Поймать охотника

Чайлд не ожидал, что всего одной фразой сможет вывести из равновесия такого человека, как Кэйа. И теперь, когда оба парня в очередной раз отправились в путь, вспоминать тот вечер было более чем смешно. Тарталью дико позабавило выражение лица Кэйи в тот момент, когда парень объявил, что они поедут в Мондштадт. По лицу Альбериха можно было отследить весь спектр эмоций, а сам он побледнел, поджимая губы. “Пусть немного попереживает за свою шкуру. Неужели Кэйа так сильно боится своего брата?” – размышлял Чайлд, периодически поглядывая на компаньона в повозке. С той поры, когда Аякс ошарашил синеволосого новостью, тот вёл себя довольно тихо. Кажется, для Кэйи наступила пора размышлений. Тарталья, в свою очередь, воспринимал это иначе. Естественно, парень не собирался отдавать Кэйю на растерзание “страшному” старшему брату. Тарталья не надеялся получить награду, но преследовал куда более глубокую мысль, которую не озвучил. Более удивительно было и то, что Альберих не пытался сбежать, покорно продолжая сидеть в повозке и стараясь слиться со всем тем барахлом, что набрал с собой Аякс. – Товарищ, притворяться мёртвым не поможет. Мы уже на границе с Мондштадтом. – Ты бы знал, как сильно я хочу оказаться мёртвым сейчас. – Не сегодня! Чайлд засмеялся, произнося последнюю фразу нараспев. У парня было замечательное настроение, и им хотелось поделиться с Кэйей, но, кажется, тот не разделял чужого веселья. Парень улыбался, но его улыбка не выражала ничего, кроме фальши. И лишь в глазах можно было заметить тень беспокойства. Когда же Каменные врата были, наконец, пересечены, а повозка плавно двигалась по дороге, Альберих закрыл лицо капюшоном и решил залечь на дно повозки, сказав о том, что собирается спать. Было понятно, что он не хочет лишний раз отсвечивать или чтобы его узнали. Впрочем, Чайлд не собирался тормошить своего спутника. Несмотря на то, что несколько дней пути прошли в спокойствии, Аякс понимал, что раны лучше не тревожить. И если полученные царапины и ушибы заживали на Чайлде, как на собаке, то про Кэйю парень этого сказать не мог. Потревоженные раны нуждались в ежедневном уходе. Благо, своевременная помощь и медикаменты делали свое дело. Медленно, но верно полученные ножевые ранения заживали. Так же, как и ушибы, что нанёс уже сам Чайлд в минуты сумасшествия. К моменту, когда повозка проходила мимо виноградников и роскошного поместья, со стороны Кэйи слышалось сопение. Может, парень действительно решил спать. Или же слишком хорошо притворялся. Посмотрев на Альбериха, Чайлд усмехнулся, но решил не нарушать чужой сон, накрыв парня пледом. К вечеру они уже доберутся до города. А пока можно было не торопиться, наслаждаться приятным ветерком и ярким пригревающим солнцем. Дорога немного петляла, ведя в сторону винокурни. И вид был более чем живописный. Всё утопало в зелени, а взгляд невольно цеплялся за крупные листья винограда. Похоже, виноделие здесь процветало. Ведь по слухам, именно мондштадское вино было лучшим. Теперь же, когда правда вскрылась, было понятно, почему Кэйа так нахваливал местное вино. Когда же винокурня, наконец, скрылась из виду, а живописный перелесок сменился каменным ущельем, словно по волшебству Альберих открыл глаза, садясь в повозке, а после перелезая на место рядом с парнем. – Недолго же ты спал. – Всё потому, что ты по всем кочкам проехался. Ещё и вихлял постоянно. Спать невозможно. – Ай-яй, какой же ты врунишка. Дорога стелилась прямо как шёлковый платочек. Неужто так сильно боишься, что на родных землях узнают? Так почему не убежал, когда была возможность? – Ты ведь не позволишь этого сделать. – Не позволю. Тарталья расплылся в довольной