Покидая тьму

После того как Гарри получил перелом, Драко стал чувствовать, что он, похоже, превращается в белку, которая бегает в колесе. Днем он кое-как отсиживал все занятия, нервно поглядывая на время, потом бежал в кабинет Зельеварения, в скоростном режиме варил добавку к Костеросту, рецепт которой придумал сам еще несколько лет назад, и только потом бежал к Поттеру в магпункт. Слизеринец заключил с мадам Помфри соглашение, что ему можно беспрепятственно навещать Гарри только в том случае, если он не будет шуметь и сразу же уйдет, когда гриффиндорец устанет и захочет побыть один. Конечно же, Поттер ни разу не просил блондина уйти. В первый день после получения травмы он беспробудно спал, накаченный обезболивающими разного происхождения. Сначала он выпил зелье, а потом еще и попросил Ричарда принести ему магловские таблетки, которые лежали у него в рюкзаке. Малфой был категорически против такого смешения лекарств, но Гарри все же чудом сумел убедить его, что только так ему станет лучше. В итоге Драко всю ночь сидел около его кровати, не смыкая глаз, и периодически проверял состояние Поттера, опасаясь, что тот вдруг начнет покрываться пятнами или задыхаться. Все-таки передозировку исключать было нельзя. Он сам ничерта не разбирался в маггловских таблетках, оттого боялся еще больше. В остальные же дни Гарри был немного бодрее, но все равно своим поведением напоминал муху, которая только выползла на подоконник после зимней спячки. Его движения были заторможенные, а улыбка — довольно тусклой. Честно говоря, сам Малфой выглядел не лучше, да и чувствовал себя паршиво. Он забыл, когда вообще в последний раз нормально спал. Ричард и Эндрю не раз предлагали ему свою помощь, пытались подменить его на «ночном дежурстве» у койки, но Драко доверил им только свои обязанности старосты. Он чувствовал, что не может спокойно отсыпаться у себя в комнате, пока Гарри там ворочается и страдает от болей в руке и спине. Малфой был уверен, что Поттер сделал бы для него то же самое. Даже если бы он не был сочувствующим гриффиндорцем. Через неделю Гарри все-таки начал потихоньку всеми правдами и неправдами гнать его ночевать назад в общую спальню, заручившись поддержкой Лейси. Девушка все еще чувствовала себя немного виноватой в том, что случилось на поле, поэтому всячески старалась предложить свою помощь в часы свободного посещения. — Тебе нужно пойти и нормально поспать, — как-то сказал ему Поттер. — Так больше продолжаться не может. — Я нормально сплю, — отмахнулся Драко, выливая зелье в чай с малиной, чтобы гриффиндорец не морщился от неприятного вкуса лекарства (устранить этот недостаток добавки к Костеросту ему так и не удалось). — Твои синяки под глазами говорят об обратном, — произнесла Лейси, крутя в руках яблоко. — Уэйн… — устало протянул Малфой и кинул на нее короткий предостерегающий взгляд, который, впрочем, Гарри все-таки успел заметить. — Лейси права, Драко. И ты это знаешь, — мягко произнес Поттер, забирая у него из рук кружку и убирая ее в сторону. — Тебе нужно отоспаться. Иначе в магпункт попадешь еще и ты. Кто тогда будет варить мне зелье, а? — Только это тебя беспокоит? — слегка усмехнулся Малфой. — Так сильно боишься не успеть восстановиться к весне? Поттер хохотнул и уткнулся головой ему в плечо. Лейси сделала вид, что внимательно изучает окружающий интерьер, чтобы не смущать парней. «Вот за что она мне нравится — так это за подобного рода вещи», — подумал Драко, аккуратно перебирая пальцами отросшие волосы Гарри. — «Удивительно понимающая гриффиндорка. Ничего ей вслух даже говорить не нужно. Были бы все с ее факультета такими». — Ты все-таки сходи и нормально поспи, — произнес Поттер, отстранившись от него через минуту и внимательно посмотрев в глаза Драко. — Иначе я попрошу Нельсона, чтобы он усыпил тебя. — Если ты хочешь, чтобы я уснул навсегда, то ты сделал правильный выбор, — фыркнул Малфой. — Поэтому тебя и предупреждаю. — Предупреждение? А я думала, что это — угроза, — хмыкнула Лейси, протягивая Гарри очищенное яблоко. — Угрожать это больше в твоем стиле, Уэйн, — сказал Драко. — Я слышал, что тебя боятся почти все игроки в квиддич. Причем не