Charming

Лайт долго гуляет, волочась по пустынным улицам. На самом деле он не очень связан со своей истинной силой. Он не совсем уверен, на что это похоже. Но может он просто не в курсе? Он не знал о сердце Эл в своей груди до тех пор, пока они не встретились. Может быть, если он уделит своей силе больше внимания, он что-то заметит? Высвободить свою силу, найти принцессу, у которой он должен попросить помощи... Все это доставляет столько хлопот. Но опять же, он действительно не хочет умирать от меча Эл в одиннадцатый раз. Он устал принимать во внимание многие вещи. Когда он поворачивает за угол и возвращается к своему дому, то находит Эл, спускающегося вниз по его крыльцу. — Вот ты где, — приветствует Эл. Он в своей униформе. — Извини, я не думал, что ты сегодня придешь. — говорит Лайт, когда они стоят в предрассветном часу на тротуаре. — Ты же не скажешь мне, где ты был? — Просто гуляю, — признается Лайт, — пытаюсь проветрить голову. — Я не должен был спрашивать, — вздыхает Эл. — Ты мне не веришь? — Конечно нет, — фыркает Эл. Лайт раздраженно морщит лицо. — Ну, теперь ты должен взять меня на завтрак. Таковы правила. — А? Теперь есть какие-то правила? — Несколько, — заявляет Лайт. Эл терпеливо усмехается.— Хорошо. Пошли позавтракаем. — Эй, подожди! — ворчит тихий голос. Эл замирает. Лайт оглядывается через плечо на Рюка в его маленьком импровизированном гамаке из капюшона. — Что? — Оставь меня здесь, — приказывает Рюк. — Я не хочу идти с тобой на свидание, это даже звучит глупо. Лайт фыркает, приседая, чтобы Рюк мог перелезть через его плечо на ступеньку. Эл моргает, глядя на маленькое существо. — У тебя теперь есть Кот? — Разве у каждой принцессы нет друга-животного? — шутит Лайт, ухмыляясь. Эл хмурится, глядя на Рюка, облизывающего лапу. — На что ты пялишься? — грубо хмыкает Рюк Эл хмурится еще сильнее. — На что-то сомнительное. Рюк усмехается. — Удивил. — Пойдём, — Лайт хватает Эл за руку. — Я голоден. — Подозреваю, не только из-за еды, — бормочет Эл, позволяя Лайту утащить себя со ступенек. Большая часть района закрыта, в окнах темно, но одно из кафе, которое нравится Лайту, все еще работает на вынос, так что они завтракают свернутыми в фольгу буррито и бездельничают на скамейке в устрашающе пустом парке. С Лайтом в спортивных штанах и Эл в его белой осадной броне с мечом, привязанным к бедру, они составляют идеальную пару. Сидя здесь, на солнышке, Лайту интересно… — Ты так и не ответил на мой вопрос, — заявляет Лайт. — Который из? — У тебя где-нибудь спряталась принцесса? Эл усмехается, жуя быстрыми движениями. — Конечно, нет. — Почему бы тебе не заиметь принцессу? — спрашивает Лайт. — И нет, это не глупый вопрос. — Потому что я люблю тебя. — Я мертв уже более семидесяти лет. — Это не считается. — Ты такой негативный, — пристает Лайт. — Не хочешь ли ты иногда остепениться? Разве тебе не одиноко? — Я не… — бормочет Эл. — Иногда мне хотелось бы такой жизни, конечно, хотелось бы. Кто бы не хотел? Но как бы это выглядело? — Ну, — начинает Лайт. Эл хмурится, наклоняя голову. Лайт проглатывает буррито. — Если бы ты мог осесть где-нибудь, как бы ты хотел, чтобы это выглядело? — Это не имеет значения, — ворчит Эл, переводя взгляд на пустую игровую площадку. — Ты хочешь детей, — догадывается Лайт. Голова Эл поворачивается к нему. — Я этого не говорил. «Герой с тоской смотрит на заброшенные качели», — повествует у себя в голове Лайт. — Я не дурак, Эл. Эл стонет, откидываясь назад. — Ты утомляешь. — Тогда ответь на мой вопрос, и я перестану тебя доставать. — Да, — фыркает Эл, — я хочу детей. Я хотел бы работу больше веселую, чем опасную. Как в каком-нибудь детском приключенческом романе, понимаешь? Быть бесстрашным археологом или кем-то в этом роде. Я хотел бы просыпаться рядом с тобой каждое утро. Я хотел бы засыпать рядом с тобой каждую ночь. Я хотел бы встретиться с твоими родителями хоть раз за ужином, а не на вскрытии. — Тогда давай сделаем это, — просто говорит Лайт. Эл щурится. — Не шути. — Я серьезно! — настаивает Лайт. — Как, ты думаешь, это работает? — Эл бросает вызов. — Мы просто пропускаем все это дерьмо, — объясняет Лайт. — Мы сразу переходим от вводной главы к эпилогу. Почему мы должны подыгрывать? Твое сердце бьется у меня в груди, почему я не могу любить тебя и хоть раз, я не знаю, разделить с тобой оплату налогов и выгуливать кошку? — Хорошо, — злобно смеется Эл, — допустим, мы это сделаем. А потом ты умрешь, а