Мечта алой феи

Когда Кейл исчез в портале, на территорию Академии ворвалась королевская гвардия, их броня сверкала в свете магических огней. Они без промедления вступили в бой, уничтожая остатки монстров с безжалостной эффективностью. Опытные солдаты быстро оценили обстановку и, разделившись на группы, принялись эвакуировать раненых студентов в безопасные места, подальше от поля битвы. Клавдий руководил операцией, отдавая чёткие и лаконичные приказы, в то время как целители оказывали первую помощь пострадавшим. В суматохе и хаосе, пока гвардейцы зачищали территорию и уводили детей, Эльма, воспользовавшись всеобщей паникой и отвлечённостью, незаметно скрылась с места преступления. Её безумный взгляд, полный триумфа и злорадства, растворился в ночи, оставляя за собой лишь руины и страх. После нападения Академия оказалась в плачевном состоянии. Главная площадь была разрушена, корпуса и учебные аудитории пострадали от взрывов и столкновений с монстрами. Сады, когда-то полные цветов и зелени, превратились в выжженную землю. Но больший хаос начался, когда представители знати узнали, в какую опасность попали их дети. Родители студентов, особенно первокурсников, были в ярости. Весть о нападении на Академию Роан пронеслась по королевству, словно лесной пожар, пожирая спокойствие и сея панику. Знать, подобно взбешённому зверю, требовала ответов, которых у директора, к его глубокому сожалению, не было. Единственное, что он мог противопоставить разъярённой аристократии, – лично возглавить операцию по восстановлению порядка, с клятвенным обещанием провести тщательное расследование и покарать виновных по всей строгости. Внутри академии священники работали не покладая рук, залечивая раны и восстанавливая сломанные кости. Учителя же, с замиранием сердца, проводили перекличку, пытаясь унять дрожь в голосе. Чудом обошлось без смертей. Но горечь утраты всё же коснулась академии – несколько студентов числились пропавшими без вести. И среди них – лишь один, чьё имя застыло комом в горле у каждого, – Кейл Хенитьюз. Клавдий находился в своём кабинете во дворце, словно в ловушке собственных мыслей. Его эмоциональное состояние было хуже некуда. Он беспрестанно думал о Кейле, о его безопасности, о том, что тот мог сейчас чувствовать, оказавшись в неизвестном месте. Его мрачный взгляд был прикован к столу, словно там можно было найти ответы. Принц вспомнил, как наблюдал за Кейлом, после их первой встречи. Мальчик казался ему редким цветком, который не страшился распускаться в суровых условиях. Сначала его привлекла его неземная внешность. Алые волосы, фарфоровая кожа и взгляд, скрывающий целую вселенную. Но вскоре Клавдий заметил его острый ум, скрытую храбрость, и ту тонкую иронию, с которой Кейл смотрел на окружающий мир. Принц видел в нём потенциал. Это была лëгкая заинтересованность, не более. Но чем больше времени он проводил рядом с Кейлом, тем сильнее росло желание, чтобы тот считал его другом. Клавдий жаждал этой привязанности, хотел видеть Кейла рядом, ощущать его присутствие и поддержку. Постепенно простое желание дружбы переросло в нечто большее. Клавдий, движимый непонятными ему прежде чувствами, решил влюбить в себя Кейла. Он читал книги по психологии, изучал манипуляции, планируя тонкую игру, которая заставила бы Хенитьюза сомневаться в собственных чувствах. Клавдий хотел, чтобы Кейл потерял уверенность, чтобы он не понимал, чего хочет, тем самым позволяя принцу направить его чувства в нужное русло. Он хотел привязать Кейла к себе, заставить его полюбить. В своих планах Клавдий не учëл одного – собственные чувства. Он не думал, что его расчëтливая игра обернëтся против него самого. Осознание пришло внезапно, когда Кейл пропал на фестивале. Пустота, поселившаяся в сердце Клавдия, была настолько невыносимой, что он не мог игнорировать еë. Тревога за Кейла, страх потерять его навсегда – эти чувства были сильнее любых планов и расчётов. Клавдий