только с твоего факультета. — Да брось. Просто это они слишком пугливые. А еще недисциплинированные. Я же, в свою очередь, предпочитаю порядок. Малфой был готов поклясться, что он на мгновение увидел в глазах девушки ничем не прикрытую гордость. По всей видимости, Уэйн нравилось, что ее многие боятся. Что ж… Ничего плохого не случится, если она будет использовать свое влияние, чтобы привести команду к победе. А вот если Лейси забудется и просто начнет запугивать окружающих, то ничего дельного из этого не выйдет. Драко уже смог проверить это на собственной шкуре. Они еще немного посидели втроем, а потом Уэйн покинула магпункт. Поскольку Гарри сломал руку, он не мог сейчас тренировать команду. А делать это все равно было нужно, чтобы ребята не потеряли свою форму и воспряли духом. Когда Лейси тихо прикрыла за собой дверь, Драко тут же метнулся к Поттеру и поцеловал его. Гарри немного удивился, но все равно охотно ответил ему, притягивая слизеринца за шею к себе здоровой рукой. Обычно Поттер был инициатором подобных ласк, поскольку Драко все равно до сих пор боялся навязываться ему, но в этот раз он не выдержал, потому что ждал слишком долго. Накрыв губы Поттера своими, Малфой с большим удовольствием ощущал его теплое дыхание на своей коже и покрывался мурашками от прикосновений Гарри к оголенным участкам шеи. — Это было неожиданно. Но весьма приятно, — произнес Поттер, когда Драко наконец-то отстранился от него, услышав, что дверь, ведущая в магпункт, неприятно скрипнула. — Ты соскучился по подобному? — Мы просто давно этого не делали, — попытался оправдаться Малфой. Брюнет засмеялся. — Ну да, ну да, — произнес он, лукаво улыбнувшись, — рассказывай это кому-нибудь другому, но не мне. — У меня есть для тебя новость, — решил перевести тему Драко. Ему не хотелось с головой окунаться в смущение. — Какая? — Свадьба Пэнси состоится в марте, а не в апреле. Сюрприз! Мы, кстати, с тобой приглашены. Отправимся прямо в «змеиное гнездо». Впрочем, тебя это теперь, наверное, уже не сильно пугает. Гарри немного растерянно посмотрел на слизеринца. — Ты думаешь, что мне действительно стоит пойти туда с тобой? — Конечно! Один я не выдержу столько розовых соплей. Трогательные признания, цветочки, поцелуйчики… Фу. Мерзость, — скривился Драко. Поттер засмеялся, взъерошив отросшие волосы. — Честно говоря, я немного волнуюсь, — произнес он, посмотрев куда-то вбок. — Ты? Волнуешься? — Представь себе. Все-таки не каждый день я знакомлюсь с твоими лучшими друзьями. Драко фыркнул. — Расслабься. В этом ничего такого нет. Пэнси, Тео или Блейз вряд ли скажут тебе что-то плохое. Ну да. В прошлом вы не очень ладили. Точнее вообще практически не контактировали. Но сейчас то все изменилось. В этот раз я буду выступать в роли связующего звена. — Я это понимаю, но все равно переживаю. — Да брось! — Я посмотрю на тебя, когда мы отправимся к Уизли. Малфой застонал. — Пожалуйста, не напоминай мне об этом. Я какое-то время еще хочу пожить спокойно. — Хорошо, — согласился Гарри. — Отложу этот разговор до лучших времен. Что будем дарить на свадьбу? Мы же не можем прийти с пустыми руками. — Пэнси сказала, что ей нужна всякая ерунда для дома. Я плохо в этом разбираюсь, если честно, — потер переносицу Драко. — Даже не представляю, что могло бы пригодиться этой взбалмошной ведьме, которая из-за неправильной длины своей фаты устроила скандал. — Хочешь я попрошу Гермиону, чтобы она помогла выбрать нам подарок? — поинтересовался Гарри. — Неплохая идея. Я могу встретиться с ней в любой день, но только вечером. — Погоди, погоди… А ты что, забыл про меня? Я тоже хотел бы пойти. — Нет, не забыл. Просто я думаю, что к этому времени ты все еще будешь валяться на больничной койке. К тому же, у тебя до сих пор кружится голова. Ты сам недавно мне об этом говорил. — Не переживай, — улыбнулся гриффиндорец. — Я чувствую себя почти что превосходно. — Словосочетание «почти что» здесь ключевое, Поттер, — строго произнес Драко. — Тебе нужно выздороветь до конца. — Знаешь, мне станет гораздо лучше, если ты поцелуешь меня еще раз. Малфой немного повозмущался для видимости, но все-таки просьбу Гарри выполнил. Хорошо, что