For the Forgotten Ones/Посвящение забытым

Кросс слишком устал, чтобы что-то почувствовать, когда услышал, как Даст помешал Киллеру напасть на Реда. Он даже не поднял головы, когда дверь камеры распахнулась и в нее ворвался Киллер. Он метался взад-вперед перед Кроссом, тихо рыча и сердито потирая глазницы, а потом резко сел. Кросс наблюдал за ним и постепенно понял, что он пришел сюда, чтобы сдержаться и не начать швырять во все стороны магические атаки. Хотел бы он, чтобы камера была столь же надежной в решении его собственных проблем. Через несколько минут вошел Даст, а за ним Хоррор. Даст теребил свой шарф и оглянулся через плечо, прежде чем тихо спросить: – Вы двое в порядке? – В порядке, – огрызнулся Киллер. Кросс не ответил. – …Ладно. Тогда не будем терять времени. Деталей должно хватить, чтобы починить Ядро. Но нам нужно поговорить об этом, – Даст указал на Кросса. Кросс мог только кивнуть. Киллер все еще был взвинчен, но Кросс подозревал, что он благодарен Дасту за то, что тот не стал давить на него из-за инцидента с Редом. – Ну что, наконец-то расскажешь, почему ты так хочешь торчать здесь? Помня о близости Реда, Кросс понизил голос: – В моей душе есть осколок души Х!Гастера. Волнение Киллера как рукой сняло, и ему явно стало не по себе. Его рука непроизвольно дернулась к собственной душе-мишени. Он шагнул за порог камеры и призвал душу Кросса, явив ее во всей красе вместе с характерным фиолетовым разломом. Киллер машинально отшатнулся назад, чуть не врезавшись в противоположную стену коридора, прежде чем заставил себя вернуться в камеру. Душа Кросса исчезла. Киллер уставился на пустое место, где секунду назад была душа Кросса, со смесью ужаса и отвращения. – И так было все время? Кросс вяло пожал плечами: – Не знаю. Думаю, щиты Инка на моем плаще как-то блокировали контроль Х!Гастера и частично скрывали меня от него. – И теперь этой защиты больше нет, – пробормотал Даст. – Так если Х!Гастер что-то затевает, почему он не использовал Перезапись или не напал на нас, как заставил тебя напасть на Инка? Кросс поморщился и сжался в комок, обняв колени. – Не знаю. Я не знаю, чего он хочет и может ли он взять полный контроль. Х!Чара пытался, но не смог. Его душа раньше была привязана к моей, но я легко отбился от него… Банда переглянулась над головой Кросса. – Кросс. – Хоррор осторожно положил руку на его череп, с мягким рокотом произнеся его имя. – Ты уверен? – Да. Это было по-настоящему, – ответил Кросс не задумываясь, потому что он начнет об этом думать, то усомнится во всем, даже в том, что Х!Чара вообще существовал. Киллер скрестил руки на груди и нервно забарабанил пальцами по плечевой кости. – Когда исчез Х!Чара? – Я не знаю точно, но я был в Омега-таймлайне… – В груди у Кросса словно все заледенело. – Я был в Омега-таймлайне. Даст нахмурился, Киллер замер в нерешительности, а глаза Хоррора погасли. Все страхи Кросса за себя и за Банду померкли перед ужасом за одного из их пропавших товарищей. Его расколотая душа, казалось, вот-вот разорвется пополам. Он почти хотел этого, чтобы попытаться вырвать из нее фиолетовый осколок. – Нам нужно вытащить Инка. Попробуйте снова браслет. Может, они вернули его ему, раз знают, что мы хотим обмена. Хоррор с пустыми глазницами вывалился из комнаты и дрожащим голосом начал говорить в браслет, шепча имя Инка. Раздался тихий электрический треск, и в Ядре снова загорелись все лампы. Хоррор даже не заметил этого, продолжая умолять Инка ответить. Растерянное выражение лица Даста сменилось тревогой. – Ого. Эй, что я пропустил? – Часть души Икс-Гастера, должно быть, пережила его "смерть" и разрушение Икстейла. Только Core!Фриск знал, что там творится. Душа Икс-Чары исчезла, когда я был в Омега-таймлайне. – Раньше Кросс вообще не мог говорить, а теперь его словно прорвало. – Моя душа "каким-то образом" получила свою вторую половину обратно, и в этот момент в ней спрятали осколок души Икс-Гастера. Если это правда, то либо у Core!Фриска был этот осколок, и он нашел кого-то, кто мог провести эту операцию и поместить его в мою душу, либо Икс-Гастер сам там был и все сделал.

