Im|perfection

Depresión Post-Mortem — Soy una Gargola

<…>

      Какими качествами должен обладать хороший сотрудник? Первые пункты, приходящие на ум — ответственность по отношению к своим обязанностям, уважение к начальству и, в конце концов, исполнительность.       «Проебался, — думал Николас, с бьющей в висках тревогой осознавая положение дел, — Как же я проебался».       Промах случился по каждому из вышеупомянутых пунктов: наёмник был недостаточно бдительным рядом с магнитом для бедствий и недоглядел (безответственность), в сообщении-отчёте иронично поиздевался над работодателем (неуважение) и находился в ситуации, где стараться как будто уже поздно (неисполнительность).       Крепкий и безобразно сладкий сон потревожила металлическая холодная рука, которая мягко потрясла за плечо, и сопутствующее «Ник, нас окружили».       Как только первые сабли солнечного света рассекли мрак и подсветили золотые пески, бандиты, сидевшие всю ночь в засаде где-то рядом, ярко заявили о своём присутствии: с грохотом и криками вырулили на ужасающе ржавой и пыльной колымаге. На крыше убогой тачки — прибитый внушительных размеров пулемёт, дуло которого крутил туда-сюда какой-то щуплый разрисованный придурок; болтающаяся лента с патронами заливалась звонким металлическим трением. В сопровождении, кажется, самодельного автомобиля с разных сторон выплыли несколько мотобайков, на которых восседало преимущественно по два человека. Вооружённые до зубов мужчины побросали свой транспорт и направили многочисленное оружие в сторону загнанных в угол ребят, припёртых к скале. Спросонья весь квартет выглядел как воробьи, искупавшиеся в луже. Правда, Вэш сонным не был, поскольку прикорнуть успел не более, чем на полчаса, всю ночь прислушиваясь к окружающим звукам.       Совершенно недоброе утро.       Эта космическая опера могла легко и быстро закончиться. Да, под прицелом все четверо спутников, но, как минимум один из них мог позволить себе словить телом несколько пуль — невелика цена. Расчехлить одним ловким движением Каратель и использовать его, как щит, отпихнуть девушек под кузов служебной машины, а затем пулемётной очередью положить всех — кажется, их пятнадцать — бандитов, оставив от них только пыль и пух.       Препятствий для такого сценария обнаружилось два — постепенно.       В попытке осуществить задуманное Николас шелохнулся, чтобы сдёрнуть тряпки и ремни с креста, но Вэш резко бросил на наёмника такой выразительный взгляд, что он чуть не проглотил собственный язык. Очередное бесящее «не убей только» читалось в лазурной радужке сквозь стёкла оранжевых очков.       Второе препятствие — сами бандиты, которые оказались чуть более подготовленными, чем того можно было ожидать.       Их сборище — в иных обстоятельствах — вызвало бы приступы смеха своим клоунским видом. Те мужчины, которые отличались более крупным телосложением, забыли о существовании практически всех элементов одежды, предпочитая обнажать собственные громадные мускулы — позорная демонстрация силы. Сообщники более мелких габаритов, напротив, навешали на себя тонну лохматого тряпья, визуально преувеличивая свои размеры. Между ними было и кое-что общее: разрисованные тёмной сажей лица: в основном одно чёрное, почти круглое пятно от нижней границы глаз до подбородка. Спасибо, что свои голые торсы бандиты не покрывали мелкими кругами, иначе из-за подобного подражания гиенам Николас от смеха скрутился бы пополам. Возможно, такой маскарад нацелен вызвать благоговейный страх до трясущихся коленок, но по собственному опыту наёмник хорошо знал, что молчаливая скрытая сила — это явление куда более жуткое. И тем не менее, шайка головорезов могла напичкать квартет свинцом до отвала.       — Давайте без глупостей, — низким раскатистым басом заговорил, кажется, их предводитель. Это самый крупный мужчина из присутствующих, туповатый с лица, но очень спокойный и плавный. На его глянцевой загорелой лысине бликами играло солнце, а на шее висело ожерелье из небольших… кажется, резиновых кукольных голов. Не черепов — и на том спасибо. Наверное.        — Чем мы можем вам помочь? — подняв ладони вертикально вверх, Вэш заговорил заискивающим тоном и натянуто улыбнулся. В подобной обстановке он всё ещё надеялся на мирные переговоры.       — Захлопни варежку! — завизжал человек, стоящий возле предводителя, за что тут же получил от него по своей лысой крысиной башке.       — Джимми, сам захлопни варежку, — беззлобно и поучительно проговорил главарь, из-за чего подчинённый крысёныш часто закивал и со всей возможной грозностью уставился на окружённую компанию, но теперь молча. Предводитель продолжил: — Лишних жертв мы не хотим. Нам нужен только Вэш Ураган.       Как благородно с их стороны — рассуждать о лишних жертвах, целясь прямиком в голову.       — Чёрта с два! — воскликнула Мерил и бойко напыжилась, и Вэш интуитивно загородил девушку собой.       Разбойники могли напасть посреди ночи, но велик шанс в кромешной тьме пустыни перестрелять не только чужих, но и своих. Вероятно, банда дорожила своими членами и имела козырь в рукаве помимо численного преимущества и нападения исподтишка.       — По периметру скалы, у которой вы построили свой скромный кукольный домик, — продолжил главарь ровным бесцветным тоном, — Заложено несколько килограммов взрывчатки. Мы убьём только Вэша Урагана, все остальные нас не интересуют.       Пока шестерёнки в голове активно крутились со скрипом, Николас сильнее сжал кулак, в который больно впивались намотанные ремни Карателя, и метал взгляд от одного бандита к другому. Полностью закрыть Вэша собой было невозможно — оружиями в них тыкали со всех сторон, Мерил и Милли тоже могли попасть под раздачу и пострадать. От невозможности развернуть свою боевую мощь наёмнику хотелось буквально взорваться на месте.       — Семпай, — мягко подала голос Милли, тоже держа руки поднятыми, — Листовки у Вас с собой?       С озадаченным видом Мерил кивнула и тут же вскинула брови, понимая, к чему клонит её протеже.       — Я журналистка, и мне кажется, вас ввели в заблуждение. Взглянете? — стараясь звучать спокойно, без лишних движений Мерил двумя пальцами подцепила края одной листовки, торчащей из кармана. Главарь кивнул в сторону девушки, и его подчинённый с какими-то облезлыми перьями на голове выдернул листы из женской руки, вручая после предводителю. Тот мельком просканировал объявление о розыске и тяжело вздохнул.       — Джимми, какого хрена? — нахмурившись, спросил главарь и впечатал лист бумаги крысёнышу прямо в лицо. Джимми торопливо прочитал, что написано, и быстро-быстро захлопал глазами, открывая и закрывая рот, как рыба.       — Здесь написано «поймать живым», а ты мне что сказал?       — Но… Рейдж… — тонкие сухие губы подчинённого затряслись, а его щёки обдало стыдливым жаром, — По радио сказали!..       — Требование поймать живым или мёртвым относится к его брату-близнецу, Найвсу Миллионсу, — вмешался Николас, чтобы подлить масла в огонь. Кажется, этот Джимми оплошал не первый раз и теперь доверие к нему подорвано, и на это стоило надавить. По крайней мере, Вэша не попытаются застрелить… сейчас.       — Что ж, дамы и господа, — главарь с именем Рейдж закинул огромный ручной автомат себе на мясистое плечо, как какую-нибудь лёгкую бутафорию, и кивнул двум другим своим подчинённым, отдавая таким образом некое распоряжение, — Теперь Вэш Ураган — наш улов, и мы его изымаем, с вашего позволения. Или без него, конечно.       Бандиты целились теперь не в голову, а в любые другие участки тела Вэша, и кинули ему в ноги хитрой конструкции наручники и небольшой мешок.       — Надевай, — прорычал бандит. Неловко улыбнувшись, Вэш присел и поднял наручники, попутно их отряхивая, защёлкнул сначала вокруг запястья протеза с характерным звоном при трении железок, затем — на правой руке. Поднимаясь обратно на ноги, расправил пыльный мешок.        — Кхм, слушайте, — начал неуверенно Вульфвуд. Вся затея и складывающийся сценарий очень ему не нравились, поэтому он изо всех сил пытался выдумать что-нибудь — что угодно, лишь бы его взяли с собой. Эхом в черепной коробке носились слова Ная о том, что с головы его драгоценного младшего брата не должен даже волосок упасть. — Может, и меня до города подбросите?       Что писать в сообщении-отчёте при развитии худшего сценария?       «Прости, старший братец, но Вэша похитили, потому что я крепко дрых на его тёплом плече и всё проморгал».       Великолепно.       На кону стояла не только репутация и жизнь Николаса, а нечто намного более ценное для него, поэтому страх прочным канатом обмотал внутренности до скрипа.       Рейдж, главарь банды, оценивающим взглядом просканировал юношу и вопросительно изогнул бровь. Один его подчинённый ленивым шагом подбрёл к Вульфвуду и дёрнул за ремень Каратель, из-за чего воткнутый в землю крест покосился.       — Почему он такой тяжёлый?! — завопил подчинённый, чудом не раздавленный крестом, который Ник любовно приобнял, отгоняя любопытного бандита раздражённым цыканьем.       — И огромный, — подхватил бандит-крысёныш.       — Потому что полон милосердия! — прорычал наёмник.       — М-да, — безразлично пробормотал главарь, — У богатых свои причуды.       «Богатых» — отличный комплимент для приютской урлы. Пазл немного сложился: значит, кто-то в Данкине не оставил без внимания пачку денег, что выпала у Николаса из кармана, когда они с Мерил ходили за покупками. Может, тот продавец, которого они вдвоём надули быстрее, чем он — их, решил отомстить. Возможно, слежка началась ещё раньше, что объяснило бы таинственно рухнувшую дверь и голоса в водонапорной башне.       Рейдж потребовал Вэша поторопиться и надеть мешок на голову.       — Ну так? — пытаясь скрыть нервозность, продолжил Николас, облизав пересохшие губы. — В дороге устрою вам всем индульгенцию. Совершенно бесплатно.       Тем временем Вэш одарил напарника взглядом «всё будет в порядке, верь мне», и сунул белокурую макушку в мешок. Бандиты повели его к тачке, взяв за локти. Болтая головой туда-сюда, Николас выжидательно смотрел то на главаря, то беспокойно — на связанного напарника, которого решили погрузить в не слишком просторный чумазый багажник. Парень несколько раз ойкнул и взвизгнул, когда бандиты грубо хватали его за длинные конечности, пытаясь затолкать их внутрь машины, за что получил прикладом по голове. Обе девушки при громком ударе резко вдохнули, внутренне надеясь, что Вэш получил не по своему красивому лицу — жалко же.       Вся преступная шайка постепенно рассасывалась — кто-то садился в машину или на её крышу, кто-то седлал такие же ржавые байки. Ещё раз посмотрев на Вульфвуда, Рейдж пожал плечами, на секунду даря мнимую надежду, а затем щёлкнул пальцами — как по команде Джимми взвёл курок и выстрелил. Видимо, на сегодня этим он заслужил прощение от своего босса, попав Вульфвуду чуть выше колена.       — Да чтоб вас черти драли!!! — злобно выплюнул Николас, зажимая свежую рану. Сидящий в багажнике Вэш, судя по звукам, завозился и что-то неразборчиво кричал.       Предлагать бесплатную индульгенцию сборищу воров и головорезов, которые разодеты как язычники — неправильный ход, по части которых Николас явно преуспел.       Раздался рёв моторов и оголтелые крики довольных уловом бандитов, поднялись плотные клубы пыли, заставляющие троицу прокашляться и закрыть веки.       Подбежавшая к Николасу Милли желала ему помочь, пока он с тоской, сменяющейся свирепой яростью, смотрел вслед удаляющейся шайке. Обстоятельства складывались таким образом, будто сама судьба хотела, чтобы наёмник остался без работы. Но остаться без работы, когда твой начальник — Найвс Миллионс, — это меньшее из зол. Если в скором времени не разобраться с проблемой, с него, Николаса, просто снимут кожу и бросят его тело в кипящее масло. И сравняют с землёй приют вместе со всеми его обитателями.       Если вдруг Наю взбредёт в голову осуществить видеозвонок и посмотреть на Вэша, потому что соскучился — всему конец. Тяжесть от сотового телефона в кармане ощущалась куда сильнее, чем вес Карателя.       — Долго ты ещё будешь сопли на кулак мотать?! — заорала Мерил, сидящая за рулём и готовая в любую секунду вдавить педаль газа в пол. Милли беспокойно и ласково гладила согнутую спину Николаса, и он был безмерно благодарен им обеим, но об этом можно будет сказать позднее. Смачно сплюнув вязкую слюну в сторону, наёмник кивнул и, хромая, закинул Каратель на крышу, а себя в салон, пока Милли в спешке сложила немногочисленные вещи вместе с песком на заднее сидение.       Не теряя ни минуты, Мерил дала по газам, выруливая за бандитами, улизнувшими с её ходячей сенсацией. Направились те в противоположную от Июня сторону — в город, находящийся за Данкином — видимо, намереваясь громко отпраздновать поимку одного из самых разыскиваемых преступников на Гансмоуке. Что ж, не только Николасу свойственно ошибаться.       Зубами перекусив перешейку стеклянной ампулы, наёмник залил в рот лазурную жидкость и поморщился. В этот раз случай критический — дожидаться, пока рана затянется, не было времени. Ставка главаря на то, что Николас с пулевым ранением в ноге не отправится за ними в погоню, не сыграла. Ещё один критический просчет.       — Что это? — спросила Милли, заглядывая брюнету через плечо.       — Аспирин, — фыркнув, ответил он и заметил в своих ногах копошение: спрятавшаяся здесь Куронэко смотрела на него своими огромными зелёными и внимательными глазищами.       

