For the Forgotten Ones/Посвящение забытым

Вопреки своему намерению, Инк спал очень тревожно. Он не помнил сновидений, но проснулся, захлебываясь криком. Что-то мягкое ткнулось ему в висок, и он повернулся, увидев Террора, устроившегося на его подушке. Большой кот моргнул и ласково боднул Инка головой, после чего скрылся за кошачьей дверцей. Через секунду в нее прошмыгнул Клякса и устроился на груди Инка, громко мурлыча. Инк машинально запустил пальцы в мягкую шерсть, стараясь сосредоточиться на приятном ощущении и теплом весе кота, и прикрыл глазницы. – Все в порядке, – прошептал он себе несколько раз, чтобы успокоиться. Стало немного легче, и Инк поднялся. Клякса увязался за ним по комнате и решил проверить, поместится ли он в один из его сапог Арка. И оказалось, что да. Инку оставалось только смотреть на довольный пушистый комочек, который устроился в его левом сапоге и решительно не желал уходить. – Он мне нужен, – сказал Инк. Клякса в ответ только мяукнул. Он поерзал, развернулся и невинно посмотрел на Инка своими большими зелеными глазами. Инк подозрительно прищурился: – Ты что, застрял? Следующее мяуканье Кляксы прозвучало особенно жалобно и театрально. В итоге Инку пришлось нести свой левый сапог вниз. Ему нравилось ходить босиком, но он понимал, что так не побегаешь. Он мог бы надеть ботинки Шилда, но пока не хотел рисковать и смешивать свои костюмы. Носить коричневый шарф уже было довольно рискованно, пусть даже он пристегивал капюшон только тогда, когда не носил форму Арка или Шилда. Недоуменное выражение Чино тут же сменилось улыбкой, когда из ботинка Инка донеслось радостное мяуканье. Он фыркнул, а затем оперся о стойку, задыхаясь от смеха. Андайн, которая ждала своей очереди, увидела эту картину и от души захохотала. Инк с первого взгляда понял, что перед ним Фелл Андайн, но не "оригинального" типа. Он сразу определил в ней Судью и Капитана Королевской Стражи из ее родного мира. Вернее, из бывшего родного мира, который уничтожил Эррор. Обугленный след этого мира уже отпечатался на костях Инка. Он задумался, когда в последний раз видел кого-то из ее Альтернативной Вселенной. Вероятно, в Маркеттейле. Инк напрягся, когда Судья Фелл Андайн направилась к нему, но ее взгляд был прикован к маленькому пушистому хвостику, торчавшему из сапога в его руках. Клякса, видимо, перевернулся внутри, но был явно доволен, и его хвостик радостно вилял в воздухе. – А, вот куда подевался Клякса. Обычно он бежит меня встречать. И пытается подставить ножку, – усмехнулась Судья Фелл Андайн, глядя на Инка. – Наверное, его можно выманить лакомством, если хочешь, чтобы он перестал держать в заложниках твой сапог. Душа Инка бешено колотилась в грудной клетке. Он напомнил себе, что это не Horrortale!Андайн, и незачем нервничать при виде каждой Андайн. У нее нет причин вредить ему. Он надеялся, что не выглядит слишком встревоженным, и попытался улыбнуться в ответ: – Х-хорошо. Спасибо. Судья Фелл Андайн задумчиво оглядела его, и Инк похолодел, вспомнив, что Судья – это не только часть ее прозвища, но и Роль. Судьи умели видеть собеседника насквозь и читать по лицам. Инк гадал, что же она увидела в его лице. Он пожалел, что не надел маску, и почувствовал себя глупо, вспомнив, что Арк объявлен в розыск Омега-таймлайном. Судья Фелл Андайн, скорее всего, теперь тоже там жила… К его удивлению, она лишь приветливо кивнула и направилась к одному из столиков. Судя по тому, что она выбрала стол на четыре места, а не одиночный, она кого-то ждала. Инк подошел к Чино, который уже достал лакомство из-за прилавка. Он поставил свой сапог на платформу кошачьего домика, чтобы Клякса мог вылезти. – Ты мог бы просто вытащить его оттуда, – заметил Чино. – Не впервой. Он помахал лакомством над отверстием сапога. Маленькая лапа попыталась подцепить угощение, но Чино отвел его подальше, чтобы выманить Кляксу. – Я не хочу его так вытаскивать, – ответил Инк. – Я так и думал, – Чино бросил на Инка понимающий взгляд. – Кстати, Миднайт сегодня утром чувствует себя гораздо лучше. Даже несмотря на сохранявшийся дискомфорт, Инк не жалел о содеянном. – Хорошо. Чино мягко улыбнулся. Он выманил Кляксу из сапога, и Инк тут же надел его, пока котик снова не решил его присвоить. Широкие штанины коричневых плиссированных брюк почти полностью закрывали сапоги, оставляя открытыми лишь носки. Клякса недовольно мяукнул, потрепав его по ноге, но потом перебрался к Буке и свернулся клубочком рядом с ним. – Не хочешь перекусить перед уходом? – спросил Чино. Инк привычно занервничал, гадая, обязан ли он, но быстро взял себя в руки. Он понизил голос: – Это ведь не потому, что я… ну… помог Миднайту, верно? – Нет, – подтвердил Чино. – Просто видно, что тебе не помешает. Инк неловко принял маффин с корицей. Он уже собирался поискать укромный уголок, как вдруг дверь тихонько звякнула, давая понять, что кто-то вошел. Инк заметил черно-красные доспехи и застыл на месте. Новый посетитель тут же заметил его и тоже замер. Инк уставился на Эджа. Эдж уставился на Инка. Затем они принялись смотреть на что угодно, только не друг на друга. – Эй, чего встал? Ред выглянул из-за спины брата, ворча себе под нос, и тоже увидел Инка. В последний раз Инк видел Реда, когда Блу ранил Хоррора в Аутертейле, а сам он был Арком. Инк заставил себя не хвататься за шарф или капюшон. Неужели нельзя прожить хотя бы один день и ни на кого не наткнуться? Всего один? Или хотя бы полдня? Даже полдня было бы здорово, пожалуйста и спасибо. Ред продолжал пристально смотреть, и Инк изо всех сил старался не поддаться панике. Многие забывали, что до разрушения своего мира Ред был Судьей (и одним из самых могущественных монстров) в Андерфелле. Он обладал теми же способностями, что и многие Сансы, и хотя он был скорее уставшим, чем жестоким, он, без сомнения, все еще ненавидел Банду после всего, что произошло. Он что, узнал в нем Арка? Может, этот коричневый капюшон слишком бросался в глаза даже с зеленой подкладкой? Или его выдало что-то в его поведении? Инку нужно было что-то делать, двигаться, потому что просто стоять и тупить – только привлекать внимание… Но Эдж опередил Инка. К полному и абсолютному шоку Инка, высокий Фелл-скелет опустился на колени и обнял его. – Не думал, что мы еще встретимся. Рад, что ты в порядке. «Что?» Ред выглядел таким же ошарашенным, как и Инк. – Пожалуйста, никому не говори, где я, – выпалил Инк, не успев подумать. – Хмф. – Эдж казался оскорбленным таким предположением. – За кого ты меня принимаешь? Инк виновато улыбнулся. – Извини, Эдж. – Погодите. Вы знакомы? – Судья Фелл Андайн подскочила со своего места, широко ухмыляясь. – Эдж, пригласи своего друга к нам за стол! Она ждала братьев Фелл. Инк надеялся, что никто больше не должен занять четвертое место за их столом. – Меня зовут Инк, – неловко представился он, понимая, что продолжает катиться по наклонной. С одной стороны, он не мог раскрыть себя как Арка. С другой, он только что сболтнул свое настоящее имя. Инк смирился с любой негативной реакцией Найтмера, когда тот вернется. Даже если Найтмер вернется самим собой, он будет не в восторге. Эдж слегка кивнул, и Инк почувствовал облегчение, смешанное с отчаянным желанием, чтобы его умение молчать наконец вернулось. – У тебя есть время поболтать или тебе нужно куда-то идти, Инк? Эдж давал ему шанс сбежать. Инк не воспользовался им. Если он уйдет, Эджу придется выдумывать историю их знакомства на ходу. Это неминуемо приведет к катастрофе. Инк неловко проследовал за Эджем к столу Судьи Фелл Андайн, а Ред подошел к прилавку. Он занял место спиной к стене, рядом с Андайн, а Эдж сел напротив. Стул рядом с Инком оставался для Реда. На всякий случай Инк напряг слух, прислушиваясь к разговору у прилавка. – Мой заказ готов, Чи? – спросил Ред. – Практически, – ответил Чино. – С тебя пятьсот золотых. Ред протянул монеты. Инк уловил его тихий вопрос, почти утонувший в общем гуле голосов: – Он же Звездный луч, да? Чино тепло улыбнулся в ответ: – Вот твоя сдача. Ред взял золото. – Понял. Спасибо. – Инк, это Судья Фелл Андайн из Омега-таймлайна, – представил Эдж. – Зови меня просто Судья, – добавила она. Ее усмешка была хищной, но чего еще ожидать от Андайн? Это была не та Андайн, что проткнула грудь Инку, ранила Паприку и мучила Киллера. Пока она не призовет свои копья, Инк сможет сохранять спокойствие. Хотелось бы надеяться. Эдж не выглядел обеспокоенным их встречей, поэтому Инк попытался расслабиться. – Привет. Рад знакомству. – Инк посмотрел на Эджа, стараясь не ерзать. – Будет еще кто-то из твоих друзей? – Нет, сегодня только мы, – ответил Эдж. Значит, Доктор Фелл Гастер не заглянет на чашечку кофе (чего Инку, с его-то везением, вполне можно было