Покидая тьму

К концу января все ученики Хогвартса подуспокоились после рождественских каникул и стали какими-то сонными и вялыми. Драко тоже был в их числе. После того, как он нашел в себе смелость наконец-то хотя бы предположить, кем может стать в будущем, и заявить об этом МакГонагалл, его дни снова потекли размеренно. Отработки в библиотеке у Малфоя закончились, чему он был несказанно рад, ведь нянчиться с опасными изданиями со временем надоедает, даже если ты очень любишь книги. Стандартные обязанности старосты в последнее время его тоже больше не особо напрягали. Обходы обычно проходили без происшествий, а большего Драко было и не нужно. Даже на свой нагрудный значок он теперь мог смотреть без отвращения и страха, затаенного где-то глубоко в его душе. — Не хотите пойти посмотреть на тренировку когтевранцев? — как-то раз спросил их Бейли, когда они вчетвером сидели в Большом зале и старались разобраться с Историей магии. Драко, который не особо любил этот предмет и в сотый раз читал в книге одну и ту же строчку, тут же согласился. Честно говоря, он был готов на все, лишь бы не готовить домашнее задание про привидений, обитающих в Хогвартсе в начале 18 века. Он понимал, зачем нужна Трансфигурация, осознавал всю важность Зельеварения и даже, положа руку на сердце, весьма терпимо относился к Уходу за магическими тварями, Астрономии и Травологии. Но вот История магии пробуждала в нем далеко не самые приятные чувства. Кому не плевать на эти дурацкие приведения, которые, к тому же, давным давно сгинули?! — Я пойду, — рассеянно ответил Нельсон, не отрывая взгляд от конспекта. — Еще буквально пару минут. — Я тоже согласен прогуляться, — сказал Гарри, откладывая перо в сторону и разминая плечи. — Что-то сегодня вообще ничего не запоминается. Или это просто я обленился после каникул. — Скорее всего, второй вариант, — по привычке подколол его слизеринец, слегка улыбаясь. — Напрашиваешься на комплимент, Малфой? — Как и всегда, Поттер. — Да у нас тут флирт идет по полной программе, — присвистнул Ричард. — Держите себя в руках, парни. Тут же есть еще и другие волшебники. Кстати, может быть, тогда лучше только нам с Нельсоном пойти на стадион? А вас оставить наедине в общей комнате? — Фу, Ричард, — скривился Эндрю после его тирады. Малфой почувствовал, как слегка покраснел. Поттер так вообще сразу стал похож на спелую редьку. Чтобы урезонить Бейли, слизеринец беззлобно сказал ему: — Пошел ты. — Слушай, ну это же нормальное явление для двух повзрослевших волшебников. Не надо стесняться, Драко, — елейным голосом произнес Ричард, нисколько не оскорбившись. — Что-то я ни разу не видел, чтобы ты хотя бы пытался найти кого-то, с кем пришел бы к этому нормальному явлению. — Меня просто пока вообще не интересуют отношения — вот и все. А вы уже встречаетесь. Так что, нам с Эндрю освободить комнату? Конечно, Драко не был идиотом и прекрасно понимал, что рано или поздно им придется перешагнуть черту обычных объятий, поцелуев и тисканья. Однако пока он не делал к этому никаких шагов, как и Поттер. Черт, да они не так давно только поняли, что подходят друг другу. Им нужно было еще немного времени, чтобы привыкнуть. Малфой не знал, как далеко Поттер зашел с рыжухой Уизли, но, судя по отрывкам из его разговоров, дальше платонических отношений и парочки «хулиганств» у Гарри с ней не пошло. Сам Драко, когда встречался с Пэнси, тоже не успел с ней переспать. Они вовремя осознали, что лучше им этого не делать и остаться друзьями детства. — Не нужно, Рич. Мы пойдем с вами, — наконец-то ответил Поттер, быстро справившись с собой. Драко согласно кивнул. Он пока решил не забивать себе голову всеми этими размышлениями и просто наслаждаться тем, что с ним происходит. — Ты уверен? — ехидно спросил Поттера Бейли, приблизившись к нему чуть ли не вплотную. — Можешь шепнуть мне на ухо, если это Драко вынуждает тебя врать. Малфой уже слегка разозлился на когтевранца и решил пнуть его по ноге, но вместо этого случайно попал по Нельсону. — Ай! — заорал тот, подскакивая на скамейке, а Ричард громко заржал. — Больно же! Услышав его вопли, Драко стушевался. — Я случайно, — произнес он, взглянув на Нельсона. — Зачем ты это сделал? — нахмурился Эндрю. — Хотел вправить мозги Бейли. — У меня и так все на месте, — хвастливо произнес Ричард. — Тебя я вообще не спрашивал! — ответил Драко, резко повернувшись к нему. — Скажи спасибо, что я решил больше не использовать непростительные заклинания! — В следующий раз целься точнее, если соберешься провернуть подобное, — буркнул Эндрю, потирая ушибленную ногу. — Все-таки я не из камня сделан. «В