я нет, и твоя следующая реинкарнация уже не так сентиментальна, чтобы отложить глобальную катастрофу. Я не думаю, что смогу пережить это эмоционально, и, в конце концов, мы бы ничего не изменили. Лайт закатывает глаза. — Ты такой король драмы. — Я честен, — Эл плюется в ответ. — Что плохого в том, чтобы немного порадоваться? — упорно спрашивает Лайт. — Почему мы не можем взять пожизненный отпуск? Разве ты не можешь просто побыть в моменте? — Потому что это всего лишь мгновение, короткое мгновение, — подчеркивает Эл, — но концовка не меняется. Мне и так сложно убивать тебя. Я не хочу усложнять эту задачу. — Ты просто боишься, — огрызается Лайт. — Боишься измениться, боишься попробовать, боишься… — Конечно, я боюсь! — повышает голос Эл. Лайт смотрит на него, Эл смотрит в ответ, и, сидя на скамейке, они смотрят друг на друга долгим, мучительным взглядом. Лайт вздыхает, плечи поникли. — Я искренне не хочу причинять тебе боль. И это правда. — И я не хочу причинять тебе боль, — честно отвечает Эл. — Тогда нам нужно найти решение. — Хотелось бы, чтобы мы могли, — признается Эл. — Но, Лайт, я живу уже тысячу лет. Я думал об этом со всех сторон, я советовался с оракулами, богами и всеми, кто между ними, и я не смог решить эту проблему. Лайт сдувается. — Так как, по-твоему, это всё кончится? — Я даже не знаю, закончится ли вообще. — Нет, — качает головой Лайт, — я отказываюсь принять это. Я отказываюсь. Эл вздыхает, его глаза влажные и неподвижные. — Может быть, было неподходящее время, — раздраженно решает Лайт, — или, может быть, есть еще какие-то переменные в этом дурацком уравнении. Но я отказываюсь верить, что мы не можем это изменить. Мы можем. Я так решил. — И я хочу с тобой согласиться, Лайт, но… — Без «но»! — Лайт швыряет недоеденный буррито в пустую песочницу у тротуара. Он разбрызгивается, скользит. — Я не собираюсь сдаваться! Эл вздыхает. Лайт вскакивает на ноги. — Что… куда ты идёшь? — слабо зовёт Эл его вдогонку. — Прочь отсюда! — кричит Лайт через плечо. ♔ ♔ ♔ Лайт не останавливается, пока он не захлопывает входную дверь и не оседает на задницу в фойе. Приглушенно ругаясь, он уткнулся лицом в колени. Это было ужасно. Он даже не уверен, чего он пытался достичь. Он просто хотел сдвинуть Эл, хоть немного, к работе с ним и к игре в роман, но не ожидал такого упорного сопротивления. Эл любит его! По словам самого Принца! Так почему же он так настроен против счастливого конца? — Агх, — Лайт откидывает голову на дверь, — ублюдок… Рюк подбегает к нему, казалось бы, из ниоткуда. — Не повезло? Лайт открывает один глаз, ворча. — Я не помню, чтобы впускал тебя внутрь. Я оставил тебя снаружи. — Все в порядке, — Рюк опускает свою спутавшуюся задницу на пол. Лайт вздыхает. — Всё прошло не очень хорошо. — Ну, если тебе это поможет, — Рюк облизывает лапу, вытирая лицо, — одна из твоих злых мачех прислала письмо с предложением организовать встречу. — Да? — Лайт мгновенно оживляется. — Ага. — Что она сказала? — Не знаю, я не читал твоих писем. — Рюк усмехается. — Ты просто шпионил за моим почтовым ящиком — кряхтит Лайт, поднимаясь. — Ага. Лайт фыркает, поднимаясь по лестнице. Рюк прав — ему пришло электронное письмо от Такады. Она довольно... светская. Вышла замуж молодой и богатой за вдовца с двумя маленькими детьми, которых она в настоящее время травмирует. Она профессионал, который очень гордится своей естественной ролью, и неудивительно, что она знает парочку принцесс. — Что она говорит? — Рюк прыгает на стол. Лайт склоняется над своим компьютером. — Есть известная принцесса, замужняя и беременная, которая остановилась в Канто, чтобы помочь менее удачливым, которые не могут эвакуироваться. Она в долгу перед Такадой, и при условии, что я буду в долгу перед Такадой, она организует встречу между нами, чтобы я мог забрать знания этой принцессы. — Ну, что же ты ждёшь? — в нетерпении подпрыгивает Рюк. Лайт облизывает зубы, ухмыляясь. — Давай нарядимся, чтобы встретить принцессу как следует. — Разве тебе не нужно поспать? — Рюк больше спрашивает, чем беспокоится, его тон кажется почти заговорщицким. — Я буду спать, когда умру, — заявляет Лайт, распахивая шкаф. Лайт с разочарованием думает, что он так глубоко вжился в роль обычного мирного жителя, что самые узкие штаны, которые у него есть, — это пара джинс. Что ж… Он не говорит, что есть какая-то немедленная выгода от «одевания в соответствии с ролью», но какая-то часть его думает, что