For the Forgotten Ones/Посвящение забытым

Белый. Белое "небо", белая "земля", белый горизонт. Белый везде, без конца и края. Лишь закрыв глазницы, он видел черный цвет. Не было никаких других цветов. И вообще ничего не было. Он ощущал что-то на лице, но не мог дотронуться до этого и понять, что это. Руки не слушались, безвольно вися вдоль тела. Он стоял неподвижно, как статуя. Безмолвный. Бесцветный. Безжизненный. Одинокий. Он был один. Другие исчезли. Где эскизы, что всегда маячили перед глазами? Они тоже бросили его? Где его брат? «Найтмер убил моего брата». В горле и глазницах нарастало давление, но хотя слезы потекли по щекам, из горла не вырвалось ни звука. Все равно никто не мог его услышать. Здесь никого и ничего не было. Неужели он все это выдумал? Все его существование с Бандой Найтмера? Мог ли он вообразить такую прекрасную жизнь с друзьями, которые заботились о нем, и краски, которых он никогда не видел? Он больше ничего не хотел видеть. Он не хотел видеть белое. Он поднял руки к глазницам и… Его рука в перчатке (черной перчатке) наткнулась на что-то, не успев коснуться лица. На руке он увидел коричневый. Его рука была покрыта коричневым, и не было видно белой кости. Белая кость скрывалась под коричневым… коричневым… эмм… Как же это называется? Коричневый… чехол? Нет. Коричневый рукав. Он схватился за рукав и ощутил ткань. Она была настоящей. Его шинель была настоящей. На его лице была маска. Черная, с элементами из бронзы и латуни. Маска была твердой. Он чувствовал ее. Она тоже была настоящей. Он слегка оттянул рукав, а затем еще один черный рукав под ним. И увидел под ним на костях черные символы двоичного кода. Он чувствовал связь с ними. «Я могу выбраться отсюда». Инк судорожно вздохнул. Воздух здесь был не таким пустым, как там. В нем что-то ощущалось… Код? Глюки? Точно. Анти-пустота. Эррор. «Я должен спасти Кросса». Все вокруг ослепительно белое. «Это не то место из прошлого. Спасти. Кросса». Инк снял маску и повесил ее на пояс. Если он нужен Эррору, то открытое лицо может спасти ему жизнь. Или оборвать ее раньше. Хотя Инк сомневался, что Эррор убьет его сразу. Если бы он хотел, чтобы Инк превратился в пыль, он бы убил бы его еще в "Кошмарной негативной истории". Если только Эррор не был садистом и не хотел растянуть процесс… Инк решил прервать поток этих мыслей, иначе он начнет гадать, в каком состоянии найдет Кросса. Он сделал шаг, ощутив ступней подошву сапога. Он схватился за рукава коричневой шинели, постучал по латунным часам на тыльной стороне черной перчатки (которые больше не шли) и похлопал по черным карманам на поясе. Шинель была мягкой, часы твердыми, а ремень немного шершавым. Разные материалы, разные ощущения, разные цвета, и все это настоящее. «Найти Эррора. Спасти Кросса». Так много белого. Инк потянул за коричневый браслет на руке. Хоррор наверняка места себе не находит. Надо будет извиниться перед ним после спасения Кросса. «Соберись. Найти Эррора. Спасти Кросса. Ты здесь не один». Инк повернул налево и пошел вперед. Он почти сразу понял, почему выбрал именно это направление: он чувствовал разрозненные коды Анти-пустоты. Они были глючными и злыми, как и их хозяин, но хотя Инк чувствовал их как статический заряд на своей одежде (мягкая ткань, жесткие ботинки, фактурный материал, коричневый и черный, латунный и зеленый), они были безвредны. Поэтому коды Эррора были для него чем-то вроде маяка. Присутствие Эррора оглушало, в то время как атмосфера Анти-пустоты лишь тихонько гудела. Инк чувствовал, как неправильность магии и кодов Эррора бурлит и пенится, будто в нем бушевал ураган, едва сдерживаемый в пределах костей. Инк нисколько не сомневался, что Эррор знал о его приближении. Это его территория. Но Инк и не собирался прятаться. Он ускорил шаг, сосредоточившись на Эрроре (ведь даже если это Разрушитель, это значило, что здесь есть кто-то еще). Инк понял, что приближается к цели: странные ощущения покалывали все чувства, позволявшие ему отслеживать коды магии Эррора. В сознании промелькнули образы синих нитей. Но вместо того, чтобы испугаться, он успокоился. Синий – это цвет. Даже если его сопровождали красная кровь и грязно-белая пыль. Эррор не бросился к нему издалека и не телепортировался. Он терпеливо ждал и мог подождать еще немного. Оставалось только надеяться, что на Кросса этого терпения тоже хватило. Инк не мог его почувствовать. И не мог толком ничего разглядеть в паутине нитей, которая только-только показалась вдали. «Только бы Кросс был жив». Он был жив. Инк смотрел на Эррора, не поднимая глаз на Кросса. Он заметил, что Кросс висит на нитях, обвивших его руки, ноги и талию, но тот не реагировал на его приближение. Попытки Инка просканировать его откликались в виде беспорядочной путаницы, так как мешала паутина нитей. Инк понял только, что Кросс без сознания. Он старался сосредоточиться только на Разрушителе, терпеливо поджидающем под своим пленником. Эррор, не мигая, следил за приближением Инка. Из-под грязно-синего капюшона, покрывавшего его разбитый череп, смотрели два пылающих уголька. На этот раз на его лице не было ни улыбки, ни злорадства, ни безмятежности. Он просто пялился, как каменное изваяние. Он не подавал никаких признаков жизни, лишь глаза горели ядовитым пламенем. Когда Инк остановился в нескольких шагах от него, по левой щеке Эррора скатилась струйка крови, словно слеза. Кросс по-прежнему не реагировал на Инка. Он безвольно висел над Эррором, одетый лишь в остатки своей формы Гарда – черную футболку и штаны. Голова беспомощно склонилась набок, без привычного пушистого капюшона на плечах или черепе. Инк надеялся, что Кросс просто без сознания. Он не был мертв («но мог ли он Пасть… Не думай так»). – Я здесь, Эррор, – тихо сказал Инк. Его голос не разносился далеко. Воздух Анти-пустоты словно подхватил его, поглощая шум и сохраняя преимущественную тишину. Однако Эррор услышал Инка. Его голова чуть склонилась влево, и капюшон провалился внутрь, обозначив дыру на месте части черепа. – Инк. Инка передернуло от этого голоса. Он был глубоким и искаженным, но пугающе нежным. Словно хищник убаюкивает свою жертву перед тем, как нанести смертельный удар. Инк коснулся гладких краев совиной маски на поясе и подавил дрожащий вздох. Если бы Эррор хотел его смерти, он бы уже напал, и тогда они с Кроссом превратились бы в пыль, подобно кучкам внутри множества висевших над ними кукол. Инк заставил себя не смотреть на них слишком пристально, потому что знал, что сможет опознать их и их миры с первого взгляда. Он не хотел, чтобы на его костях остались тысячи обугленных следов. – Я здесь, – твердо повторил Инк. – Зачем я тебе понадобился? Он не стал упоминать Кросса и спрашивать, зачем Эррор его похитил. Он боялся привлекать внимание Разрушителя к бессознательному скелету. Это было не так уж сложно. Эррор таращился на него, словно хотел захватить в ловушку одним лишь взглядом. Напряженная острота его взгляда была так далека от того диссонирующего безумия, которое он демонстрировал в "Кошмарной негативной истории". На его лице медленно растянулась улыбка, отчего на нижней челюсти появилась еще одна трещина. Внезапно нити обвились вокруг ног Инка и повалили его на землю. Не успел он вздрогнуть, как они скрутили его тело и связали руки перед грудью. Эррор взмахнул рукой, как кукловод, и Инк оказался на коленях, удерживаемый нитями. В памяти промелькнуло воспоминание, как он едва не погиб от рук Horrortale!