Поймать охотника

Для Чайлда несколько дней пребывания в городе прошли странно. Чуждый к роскоши он не мог привыкнуть, что может просыпаться в теплой мягкой постели, а не на холодном полу или же где придётся. Непривычно было и то, что завтрак могли подать прямо в постель, а отношение гостиничного персонала было таким, словно Тарталья – королевская особа. Парень не знал, какую сумму отдал Кэйа за номер, но всё же не хотел быть неблагодарным. Конечно, у Тартальи имелись при себе деньги, но первым делом, оставшись наедине с собой, Чайлд прошерстил город на наличие гильдий. С одной стороны, для путешественников это возможность заработать, с другой же, рядом с такими местами всегда ошивались те, кто предлагал не самый честный заработок. И именно это интересовало рыжего больше всего. Может быть случайное убийство или небольшой рэкет. Любая возможность быстро заработать, а так же выплеснуть накопившееся напряжение. Но, к сожалению парня ничего подобного не нашлось. Может ему попросту не повезло. А может к чужаку отнеслись настороженно и не решили ввязываться в лишние проблемы. Пришлось вернуться ни с чем. И всё же любое утро для наёмника было скучным. Едва проснувшись, он в очередной раз обнаруживал, что находится в постели совсем один. Конечно, кровать была достаточно просторной для того, чтобы за ночь хотя бы разок столкнуться с теплым и мягким телом Кэйи, но всё же разочаровывало то, что на утро синеволосый в очередной раз ускользал. Это сильно уязвило самолюбие наёмника. Всё же он считал, что спит достаточно чутко, чтобы уловить даже малейший шорох, будь то пробежавшая в другом конце комнаты мышка или же лёгкий ветерок. Каким чудом Кэйа умудрялся не только проснуться раньше, но и без всякого шума исчезнуть, можно было только догадываться. И если в первый день Чайлд не на шутку встревожился и вознамерился пойти искать компаньона и притащить силой, то в последующие дни рыжий воспринимал это гораздо спокойнее. Альберих неизменно возвращался в номер. Какие дела могли возникнуть у парня, Чайлд не спрашивал. Попытки же проследить за ним не дали особого успеха. Кэйа словно исчезал с первыми лучами солнца. Но так же возвращался, сияя довольной улыбкой. В такие моменты Тарталья и вовсе забывал, зачем ему нужно следить за синеволосым. Всё же он совсем не ребенок, а значит, сам справится со своими проблемами. Но всё же в глубине души Чайлда гложило желание выследить Кэйю по запаху и выяснить, куда же тот уходит по утрам. Правда заключалась лишь в том, что по факту это было нереально. Город был большим, а уловить парфюм Альбериха было практически невозможно. И чтобы не сходить с ума от желания найти и схватить синеволосого, после сытного завтрака парень отправлялся на прогулку по городу. Это успокаивало. Но даже во время прогулки парень то и дело пытался разглядеть в толпе компаньона или же чисто случайно наткнуться на него. Найти Кэйю совсем не получалось. Ни намеренно, ни тем более случайно. Чайлда подобное не расстраивало. Всё же каждый раз он неизменно возвращался с прогулки первым, после чего возвращался и сам Альберих. Такое случилось и на третий день пребывания в гостинице, когда после прогулки по округе Чайлд принял ванну, после чего, лениво обтираясь полотенцем, прошел в гостевую комнату. Тихо щёлкнул дверной замок, и дверь с лёгким скрипом отворилась, а на пороге оказался Кэйа. Встретившись взглядом с недовольным Чайлдом, парень остался стоять на пороге, словно пытаясь понять, что же случилось. Тарталья в, свою очередь, церемониться не стал. Обворожительно улыбаясь, он даже прекратил вытирать волосы, подходя ближе и отсекая пути к отступлению. Привыкший к неожиданностям со стороны парня, Кэйа даже не шелохнулся. Не шелохнулся он и в тот момент, когда обе руки оказались напротив его головы. – Неужели ты так соскучился, Чайлд? – А сам как думаешь? Я, конечно, мальчик взрослый