мадам Помфри вновь куда-то отлучилась. Либо она была очень проницательной ведьмой, либо в этот день судьба сжалилась над Драко и позволила ему делать то, чего он действительно хотел. Посидев с Поттером еще немного, Малфой засобирался в общую комнату. Время приближалось к десяти, поэтому всем посетителям магпункта нужно было успеть покинуть его до отбоя, если они не хотели навлечь на себя гнев Помфри. — Кстати, а где будет проходить свадьба? — опомнился Поттер, наблюдая за тем, как Малфой сгребает свои вещи в охапку. — А это секрет, — улыбнулся Драко. — Если ты узнаешь, то тогда тебе будет вообще неинтересно. — Вот уж вряд ли. Я был на свадьбе всего раз — у Билла и Флер. К сожалению, повеселиться нормально нам не удалось. Поэтому для меня все будет в новинку. — Тео и Пэнси те еще затейники, но вряд ли они будут организовывать большой пир. Поэтому не жди чего-то фееричного, хорошо? Иначе разочаруешься. — Драко, я вообще даже не думал об этом. Малфой пристально посмотрел на чересчур серьезного гриффиндорца и фыркнул. «Похоже, что Поттер действительно решил отнестись к этому со всей ответственностью» — Постараюсь подобрать тебе фрак, пока ты тут валяешься, — произнес Драко, облокотившись о стол. — Размер одежды у нас примерно одинаковый. Ты, правда, намного шире в плечах, да и ростом пониже. Придется мне это как-то учесть. — Почему мне нельзя надеть свой старый смокинг? — простонал Гарри. — Поттер, если Пэнси хочет фрак, то она его получит. Только на ее свадьбе мы с ней еще не пререкались. — Как скажешь, — вздохнул брюнет. Попрощавшись с Гарри, Драко вышел из магпункта и доковылял до общей комнаты. Он хоть и активно спорил с Поттером, но какой-то частью своей души все равно был рад, что наконец-то сможет нормально поспать. В последнее время его тело явно испытывало стресс от недосыпа и неудобных поз для сна. Ричард и Эндрю увидели, как Малфой вошел в комнату, и уже было хотели начать расспрашивать его о состоянии Гарри, но потом передумали, заметив, как тот рухнул на свою кровать даже не переодевшись. Буквально через несколько секунд он уже крепко спал. — Умотался, — тихо констатировал факт Бейли, собирая разложенные по полу астрономические карты. — А чего ты ожидал? Он уже какой день здесь не ночует. Все перебивается на больничных койках, да на столешницах в библиотеке, — буркнул Эндрю, макнув перо в чернильницу. — Обнимается там со своими томиками по Зельеварению. Мне кажется, что никто и никогда еще так не перелопачивал хогвартсовскую библиотеку. Кроме знаменитой Гермионы Грейнджер, естественно. — А ты хочешь, чтобы Драко с тобой что ли обнимался? — захихикал Ричард, на секунду даже оторвавшись от своих дел. — К тому же, у него вообще-то прочно засела в голове идея помочь Поттеру — своему парню. Не забывай. — Чего-о?! — возмущенно зашипел Нельсон. — Ты с ума что ли сошел, Рич?! Как ты можешь такое говорить вообще? Драко мой… Он мой друг! — Ну а что? Во-первых, мы живем в свободной от предрассудков магической Британии. Здесь уже давно никто никого не осудит за однополые отношения, — пожал плечами Бейли и снова вернулся к созерцанию карт. — Во-вторых, Малфой довольно симпатичный для слизеринца — нельзя это отрицать. С этими словами Ричард подмигнул Эндрю. Тот сразу скривился. — Это понятно. Но я и Драко? Серьезно? — Расслабься. Я просто пошутил, — ровным тоном произнес Ричард. Эндрю еще несколько секунд подозрительно на него смотрел, а потом хмыкнул и принялся дальше писать свой конспект о частоте сбываемости предсказаний на кофейной гуще. В тишине им посидеть не удалось, потому что Нельсон то и дело картинно вздыхал, морщился и слишком уж задумчиво чесал затылок. Видимо, он хотел что-то сказать, но слова никак не хотели вырываться из его рта. Бейли, устав от лишних телодвижений Эндрю, не выдержал и сказал: — Ну говори уже. — Что? — Нельсон состроил непонимающую мину. — То, что ты вот уже как минут десять усердно пытаешься давить в себе, — сказал Ричард, прочертив линию на пергаменте. Эндрю закусил губу, но потом все же произнес: — Рич… А как ты думаешь… А если бы Драко не встречался с Гарри, то у меня… У меня действительно мог бы быть шанс? — О чем ты? — недоуменно спросил его когтевранец, не отвлекаясь от скоплений звезд на бумаге. — Ну…встречаться с ним. Ты думаешь, Драко мог бы хотя бы с мизерной долей вероятности выбрать меня? — тихо спросил Эндрю. Бейли поднял голову, посмотрел на него нечитаемым взглядом, а потом протянул: — Ну-у… Может быть. Я не знаю. Честно. Я не особо разбираюсь в симпатиях и романтических отношениях. — Так и знал, — вздохнул Эндрю и снова вернулся к своему конспекту. Со временем он настолько погрузился в процесс, что даже не заметил слишком много подозрительных взглядов Бейли, которые он то и дело метал в его сторону.