последнее время Нельсону и так что-то не сладко, так ему еще и от меня досталось», — подумал Малфой с небольшой примесью стыда. Гарри, видимо, понял, что Драко почувствовал себя некомфортно, поэтому поспешил перевести тему. — Все, забыли о случившемся. Мы идем на поле или нет? Рич, ты же сам предложил. — Ладно, ребятки. Если вы так хотите, то идем. Они быстренько покидали все учебные принадлежности в сумки, забежали в общую комнату, оделись потеплее и вышли наружу. — Холодрыга, — констатировал факт Эндрю, потирая руки, одетые в ярко-желтые варежки. Он вообще в целом походил на какую-то тропическую птицу в своей новой верхней одежде. Интересно, кто помогал ему ее выбирать? «Наверняка брат», — подумал Драко, вспомнив о парне с серьгой в ушах. — Тогда шевелим ногами побыстрее, если не хотим превратиться в ледышки, — ответил Гарри. Когда они пришли на стадион, то увидели, что там не было никого, кроме команды Когтеврана, члены которой делали разминку на земле. Их движения были довольно активными, несмотря на мороз. Когда четверо старост факультетов приблизились к тренирующимся ребятам, те сразу всполошились. Драко ни капли не удивился, что первым делом когтевранцы подскочили не к Бейли, а к Поттеру, и принялись щебетать о том, как они рады видеть его на своей тренировке. «У этих ребят совсем отсутствует жажда соревнований», — подумал Драко, стоя немного поодаль от Гарри. — «Они же знают, что вскоре Гриффиндор будет играть против них. Хотя… Будучи подростком я тоже был фанатом Виктора Крама. И был бы не против получить у него автограф даже в том случае, если бы он потом собирался «сделать» меня на поле. Святая простота». — По-моему, мы тут явно лишние, — произнес Нельсон, смотря на команду Когтеврана, которая так и липла к Гарри. Драко, который периодически становился невольным свидетелем повышенного интереса к Поттеру, испытывал от этого смешанные ощущения. С одной стороны, ему льстило, что гриффиндорцу понравился только он, а не кто-то из большой толпы поклонников. А с другой, Драко не нравилось, что кто-то постоянно вертелся около Гарри. В нем сразу просыпалось странное чувство собственничества. Хотелось запереть этого избранного в одной из комнат Малфой мэнора и больше никуда не отпускать. — Все, ребята, закругляемся, — сказал Бейли, делая шаг прямо в толпу. — Мы вообще-то пришли посмотреть на вашу тренировку — только и всего. — Что, хотите узнать наши слабые места? — нагло спросила девчонка с короткой стрижкой, держа метлу в руках. У нее были огненно-рыжие волосы, поэтому Малфой на секунду подумал, что это был кто-то из Уизли. Но, приглядевшись, он понял, что когтевранка не похожа ни на одного из них. «И это прекрасно» — Нет! — отрицательно замотал головой Нельсон. — Лизон, мы просто хотим развеяться. Надоело целый день сидеть за Историей магии. Девушка хмыкнула. — Ладно, — сказала она, махнув на них рукой. — Так уж и быть. Проходите на трибуны. Ребята послушно поднялись наверх по ступеням к скамейкам. — Откуда ты ее знаешь? — спросил Бейли у Эндрю. — Сложно не знать капитана команды Когтеврана. Особенно тебе. «Капитан? Серьезно?» — подумал Малфой, стараясь получше разглядеть рыжую незнакомку. Пока он, честно говоря, не замечал в ней ничего капитанского. И дело было вовсе не в том, что он привык только к капитанам мужского пола. От Лизон просто не веяло ни уверенностью в себе, как от многих других, ни лидерством. Ее легко можно было принять за обычного вратаря. — Я не про это. Я то ее знаю. Но откуда ты… — Девочки с Пуффендуя познакомили меня с ней неделю назад, — ответил Нельсон. — У нас был небольшой квест по Уходу за магическими животными. — И ты уже зовешь ее Лизон? — ехидно спросил Бейли, подперев подбородок рукой. — Насколько я знаю, она ненавидит любые сокращения от «Элизабет». — Просто у нас оказалось много общего, — отмахнулся Эндрю. — Вот так дела, — протянул Драко. — Нельсон, оказывается, успел заполучить подружку? — И нам не сказал, — нарочито грустным голосом произнес Гарри, включаясь в игру. — Бейли стоит у тебя поучиться, а то он так и будет всю жизнь стоять в сторонке и хлопать глазами. — Иди в задницу кентавра, Малфой. — Лизон не моя подружка, — ответил Нельсон, как-то чересчур криво улыбнувшись. — Мы просто знакомые. В голове у Драко промелькнула мысль: «А что если из-за нее Эндрю в последнее время так себя чувствует? Нет ничего удивительного в невзаимной симпатии. Такое дерьмо иногда случается». Он хотел спросить что-то у Нельсона, но тут его перебил Бейли: — О, они начинают тренировку. Сейчас вы оцените моих ребят! — Твоих? — спросил Гарри, слегка улыбнувшись. — Конечно. Я всех