***

Старый дом Дрима не был рассчитан на такое количество гостей. Хотя их количество позволяло быстро убрать чехлы с мебели и навести порядок, пока Инк осторожно лечил ногу, часто случалось, что они натыкались друг на друга в процессе работы, спотыкаясь и бормоча извинения. Несмотря на это, никто не отходил далеко, ожидая обсуждения ситуации Инка. Дрим обмолвился, что у него когда-то была комната, которую использовали как временный медпункт, но не предложил Инку пойти туда, что подразумевало, что сейчас она не в лучшем состоянии. А может, Дрим просто догадался, что Инку будет не по себе в еще одном месте, напоминающем больницу (или лабораторию). Инк был на удивление спокоен, учитывая произошедшее. Он надеялся, что его эмоции не причинят Дриму сильного вреда, если он даст им волю. Но у него было скверное предчувствие, что Дриму все равно будет больно. Очевидно, тот не знал, что случилось с Найтмером. Это ставило Инка в незавидное положение носителя плохих новостей. Инк сосредоточился на осторожном извлечении осколков из ноги и ее постепенном исцелении, внутренне готовясь к тому, что будет дальше. Его шарф валялся на подушке рядом, якобы небрежной кучей, в которой надежно прятались черные змеи. Гено уже осмотрел шею Инка, насколько мог, в поисках подозрительных шрамов, вроде того, что был на бедре. Единственными свежими шрамами были те, что оставила Андайн из Хоррортейла. Эдж распахнул шторы, впуская в комнату ослепительный свет "белого" неба Омега-таймлайна. Underswap!Азгор отправился на кухню в поисках заварочного чайника, хотя Дрим предупредил, что еды там может и не быть вовсе. Когда мебель расчехлили, выяснилось, что они находятся в гостиной. Помимо дивана и кресел здесь были телевизор, несколько ламп, каминная полка и письменный стол у окна. Дрим присел там, чтобы не мешать Инку, и задумчиво наблюдал за уборкой. – Можете спрашивать, – сказал Инк, не поднимая глаз от ноги, пока сканировал ее на наличие оставшихся загрязнений. Гено покосился из своего угла, где складывал чехол для мебели. Блу тоже остановился, нерешительно переведя взгляд с Дрима на Инка. Калор замедлил движения, явно прислушиваясь к разговору. Звонок в дверь не должен был вызвать такую панику, но все, как по команде, призвали оружие, включая цепи и щит Инка. Все, кроме Дрима, заметил Инк, прежде чем Блу и Гено загородили ему обзор, встав меду ним и дверью. Теперь он видел только их спины, пока Калор осторожно выглядывая из-за занавесок. – Это Судья Фелл Андайн. Все посмотрели на Инка, включая Дрима. Несмотря на то, что это дом Дрима, решение о том, впустить ли ее, оставили за ним. Инк развеял цепи. Он протянул руку и осторожно погладил черных змей, спрятанных в шарфе. Они успокаивающе прильнули к его руке. – Все в порядке. Калор отпер дверь. Судья вошла, и он закрыл ее за ней. Щелчок засова не добавил уверенности. Не потому, что Инк боялся, что его попытаются удержать (или, по крайней мере, задержать на критически важное время, если он попытается сбежать), а потому, что знал: врагов он не остановит. На Судье были ее андерфелловские доспехи, кроме шлема, который она держала под мышкой. – Привет. Я слышала, что Инк – Защитник. Круто. Отлично. Не хочу нагнетать, но у нас около двадцати минут, прежде чем Доктор Фелл попытается провернуть какую-то херню с Советом. Блу пробормотал что-то нелестное о Фелл Гастере так тихо, что Инк был уверен, что только он это услышал. – Они не тронут Инка, – отрезал Дрим. Его лицо смягчилось, когда он посмотрел на Инка. – Что я могу им сказать? В душу Инка вонзились когти страха, и он уставился на свою ногу. Там, где был браслет, все еще саднило, но большая часть повреждений была устранена. Он не мог использовать коды, но, по крайней мере, мог ходить и использовать магию. Он не знал Совет Омега-таймлайна. Он не был уверен, что они будут беспристрастны и смогут мыслить масштабно, а не руководствоваться жаждой мести, как Фелл Гастер и Фелл Альфис. Он не хотел, чтобы они узнали, что он Защитник. Он не был уверен, что для него это хорошо закончится. Они знали, что Арк – Целитель, но все равно обращались