Чья ты?

— Миша? — Вот уебок.       Я не ожидала его здесь увидеть, да и по-моему у него сегодня также семь уроков, а прогульщиком он не являлся, в отличии от некоторых. Мне стало немного неудобно, вспоминая стычку Пятифана и Миши. Рома явно был в ярости. — А я думал ты на уроке. — чем ближе был Миша, тем сильнее лицо Пятифана обретало злость. — Как видишь — нет.       На свету и в лучах солнца глаза Миши были не такими как в школе. Зеленый цвет стал сверкать, переливаясь то с охрой, то с коричневым цветом. Они были изумительными, изящными и полны доброты. Улыбка согревала, а слегка кудрявые волосы спали на лоб. — Ну привет, Ромео. — брови Пятифана склонились над переносицей, губы поджались, а взгляд стал ледяным. — Не ожидал увидеть тебя в такой компании.       Взгляд Миши полный нежности и ласки повернулся к Роме, резко став железным, непробиваемым, и холоднее, намного холоднее, чем у Пятифана. Мурашки пробежались по спине. — Что ты хотел? — стараясь избежать конфликта спросила я, выдавливая из себя привычную улыбку. — Думал тебя до дома проводить, да поболтать. — волшебные глаза вернулись к моим. И ради этого он ушел с последнего урока? Чтобы проводить меня, серьезно? — Болтать будешь кишками, когда я тебе брюхо вскрою. — Пятифан оказался справа от меня, задевая своим плечом мое, а руки скрестил на груди. — Не лезь. — лицо Миши нахмурилось, глаза что сверкали зеленым стали тухнуть. — Я бы не лез, если бы ты к каждой бабе не совался под юбку. — Пятифан! — не выдержав, я вскрикнула. Рома совершено не знает Мишу, а говорит такие глупости. Конечно первое мнение о нем сложилось не совсем отличное, но я не Полина, чтобы переживать обо мне, будто я сдалась этому хулигану. Тем более, после пропажи Кати ходить одной вовсе не хотелось. — Уж лучше я дойду с Мишей, чем вовсе идти одной. — Нет. Тебя одну с этим ублюдком я не оставлю. — палец хулигана указывал на Мишу. Я понимала, что противостоять Пятифану нет смысла, ибо все равно попрется хоть и не с нами, но позади нас. — Ромыч, мы вообще-то вместе договаривались домой идти, на. — голос Бяши, про которого все благополучно забыли, прозвенел где-то сзади. — Извиняй, сегодня никак. Скорчив рожицу, обиженный Бурятенок пошел прочь, попутно бормоча что-то себе под нос. А мне же предстоит тяжелая прогулка до самого дома.

***

      На удивление Пятифан всю дорогу молчал, только изредка подшучивал над глупыми рассказами Миши, а я тихо хихикала. Шла посередине, справа от меня был Рома, а по левую сторону Миша. Я заметила огромную разницу между ними, почти всю дорогу сравнивала их, разглядывая то одного то второго, понимая что это два абсолютно разных человека.       Если Миша при знакомстве моментально раскрывается человеку, становится ярким, доверчивым, будто знаком с ним не неделю, а пару лет, то Пятифан не такой. Он никогда не начнет общение первым, никогда не раскроется при первой же встрече и никогда не покажет своих чувств, пока не почувствует доверие. Как только он убедится, поймет что этот человек тот, кому можно знать все что происходит у него в голове и душе, он раскрывается. В душе он не такой как снаружи. Он мягче, сострадательнее и ласковее, абсолютно другой.       Миша не ведет себя так. Он открыт сразу всем, выставляя себя на показ. А Пятифан нет, его настоящего может видеть лишь избранные. А видела ли я его таким?       Да, несомненно. Тот вечер, когда мороз обходил стороной, ладони пытались вжать себя друг в друга, мысли разбегались, а запах пьянил, манил и утаскивал куда-то вглубь океана. Хотелось вновь почувствовать это тепло, пленящий запах табака вперемешку с одеколоном, и увидеть растаявшего Пятифана. — Спасибо что проводили. — Мы можем отойти?       Мои глаза раскрылись от удивления. Мишу что-то беспокоило? Или он хочет просто поговорить? На себе я поймала прожигающий взгляд Пятифана. Он так хотел узнать мой ответ, будто передо мной был выбор жизни или смерти. — Только ненадолго. Рома качнул головой, одобряя мой выбор. Его взгляд пристально следил за каждым действием Миши, словно при одном неправильном движении сожжет его своими лесными глазами. Парень же засиял, схватил меня за запястье и чуть отвел в сторону. — Я хотел тебя пригласить как нибудь на прогулку, что думаешь?       Честно, я уже думала, что он признаваться в любви будет. Полагаю, позвать погулять можно было и в присутствии Пятифана, не убил бы он его за это. — Думаю, да.       Глаза Миши распахнулись, будто ребенок увидел подарок под новогодней елкой, а губы расплылись в ласковой улыбке. — Но я не уверена. Завтра в школе дам точный ответ. — Хорошо. — его взгляд бегал по моему лицу, такой открытый и добродушный, проходился по волосам, носу, бровям и глазам. Он остановился на моих глазах. — Красивая ты.       Слова раздавались эхом где то глубоко в подсознании, сердце ускорило темп. Приятное волнение постукивало где то в ребрах. Щеки заливались краской, а глаза уставились в его. Мой нос уткнулся в куртку Миши, а его руки обхватили мою спину, прижимая к себе. Руки также висели по швам. Я была в оцепенении, не понимала что происходит. Резкие комплименты, объятия, для меня это все слишком значимое. Вспомнился Пятифан, стоящий недалеко от нас и наблюдающий это представление. Не контролируя себя я отпрянула от Миши, вся красная и в смятении. — Тебе пора. — Пока. — на прощание парень улыбнулся, а я стала смотреть в его отдаляющий след, пока не заметила приближающего Пятифана. — Уже обжимаешься с ним, да? — тон Пятифана был непонятным, в нем присутствовало и чувство вины, злость, обида, все сразу. Непонятную какофонию эмоций можно было услышать в голосе Ромы. Глаза устало вцепились в мои, будто пытаясь найти там что-то. — Что ты несешь? — До скорого. — не получив объяснений, силуэт Пятифана удалялся, а я лишь смотрела ему в спину, погружаясь в мысли.