откинулся на спинку кресла, закрывая лицо руками. Он проклинал свою глупость, свою самонадеянность. Он так увлекся игрой, что не заметил, как сам попал в расставленные сети. Он должен был действовать. Сидеть сложа руки и предаваться угрызениям совести было невыносимо. Клавдий провёл несколько ночей, изучая карты и магические артефакты. И наконец, он нашëл. На рассвете, когда первые лучи солнца пробились сквозь дворцовые окна, к Клавдию поступили доклады. В столице королевства Виппер, граничащего на севере  с королевством Роан, был замечен мальчик внешностью точь-в-точь, как у Кейла Хенитьюза. Сердце Клавдия забилось с бешеной скоростью. Надежда. Принц, преисполненный решимости, направился в кабинет отца, дабы испросить дозволения отправиться в соседнее королевство. Но у дверей его взору предстал граф Хенитьюз. Заметив юного принца, граф учтиво склонился в приветствии. — Приветствую его высочество, принца Клавдия Кроссмана. — Граф Хенитьюз, — Клавдий сдержанно кивнул в ответ, — Что касается вашего сына… — Ох, не стоит тревожиться! — Дерут попытался озарить лицо подобием улыбки, но усталость сквозила в каждой черте, выдавая бессонные ночи – под глазами залегли густые тени. — Мой сын найден. — Неужели? — в голосе Клавдия прозвучало искреннее удивление, ведь, согласно донесениям, поиски графа не увенчались успехом, — Кейл вернëтся в ближайшее время? — Не совсем, — неуверенно начал мужчина, — После этого ужасного нападения на академию, мой сын решил немного отдохнуть за границей. Клавдий нахмурился. За границей? Сердце принца забилось тревожно. Что-то здесь было не так. — И где же именно он решил отдохнуть? — осторожно поинтересовался Клавдий, стараясь скрыть волнение за вежливой маской. Дерут замялся. Видно было, что ему не хочется говорить об этом. — Сейчас он находится в королевстве Виппер у знакомых, но позже отправиться посетить другие места. Ему нужно побыть в тишине и покое, вдали от всего этого хаоса. Чего Дерут не знал, так этого того, что Кейл совсем не знал, что такое тишина и покой. И хаос будет преследовать мальчика в каждом его путешествии. Путешествие за границей. Слишком внезапно. Клавдий не верил ни единому слову. Он чувствовал, как внутри разгорается гнев. Не на графа, конечно, а на самого себя, за то, что позволил этому случиться. Если бы он только был внимательнее, то не позволил бы Хенитьюзу провалиться в портал. — Понимаю, — произнëс принц, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. — Передайте ему мои наилучшие пожелания и скажите, что мы все ждём его возвращения. Разговор был окончен. Клавдий, извинившись, отвернулся от графа и вернулся обратно в комнату. На следующий день он получил письмо. Бумага была плотной, без герба, но почерк...Почерк был до боли знакомым. «Ваше Высочество, принц Клавдий, Надеюсь, это письмо застанет Вас в добром здравии. У меня всë в порядке, если не считать небольшого отпуска вдали от дома. Как Вы знаете, после недавних событий в академии, мне потребовалось немного сменить обстановку. Виппер, надо сказать, оказался довольно интересным местом. Хотя, признаться, я больше склоняюсь к тишине и покою, а здесь этого не так много, поэтому в ближайшее время я планирую отправиться куда-нибудь ещë. Не волнуйся обо мне. Я буду переодически связываться с тобой.   С наилучшими пожеланиями и лëгкой усмешкой, Кейл Хенитьюз.» Клавдий перечитал письмо несколько раз, вчитываясь в каждое слово, стараясь уловить скрытые намëки, истинное настроение Кейла. Принц чувствовал, как напряжение постепенно отступает. Кейл был жив. Кейл был в порядке. Клавдий облегчëнно выдохнул, прикрывая глаза. Он снова перечитал последнюю фразу, ощущая тепло, разливающееся по груди. «С легкой усмешкой...» Он представил себе Кейла, пишущего эти слова, и на губах Клавдия появилась улыбка. Глупый, упрямый Кейл. Он всегда умел находить способ удивить. Принц сложил письмо, бережно убрал его в конверт и прижал к губам.