с ним ужасно. С чего бы его Роль Защитника что-то изменила? Но если есть хоть малейший шанс уладить все мирным путем, Инк должен попытаться, верно? Меньше всего ему хотелось, чтобы они поверили в какую-нибудь фальшивую обличительную историю, сочиненную Доктором Фелл Гастером. – Наверное, нам стоит дождаться Кора, чтобы тебе не пришлось повторять все заново, – вмешался Калор, а затем поморщился. – Поскольку… он не настолько… в курсе, как мы все думали. Инк не поднял взгляда. Зеленая магия окутала его руку, мягко мерцая. – …Я не знаю, как скоро он вернется. Мое заключение его расстроило. Он винит себя за то, что вовремя не разглядел правду. Что касается Совета… Я не уверен, что они будут слушать. – Ты хочешь пойти? – спросила Судья. Инк наконец посмотрел ей в глаза. – Ты можешь дать стопроцентную гарантию, что они не причинят мне вреда? – Не могу. – Ее взгляд метнулся к его ноге. – Кто это сделал? – Фелл Альфис. В браслете взрывчатка, которая сработает, если я попытаюсь покинуть Омега-таймлайн. Хорошая новость в том, что заражения не будет. Плохая – я не могу удалить его без того, чтобы Фелл Альфис что-нибудь не активировала. – Инк с холодным профессионализмом осмотрел место, откуда только что извлек осколки металла, и постучал по середине бедра. – Скорее всего, я лишусь ноги примерно до середины бедра, вот здесь, как минимум. Я легко могу получить серьезные травмы обеих ног и просто истечь кровью, если мне не окажут помощь. Или осколки могут пронзить грудную клетку и пробить душу, убив меня на месте. Повисла неловкая тишина. Дрима трясло. Инк продолжал сосредоточенно лечить свою ногу. – Вы ждете, что я скажу, что все не так уж и плохо? – …Наверное, нет, – скривилась Судья. Блу с тревогой указал на частично расплавленный браслет: – И что мы будем с этим делать? У Инка была одна идея. Скорее крайняя мера, о которой он не хотел думать и говорить. «Мне нужно иметь возможность использовать коды, чтобы исцелить Эррора, Найтмера и спасти всех. Этот браслет мешает этому. Если придется, я заставлю кого-нибудь ампутировать мне ногу, чтобы избавиться от него». Его пальцы невольно коснулись двоичных кодов на голени, но голос остался ровным, не выдавая ни капли ужаса от этой мысли. – Я пока не уверен. Придется что-нибудь придумать. Блу, похоже, это совсем не успокоило. Инк чувствовал на себе пристальный взгляд Калора. Он решил проигнорировать его. – Вернемся к теме. Да, я Защитник. Точнее, я Защитник Создания. – Что это значит? – спросил Эдж. И не он один смотрел на Инка, ожидая ответа. – Это значит, что если я не исправлю Мультивселенную, она погибнет, и нам всем крышка. Так что никакого давления! – Инк тихо и натянуто засмеялся. Он заметил, что хотя Дрим и поморщился, но не вздрогнул. – И прежде чем вы спросите: под "исправлением" я имею в виду исцеление Порчи и восстановление миров. Всякое такое. Все словно потеряли дар речи. Инк предположил, что для них стало потрясением узнать, что такое исправление вообще возможно, после того, как они считали Защитника всего лишь легендой. Он сосредоточился на Судье. – Я был заперт в своем мире и не знал… почти ни о чем за его пределами, пока меня не нашел Найтмер. Он спас меня и привел в Мультивселенную. Банда не идеальна, но они не злые. Они – моя семья. Я не позволю причинить им вред или использовать себя, чтобы навредить им. Астеру уже устроили несчастный случай, и теперь он застрял в кодах. – Инк почувствовал, как его глазницы потемнели, а зеленые огоньки, казалось, засветились из самой Бездны. – Так что будет делать Совет, если вы скажете им, что "Арк" – Защитник? Судья не стала обнадеживать его ложными обещаниями. – Это будет лотерея. Большинство не поверит без доказательств. – И надо же было придумать такую странную отмазку, – пробурчал Эдж. – Что опаснее, Судья? – нажал Инк. – Пойти с вами или остаться здесь без вас? – Пойти, – решила Судья. – Там полно Стражей, и Фелл Гастер, скорее всего, уже промыл им мозги. Инк проверил Дрима, чтобы убедиться, что он не страдает от переутомления. – Если они попытаются навредить мне, я буду защищаться. Я не позволю превратить