и могу развлечь себя сам... Но хотелось бы, чтобы одна наглая павлинья задница держала свои обещания. – Обещания? – Кто-то обещался угостить вином. Не хочешь исполнить обещанное? Или так и будем ходить порознь, есть да спать? – Ах, ты об этом! Каюсь, запамятовал. – Тогда... Требую свидание. С прогулками там, едой и прочим. – Хорошо, я согласен. Тарталья уже был готов придумать множество причин, по которым Альберих обязан был пойти на свидание, но ответ обезоружил. Чайлд, не ожидавший того, что парень так запросто согласится, уставился на Кэйю так, словно впервые увидел. Округлив голубые глаза, Тарталья некоторое время провел в молчании, после чего зашелся в приступе хохота, отлипая от стены и утирая выступившие в уголках глаз слезинки. Всё же Альберих снова смог удивить рыжего, что подняло настроение. Оставив Кэйю недоумевать в одиночестве, парень игриво подмигнул, после чего скрылся в спальне, прихватив полотенце. Всё же он не тянул синеволосого за язык, а значит, теперь должен выйти в свет при полном параде, чтобы покорить своего компаньона на свидании. Конечно, у Чайлда не было обширного гардероба на все случаи жизни, но все же и в его сумке можно было найти сменную одежду, в которой можно выйти в свет. Его выбор пал на серые брюки, бордовую рубашку и пиджак с асимметрией, который парень не стал застёгивать. Накинув на плечи лёгкий алый шарф и запрыгнув в те же черные ботинки, что и раньше, Тарталья вышел в гостиную, гордо приосанившись. И если Чайлду потребовалось время, чтобы привести себя в порядок и выглядеть вполне прилично, то Кэйа уже был готов покорять сердца дам и не только. Дорожный плащ, в котором зашел Альберих, скрывал под собой красоту. Парень был одет в те же узкие брюки и белую рубашку с вырезом. Но на этот раз образ дополнял корсет, ремень с пряжкой и накидка с меховым воротником. – А птичка любит красивые цацки. – Ты выглядишь не хуже. Неужели, ты так торопился и решил пойти с мокрой головой? – Высохнет. Пойдем же! Под весёлый смех Тартальи хлопнула входная дверь, что ознаменовало начало свидания. Парень же про себя решил, что всё пройдет идеально. Ведь упускать такой шанс попросту нельзя. Чайлд твёрдо решил, что обязательно завоюет расположение такого вредного, но всё же интересного Кэйи. Действительность для Чайлда Тартальи была подобна сну. Начавшееся с лёгкой прогулки свидание воодушевляло настолько, что обычно ловкий рыжик терял голову, то и дело запинаясь на ровном месте. Оно и понятно, ведь всю дорогу наёмник не отрывал взгляда от Кэйи, который на такую неуклюжесть только посмеивался да улыбался. Кажется, его не меньше забавляло поведение спутника. – Ты словно пёс, который безумно рад прогулке с хозяином. Настолько, что готов ссаться от радости. Только виляющего, как помело, хвоста не хватает. – Товарищ, ну почему же, как пёс? Всего-лишь довольный лис. Они более шкодливы и непредсказуемы, нежели собаки. И всё же, куда ты пропадаешь каждое утро? – Да так, небольшие дела. Выяснил у Гильдии насчёт тех разбойников. Оказалось, за расчистку пути была награда. Пришлось немножко постараться, чтобы доказать, что тех ублюдков больше нет в живых. Кэйа с усмешкой вручил парню мешочек с золотом. Неужели всё это время Альберих так старался ради Чайлда? Такая мысль радовала, но всё же наёмник был удивлён тем фактом, что синеволосому действительно пришлось постараться, чтобы получить награду. Не мог же он вернуться на пустошь, чтобы прихватить доказательства. К тому же уничтоженный лагерь был облюбован монстрами. Кэйа в свою очередь, молчал, очевидно, решив не вдаваться в подробности. Разве что по лукавой улыбке можно было понять, что парню нравится ловить на себе восхищённый взгляд голубых глаз. В глазах Чайлда образ таинственного компаньона воссиял ярче золотых монеток моры. Всё же для наёмника деньги были менее важны, нежели признание того, кто умел дать