ожидать). Хорошо. Он не хотел встречаться с отцом Реда и Эджа. Особенно после того, что его альтернатива сделала с Призмой. И что местный Фелл Гастер мог сделать с ним самим. Доктор Фелл наверняка был одним из Ученых, шпионивших за Призмой. Может, именно из-за него Фреш больше не считал Омега-таймлайн надежным союзником? Инк попытался убедить себя, что он просто параноик, но получилось не очень. Несмотря на тревожные мысли, Инк смог искренне улыбнуться: – Хорошо. Ред вернулся и плюхнулся на стул рядом с Инком. – Ну и как ты познакомился с моим братом? – В цирке Андертопа, – честно ответил Эдж, что, по мнению Инка, было неплохо. – У Инка возникли небольшие проблемы, и мы с Топом помогли ему. Это был один из способов описать события: "ранили его в ногу, спасли от гибели в снежной буре, приковали к столу в мастерской Топа и помогли тайно связаться со Звездными Сансами". Инк не собирался спорить. Он не понимал, почему Эджа совсем не беспокоило его присутствие здесь. Эдж был добр, но он же знал, что Инк – Арк, член Банды Найтмера. Разве он не должен быть более осторожным? Красные огоньки глаз Реда вспыхнули ярче. – Так вот почему тебя так долго не было? – Хм. Возможно, – проворчал Эдж, не подтверждая и не опровергая это. – Ты же знаешь, что можешь доверить мне все, – тихо сказал Ред. Инк уставился на свой маффин, лежащий на маленькой тарелочке. Он даже не притронулся к нему. И даже не снял бумажную обертку. Он вспомнил слова Хоррора о том, что бумажную обертку от маффинов и кексов есть нельзя. Инк заметил, что его руки дрожат, и спрятал их под стол. В итоге он так и не попробовал маффин. Упс. – Жизненная ситуация Инка – не твое дело, – резким тоном сказал Эдж. Напряженное выражение лица Реда дрогнуло и исчезло. – Точно. Прости. Инк не сразу понял, что извинения адресованы и ему тоже. Он выдохнул и кивнул. Отлично. Что же теперь? О чем вообще говорят те, кто не особо дружат, когда их жизни ничего не угрожает? Ему нужно быть осторожным с вопросами, потому что есть вещи, которыми он и сам не хотел делиться. – Так как вы познакомились? Я имею в виду, Судья и вы двое. – Это достаточно безопасный вопрос, верно? – Эдж – Стражник в здании Совета Омега-таймлайна, – пояснила Судья. Окей, кажется, вопрос был не таким уж и безобидным. Но пути назад уже не было. – А ты тоже Стражник? – Неа. – Судья оскалилась в ухмылке. – Член Совета. Вот это да. Она входила в Совет Омега-таймлайна. Чудесно. Превосходно. Фантастика. Инк поспешно откусил кусочек маффина (избегая бумаги) и понимающе хмыкнул. Что ж. Приятно осознавать, что маскировка Арка сработала. Судья усмехнулась: – Не надо так нервничать! Я не считаю это признаком статуса, как Император Меттатон. – В Совете есть Император Меттатон? – нерешительно спросил Инк. Судья кивнула: – Он мудак. Инк прыснул со смеху и чуть не подавился маффином, случайно вдохнув кусочек. Он закашлялся, и Эдж тут же сунул ему в лицо какой-то напиток. Инк машинально взял его и сделал глоток, прочищая горло. Он протянул его обратно Эджу и только тогда понял, что сделал. Инк вспыхнул радужным румянцем. – Извини. – Я могу взять другой, – отмахнулся Эдж. Инк потыкал трубочкой в напиток. Это была какая-то ледяная… кофейная… штуковина. – Что это? – Корично-ирисковый фраппе. – Вкусно, – заметил Инк. Он взглянул на меню на стене. – Погоди, я сейчас верну тебе деньги. Эдж не дал ему достать золото из маленького кошелька, висевшего у него на шее. – Не стоит. Лучше побереги деньги. Инк растерянно моргнул и не смог сдержать широкой сияющей улыбки. – Спасибо тебе за доброту. Эдж что-то пробурчал и спрятал подбородок в шарф. Все еще улыбаясь, Инк снова прислушался к тихой беседе Реда и Судьи и тут же пожалел об этом. – …Я просто к тому, что ты же знаешь, как они, особенно Киллер, любят нападать на Фелл-монстров, – тихо говорила Судья. – Банду Найтмера не видели уже несколько недель. Вся Мультивселенная на взводе. Совет боится, что они планируют что-то грандиозное. Инк неловко сидел и молчал, думая: «Наш Босс пропал, а половина из нас последние недели только и делала, что боролась за выживание. Наш план – найти Босса и желательно не погибнуть самим, спасибо». – Может, они и ненавидят меня, но вряд ли планируют прикончить, – проворчал Ред. Судья бросила на него сердитый взгляд, но Инк заметил в нем больше тревоги, чем раздражения. – Может, и нет, но тебе все равно стоит быть осторожным. Киллер чуть не убил тебя в Аутертейле. Инк невольно вздрогнул. Не то чтобы он забыл о случившемся, но ранение Хоррора затмило тот факт, что Ред едва не погиб от рук Киллера. Эдж обеспокоенно посмотрел на него, но промолчал. Почему он беспокоился? Разве он не должен злиться из-за того, что товарищ Инка чуть не убил его брата? Ред закатил свои красные глаза. – Я буду осторожен… Черт! Что-то темное свалилось Реду на голову, и он громко выругался. Он вскочил со стула и сорвал Глюка со своего черепа, прожигая его взглядом. Кот ответил ему тем же. – Ты! – прорычал Ред. Глюк зашипел на него. Кот и монстр-скелет застыли в напряженном противостоянии и рычали, злобно уставившись друг на друга. Судья небрежно отпила свой напиток. – Не понимаю, чего этот кот к тебе прицепился, Ред. Глюк злобно ощерился, царапнул Реда по руке, чтобы вырваться, и метнулся под прилавок. Ред хмуро проводил его взглядом, потирая рукав, а Инк быстро осмотрел его на предмет повреждений. Все было в порядке. Похоже, когти Глюка не пробили ткань куртки. – Эта тварь – настоящая угроза, – проворчал Ред. – Вообще-то Грозный вон там, – заметил Инк, указывая на кошачий домик. Грозный, похоже, мирно спал с Кляксой на спине, а Бука свернулся клубком рядом с ним. Их всех разбудил Сажа, который влетел в кафе и мигом забрался на кошачий домик. Линго прискакал следом и замер внизу, уставившись наверх. Инк наблюдал, как Сажа прижался к Грозному и неуверенно перебирал лапами, словно пытался сообразить, как бы удрать от Линго еще дальше. Разноцветный кот просто сидел на полу и таращился на него своими жуткими светло-розовыми глазами. Инк начал понимать, почему Чино так хотел назвать котов именами некоторых Сансов из Мультивселенной. Инк доел свой маффин и поднялся. – Мне пора. Рад был познакомиться. Спасибо, что угостил меня напитком, Эдж. Даже если это вышло случайно. – Все в порядке, – небрежно сказал Эдж. Он помедлил, и его хмурый взгляд немного смягчился. – Береги себя. Инк серьезно кивнул в ответ: – И ты не умирай. Покончив с этим, он отправился на поиски уединенного места, откуда можно было открыть портал в Хоррортейл. На этот раз он появился прямо у двери комнаты Хоррора. Инк уже собирался постучать, как вдруг услышал торопливые шаги. – Инк, – тихо окликнул его Киллер. Инк тут же забыл о своем плане и, подбежав к Киллеру, просканировал его на предмет травм. – Что-то случилось? Киллер покачал головой, схватил Инка за руку и потащил его по коридору. Маленькая комнатка, куда его затолкал Киллер, оказалась каким-то кабинетом. Помещение давно не использовалось. Стол был весь в паутине и пыли, а бронзовая лампа на нем какая-то тусклая и облезлая. Инк старался не присматриваться к пыли. Этот замок раньше принадлежал Андайн, и лучше не думать, что тут могло заваляться. Киллер захлопнул за ними дверь и запер ее на ключ, а потом повернулся к Инку. Хоть они и были одни, он говорил почти шепотом: – С Кроссом что-то не то. Инк пожалел, что не удивился. – Он все еще переживает из-за того, что Эррор с ним сделал? Или опять эти коды активации? Киллер пожал плечами. Движение вышло резким и нервным, что только подчеркивало его беспокойство. – Точно не скажу. Но что-то не так. Кросс все время закрывается от нас. Да, для нас это обычное дело, но сейчас все как-то иначе. И он не снимает свой костюм Гарда. Кросса захватили как раз в его старой форме Гарда. Но в его новом костюме тоже были программные защиты, которые поставил Инк. Плюс Инк так и не смог восстановить Икстейл, так что Кросс вполне мог носить эту форму в качестве наказания за свои неудачи. Может, он думал, что больше не достоин носить форму Королевской Стражи своего дома? Или он заставлял себя носить эту форму, чтобы помнить, что произошло с Эрором, как еще один способ самонаказания? А может, наоборот, он чувствовал себя в безопасности в форме Гарда? Или все это вместе взятое. Слишком много вариантов, и даже сам Кросс мог не знать правды. – Я могу попробовать с ним поговорить, – предложил Инк. – Но я не уверен, насколько он будет откровенен, учитывая, что я… не смог сделать то, что он хотел. Инка снова накрыло волной чувства вины, но он отмахнулся от нее. Он не мог вернуть Икстейл, но все еще мог помочь Кроссу. – Он куда больше винит себя, чем тебя, – прямо сказал Киллер. – Но он все равно не в себе. Я не