себя в подопытного кролика. – Мы бы никогда… – начал Калор. – Вы – нет, – согласился Инк. – А вот Фелл Гастер – да. Он почувствовал изменения в жизненных показателях Дрима и внимательно осмотрел его. За исключением учащенного биения души и бледности огоньков глаз, его состояние не ухудшилось. – Жаль, что меня это не удивляет, – вздохнул Дрим и, собравшись с духом, поднялся с места. – Кор, Судья и я займемся Советом. Блу, ты останешься здесь? На лице Блу мелькнула тревога. – Дрим, ты и так уже… – Фелл Гастер будет менее склонен к каким-либо действиям, если ты останешься здесь. К тому же негатив Совета не может на меня повлиять. Я его больше не чувствую. – В повисшей напряженной тишине уставший взгляд Дрима медленно встретился с глазами Инка. Его глаза еще больше потускнели от чувства вины. – Я был в "Золотой Руне", но не чувствовал ничего от других пациентов, хотя их негатив должен был на меня давить. Инк, ты был прямо позади меня, в ужасе, а я даже не заметил. – Сейчас ты здесь, – быстро напомнил ему Инк, надеясь остановить его самобичевание. – Ты помог мне в больнице и помогаешь сейчас. Вот что важно. – Он ненадолго замялся. – Дрим, я понимаю, что тебе нужно идти, но Найт… – Я знаю, – перебил Дрим. Его голос был тихим и несчастным, не оставляя Инку никаких сомнений в том, что он имеет в виду. Он судорожно сжал ткань на груди. – Я знаю. Инк не мог найти слов. Дрима затрясло. Непроизвольная дрожь была такой сильной, что все услышали, как он дрожит. – Мой брат еще жив? На лицах большинства присутствующих отразилась неловкость. Дрим напрягся, но было ясно, что это не связано с их эмоциями. Видя отчаяние Дрима, Инк задумался, что он почувствовал от Найтмера, когда тот был Испорчен. Он не хотел обсуждать состояние брата Дрима при всех. И понимал, что Дрим тоже не хотел узнавать о судьбе своего близнеца при всех. – Да. Он жив, но Испорчен, – кратко ответил Инк. – Тогда расскажи мне детали после собрания. – Дрим взглянул на сумку Инка. – И еще кое-что, прежде чем я уйду. У тебя есть пузырек или контейнер? Инк понял, что он имеет в виду, и достал флакон с крышкой в форме солнца, открыв его. Дрим положил на него руку. – Что ты?.. – начал Эдж, но осекся, когда Блу покачал головой. Магия Дрима была тусклой, мерцающей, желто-золотистой. Она напоминала свет, но дрожала и колыхалась, словно пламя на ветру. Инк не был уверен, может ли огонь выглядеть затененным, но магии Дрима это удавалось: сквозь золото проступали темные болезненные оттенки желтого. Там что-то было. Это насторожило зеленую магию Инка. Это не было ощущением неправильности, но и ничего хорошего в этом не было. Примерно так же, как травмы тревожили его, посылая сигнал, похожий на неправильность, пока он их не исцелял. Он закрыл пузырек и положил магию позитива в передний карман сумки. Инк на секунду положил свою руку на руку Дрима и успокаивающе сжал ее: – Спасибо, что сдержал обещание. Он не заметил, что все еще использует зеленую магию, пока не поймал на себе взгляд Дрима. В его глазах читалось отчаяние, словно он хотел попросить Инка не отпускать. Странно, но даже будучи в альтернативных ипостасях, Найтмер и Дрим все равно очень походили друг на друга. Найтмер мог отрицать это сколько угодно, но они все равно были близнецами. – Я помогу ему, – прошептал Инк. Его услышал только Дрим. Напряжение в его плечах слегка ослабло, и он поманил Судью, одновременно обращаясь в пустоту: – Core!Фриск, я понимаю, что это сложно, но, пожалуйста, встретимся там, если ты еще не на месте. Ответа не последовало. Инк старался не волноваться, когда Дрим и Судья ушли. Дверь за ними была заперта, но все знали, что это не остановит злоумышленников. Эдж и Калор начали обсуждать маршрут патруля и дежурства, а Блу слушал, собирая в кучу оставшиеся мебельные чехлы. Underswap!