когтевранцев считаю своими, — ответил Ричард, выпрямив спину и всем своим видом показывая, какой он крутой. — Они — птенчики, вылетевшие из-под моего крыла. — Мерлин! Да дай ты уже спокойно посмотреть на тренировку, — толкнул его в плечо Драко. Он никогда бы себе не признался, но ему было интересно наблюдать за игроками, снующими по полю туда-сюда. Когтевранцы были в довольно хорошей форме, однако что-то в их тренировке ему показалось странным. Малфой подумал, что все их движения были какими-то слишком чопорными и отточенными до последнего шевеления пальца. Гриффиндорцы же тренировались хаотично, быстро, резко, постоянно придумывали что-то новое. И Драко со скрежетом зубов признал, что ему больше нравится их стиль. Перфекционизм на поле был ему не близок. Он раньше и любил квиддич как раз за то, что там нужно было придерживаться только основных правил. Внезапно в одного из игроков чуть не врезалось какое-то светло-коричневое пятно. Когтевранец еле успел увернуться от этого небольшого пушечного ядра и оторопело замереть в воздухе. — Это…сова? — недоуменно произнес Эндрю. — Вроде бы, — ответил Ричард, глядя как коричневое нечто приближается к ним. А если быть точнее — к Поттеру. — Мне кажется или мы прямо у нее по курсу? Гарри это тоже понял, поэтому тут же вскочил на ноги, пытаясь предотвратить столкновение с птицей. Вышло у него откровенно плохо, поэтому сова со всей дури врезалась ему прямо в грудь. Гарри от такого птичьего финта охнул и едва не завалился назад. Драко еле успел его придержать. — Да это же Стрелка, — наконец-то произнес Поттер, когда окончательно пришел в себя и посмотрел на взлохмаченную сову, которую держал в руках. «Кто бы сомневался, что птица у Уизли такая бешеная» — Отличный ты все-таки ловец, Гарри, — вдруг произнесла Лизон, зависнув перед ними на метле в воздухе и глядя на всех четверых немного снисходительно. — Продемонстрируй то же самое на матче с Пуффендуем — и будет тебе счастье. Бейли громко засмеялся в ответ на ее комментарий. Птица Уизли окончательно пришла в себя, в последний раз встряхнула головой и уселась на руку Гарри, демонстрируя всем записку, прикрепленную к лапе. Поттер аккуратно ее снял, и сова снова взмыла вверх, не забыв довольно ухнуть. В полете ее то и дело мотало из стороны в сторону, и Драко еще раз подумал о том, что этой сове уже действительно пора на свою заслуженную пенсию. Гарри развернул записку, прочел ее и нахмурился. — Что там? — спросил Малфой, пытаясь скрыть обеспокоенные нотки в своем голосе. — Гермиона пишет, что мне пора проведать свой дом на Гриммо. Там недавно был небольшой потоп. Она устранила течь, но говорит, чтобы я все равно попал туда и еще раз проверил, все ли в порядке. — У тебя есть свой дом? — изумился Эндрю. — Я то думал, что у тебя квартира. Гарри потупил взгляд, перебирая пальцами бумажку. — Бывшее поместье Блэков. Досталось после смерти крестного, — ответил он, глядя на то, как лица ребят постепенно вытягиваются. — Да ладно вам! — Целое чертово поместье! — воскликнул Ричард. — Да ты завидный жених, Поттер! Драко как знал — отхватил себе богатенького. За такое высказывание он чуть не получил мощный подзатыльник от Драко. — Рич, ты так рискуешь остаться избитым, — покачал головой Эндрю. — Плевать. — Когда ты отправишься домой? — спросил Малфой. — Наверное, на выходных, — задумчиво ответил Гарри. — Быстро гляну что к чему и вернусь обратно в Хогвартс. Кстати… А ты не хочешь со мной? Обстановочка там, конечно, та еще, но горячий чай я нам сделать обещаю. Драко впал в ступор. Поттер серьезно звал его в свою обитель? Прозвучало это предложение от него как-то неожиданно. Увидев замешательство Малфоя, гриффиндорец как-то сразу поник и тут же добавил: — Хотя знаешь…нечего тебе делать в полузаброшенном доме… — Нет, нет! Я согласен, — тут же перебил его Драко, разозлившись немного на собственный ступор. — Я с тобой. — Похоже, что вас ждет отличный уикенд, — сказал Ричард, ехидно усмехнувшись. — Только не забудьте, что в понедельник с утра у нас вообще-то занятия. — Салазар! Ты решил что ли всех сегодня доконать своими шуточками?! — взвыл Малфой. — Не всех, а конкретно тебя. Ты видишь, что больше никто так на меня не реагирует? Даже Гарри спокоен, — ответил Ричард, делая вид, что он здесь ни при чем. — Да ты! Ты… Эндрю сочувственно похлопал его рукой по спине. — Это только начало, — произнес он с улыбкой мученика. — Я с ним уже несколько лет, поэтому знаю, о чем говорю. — Эй! Не раскрывай все карты! — возмутился Ричард. Драко подумал, что весь его мир перевернулся. С каких это пор Нельсон стал понимать его лучше, чем Бейли?