      <…>

      В некотором смысле всё шло хорошо. Нездоровым оптимизмом Вэш болел давно, и в подобных обстоятельствах оказался не впервые. Но вина, нахлынувшая лавиной, обожгла лицо и внутренности за случившееся. Рядом с ним, Вэшем, всегда так: бушует шторм из неудач и идёт по пятам, не отставая ни на шаг, дышит трескучим морозом в загривок.       Раненный Вульфвуд активно пререкался и привычно сыпал ругательствами, а значит был в относительном порядке (в порядке ли?), а девушки, Мерил и Милли, наверняка перепугались до смерти: вряд ли журналистки прежде оказывались в подобной западне. Зажмурившись, Вэш мысленно пообещал себе, что обязательно перед всеми извинится: угостит Николаса пряным мясом, которое тот хотел так сильно, а Мерил и Милли даст интервью, ради которого девушки согласились подбросить неудачливых напарников до города. Выберется только — и обязательно от всей души извинится, а после отдалится от них на безопасное расстояние — настолько далеко, насколько возможно, лишь бы не вносить смуту своим присутствием.       В тесном багажнике не развернуться, а ещё концентрированный запах бензина, моторного масла и гари отбивал желание вздохнуть полной грудью, хотя чистого кислорода катастрофически не хватало. С трудом дотянувшись до холщовой ткани, Вэш стянул мешок с головы, но сильно ситуацию это не улучшило — было по прежнему темно, как в гробу. Только через мелкую щёлочку в багажник прокрадывался робкий проблеск света. Машину неистово трясло и подбрасывало, и Вэш болтался, как сардина в банке, острыми коленками и локтями упираясь в стены. Бандиты снаружи гулко улюлюкали, свистели и перекидывали редкими неразборчивыми фразами.       На такой скорости конвой, должно быть, уже оторвался на достаточное расстояние от лагеря у скалы, а значит — пора выбираться. Идти на неоправданные риски и оказывать сопротивление сразу Вэш не стал. Конечно, он не собирался сдаваться в руки властям, отчётливо помня наставление Рэм «держаться подальше от тех, кто попытается тебя схватить».       Вэш выждал, и никто не погиб. Это хорошо. Теперь, когда ребята в безопасности — вдали от него — можно было действовать.       Сдувая мешающую чёлку, стрелок поднёс запястья к хиленькому освещению, чтобы разглядеть конструкцию — прямоугольный металлический корпус опоясывал запястья, не позволяя сближать и отдалять их. При попытке пошевелить кистью путы стягивались сильнее, из-за чего на правой руке пережат кровоток и набухли вены.       Несколько раз зажмурившись, Вэш напрягся — попытался приложить максимум силы и переломать протезом наручники, зажимая их коленями — и у него это почти получилось.       Вэш вздрогнул всем телом и сжался — это было больно.       Протезу хватило бы мощности порвать металл, но недавняя поломка сказалась: получив жирную трещину на корпусе, наручники в ответ сжались, с заливистым хрустом переламывая материал протеза — ту его часть, которая была подобна локтевой кости. Боль не такая, как если бы сломалась настоящая кость, но всё ещё значительная. Попытавшись пошевелить нефритовыми пальцами, Вэш сник — протез отвечал, но с ещё бо́льшими перебоями, чем раньше. За такую поломку Брэд наверняка его за уши оттаскает…       Голова нещадно трещала из-за удара по ней прикладом. На виске останется кровоподтёк, протез наполовину сломан, револьвер изъяли, и Вэш всё ещё скрученный в три погибели внутри душного багажника — ситуации хуже не придумаешь.       В такие моменты — безвыходные, когда сквозит собственная беспомощность — Вэш с особенной тоской вспоминал о Рэм, её убаюкивающих руках и нежном пении над самым ухом. Эти воспоминания кутали душу в тёплую шаль и не позволяли сдаться. Думая о светлых джинсах, белоснежной футболке и длинных каштановых волосах, к которым неизменно цеплялся аромат герани, Вэш чувствовал умиротворение, раскачивающее заплутавшие мысли в колыбели.       Иногда нужно перетерпеть.       Если жуткие, беспросветные вещи длятся слишком долго, это значит, что нужно потерпеть ещё немного. Просто этому дерьму нужно время, чтобы пройти.       Позволить сожалениям изуродовать сердце Вэш не мог, а потому пытался делать то, что завещала ему Рэм — жить той жизнью, о которой он мечтал. Как бы ни было трудно.              Из-за нескольких часов езды всё тело затекло, мышцы настойчиво гудели, невыносимо хотелось хотя бы просто вытянуть конечности. Конвой вдруг остановился; от резкого торможения тело по инерции прижалось к стенке багажника. Судя по звукам, бандиты прибыли в место назначения и весёлой оравой побросали свой транспорт, направляясь куда-то. Поëрзав, Вэш приблизился к щелочке, пытаясь рассмотреть через неё обстановку снаружи: двое остались сторожить поимку, перешëптываясь о чëм-то между собой и громко смеясь — разумеется, вооружённые. Ждать транспортировки в Июнь или, чего хуже, когда правда о розыске всплывёт, рискованно; достаточно, чтобы багажник открыли — дальше Вэш разберётся.       