могу это объяснить. С тех пор, как ты меня вылечил, мои чувства будто обострились, и у меня при виде Кросса одни красные флажки в голове. – Он стиснул зубы, и по щекам потекла черная жидкость. – Это напоминает мне то время, когда Чара только вселился во Фриска из моего мира. Еще до того, как они начали сотрудничать… – Он нахмурился. – Стоп, а они вообще когда-нибудь?.. – Он резко тряхнул головой. – Неважно. Забудь. У Инка похолодело внутри от одного лишь упоминания его прошлого (тем более до того, как он решил попробовать что-то новое). – Если что-то не так, его коды ничего не показывают. – А если все в порядке, то я зря подозреваю и сделаю только хуже, – с кривой усмешкой сказал Киллер. – Мне не привыкать. – Он сунул руку в карман и достал жетон. – Тут что-нибудь есть? Я взял его старый жетон и подменил его на новый, который лично настроил на Маркеттейл. Так вот что он сделал. Инк взял жетон и внимательно осмотрел его с помощью магии. Он покачал головой. – Я ничего не чувствую. Назначение стерлось. – Так оно и бывает, – подтвердил Киллер. – Было бы плохо, если бы кто-то заполучил такой жетон и мог проникнуть в Замок. Блин, надо было показать тебе раньше. – Но он же наверняка что-то сделал бы, когда я ходил с ним в Маркеттейл? – задумался Инк. Ему было противно даже думать так о Кроссе, но будет еще хуже, если они забьют на это, а что-то и правда не так. – Я не знаю, – тихо и горько признался Киллер. – Может, я просто параноик. А может, и нет. Даст уже пытался поговорить с ним, но… Я просто не знаю. – Мы и с этим разберемся, – ободряюще сказал Инк. Киллер не выглядел воодушевленным. – Просто будь осторожен. Я не хочу потерять вас обоих. Инк на секунду коснулся его руки, тепло улыбнувшись, но не стал комментировать это признание. Они заглянули в комнату Хоррора, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Киллер присел, а Инк ушел в пустую комнату Киллера и Даста, чтобы переодеться в костюм Арка, сняв капюшон и заправив концы шарфа под коричневую шинель. Он остановился и посмотрел на себя в зеркало, оставив маску на поясе, и похлопал по карману сумки. Они собирались в Дримтейл проверить, нет ли там Найтмера. «Нужно подготовить очищенную магию. Вдруг пригодится». Инк присел на стул рядом с неубранной кроватью (очевидно Даста, судя по груде книг на ней) и достал флакон с магией Негатива и шприц. Он трижды проверил его на стерильность, а затем аккуратно набрал в шприц половину мерцающей фиолетово-голубой магии. Затем он надел колпачок и сунул шприц обратно в карман сумки. Покончив с этим, Инк задумался об остатках магии Негатива. Он думал достать какой-нибудь пистолет-транквилизатор и сделать дротик, но тогда у него будет всего один шанс выстрелить в Найтмера очищенной магией. Скорее всего, он промажет, а со шприцом надо быть намного ближе к Найтмеру. И что, если ему вообще не дадут залезть в сумку? Инк вздохнул, опустив плечи, и уставился на флакон в своей руке. Его взгляд упал на оставшуюся черную змею на рукаве. Он так и не создал новую змею после того, как Эррор разорвал одну из них. А ведь они неплохо сдерживали его в Анти-пустоте. Инк выпрямился и призвал оставшуюся змею. Она подняла голову из ткани, став трехмерной, и высунула язык. Инк изучил плоский беззубый изгиб ее рта и нерешительно поднес к змее пузырек с магией Негатива. Змея щелкнула языком, а затем сунула голову внутрь флакона. Прямо на глазах Инка очищенный Негатив устремился вверх, формируя два иглоподобных клыка, а черные глаза засветились фиолетовым светом с голубыми переливами. Как только процесс завершился, змея закрыла пасть. Инк вернул ее на рукав, и она вновь растворилась в ткани, утратив объем. Ничего не изменилось, кроме крошечных точек – ее фиолетово-голубых глаз. Инк создал еще одну змею, которая присоединилась к своему близнецу. Они свернулись вместе на рукаве, неподвижные и безмолвные. «Будет ли у меня вообще возможность получить образец магии Дрима, если Найтмер исчез? В смысле, если нам не нужны припасы, зачем нападать на АВ?..» Инка вдруг осенило, что Банда может оказаться в ситуации, когда им придется воровать припасы из другой Альтернативной Вселенной ради Хоррортейла. Вот почему Кросс отправил груз в Хоррортейл после Аутертейла, хотя у них были Шилд и Гард. Мысль о том, что придется столкнуться со Звездными Сансами в такой ситуации, почему-то казалась еще хуже, чем атаки с целью распространения негатива. Наверное, потому, что Инк знал, что Дрим и Блу захотят помочь и может, даже дадут Банде все необходимое. Конечно, если узнают, зачем Банда нападает. Но прошлое Звездных Сансов и Банды не позволит договориться по-хорошему. «Я это исправлю. – Инк вспомнил скрытую угрозу Фреша и его полное неверие в то, что Инк сможет уладить все мирно, и скривился. – Ну, хоть попытаюсь…» Инк вернулся к остальным в комнату Хоррора. Едва войдя, он услышал голос Киллера: – Тебе стоит переодеться, Кросс. Если Босс совсем слетел с катушек, он может тебя не узнать. Кросс явно был не в восторге от этой просьбы и возможной причины для нее. Он заметил Инка и помрачнел еще больше. – Если хочешь, можешь носить фиолетовый плащ под курткой, как я ношу шарф, – выпалил Инк, не успев толком подумать. – Я могу показать тебе, как его намотать, чтобы он не сбивался и не мешал. Кросс опешил. – Я… – он открыл и закрыл рот, не находя слов, и отвернулся. – Так я чувствую себя в безопасности, ясно? Киллер был прав; Инк чувствовал, что дело не только в этом. Он решил не давить. Пока что. – В этом нет ничего зазорного. Кросс не взглянул на него. Он вышел, не сказав больше ни слова, а когда вернулся, был уже в своем обычном наряде. Но Инк заметил краешек фиолетового плаща под воротником. Кроссу явно было некомфортно в своей одежде, он нервно оглядывался по сторонам, словно ждал, что из тени кто-нибудь выскочит. Инк снова вспомнил, что Найтмер и Кросс повздорили прямо перед исчезновением Босса. При худшем раскладе Инку нужно будет удвоить бдительность, чтобы защитить его. Едва Кросс переступил порог, Даст сунул ему что-то в лицо: – Вот. Кросс, подскочив, взял предмет, и Даст протянул другую руку Инку. Инк раскрыл ладонь, и Даст положил в нее транспортный жетон. Растерянное выражение лица Инка избавило его от необходимости озвучивать вопрос. – Босс не умеет программировать, но если он Испорчен, то может помешать вам двоим открывать порталы, – пояснил Даст. – У каждого из нас есть такой же. Я настроил их на перемещение в Дасттейл. Не только Инк в изумлении смотрел на Даста. Даст засунул руки в карманы и пожал плечами, демонстративно не глядя через плечо на Папса. – Если Босс не в себе, нам, возможно, придется сваливать. А если Босс совсем плох, он погонится за нами. – Никакой Анти-пустоты, – тут же отрезал Кросс. – Эррор убьет нас. Кроме тебя, Инк. – …Это типа утешение? – встревоженно уточнил Инк с легкой долей сарказма. – Как я уже говорил, Дасттейл и так мертв, – прагматично добавил Даст. – Если Босс настолько Испорчен, что погонится за нами, то я лучше пойду туда, чем обратно в Хоррортейл. Хоррор скрестил руки на груди, ухватившись за рукава, чтобы не чесать свой разбитый череп. Инк взял его за руку и молча положил жетон в карман на поясе. Он слегка постучал по тыльной стороне ладони Хоррора, чувствуя, как тот постепенно расслабляется. – Думаете, нам кранты? – выпалил Киллер. – Если Босс Испорчен, что нам делать? А если нет, он сразу поймет, что мы перепуганы до смерти. – Еще он поймет, что мы беспокоимся и заботимся о нем, – возразил Инк. – Мы не сдадимся, даже если он Испорчен. Может, я смогу его исцелить или хотя бы помочь ему прийти в себя. Киллер неуверенно посмотрел на него, его пальцы нервно подергивались, словно он хотел потереть область под глазницами. Инк не знал, что отразилось на его лице, но что бы это ни было, оно придало Киллеру решимости. – У меня есть кое-что, что может пригодиться. Киллер залез в свою сумку и достал золотую корону с эмблемой луны. – Что это такое? – спросил Кросс, с интересом рассматривая обруч. – Это обруч Найтмера, – признался Киллер. – Из Дримтейла. Он лежал у него в столе, и я прихватил его перед тем, как мы покинули Замок. Как думаете, он поможет нам достучаться до него или только разозлит? Все молча уставились на простую золотую корону, которую Найтмер, вероятно, носил еще до того, как они с братом стали врагами. Внезапно Киллер сунул ее Инку: – У тебя лучше всех получается достучаться до нас, так что… Инк взял обруч и положил его в сумку. – Я пойду первым, чтобы убедиться, что воздух не отравлен Негативом. – Но у тебя же иммунитет, – заметил Даст. – На тебя это не подействует. – Я могу провести сканирование, – напомнил Инк. Даст вспыхнул румянцем цвета индиго: – Точно. – Будь