***

Выходные он ждал не то чтобы с нетерпением… Просто Драко иногда действительно хотелось побыть с Гарри только наедине и не смущаться от проявления собственных чувств. Несмотря на то, что он относительно доверял Нельсону и Бейли, слизеринец все равно старался при них не выдавать свою откровенную симпатию к Поттеру. А тут на целых полтора дня можно было забыть о конспирации и просто расслабиться. Кто бы от такого отказался? Когда Гарри рассказал ему подробнее про поместье Блэков, то Малфой сразу представил себе что-то наподобие Малфой мэнора. Но тот дом, что он увидел, даже близко не был похож него. — Слегка…мрачновато, — вынес он свой вердикт, стоя вместе с Гарри перед главным входом на каменных ступеньках крыльца. Поместье Блэков возвышалось над ними черной грудой и внушало какой-то непонятный страх. Погода сегодня тоже была под стать этому зданию — противный снег с дождем. Поттер выудил из кармана ключи и невесело усмехнулся. — Да ладно. Говори уже, как есть, — сказал он, ища на связке нужный. — Ужасное место, — выпалил Малфой. — Здесь впору жить только привидениям, дементорам да каким-нибудь инферналам. Короче говоря, любой нежити, но не волшебникам. — Согласен, — вздохнул гриффиндорец, вставляя ключ в замок. — Мне нужно будет потратить на его обустройство кучу времени, если я хочу, чтобы поместье больше не выглядело, как склеп. — И денег, — добавил Драко. Гарри не мог с ним не согласиться. Перешагнув порог дома, они оказались в чистом и просторном коридоре со светло-бежевыми обоями. В нем ничего из мебели не было, кроме разве что комода и вешалки. — Что ж, добро пожаловать в самое безопасное, но не самое симпатичное место в этом мире! — торжественно произнес Гарри, кидая ключи в вазочку, стоящую на комоде. — Будьте аккуратны, потому что этой рухляди черт знает сколько лет! Драко никогда бы не подумал, что он когда-нибудь вернется в дом, в котором мать, по ее рассказам, часто гостила в детстве вместе с сестрой. Он с интересом оглядывался по сторонам, пытаясь представить, как это здание выглядело в свои лучшие времена, но у него как-то не получалось. — Мы с друзьями уже немного изменили интерьер, — продолжил Поттер, снимая с себя куртку. — Содрали эти ужасные мрачные обои на первом этаже и избавились от всех древних артефактов. Но здесь все равно еще нужно многое переделать. — Да. От темной магии так просто не избавиться, — нахмурился Драко, вспомнив о своем собственном поместье, которое успели изгадить Пожиратели. — Моя мать тоже делала в Малфой мэноре капитальный ремонт. Это помогло, но… Я думаю, что должно пройти еще много лет, чтобы наш дом полностью очистился. — Про поместье Блэков я тогда вообще молчу, — вздохнул Гарри. — Четыре этажа сплошного негатива. — Сколько?! — Четыре. — Черт, Поттер. Мне уже жалко твои галлеоны. Драко снял свое пальто и повесил его на вешалку. Потом он прошел вперед, чтобы немного осмотреться. «Да. Внутри явно приятней находиться, чем снаружи. Поттер со своими…друзьями все же постарался», — подумал он. — Раньше здесь была стена, на которой висел портрет Вальбурги Блэк. Эта старуха умудрилась знатно подгадить жизнь своим потомкам даже после смерти. На ее портрете лежало заклятие Вечного приклеивания, — сказал Гарри, шагая вслед за Драко по просторному коридору. — Контрзаклинания, кстати, не существует по сей день. Поэтому пришлось эту стену вообще снести. Я не мог спокойно смотреть на эту старую бестию. Малфой прыснул. Подобная выходка была вполне в духе его дальних родственничков. — Хорошо, что в Малфой мэноре таких портретов нет, — сказал он. — Иначе я бы свихнулся. Я удивлен, как твой крестный, выросший в такой обстановке, вообще попал в Гриффиндор, а не стал самым великим темным магом наподобие Волан-де-Морта. — Я тоже иногда удивляюсь, — пробормотал Гарри. — Обстановочка очень располагала к этому, знаешь ли. Прогулявшись по дому, Драко понял две вещи. Во-первых, он никогда не будет хранить у себя больше одного артефакта с темной магией. Во-вторых, ремонт поместья — это всегда головная боль. Он не представлял, как члены Золотой троицы умудрились отреставрировать эту гнилушку и придать ей более менее терпимый вид. Конечно, Гарри предстояло еще очень и очень много работы — привести в порядок спальни на третьем и четвертом этаже, купить кучу новой мебели, разобрать хлам на чердаке, от которого так и веяло темной магией, обустроить кухню. Единственной более менее нормальной комнатой в поместье Блэков на данный момент была гостиная. Именно там Гарри и разжег камин, чтобы в доме стало хотя бы немного теплее. Они не сильно мерзли без верхней одежды, но погреться на диване у камина еще никогда не было плохой идеей. — Я видел, как ты смотрел на фамильное дерево Блэков, — вдруг произнес Гарри, подкидывая дрова в огонь. Драко, сидевший на диване, слегка вздрогнул. — Что, правда? — Угу. — Что ж… — Ты можешь посмотреть на него внимательнее, если хочешь, — улыбнулся Гарри. — Я тебе разрешаю в этом доме бродить где угодно. — А вдруг я сворую какой-нибудь опасный артефакт? — пошутил Малфой. — Что тогда? — Я бы на твоем месте делал это на свой страх и риск. Есть большой шанс наткнуться на очень страшное проклятие. — Раз я тоже в какой-то степени из рода Блэков, то оно на мне не сработает. — Я бы не был так уверен, — усмехнулся Гарри. — Сириус рассказывал мне, что он беспрерывно чихал на протяжении целых двадцати минут, когда случайно задел ногой какую-то старую книгу в библиотеке. — Ты слишком серьезен. Я все равно не собирался делать что-то подобное. — Просто на всякий случай предупредил. — Правильно. Ненавязчиво пригрозил, выдав это за заботу. Прямо как истинный