***

Драко одновременно и злился на Пэнси за то, что она в очередной раз все переиграла, и радовался этому. Благодаря ей у него наконец-то появился повод нормально отдохнуть. Он может спокойно наслаждаться праздником целых три дня! Есть вкусную еду! Спать до обеда! Забыть про пергаменты и книжки! И ничего ему за это не будет! Конечно, он планировал утащить с собой на небольшой уикенд еще и Поттера. Тем более, Паркинсон в письме сама настаивала на том, чтобы Драко обязательно взял с собой гриффиндорца на ее свадьбу. Ну а Тео просто был не против. Он вообще отличался завидным хладнокровием и необыкновенной терпеливостью по отношению к выходкам своей будущей жены. Ради того, чтобы поприсутствовать вместе с Гарри на свадьбе у друзей, Драко даже смело вломился в кабинет МакГонагалл и смог выпросить у нее непредвиденные трехдневные каникулы. Минерва, конечно, сначала удивилась столь внезапной новости, но потом искренне порадовалась за Тео и Пэнси и одобрила их с Гарри отъезд из Хогвартса. — Мистер Малфой, я попрошу вас передать им мои искренние поздравления, — сказала МакГонагалл после того как слизеринец уже было собрался уйти. — Я горжусь, что ваших друзей война не сломила, а наоборот сплотила, подтолкнула к решению создать семью. И, конечно, я немного удивлена, что вы с мистером Поттером…стали общаться гораздо лучше. Но при этом все равно рада за вас. Драко смущенно потупил взгляд и поблагодарил профессора. Ему было немного неловко слышать это из ее уст, но он знал, на что шел, когда бросился на поле для квиддича. После матча даже слепой и глухой знал, что они с Гарри встречаются. Выйдя из кабинета директрисы, Малфой молча порадовался своей небольшой победе. Хотя, если честно, он изначально был уверен, что директриса отпустит их с Поттером. МакГонагалл долгое время была обычным преподавателем, поэтому хорошо знала почти всех учеников Хогвартса. Феноменальная память — не иначе. Поэтому она обязательно позволила бы ему посетить свадьбу Пэнси и Тео, которые не раз показывали хорошие результаты на ее занятиях. После визита к МакГонагалл Драко отправился за покупками. В этот раз он не слишком придирался к одежде, поскольку времени до праздника все же оставалось немного. Походив по магазинам пару часов, он выбрал для себя и Поттера классические фраки черного цвета. Наряд для Гарри пришлось подбирать почти что на глаз, поэтому Малфой очень надеялся, что не прогадал с размером. Оплатив покупку и коротко поблагодарив продавца, он вновь невольно подумал о том, сколько денег у него осталось в его собственном хранилище. Интересно, отец уже лишил его всех галеонов? Или мать все-таки позаботилась и отложила что-то для него? Как долго он еще сможет так беззаботно раскидываться деньгами? Эти невеселые мысли сделали его задумчивым и хмурым. Радость от предстоящего праздника как-то быстро улетучилась, уступив место суровой реальности, поэтому в Хогвартс Драко возвращался уже не таким воодушевленным. Подарки для Пэнси Драко все же присматривать без помощи Гермионы не стал. Побоялся. Он очень плохо разбирался во всей этой ерунде для дома. «Мама всегда говорила, что с декором у меня все совсем туго», — подумал Драко, покидая очередной магазин с пустыми руками. — «Интересно, как там она? Отец ее не слишком расстраивает своим поведением? Хотя в последнее время я даже не знаю, из-за кого она страдает больше — из-за него или из-за меня». Вернувшись к себе в комнату, Малфой убрал фраки в шкаф и постарался погрузиться в учебу, чтобы отогнать от себя мысли об отце, матери и поместье.