осторожен, – призвал Хоррор. Кросс нервно барабанил пальцами по ноге и молчал. Инк сосредоточился на кодах Дримтейла и открыл портал. В зеркале отразилась безжизненная пустошь, и он шагнул вперед. По его костям пробежал холодок, но боли не было. Убедившись после нескольких сканирований, что воздух безопасен, он позвал остальных. Они появились через прорезанный Кроссом портал и сбились в кучку, глядя на раскинувшееся вокруг запустение. Дримтейл был мертв. Вокруг не было ничего, кроме бескрайних просторов серой грязи и небольших куч белесой пыли. Выполняя очередное сканирование, Инк не слишком присматривался к кодам. Во время планирования Даст признался, что никто из них не знает, что случилось с домом Найтмера. В Банде существовало негласное правило "ни о чем не спрашивать", пока не появился Инк и не нарушил его. Инк смог самостоятельно сложить некоторые кусочки мозаики (в основном, что Найтмер, вероятно, считал, что Дрим его предал), но он не собирался копаться в кодах, чтобы узнать остальное. Он хотел, чтобы Найтмер поделился своим прошлым на своих условиях. Ничего не коснулось его восприятия, ни позитивное, ни негативное. – Если он здесь, я его не чувствую. Хоррор выдохнул. В звенящей тишине Дримтейла это прозвучало слишком громко. – Тогда давайте осмотримся. Держитесь вместе. Они двинулись в путь. Хорошо, что они могли открыть портал (наверное), потому что не было никаких ориентиров. Все исчезло, остались лишь бесплодная разоренная земля и зловещее грозовое черное небо. Инк знал, что дождя не будет, несмотря на тучи. По крайней мере, дождя из воды. Скорее это будет сажа или пепел. Продвижение оказалось на удивление медленным. Сначала Банда шла довольно быстро, но постепенно скорость падала, словно они брели по пояс в грязи. Хотя никакой грязи здесь не было. Обувь хрустела по выжженной мертвой земле, и казалось, что они идут уже несколько часов. Инк взглянул на часы на перчатке и отметил, что прошло всего полчаса. Но остальные уже начинали уставать. Инк услышал тяжелое дыхание Киллера и просканировал его. Результаты не показали ничего тревожного. Инка это не успокоило. – Вы все в порядке? – настойчиво спросил он. – Только честно. Киллер вяло моргнул: – Просто устал. – Я тоже чувствую слабость, – еле слышно признался Даст. Кросс и Хоррор промолчали. Инк слышал их сбивчивое дыхание и заметил, что Хоррор слегка сгорбился, обхватив себя руками. В голове Инка сразу же зазвучали тревожные звоночки. – Мы уходим. Даст непонимающе уставился на него: – Почему? – Что-то не так, – категорично заявил Инк. Он поднял руку и сосредоточился. – Мы вернемся… Внезапно Киллер сорвался с места и побежал. Кросс мгновенно встрепенулся и, громко ругаясь, бросился за ним. Инку, Дасту и Хоррору ничего не оставалось, кроме как следовать за ними. Киллер бездумно несся вперед, едва не спотыкаясь на бегу. Они взбежали на холм, когда-то, вероятно, покрытый зеленой травой. Но теперь от травы остались лишь жалкие истлевшие клочки, которые крошились под ногами. Киллер добрался до вершины холма и вдруг исчез. Кросс ахнул, но никто не позвал Киллера, боясь нарушить гнетущую тишину Дримтейла. Они подбежали к тому месту, где только что был Киллер, и увидели крутой обрыв. Киллер лежал внизу, прислонившись к осыпающейся земле, с совершенно ошалевшим видом. Инк спрыгнул вниз, используя магию, чтобы смягчить падение. Он приземлился и поспешил к Киллеру, опустившись рядом с ним на колени, чтобы его осмотреть. Киллер попытался подняться, но зашипел от боли, оторвав левую руку от земли и опираясь на правую. Сканирование Инка показало, что он сломал левое запястье. – Не двигайся, – скомандовал Инк, проводя еще одно быстрое сканирование, на этот раз сосредоточившись на голове Киллера. – Сколько пуговиц на моей шинели? – Семь, – мгновенно ответил Киллер, хотя его голос дрожал. Ни трещин, ни крови, указывающих на удар головой, не было, и сканирование не выявило никаких признаков травмы черепа. Инк призвал свою зеленую магию и сосредоточился на запястье Киллера. Вскоре подошли и остальные, осторожно спустившись по более пологому склону. – Что ты творишь? – прошипел Кросс, стараясь не повышать голос. – Я не знаю, – признался Киллер, и в его голосе прозвучало напряжение. – Мне показалось, что я слышал голоса. Бег Киллера совсем не был похож на то, как бегут на звук. Инк не стал спрашивать, что за голоса могли заставить Киллера убегать. Инк провел еще одно сканирование и нахмурился: – У тебя слишком быстрый ритм души. – Он просканировал остальных. – У всех вас слишком быстрый ритм души. – Тревожные звоночки в его голове зазвучали громче. – Что-то тут не так. Надо уходить. Кросс непонимающе уставился на Инка потускневшими глазами. Даст, казалось, колебался, переминаясь с ноги на ногу, словно готовый увернуться. Киллер продолжал прислоняться к грязному склону холма, уставившись в никуда. Хоррор не смотрел на Инка. Его взгляд был прикован к чему-то вдалеке от холма, с которого упал Киллер. Проследив за его взглядом, Инк увидел на безжизненной пустоши Дримтейла одинокую фигуру. Это был большой сломанный пень. На пне сидел Найтмер. Он сидел спиной к Банде, расправив щупальца и не шевелясь. Если бы не едва заметное дыхание Найтмера, Инк бы подумал, что перед ним статуя. Холод, поселившийся в душе Инка, не имел ничего общего с аурой, которая, судя по всему, влияла на Банду. Найтмер был прямо перед ними. Но Инк ничего не чувствовал. Ни неправильности Порчи, ни холодного присутствия Найтмера. – Явились. Голос Найтмера был тихим, но отчетливо прозвучал в мертвом пустом воздухе. Его монотонность напомнила Инку атмосферу Анти-пустоты, и он подавил дрожь. Хотя зачем? Найтмер же Хранитель Негатива. От него ничего не скроешь. – Здорово, Босс, – слабо проговорил Хоррор. Его лицо исказилось, а на лбу выступил пот, но он старался говорить непринужденно. – Ты все это время был здесь? Щупальца Найтмера едва заметно дернулись. Этого единственного движения хватило, чтобы Инк представил себе, как ядовитая змея готовится к броску. – А где же мне еще быть? – его голос звучал тихо и горько. – Забавно, что вы удосужились найти меня только сейчас. Инк вздрогнул. Кросс поморщился. Хоррор нахмурился. Щупальца Найтмера снова дернулись. – Вы злитесь, что я вам не помогал. А чему удивляться? Я же злодей, как-никак. Тревога Инка отступила, уступив место сочувствию. – Не называй себя так. Я знаю, ты переживаешь из-за того, что баланс так нарушен, но ты же не знал. Ты не виноват, что… Найтмер резко повернулся к нему. Его лицо исказилось от ярости, а узкий голубой огонек в глазнице горел ненавистью. – Ты думаешь, меня это волнует? В воздухе повисло что-то тяжелое, и Банда содрогнулась. Киллер согнулся почти пополам, резко дыша и уставившись прямо перед собой немигающими глазницами. Но Инк не отступил. – Я знаю, что волнует, Босс. Ты ведь никогда не хотел причинять столько страданий. Найтмер посмотрел на него в упор. Область вокруг огонька в глазнице казалась темнее обычного, придавая ему неестественно ядовитый оттенок. – Почему ты без маски? Инк опешил от неожиданного вопроса. – Что? – Ты должен носить маску, – сказал Найтмер пугающе ровным тоном. – Ты хочешь, чтобы тебя убили? Скорее всего, это был лишь едкий риторический выпад, но Инк все равно ответил: – Нет, я не хочу, чтобы меня убили. – Ты уверен? – нейтральный отстраненный тон Найтмера сменился язвительным рычанием. – Тогда почему ты так рвешься на тот свет? Почему ты никому не сказал, что Фреш тебя схватил и угрожал? Инк никак не ожидал услышать именно это. Он задохнулся, не в силах подобрать слова, а Банда тут же повернулась к нему. – Фреш… что? – тихо спросил Даст. – Какого черта, Инк? – прохрипел Киллер, проводя рукой по лицу. Найтмер проигнорировал их. Его голос смягчился, дрожа от смеси страха и ярости: – Ты правда думал, что, пожертвовав собой Омега-таймлайну, ты остановишь его? Он ни за что не сдержит слово, Инк. Он нападет на остальных, как только ты сдашься этим мясникам. Замешательство Инка обернулось тошнотворной паникой, когда он понял, что Найтмер каким-то образом знает о Фреше. Недоумение вновь приглушило страх, когда он заметил ошибки в рассказе Найтмера. Инка осенило, что Найтмер вполне мог видеть то, о чем говорил. Но проблема в том, что это видение было не совсем реальным, как и те ложные воспоминания, когда он использовал свою ауру на Хорроре. Банда молчала, уставившись на Инка. Слишком поздно Инк понял, что молчал слишком долго. Глазницы Кросса опустели. – Инк? О чем он говорит? – Все было не так! – в панике выпалил Инк. – Фреш… ну да, он захватил меня и угрожал вам, но он не связан с Омега-таймлайном. – Тогда почему он на тебя напал? – обвиняюще спросил Найтмер. Его лицо исказилось от