Андайн, и Инк невольно ахнул, а его черная магия отреагировала на страх. С кончиков пальцев сорвались черные цепи, но Эррор зарычал и резко взмахнул рукой. Но целью был не Инк, а Кросс, который упал, приземлившись рядом с Разрушителем. Намек был ясен. Инк застыл и рассеял черную магию. Эррор проследил, как она испаряется, и ярость на его лице снова сменилась дикой улыбкой. Он подтянул Инка к себе, одновременно приподняв нитями Кросса, словно усаживая его. Череп Кросса по-прежнему безвольно болтался на плече, как у сломанной марионетки на ниточках, но Инк видел, как он дышит. И его душу, которая по-прежнему была опутана синим. Эррор присел перед Инком и прищурился. Инк почувствовал рывок Проверки, но в отличие от других, это ощущалось не как легкое натяжение, а будто что-то внутри него схватили и с силой дернули вперед. Проверка так легко обошла все его защитные механизмы на одежде Арка, что их могло бы и не быть вовсе. Имя: Инк (Прозвища: Шилд, Арк (Аркана)) Оригинальная вселенная: _____тейл [Бланктейл/̷И̷н̷к̷т̷е̷й̷л̷]̷ (ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ/НЕРАЗБОРЧИВЫ) Роль: Медик/Целитель, ̷З̷а̷щ̷и̷т̷н̷и̷к̷ ̷С̷о̷з̷д̷а̷н̷и̷я̷ ̷[ДАННЫЕ НЕРАЗБОРЧИВЫ] Рост: 3,8 фута (112 см) УР: 1 ОП: [ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] ОЗ: [ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] ATK: [ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] ЗАЩ: [ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] Способности: Зеленая магия, Черная магия, Коды, [ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] ПРОВЕРКА * Важнее, чем думает о себе. * Преданный Целитель. * Его доверие к другим только что обратилось в пыль. * Все еще хочет помочь тебе. Голос Эррора теперь больше походил на скрежет сломанного механизма. Инк отшатнулся, стиснув зубы от боли, когда этот оглушительный звук резанул его слух. Рывок повторился, на этот раз такой силы, что он буквально дернулся вперед, удержавшись только за счет опутавших его нитей. И вновь появилась его Проверка. Имя: Инк (Прозвища: Шилд, Арк (Аркана)) Оригинальная вселенная: _____тейл [Бланктейл/̷И̷н̷к̷т̷е̷й̷л̷]̷ (ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ/НЕРАЗБОРЧИВЫ) Роль: Медик/Целитель, Защитник Создания Рост: 3,8 фута (112 см) УР: 1 ОП: [ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] ОЗ: [ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] ATK: [ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] ЗАЩ: [ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] Способности: Зеленая магия, Черная магия, Коды, ВОССТАНОВЛЕНИЕ [ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] ПРОВЕРКА * Важнее, чем думает о себе. * Преданный Целитель. * Его доверие к другим только что обратилось в пыль. * Все еще хочет помочь тебе. Если Эррор и был раздражен, что часть информации по-прежнему недоступна, он не подавал виду. Его нити скользнули по грудной клетке Инка, и он снова почувствовал сильный рывок. Перед грудиной Инка появилось знакомое слабое свечение, и он невольно вскрикнул от страха. Инк вскинул руки, тщетно пытаясь защитить свою душу от нитей. Он отчаянно дергал за них, даже порвав несколько, но его руки быстро отдернули. Он даже согнулся, продолжая бороться с путами на запястьях в попытках дотянуться до своей души. Поначалу Эррор наблюдал за ним совершенно безучастно. Затем неожиданно рванулся вперед. Инк замер от неожиданности. Он никак не ожидал, что Эррор схватит его за руки. Эррор крепко сжимал его руки, широко распахнув глазницы и вглядываясь в душу Инка. Все трещины и шрамы были как на ладони. Его душа по-прежнему напоминала белую керамику, но разбитую и склеенную заново, причем несколько кусочков отсутствовало. Даже почти казалось, будто нити Эррора скрепляют эти осколки, чтобы она не развалилась. Инк опустил взгляд на руки, сжимающие его запястья, и вспомнил свою первую встречу с Найтмером. Вспомнив его, он подумал и об остальных членах Банды. И вспомнил их слова в кабинете, перед тем, как отправился в Нейтральный Афтертейл. Инк нерешительно встретился взглядом с Разрушителем. Эррор снова был жутко спокоен, продолжая пялиться. Инку хотелось, чтобы он хотя бы моргнул. – Эм… – Инк неловко прокашлялся. – Я не хотел… разрывать ее на части. Эррор закрыл глазницы. Вернее, закрыл оставшуюся глазницу, а глаз на правой стороне лица просто погас. Он был так близко, что Инк чувствовал, как по нему ползают помехи, а Порча рычит и плюется, словно стремясь расплавить кости Инка. К удивлению Инка, нити, обвивающие его предплечья, оборвались. Эррор обхватил руки Инка и поднял их. Инк, недоумевая, позволил Эррору скорректировать захват, пока нити не обвили их пальцы, связывая их так, что тыльные стороны рук Инка были прижаты к ладоням Эррора, а его мизинцы – к большим пальцам Эррора. Инк почувствовал, как его пальцы согнулись, повторяя движения чужих пальцев, и его слабая надежда на то, что Эррор не желает ему зла, мгновенно угасла. – Стой. Погоди… Не надо! Инк отчаянно вырывался из рук Эррора, пытаясь оттолкнуть его с помощью своих цепей, но Эррор не отступал. Его нити сплелись в паутину, сдерживая цепи Инка, пока он спокойно направлял пальцы Инка в выемки на его душе, тщательно сопоставляя их, словно собирал сложную головоломку. Которую он скоро разорвет на части. Цепи Инка прорезали нити на его левой руке, и он толкнул Эррора в грудь, но его зрение тут же померкло. Лишь мгновение спустя он осознал, что его связанная правая рука, повинуясь движению Эррора, дернула за его собственную душу. Зрение снова померкло, даже нити, казалось, поменяли цвет, и Инк едва не потерял сознание. Инк отталкивал Эррора, как можно быстрее разрывая связывающие его нити, надеясь, что если тот будет занят его удержанием, то не сможет сосредоточиться на его душе. Кросс был без сознания, но Инк слышал, как его мысленный образ кричит ему, чтобы он атаковал. Но Инк не мог заставить себя это сделать. С легкостью родителя, удерживающего непослушного ребенка, Эррор схватил свободную руку Инка и снова переплел ее со своей, после чего вернул в прежнее положение. Эррор не собирался уничтожать его душу нитями, он хотел, чтобы Инк сам закончил начатое. На Эррора снова снизошло фальшивое спокойствие, когда он вернул руку Инка на место. Это было фальшью, потому что Порча в его кодах извивалась и крутилась перед глазами так, что это можно было назвать только ликованием. В этот момент Инк понял, что Эррор делает это не сам. Как и Найтмеру, Порча шептала ему, убеждая, что он поступает правильно. Может быть, Эррор прав? Может, Мультивселенная права? Может, инстинкт позволить уничтожить свою душу – это верный путь? Может, так и должно быть? Жгучая боль превратилась в агонию, острую, словно удар ножом. Если перестать сопротивляться, все закончится быстрее, боль уйдет… Может, стоит сдаться? Может, будет лучше, если его не станет и это даст кому-то другому шанс стать настоящим Защитником, как Призма… Вот только… Не дай им забрать твою душу. Перед глазами все поплыло. Он не мог понять, от боли или от слез. Он рванулся вперед, содрогнувшись, когда вокруг обвилась Порча Эррора, и вызвал магию между костями своих запястий. Магия прорвала нити, покрывая запястья и ладони Инка до самых пальцев. От силы магического воздействия в его левом запястье что-то хрустнуло. Это не причиняло такой боли, как его душа, но Инк не шевелил пальцами, заставив себя отстраниться от реальности. Он обнаружил обструкцию в ране. Для ее устранения требовалась хирургическая точность. В тот же миг змеи на его левом рукаве ожили и бросились на Эррора, обвив его руки. Эррор взвыл, но змеи крепко держали его руки. Их хвосты раздвоились и обвились вокруг пальцев Эррора, осторожно отделяя его руки от рук Инка. Это напомнило Инку, как Арк помогал извлекать лозы Флауи из тела Дрима, хотя Флауи не смог добраться до его души. Каким-то чудом руки Инка оставались неподвижными, пока магические змеи оттаскивали Эррора. Когда опасность миновала, он медленно вытащил каждый палец из выемок в своей душе. Один за другим. Легче сказать, чем сделать. Шрамы горели, будто его фаланги были сделаны из огня, и каждое прикосновение отзывалось болью во всем теле. К тому времени, как Инк закончил, на периферии зрения расползлись черные тени. Но если он потеряет сознание, то может уже не очнуться. Его душа была в еще худшем состоянии. Вмятины от пальцев стали еще глубже, а трещина от копья Андайн казалась шире. Инк согнулся пополам, задыхаясь от боли, пронизывающей его душу. Он почувствовал рывок и, подняв взгляд, увидел, что Эррор разорвал одну из черных змей. Другая сползла с Разрушителя, скользнула вверх по ноге Инка и снова обвилась вокруг его руки. Она погрузилась обратно в ткань, теряя свою трехмерную форму, и зашипела. Звук был не столько угрожающим, сколько странно успокаивающим. Эррор поднялся, и от его прежней ясности не осталось и следа. Нити взметнулись вокруг него, словно извивающиеся гадюки, и цепи Инка отреагировали, держась поближе к нему и приготовившись к защите. Инк заставил себя подняться на ноги и снова спрятал свою душу. Эррор издал еще один оглушительный звук, но на этот раз Инк не вздрогнул, когда Разрушитель двинулся к нему. Эта небольшая передышка позволила Инку собраться с силами и обрести голос. – Эррор, СТОЙ! – закричал Инк. – Это не поможет тебе спастись! Эррор