***

Гермиона, несмотря на занятость в Министерстве, все же охотно откликнулась на их с Гарри просьбу. Драко был искренне удивлен, узнав, что она смогла вырваться с работы посреди недели. Правда, когда они встретились в Хогсмиде около одного из магазинчиков, он понял, что нагрузка мимо Грейнджер не прошла. Под глазами у нее красовались весьма заметные темные круги, а волосы были собраны в неаккуратный хвост. Косметическими чарами она, по всей видимости, предпочла не пользоваться. — Выглядишь паршиво. Тебя там что, дементоры пытали? — сразу спросил Малфой вместо приветствия, как только увидел ее. Ну не смог он удержаться от небольшого подкола. — Ты тоже не самой первой свежести, — не осталась в долгу Грейнджер, посмотрев прямо в глаза Драко. — Случайно сварил себе не то зелье и словил несварение? — Если бы. Уход за одним упрямым бараном по фамилии Поттер порой отнимает много сил, — признался парень. Он никому об этом не говорил из своих друзей напрямую, даже Бейли. А вот Гермионе почему-то вывалил эту информацию сразу. У нее всегда была такая располагающая к разбалтыванию секретов аура или это он стал чересчур слаб и расклеился? Хотя… Драко, наверное, на подсознательном уровне знал, что Гермиона об этом никому не скажет. Если уж она Белатриссе под пытками ничего не сказала, то такую банальщину точно не растреплет. Даже своему рыжему патлатому парню. — В каком это смысле уход? — непонимающе посмотрела на него Грейнджер. — Он опять ничего не сказал? — Нет. — Поттер упал с метлы. Повредил себе спину и сломал руку. Опять. — О, Мерлин! — простонала Гермиона, сморщившись и хлопнув себя по лбу. — И почему я даже не удивлена? Малфой молча пожал плечами. — Привыкла за столько лет, наверное. — Как он? — спросила девушка, перекинув ремешок от сумочки через плечо. — Не волнуйся. Поттер постепенно поправляется. Зелье, которое я ему готовлю, помогает быстрее, чем я ожидал. — Потому что сварено с любовью, — с небольшой ухмылкой протянула Гермиона. Драко закатил глаза и пробурчал себе под нос что-то нечленораздельное. Ему не нравилось, когда его тыкали носом в те чувства, которые он испытывал по отношению к Поттеру. — Что любит Пэнси? — перевела тему Грейнджер, заметив, что Драко после ее фразы резко стал каким-то отстраненным. — Я просто вообще не догадываюсь, что нужно для дома слизеринке. Бронзовую статую? Искусственный фонтанчик в центре дома? Ее собственный портрет в раме из золота? — Поверь — я тоже. Поэтому тебя и позвал. Гермиона почесала кончик носа, а потом произнесла: — Как ты думаешь, понравится ли ей зеркало ручной работы? Мы с Роном недавно купили одно такое в прихожую. Смотрится довольно неплохо. Драко задумался. Зеркало действительно могло бы стать неплохим вариантом. — Я думаю, что понравится, — в конце концов ответил он. — Пэнси нравится любоваться собой. «К тому же, вряд ли я смогу придумать вариант получше. Вот в украшениях и одежде я разбираюсь, но в этой ерунде… Нет, нет и еще раз нет» Они посетили парочку антикварных магазинов и в итоге купили большое зеркало, в котором можно было разглядеть себя во весь рост. Оно было заключено в резную раму серебристого цвета. На свету зеркало смотрелось просто потрясающе и буквально приковывало к себе взгляды. Малфой также решил купить дорогие подсвечники для того, чтобы Тео и Пэнси могли устраивать вечером романтический ужин при свечах. В итоге все подарки вытянули на довольно приличную сумму. Однако Драко был доволен. К тому же, его счет все еще оставался доступным для него, поэтому он был не против раскошелиться, пока мог. — Неплохой выбор, Малфой, — похвалила его Гермиона, когда они вышли на улицу. — А ты меня уверял, что совершенно не разбираешься во всей этой домашней утвари. — Так и есть. Без помощника мне было бы трудно. Гермиона улыбнулась. — Не хочешь поесть мороженого, раз уж мы так быстро управились со всем этим? Я думаю о