гнева, но по движениям щупалец Инк понял, что тот доволен. – Он был… – «Испорчен», – …ранен. Ему нужен был Целитель. – Как он узнал, что ты Целитель? – тихо спросил Хоррор. Инк должен был ожидать этот вопрос, но все равно запнулся. – Он… э-э… Просто… узнал? Но он же не хотел мне зла… – Ты сейчас серьезно защищаешь этого паразита? – возмутился Киллер. – После того, как он угрожал тебе? И нам? Его гнев нарастал, и вместе с ним росла едва заметная улыбка Найтмера. Холодок в душе Инка был связан не столько с резкими вопросами Киллера, сколько с реакцией на них Найтмера. Хоррор бросил на Киллера предостерегающий взгляд и повернулся от Найтмера к Инку: – Почему ты молчал? – Его глазницы расширились, и в голосе зазвучал гнев. – Ты хотел пожертвовать собой ради нас? – Фреш не этого хотел… – Инк осекся. «Я должен им рассказать. Но если я сейчас расскажу им о Звездах, их гнев может сделать Боссу только хуже. И его собственный гнев тоже». Он покачал головой, пытаясь успокоиться медленным выдохом, хотя его душа трепетала от ужаса. – Позже. Я обещаю, я все расскажу вам позже. Пожалуйста. Сейчас мы должны говорить о другом, – он перевел взгляд с Хоррора на Хранителя Негатива, который по-прежнему безучастно сидел на пне. – Мы здесь ради тебя, Босс. Найтмер ничего не сказал. Его улыбка исчезла. А была ли она вообще? Или Инку просто показалось? Теперь он уже не был уверен. В любом случае, он, кажется, ничуть не расстроился, что попытка перевести тему не удалась. Инк снова прокрутил это в голове и мысленно обругал себя за то, что подозревал Найтмера в манипуляциях… Хотя манипуляции Найтмера и были одной из причин всей этой заварушки. Но сейчас-то он точно не манипулировал. Не специально же. Наверное, просто хотел, чтобы они ушли. Или что-то типа того. Это может оказаться сложнее, чем Инк думал, учитывая, что Найтмер чувствовал каждую из его противоречивых эмоций. К счастью, тут в разговор вмешался Даст: – Слушай, Босс. Мы, конечно, злимся, что тебя не было, когда Эррор напал, но это не повод вечно хандрить в одиночестве. Для этого есть Кросс. Кросс пнул его по ноге, но тут же согласился: – Он прав, Босс. Мы за тебя волнуемся. – Почему? – с горечью спросил Найтмер. – Потому что ты нам дорог, – искренне ответил Инк. Найтмер презрительно усмехнулся, но вышло как-то тоскливо. – Даже после того, как я обманывал вас? – Да, – честно сказал Инк. – Нам всем до сих пор… больно. Но тебе нужна помощь, и мы здесь ради тебя. Ты не один. Тебе не нужно бороться с Порчей в одиночку. Мы можем двигаться вперед и разобраться с этим вместе. – Он нерешительно, но с надеждой протянул руку. – Позволь нам помочь тебе. Найтмер не принял его руку. Он остался сидеть, глядя на безжизненную пустошь, которая когда-то была его процветающим домом. – Ты хочешь сказать, что мне нужно измениться? – тихо спросил Найтмер. От этого тихого тона Инка пробрал озноб, но он высоко держал голову. – Думаю, да. Уголки рта Найтмера дрогнули, а затем растянулись в широкой улыбке. По воздуху пронеслась волна энергии, и трухлявый пень разлетелся на куски. Банда позади Инка упала на колени. Кросс закричал, схватившись за голову, а Киллер зажмурился и рухнул на землю, содрогаясь, словно в припадке. Даст с трудом удержался на ногах, тяжело дыша и глядя в никуда пустыми глазницами. Хоррор взвыл от боли, вцепившись в разбитый край черепа, словно хотел разорвать его пальцами. Инк моргнул, и его зрение заволокло чем-то маслянисто-черным. Он даже не успел опомниться, как Найтмер сделал выпад. Щупальце обвилось вокруг его горла и оторвало от земли. Хоррор панически закричал. Инк, задыхаясь, попытался ослабить хватку щупальца, но другие щупальца уже обвили его тело, связав ноги и сдавив ребра. – Босс, отпусти его! – закричал Даст. Найтмер презрительно скривился. Его силуэт пошел рябью и внезапно перестал казаться сотворенным из черной слизи. Теперь он выглядел как глючная тьма, его контуры расплывались и дрожали, зрачок сузился в щелку, а пальцы вытянулись в острые когти. Инк успел заметить его зубы и с ужасом понял, что они неестественно заострены, совсем как у Испорченных в Хоррортейле. – Эти жалкие мольбы недостойны убийцы, – усмехнулся Найтмер. – На что ты рассчитываешь, притворяясь, что тебе не все равно? Неужели Инк смог убедить вас, что вы можете стать лучше после того, как вырезали все население своих миров? Кросс отшатнулся, с такой силой сжав голову, что пальцы поцарапали кость. Инк попытался дотянуться до него и залечить раны, но щупальца Найтмера сжались, вырывая у него болезненный стон. – Инк отравил ваши души надеждой на искупление, – промурлыкал Найтмер. – Но вы всего лишь убийцы и бандиты, выпущенные мной в Мультивселенную. Вы забыли свое место. Вы мои слуги. Вы ослушались своего Короля. Вы принадлежите мне. – Его взгляд остановился на Хорроре, и улыбка расширилась, больше напоминая бездушную ухмылку Флауи. – Ты правда думал, что защитил его, Хоррор? Ты думал, я прощу тебе, что ты выступил против меня ради него? Зрачки Хоррора погасли. Его взгляд был не пугающим, а отчаянным. – Пожалуйста, – прошептал он. Найтмер оскалился, обнажив острые черные зубы. Оставшиеся на ногах члены Банды рухнули на колени, и Инк услышал хруст. Он в панике просканировал остальных, но они были целы. Повреждения были у Инка. Инк смутно осознал, что у него сломаны два ребра и попытался исцелиться, но лишь закричал от боли, когда Найтмер сжал его еще крепче. Щупальца все еще держали его за ноги и горло, не давая пошевелиться, а клубящаяся аура негатива не подпускала Банду. Любая попытка приблизиться к Найтмеру была равносильна самоубийству. Найтмер использовал это в своих интересах, чтобы навредить Инку. Когда-то Инк боялся, что Найтмер может причинить ему вред. Этот страх давно утих, а сейчас он стал реальностью. У него не было ни малейшего шанса защититься. Найтмер держал его крепко, впечатав в землю с такой силой, что его голова ударилась о камень, и зрение помутилось. Острые щупальца и когти хлестали по его костям, царапая до крови, а другие давили на шею и ребра, сжимая их до тех пор, пока что-то не хрустнуло. Киллер кричал. Инк слышал плач Даста. Хоррор снова ранен? Инк должен помочь. Перед глазами поплыло и потемнело, но он изо всех сил старался оставаться в сознании. Явно сломалось что-то еще. Может, рука? И еще пара ребер. Было больно дышать. – Хватит, – всхлипнул Хоррор. Его голос казался Инку далеким, но звучал так испуганно. Наверное, кто-то ранен. Инк попытался помочь, но его голова снова ударилась о землю, и что-то темное залило левый глаз. Черная кровь. Он истекал кровью. Ой. Инк слабо пошевелился, пытаясь понять, кто еще пострадал, но чувствовал только странные сигналы со всех сторон. Тот, кому было плохо, был совсем рядом. Его окружали щупальца и тьма. Это был Найтмер. Значит, это он пострадал. Инк попытался дотянуться до него зеленой магией, но Найтмер ударил его по голове. Острые пальцы оставили глубокие раны. Инк не понимал, как оказался на земле у ног Найтмера. Он не помнил, чтобы его роняли или бросали. Хотя, скорее всего, бросили, учитывая сильную боль во всем теле. Каждая кость горела огнем. Он закашлялся, и что-то густое потекло по подбородку. Ох. Его душа была на виду и парила перед грудью, треснувшая и израненная, как всегда. Инк тупо смотрел на нее, и трещины казались ему еще глубже, словно только золотой двоичный код не давал ей рассыпаться. Найтмер возвышался над Инком, но игнорировал его, прожигая взглядом Банду. – Это все из-за вас. – Я знаю. Я виноват. Прости, – сломанный, полный ужаса голос Хоррора эхом отдавался в голове Инка. Он видел Хоррора, но слышал его словно издалека, будто тот говорил через туннель. Щеки Хоррора были мокрыми от слез. – Только не убивай его. Прости. Пожалуйста. Наверное, Инку следовало бы бояться, но острая боль во всем теле мешала сосредоточиться на чем-то еще. Это быстро изменилось, когда Найтмер с хищной улыбкой схватил Инка за капюшон и резко дернул его голову вверх, пригвоздив безжалостным ледяным взглядом. – Я никогда не убью Инка. Он нужен мне, чтобы уничтожить Омега-таймлайн, – Найтмер вцепился в челюсть Инка и сжал ее с такой силой, что Инк испугался, что она вот-вот сломается. – Ты доберешься до него, мой драгоценный Защитник. Ты дашь мне то, что мне нужно, иначе я сломаю тебе еще больше костей. Но не волнуйся… – Его улыбка могла бы показаться ласковой, если бы не злобный взгляд. – Я дам тебе исцелиться, чтобы потом сломать их снова. Это обещание (так похожее на угрозу Королевы Андайн) мигом развеяло оцепенение. Иногда лучше быть в отключке. Инк не мог сдержать ужас, сковавший его душу, но старался сосредоточиться и залечить хотя бы голову. Найтмер позволил ему использовать зеленую магию, самодовольно