отпор и был остр на язык. И хоть именно Кэйа обещал угостить вином, Тарталье безумно захотелось поблагодарить спутника. Рыжий потащил за собой Кэйю, едва нос парня уловил аромат пищи на городской площади. Его аппетит разыгрался не на шутку, а так же возникло стойкое желание угостить чем-нибудь парня. Стоило только поближе подойти к лавочкам, и можно было уже утирать голодную слюну. Кэйа, кажется, тоже был заинтересован, разглядывая различные яства. Решив начать с закусок, Чайлд купил несколько шпажек куриного шашлычка с грибами и пару кружек эля. Вручив угощения Альбериху, Тарталья нашел свободное место. Устроившись за столиком с удобством, оба парня с удовольствием принялись за угощения. – А ты знаешь толк в угощениях. Неужели запомнил, какая еда мне нравится? – судя по довольной улыбке, Кэйе пришлась по вкусу местная еда. Особенно парню понравился эль. – Конечно, запомнил. Я внимательно слушал всё, что ты рассказывал, – Чайлду не меньше нравилось видеть довольного спутника. – Ха-ха! Раз уж у нас свидание, то это я должен угощать тебя. Разве нет? – Считай, что я нагуливаю аппетит перед тем, когда угощать уже будешь ты. И я не про еду. – Тогда мне стоило бы подготовиться получше. Смех Кэйи был подобен журчанию ручья из горной реки. И в этом было что-то завораживающее. Парень выглядел расслабленным и довольным, словно с его плеч пала тяжелая ноша, и он, наконец смог почувствовать себя более живым и настоящим. Таким Кэйа Альберих даже нравился больше обычного. Парень умел очаровывать не только приятной внешностью, но и харизмой. “Даже будет жалко убивать такого, если он всё же меня полюбит. Но пока я могу наслаждаться его обществом, а значит, смогу увидеть его таким ещё не один раз! ” – поглядывая на парня, размышлял Чайлд. И чем больше он любовался синеволосым, тем меньше был уверен в том, что сможет убить Кэйю. Всё же Альберих не был тем, кто испугался и сбежал. Он не боялся и не пытался подлизаться. Впрочем, если бы парень начал умолять о пощаде и просил не убивать его, то Чайлд сильно бы разочаровался. Наверное, даже убил бы в тот же миг. Всё же ему нравилось в Альберихе то, что он силён духом и независим. Впрочем, это совсем не мешало наблюдать за тем, как парень потягивал эль и уплетал шашлычки. Кэйа вальяжно устроился на стуле, закинув ногу на ногу. От такой картины было сложно оторвать взгляд. И пока Кэйа не успел выпить весь эль и доесть последнюю шпажку с курицей, Тарталья прошелся по нескольким лавочкам, прикупив немного вяленого мяса, поджаристой хрустящей картофельной соломки и соленой рыбы с перцем. Сияя довольной улыбкой, рыжий снова потащил парня за собой, на ходу хрустя закусками. Обычная прогулка могла быстро наскучить активному рыжику, но к его радости парни попали на городскую ярмарку, где помимо еды хватало развлечений. Словно ощутив себя снова ребёнком, Тарталья вместе с Кэйей устремился ко всему, что хоть немного казалось интересным. И чтобы обойти всё, потребовалось время. Так оба парня успели посоревноваться в метании ножей, ловле рыбок, стрельбе из лука и многих других увеселительных соревнованиях. И если Чайлд был более активен, стараясь поучаствовать во всём, что только видел, то Кэйа, в свою очередь, оказался более сдержан. Но, тем не менее, он каждый раз умудрялся разжиться новой порцией эля или медовухи. И в один прекрасный момент поучаствовав в стрельбе из арбалета, не отрываясь при этом от кружки с алкоголем. Даже не глядя в сторону мишени, Альберих умудрился попасть в яблочко, чем несказанно порадовал Чайлда и шокировал хозяина тира. Но даже после очередной кружки Кэйа оставался всё таким же трезвым, словно и не пил вовсе. Разве что на смуглой коже был заметен лёгкий румянец, а смех со стороны Альбериха доносился только чаще. – Дитя наконец нарезвилось? – вопрошал Кэйа после очередного аттракциона. – Мы еще не нашли кулачные бои. Без