замер. Он начал раскачиваться из стороны в сторону, его голова безвольно свесилась на плечо, как будто шея больше не могла ее держать. Затем он резко рванулся вперед, и нити метнулись к Инку, но на этот раз он был готов. Цепи Инка преобразились, слившись в подобие щита, полусферой прикрывающего его спину. Щит отбивал все попытки нитей схватить его или рассекал их на части. Эррор исчез из поля зрения, но Инк уловил искажение пространства при его телепортации. Щит послушно переместился, заблокировал выпад Эррора и отбросил его в сторону. Этот блок показал Инку, что ему удалось достучаться до Эррора. Если бы Эррор захотел, он мог бы пробить его щит, опутать Инка своими нитями и уничтожить его душу. Инк защитился от него. Но и Эррор не хотел навредить ему. Просто Порча внушила ему, что он должен это сделать. – Остановись, Эррор, – повторил Инк, на этот раз уверенней. – Ты сам себе хозяин. Не позволяй Порче управлять тобой. Эррор замер на месте. В этот раз он не бросился в атаку. Внезапно Эррор схватился за пустую глазницу. Рука замерла над пустотой, где почти ничего не осталось. В глубине души он помнил, что произошло. Пусть Порча и пыталась его обмануть, на самом деле Эррор не хотел причинять вред Инку. Где-то внутри он понимал, что Инк может помочь. С этим можно что-то сделать. Инк сможет что-то придумать. Наверное. Инк не сводил глаз с Эррора и медленно поднял руки: – Давай попробуем еще раз. Тебе плохо. Позволишь мне помочь тебе? Мерцающий огонек в глазнице Эррора медленно повернулся к Инку, дрожа и распадаясь на пиксели. Эррор опустил руку. – ̷П̷-̷п̷о̷м̷о̷г̷и̷,̷ – хрипло взмолился Эррор. – Я помогу, – пообещал Инк. Он решительно шагнул вперед, не дрогнув, когда Эррор угрожающе зашипел. Уверенность Инка не была напускной, но, конечно, не была такой сильной, как он пытался показать. Его измученная душа бешено пульсировала в грудной клетке, а собственное дыхание оглушало. Кросс за спиной Эррора по-прежнему лежал без движения, но сканирование Инка не выявило никаких повреждений, объясняющих его состояние. Преодолев страх, Инк остановился в двух шагах от Эррора, встретившись с его испепеляющим взглядом. Он был не так высок, как Найтмер (и уж точно не возвышался, как Хоррор). Вблизи Инк понял, что Эррор даже немного ниже Кросса. Тем не менее, он все равно нависал над Инком, подавляя своим присутствием, словно вместо монстра-скелета перед Инком стоял смертоносный ураган. Помехи Эррора распространялись за пределы его тела, окутывая его, как электрическое поле. Инк не смог сдержать дрожь, когда неправильность Испорченных кодов и магии Эррора накрыла его с головой. Он даже не подумал о том, чтобы взглянуть на Проверку Эррора. Он знал наверняка, что любая попытка просмотреть его данные вызовет такую яростную ответную реакцию, что она вырубит любого. Инк нерешительно протянул руку: – Можно? К его изумлению, Эррор не отпрянул и не бросился в атаку, как Инк ожидал. Вместо этого он схватил его руку и прижал к поврежденной стороне своего черепа. Эррор был так близко, что Инк чувствовал только его коды. И его Порчу. Она окружала Инка, не давая ему различить ничего другого, и он сосредоточился только на повреждении, которое хотел исцелить. Инк с трудом сдержал разочарование. Коды Эррора и Порча не напоминали спутанный клубок пряжи. Скорее Порча пронизывала его коды, переплетаясь с ними, словно их сшили вместе. Синий и красный смешались, окрашивая глюки в зловещий фиолетовый оттенок. Инк и без того знал, что Порча Эррора выходит за рамки его нынешних возможностей. Инк осторожно высвободил свою руку из-под руки Эррора. Не успел он заговорить, как Эррор зарычал. Он поднес руку к груди Инка, скрючив пальцы в когтеобразной форме. Инк не оценил попытку запугивания и оттолкнул его руку: – Нет нужды угрожать мне, чтобы заставить помогать. Я просто хочу объяснить, что я собираюсь сделать, ладно? На лице Эррора отразилась странная гамма чувств, словно он пытался вспомнить, как выражать эмоции. Это был… стыд? Хех. Инку удалось ободряюще улыбнуться, будто его пациент был просто нервным монстром-скелетом, а не самим Разрушителем. Мысли о нем в таком ключе помогли Инку успокоиться, и он почувствовал, как обретает внутреннее равновесие. – Я посмотрю, что можно сделать, – пояснил Инк, прежде чем приступить к исцелению. – Я уже лечил других, но не в таких сложных случаях, поэтому я не знаю, чего ожидать. Но я уверен, что Порча будет сопротивляться моей магии, и это может быть больно. И… – Он приготовился в случае необходимости поставить щит или уклониться от атаки. – …Я не смогу полностью исцелить тебя прямо сейчас. Эррор отреагировал на эту новость на удивление спокойно. Он понял. Он ничего не сказал, но смотрел на Инка яснее, чем когда-либо прежде. Это лишь укрепило Инка в мысли, что Эррор действительно искал его помощи. Инк не был таким сильным, как Призма, но он просто обязан был попытаться. Магия Инка заструилась с кончиков пальцев и замерцала в его руке, меняя цвет с черного на зеленый. – Это моя исцеляющая магия. Она должна быть нейтральной температуры и по ощущениям больше походить на жидкость, чем на невесомый свет. Пока она контактирует с тобой, я могу попытаться синхронизировать свою магию с твоей. Это должно помочь в процессе леч… восстановления. Ты не против? Эррор без колебаний кивнул: – Помоги. – Я помогу, – напомнил ему Инк. Инк протянул руку и положил ее на челюсть Эррора, прямо у края зияющей дыры в черепе. Вокруг вспыхнуло несколько помех, но Эррор не отстранился. Он завороженно смотрел на Инка, и тот запоздало подумал, нет ли у Разрушителя таких же проблем с прикосновениями, как у Найтмера. Возможно. А может, и нет. В любом случае, с тех пор, как он стал Испорченным, он, скорее всего, ни с кем не контактировал вне боя. Инк понимал, что не сможет исцелить его полностью прямо сейчас. Он принял это, потому что отрицание не поможет ни ему, ни Эррору. Но он мог сделать хоть что-то, облегчить его страдания. Инк почувствовал тепло в глазницах: его глаза засветились зеленым светом магии. Там было так много повреждений. Слишком много. Инк собрался с мыслями, чтобы его внимание не распылилось на тысячи переплетенных фрагментов кода Эррора. Если он попытается исцелить все сразу, то ничего не добьется. Следуя инстинктам, Инк сосредоточился на участках, связанных с памятью и телом, в частности, с черепом. Порча была не просто физическим недугом. Подобно вирусу, поражающему мозг, она разъедала разум, лишая воли, пока жертва не сдавалась. Инк даже не мог представить, какую боль испытывал Эррор все эти годы. Неудивительно, что он сорвался и начал убивать и охотиться, подчиняясь лишь инстинктам. Инк старался не думать о том, каким бы мог быть Эррор без влияния Порчи. Испорченный или нет, он все равно оставался Разрушителем. Но, как и в случае с Бандой и Найтмером, это не значит, что он злодей. Инк надеялся, что у него будет шанс понять истинные мотивы Эррора. (Он надеялся, что Эррор просто позволит ему помочь и не будет таким собственником, как Найтмер). «Я помогаю очередному заклятому врагу Босса. И нарушаю его приказ не лечить никого, кроме Банды. Эррор захватил Кросса. И ранил его. Я исцеляю Разрушителя, который навредил моим друзьям и погубил миллионы». Инк намеренно игнорировал эти мысли, чтобы эмоции не мешали ему работать, и сосредоточился исключительно на задаче. Постепенно нижняя челюсть и скуловая дуга Эррора начали срастаться. Очень, очень медленно. За полторы минуты восстановилось менее четверти миллиметра кости. Инк знал, что прошло больше минуты, потому что считал про себя, ведь часы на его перчатке в Анти-пустоте не работали. Он сохранял терпение и спокойствие. К счастью, Эррор тоже. Он так долго страдал, но теперь нашел помощь, в которой так нуждался. Он мог подождать еще немного. Инк не знал, как долго они так простояли, но постепенно начал ощущать перемены в собственном теле. Тупая боль в душе стала острее, а кости словно пронзили изнутри тысячи ножей. Рука Инка начала мелко дрожать, но он сохранял контроль. Внезапно в его грудной клетке что-то хрустнуло, и он задохнулся. Его рука соскользнула с черепа Эррора, ноги подкосились, и Инк сжался в комок. Он неуклюже приземлился, все еще сгорбившись и слегка наклонившись вбок, прижимая руки к грудине. Эррор тупо смотрел на него, явно недоумевая, как и почему Инк оказался на полу. Он совершенно растерялся, когда Инк