слизеринец, — улыбнулся Малфой, поднимаясь с дивана. — Ты же знаешь, что это — не так. — Конечно. Я просто шучу. Драко покинул гостиную и стал подниматься на четвертый этаж. Он с опасением шагал по дряхлым ступенькам, поглядывая себе под ноги. Ему казалось, что лестница в любой момент может обрушиться. Оказавшись наверху и облегченно вздохнув, Малфой быстро нашел нужную комнату с фамильным деревом, поскольку его было видно даже из коридора. Войдя внутрь, парень слегка поежился. Ему в нос сразу же ударил запах сырости и плесени. «Ничего удивительного. В соседней ведь был самый настоящий потоп» Фамильное дерево «расползлось» по всей стене комнаты. На нем красовались многочисленные портреты четы Блэков. Половину всех этих волшебников Драко не знал. Однако он с интересом читал незнакомые имена, пытаясь разобраться, кто есть кто. Найдя на этом фамильном дереве портрет своей матери, он с любовью провел по нему пальцем и улыбнулся. К сожалению, это была не колдография, поэтому Нарцисса не пошевелилась и никак не отреагировала на его действия, а лишь продолжила смотреть на него своим умным взглядом. На портрет Беллатрисы Драко взглянул с неприязнью и пожалел, что Гарри оставил его красоваться на стене. «На его месте я бы замазал это жуткое лицо какой-нибудь краской. Оно меня бесит» Сириуса Блэка, видимо, в собственной семье люто ненавидели. Его портрет был начисто сведен с фамильного дерева. От него осталась только надпись с годами жизни. Малфой попытался вспомнить, как выглядел крестный Гарри. В свое время он видел его только на фотографиях в газете. Однако кроме темных кудрей, как у Беллатрисы, в голове из воспоминаний у него ничего не всплывало. «Регулус Блэк… Не знаю даже, кто это. Андромеда Блэк… Ого! Так это же сестра моей мамы», — с удивлением подумал Драко. Он не помнил, чтобы Нарцисса Малфой хотя бы раз обмолвилась при нем о ней. Отец как-то рассказывал ему, что по линии матери встречались предатели крови. Наверное, он как раз говорил об Андромеде Блэк. «Интересно, почему они не общаются сейчас? Мать ведь отреклась от идеи чистоты крови. Ничего не мешает ей восстановить связь с сестрой» Хотя Драко, наверное, уже знал ответ на свой вопрос. Всем членам его семьи было тяжело признать свою неправоту и сделать шаг навстречу другому волшебнику. «Но у меня же это получилось. Значит, и у мамы может получиться», — подумал Драко, глядя на портрет Нарциссы. Он искренне хотел, чтобы все его родственники, которые перестали общаться из-за Волан-де-Морта, снова воссоединились. Ну или хотя бы помирились и начали присылать друг другу по праздникам открытки с сухими поздравлениями. Драко считал, что все-таки это было бы лучше, чем ничего. — Ну и как тебе? — донесся до Малфоя голос Гарри. — Налюбовался? Драко повернулся и увидел гриффиндорца, стоявшего на пороге и наблюдающего за ним с улыбкой. — Вроде того. — Наверное, тебе непривычно здесь видеть собственный портрет, — сказал Гарри, подходя ближе к нему. Драко снова взглянул на дерево и, внимательно присмотревшись, наконец-то заметил его. Малфой, изображенный на стене, ехидно ухмылялся. «Какой же все-таки засранец» — Согласен, — наконец произнес слизеринец. — Очень непривычно. Кстати, я только что узнал о том, что у моей матери, оказывается, есть еще одна сестра. Андромеда Блэк. — Сейчас уже Тонкс. — Ты ее знаешь? — Угу. Она мать Нимфадоры Тонкс, а та была замужем знаешь за кем? — Люпин! — воскликнул Драко. — Да. Они были такой прекрасной парой. Жаль, что погибли во время битвы за Хогвартс, — с грустью в голосе произнес Гарри. — И жаль, что маленького Тедди Люпина постигла та же участь, что и меня. Я никому бы не пожелал такой судьбы. — Стоп, стоп, стоп! То есть, у Андромеды Бл… Тонкс есть внук? — спросил Малфой. — Да. И я его крестный, — рассмеялся Поттер, поправляя очки. На Малфоя обрушилось слишком много информации. Он молча таращился на Гарри, переваривая услышанное. — Получается, что я — дядя? — в итоге спросил Драко через несколько минут. Поттер улыбнулся и кивнул головой. — Двоюродный. — Я…даже не знаю, что сказать. — Если вдруг ты захочешь, то мы можем в любое время навестить твоего племянника…и моего крестника. Андромеда всегда рада визиту гостей, — сказал Гарри, проведя рукой по стене с изображением фамильного древа Блэков. — Это будет здорово, наверное. Но для начала просто…просто дай мне немного времени на подумать, хорошо? — ответил Малфой, массируя переносицу. — Такие решения не принимаются за пару секунд. — Конечно. Без проблем. Ты иди вниз и отогревайся у камина. Я сейчас уберу в соседней комнате последствия потопа и тоже приду туда. Малфой спускался вниз по лестнице, ощущая внутри странную смесь из удивления, воодушевления и даже небольшого страха. Он был рад, что обрел племянника и тетю, но при этом представить себе не мог, как ему вообще с ними познакомиться. Захотят ли они видеть среди своих родственников бывшего Пожирателя? Как отреагирует на него мать той, которая отдала свою жизнь в битве против таких, как он сам? Через пару секунд, сидя на диване и вспоминая слова Гарри о Тедди Люпине, он не мог сдержать своего гнева. Его пальцы впились в старую обивку, и ногти оставили на ней полумесяцы. «Гребаный Волан-де-Морт!» — с нескрываемой яростью подумал Драко. — «Скольких еще детей он оставил без родителей? Как он умудрился испоганить жизнь всем моим родственникам, даже тем, кого я и знать не знал?». Ему было искренне жаль мальчишку. Драко, конечно, тоже многого лишился в период войны, но его родители хотя бы остались живы. Навестить Тедди Люпина в ближайшем будущем показалось Малфою хорошей идеей, но сначала ему нужно было морально к этому подготовиться.