улыбке, поглядывая на сидящего рядом спутника. Кэйа в свою очередь, тихо вздохнул, слегка приподнимая рубашку и мельком взглянув на свои бинты. Было очевидно, что парень всячески старается справиться со своим волнением, но даже так его маска невозмутимости понемногу трескалась, пропуская настоящие эмоции. Видеть Кэйю таким забавляло, но больше всего хотелось подбодрить, давая понять, что не всё так плохо. Понимающе улыбаясь, Аякс протянул руку, потрепав парня по волосам. Реакция Кэйи была незамедлительна. Ошарашенно уставившись на парня, Альберих прыснул со смеху, легко толкая Тарталью плечом. – Чего это ты? Сам ведь решил сдать меня, а теперь подбадриваешь? – Обижаешь, товарищ. Я, между прочим, квалифицированный специалист по семейным отношениям! – Врёшь же. – А то! Даже если попытка подбодрить была крайне неловкой, губы Альбериха тронула лёгкая улыбка. И хоть парень предпочёл молчать, было заметно, что ему гораздо спокойнее. Кэйа подставлял лицо лучам солнца и позволял ветру трепать волосы, явно наслаждаясь этим. Альберих выглядел даже слишком спокойно для того, кто бежал из родных краёв и был возвращён. Словно он уже смирился со своей участью и попросту готов принять всё, что случится в дальнейшем. Тарталья, в свою очередь, только и мог, что тайком наблюдать. Он подмечал чужое волнение. Но не больше обычного, чем у других людей. Может, Кэйа всё же смог сдержаться. Или же смирился с тем, что бежать от своего прошлого поздно. Скоро он встретится один на один со своими страхами. Что было важнее, с той поры, когда повозка пересекла границу с Мондштадтом, оба парня прекратили ощущать чужое присутствие. Словно таинственный преследователь решил, наконец, отстать. Впрочем, главным было то, что на некоторое время путники оказались в безопасности. Как и ожидалось, ближе к вечеру парни достигли Мондштадта. Конечно, на их пути встретилось охотничье поселение, но Чайлд решил не останавливаться. В конце концов, Спрингвейл можно посетить и позднее. К тому же соблазнительный аромат жареного мяса стал прекрасным маячком для рыжика. Настолько, что подобно голодному лису, он то и дело облизывался. Кэйю это немного рассмешило, но не более остальных шуток со стороны Тартальи. В конце концов, всё время пути парень размышлял, какой будет встреча с братом. Конечно, Альберих умолчал тот факт, что они могли остановиться ещё у винокурни. Но, зная старшего брата, Кэйа более чем был уверен, что его можно встретить где угодно, но не на винокурне. И хоть Дилюк Рагнвиндр после смерти отца стал куда более закрытым и нелюдимым, на публике он держался с достоинством. Чаще всего он сам работал за стойкой таверны, подавая напитки. Для аристократии это наверняка могло быть поводом для сплетен и пересудов, но Кэйа был уверен, что его брату плевать на такие вещи. Дилюк оставался верен в первую очередь традициям своей семьи, а уже после и самому себе. Ему было всё равно, что о нём скажут. Ведь важнее всего было продолжать семейное дело и не идти на поводу мнения окружающих. “Интересно, изменился ли брат за эти годы или остался таким же? Всё же он всегда хотел походить во всём на своего отца.” – размышлял Кэйа, не обратив внимание на то, что повозка остановилась у ворот, а два рыцаря уже вовсю принялись за осмотр. Кэйю это волновало меньше всего, но ещё на мосту он натянул на голову капюшон. Не хотелось бы, чтобы его узнали так быстро. Всё же в Монде любые слухи разлетались со скоростью ветра. И даже если досмотр и расспросы затянутся надолго, в городе уже будут знать, кто же прибыл и с какой целью. – Вы не похожи на торговцев. У вас есть лицензия на оружие? – один из рыцарей с подозрением взглянул на парней. – Что? Какая