****

Альберу, когда прочитал письмо от Кейла Хенитьюза, думал только об одном: «Какого чëрта?!» Кроссман ещë раз его перечитал. «Будущее солнце королевства Роан, Помните, вы говорили, что хотите достаточно сблизиться со мной, чтобы раскрывать секреты друг друга? Чтож, это время настало. Я знаю, что вы тëмный эльф. И меня это вовсе не тревожит.» Кейл продолжал, не утруждая себя витиеватыми фразами: «Вы знаете, Ваше Высочество, королевство Роан, кроме своей древней истории, мало чем может похвастаться. И я уверен, что вы, как будущий король, стремитесь это изменить. У меня есть несколько идей, которые, уверен, придутся вам по вкусу. Магическая башня в королевстве Виппер пала. Это, конечно, прекрасно печально. Большинство магов погибли, но те, кто выжил, оказались достаточно сговорчивыми. Они готовы принести клятву Богу Смерти и служить Роану. Более того, в руинах башни была найдена мëртвая мана. Я позаботился о том, чтобы её доставили вам в пространственном мешке. Надеюсь, мой скромный подарок придётся вам по душе. Не благодарите. Просто не забудьте заплатить мне позже.» Альберу не мог поверить своим глазам. Кейл знал. Как? Когда он успел узнать о его настоящей сущности? И самое главное – почему он не испытывает страха или отвращения? Обычно, когда тёмные эльфы раскрывали свою истинную природу, реакция окружающих была предсказуемой: ужас, неприязнь, желание бежать подальше. Но Кейл... Кейл просто принял это как факт, попутно предлагая взаимовыгодное сотрудничество. Принц перечитал письмо ещё раз, пытаясь найти хоть какой-то намёк на подвох, но в строках сквозила лишь беспристрастная деловитость и… лёгкая доля насмешки. Мёртвая мана, сговорчивые маги, клятва Богу Смерти – всё это звучало абсурдно, невероятно, но в то же время до жути заманчиво. Альберу понимал, что Кейл предлагает ему ресурсы для развития мощи королевства. Глаза принца загорелись азартом. Он всегда стремился к большему, мечтал превратить Роан в процветающую державу, и теперь Кейл Хенитьюз предлагал ему ключи к этой мечте. Но принц прекрасно понимал, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Хенитьюз не стал бы просто так делиться ценными ресурсами и знаниями. У него наверняка был свой интерес, своя игра. И ему предстояло выяснить, что именно скрывается за этой щедростью. Альберу отложил письмо в сторону и задумался. Он знал Кейла недолго, но как человека непредсказуемого и скрытного. Его мотивы всегда были окутаны тайной, а поступки зачастую шли вразрез с логикой. Но одно было ясно наверняка: Кейл Хенитьюз никогда не действовал себе в убыток. И если он предложил союз, значит, он видел в Альберу потенциал, видел возможность извлечь из этого сотрудничества выгоду для себя. Кроссман откинулся на спинку кресла, задумчиво уставившись в потолок. Этот Кейл Хенитьюз был настоящей головоломкой. Он словно играл в шахматы, просчитывая ходы на несколько шагов вперед, а Альберу оставалось лишь гадать, какой будет следующий ход. И всë же, принца это не отталкивало, а наоборот – интриговало. В глубине души он восхищался умом и проницательностью красноволосого дворянина. — Ты сводишь меня с ума..., — Альберу улыбался, крепко держа в руках письмо.