с тихим болезненным шипением свернулся калачиком, словно не помнил, что ему делать и как реагировать. Возможно, он и не помнил (ведь Порче чужды сострадание и утешение). Но вдруг что-то изменилось. Инк увидел проблеск ясности в его разномастных глазницах. Эррор отступил на пару шагов и неуверенно направил в сторону Инка нити. Они подхватили его под спину, сплетаясь в подобие поддерживающего гамака. Эррор держался на расстоянии, но Инк видел, что ему хочется подойти. Он отчаянно хотел продолжить исцеление. Они оба этого хотели, но если Инк напряжется еще больше, что-то может сломаться. – Я в п-порядке, – все же попытался заверить Инк. Он вытер со лба холодный пот и почувствовал, как его трясет. – Ладно, может, и не совсем. Ой. Казалось, что его кости сейчас треснут под невыносимым давлением. Его душе было не лучше. Бросив на Эррора единственный тревожный взгляд, Инк осторожно призвал свою душу. Она выглядела как обычно, но трещины пылали, будто оголенные нервы, которые подожгли. Эррор не пытался снова разорвать его душу. Вместо этого он держался на расстоянии и хмуро смотрел на Инка. Большая часть его нижней челюсти и скуловой дуги были восстановлены. Дыра в черепе еще не затянулась, но хотя клубок кодов в его голове оставался ужасно искаженным, стало видно больше фрагментов, принадлежащих самому Эррору. Этого было недостаточно. Далеко не достаточно. Обычно Инк инстинктивно разбирался в кодах, но Порча Эррора была слишком сложной. Вид незаживших ран вызывал у Инка тревогу и отчаяние, чувство неудачи становилось все сильнее, а ослепительная белизна Анти-пустоты выжигала глаза. В уголках глазниц навернулись слезы отчаяния. – Я недостаточно опытен, чтобы исцелить тебя прямо сейчас. Коды настолько запутаны и глючны, что я не понимаю, что делаю не так. Я не знаю, что еще я могу сделать. Череп Эррора дернулся в сторону. Движение было судорожным и неестественным, он заглючил, над его головой замерцали статические помехи и искаженные коды. Он издал болезненный стон, от которого у Инка помутилось в глазах. Инк замер, боясь даже дышать, но Эррор не сорвался. Он присел на корточки и снова натянул капюшон, схватившись за череп. Инк украдкой взглянул на Кросса, который до сих пор не очнулся, и снова перевел взгляд на Эррора. Спустя секунду он сел рядом с ним, оставив между ними немного пространства. Инк больше не мог смотреть на него и спрятал лицо в коленях. – Прости, что я не тот всемогущий Защитник, на которого ты надеялся, – прошептал он. Инк услышал отчетливый треск, когда Эррор пошевелился. Он чуть приподнял голову и увидел, как из-под синего капюшона на него смотрит единственный желтый глаз. Инк не мог предположить, как он поступит теперь, когда Инк его подвел. Смирится с этим? Будет надеяться на лучшее? Или же снова бездумно нападет? Прямо за спиной Эррора поднялся Кросс. Инк вскинул руки в останавливающем жесте, молясь, чтобы Кросс увидел его и понял, что опасности нет. Но надежда умерла, едва успев родиться. Кросс повернулся к ним, и Инк увидел всплеск цвета там, где должен был быть белый. Инк инстинктивно поднял щит за спиной Эррора. Фиолетовый нож пронзил щит, едва не задев череп Эррора. Хрупкое спокойствие разбилось вдребезги. Эррор заглючил и вскочил на ноги, его лицо исказилось от ярости, а в глазах снова заплясало безумие. И не только он был не в себе. Кросс хищно оскалился и вызвал Гастер-бластер. Атака и его глаза горели ярким фиолетовым пламенем. У Инка оставались лишь доли секунды на принятие решения. Если он не успеет, один из них падет. Кросс – насмерть или Эррор из-за полного поглощения своих кодов. В любом случае, Эррор убьет Кросса, если Инк не вмешается прямо сейчас. Инк сделал единственное, что пришло ему в голову, и создал между ними стену черной магии, а его цепи опутали их и оттащили друг от друга. Мир вокруг поплыл, его затошнило, и он едва удержался на ногах, снова ощутив неприятное напряжение за грудиной. В голове Инка всплыл отчет Кросса о его состоянии после Хоррортейла, и он испугался, что снова переусердствовал. Как он собирался помешать Эррору и Кроссу поубивать друг друга, если едва мог защитить самого себя в глючном Испорченном аду, которым была Анти-пустота… «Анти-пустота полна глюков. Возможно, это худшее место для того, чтобы попытаться избавить Эррора от его Порчи». Инк понял одну из своих многочисленных ошибок, но было уже слишком поздно говорить об этом Эррору. Глючные черные Бластеры ожили, нацелившись на Кросса, но Инк бросился на перехват, блокируя выстрел еще одним отчаянным щитом. Бластеры тут же прекратили огонь, но Инк уже согнулся пополам, его глазницы расширились, а изо рта вырвался беззвучный стон, и в глазах потемнело. Чья-то рука вцепилась в его шинель, но он вырвался. В него полетели фиолетовые костяные атаки, но он увернулся, не позволяя им окружить себя и загнать в ловушку. Улыбка Кросса оставалась безумной и хищной, а глаза горели фиолетовым пламенем. Почему код активации снова сработал? Может, это из-за атмосферы Анти-пустоты? Или Эррор что-то сделал? Инку пришлось поднять еще один щит, чтобы помешать Эррору рассечь Кросса своими нитями. В ответ Кросс полностью проигнорировал Разрушителя, сосредоточившись только на Инке. Инк не смог сдержать крик отчаяния, когда Кросс бросился на него, словно ничего больше не имело значения. Каждое движение было быстрым, но неестественно дерганым, а глаза сияли ярко-фиолетовым, словно Инку нужны были еще доказательства того, что Кросс не в себе. Если бы это была Порча, Инк мог бы что-нибудь сделать. Но нет, коды, побуждающие Кросса охотиться на него, были скрыты от его глаз. Несмотря на постоянное напряжение в костях и душе, Инк силой оттащил Кросса от извивающихся нитей, которые пытались опутать их обоих. Инк почувствовал тупую боль и обнаружил себя лежащим на земле. Он даже не понял, как это произошло, и только ноющая боль в груди говорила о том, что он не просто упал без сознания. Кросс толкнул его. Или ударил. Сказать, что Эррору это не понравилось – это ничего не сказать. Кросс не получил выстрел в лицо только благодаря Инку, который бросился на него, закрыв своим телом. Бластер ударил в белую землю рядом с ними, но не оставил следов ожога. Инк почувствовал движение Кросса и отскочил назад, не давая ему схватить себя. – Стой! – попытался крикнуть Инк, но это прозвучало скорее как тихая мольба, чем требование. – Кросс, это не ты. Борись с ним. Кросс замер, сжимая в руке еще один фиолетовый нож. Надежда вспыхнула и тут же погасла. Инк с ужасом увидел, как Кросс поднял нож… и полоснул себя по лицу. Инк в панике схватил его руку и отдернул ее от лица, не давая ему причинить себе еще больше вреда. От резкого рывка рука ослабла и нож выскользнул из пальцев Кросса. Нож упал, и позади Инка раздался треск, словно что-то разорвалось. Он тут же понял, что это значит, но все равно было слишком поздно. У Инка была лишь секунда на реакцию, и он собрал остатки своей магии, отбросив ее назад как раз в тот момент, когда Кросс набросился на него. Инк успел увидеть что-то похожее на лабораторию, прежде чем портал Кросса заслонила черная зеркальная поверхность. Инк и Кросс врезались в край портала и упали на землю рядом с ним. Снова промелькнуло изображение лаборатории, но исчезло, когда Инк заставил черный портал вернуться на место. По его лбу струился пот, а грудь словно горела, но он не сдавался. Им нужно было место, где Кросс сможет прийти в себя и куда не сможет добраться Эррор. Но возможно ли это вообще? Инк не знал, но у него не было другого выбора, кроме как попытаться. Его портал покосился и задрожал, словно рябь на воде, а по краям его поверхности появились сильно глючащие трещины. Кросса это не волновало, он ухватился за Инка и перекатился так, что они провалились в портал. Инк вскрикнул и отчаянно взмахнул рукой, цепляясь за край портала, а другой рукой вцепился сзади в футболку Кросса. Кросс безвольно болтался под ним, словно потерял сознание, но его глазницы были открыты, демонстрируя по-прежнему фиолетовые огоньки. Может, он не мог двигаться? Внутри портала царила невесомость, но Инк чувствовал притяжение, словно портал пытался перенести их с Кроссом куда-то еще. Инк не имел ни малейшего представления, куда именно. Лишь бы не туда, куда хотел Кросс или думал, что хочет. Инк должен был помочь ему. Им нужно было безопасное место, где их никто не сможет найти. Портал треснул