наблюдая, потому что Инк был нужен ему в сознании, чтобы добиться своего. На костях Инка были коды Омега-таймлайна. А теперь еще и золотые двоичные коды Дудл-сферы на его душе. Инк надеялся только на то, что Найтмер не догадывается о его связи с ядром Мультивселенной. Он ни за что не откроет ему эти двери. Ни за что. Несмотря на весь свой ужас и боль, Инк по-прежнему был непреклонен. – Я не стану помогать тебе найти их. Найтмер изобразил обиду. Его взгляд оставался хищным и безжалостным. – Я дал тебе все, и это твоя благодарность? – Найтмер дал мне шанс жить, – выплюнул Инк. – Ты не Найтмер. Щупальца Найтмера… нет, Испорченного насмешливо изогнулись. – Я и есть Найтмер. Я всегда им был. Просто долго не хотел принимать свою истинную сущность. – Это ложь, – огрызнулся Инк. – Найтмер терпеливый. Он рассудительный. Он добрый, даже если сам так не думает. Он заботится о нас. Он переживает, когда мы р-ранены, и использует свою ауру только для того, чтобы помочь нам успокоиться. Он не причиняет нам вреда. Ты не он. Испорченный притворно вздрогнул, но Инк успел заметить злобный блеск его глаза. – Неужели вы думаете, что выживете без меня? Ваши никчемные жизни хоть чего-то стоят только благодаря мне. Без меня вы бы гнили в своих тупиковых Альтернативных Вселенных и таймлайнах, несчастные и одинокие. Щупальце снова сжало горло Инка, и он невольно вздрогнул. Вдруг в череп Испорченного полетел нож. Тот легко отбил его щупальцем и зловеще повернулся к Киллеру. Дыхание Киллера было прерывистым, по щекам текли слезы, смешиваясь с черной жижей. Его душа мерцала перед грудью, переключаясь между обычной мишенью и искаженной мишенью Третьей Стадии. – Верни Босса! – закричал Киллер. Гнев Киллера лишь забавлял Испорченного. Он швырнул Инка на землю, так что в глазах потемнело. Отпустив Инка, Испорченный с удовольствием отражал ножи и костяные атаки Киллера, упиваясь его яростными безнадежными криками. Он держался рядом с Инком, демонстрируя Киллеру его беспомощность. Кросс по-прежнему не реагировал, но Хоррор поднялся на ноги. Его грудь тяжело вздымалась, глаз пылал яростным и испуганным красным светом. Он колебался, не зная, стоит ли бросаться на помощь Инку. Но Испорченный был слишком близко, и Инк видел, как на лице Хоррора проступает отчаяние. Инку хотелось закричать, умолять их бежать, но он знал, что они никогда его не бросят. Испорченный тоже это знал. Он получил преимущество, как только они вошли в Дримтейл. А если честно, то еще тогда, когда Банда испугалась того, что может натворить Испорченный Найтмер. «Пока мы боимся, злимся или грустим, он будет побеждать». Инк судорожно вздохнул и схватил Найтмера за ногу. Испорченный уставился на него взглядом, который мог бы быть апатичным, если бы не светившееся в нем садистское торжество. Инк проигнорировал этот взгляд и неестественную токсичность ауры Испорченного, сосредоточившись на воспоминаниях о мягком голосе, словах поддержки и надежных руках, которые крепко обнимали его с решимостью не отпускать. – Все будет хорошо, Найтмер, – прохрипел Инк. – Мы знаем, что ты там. Мы спасем тебя. Не сдавайся. Ты можешь бороться с Испорченным… Огонек в глазнице Испорченного погас. – Заткнись! – Он со всей силы ударил Инка в челюсть, и тот отлетел на землю. – Заткнись, заткнись, заткнись, ЗАТКНИСЬ! Каждый крик сопровождался резким пинком. По ребрам Инка, по спине, по бедру, по рукам, по ногам, по голове. Испорченный не останавливался, его лицо исказилось так сильно, что Инк совсем перестал узнавать в нем Найтмера. Он бил Инка снова и снова, и снова… Должно быть, Инк потерял сознание, потому что, когда зрение вернулось, он лежал на спине, повернув голову к остальным. Даст сжался в комок, спрятав лицо под капюшоном. Хоррор лежал на земле, словно его швырнули. Киллер снова стоял на коленях, а Кросс, дрожа, пытался подняться, слабо постанывая и держась за голову. Его душа, как и у Киллера, мерцала перед грудью, словно глючила. – Уходи из моей головы! Убирайся! Убирайся!.. – кричал Кросс. – Похоже, вам всем нужен урок, – Испорченный, казалось, снова взял себя в руки и тепло улыбнулся Инку. Его зубы были острыми и покрыты темной субстанцией. – Не волнуйтесь. Я не хочу вас убивать, моя Банда. Я просто хочу, чтобы вы были дома и в безопасности… со мной. Инк знал, что если они вернутся в Замок, он больше не выйдет оттуда. И остальные тоже. По крайней мере, Киллер, Кросс, Даст и Хоррор не выйдут самими собой. Инк, как Защитник Создания, был неуязвим для Порчи. Но не они. Испорченный использует ауру Найтмера, чтобы сломить и исказить их, превратив в идеальных, послушных, жестоких солдат, таких, как Банда в видении Инка в Хоррортейле. Фальшивая улыбка Испорченного исчезла. – Но если вы так хотите быть хнычущими детьми, то ладно. Игры кончились. Из его тела вырвалось клубящееся облако тьмы, словно ядовитый магический туман, окружив его и Инка полупрозрачной сферой. Не только Инк чувствовал пропитавшую туман чистую смертоносную злобу. Хоррор и Киллер отшатнулись, а Даст с искаженным от страха лицом схватил Кросса и оттащил подальше от смертоносной ауры. Внутри остались только Инк и Испорченный, не тронутые токсичным Негативом. На мгновение в Инке вспыхнула надежда, что остальные отступают, но он знал правду. Банда замерла на безопасном расстоянии, парализованная страхом и нерешительностью. Даст протянул руку, окутанную магией, но управление душой не смогло пробиться сквозь искаженную завесу. Испорченный двигался слишком быстро. Его острые пальцы полоснули по спине Инка. Боль была такой внезапной, что Инк даже не успел закричать. Еще один удар, и с плеч Инка сорвали коричневую шинель. Пояс упал на землю вместе с обрывками ткани. Маска Инка со звоном упала рядом, угрюмо уставившись в темное небо. Инк тупо смотрел на обрывки шинели, его разум словно оцепенел от шока. Он заметил, что левый рукав пуст. Должно быть, змей тоже разорвали в клочья. Вместе с ними исчезла и дополнительная магия Негатива. Еще одна ошибка. Раздался глухой удар, и Инк с трудом повернул голову. Хоррор лежал на земле, из трещины в черепе сочилась кровь. Словно он врезался в невидимую стену. Кросс настороженно замер с вытянутой рукой, и Инк понял, что магия, в которую врезался Хоррор, была ярко-фиолетовой. Это была не кость. Она имела форму ладони. Кросс тоже это увидел. Его лицо потемнело, а рука бессильно упала. Испорченный посмеялся над ужасом Кросса, но сосредоточился на том, кого он мог использовать, чтобы мучить их всех. Аура негатива, должно быть, полностью заглушила Банду, потому что Инк не слышал ни звука, когда Испорченный снова напал. Острия его фаланг и щупалец пронзили одежду, которую Найтмер так тщательно подбирал для Инка, и прочная ткань не выдержала натиска Испорченного. Когда Испорченный закончил, от черной футболки и штанов Инка остались одни лохмотья. Жилет исчез, словно его и не было, а длинные рукава футболки были обрезаны вместе с большей частью торса, обнажая ребра и позвоночник. Чудом уцелевший коричневый шарф свободно свисал со спины, его концы пропитались черным. Сумка на ноге тоже кое-как выдержала, болтаясь на бедре на нескольких нитках. Испорченный с силой наступил на спину Инка, и он вскрикнул от боли. Испорченный наслаждался его страданиями, с улыбкой глядя на Банду, застывшую в немом ужасе. – Посмотрите, что вы наделали, – прошипел Испорченный. – Вот что бывает, когда вы не подчиняетесь мне. Вот что бывает, когда вы пытаетесь перечить своему Королю. Ваша жалкая зверушка заплатит за ваши грехи. – Демон в обличье Найтмера перевел взгляд на Инка и презрительно усмехнулся. – Честно говоря, мне не нужен Целитель. И уж тем более не нужен такой слабый, жалкий и бесполезный Защитник. Если ты не хочешь соблюдать нашу сделку, то тебе место только… Щупальца Испорченного обвили шею и ребра Инка, подняв его в воздух, словно безвольную марионетку. Распахнулся темный ледяной портал, чьи края глючили и трещали, словно готовые осыпаться. По ту сторону Инк увидел знакомую белизну. У него не осталось сил бороться или умолять. Испорченный издевательски вытер щупальцем слезы Инка, попутно оторвав взмахом еще часть футболки. – Все, что у тебя есть – это только благодаря мне, – усмехнулся он. – От остального я избавлюсь позже. Интересно… поверишь ли ты, что все выдумал, если у тебя не будет никаких свидетельств того, что твоя жизнь была реальной? Инк не мог сдержать рыдания. Они слились с оглушительным звоном в голове, но он знал, что вскоре этот пронзительный статический шум сменится вечной тишиной того места. Статика становилась все громче и громче, пока Инк не понял, что это крик. – С̷А̷Н̷С̷,̷ ̷П̷О̷М̷О̷Г̷И̷ ̷Е̷М̷У̷!