лицензия? Мы прибыть из далекий страна! – с хитрой улыбкой Тарталья решил разыграть сильный акцент, хотя в этом не было никакой необходимости. “Вот же... Нашёл время дурачиться. Такими темпами нас двоих загребут!” – Кэйа чуть не прыснул со смеху, но попытался сдержаться, наблюдая за ступором со стороны рыцарей. Кажется, те не понимали, как теперь быть. Тарталья не был похож на иностранца. И по сконфуженным лицам было понятно, что рыцари не понимали как изъясняться, чтобы их поняли. Но, кажется, они не собирались разворачивать нагруженную барахлом повозку. – Если у вас нет лицензии, то придется сдать оружие на хранение, – неуверенно подал голос второй рыцарь. – Мы вернем его, когда вы пожелаете отправиться в путь. – О, мы согласиться! Забирайте повозка, а мы пойти! – Чайлд довольно заулыбался, слезая и забирая с собой сумку с личными вещами. Дождавшись, когда Кэйа последует тому же примеру, парень подал ему руку. Такой наглости не ожидал ни Кэйа, ни тем более рыцари. Оба растерялись, явно не думав о том, что с ними не будут спорить или же пытаться договориться. Рыжий добровольно отдал повозку вместе с лошадью на конфискацию, несмотря на то, что рыцари-досмотрщики об этом даже не успели заикнуться. Продолжая вести разговор в той же манере, вскоре парень получил бумажку, благодаря которой в дальнейшем можно было бы забрать свои вещи. Довольно улыбаясь, Тарталья без единого намёка на акцент поблагодарил рыцарей и пожелал им хорошего вечера. Наблюдавший за представлением Кэйа не мог удержаться от смеха, когда они, наконец, пересекли ворота. – И что это было? – Всего-лишь сдал наши вещи на хранение. Надежнее места и не придумать. За лошадкой присмотрят, да и вещи никто не сопрёт. Продать мы их всегда успеем. – Нас ведь могли арестовать. – Да ладно тебе! Пойдём поищем приличный постоялый двор и поедим! Кэйе оставалось только согласиться. Он не понимал причин такого воодушевления со стороны Аякса, но спорить не собирался. В конце концов, полноценный отдых и вкусная еда прельщали больше остальных забот. Альберих и думать не мог, что однажды снова окажется в стенах города, который когда-то стал для него почти родным. И теперь оставалось только удивляться, что за какие-то несколько лет совершенно ничего не поменялось. Разве что тихий городок стал только живописнее. И даже вечером он был оживлённым и ярким. Кто-то бойко распродавал остатки овощей и фруктов, кто-то же зазывал зайти за интересными диковинками. Отовсюду чувствовались манящие ароматы жареного мяса и лёгкого одуванчикового вина. И, судя по искрам в глазах Чайлда, он попался на удочку торговцев в намерении попробовать всё. Когда же один из продавцов угостил Тарталью сладким медовым яблоком, тот остался более чем доволен, предлагая и Кэйе откусить от того же яблока. И хоть парень не был брезгливым, от угощения он всё же отказался. Не учёл Кэйа только одного. Он уже давным-давно позабыл, что архитектура Монда включала в себя огромное количество лестниц. И это стало серьёзным вызовом для выносливости парня. И если Тарталья вполне бодро вышагивал рядом, то для Альбериха подъём сопровождался болью в боку и коленях. Но стоило отвлечься лишь на мгновение, как тут же загребущая рука обхватила талию, притягивая как можно ближе к обладателю рыжей шевелюры. Тарталья улыбался, поглядывая на Кэйю и подмигнув тому, когда встретился взглядом. – Товарищ, давай я понесу тебя? – Что? Нет, ни за что! Тут идти немного. Ещё пара ступенек и будем у ресторана. Кэйа не успел выразить своё несогласие, прежде чем земля ушла из под ног, а крепкие руки с лёгкостью подхватили парня. Чайлд заулыбался ещё шире, Кэйа же молился, чтобы никто не видел его лица. Он был более