них ужинать точно не пойду! – Чайлд то и дело осматривался в поисках развлечений. С его бьющей через край энергией сил еще хватало на разные соревнования. – Неужели совсем не устал? Я был бы не против поужинать и выпить хорошего вина. – Говоришь, как старик, Кэй. Для Альбериха звучание собственного имени в такой манере было необычным. Склонив голову на бок, он несколько удивленно уставился на парня, что вызвало со стороны Чайлда задорный смех. Всё же они редко называли друг друга по именам, и такая реакция была вполне ожидаема. Но от этого становилось только смешнее. Засмеявшись в голос, Тарталья, словно заведённый, принялся тараторить имя: – Кэйа, Кэйа, Кэйа! Кажется, произношение полного имени ввело парня в ещё больший ступор, отчего Альберих только и мог пялиться, моргая единственным глазом так медленно, словно парень не мог поверить в то, что наёмник будет звать его по имени снова. Тарталью это развеселило настолько, что в порыве чувств он налетел с объятиями, крепко обнимая и повторяя имя снова. Видеть растерянность на лице Кэйи было бесценно, но всё же парень решил не злоупотреблять подобным, наконец уводя Альбериха прочь. Чайлд и не заметил, как быстро начало смеркаться. После ярмарки прогулка до таверны была тихой и спокойной. Парни успели сойти на тихую улочку, наслаждаясь вечерней прохладой. Было настолько тихо, что можно было услышать собственные шаги, что с лёгкостью отскакивали от стен домов. Тарталья шёл чуть впереди, заложив руки за голову и бодро вышагивая по мощёной камнем лестнице. Его настроение было настолько прекрасным, что парень начал насвистывать. Всё же он замечательно провёл время с Кэйей, вдоволь насладившись возможностью повеселиться. – Спасибо. Не думал, что может быть так весело, – раздался мягкий голос Кэйи, заставив Чайлда обернуться. Теперь уже пришла пора рыжему удивляться. Альберих в свою очередь улыбнулся, поймав взгляд парня, после чего продолжил. – Честно говоря, я думал, что ты просто поехавший придурок. – Эй! Товарищ, я сделаю вид, что не слышал последнюю часть. И вообще... Последнюю часть фразы Тарталья не договорил. Остановившись на ступеньку ниже, он поднял голову, встретившись взглядом. Было в Кэйе что-то странное, но в то же время манящее настолько, что хотелось забыться в близости. Поймать Альбериха в свои объятия и не отпускать. Кэйа в свою очередь тоже остановился, вглядываясь в омуты глаз, где не было места живому блеску. Заправив прядь волос за ухо, парень положил руки на плечи Чайлда, в задумчивости оглаживая серую ткань. В этот момент Кэйа Альберих выглядел прекраснее всего, что только успел увидеть Тарталья за свою жизнь. Прекраснее звёзд на ночном небе. Прекраснее северного сияния. Засмотревшись, Чайлд не понял, в какой момент уже вовсю целовал мягкие губы с привкусом эля. Его поцелуй не был грубым или напористым, наоборот, парень старался вложить в него чувства, которые испытывал. Конечно, наёмник не ожидал получить ответа, но когда нежные губы плавно разомкнулись, осторожно отвечая, Тарталья осмелел. Прижимая к себе Кэйю за талию, рыжий не чувствовал того же сопротивления, с которым встречался раньше. Альберих разомкнул губы, приглашая партнёра, а его руки только сильнее сжались на плечах. На этот раз поцелуй длился недолго, но Чайлд испытал более сильные эмоции, нежели от тех поцелуев, в которых чувствовалось лишь желание обладать. Расплывшись в счастливой улыбке, парень взял Кэйю за руку, уверенным шагом направляясь в таверну. Он и сам не понимал, что на него нашло, но был рад тому, что это случилось. Всё же было приятно осознавать, что в зависимости от вложенных намерений и эмоций результат может отличаться. Поцелуй подарил такое чувство лёгкости, что остаток пути парни преодолели совсем незаметно, вскоре с головой окунаясь в шум и гомон таверны. В вечернее время там было гораздо оживленнее. Кто-то рубился в