания, — произнес Малфой, забирая из рук Гарри стаканчик. — Не переживай, никто не видел меня. — Да я и не переживаю, — ответил брюнет, усаживаясь рядом. — Я один раз уже случайно использовал заклинание при своем кузене. Так что опыт имеется. — Серьезно? — Да. Произнеся это, он отпил кофе и тут же прошипел: — Ай жжется! — Ну остуди. Чего ты как маленький? — В чем смысл пить холодный кофе? Драко закатил глаза. — Ладно, жги себе язык и дальше. Они на мгновение замолчали, наблюдая, как ветер срывает листья с деревьев и кидает их в выключенный фонтан. — Ненавижу позднюю осень, — произнес Драко, грея руки о стакан. — Она напоминает мне о смерти. — Философом решил заделаться? — хмыкнул Гарри, повернувшись в его сторону. — Нет. Просто такая ассоциация. — На самом деле смерть не так уж и страшна для тех, кто уже умер. Ведь ТАМ все не так плохо. Вроде бы, — неуверенно произнес Гарри, поправляя очки. — А ты что…действительно видел свет в конце тоннеля? — спросил Малфой. Ему стало очень любопытно это узнать. Привидения обычно на этот вопрос отвечать отказывались, возмущенно надувая щеки, а в книгах было написано слишком уж много неправдоподобной белиберды. — Не совсем. Когда Волан-де-Морт шарахнул меня Авадой, я вдруг открыл глаза и очутился на платформе, с которой отходят поезда. — Девять и три четверти? — В точку, — кивнул Гарри. — Там не было никого кроме меня. И Дамблдора. Малфой замер и слегка побледнел. Упоминания о бывшем директоре до сих пор вызывали у него смешанные эмоции. Кажется, что после его смерти не только Драко потерял какую-то часть себя, но и весь Хогвартс сразу. — Мы с директором немного поговорили о Волан-де-Морте. Ничего путного, впрочем, мы не обсуждали. Я и так уже понял, что тот сильно ослаб после уничтожения почти всех крестражей. Дамблдор своими словами это только подтвердил. А потом он сказал, что теперь я могу спокойно отправиться к тем, кто меня ждет, — продолжил рассказывать Гарри, уставившись в одну точку. — В мир живых. Или же…в мир мертвых. Думаю, не нужно объяснять, что конкретно я выбрал в итоге. — Ты решил остаться здесь ради победы над Волан-де-Мортом? Гарри засмеялся, запрокинув голову. — Еще скажи ради того, чтобы меня всю оставшуюся жизнь называли Избранным, печатали мои колдографии во всех газетах, а журналисты на коленях умоляли дать им интервью. Малфой слегка покраснел. — А что, разве тебе не хотелось его уничтожить? — спросил он. — Конечно, хотелось. Но в первую очередь я подумал о Роне и Гермионе. Он недавно потерял брата. Она стерла память у всей своей семьи. А тут еще и я… Я знаю, каково это потерять всех близких и жить с этим. А они — нет. И им не нужно этого знать, — ответил Гарри, продолжая смотреть куда-то сквозь фонтан. — Не нужно. И я решил вернуться. Хотя остаться ТАМ мне хотелось больше. В ТОМ месте было так спокойно. Тихо. Не было ни переживаний, ни боли, ни трудностей… Я мог бы увидеть родителей, встретиться с Сириусом, профессором Люпином. Мне больше не нужно было бы быть чьим-то оружием или спасителем магического мира. Я мог бы просто быть… Гарри Поттером. Малфой молчал. Он и не подозревал о том, что именно Уизли и Грейнджер значат для Поттера. Сначала слизеринец считал их обычными подлизами и подпевалами. В разгар войны он думал, что они вместе состоят в каком-то отряде отважных и безмозглых. Но тут, оказывается, вон какое дело… По сути, Поттеру они стали настоящей семьей. Он даже не прислушался к собственному эгоистичному голосу и не остался на той стороне, чтобы наконец-то повидаться с родителями. Драко понял, что личность Поттера настолько сложна, что он об этом и не подозревал. Ему вдруг стало страшно от того, что именно ему еще предстоит о нем узнать. А еще почему-то ему стало грустно. Хоть Гарри и сказал, что они друзья, но вряд ли когда-нибудь Малфой встанет хотя бы на один уровень вместе с Уизли и Грейнджер. — Ладно, я тут разболтался о грустном, — сказал Поттер, поворачиваясь к Драко. — Хотелось отвлечься от всех этих проблем и просто