̷ Костяная атака цвета индиго ударила Испорченного в плечо. Не оставив даже царапины, она шлепнулась на землю, как игрушка, но то, что она вообще пробила завесу теней, впечатляло уже само по себе. Держа Инка в своих щупальцах, Испорченный медленно повернулся настолько, чтобы показать свой ядовито-голубой глаз тому, кто осмелился напасть. Затем он неспешно направился обратно к Банде. Даст не шелохнулся, когда Испорченный подошел к нему. Он замер на месте с вытянутой рукой и сильно дрожал. Испорченный, будто бы развлекаясь, остановился и наклонился почти вплотную к испуганному лицу Даста. – Хмм. Душа Киллера куда податливее твоей. Если подумать, то ты какой-то лишний убийца, не находишь? Ты бесполезен для меня, – Испорченный улыбнулся так широко, что казалось, будто его зубастая пасть расколола лицо надвое. – Ты… мне… не нужен. Даст не пытался уклониться. Он молчал и не пытался сопротивляться. Он просто стоял как вкопанный, уронив руку и зажмурив глазницы. Он сдался. Но Инк не сдавался. С трудом согнув сломанные пальцы, он выхватил шприц из сумки и вонзил его в шею Испорченного. Тот взвыл, отбросив Инка прочь. Затем он выдернул шприц и швырнул его на землю. Шприц разбился вдребезги, выплеснув магию Негатива. Она впиталась в землю, растворившись в пыли. Инк ударился о землю, и все тело пронзила боль. Он чувствовал, как сознание угасает, оставив лишь тонкую ниточку связи с реальностью. Дыхание звучало слишком громко, словно обжигая грудь изнутри. Лицо Испорченного исказилось в гримасе ярости, и он зарычал на Инка, оскалив зубастую акулью пасть, из которой сочилась токсичная жижа: – То, что случится дальше – твоя вина, Инк. Даже сквозь хриплый свист собственного дыхания Инк слышал, как вокруг кричат остальные. Им было плохо. Даст умолял Ториэль, твердя, что он "должен", а Киллер кричал, что Чара никогда больше не получит его душу. Хоррор просто безумно хохотал, и этот смех постепенно перешел в отчаянный вопль. Кросс что-то бормотал, слишком тихо и быстро, чтобы Инк мог разобрать слова. Испорченный мучил их. Он пытал их, сначала заставляя смотреть на страдания Инка, а теперь терзал их умы, играя на их самых худших страхах. Инк должен был спасти их. Он мог это сделать. Ему просто нужно было схватить и толкнуть… Воздух задрожал. Коды исказились. Что-то сломалось. Испорченный закричал от ярости. А потом исчез. ИСПОРЧЕННОМУ НАЙТМЕРУ ЗАПРЕЩЕН ДОСТУП В ДРИМТЕЙЛ Инк не успел даже вздохнуть с облегчением. К острой боли от ран и переломов добавилось жжение в кодах Хоррортейла. Неужели Испорченный пытался прорваться обратно? Тьма сгущалась. Почему так темно? Снова кто-то кричал. Хоррор. В его голосе по-прежнему звучал страх. Что случилось? Кто пострадал? Чьи-то теплые руки осторожно подняли голову Инка, его кости словно вспыхнули огнем, и он вспомнил, что это он пострадал. Он не закричал только потому, что вместо этого выплюнул сгусток черной крови. Рядом раздался тихий голос, почти заглушенный навязчивым жужжанием в ушах, но Инк узнал Кросса. С трудом разлепив глазницы, Инк увидел белое и черное. Белизна его мира и чернота его крови вместе со слабым проблеском фиолетового. Раненый, сбитый с толку, на грани потери сознания и перепуганный, Инк запаниковал. Он не понимал, где находится. Просто знал, что надо бежать. Вокруг было белое, черное и фиолетовое, а фиолетовый означал, что Кросс не в себе. Кросс не в себе, а Найтмер Испорчен. Кости Инка были сломаны и кровоточили. Коды Хоррортейла горели. Испорченный уничтожит Хоррортейл, лишь бы добраться до Инка. Он не мог вернуться в Дудл-сферу. Нельзя допустить, чтобы Испорченный узнал о ней. И в Альтернативную Вселенную тоже нельзя. Если он появится в АВ, Найтмер уничтожит там все живое. И не в Анти-пустоту – слишком много белого, он не мог вернуться обратно, пожалуйста, только не туда. Он мог быть полезен, он мог спасти Хоррортейл, Банду и Найтмера. Он должен спасти… – Держите его! – отчаянно закричал кто-то, но Инк уже исчез. Он снова оказался в темноте, лежа на боку, без маски и вещей, кроме тех, что остались в порванной сумке. Пустая чернота не так ужасала, как пустая белизна, но все равно давила своим одиночеством. К счастью, Инк быстро понял, что он здесь не один, когда услышал чей-то испуганный вскрик. – Что за черт? Как ты сюда попал?.. О Звезды! Санс в красном шарфе присел на корточки возле Инка и потрясенно разинул рот, уставившись на него единственным здоровым глазом. Другая глазница была расплавлена, и кость слегка оплыла, как снег под лучами солнца. Ее скрывало облачко пикселей. Эта травма не тревожила чувства Инка, как другие, скорее это был старый шрам. Должно быть, ранен кто-то еще. Травмы будоражили восприятие Инка, но показания были далекими и приглушенными. Инк тупо уставился на свою руку, вытянутую перед ним. Она выглядела странно, словно он видел ее в разбитом зеркале. Осколки были острыми и неровными. Рукав практически отсутствовал, но кость была скорее черной, чем белой. Странно. Он не помнил, чтобы получал столько кодов. Их нужно спрятать. Почему эти отметины выглядели влажными?.. Инк слабо пошевелился, тщетно пытаясь прикрыть метки шарфом, но Санс мягко остановил его, не давая двигаться. Его шарф напомнил Инку о Дасте. Инк надеялся, что он такой же добрый, как Даст. Где Даст? С ним все в порядке? – Все будет хорошо, малой. Этот Санс лгал. Инк знал, что он лжет, потому что в его здоровой глазнице стояли слезы. Другая, поврежденная, глючащая глазница была оплавлена и неспособна плакать. Должно быть, такова цена Решимости для Гено. Ах да. Инк знал этого Санса. Это Гено. Инку нужно было найти Гено. Он мог помочь… с… чем-то. – Помоги… Инк едва расслышал собственную просьбу. Гено что-то говорил, но Инк уже ничего не слышал. Боль от побоев Испорченного постепенно угасала, и Инк потерял сознание.

***

Тьма не отступала. Тени врезались так глубоко, словно были единым целым, а не отдельными когтями. Найтмер не задержался в темном Замке. Он знал, чего хотел. Он знал, где его будут искать. Он сел на трухлявый пень и стал ждать. Где-то внутри оставалась лишь слабая искорка сознания. Черное яблоко его души сгнило, пронзенное тенями, но крошечная частичка сердцевины еще мерцала. Он видел все вокруг, чувствовал свое тело, но не мог им управлять. Он знал, что ждет Банду. И он ничего не мог сделать. Он был пленником, запертым в собственном теле, лишь беспомощным наблюдателем. «Не приходите сюда. Бегите…» Банда не послушалась. Найтмер почувствовал их приближение издалека. Так предсказуемо. Его аура уже отравила воздух. Не для того, чтобы убить их, нет. Чтобы сломить их. Защитник, конечно, был неуязвим, но остальные постепенно слабели. Хватило легкого колебания ауры, и Киллер сорвался с места, преследуемый "призраками" своих жертв. Найтмер едва сдержал смех, когда Киллер упал со скалы и сломал запястье. Инк исцелил его, и вспыхнуло раздражение. Но тут же сменилось восторгом, когда он вспомнил, что Инк может исцелять себя. О, это будет прекрасно. Слабый огонек его прежнего "я" пытался протестовать. Но это было бесполезно. Банда увидела его. Они подошли, наивно полагая, что Найтмер все это время был в Дримтейле. Он прервал их, не дав начать свои надоедливые речи, и ловко перевел подозрения на Инка, наслаждаясь замешательством и болью, которые вызвала его ложь о встрече Инка с Фрешем. Это была ложь? Только сейчас этот угасающий огонек понял, что его провели. Фреш же не угрожал Инку, верно? Ах нет, было дело. Просто не до такой степени, как показалось Найтмеру под влиянием Порчи. Инк, как всегда, оказался досадной помехой. Банда забыла о гневе и кинулась помогать "бедному" Найтмеру. Банда думала только о нем. Они отбросили злость и сомнения, потому что хотели помочь своему Боссу. Тьфу. Инк был так близко. Его глаза сияли надеждой и верой в Найтмера. Неужели он забыл, как поступил с ним? Или правда думал, что Найтмер простит его предательство? Найтмер хотел увидеть момент, когда надежда сменится ужасом. Он больше не мог сдерживаться. Он бросился вперед, импульсом ауры заставив Банду упасть на колени. Щупальца стиснули Инка, а его облик замерцал, являя истинную сущность. Он мог бы вырубить Банду, но не стал. Он хотел, чтобы они смотрели. «Нет, нет, нет, пожалуйста, не трогай их…» Кости Инка хрустели, ломаясь под руками и щупальцами. Его попытки вырваться были жалкими и слабыми, а кровь брызгала на пыльную землю. Он снова выпустил свою ауру, заставляя страхи Банды воплотиться в галлюцинации, и наслаждался их криками и мольбами. Это только Хоррор умолял? Нет, не только он. Огонек не мог кричать. Инк мог. Его крики слабели. Найтмеру было мало просто криков. Он хотел, чтобы Инк умолял. «Прекрати. Пожалуйста, прекрати!» Инк лежал на земле. Еще живой. Еле двигался. По приказу Испорченного его поврежденная