еще сильнее. Трещины побежали с краев, медленно подбираясь к пальцам Инка, словно он был заперт в разбивающемся зеркале. Над Инком возник Эррор, чье лицо размывалось мерцанием портала. Но даже так Инк различил на нем панику. Панику, которая быстро сменилась яростью, когда он заметил Кросса. В руке Эррора появилась костяная атака, и Инк понял, что уговоры бесполезны. Его не волновало, что Кросс не в себе. Сейчас Инк не мог ему помочь. – Эррор! – крикнул Инк, и Разрушитель на мгновение замер, уставившись на него. – Я вернусь к тебе! Обещаю. С этой последней клятвой Инк отпустил край портала и вместе с Кроссом полетел в неизвестность. К его удивлению, Эррор не бросился за ними. Он отшатнулся назад, словно увидел не портал, а чан с кислотой. Его лицо исказила мучительная ярость, но было уже слишком поздно. Они исчезли. На этот раз крик Эррора не был ужасающим. Он выражал душераздирающую боль, когда портал захлопнулся, вновь оставляя его в одиночестве. Инк вцепился в Кросса, падая сквозь разломы между мирами. На этот раз ему не хватило сил, чтобы удержать их на плаву, и они погрузились в зыбкие потоки кодов. Инк чувствовал, что какая-то сила тянет Кросса в сторону, словно Инк плыл по воздуху, а Кросс увяз в липкой трясине, которая замедляла только его. Эта сила пыталась вырвать его из рук Инка, цепляясь за Кросса с намерением никогда не отпускать. Инк был не менее упрям и не собирался оставлять Кросса. Глазницы последнего оставались открытыми, в них по-прежнему мерцали фиолетовые огоньки, но лицо было пустым, словно он ничего не видел. Кросс не был опасен. Ему нужна была помощь. И безопасное место. Глаза Кросса перестали светиться фиолетовым, и его глазницы закрылись. В черепе и душе Инка нарастало сильное давление, словно вокруг него разом собралась тысяча конфликтующих атмосфер. Он собрал последние крупицы магической энергии, чтобы окутать свою душу черной магией, молясь, чтобы подобно магии Призмы, его собственная магия смогла уберечь ее. Напряжение немного ослабло, но потоки кодов неслись все быстрее, сливаясь в размытые полосы, похожие на серый гранит. И вдруг перед Инком расцвел цвет. Коричневый? Не успев ничего понять, Инк рухнул во что-то мокрое и почти сразу же ударился о твердое дно. Кросс упал рядом с ним лицом вниз, и Инк едва успел выдернуть его из странной густой жидкости, пока тот не наглотался. Кросс безвольно висел у него на руках, ни на что не реагируя. Инк поднялся на ноги, все еще держа Кросса. Жидкость плескалась у его колен. Он огляделся в поисках земли, но увидел лишь золотое небо, усеянное миллионами парящих предметов. Вокруг висели потрепанные страницы и ведра, наполненные радугой цветов. Цвета переливались через край ведер или капали из дыр, и Инк понял, что это краска. Краски капали, лились ручьями и хлестали водопадами, когда ведра переворачивались и опустошались, исчезая после этого. Краски же смешивали внизу, образовывая коричневый океан, в котором стоял Инк. Страницы выглядели не лучше. Многие из них были грязно-желтого или коричневого цвета, с рваными краями и вырванными кусками. Они медленно рассыпались, превращаясь в труху и растворяясь в океане краски. Другие страницы трескались, словно старая керамика, и рассыпались на мелкие кусочки. Инк вздрагивал от каждого треска и разрушения, а его кости горели. Душа в грудной клетке казалась тяжелой, но это было не просто напряжение. Он знал, что видит. Он знал, что нашел. Несмотря на разруху, руины и увядающие миры, небо сияло успокаивающим золотым светом надежды. «Я в Дудл-сфере. Это Дудл-сфера. Я нашел ее. Я нашел ее!» Страх отступил, пока Инк смотрел на безмятежно парящие в золотом небе листы бумаги и ведра. Он не замечал покалывания в костях, пока не почувствовал щекотку на шее. Приподняв Кросса, Инк потянул за воротник своей коричневой шинели. К своему ужасу, ему не нужно было отодвигать ткань, чтобы понять, что черные отметины уже расползлись по его шее. Взгляд на запястье показал, что они спустились и по предплечьям почти до самых кистей. Инк знал, что его ноги в таком же состоянии. Новых кодов было так много, что он сбился со счета, и Инк знал, что источник – окружающие его окна. Окна? Да, именно окна. Это слово идеально описывало бумаги и ведра. Они были прямыми порталами в каждую из Альтернативных Вселенных Мультивселенной, обеспечивая прямой доступ из ее ядра. Вот чем была Дудл-сфера. Ядром и точкой доступа ко всей огромной Мультивселенной. Инк не мог сдержать восторга от того, что наконец-то нашел Дудл-сферу, как и говорил Призма. Пусть даже вокруг был полный бардак. И так много Вселенных было сломано. Эта Мультивселенная была сломана. Она была глючной и Испорченной, как Эррор, и с каждым днем становилось только хуже. Альтернативные Вселенные исчезали прямо у него на глазах, их окна разрывались и рассыпались слишком быстро, чтобы он успел хоть что-то сделать. Он был недостаточно силен. Он не мог помочь ни Эррору, ни Найтмеру, ни Кроссу. Он должен был быть Защитником, но он был недостаточно хорош. Его было недостаточно. Туман заволок разум Инка, и он машинально опустил Кросса лицом вверх в мутный коричневый океан выброшенной краски. Она плескалась у его ног, пока он осматривал Кросса, но обнаружил лишь незначительные царапины. И только после этого медленно опустил взгляд. Какая-то далекая, тихая часть его сознания задумалась, когда он успел призвать свою душу. Она была повреждена и покрыта шрамами, словно держалась только за счет обвивавшей ее сияющей линии золотого двоичного кода. Так не должно быть. Он не должен быть здесь таким. Инк потянулся к своей душе, пальцы судорожно сжались. «Мне… нужно…» Чьи-то руки перехватили его запястья. Это были не руки Кросса. И они не были костяными. Часть мутной коричневой краски поднялась из океана, приняв знакомую форму в шарфе. Несмотря на схематичность фигуры, в расширенных глазницах Призмы читалась крайняя тревога, когда его нарисованная форма вцепилась в запястья Инка. Он оторвал пальцы Инка от его души, схватив его за оба запястья одной рукой, и решительно замотал головой. Призма сделал толчок свободной рукой, и душа Инка вернулась в его грудную клетку. Он тут же снова схватил Инка обеими руками, крепко переплетая их пальцы, чтобы он больше не смог дотянуться до себя. Призма ничего не сказал, но в этом и не было необходимости. – Не дай им забрать твою душу. Его словно окатили ледяной водой. Призма твердил это снова и снова, но Инк все равно умудрился забыть. Хотя "забыть" – не совсем верное слово. Инк помнил, но смысл так и не доходил до него. – …Прости, – пробормотал Инк, не зная, что еще сказать. – Я в порядке. Честно. Призма кивнул и, немного помедлив, крепко обнял Инка. Тот замер, не ожидая такого от нарисованного воплощения своего альтернативного "я", но потом расслабился и положил голову на "плечо" Призмы. Краска оказалась на удивление теплой и плотной. – Спасибо, – прошептал Инк. Призма отстранился, снова кивнул и торопливо махнул Инку, призывая следовать за собой. До Инка дошло, что у Призмы, возможно, совсем мало времени на… что бы он там ни делал. Поэтому он поспешил за ним, неся Кросса на руках, пока они пробирались сквозь хаотичное месиво смешанных красок. Вернее, Инк пробирался. Призма же словно скользил по поверхности, как часть приливной волны. К удивлению Инка, коричневая краска не оставила ни единого пятнышка ни на его одежде, ни на одежде Кросса, просто соскальзывая с ткани. По пути Инк попытался связаться с Хоррором через браслет. И конечно же, ничего не вышло. Он мысленно извинился перед Хоррором за внезапный уход и причиненное беспокойство, но сейчас он не мог покинуть Дудл-сферу, чтобы выйти на связь. Водопады краски обрушились вниз, скрываясь из виду, и Инк увидел, что среди ведер и страниц парит что-то похожее на остров. Призма указал на остров, и его нарисованное воплощение растворилось в океане. Инк всмотрелся в бескрайнее море смешанных красок и осознал, что оно может быть гораздо глубже, чем кажется. Инк уже собирался призвать магию, но душа предостерегающе отозвалась болью. Он тут же отказался от этой идеи и стал думать, как еще можно добраться до острова. Он сделал несколько шагов вперед, но передумал и начал шарить по карманам в поисках чего-нибудь, чем можно было бы измерить глубину. В карманах не было ничего подходящего, но в сумке Кросса нашлись припасы, в том числе и наряд Шилда для Инка. «Он