****

Кейл завтракал вместе с Эрухабеном и Раоном. Парень наслаждался покоем, после того, как золотой дракон наконец-то выгнал Тунку из своего логова. Тот, как узнал, что Эрухабен – представитель драконьей рассы, постоянно вызывал его на бой, несмотря на то, что постоянно был избит после этого. Кейл лишь вздыхал, понимая, что Тунка не остановится. Золотой дракон лишь фыркал на выходки варвара, называя его назойливой мухой. Раон же, наоборот, был в восторге от этих поединков, подстрекая Тунку на новые атаки.   — Человек, возможно глупый Тунка – мазохист? — воодушевлëнно спросил Раон. Не успел Кейл обдумать слова дракончика, как сон снова сморил его. Он погрузился в темноту, не в силах сопротивляться. Кейл проснулся в белой комнате, уже понимая, где оказалася. — Ну наконец-то, дитя моё! — раздался знакомый голос. Кейл обернулся и увидел Бога Смерти. Тот стоял, широко улыбаясь, и смотрел на него с такой любовью, что Кейлу стало не по себе. — Что значит «твоë»? — возмутился Кейл, нахмурив брови. Бог Смерти рассмеялся, и этот смех эхом пронесся по комнате. — Ты же читал древнюю книгу про фей. Разве ты не помнишь, что там написано о твоём происхождении? Кейл застыл в недоумении. Он действительно читал книгу, но... [ Чтобы развеять свою тоску, боги решили попробывать себя в роли родителей. Они находили в различных мирах интересных для них людей и ждали, когда их жизнь подойдëт к концу, чтобы забрать их души в свой мир. ] — Ты... Забрал мою душу, когда я умер. — Ты такой умный, мальчик мой! Кейл почувствовал, как по спине пробегает холодок. Этот странный бог им заинтересовался и привëл сюда, но... Что-то не сходилось. — Я появился на свет естественным путëм, — мальчик подозрительно посмотрел на бога. Тот в панике замахал руками. — Это правда, что я забрал твою душу! Просто моих сил на тот момент не хватило, чтобы создать тебе тело, поэтому пришлось позаимствовать чужое, — спокойно произнëс мужчина. Кейл молчал, переваривая услышанное. Он знал, что боги – существа непредсказуемые, но чтобы настолько… Украсть чужое тело? Это уже переходило все границы. Заметив нарастающее недовольство на лице своего сына, Бог Смерти тут же поправил себя. — Не переживай! Ребëнок Джур всë равно должен был умереть во время родов, — начал оправдываться мужчина, — И она знала об этом! Поэтому и согласилась на моë предложение поместить твою душу в тело ребëнка. Кейла переполняли всевозможные чувства. Он начал сомневаться. Любила ли его Джур, как новую личность, или видела в нëм своего умершего сына? Мысль об этом терзала его, не давая покоя. Он прекрасно понимал, что Джур многим пожертвовала ради него, и он был ей бесконечно благодарен, но… Это «но» не давало ему покоя. Бог Смерти, заметив, как Кейл печалится, осмелился приблизиться к мальчику. Он обнял его, не замечая сопротивления, от чего радостно улыбнулся. — Не сомневайся в еë любви, дитя моë, — проговорил Бог Смерти, — Она любила тебя больше жизни. Кейл прикрыл глаза, стараясь унять бурю эмоций. Слова Бога Смерти звучали как бальзам на душу. — Что ты хочешь от меня? — тихо спросил Кейл, отстраняясь от Бога Смерти. Тот, казалось, ожидал этого вопроса. — Я хочу, чтобы ты был счастлив, дитя моё, — ответил Бог Смерти, глядя Кейлу прямо в глаза. — Теперь, когда мы с тобой востановили связь, я буду с тобой переодически связываться. Не обращая внимание на сморщенный взгляд ребëнка, Бог Смерти улыбнулся и ущипнул мальчика за щëку. Кейл отшатнулся от Бога Смерти, потирая покрасневшую щеку. Этот фамильярный жест показался ему неуместным, но спорить он не стал. В конце концов, этот бог утверждал, что является его отцом, хоть и весьма своеобразным. — Связываться? Зачем? — настороженно спросил Кейл, пытаясь понять мотивы Бога Смерти. — Просто так, дитя моё. Буду давать тебе советы, если понадобиться, — ответил Бог Смерти, пожимая плечами. — Или ты не хочешь общаться со своим отцом? Кейл промолчал, обдумывая услышанное. Помощь от бога, конечно, была бы не