насладиться лондонским вечером, а в итоге я опять нагнал тоски. — Все нормально, — ответил Малфой, крутя в руках стакан с остывшим кофе. Пить его уже что-то расхотелось. — Хотя звучал ты весьма депрессивно. Признаю. Гарри весело улыбнулся как ни в чем не бывало. Как будто бы минуту назад он не говорил, что предпочел бы умереть, нежели жить, потому что ему надоело разгребать навалившееся на него дерьмо. — Тогда отлично. Кстати. Говоря о родителях… Ты, наверное, не поверишь, но мой отец немного напоминал в молодости тебя. Когда я разговаривал со своим крестным, он рассказал мне о его прошлом более подробно. — Меня? — изумленно спросил Драко. — Ага. Он был чистокровным, имел компанию друзей и любил задирать других учащихся. Причем не просто говорить какие-то обидные фразочки, а устраивать самые настоящие подлянки. Снейпу от него много доставалось. Малфой удивленно приподнял бровь. — Снейпу? — Да. Перед смертью профессора я узнал, что мой отец часто издевался над ним. — Но…он же вроде исправился? — Угу. Так и есть. — Когда? — Когда встретил мою маму, — усмехнулся Гарри, допивая кофе. — Уж не знаю, что она с ним сделала, но Джеймс Поттер влип по самое не горюй. Вдруг гриффиндорец положил голову Малфою на плечо и принялся задумчиво смотреть в небо. Драко же в это время удивленно уставился на него, но вслух ничего не сказал. Не хотелось рушить эту…атмосферу доверия что ли. А ведь они бы могли бы давно так общаться. Если бы не чертова гордость, чертово воспитание и чертово распределение на факультеты. Малфой смог бы давно понять, каково это — чувствовать тепло и поддержку Поттера, быть с ним рядом. Несмотря на подобные мысли, Драко не собирался долго жалеть об упущенном времени. Он принял решение наслаждаться тем, что есть сейчас. — Еще Северус Снейп был долгое время влюблен в мою мать, — внезапно произнес Гарри. — Его любовь к ней не смогла угаснуть даже после ее смерти. «ЧЕГО?! Вечно мрачный Снейп и Лили Поттер?! Сумасшествие какое-то» Шестеренки в голове у Драко активно вертелись, пытаясь переварить услышанное. — Я просто…не могу в это поверить, — наконец выдавил из себя он. — Я и сам бы никогда не поверил, если бы не увидел это в его воспоминаниях, — сказал Поттер. — Наверное, твоя мать была красивой, если в нее влюбился Снейп. Я вообще не могу представить, чтобы он хотя бы к кому-то испытывал теплые чувства. Да, он был моим крестным, но при этом всегда оставался холодным и строгим, — честно признался Драко. — Она была очень красивой. И очень доброй, — вздохнув, ответил Гарри. «Теперь понятно, как в Поттере сочетается столько разных качеств одновременно. От отца ему досталась дурость, а от матери — красота и обаяние. Стоп… Какая еще красота? Какое еще обаяние?» — занервничал Малфой. — Хочешь я расскажу тебе что-нибудь о маггловских изобретениях, которые используются в космосе? — спросил Гарри, посмотрев на него своими зелеными глазами и показывая пальцем на небо. — Или ты не… — Расскажи, — мягко перебил его Малфой. Ему нужно было срочно перевести тему и отвлечься от собственных мыслей. — Я послушаю. Поттер с готовностью кивнул и принялся пояснять ему, что такое ракета, спутник и прочая техника, о которой Малфой когда-то давно слышал на маггловедении, но уже успел позабыть. Где-то на середине рассказа он перестал следить за речью и просто тупо пялился на активно жестикулирующего Поттера. Когда тот был чем-то увлечен, то становился действительно…красивым. Малфой понимал, что подобная близость с гриффиндорцем опасна. Опасна не только для его мозгов, но и для души. Однако он ничего с этим поделать не мог. Его тянуло к Поттеру, как будто бы тот был для него магнитом. Особенно трудно было бороться с этой тягой сейчас, когда он был настолько непозволительно близко к нему. Да и зачем бороться? Не лучше ли было смириться с теплой, лохматой головой, лежащей на своем плече? С запахом осенней свежести и шампуня с ароматом хвои? С теплом, окутывающем его не только в буквальном, но еще и в переносном смысле.