собирался искать меня». Остатки одежды Гарда на Кроссе уже намекали на это, но теперь он убедился наверняка. Инк подавил нахлынувшие эмоции и сосредоточился на содержимом сумки. Переправиться было не на чем, зато имелся обрывок веревки. Инк использовал его, чтобы привязать Кросса к своей спине. Его ноги все равно волочились, но это было лучше, чем утопать в краске. Затем Инк извлек из кармана небольшой, сломанный, но довольно тяжелый стальной кейс. Он бросил его перед собой, сделал шаг и снова поднял. И так раз за разом, пока не перестал слышать глухой стук удара о дно. Океан краски здесь явно был глубок. Или, возможно, дна не было вовсе. У Инка не было ни малейшего желания проверять, сможет ли он плавать в этой краске, неся Кросса на спине. Инк хмуро посмотрел на ведра, парящие прямо над ним. Он осторожно коснулся дна одного из них, проплывавшего мимо. Рука не прошла сквозь него, и ведро не шелохнулось, когда он нажал на него. Инк не раз взбирался на башни Замка Найтмера. Неужели здесь будет намного сложнее? Оказалось, что да, сложнее, но вполне терпимо. Инк подтянулся и неуверенно балансировал на парящем ведре. Несмотря на опасность, он позволил себе насладиться подъемом и даже тихонько хихикнул. Инк перепрыгивал с ведра на ведро, цепляясь за бортики и подтягиваясь наверх. Однажды он чуть не соскользнул в радужный вихрь краски, но ему удалось удержаться. К тому времени, когда Инк добрался до острова, он знал название каждой АВ, на которую забирался. Как и его кости. Возможно, ему все-таки понадобится шарф для Шилда. Если ему вообще разрешат быть Шилдом. Если Найтмер позволит ему вернуться или заставит его вернуться, или… Хорошее настроение Инка мгновенно испарилось. Он осмотрел Кросса, который по-прежнему не реагировал, даже когда Инк наспех залатал его раны, и направился в окутывающий остров золотистый туман. Из мерцающего тумана возник огромный силуэт с острыми зазубренными краями. На первый взгляд это был гигантский черный кристалл. Но вблизи стало ясно, что он словно сделан из затвердевших отражающих чернил. В этой странной конструкции зияла огромная дыра. Инк подошел ближе и шагнул внутрь. Внутри не было ничего, кроме одинокого зеркала. Стоило Инку приблизиться, как его отражение задрожало и начало меняться. Другой Инк поначалу не обратил на него внимания. Он был полностью поглощен тем, что писал на своем шарфе. Одежда этого Инка была похожа на ту, что носил Призма, но с одним заметным отличием. Часть "воротника" и концы шарфа были глубокого синего цвета, как душа порядочности. Рукава и штаны другого Инка были изорваны, обнажая большую часть рук и фрагменты ног. На его костях по всему телу виднелись черные отметины, некоторые из которых выглядывали из-под шарфа. Инк понял, что это не просто двоичный код, как у него самого. Это были шрамы. Самые настоящие шрамы, которые кто-то тщательно вырезал на костях другого Инка. Инк невольно ахнул, когда понял, что это значит. Услышав шум, другой Инк подпрыгнул и наконец поднял взгляд. Испуганные темно-синие огоньки глаз метнулись к лицу Инка: один в форме восклицательного знака, другой – ромба. Он отшатнулся, и Инк заметил, как он инстинктивно потянулся к шее, словно пытаясь ее прикрыть. – Ой, прости, – нервно сказал Инк. – Я не хотел тебя напугать. Неизвестный Инк уставился на него. Его зрачки беспокойно метались из стороны в сторону, словно выискивая опасность. Они остановились на Кроссе, и правый зрачок вспыхнул испуганным фиолетовым. Инк еще больше забеспокоился, увидев такую реакцию, учитывая, что Кросс все еще не приходил в себя, но он постарался отбросить эти чувства. Здесь хотя бы было больше места, чем в бескрайнем океане коричневой краски. – Минутку, пожалуйста, – попросил Инк. Инк осторожно отвязал Кросса от спины и бережно опустил его на твердую землю, еще раз проверив жизненные показатели. Из-за сохранявшегося внутреннего напряжения, которое он не хотел усугублять, ему пришлось ограничиться базовой первой помощью и несколькими портативными сканерами. Дыхание Кросса было ровным, душа – в порядке. Никаких повреждений, кроме царапин, оставленных, вероятно, нитями Эррора, и ран от собственного ножа. Странно, но сканер показал, что одно из ребер было сломано и уже успело срастись. Кросс был стабилен. Просто не приходил в себя. Инк прикусил губу и поднял взгляд на зеркало, из которого за ним внимательно наблюдал его двойник. – Извини. Его захватил Эррор, и мне нужно было проверить его состояние. Я Целитель. Эм… Полагаю, это зеркало позволяет нам общаться? И под "нами" я имею в виду… Инков из разных Мультивселенных? Меня привел сюда Призма. Ты знаешь Призму? – Инк почувствовал, как вспыхнули его щеки. – Э-э… Он Инк, который использует призматическую радужную магию. Я зову его Призмой. Напряжение в лице другого Инка спало. Теперь он смотрел на Инка не с опаской, а с пониманием и сочувствием. Он все еще молчал, но кивнул в ответ. По крайней мере, он слышал Инка, в отличие от сна, который напоминал это место. Инк с синими кончиками шарфа отошел в сторону, и зеркало подернулось рябью. – Постой! – воскликнул Инк, но другой Инк уже исчез. На его месте стоял еще один Инк. Его глаза быстро переливались всеми цветами радуги, и он улыбнулся Инку: – Ты добрался сюда! Инк просиял в ответ: – Призма! Тот заметно вздрогнул, и его зрачки сменились бледно-синим восклицательным знаком и спиралью с градиентом всех цветов радуги. – Как ты меня назвал? Инк покраснел. – Призма. Это прозвище, которое я тебе дал. Извини. – Все в порядке! – Но в улыбке Призмы мелькнула легкая грусть. Инк заметил это, потому что видел такое выражение на своем собственном лице в самых обычных зеркалах. – Я зову тебя "Целитель". Я так рад, что мы наконец-то можем поговорить. Инк вспомнил их последний "разговор". Глазницы защипало, но слез не было. – Спасибо, что спас мою Мультивселенную. – Эти слова и близко не выражали всех его чувств, но он не мог подобрать других. Призма, казалось, понял. Его глаза окрасились в мягкие пастельные оттенки желтого и зеленого. – Не стоит благодарности, но всегда пожалуйста. – Как тебе удалось пересечь Мультивселенные? – спросил Инк. – Как ты вообще узнал, что я в беде? – Он оглядел кристальную пещеру вокруг, прежде чем снова повернуться к зеркалу. – Это место имеет к этому какое-то отношение? Отсюда видно другие Мультивселенные. Эм. Очевидно. Я видел еще одного… нас? У него был шарф с синими концами и синей полосой посреди воротника. И один из его зрачков, кажется, всегда оставался темно-синим. Лицо Призмы озарилось узнаванием: – О! Ты видел Solus!Инка. Он тоже Защитник Создания. Но его Мультивселенная… – Он поморщился, и его глаза превратились в печальные бледно-синие слезинку и кружок. – …Мрачная. Все его возможные союзники погибли до того, как он смог выбраться в свою Мультивселенную. Ну, кроме, может быть, Астера и Топа, но они же совсем не влияют на общую картину, понимаешь? Я пытаюсь помочь ему найти их, чтобы у него был хоть кто-то, кроме Бруми. Инк окончательно запутался. – Он ищет Астера и Топа? И… кто такой "Бруми"? – Они… – Призма осекся и прищурился, огоньки его глаз сменились желто-зеленым градиентом в форме вопросительного знака. – Стоит ли мне говорить тебе, или это повлияет на их поступки? Мне не нравится идея "предопределенности", тем более это другая Мультивселенная с другими обитателями… Ладно, неважно. Пусть все идет своим чередом. – …Я не первый Инк, которому ты помогаешь, – догадался Инк. – Верно, – подтвердил Призма. Он встряхнулся и улыбнулся, его правый глаз стал чисто зеленым, а левый превратился в спокойный серебряный ромб. – Ты только что видел одного из них. У Солуса сейчас все намного лучше, чем было. Я горжусь им. Я говорил ему это? – Он проверил свой коричневый шарф, уверенно кивнул и перекинул конец обратно через плечо. – Отвечая на твой вопрос, моя Мультивселенная уже давно присматривает за другими Мультивселенными. Это не то чтобы наша обязанность, но мы хотим помочь, если можем. Хотя обычно я не вмешиваюсь так… напрямую. Просто я увидел, что должно было случиться с твоей душой, и должен был… должен был… Тело Призмы внезапно замерло, а его глаза стали мертвенно-белыми. Он был неестественно неподвижен и больше походил на куклу, чем на живого монстра-скелета. – Призма? Призма, ты в порядке? – взволнованно спросил Инк, но Призма по-прежнему молчал и не двигался. – …Инк? – Всякая неловкость от произнесения своего имени отступила перед беспокойством. Призма очнулся и схватился за большую кисть за спиной. Он глубоко вздохнул, затем еще раз. – Ты знал, что я бездушный? – Я догадывался, – признался Инк. – Если честно, довольно давно. Я не такой, как ты, но должен быть таким. – Он съежился, прижимая руку к груди. – Я должен был лишиться своей души. Мультивселенная хочет, чтобы я ее потерял, потому что думает, что тогда я стану Защитником, который сможет все исправить. И наверное, поэтому меня подсознательно тянет позволить ей разрушиться, да? – Нет. И… возможно. – Огоньки глаз Призмы превратились в два решительных зеленых квадрата. – Потеря души не сделает тебя "Защитником, который сможет все исправить". Ты можешь все исправить и без этого, что бы ни твердила тебе твоя голова или твоя Мультивселенная. – Я стараюсь, – признался Инк. – Но не думаю, что смогу. Я не смог спасти ни "Ушедшую", ни "Кошмарную негативную историю", ни Horrortale!