нем вот уже как три часа подряд. Не люблю заедать стресс, но сегодня утро выдалось довольно напряженным. Малфой подумал, стоит ли ему соглашаться. На улице уже было довольно темно, а ему еще нужно было успеть повидаться с Поттером перед сном. Увидев, как замешкался Драко, Гермиона его успокоила. — Я не займу у тебя больше двадцати минут. Обещаю, — сказала она, дружески похлопав блондина по плечу. Малфою ничего не оставалось, кроме как согласиться. Все-таки он твердо решил наладить общение с людьми, которые были важны Гарри, поэтому не мог позволить себе так некрасиво ускользнуть от Гермионы. К тому же, Драко все еще помнил, что вытворяла с девушкой его тетка в родном поместье. Блондин чувствовал, что должен хотя бы таким образом немного загладить вину перед гриффиндоркой и показать, что он не является прямым продолжением своих любимых родственничков. — Ладно. Я согласен, — в итоге произнес он. Взяв Гермионе шоколадное мороженое, а себе фисташковое, Драко уселся рядом с ней на ближайшую скамейку. Людей вокруг них было довольно мало, поэтому они могли спокойно насладиться видом старинных зданий. — Спасибо, — улыбнулась девушка, забирая у него из рук мороженое. — Я тебе потом отдам за него деньги. — Лучше всего будет, если ты меня потом прикроешь перед Уизли. — Ну-у перед Джорджем, Биллом, Флер и Чарли я прикрыть обещаю, а вот перед остальными… Здесь придется тебе мучиться самому, — задорно подмигнула ему Гермиона. — Так… Ну-ка отдай мороженое назад, — нарочито расстроенным голосом произнес Драко и потянулся к нему рукой. — Если я не получу от нашего сотрудничества никакой выгоды, тогда я съем его сам. Грейнджер засмеялась, шутливо хлопнув Малфоя по раскрытой ладони. — Тяжелый у тебя удар, — заметил Драко, удержавшись от того, чтобы не подуть на руку. — Мой бедный нос аристократа по-прежнему его хорошо помнит. — Что я слышу! Малфой шутит над своим происхождением! — В последнее время от меня можно и не такое услышать. — Мне уже страшно. Ты точно Драко? — усмехнулась Грейнджер. — По-крайней мере, сегодня утром им был. Какое-то время они сидели молча, уплетая мороженое. Потом Гермиона внезапно спросила: — Почему вы с Пэнси расстались? Я помню, что со стороны вы казались неплохой парой. Драко скривился. «Неожиданный вопрос. И очень личный. Стоит ли отвечать?» В итоге он решил, что прошлое осталось в прошлом, и о нем теперь можно говорить спокойно, не таясь. Поэтому и выпалил стандартное: — Ты что, наблюдала за нами, Грейнджер? — Черт подери, Малфой! Только ленивый не обсуждал, как вы с Пэнси по ночам слонялись по замку в поисках укромного местечка. — Странно. Я думал, что такие слухи ходили только про Блейза. — Видимо, Пэнси тебе просто о них не рассказывала, поскольку в своих спальнях девочки обсуждают все, начиная от смертельных заклинаний и заканчивая отношениями одногруппников. Драко потер пальцами переносицу. — Как бы тебе объяснить, в чем была причина… Ладно. Представь, что ты начала встречаться с Гарри. — Можешь не продолжать, — хихикнула Гермиона. — Я, кажется, поняла. Это, по сути, как бы эмоциональный инцест. — Салазар! Грейнджер, и давно ты перестала стесняться говорить о таком? — Побегай от Волан-де-Морта по лесу много дней, повоюй с Пожирателями, притворись пару раз Лестрейндж, поищи крестражи и потом ты сможешь даже самому Мерлину рассказать о таких вещах, от которых у него волосы встанут дыбом, — ответила Гермиона, откусывая от вафельного рожка приличный кусок. Увидев изумленное лицо Драко, она не сдержалась и громко рассмеялась. — Что? Прошлая я нравилась тебе гораздо больше? — Честно говоря, я привык к Грейнджер-книжному-червю, а не к Грейнджер-нахальному-работнику-Министерства. — То же самое могу сказать о тебе. Нормальный Драко Малфой — большая загадка для меня. Блондин закатил глаза в ответ. — Кстати… Нахальный работник Министерства? О-о, — протянула Гермиона, облизывая