лишней, но он не доверял этому странному типу. Слишком уж он был навязчивым и эксцентричным. — Ладно, — неохотно согласился Кейл. — Но не жди, что я буду называть тебя отцом. Бог Смерти расплылся в широкой улыбке. — Как пожелаешь, дитя моё. Главное, чтобы ты был счастлив. А теперь тебе пора возвращаться. Там за тебя волнуются. Кейл мысленно вздохнул, понимая, что отрубился во время завтрака за столом. Он моргнул и огляделся. Мальчик снова сидел за столом, перед ним стояла недоеденная тарелка с фруктами. Эрухабен и Раон с тревогой смотрели на него. — Человек! С тобой всё в порядке? Ты внезапно заснул! — взволнованно спросил Раон, подлетая ближе к лицу Кейла. — Всё хорошо, — ответил Кейл, стараясь говорить как можно спокойнее. — Просто немного устал. Эрухабен скептически приподнял бровь. Кейл проигнорировал чужой взгляд и залпом выпил стакан воды. В голове крутились обрывки разговора с Богом Смерти. — Похоже Тунка привëл гостей, — недовольно сказал Эрухабен, вставая из-за стола. Золотой Дракон телепортировал себя и детей на поляну, примыкающую к его логову. Пред ним предстала интересная картина: Тунка, превращëнный в кусок отбивной по середине, и двое его мучителей – черноволосый мечник, источавший самодовольную уверенность с левой стороны, и мужчина средних лет в безупречном костюме дворецкого, от которого веяло ледяным спокойствием с правой стороны. Кейл нахмурился, увидев знакомые лица. Чхве Хан и Рон. Что они здесь забыли? И почему Тунка выглядит так жалко? — Молодой господин, — Рон склонил голову в знак приветствия, его улыбка казалась даже более зловещей, чем обычно. — Очень рады видеть вас в добром здравии. — Как вы узнали, где я? И что случилось с Тункой? — безэмоционально поинтересовался мальчик. — Ваш отец отправил нас сюда, чтобы мы присмотрели за вами, молодой господин, — ответил Рон, не обращая внимания на вопрос о варваре. — Он был очень обеспокоен вашим состоянием, и попросил нас немедленно отправиться к вам. — А что касается Тунки, — вступил в разговор Чхве Хан, — то он просто немного перевозбудился, когда узнал, что мы вас ищем. Мы лишь преподали ему небольшой урок хороших манер. Тунка застонал, пытаясь подняться с земли, но безуспешно. Кейл тяжело вздохнул, он догадывался, что произошло. Ему стало жалко мужчину. Кейл подошëл к Тунке и применил целительную силу. Тунка с благодарностью посмотрел на Кейла, но тут же скривился, увидев приближающегося Рона. Дворецкий окинул варвара презрительным взглядом, словно тот был грязным пятном на дорогом ковре. — То есть он решил прислать ко мне нянек..., — тихо проворчал Кейл, но мужчины всë равно его услышали. Рон сохранял невозмутимое выражение лица, в то время как Чхве Хан выглядел слегка смущённым. — Это приказ графа, молодой господин. Он считает, что вам нужна защита, особенно после того, как вы покинули территорию королевства. Кейл нахмурился, но спорить не стал. Он знал, что отец волнуется о нём, но чтобы настолько… Ему не нравилось, когда его опекали, особенно такие сильные личности, как Рон и Чхве Хан. — Хорошо, — Кейл повернулся к златовласому эльфу, — Эрухабен-ним, можно Рон и Чхве-Хан поживут в вашем логове пару дней, пока мы не уйдëм. Эрухабен нахмурился, оглядывая прибывших с ног до головы. В его взгляде читалось недовольство, но спорить он не стал. Всё же, Кейл был ему дорог, и если эти двое смогут обеспечить его безопасность, то он готов потерпеть их присутствие. — Делайте, что хотите, — буркнул Эрухабен, возвращаясь в своё логово. Кейл кивнул мужчинам, намекая идти за ним, а сам приблизился к Раону и прошептал: — Раон, не рассказывай им о том, что со мной случилось. Раон послушно кивнул. Кейл был благодарен дракончику за его понимание. Он не хотел, чтобы Рон и Чхве Хан знали о его смерти. Это могло привести к непредсказуемым последствиям. Единственное, чего не знал мальчик, так это то, что мужчины позади его слышали. Рон слегка наклонил голову, его глаза опасно сузились. Чхве-Хан крепко сжал рукоять меча.