чем уверен, что все взгляды зевак и случайных прохожих направлены на них. Всё же не каждый день один парень таскает другого на руках, словно невесту в день свадьбы. Теперь можно было позабыть о том, что местные не станут обращать внимание на путешественников. Наоборот, люду будут любопытны все подробности. Вплоть до того, в каких отношениях состоят парни. И Кэйа был более чем уверен, что Аякс непременно начнёт купаться в чужом внимании, чтобы, в конце концов, довести Альбериха до белого каления. Что же, в таком случае остается всего два варианта. Либо игнорировать порывы со стороны рыжика. Либо подыгрывать. Выбор был очевиден. Тихо хмыкнув, Кэйа обвил руками шею, заглядывая в голубые глаза и улыбаясь. Парень прекрасно знал, что Чайлда такое нисколько не удивит, но всё же хоть немного собьёт спесь. Прижавшись к рыжему, Альберих склонился к уху, горячо и быстро зашептав: – Не обязательно устраивать этот цирк. Уже завтра все будут сплетничать о нас. Продолжишь в том же духе, и я тебе вилку в руку вгоню. Давай лучше не выпендриваться. – Какой стеснительный. Я лишь демонстрирую, что ни у кого в этом городе нет и шанса, чтобы заполучить тебя. Пусть любуются только на расстоянии. – Хо? Это что, ревность? И к кому ты собрался ревновать? Особенно, когда решил спихнуть меня старшему брату. – Просто веселюсь. И теперь мне уже не терпится увидеть твоего брата. Неужели он такой же вредный, как ты? – О, ты пожалеешь о том моменте, когда решил отдать меня брату за награду. Его кислое выражение лица будет сниться тебе в кошмарах. – Это интригует, товарищ! А сейчас нам нужно поесть и снять номер. Не хочется показываться уставшим. Завтра нас ждут великие дела! Тарталья расплылся в довольной улыбке, наконец, доходя до небольшого ресторана на главной площади и ставя парня рядом с собой у стойки. Кэйа не стал спорить, занимая свободный столик и ожидая, когда парень сделает заказ. Альберих не вслушивался в разговор, но. судя по веселому щебетанию, Аякс времени зря не терял, невзначай расспрашивая обо всём, что могло его заинтересовать. Хозяйка ресторана по имени Сара с удовольствием отвечала, не забывая предложить заказать что-нибудь ещё. И, судя по длительности разговора, заказ обещал быть большим. Кэйа, в свою очередь, заинтересованности к разговору не проявил, усевшись за столом так, чтобы иметь обзор на главную площадь. Было так удивительно подмечать, что за столько лет так ничего и не изменилось. Словно парень ушел из города только вчера. Всё те же лавочки и люди. Та же атмосфера, что и всегда. Даже вечером жизнь в городе кипела, а где-то в дали у таверны была слышна музыка и пение барда. Настолько всё в Монде было привычно, что накатившее чувство спокойствия не стало для Кэйи чем-то удивительным. Даже когда обзор был закрыт довольным лицом и рыжей шевелюрой, Альберих не отвлекся от своих размышлений, немного наклоняясь в сторону и пытаясь взглянуть на площадь снова. Чайлд склонился на ту же сторону, встретившись взглядом. Восприняв всё словно игру, он пару минут загораживал обзор, улыбаясь всё шире и давая понять, что просто так не отстанет. – Так воодушевился, что хочешь любоваться только мной, товарищ? Давай ужинать! Я никуда не денусь. – Больно ты нужен, чтобы на тебя пялиться. Ты загораживаешь мне вид. – Не по сторонам смотреть нужно, а есть! Просто посмотри на этот роскошный стол. Нужно хорошо питаться и набираться сил, чтобы раны поскорее зажили. Альберих настолько задумался, что и не заметил, когда принесли заказ. Стол так и ломился от различных угощений, а Чайлд сиял счастливой улыбкой, словно сам приложил руку к приготовлению пищи. От обилия мясных блюд голова шла кругом. Ведь невероятный аромат