Флауи… – Его плечи поникли, и он обхватил себя руками. – Я не смог исцелить Эррора. – Эй, не кори себя за это. – Призма попытался ободряюще улыбнуться, но все испортили беспокойные оттенки его глаз. – Ты ведь не знаешь о… – Его переменчивый взгляд скользнул мимо Инка к неподвижному телу Кросса и вспыхнул встревоженными оранжевыми восклицательными знаками. – С Кроссом все в порядке?! – Он стабилен, – поспешил заверить его Инк. – Хотя я не понимаю, почему он до сих пор без сознания. Он был у Эррора. А когда очнулся, то был… как будто под влиянием кодов активации Х!Гастера, что ли? – Коды активации, да? Гадость какая. У моего Кросса нет такой проблемы, – заметил Призма. Он снова взглянул на Кросса, и его глаза замигали несколькими огорченными цветами. – Удивительно, что ты его сюда затащил. Твоя Дудл-сфера сейчас полностью заблокирована. Если кто-то, кроме Защитника или Создателя Инка попытается в нее войти, его просто разорвет на части. Даже те, чьи коды обычно "проходят" за свои, будут уничтожены. Они даже не успеют понять, что происходит, как погибнут. – Он взглянул на кристаллические стены пещеры и помрачнел. – Я не видел настолько враждебной Дудл-сферы со времен… Дудл-сферы Солуса. Слова еще не успели полностью дойти до Инка, как он медленно кивнул. – А, так вот почему Эррор не стал нас преследовать… – Ага, – подтвердил Призма. – Скорее всего, он заметил меры безопасности Дудл-сферы и решил не рисковать жизнью. И тут до Инка наконец-то дошло. Он побледнел, чувствуя, как душу сковал ужас. – Кросс мог погибнуть? Призма лихорадочно замахал руками: – Нет-нет-нет, потому что ты его впустил. У тебя "ключ" от этого места. Он связан с твоим уникальным идентификатором, так что только ты можешь впускать других, не обрекая их на мгновенную гибель. Твоя Дудл-сфера настолько агрессивно защищена, что, думаю, она вышвырнет даже меня, если я попытаюсь войти. Хотя, пожалуй, это лучше, чем то, как она обошлась бы с другими… Я и не знал, что Дудл-сфера может быть такой злобной. – Он осекся и поморщился. – Ой, извини, я как-то резко выразился. – Все в порядке, – слабо ответил Инк. Призма перевел дух и, казалось, собрал свои мысли в кучу. – Кроссу ничего не грозит. По правде говоря, я не ожидал, что ты возьмешь кого-то с собой, когда найдешь это место. Иначе я предупредил бы тебя о защитных мерах твоей Дудл-сферы. Хотя, вспоминая, как я нашел свою, я должен был догадаться. Ты молодец. Ты освоил многие способности Защитника самостоятельно, без всякого обучения. Бешеный стук души Инка немного замедлился, и он вяло пожал плечами: – Я все равно не смог помочь Эррору. – Я видел его мельком. Это не так-то просто исправить. – Глаза Призмы потемнели, вспыхнув приглушенными цветами печали и смятения. – Он очень страдает. – Я знаю, – тихо сказал Инк. Призма поморщился. – Эй, только не надо так. Ты не смог помочь, потому что ты новичок. Тебе нужно время и практика, а не становиться таким, как я. И вот тебе совет на случай, если ты столкнешься с какими-нибудь Учеными, которые попытаются убедить тебя в обратном: просто беги. Инк снова растерялся: – Учеными? Призма моргнул, глядя на него в не меньшем замешательстве, а затем хлопнул себя по лбу. – Ой, точно! Ты же не в курсе. Ученые из вашего Омега-таймлайна знают, что Защитник – это Санс, потому что они шпионили за моей Мультивселенной, так что будь осторожен с ними. Я почти уверен, что они подумывали о том, чтобы забрать меня из моей Мультивселенной, ха-ха. – Его тон был легким, но огоньки глаз горели огорченным сине-фиолетовым. – Папа волновался, но мы (то есть я, он и Core!Фриск) смогли их остановить. – …У тебя есть отец? – Голос Инка прозвучал тихо и отстраненно даже для него самого. Призма рассеянно кивнул, спешно записывая что-то на своем шарфе. – Да, Эррор вроде как мой приемный отец. Один из них. У меня также много тех, кого можно назвать "приемными дядями". И "приемный брат" – это, кстати, Core!Фриск. Разум Инка переварил услышанное, не смог обработать, попытался снова и перезагрузился. – Эррор… твой кто? Призма подпрыгнул от неожиданной громкости. Его рука потянулась к кисти, но он быстро успокоился. – Приемный отец. Вроде как. Это он нашел меня. И… отчасти поэтому мне так легко удавалось просматривать твою Мультивселенную. Она ведь должна была быть больше похожа на мою. Не точной копией, конечно, но с похожими событиями… Призма снова замялся, внимательно изучая лицо Инка, словно прикидывая, стоит ли продолжать. После откровений о манипуляциях Найтмера, Андертопа, Звездных Сансов, похищения Кросса Эррором и Дудл-сферы, Инк получил уже достаточно потрясений на эту неделю, но полагал, что вполне способен пережить еще парочку. – Пожалуйста, расскажи, – попросил Инк. Призма заметил его решимость и коротко кивнул: – Хорошо. Насколько я понимаю, твой Эррор должен был найти тебя давным-давно. Не тогда, когда ты был ребенком, как в моем случае, но гораздо раньше, чем Найтмер. – …Понятно, – прошептал Инк и где-то в глубине души задался вопросом, был ли он вообще когда-нибудь ребенком. Еще несколько недостающих фрагментов встали на свои места. Одержимость Эррора поиском Защитника объяснялась не только желанием исцелиться, но и тем, что это, вероятно, была последняя миссия, которую он провалил, прежде чем поддался Порче. Найтмер, Дрим и баланс, за который они отвечали, оказались выведены из равновесия, потому что рядом не было Защитника, способного их сдержать. Легенда о Защитнике возникла и передавалась из уст в уста, потому что он должен был существовать все это время. Порча стала настолько сильной, потому что единственного, кто мог ее остановить, не было рядом. – Это я виноват? – еле слышно спросил Инк. Огоньки глаз Призмы вспыхнули чередой пылающих цветов и форм и остановились на спокойных желтом солнце и голубом полумесяце. – Ни в коем случае. Инк покачал головой, крепко обхватив себя руками. – Я должен быть Защитником, так? Защитником. Но я… не такой. Не такой. Я не смог спасти "Кошмарную негативную историю" или "Ушедшую". Я даже не смог помешать Найтмеру убивать или помочь Кроссу, или… или исцелить Эррора. И все пошло наперекосяк только потому, что меня не было рядом. – Инк. – Голос Призмы оставался спокойным, но звучал твердо, не допуская никаких возражений. – Ты не виноват. Мультивселенная в беспорядке, потому что она такая, а не из-за того, что ты опоздал. Даже если бы ты уничтожил свою душу и каким-то чудом появился раньше, ничего бы не изменилось. Ты можешь помогать и защищать, но не обязан предотвращать каждую трагедию и ошибку. Ты Защитник, а не решение всех проблем. Инк отвел взгляд. – …Ну что ж. Полагаю, пришло время для откровенности. – Призма резко выдохнул и прижал ладони к глазницам, словно собираясь с духом. Опустив руки, он заговорил почти так же тихо, как и Инк: – Одна из причин, по которой я присматривал за тобой и успел вмешаться, когда твоя душа была на грани уничтожения, была в том, что я не хотел, чтобы ты повторил мою судьбу. Было невыносимо слышать свой собственный голос, но с таким неприкрытым сожалением и печалью. Инк рискнул поднять взгляд и увидел слезы в уголках глазниц Призмы. Он с трудом сглотнул и заставил свой голос работать: – Неужели ты?.. – …Уничтожил свою душу? Нет, – с натянутой улыбкой ответил Призма. Его зрачки стали печальными светло-синими слезой и овалом. – Когда-то я был таким же, как ты. Меня спас оттуда "плохой парень". Я обрел дом, семью и друзей. У меня открылись способности к программированию. И у меня была душа, пока ее не отняли. И когда я говорю "отняли", я имею в виду, что это произошло против моей воли. Меня захватили. На мне ставили эксперименты. И кто-то забрал мою душу.