***

Гарри быстро управился с последствиями потопа, поэтому уже через час они сидели в гостиной и пили горячий чай. Поттеру стало совсем жарко, и он предпочел остаться в одних джинсах и футболке. А вот Драко избавляться от своей теплой рубашки не хотелось. Его периодически слегка потряхивало от сквозняка, который проникал сквозь щель под дверью. Даже камин не помогал. Несмотря на прохладу в комнате, Малфою жутко хотелось спать. Он сегодня получил слишком много информации, которая практически взорвала его мозг. Ему нужно было передохнуть и как следует все обдумать. Гарри, заметив, что Малфой уже начал клевать носом, улыбнулся и толкнул его в плечо. — Что? — недоуменно спросил Драко, с трудом разлепив веки и взглянув на гриффиндорца. — Кажется, что тебе пора спать. — Нет. Я все-таки лучше еще посижу, — ответил Малфой, глядя на чашку с чаем и опасаясь, что такими темпами он точно опрокинет ее на свою белую фланелевую рубашку. — Да ладно. Не геройствуй. На самом деле Драко не хотел засыпать прямо сейчас. У него наконец-то появился шанс спокойно поболтать с Поттером наедине обо всем на свете, а тут его дурацкий организм внезапно решил отправиться на боковую. «Предатель», — раздраженно подумал Драко. Гарри, как хозяин этого дома, в конце чаепития убрал и помыл чашки сам, хотя вполне мог сделать это одним взмахом волшебной палочки. Видимо, его маггловские привычки, даже несмотря на учебу в Хогвартсе, никуда не делись. Малфой, конечно, предложил ему свою помощь из элементарной вежливости, но все равно был рад, когда Поттер сказал ему, что сделает все сам. — Неужели у Блэков даже не было домовых эльфов? — спросил Драко, наблюдая за тем, как Гарри вытирает чашки полотенцем. — Я в жизни в это не поверю. — Ну почему же, — ответил брюнет. — Был один. Кикимер. Но как только я решил, что буду жить в этом доме, то сразу его отпустил. — Делать эльфов свободными — это твоя главная цель в жизни? — спросил Драко, слегка усмехнувшись. — Я то думал, что это — прерогатива Грейнджер. — Кикимер был слегка жутковатым. Не мог я тут спокойно жить, зная, что он обитает где-то на чердаке. Или что еще хуже — стоит в дальнем углу комнаты, пока я сплю, — поежился Гарри. — Этот дом и так мрачный, а с ним он вообще превращался в настоящую пыточную. — И это говорит мне волшебник, который одолел Волан-де-Морта. — Ты просто его не видел, — буркнул Поттер, слегка смутившись. Драко подумал, что, наверное, оно и к лучшему. Закончив с посудой, Малфой и Поттер вернулись в гостиную. — Сколько раз ты спал на дряхлом скрипучем диване? — спросил Гарри, доставая из рюкзака темно-красный плед. — Вроде бы ни разу. А вот за столом засыпал как минимум раза два, — ответил Драко, пока Поттер приводил спальное место в порядок. — Что ж, сегодня у тебя будет шанс и это попробовать. — Не сказать, что я по уши рад, но деваться некуда. Малфой действительно смирился со своей участью. Дрыхнуть в спальне Вальбурги Блэк или в одной из тех, в которой недавно был потоп, ему категорически не хотелось. Его слизеринская натура противилась этому всей душой. — Как-то вот так, — произнес Гарри, показывая ему его новое спальное место. — Сойдет, — сонно отмахнулся Драко. Устроившись поудобнее на диване Малфой почувствовал себя, как в нирване. В комнате наконец-то стало довольно тепло, пледом можно было накрыться чуть ли не с головой, да и на душе (в кои-то веки) было относительно спокойно. Правда, диван был коротковат. Ноги Драко немного свисали, но он никогда и не спал, вытянувшись во весь рост. — Я смотрю, тебе понравилось, — хмыкнул Гарри, глядя на довольную улыбку на лице у Драко. — Тебе кажется, — съехидничал слизеринец. — Ладно. Я, пожалуй, тогда пойду, раз ты тут обустроился. — Куда? — недоуменно спросил Драко. — В комнату на четвертом этаже. Я бы лег здесь прямо на полу, но… Не хочется. А там хотя бы есть кровать. Малфой стушевался. Неужели Поттер действительно собирается провести ночь в этой задрипанной спальне? Да в ней даже днем находиться страшно. С другой стороны, не ляжет ли он рядом с ним… При мысли об этом Драко смутился, но старался не показать этого. — Спокойной ночи, — сказал Гарри и уже было собрался уходить, как вдруг Малфой схватил его за руку. — Ложись здесь, — буркнул он, отводя взгляд. — Здесь? На полу? — Да нет же! — Драко чуть ли не подпрыгнул от смущения и негодования. — На диване! — На диване? Но ты же… Оу, — внезапно осекся Гарри и залился краской. — Черт. Да уж. Ты…ты правда не против? — Я бы стал тебе предлагать это, если бы был против? — нахмурился Малфой — Наверное, нет. — Тогда чего ждешь? Залезай уже. Я, знаешь ли, и передумать могу. Гарри слегка замялся, но потом все-таки откинул край пледа и улегся на диван рядом с Драко. Повернувшись к нему спиной и повозившись немного, он наконец-то замер на одном месте, подложив руку под подушку. Малфой тоже старался не шевелиться и дышал очень медленно. Всю его сонливость сразу как рукой сняло. Он чувствовал тепло, исходящее от тела Гарри, и ему на подсознательном уровне хотелось подвинуться