губы. — Так меня еще не называли. Пожалуй, это твое прозвище будет поинтересней, чем грязнокровка. Драко чуть не поперхнулся мороженым. — Пожалуйста, не говори больше ничего. Ты мне начинаешь напоминать женскую версию Блейза Забини, — простонал он. — И это не комплимент. Гермиона снова рассмеялась. — Ладно. Я сжалюсь и не буду портить твою психику. — Кстати говоря, Грейнджер, раз уж мы затронули тему отношений… Почему Уизли?! — не сдержавшись, выпалил Малфой. — Ты же не глупая, не страшная и не слепая. Не то чтобы меня сильно волновал этот вопрос, но… С Гарри, значит, встречаться — это эмоциональный инцест. А с ним что, уже все совсем не так? Гермиона задумчиво посмотрела на носки своих сапог. — Понимаешь, Драко, — начала она, — Гарри за все время, что мы знакомы, стал для меня практически братом. Между ним и мной образовалась непонятная связь еще на первом курсе, когда он только вошел в вагон поезда. Уже тогда я, наверное, поняла, что он — моя семья. Это действительно трудно описать. Это чувство… Оно такое…странное. Она замолчала на какое-то время. Было видно, что Гермиона что-то вспоминает, прокручивает какие-то мысли в своей голове. Вполне возможно, что даже не самые приятные. — Ты слышал теорию о родственных душах, верно? — спросила она у Драко. Тот кивнул. — Так вот. Я думаю, что Гарри для меня как раз таковой и является. Родственная душа ведь не обязательно всегда должна быть твоей второй половинкой, правда? — спросила Грейнджер, посмотрев на Малфоя своими карими глазами. — Пожалуй. Я, если честно, вообще в этой белиберде никогда не разбирался, — усмехнулся Драко. — Для меня это что-то на одном уровне вместе с объяснениями профессора Трелони. — Я хочу сказать, что Гарри является фактически моей второй половинкой. Но не в романтическом плане. Я думаю, если бы мы все же когда-то начали встречаться, то ничем хорошим это бы не закончилось. Мы одинаковые с ним, если говорить о чувствах друг к другу, о боли, которую мы пережили. Но разные в романтическом плане. Гарри никогда не смог бы дать мне то, что мне нужно. — А Уизли смог? Серьезно? — фыркнул Драко. — Смог, — твердо ответила Гермиона. — Поначалу с Роном все было гораздо сложнее… Он жутко меня бесил своей безалаберностью, чрезмерной пугливостью и, конечно, на старших курсах меня ужасно раздражало, что он видит во мне просто боевую подружку. Однако когда мы жили втроем там, в лесу, я начала много думать о наших отношениях, как бы удивительно это не звучало. Казалось бы — вокруг такая угнетающая обстановка, идет война, а я тут думаю о своей влюбленности, как глупенькая четверокурсница. Гермиона улыбнулась, неловко заправив выбившуюся из прически прядь за ухо. — В итоге я поняла, что просто не замечала, что Рон все время переживал и заботился обо мне. Он может быть вредным, может быть ужасно упрямым… Но я точно знаю, что Рон в любой ситуации сможет меня найти, выручить, спасти. — Да уж, помню как он решил защитить тебя от меня, используя сломанную палочку. Наверняка его тошнило слизнями еще очень долго, — фыркнул Драко. Грейнджер нервно хихикнула. — Да. Он часто страдал из-за меня. Сколько раз он подставлялся под удары Пожирателей — это просто не счесть. Когда война закончилась, я впервые заметила, как много шрамов от заклинаний осталось у него на теле. Если мы втроем получали от противников, то, когда он приходил в себя, первым делом интересовался именно моим состоянием, а о своем и вовсе не думал. Гермиона сжала свободную руку в кулак. — Рон, может быть, и не умеет толком говорить красивые слова или писать стихи с пылкими признаниями в любви. Но мне это и не нужно. Пустые слова… Какую роль они играют в нашей жизни? Да никакую. А вот действия… Действия говорят за него все. Он честный и открытый. Может быть, где-то грубоватый, но… Я ни капли в нем не сомневаюсь. Мне не нужен такой же умный партнер, как и я. Мне не нужен