карты, кто-то выпивал. Вездесущие барды развлекали народ песнями, ловко зарабатывая очередную монетку. Для каждого находилось своё занятие. В такой атмосфере навряд ли могло найтись хотя бы одно местечко, чтобы можно было спокойно выпить и поесть. Но к удачи Чайлда оставалось два свободных стула за барной стойкой. Обрадовавшись такому обстоятельству, парень усадил сначала Кэйю, а после и сам плюхнулся на стул рядом. – Самую лучшую бутылку вина и что-нибудь поесть на двоих. Мне побольше мяса! Этот парень сегодня платит! – указав на Альбериха, Чайлд расплылся в улыбке. Бодрый хозяин таверны только кивнул, принимаясь за заказ. Теперь Тарталья и не знал, что радует его больше. Долгожданная возможность выпить вместе с Кэйей. Или же мысли о поцелуе, что всё еще будоражили наёмника. Словно прочитав чужие мысли, Альберих улыбнулся парню, подпирая голову рукой и разглядывая сияющего от удовольствия Чайлда. – Кажется, наше свидание проходит хорошо. Не находишь? – засмеявшись, Кэйа легко потрепал и без того растрепанные рыжие волосы. Всем видом парень показывал, что его внимание полностью поглощено Чайлдом. Альберих пододвинул свой стул поближе, мягко улыбаясь собеседнику. – И правда. Я давно так не веселился! Кстати, раз уж ты закончил со своими делами, то куда направимся теперь? – Хм... Я даже не думал об этом, – уклончиво ответил Кэйа. – Только не говори, что всё это время был так увлечён мыслями о том, как избавиться от меня, что попросту не успел придумать. – Нет, просто обычно я выполняю мелкие поручения. Где лучше заплатят, туда и иду. – Ты совсем не похож на приключенца. И деньги у тебя водятся. Даже любопытно чем же ты занимаешься? – Ну, знаешь... У каждого свои секреты. Кэйа засмеялся, но так и не успел продолжить, когда на барной стойке перед ними появилось несколько тарелок с едой, пара бокалов и бутылка красного вина. Тарелка Чайлда представляла из себя мясное ассорти с чашей густого соуса посередине. На тарелке Кэйи оказался стейк из говядины. Поблагодарив хозяина таверны, Альберих заказал к вину тарелку сыров. С видом эстета принявшись за ужин, парень разлил вино по бокалам, в первую очередь пододвигая алкогольный напиток к Чайлду. Такая забота со стороны парня льстила, и на некоторое время наёмник позабыл о разговоре. Ведь для него действовало священное правило. Когда я ем, я глух и нем. Не имея привычки наслаждаться вином, Тарталья больше налегал на мясо, запивая его алкоголем так, словно это была самая обычная вода. Но даже так его бокал оказывался наполнен бордовой жидкостью вновь. Сам же парень не обращал внимание на шум вокруг. Всё же в тавернах никогда не бывало тихо. Разве что теперь общество наёмника скрашивал Кэйа, который одновременно вписывался в атмосферу и нет. Он вёл себя довольно манерно, нарезая стейк, а после делая небольшой глоток вина. Больше смакуя, нежели пытаясь напиться, Альберих неторопливо ужинал. Сам же Чайлд не понимал всех этих правил и манер, стараясь затолкнуть в себя побольше мяса и активно жуя. Ему было всё равно, что на лице могли остаться кусочки пищи или жир. Главное – вдоволь наесться. И всё же Тарталья отвлекся, услышав вздох по правую сторону от себя, где сидел Кэйа. Взглянув на парня, рыжий уставился на Альбериха, на штанины которого капало разлитое со стола вино. Парень при этом выглядел раздосадованным. Обнаружился и виновник. Явно перебравший мужчина отшатнулся от Кэйи, теряя равновесие. Кажется, местный пьянчуга попросту толкнул парня, от чего тот не удержал бокал в руке и пролил вино. – Эй, следи, куда прёшь! – моментально взвинченный после выпитого, Чайлд подскочил с места, намереваясь схватить пьяницу и устроить встряску. – Э...Чего? Чё...