ближе к нему. Драко еле сдерживал свой позыв, сверля взглядом затылок Поттера. Через пару минут Гарри внезапно повернулся к слизеринцу и серьезным голосом спросил: — Ну и каково это — делить постель со своим бывшим врагом? Драко не выдержал и засмеялся от неожиданности, спрятав лицо в ладонях. Гарри тоже улыбнулся. Неловкое напряжение между ними слегка спало. — Пока что не вижу ничего плохого, — честно ответил Малфой. — Все оказалось не так страшно, как я себе представлял. — О, так ты это еще и представлял? — с улыбкой поддел его Гарри. — Пошел ты, Поттер, — смутившись, ответил Драко. — Я просто не так выразился. Гарри аккуратно дотронулся пальцами до его лица. Если бы это сделал кто-то другой, то слизеринец резко бы отодвинулся, да еще и запустил в обнаглевшего смельчака парочку обездвиживающих заклинаний. Но прикосновения Поттера делали его бессильным. — У тебя глаза при теплом освещении становятся голубого цвета. Ты знал? — спросил его Гарри. — Неа. Не замечал как-то, — как можно беззаботнее ответил Драко, ощущая, как от нервов горло словно стянуло веревкой. Он чувствовал себя, как ученик, который пришел сдавать С.О.В., абсолютно к ним не подготовившись. — Твой настоящий цвет глаз мне нравится больше, — тихо произнес Гарри, проведя большим пальцем по его щеке. — Они напоминают мне небо после дождя над Норой. — Ты такой романтик, — фыркнул Драко, стараясь скрыть под этим свое смущение. — Раньше ты не говорил мне таких слов. Я слышал в свою сторону только что-то про хорька. — Не было подходящего случая. Наглый слизеринский принц часто высмеивал сам факт моего существования, — ответил Гарри и невзначай посмотрел на губы Драко. Слизеринец заметил этот жест и приблизился к лицу Гарри. — Я где-то слышал, что гриффиндорцы отличаются бездумной храбростью, — сказал он, заглядывая в темно-зеленые омуты. — А я, что слизеринцы — хитростью, — не остался в долгу Поттер. Через мгновение они так резко рванули навстречу друг другу, что чуть не столкнулись лбами. Драко никогда не думал, что он может быть таким жадным. Он сминал губы Поттера, лишь изредка отстраняясь от него и пытаясь привести свое дыхание в порядок. Ему было не то чтобы приятно, а до ужаса упоительно. После всего, что им пришлось пережить, они заслужили быть вместе, они вырвали у судьбы это. Гарри же в это время превращал его прическу своими руками в какое-то птичье гнездо, но Драко впервые было плевать на свой образ. Ему нравилось, как гриффиндорец пропускает его волосы сквозь свои пальцы, а иногда безболезненно тянет на себя. Видеть Поттера таким свободным и таким открытым у Драко просто не было сил. Слизеринец увидел ту его сторону, о которой многие могут только мечтать. Он и раньше думал об этом, но только теперь понял, что точно не переживет, если Гарри хоть краем глаза когда-то посмотрит на кого-то другого. В таком случае можно будет добровольно положить голову на плаху. — Я с-сниму их, ладно? — запыхавшимся голосом произнес Поттер, убирая очки на полку, в то время как Драко уже переместил свое внимание на его шею. Он притянул брюнета к себе и провел носом по коже, на которой даже здесь красовались мелкие шрамики. Поттер буквально пах магией и чем-то сладким. От этого вибрировали все нервные окончания. Малфой ощущал себя псом, которому наконец-то дали долгожданное угощение. Он принялся оставлять засосы на шее Поттера, оттягивая ворот его футболки, отчего тот начал слегка постанывать. Драко чувствовал, как у него в ушах все гудит. Окружающая обстановка перестала иметь для него значение. Был только Поттер, его запах, его тепло, его вкус. Гарри между поцелуями потянулся к пуговицам на его рубашке и Драко смиренно дождался момента, когда гриффиндорец дрожащими пальцами наконец-то расстегнул последнюю. Он на мгновение смутился того, что Поттер ясно увидит его белесые шрамы, его слегка выпирающие ребра и ключицы. Конечно, он и раньше уже все это замечал мельком (в общей комнате все же тяжело остаться наедине с собой), но в этот раз… Не оттолкнет ли его подобное? К счастью Драко, гриффиндорец и не думал отстраняться от него. Он лишь молча посмотрел на бледную кожу, а потом прижался своей лохматой головой к его груди. — Что ты делаешь? — спросил Малфой. — Слушаю, как бьется твое сердце, — сипло ответил Гарри. — И что, это тебе нравится? — Да, — ответил Поттер. — Поверить не могу, что я сам случайно едва не остановил его. Мне до сих пор иногда снится, как ты лежишь на полу в той комнате и… — Перестань, — сказал Драко, обхватив его лицо двумя руками и заставив Гарри посмотреть на него. — Я не хочу об этом больше говорить. Особенно сейчас. В качестве извинения брюнет вновь притянул Малфоя к себе и лизнул его в шею. Драко зашипел, стиснув зубы. Мурашки пронзили его от макушки до пят от этого простого и неловкого движения. Он думал, что Поттер и так уже сделал много вещей, сводящих его с ума, но тут в Гарри, видимо, взыграло то самое легендарное гриффиндорское безумие, потому что он потянулся рукой к пуговице на его джинсах… — Стоп. Стоп. Ты…ты