эта женщина должна воспринимать его присутствие всерьез, и передача его роли с помощью внешности — проверенная и испытанная техника. Опять же, может быть, ему стоит одеться как любовный интерес? Да, он справится с этим. Идеализированный любовный интерес. Джинсы, четкая рубашка, красивый жакет, браслеты, ботинки… Это сработает для того, что ему нужно, но он сомневается, что настоящие любовные интересы приложили бы столько усилий, чтобы выглядеть соответствующе. Такада, стремящаяся вмешаться в ситуацию, встречает Лайта в центре города. Она выглядит так, как и подобает Мачехе; одетая в чопорный брючный костюм с густо накрашенными красной помадой губами, элегантна и высокомерна, но куча коробок с едой на автостоянке магазина едва ли подходят её атмосфере. Они идут именно туда. Лайт вздыхает. — Ты уверена, что она здесь? — Я написала ей час назад, — мычит Такада, покачивая телефоном. — Там что-то о кормлении нуждающихся. Принцесса —дерьмо. — И тебе обязательно заниматься этим дерьмом? — Нет, слава богу, — смеётся Такада. — Пойдем, я представлю тебя. Для чего тебе это вообще? Ты был довольно расплывчатым в сети. — Мне нужно переписать сюжетную линию, и мне нужен консультант, — отвечает Лайт, пока они плетутся между мирными жителями, хватая пакеты с горячей едой. — Переписать сюжетную линию? — Такада смотрит на него почти заинтересованно. — Ты же знаешь, что это почти никогда не работает, верно? — Я знаю, — Лайт поджимает губы. — Но либо так, либо мне отрубят голову и… — Лучше убить свое достоинство, чем самого себя? — подсказывает Такада. Лайт хмурится. — Расслабься, я все понимаю, — говорит Такада. — Я не могу быть принцессой, у меня нет на это сердца, но я буду сосать член старика, если это принесет мне состояние и одежду. Конечно, это не благородно, но, черт возьми. В любом случае, я предпочитаю немного роскоши, чем гордости. Гордость переоценивают, и, в зависимости от того, кем ты являешься, твоя жизнь может оказаться буквально на кону. — Да, именно. — Однако ты выбрал чертовски неудачное время, — бормочет Такада. — Я имею в виду, правда? Ты хочешь сделать это, пока бушует Великий Ужас? Лайт может сказать, что она собирает информацию. — Мы не знаем, сколько именно будет действовать Великий Ужас, это могут быть месяцы. И мне нужно быстрое решение. Мой палач не будет ждать, пока всё устаканится. — Не надо повторять мне дважды, — отмахивается Такада. — Я полностью… О, вот она. Наоми! Привет! — Она машет принцессе энергичным взмахом украшенной драгоценностями руки. Наоми не выглядит взволнованной, увидев кого-то из них. Еще она не выглядит беременной, но у нее идеальная кожа принцессы, и потому, что ей за тридцать, у нее уже образуются морщины в уголках рта из-за частых улыбок. — Привет, Наоми, — с энтузиазмом приветствует Такада, — я ценю, что ты нашла время. Я знаю, что ты занята всем… — Я в долгу перед тобой, — скрестила руки Наоми. — Но мы не друзья, так что говори быстро. Такада немного опешила, прежде чем раздражение сморщило ее изящные ухоженные брови. — Это мой друг, Лайт. Он плохой парень, и ему нужна консультантка. Наоми смотрит на него с явным скептицизмом. — Ты не похож на злодея. — Пытаюсь перестать, — отвечает Лайт. — Перестать? — Наоми фыркает. — Мне нужно переписать сюжетную линию. — Говорит ей Лайт. — Что за сюжет? — Я Монстр, — признается Лайт, — но я… — он решает, что самый простой путь — это ложь. Ложь дается легко. Поэтому он выпаливает. — Я влюблен в своего Принца. И я не хочу, чтобы кто-то из нас умер. Брови Наоми взлетают вверх. — Серьезно? Лайт энергично кивает. — Не хочу тебя расстраивать, малыш, но шансы, что ты ему нравишься… — Он любит меня, — настаивает Лайт. — Но он думает, что наша история может закончиться только трагедией, и я хочу его переубедить — я хочу, чтобы у нас был счастливый конец. Такада тихо усмехается, и Лайт знает, что ее мнение о нем постепенно меняется в худшую сторону, но ему все равно. Он здесь ради Наоми и должен убедить ее помочь ему. Не Такаду. Наоми проводит указательным пальцем по губе, раздраженная тем, как ее глаза бегают по его болезненно решительному лицу. — Ты вляпался в такую неразбериху… — Я знаю, — сглатывает Лайт. — Помоги пожалуйста? — Пойдем со мной переставлять коробки, заодно поговорим. — Наоми манит его рукой. Такада делает шаг вперед. — Ты, — указывает Наоми, — можешь идти. Такада открывает рот, чтобы возразить, но Наоми уже уходит, и Лайт спешит за ней.