***

Найти Защитника Создания. Найти Защитника Создания. Найти Защитника Создания. Найти Защитника Создания. Найти Защитника Создания. Найти Защитника Создания. Найти Защитника Создания. Найти За… Голоса смолкли. Эррор, который изо всех сил старался не обращать внимания на Их постоянные требования, не поверил в наступившую тишину. Он с подозрением прищурился на пустое белое "небо" над головой и разразился резким (и возможно, слегка истеричным) смехом. – Наконец-то вы все заткнулись! – торжествующе воскликнул он. Голоса не ответили. Эррор наслаждался тишиной и старательно игнорировал легкое беспокойство, вызванное Их молчанием. Они так долго доставали его, требуя "Найти Защитника Создания", что Эррор мог позволить себе короткую передышку. Это место, возможно и подарит ему временное затишье, но не принесет ему этого раздражающе неуловимого Защитника. Эррор не знал, что привело его в этот "мир". Если это вообще можно было считать миром. Пустое белое пространство напоминало Анти-пустоту, но это была не она. Эррор знал свои владения, и это место к ним не относилось. Но оно было скрыто. Задвинуто в угол. Забыто. Как и его обитатели. Здесь не было ничего, кроме существ, которых едва ли можно было назвать "жителями". Перед ним стояли незаконченные наброски Аномалий. Самым завершенным из них был Папирус, но Эррор с первого взгляда понял, что он лишен души и личности. Остальные тоже не имели ни души, ни личности, ни даже разума. Фактически они были настолько незавершенными, что большинство даже не осознавали себя. Все они застыли на месте, не реагируя, пока Эррор подкрадывался к ним и осматривал. Ничто не могло заставить их пошевелиться или отреагировать, даже когда он щелкал пальцами прямо перед их лицами. Эррор с презрением огляделся и фыркнул. Этот "мир" был жалок. Здесь нечего было разрушать, чтобы привлечь внимание Защитника Создания, и Эррор не собирался ждать, пока тот соизволит появиться. Он прибережет это место на тот случай, когда ему действительно захочется разнести что-нибудь в клочья (или когда захочется тишины и покоя без Их постоянных требований). – Я еще вернусь, – с издевкой бросил он заброшенным пустым наброскам. – Только не помрите до моего возвращения, ладно? Вдруг незаконченный Папирус протянул руку и схватил Эррора за рукав. Эррор вырвался из хватки и жутко заглючил, а его лицо исказилось в (паническом) оскале. Папирус отрешенно смотрел на него в ответ, по-прежнему не опуская руки. Эррор должен был немедленно стереть Аномалию в пыль, но что-то удержало его. Он опустил взгляд. Из-за ноги Папируса выглянуло крошечное личико. Белые огоньки глаз, полные жизни (и души), уставились на Эррора, а затем маленький скелет снова спрятался. Эррору стоило лишь шагнуть в сторону, чтобы увидеть крошечного, именно крошечного монстра-скелета. Он, несомненно, был маленьким скелетом типа Санса, но Эррор не мог связать это имя с ним. Он принадлежал к типу Санса, но не был им. Голоса взвизгнули: РЕБЕНОК! Эррора передернуло от Их громкости. Их бессвязный лепет был невнятным и отрывочным, словно Их связь с Эррором здесь была ослаблена, но Их восторженные визги и умильные воркования раздражали как никогда. Они быстро затихли, но Эррор успел уловить суть: он нашел то, что искал. Эррор быстро Проверил его. Имя: [ИНФОРМАЦИЯ ОТСУТСТВУЕТ] Оригинальная вселенная: _____тейл [Бланктейл/̷И̷н̷к̷т̷е̷й̷л̷/̷П̷р̷и̷з̷м̷а̷т̷е̷й̷л̷]̷ Роль: Защитник Создания Рост: 1,3 фута (39 см) УР: 1 ОП: [ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] ОЗ: [ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] ATK: [ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] ЗАЩ: [ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] Способности: (Не изучены) Призматическая магия, Путешествия между АВ, Коды, Чтение Скриптов, Изменение Скриптов, ИСПРАВЛЕНИЕ/ВОССТАНОВЛЕНИЕ [ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ДАННЫЕ НЕДОСТУПНЫ] ПРОВЕРКА * Он ждал. * Немного тихий. * Нуждается в опекуне наставнике. * Очень рад тебя видеть. * Пожалуйста, не бросай его. Душа ребенка-скелета висела перед его грудью, отмеченная единственной, едва заметной трещинкой. Беглый осмотр остальных еще раз подтвердил, что душа есть только у него. Как и он, она была маленькой. И такой же хрупкой. Грозный Разрушитель шагнул вперед и поднял крошечного ребенка-скелета. Именно крошечного. Он не доставал Эррору даже до колена. Этот Защитник был от силы трехлеткой. Эррор уставился на него в полном недоумении. – Да вы что, издеваетесь? Крошечный Защитник смотрел на него огромными глазницами и открывал рот. Казалось, он пытался повторить движения Эррора, но у него не получалось издать ни звука. – Ты говорить-то умеешь? – резко спросил Эррор. Ребенок-скелет прищурился. Его рот снова зашевелился, и раздался невнятный писк, но никаких слов. Эррор нахмурился, и малыш моргнул. Уголки его рта медленно поползли вверх, и он захихикал, глядя на Разрушителя. Крошечные ручки потянулись к нему, но Эррор держал его на расстоянии вытянутой руки. – И это тот самый "легендарный" Защитник? – презрительно скривился Эррор. – Это что, шутка такая? Соперничать с младенцем – это просто унизительно. Когда Голоса завопили о поиске Защитника Создания, Эррор ожидал увидеть могущественную силу, с которой ему предстоит сразиться (или возможно, временно объединиться, учитывая значение Роли Защитника Создания для их Мультивселенной), но которую он в конечном счете все равно сокрушит. Но это был вовсе не тот загадочный соперник, которого он ожидал. Это был самый обыкновенный ребенок. Защитник снова потянулся к нему. Его маленькие брови нахмурились, и он зашевелил руками, твердо вознамерившись дотронуться до лица Эррора. Он казался завороженным, словно Эррор был самым интересным существом, которое он когда-либо видел. Вероятно, так оно и было, учитывая отсутствие красок в этом пустом и незаконченном мире. Он понятия не имел, кто такой Эррор и что тот может с ним сделать. Эррор мог использовать эту возможность. Он мог вырастить Защитника. Он мог повлиять на его мировоззрение и заставить видеть мир глазами Эррора. Он мог внушить Защитнику, что Альтернативные Вселенные и их обитатели – это пустая трата пространства и поэтому должны быть уничтожены. Эррор мог превратить это могущественное существо в свое оружие. С самим Защитником на стороне Разрушения его победа была бы гарантирована… Эррор злобно ухмыльнулся ребенку и вдруг насторожился, заметив что-то краем глаза. Папирус снова пошевелился. Он протягивал к нему руку, на которой, словно на вешалке, висел шарф. Лицо Папируса было повернуто в сторону Эррора. Взгляд незаконченного Папируса был пустым и безэмоциональным, но Эррор готов был поклясться, что эти пустые глаза смотрели прямо на него. Тяжесть его взгляда не имела значения. Никакого значения. Никакого… Эррор выхватил белый шарф из руки незаконченного бездушного Папируса и обмотал им Защитника. Крошечный безымянный скелетик слегка зашевелился, высвободил одну из ручек из-под ткани и снова попытался дотронуться до лица Эррора. Эррор сдался и позволил Защитнику похлопать себя по щеке, лишь бы тот перестал досаждать. Невежественный Защитник похлопал его, удивленно распахнул глазницы и снова захихикал. Эррор хмуро посмотрел на него и с запозданием осознал, что прикосновение ребенка не вызывает у него сбоев. Любопытно. Внимание Эррора привлекло темное пятно, и он заметил, что на щеке Защитника появилась черная клякса. Какие еще странности может проявить Защитник? Особенно такой новичок в Мультивселенной, которого Эррору предстоит (вырастить) выковать в свое оружие. Что-то тяжелое осело в груди Эррора. Что-то похожее на страх, что было абсурдно, ведь он ничего не боялся. (Лжец). – Что ж, ладно, – проворчал Эррор. – Тебе нужно имя. Не буду же я все время называть тебя "Защитником". Защитник продолжал тыкать Эррора в лицо, тихо и радостно хихикая. Эррор мрачно нахмурился, но Защитник, казалось, не замечал его раздражения, невинно радуясь тому, что кто-то наконец-то появился рядом с ним. Взгляд Разрушителя снова упал на черное пятно, появившееся на щеке Защитника, и он принял решение. – Инк. Твое имя Инк.