Я сделал? – мужчина едва шевелил языком, не понимая, что же случилось. Убивать алкаша на виду у кучи народа было не с руки. Но и вытирать его лицом испачканные штаны спутника не хотелось. Буркнув Кэйе, что просто выпроводит забулдыгу, Чайлд схватил мужчину за шкирку, вытаскивая его за пределы таверны. Пьяное тело было расслабленно, и причинить такому вред не составляло труда. Но всё же Тарталья воздержался даже от желания хотя бы отпинать алкаша. Бросив того в переулке, Чайлд поспешил вернуться обратно. Когда же парень зашел в таверну, то не обнаружил на месте Альбериха. Спросив у хозяина заведения, куда мог подеваться синеволосый, Тарталья услышал, что парень ушел в уборную. И действительно, через некоторое время Кэйа вернулся, усевшись на своё место и положив на колени полотенце. Теперь на его лице не было и тени разочарования. Парень улыбался, подсаживаясь к Чайлду. – Надеюсь, ты никого не убил, пока я пытался очистить пятно? – Не убил, но был близок. Может, пойдем в номер? С мокрыми штанами не особо комфортно сидеть. – И лишить себя возможности выпить такое хорошее вино? Тут осталось всего пару бокалов. Давай допьём и пойдем. Впервые Тарталья видел на лице Кэйи то смазливое выражение, которое обычно называют щенячьим взглядом. Единственный глаз Альбериха увлажнился, а брови опустились в грустной гримасе. Навряд ли против такого можно было устоять. На этот раз вино по бокалам разлил сам Чайлд, заметив, как пристально наблюдает за этим Кэйа. Словно одно неверное движение и ценная жидкость была бы вновь разлита. Но вино благополучно оказалось в бокалах, а лицо Кэйи приняло довольное и даже немного лукавое выражение. Парень и в правду выглядел не хуже сытого кота, очевидно, предвкушая выпить вино до последней капли. Когда же Тарталья уже хотел взять бокал, чтобы сделать глоток, неожиданный скрип стула заставил его вздрогнуть в ожидании чего угодно. Но это был всего-лишь Кэйа, который оказался неожиданно близко к лицу. Парень вглядывался в глаза Чайлда так, словно видел рыжего впервые. Удивившись такому поведению, Тарталья поставил бокал на стол: – Что такое? Если так хочешь меня поцеловать, то необязательно пугать. – У тебя лицо грязное. Даже не думай прикасаться жирными губами к бокалу. Альберих попытался использовать то же полотенце, которое лежало на его коленях, чтобы вытереть лицо парня. Конечно, Тарталья принялся сопротивляться, почувствовав себя маленьким ребёнком. Запястье Кэйи было успешно перехвачено, а Чайлд с самодовольным видом взял бокал, залпом осушив его. Довольно хихикнув, парень с видом победителя уставился на Кэйю, которого, по всей видимости, проигрыш совсем не устраивал. Когда же его запястье оказалось на свободе, Альберих сначала потёр его, после чего взял свой бокал. В отличие от рыжего бесстыдника, Кэйа не собирался торопиться. Он пил медленно, даже не поворачивая головы в сторону Тартальи. Но всё же рыжик замечал, что парень украдкой продолжает поглядывать на него. Обычно, подобное Чайлду не нравилось. В таком случае он всеми силами желал выколоть глаза тем, кто так настойчиво пялился. С Кэйей же играть в гляделки было даже забавно. Едва парень замечал, что Чайлд поймал его взгляд, то тут же прекращал смотреть, делая вид, что сильнее всего увлечен бокалом вина. И всё же странное послевкусие на языке не нравилось Чайлду. Может, дело было в алкоголе? А может, он попросту не умел пить? Парень ощущал странное покалывание на кончике языка. Неожиданно сердцебиение участилось, вызывая странный приступ паники. Когда же его начало тошнить, а перед глазами всё поплыло, Тарталья хотел было закричать, но не смог и этого. Пытаясь зацепиться хоть за что-нибудь, Чайлд схватился за ткань чьей-то рубашки. Язык неожиданно стал неповоротливым, а с губ срывалось лишь невнятное мычание. Кажется, его вытошнило. Но это было не так важно, чем внезапно навалившаяся слабость. Всё ещё цепляясь за кого-то, последнее, что увидел и услышал Тарталья, прежде чем потерять сознание – это холодный отрешенный взгляд Кэйи и голос с нотками льда: – Ничего личного.