всесильный волшебник. Мне просто нужен человек, с которым я буду чувствовать себя собой, и который всегда придет мне на помощь — вот и все. Гриффиндорка немного помолчала, а потом сказала: — Извини. Я, наверное, заболтала тебя. Просто мне надоело слышать, что всех волнует только ум Рона. Как будто бы только на нем и строятся все отношения. Что ж, может быть, он не был силен в Зельеварении или в Нумерологии… Но кого это сейчас волнует? Особенно после войны. — Ты права, — ответил Драко. — Сейчас действительно важен не ум, а способность адаптироваться к новым условиям. А Уизли, как я предполагаю, отлично с этим справляется, раз он успевает работать и ловить магических преступников, и встречаться с тобой. — Ага. Он просто умница, — произнесла Гермиона, доедая мороженое. — Мне трудно сейчас оценить человека, которого я терпеть не мог долгие годы. Конечно, ты можешь сказать, что я встречаюсь с Гарри и всякое такое… Однако Уизли — это отдельная тема. Во-первых, влияние отца. От него мне никуда пока не деться. До сих пор у меня в голове проскальзывают его мысли, его установки. Из-за этого каждый из семейства Уизли по-прежнему кажется мне каким-то…дурацким. Во-вторых, он изначально стал причиной, по которой Поттер отказался со мной общаться. Конечно, эти детские обидки глупы и наивны, но… Но все же. И в-третьих, наверное, я просто раньше немного ему завидовал. Завидовал, что он может так открыто общаться со своей семьей, а я — нет. Я все время был связан какими-то дурацкими правилами поведения. Даже моя мать изначально не была со мной близка, потому что чересчур придерживалась образа аристократки. — Ты был тем еще говнюком. Все время, — подметила Гермиона, вытирая пальцы салфеткой. — И не спорь. Ты вел себя отвратительно. — Я знаю, — ухмыльнулся Драко. — Я знаю… — Хорошо, что эти времена прошли, правда? — спросила она, повернувшись к нему лицом. — Ты постепенно исправляешь все то, что успел натворить до этого. Со многими успел наладить отношения, многое успел пересмотреть. Разве это не здорово? Ошибаться не страшно. А вот не признавать свои ошибки — это да. Это уже клиника. Я тоже где-то поступала неправильно. И тоже об этом жалею. Однако впереди еще целая жизнь, Драко. — Работник министерства магии только что провел мне очень познавательную лекцию. И почему ты не пошла в преподаватели? — Возиться с кучей чужих детишек — это не моя тема, — улыбнулась Гермиона. — А с кучей своих? Ты же встречаешься с Уизли, поэтому должна быть готова к такому повороту событий. — Насчет этого ничего сказать не могу. Я пока не думала настолько наперед. — Кстати, а вы с Уизли вообще собираетесь пожениться? — поинтересовался Драко. — Что-то я не заметил помолвочного кольца на твоем пальце. Гермиона рассмеялась. — Оно лежит в сумке. На работу я его не надеваю. Не хочу лишних вопросов. — Какая ты хитрая. — Еще бы. — На свадьбу меня позовешь? Ну так, чисто в теории. — Конечно, Малфой. О чем речь. Я думаю, что Рон будет очень рад тебя видеть, — усмехнулась Гермиона. — Если я переживу свадьбу Пэнси, то обязательно приду. Обещаю. — Пэнси твоя подруга. Конечно же, ты переживешь церемонию. — Я бы не был так уверен. Однажды она нагрузила Тео своими пакетами со шмотками так, что тот чуть не упал. Они еще немного поболтали о всякой ерунде, и Драко понял, что внезапно окончательно сблизился с Гермионой Грейнджер. Их контакт, который они установили еще после ее визита в дом Гарри, стал еще теснее. У Малфоя на секунду даже промелькнула в голове мысль о том, что когда-то он, может быть, и Гермиону сможет назвать своей подругой. В Хогвартс Драко вернулся довольный, как эльф, объевшийся угощений. Он сделал сегодня две важные вещи — окончательно завоевал доверие Гермионы и успел купить подарок. Оставалось только наведаться к Гарри в магпункт, проверить, как у него дела, и отправиться к себе в комнату готовиться к завтрашним занятиям.