жареного мяса пробуждал аппетит, о чём возвестил неожиданно заурчавший желудок. Словно оба путника не ели по меньшей мере неделю, и теперь их ждал грандиозный пир. Кэйа не понимал, почему Аякс так добр по отношению к персоне Альбериха. Или, может быть, это последняя трапеза перед казнью? Разве что вместо казни предстояла встреча с Рагнвиндром. А гильотина непременно превратится в острые и колкие слова. Навряд ли Дилюк встретит младшего с распростертыми объятиями. Наконец, когда трапеза была окончена, Кэйа задумчиво взглянул на Чайлда, неторопливо заговорив: – Ты ведь говорил, что не отстанешь от меня. И что моё тело теперь принадлежит тебе. В голове не вяжется, как ты собираешься сдавать меня Дилюку. – А кто сказал, что я тебя ему отдам? Чайлд взглянул на Кэйю с такой невинной непосредственностью и удивлением, что парень попросту не нашелся, что ответить. Он поперхнулся вином, прикрывая рукавом нос и пялясь на рыжего так, словно он сказал что-то невозможное. В голове Кэйи попросту не умещалось две мысли. Как можно передать человека за вознаграждение и не отдавать его вовсе? Или же Тарталья придумал что-то, чтобы усидеть на двух стульях? Рыжий не пояснял свою позицию, но по его лицу было очевидно, что он более чем доволен своей идеей. И пока Альберих размышлял над этим, Чайлд снова приблизился лицом к лицу, склонившись над столом. Его улыбка не исчезла, а наоборот, стала только шире. Парень протянул Кэйе платок, вытирая лицо, а после садясь обратно. Подобно сытому и довольному лису, Аякс облизывал губы, сложив друг на друга пустые тарелки. Наконец, расплатившись за ужин, он повёл Альбериха за собой, направляясь к хозяину известного в Мондштадте отеля “Гёте”. Всё это время Кэйа безмолвствовал, спокойно следуя за Чайлдом. Для острого ума Альбериха действия и поведение Тартальи оставались всё такими же непредсказуемыми. Но что точно он смог подметить, так это то, что парень стал куда более спокойным. Конечно, это немного нервировало. Но и радовало не меньше. Так осторожному Альбериху можно было не волноваться за свою шкуру. Создавалось ощущение, что Тарталья попросту боялся сделать что-то не то или же причинить вред. Это было так странно, ведь раньше его ничто не сдерживало. Или же попытка изнасилования стала каким-то особенным спусковым крючком? Этого Кэйа не мог знать наверняка. Но, несмотря на усиливающееся любопытство, он не торопился заниматься расспросами. Альберих наслаждался возможностью провести время в спокойствии и безопасности. Он упивался любым моментом, понимая, что в Мондштадте он в полной безопасности. Даже если это сулит ему встречу со своим прошлым. О том, что вскоре все будут знать о возвращении неблагодарного сына семьи Рагнвиндр, Кэйа не сомневался. Он был уверен, что плохие слухи, вплоть до предательства и опорочивания, ходили по всему Монду очень долго. Теперь же это создаст эффект разорвавшейся бомбы. Сам же Кэйа мысленно пытался предугадать реакцию брата. “Наверняка он разозлится, что я столько лет не давал о себе знать. Или же за то, что посмел вернуться как ни в чем не бывало. Ну, чисто технически я даже не виноват в этом. И это даже не моя идея! Уверен, что Дилюк будет молчать, пока тишина не станет совсем гнетущей. Отчитает, как ребёнка, и даст понять, что я повёл себя глупо.” В действительности Кэйа Альберих даже не знал, что могло быть страшнее. Он знал, что не избежит длительной лекции на тему семьи. Но всё же почему-то казалось, что Рагнвиндру будет тяжело заговорить. Ведь вина за содеянное лежала на них обоих. А значит, предстоял долгий разговор по душам, который либо заставит чувствовать себя ещё более неловко, либо поможет расставить все точки над “и”.