душа парила перед грудиной. Страх, охвативший Банду, был восхитителен. Найтмер позволил себе насладиться им, прежде чем бросить на них злобный взгляд. – Это все из-за вас. – Я знаю. Я виноват. Прости, – жалобно причитал Хоррор. – Только не убивай его. Прости. Пожалуйста. «Я знаю. Мне жаль. Прости. Прошу, прекрати. Пожалуйста, хватит…» К сожалению для них, Найтмер не собирался даровать Инку милосердие быстрой смерти. Он нужен ему, чтобы уничтожить этот надоедливый Омега-таймлайн. Жаль, что Защитник не мог быть Испорчен. Ну ничего. Инка можно сломать и по-другому. Вечное упрямство и храбрость Инка, как обычно, оказались помехой. Непокорность Киллера была менее ожидаемой, но еще более забавной, его ярость была для Найтмера как приятный ветерок. И тут Инк осмелился схватить его. Его слова эхом отдавались в темноте, слабые и далекие, словно из-под толщи воды. – Все будет хорошо, Найтмер. Мы знаем, что ты там. Мы спасем тебя. Не сдавайся. Ты можешь бороться с Испорченным… (Найтмер встрепенулся). Даже сейчас Инк пытался помочь ему. Даже сейчас этот наивный дурак верил, что Найтмер полностью потерян и не контролирует себя. Вот убожество. Инк поплатился за это. Искорка света внутри отшатнулась, не выдержав жестокости, которую Найтмер обрушил на своего слугу-предателя. Он видел, как кровь Инка проливается на пыль и грязь Дримтейла. Он ничего не мог сделать, когда Испорченный продолжал избивать его, даже когда Инк потерял сознание. Он не мог плакать. «Пожалуйста, хватит…» Искра, которой был Найтмер, постепенно уменьшалась, все больше отгораживаясь от реальности в попытке сбежать. Оцепенение апатии стало желанным облегчением, когда со слабо вздрагивающего Инка сорвали шинель и снаряжение и потащили его к порталу, ведущему обратно туда. Даже угроза Дасту не смогла вытащить огонек из глубин тьмы. Он ничего не мог сделать. Найтмер уже утонул в тенях. Порча победила. Потом Инк умудрился закрыть Найтмеру доступ в Дримтейл. Он посмел не пустить Найтмера в его мир. На этот раз Банда спаслась. Он вернулся в Замок один. Без Защитника, который был нужен, чтобы покончить со всем этим. И без Испорченных слуг, которых он хотел. Прежняя Банда охотно приняла бы дары Найтмера. Это Инк виноват, что они изменились. Инк настроил их против него. Предатель. Как бы Найтмер ни ненавидел Инка, он никогда бы его не убил. Ему нужен Инк, чтобы добраться до Омега-таймлайна и покончить с этой Мультивселенной. Зачем убивать, если можно сломать? Как здорово будет иметь жертву, иммунную к его Порче, которую можно заставить смотреть, как все вокруг чахнет и умирает. С силой Негатива конец этой Мультивселенной предрешен. Инк запомнит свое место. Они все запомнят. Найтмер обрушил свою ярость на отпечаток Негатива в Хоррортейле…

***

– Этого не может быть. Не может быть. Хоррор проигнорировал слабый истеричный лепет Кросса и с трудом поднялся на ноги, чувствуя боль в ребрах, когда ему наконец-то удалось восстановить дыхание. Разница была колоссальной: когда здесь был Найтмер – Испорченный – казалось, что атмосфера давила на них, пытаясь раздавить в пыль. Сейчас стало в тысячи раз легче. Им не стоило приходить сюда. Не стоило искать Найтмера таким образом. Но никто из них не ожидал, что он будет полностью Испорченным. Настолько, что Хоррор больше не мог считать его своим Боссом. Это никак не мог быть Найтмер. Брызги черной крови резко выделялись на пыльной серой земле, и Хоррор снова замер, уставившись на то место, где Испорченный чуть не убил Инка. Он не хотел его смерти, но навредить, конечно, мог. Что он и сделал. Чтобы наказать Инка… и Банду. За то, что Хоррор осмелился ему перечить. «Не думай так. Он только этого и ждет». Легче сказать, чем сделать. – Испорченный забрал его? – дрожащим голосом спросил Даст, все еще не оправившийся от последствий иллюзий Испорченного. – Я не мог… Я все еще видел Дасттейл. Он схватил Инка? Киллер снова опустился на колени в грязь, слегка покачиваясь и прижимая руку к груди прямо под своей душой-мишенью. Галлюцинации Хоррора больше походили на воспоминания, в которых он видел, как Королева Андайн безжалостно избивает Инка и Паприку. Он (изо всех сил) старался сохранять спокойствие ради них. – Не думаю. – Его браслет! – вдруг выпалил Кросс, прервав поток панических отрицаний. – Он здесь? Он рылся в клочьях ткани, сорванных с Инка. Шинель почти не пострадала, но обрывков другой одежды было достаточно, чтобы подумать, что Инк рассыпался в пыль прямо здесь. Пояс тоже валялся рядом, разорванный на части. Даст тихо застонал, увидев пояс, и Хоррора вдруг осенило: он вспомнил, как Инк положил свой жетон Дасттейла в один из его карманов. Он споткнулся на окровавленной земле и поднял маску Инка. Одна из линз треснула. – Я не могу найти браслет, – сокрушенно прошептал Кросс. Хоррор не понимал, почему Кросс так зациклился на браслете. Если его здесь нет, значит он все еще на Инке. А раз он на Инке, то должен работать. Но он не работал. Значит Инк либо без сознания, либо… Хоррор оборвал мысль. – Куда мог деться Инк? – отчаянно спросил Даст. – В Дасттейл, как и договаривались? В Дудл… В тот странный мир, о котором он говорил? Обратно в Хоррортейл? – Нет! – возразил Кросс слабым от отчаяния голосом. – Он не будет рисковать. У Найтмера есть отпечаток негатива в Руинах Хоррортейла. Смысл его слов дошел до Банды. Кросс в панике вскочил на ноги и резко открыл портал. Банда прыгнула прямо в кабинет Ториэль. Она взглянула на них и встала, приказав Стражнику позвать Доктора. Обойдя стол, она положила руки на плечи Хоррора, успокаивая его. – Что случилось? Где Инк? Хоррор не успел заговорить. Что-то пронзило атмосферу Хоррортейла подобно неосязаемому взрыву. Кто-то из монстров грохнулся в обморок, а других просто пробрал озноб. Неважно, какие щиты, стены или пещеры отделяли один конец Подземелья от другого. Волна негатива прокатилась от Руин до Столицы, задев и лаборатории в Хотленде. В районе лабораторий раздался жуткий скрежет. Ученые в панике бросились врассыпную, кто к месту происшествия, кто подальше от него, крича, чтобы подняли тревогу и позвали Королеву. В мгновение ока Ядро Хоррортейла отключилось, и Подземелье погрузилось во тьму.

***

Блу был уверен, что никогда не устанет любоваться небом. Аутертейл мог потягаться с Андерсвапом в красоте небес, но солнце, бескрайняя синева и облака всегда наполняли душу Блу такой радостью, что он едва мог ее сдержать. Да и не хотел. Поэтому он радостно напевал себе под нос, порхая по кухне и готовя еду для себя и своего гостя. Дрим еще никогда не соглашался оставаться у Блу и Стретча так надолго. Радость Блу от того, что тот наконец-то согласился переночевать в гостевой комнате, омрачалась вероятной причиной: Дрим чувствовал себя слишком плохо, чтобы уйти. Состояние Дрима ухудшалось с каждым днем, и Блу чувствовал себя совершенно беспомощным. Тени под его глазницами стали темными, как синяки, а движения Дрима были медленными и осторожными, словно он боялся рассыпаться на части от одного неверного шага. Прошлой ночью Дрим разбудил Блу своим душераздирающим криком. Блу вскочил с кровати, уверенный, что на Дрима напали. Но на Дрима никто не нападал, он просто задыхался, его тусклые глаза смотрели сквозь Блу, и он едва слышно шептал: – Он пропал. Утром Дрим ничего не помнил. Он с трудом поднялся с кровати и, прихрамывая, спустился к завтраку, опираясь на стену. Блу изо всех сил старался быть веселым и оптимистичным, ведь Дриму сейчас меньше всего был нужен негатив. В буквальном смысле. Блу поставил на стол свежий фруктовый салат и открыл холодильник, чтобы посмотреть, сколько осталось яиц. – Хммм, блинчики, тосты или вафли?.. Все вкусно, но кажется, у меня блинное настроение, мье-хе-хе! Что скажешь, Дрим? Дрим не ответил. – …Дрим? Он обернулся и увидел, что Дрим лежит на полу рядом со стулом, неподвижный и безмолвный. – Дрим?! Блу бросился к Дриму, выкрикивая его имя с возрастающим отчаянием. Дрим не двигался, и Блу чуть не раздавил телефон, пытаясь как можно скорее вызвать скорую. Он заметил краем глаза серое мерцание, и перед ним возник Core!Фриск с широко распахнутыми от ужаса глазами. Блу хотел было затараторить о том, что Дрим болен и плохо спал, что он сам был невнимателен и не услышал, как тот упал, но он заставил себя отбросить панику и собраться. Блу взял руку Дрима и сжал ее, стараясь не выдать своего страха, когда услышал приближающиеся сирены. – Все будет хорошо, Дрим. Мы рядом. Мы поможем тебе. Ты обязательно поправишься. Глазницы Дрима чуть приоткрылись, и Блу увидел полоску черной пустоты. – Он пропал. Блу так и не понял, о ком тот говорит. Он осторожно сжал руку Дрима, пока в дом вбегали медики. – Мне жаль. Дрим вяло отвернулся и закрыл глазницы.