реально этого хочешь? — мягко спросил Драко, перехватив его руку. — Я не буду зол на тебя, если ты вдруг передумаешь. — Я не передумаю, — уверенно ответил Гарри. — Я никогда не был с парнями, да и с девушками опыта у меня, честно говоря, маловато. Но сейчас я правда хочу…с тобой. — Хорошо, — кивнул Драко. — Я понял. Поттер еще раз поцеловал слизеринца и аккуратно расстегнул его джинсы. Малфой весь затрясся от нетерпения. Да уж, с Пэнси у него точно ничего подобного не было. Он поэтому тогда и немного разочаровался в физических проявлениях чувств. Да, ему было приятно, но не более. А здесь же… Смелость Поттера приятно его радовала, но он тоже не хотел сдавать позиции. Малфой потянул за рукав футболки парня. — Мне ее снять? — спросил Гарри. Малфой кивнул, осознав, что сейчас не в силах вымолвить хоть что-то осознанное. Поттер быстро скинул с себя мешающую вещь. Драко заметил, что на его теле тоже достаточно много шрамов — и крупных, и мелких. Ему хотелось поцеловать каждый из них. Он даже уже было наклонился, чтобы это сделать, но тут Гарри все-таки дотронулся до его члена. От ощущения руки Поттера на своей нижней части тела Малфой чуть не задохнулся. Было слишком приятно. Приятно настолько, что это даже казалось неправильным. Поттер, увидев поплывший взгляд Малфоя, лишь убедился в том, что сделал все верно. Он оттянул резинку чужих боксеров и напрямую прикоснулся к Драко. Ощутив под своей ладонью голую нежную кожу, Гарри лишь неопределенно хмыкнул и уставился на слизеринца полубезумным взглядом, в котором читались любопытство и страсть. — Ах ты… Черт… — зашипел Малфой, уронив голову на плечо Поттеру и вдыхая запах его тела. Ему казалось, что если тот сделает еще пару движений рукой, то он точно свихнется от нахлынувших ощущений. Драко и не подозревал, что его организм настолько требовал сексуальной разрядки. Во время войны ему было совершенно не до этого — либидо свелось даже не к нулю, а к отрицательному значению. Весь последний год он по крупицам собирал нового себя и мастурбировал скорее по привычке, нежели из-за сильного желания. Но вот сейчас, кажется, все его гормоны взбунтовались. Чертов избранный быстро просек, как ему было приятнее — два раза быстро, а потом два раза медленно, из-за чего Драко уносило волнами крышесносного удовольствия. — Стой, — умудрился все-таки произнести он, хотя язык плохо слушался его. — Я тоже хочу сделать это для тебя. Гарри неохотно убрал руку, испачканную в чужой смазке, и откинулся назад. Драко слегка потряхивало, но он уверенно провел пальцами по животу Гарри, на котором можно было заметить очертания пресса, сформировавшегося благодаря игре в квиддич, а потом скользнул ими вниз. «Вот уж никогда не предположил бы, что буду заниматься подобным с Поттером», — глупо подумал Малфой, ощущая возбуждение гриффиндорца и выбивая из него нетерпеливые стоны. Он не знал, хорошо у него получается или нет, поэтому старался следить за каждым движением Гарри. Поттер вел себя в постели, как и во время игры в квиддич. Он полностью поддавался эмоциям и наслаждался процессом, не стесняясь своей реакции. Это Драко в нем, честно говоря, очень нравилось. Несмотря на свою непростую историю Гарри все равно умел получать удовольствие от всего, что он делал. Стоны Поттера разносились по всему дому Блэков. Малфой ехидно подумал, что те, наверное, в своих гробах от такого перевернулись. Как это так: чистокровный волшебник дрочит какому-то полукровке прямо на обшарпанном диване! Но ему было плевать. Все позабылось: уроки, предстоящие экзамены, проблемы с отцом, чистота крови. Мозг Драко в мельчайших подробностях только старался запомнить, как звучит возбужденный голос Гарри, как выглядит его лицо с пошлым, но не вульгарным выражением на нем. Поттера хотелось целовать, обнимать, трогать везде. Он так легко поддавался ласкам Драко, что слизеринец успел тысячу раз пожалеть, что они потратили целых семь лет на бессмысленную вражду. Они могли закончить эту глупую игру в противников давным-давно. — Драко, — произнес Гарри, цепляясь пальцами за его плечо. Слизеринец подумал, что никогда еще его имя не звучало так потрясающе. — Драко, я сейчас кончу. — Давай, — ответил Малфой, наращивая темп и жадно глядя на него, — не сдерживайся. Гарри внезапно запрокинул голову назад, и слизеринец почувствовал, как его рука становится мокрой. Осознание, что он только что довел Поттера до оргазма, накрыло настолько, что Малфой сам содрогнулся и ощутил, как приятные волны накатывают на его нижнюю часть тела. После этого он осторожно прилег рядом с Гарри, чувствуя себя полностью удовлетворенным, но при этом почему-то опустошенным. Из головы совершенно все выветрилось. Драко хотел было сказать Поттеру глупую шутку, что он никогда бы не подумал, что когда-нибудь кончит благодаря гриффиндорцу, но сон окончательно настиг его. Он закрыл глаза, пообещав себе, что через секунду откроет их, но незаметно для себя тут же уснул. Последнее, что он запомнил — это ощущение руки Гарри, поглаживающей его по оголенному боку.