Какое-то время было тихо.       — Э-эй! — громко завопил стрелок. Охрана зашушукалась. — Мне нужно в туалет! Слышите?       Быстро натягивая холщовый мешок обратно, Вэш затаился, ожидая действий, которые сразу не последовали — подошёл некто третий. По крышке багажника чем-то хлопнули и с дребезжанием металла открыли — Вэш резко уселся, как на пружине, чем напугал присутствующих. Без предупреждения заключённого подхватили под мышки и швырнули на землю — Вэш неустойчиво покачивался, но не упал.        — Ха-ха, вы приготовили для меня какой-то сюрприз? — весело поговорил Вэш, вертя головой в мешке из стороны в сторону.       Один из сторожей злобно шикнул и замахнулся, чтобы впечатать жилистый кулак пленнику под дых, но с грацией кошки Вэш изогнулся, уворачиваясь. Ещё один подобный реверанс — и вмешался новоприбывший, раздражённо прогорланив:       — Хватит! Рейдж сказал привести его, — он толкнул Вэша в плечо, направляя в нужную сторону.       Носовые рецепторы, которые не успели насладиться свежим воздухом, обдало мешаниной из запахов разлитой по бетонному полу выпивки, пота, пороха, солёной рыбной закуски, духов и табачным маревом. Грубо усадив пленника на стул и стянув с его головы тряпичный мешок, сторожившие его бандиты разошлись по заведению, к другим столикам. Посадка в салуне была полная.       Вэш несколько раз зажмурился, пока глаза не привыкли к свету, и встретился взглядом с главарём банды. Выглядел Рейдж порядком захмелевшим, его скулы лихорадочно алели, а глянцевая лысина всё так же сверкала бликами.       — Твой брат — та ещё боль в заднице, да? — пробасил главарь, выкладывая на стол серебряный револьвер — тот самый, который был изъят. Пожав плечами, Вэш неловко улыбнулся, и Рейдж посмотрел на него, как на дурачка, беззлобно ухмыльнулся и наполнил пустую кружку, пододвигая её собеседнику. — Выпьем за твою поимку, м?       После долгой езды в душном багажнике одолевала неистовая жажда, поэтому с удовольствием Вэш приложился губами к крупной кружке, обнимая её обеими связанными руками. Горечь, идущая от хмеля, сменилась медово-солодовым послевкусием, и Вэш расплылся в довольном мычании.       — Спасибо!       — Кто вы вообще такие? — не притрагиваясь к своему пойлу, Рейдж пытался сфокусировать мутный взгляд на лице напротив и выжидательно изогнул бровь. На какое-то время пленник сник, рассматривая поднимающиеся пузырьки газа и постепенно исчезающую пену в кружке.       Эту тему обсуждать с кем бы то ни было Вэш не любил, даже с Рэм они касались этого нечасто. С раннего возраста Вэш хорошо был осведомлён о том, что они с братом не такие, как обычные люди, отличий было как будто слишком много: начиная с температуры тела и заканчивая способностями и физиологией организма в целом. Об этих отличиях Вэш предпочитал не думать, но всегда о них помнил, желая жить подле других людей. Поначалу это желание зародилось из чистого любопытства: фильмы, которые он смотрел, книги, которые читал, и то, что рассказывала Рэм — всё это находило отклик в его душе. Чем больше и дольше Вэш оставался в окружении людей, тем сильнее хотел стать их неотъемлемой часть. Вписаться в общую, такую многогранную и сложную картину. Стать частью чего-то большего, чем он сам.       — Слава бежит впереди нас, — юноша снова улыбнулся, но более натянуто, чем до этого. — Думаю, Вы даже лучше осведомлены, чем я сам.       — Моя жена… — в приступе внезапной печали главарь свесил голову, бормоча себе под нос, — Бывшая жена называла меня Суши.       — Холодной рыбой? — часто моргая и совершенно не понимая, о чём идёт речь, Вэш разглядывал лысую макушку, про себя удивляясь её глянцевой ровной поверхности. Ещё чуть-чуть и в ней можно было бы увидеть своё отражение.       — Хочешь узнать, как мы с тобой оказались в подобной ситуации? — словно совершенно забыв о ранее сказанном, Рейдж зазвучал невпопад грозно и хмуро уставился на собеседника. Сглотнув, Вэш молча кивнул.       — Мои ребята видели, как вы слонялись возле водонапорной башни. Данкин, мой родной город, появился благодаря этой башне. Я занимался её обслуживанием около пятнадцати лет, но в любой истории наступает момент, когда всё летит в тартарары, да? — мужчина едко ухмыльнулся. — Стояла адская жара. Все триста двадцать кельвинов! Внутри станции случился пожар и сгорел насос. Его починка — дорогое удовольствие, но с миру по нитке. Горожане смогли оплатить услуги механика, прибывшего из Июня. Только вот без толку: спустя месяц в колодце закончилась вода. Бурить новую скважину, строить новую башню и станцию — на это денег катастрофически не хватало. И знаешь что? — сделав небольшую паузу, Рейдж залпом пригубил остатки пива в своей кружке и с грохотанием поставил её на столешницу, вытирая пенные усы с лица. Далее голос его сделался надломленным и более громким:       — Плевать они на нас хотели! Могли себе позволить, ведь твой братишка подкинул им нехилое вооружение. Воду по-прежнему закупают из соседних населённых пунктов, но город умирает. Можно сказать, что он уже мёртв. Я остался без работы, и вскоре жена от меня ушла. Когда мы с горожанами пришли к воротам Июня с требованиями, нас разогнали, как какую-нибудь мошкару, тыча оружием в лицо. Не перестреляли — и на том спасибо.       Окончив повествование, Рейдж исподлобья с ожиданием смотрел на собеседника, словно хотел, чтобы тот пояснил произошедшее. Например, что Вэш собственноручно осушил колодец или что подговорил Ная стать дилером оружия. Или что Вэш был в числе тех государственных жандармов, которые не желали слушать пришедших горожан и угрожали им пушками. Возможно, он хотел услышать от Вэша, что Рейдж на самом деле мудак, и жена ушла от него именно по этой причине, а не какой-либо другой.       Лучше сказать, что Рейдж жаждал услышать что угодно от объекта своей ненависти, чтобы хоть как-то оправдать свои чувства — лишь бы не брать ответственность за свою жизнь в свои же руки. Скинуть эту громоздкую ношу на плечи другого, обвинить того во всех прегрешениях — собственных и любых других — потому что так проще. Проще, чем разбираться, почему ты выбрал гадкий и скользкий путь, хотя существовало множество других — менее очевидных, но реальных.       — Мне жаль, — прошелестел Вэш слова, которые ожидались от него, самого разыскиваемого преступника на Гансмоуке, меньше всего, и виновато склонил голову. Лицо Рейджа побагровело.       — Чушь собачья! — заорал главарь, вскочив на ноги. В порыве нахлынувшей из самых недр ярости Рейдж схватил стакан и опрокинул его содержимое на белокурую макушку.       Холодные капли стекали по волосам вместе с пеной и пачкали лицо. Глаза защипало. Вэш поднёс сцепленные наручниками руки к ним, вытер тыльной стороной ладони и неподвижным взглядом прилип к бандиту. Удовлетворённым Рейдж отнюдь не выглядел: горечь прожитых преступным образом дней проявилась в виде глубоких морщин и потускневшего взгляда.       Вэш знал, какие вопросы вскоре услышит.       Если тебе жаль, почему ничего не предпринял?       Это же твой брат, почему ты не вмешался?       Если тебе жаль, почему сам не сдался властям?       Что бы он ни ответил, этого не будет достаточно. Даже если расскажет о всём, что знает, это не повернёт время вспять и не склеит разбитые в руины жизни.       Смотря друг другу в глаза, Вэш и Рейдж не сразу обратили внимание на поднявшийся шум. Какая-то суматоха происходила снаружи.        — Босс!.. — писклявым голосом задребезжал подбежавший бандит-крысёныш. Объясниться, однако, не сумел — хлипкая дверь салуна распахнулась с грохотом, чудом не слетев с петель.       — Лежать-бояться, суки!!!       Этот голос…       Хозяйка салуна, женщина в пышном фартуке, выглядывала из-под прилавка во все глаза. Бандиты, восседавшие в пьяном угаре за столами всего минуту назад, теперь поднимали в побеждённом жесте руки — и Вэш почему-то вместе с ними.       — Только пискните, я превращу это заведение в мясокомбинат, — прорычал Николас, зажимая зубами подожжённую сигарету, настойчиво дымя ей и сдувая попутно волосы со лба. Штуковина, полная милосердия, внезапно оказалась не просто крестом, а ужасающе огромным оружием. «Глаз» огромного пулемётного дула, казалось, смотрит в самую душу — бандиты, окутанные алкогольной одурью, обомлели.       Сделав шаг назад в сторону двери, Вэш покосился на Рейджа, который, тут же отмерев, попытался схватить пленника за красный ворот, но промахнулся. Удерживая Каратель горизонтально и направляя дуло пулемёта поочередно то на обескураженных бандитов, то на их главаря, Николас следил за перепалкой и пророкотал:       — Быстрее, блять, лохматый!       — Погоди! — завизжал Вэш.       — Убирайтесь прочь! — заверещала хозяйка салуна, щёлкая предохранителем дробовика, который достала из-под прилавка. Придерживая оружие за цевье изящной рукой, женщина обвела стволом всё помещение и растерянно забегала глазами, не зная, в кого целиться.       Вэш длинноногой юлой крутился на месте, прогибался, уворачивался с отработанной ловкостью от попыток Рейджа схватить его хоть за что-нибудь.       — Ты балерина, что ли?! — взвыл Николас, теряя терпение. — Стреляй в него!       — Так у меня револьвер отобрали! — отбивался Вэш от словесных нападок, но его вдруг осенило. — А…       Нырнув под мясистой рукой в воздухе, Вэш вскочил на стул, на котором сидел ранее, затем взобрался ногами на стол и резво подобрал обеими руками свой серебряный револьвер, наставляя на Рейджа. Мужчина выглядел не на шутку рассерженным, но потупившимся из-за алкоголя взглядом с трудом мог улавливать все юркие перемещения юноши. Громадный увесистый автомат был приставлен к стулу, Рейдж метнул в его сторону взгляд и со всей доступной ему резвостью потянулся к оружию — Вэш воспользовался заминкой, вскочил ступнями мужику на спину и отпружинил, как кузнечик, в сторону Николаса, когда Рейдж выпрямился.       От разыгранного зрелища Николас чуть не выронил сигарету изо рта, но вовремя опомнился и прикрыл Карателем удирающего Вэша от выстрелов, которыми их осыпал Рейдж.       Когда Вэш выскочил наружу, Николас прошёлся мелкой пулемётной очередью по ногам бандитов — исходя из тактических соображений, но и не без мстительного умысла. Салун наполнился воплями боли и плотной завесой пыли.       Николас дёрнул Вэша за шкирку, пока тот не без удивления рассматривал валяющиеся на земле снаружи тела бандитов, которые были живы, но без сознания. Наёмник не убил их не потому, что Вэш попросил, а потому, что жалко тратить патроны и снаряды на всякий мусор. Именно поэтому.       Они удирали — как и от Ная в предыдущий раз — что есть мочи.       — Как… — задохнувшись, Вэш сделал паузу и набрал побольше воздуха в лёгкие. Удивительным было то, что парень в принципе был способен говорить во время бешеного бега. — Как твоя нога?..       От абсурдности вопроса Николасу хотелось распластаться на земле и орать в небо, потому что, ну какого чёрта?       — Я, по-твоему… Фух, — перехватив поудобнее Каратель и не сбавляя темпа, Николас рассмеялся, — По-твоему на руках сейчас бегу?..       Звонко рассмеявшись следом, Вэш шмыгнул носом и широко заулыбался, подставляя лицо под прохладные порывы ветра.              Конкретного плана на дальнейшие действия у них не было, поэтому, убежав настолько далеко, что городок на горизонте не увидеть, парни осели у первого попавшегося крупного камня, торчащего из песка.       Какое-то время напарники молча пытаются отдышаться и привести сердечный ритм в норму. Возможная погоня их не страшила — это совершенное сумасбродство, охотиться на кого-то в ночной пустыне. Тьма сгущалась стремительно и бескомпромиссно, а единственными источниками света служили несколько лун на небе и перхоть из малюсеньких звёзд.       За тьмой подкрадывался морозный ночной холод. После утомительных сражения и пробежки — это настоящий дар. Распластавшись по тёплому песку и вытягивая ноги с приятным хрустом, Вэш искренне радовался свободе, в разлуке с которой был совсем недолго, но уже успел соскучиться. На периферии зрения мелькнул рыжий огонёк — Николас поджёг новую сигарету, затягиваясь так сладко, что и Вэшу захотелось припасть ртом к фильтру.       — Нужно подумать над твоей маскировкой, — хриплым голосом нарушил тишину Вульфвуд. Вся сегодняшняя — и не только сегодняшняя — беготня его утомила, но рассерженным или недовольным он не выглядел. Вэш с интересом наблюдал, как струйки сизого дыма просачиваются сквозь неплотно сжатые зубы наёмника. Николас это заметил и, затянувшись посильнее, отнял от губ сигарету, после с мягким причмокиванием выпуская три ровных дымовых колечка, которые прошли одно через другое. Однажды подобным трюком он вызвал потрясённое восхищение у младшего брата, и сейчас наёмнику показалось, что подобный трюк сработает вновь. Не прогадал: Вэш сел, часто захлопав глазами, и умилительно захихикал.       — Научишь? — хитро ухмыльнувшись, Вэш подсел немного ближе к брюнету.       — Маленький ты ещё, — отшутившись, Николас повторил фокус с кольцами дыма и показал напарнику язык. Он дурачился, и почему-то этот факт Вэшу очень нравился.       Температура окружающей среды стремительно опустилась, и кожа покрывалась колючими мурашками с каждым лёгким дуновением ветра, просачивающимся сквозь одежду. Поднявшись, Вэш пересел на место между камнем и Николасом, перекидывая через голову брюнета свои сцепленные наручниками руки.       — Что ты… — Николас заёрзал, беспокойно озираясь по сторонам и заглядывая за плечо.       — Для обогрева, — спокойно ответил Вэш, кольцом из рук притягивая парня к себе ближе, так, чтобы его спина в пиджаке прижалась к груди.       — Мне не холодно, — отчеканил наёмник, попытавшись выпутаться и отстраниться.       — Это пока, — попытки побега были безоговорочно предотвращены упрямыми объятиями. Николас сдался и расслабился, лопатками прижимаясь к широкой, прохладной груди. — В бессознательном состоянии ты более сговорчивый, — игривым тоном прошелестел Вэш в чужой висок, за что получил локтем под ребро и рассмеялся.       — Заткнись, иначе я тебе ещё и рот завяжу.       — Просто шучу!       Строго говоря, дополнительный источник тепла Вэшу не нужен — окружающая среда не оказывала значительного влияния на его терморецепторы, — но Николас — другое дело.       От него знакомо пахло порохом, солнцем и песком, тёмные волосы впитали аромат табака — совсем не похоже на герань, но всё равно убаюкивает.       Подавив зевок, Николас поудобнее устроился в обнимающих его руках и щекой прислонился к плечу.       — Спать будем по очереди, — строго проговорил наёмник, но больше для себя, чем для Вэша. Последний бросил короткое «ага» и расслабился тоже, прислонившись спиной к твёрдому камню. Чиркнув спичкой о коробок, Николас поднёс крохотный источник света к левой руке напарника и раздражённо цыкнул, внимательно осматривая поломку: стеклянно-нефритовый материал потрескался на целой части, а в месте перелома торчали острые клыки-осколки.       — Больно было? — спросил Николас, кончиками пальцев скользя по трещинам. Это было щекотно, и Вэш невольно вздрогнул.       — Не… совсем нет.       — Врёшь, — со вздохом констатировал Николас, с щелчком пальцев выкидывая догорающую спичку далеко в сторону и думая о том, что характеристика «наивный» для Вэша не подходит, дело было в чём-то другом.       Обратив внимание на странный запах, Николас принюхался, идентифицируя его источник и природу, и резко обернулся через плечо — его встретила улыбка с поджатыми губами. Шершавая смуглая ладонь пробежала по лбу Вэша, убирая его волосы назад — липко и пахнет спиртом с хмелем.       Нужно было направить пулемётную очередь выше, на уровень животов, чтоб из бандитов, как конфетти, посыпались ошмётки кишок — об этом подумал Николас, лязгая зубами, вытирая сначала ладонь об брюки, затем — чужой прохладный лоб рукавом рубашки.       Это не наивность и не дурость, но что тогда?       — Спасибо, — пролепетал стрелок. Николас промолчал.       Это ощущалось крайне необычно: рядом с Вэшем был человек, который априорно не собирался ему вредить, зато при надобности мог навредить всем окружающим. Николас был здесь, с ним, из-за контракта, и этот факт Вэш упрямо воспроизводил в мыслях, потому что было то, что пугало до дрожи — он начинал привыкать к чужому присутствию. Настолько быстро и стремительно, что это ощущалось чем-то совершенно неправильным.       Находясь в окружении людей, внутри их взаимодействия между собой, Вэш избавлялся от приступов меланхолии, о причинах которой он слишком хорошо был осведомлён. Подходил к ним иногда слишком близко, но никогда — вплотную.       — Достанешь кое-что из кармана моего плаща? — спросил Вэш. Дыхание на холодном воздухе обращалось в бледный пар. Хмыкнув, Николас нащупал шероховатый глиняный крестик, который вырезал некоторое время назад и о котором благополучно забыл.       Какая глупость.       — Спасибо, лохматый.

<…>

      Проснувшись первым вместе с рассветными лучами, Вэш не спешил подниматься и внимательно осматривал посапывающего Николаса, из уголка рта которого стекла небольшая капля слюны и впиталась в рукав красного плаща. С силой поджав губы и зажмурившись, стрелок подавил смешок и решил разыграть небольшую инсценировку: сильно тряхнул правой рукой, к которой лицом прислонился Николас, и прикинулся спящим — настолько натуралистично, насколько мог, лишь бы не бить больше по гордости наёмника.       Добираться до нужного города пришлось пешком, но, к счастью, на местности Вэш ориентировался куда лучше наёмника — по звёздам или ещё чему, — поэтому по пустыне плутали они относительно недолго. Вчерашней шайки бандитов по пути им не попадалось, хотя из-за рёва моторов где-то вдалеке несколько раз им всё же пришлось распластаться по песку.       У подножья невысокой горы, за которой располагался маленький, но хорошо отстроенный город, припаркована служебная тачка с синей надписью «Бернарделли Ньюз» на брюхе, за водительским креслом — обеспокоенная Мерил, нервно постукивающая ногтями по рулевому колесу. Увидев приближающихся парней, девушка встрепенулась и выскочила наружу.       — Чего так долго?!       — Прости! — неловко почёсывая затылок, Вэш улыбнулся журналистке.       — Чья-то задница глубоко вляпалась, — Вульфвуд пожал плечами, — Долго откапывал.       — Поедим вместе? — радостно воскликнула только что проснувшаяся Милли с заднего сидения.       — Поедим и обсудим будущее интервью, — сложив руки на груди, Мерил строгим взглядом прошибла обоих парней. Вэш активно закивал, а Николас закатил глаза.       Встретившись у оговорённого места, компания двинула в сторону Августа — города, недалеко от которого находилась подземная станция SEEDS.