Азгор тоже не оставался в стороне, внимательно наблюдая за тем, как три Стража распределяют смены. Гено сел на диван у ног Инка. Его и без того выцветшая толстовка казалась еще более блеклой из-за пыли, которую он собрал во время уборки. Он вдруг отпрыгнул, словно его ударило током, но Инк махнул ему рукой, чтобы он сел обратно. – Я уже исцелил себя. Ты ничего не загрязнишь. Нога Инка зажила настолько, насколько это было возможно, и он снял бандаж со своей зажившей руки, заменив его пока второй длинной коричневой перчаткой. Черную футболку он наденет после душа. Гено не выглядел убежденным, но принял его ответ. – Наверное, это было не лучшее место для исцеления. – Иногда у нас нет лучших вариантов. – Инк осторожно надел шарф и почувствовал, как змеи уткнулись ему в шею. Еще он почувствовал браслет связи, надежно обмотанный вокруг ткани, но пока не решался его активировать. Одно неверное слово, особенно касательно взрывного браслета… в общем, Инк не питал иллюзий насчет милосердия Банды по отношению к Реду. – Инк? – Калор остановился перед ним. Он старался выглядеть непринужденно, засунув руки в карманы, но Инк заметил скованность в его позе. Это немного напомнило ему манеру Кросса стоять по стойке смирно. – Я хотел извиниться за поспешные выводы. – Ты прощен. Хотя, конечно, немного странно, что ты подумал, будто я мог что-то сделать, будучи обмотанным бинтами и под действием нейтрализаторов магии, – сухо сказал Инк. – Но я понимаю. Я же заложник, значит, по умолчанию злодей. Ой, я хотел сказать "член Банды". Виноват. Даже сам Инк не был уверен, сколько сарказма было в его голосе. Определенно оставалось немного горечи, хотя он действительно простил Калора за его случайное вмешательство (которое помешало Инку быстрее получить помощь и, следовательно, предотвратить поимку Реда). Ладно, возможно, Инк все еще был немного зол. Но все же это была не вина Калора. Калор поежился. – Я исходил из того, что мне сказали. Это была моя ошибка. Я постараюсь ее исправить. Он поднял руку и почесал разбитый край черепа. Инк инстинктивно схватил его за руку, чтобы остановить, как часто делал с Хоррором. Пламя в черепе Калора вспыхнуло от неожиданности, но тут же улеглось, смягчившись. Инк облегченно выдохнул. Все в порядке. Это безопасно. В этот момент змеи высунули головы из шарфа Инка прямо под его подбородком. Калор отпрыгнул назад с испуганным возгласом, а змеи укоризненно посмотрели на него. Блу заметил змей и восторженно ахнул. Эдж, стоявший на посту у окна, старался не отвлекаться, но Инк заметил, как он изо всех сил сдерживает улыбку. – Вот и они! Привет, ребятки! – Гено широко улыбнулся и протянул руки. Змеи с удовольствием обвились вокруг его рук и запястий, но их хвосты по-прежнему крепко держались за шарф Инка. Калор подозрительно посмотрел на змей: – Твои питомцы были там все время? – Не все время, – честно ответил Инк. – Иногда они были с Гено. Инк не стал рассказывать о происхождении змей и не сказал, что они сделаны из его магии. Он вообще не хотел упоминать об очищенной магии Негатива никому, кроме Дрима. Блу подошел ближе, чтобы осмотреть змей, и расслабился. Инк даже не осознавал, что тот был напряжен и почти ничего не говорил, пока это напряжение не спало. Улыбка Блу была гораздо более неуверенной, чем у Гено. – А у них есть имена? В голове Инка тут же промелькнуло воспоминание об уничтожении Эррором одной из змей. Еще он вспомнил о Коллаже, который умер так быстро после получения имени, и почувствовал, как у него защемило в груди. – Пока нет. Я боюсь потерять их. Улыбка Блу дрогнула. Калору снова явно было неловко. – Мы не причиним вреда твоим питомцам. – Это ты не причинишь, – поправил Инк. Ему не нравилось язвить в адрес работодателей Калора чуть ли не в каждой фразе, но он не собирался забывать, что они хотели с ним сделать. Змеи, похоже, заметили его расстройство и отпустили Гено, чтобы обвиться вокруг рук Инка, повернувшись к нему. Их разноцветные глаза серьезно смотрели на него. – Вы заслуживаете имен, поэтому я пока буду называть вас Голд и Циан, – сказал им Инк. Его глазницы защипало. – Когда все закончится, может, придумаем вам другие имена, если захотите. Так что, пожалуйста, не умирайте, хорошо? Лицо Блу помрачнело. Он резко отступил и снова напрягся. – Попробую еще раз позвонить Стретчу. Инк смотрел, как Циан и Голд спокойно обвиваются вокруг его рук и принял решение: – Мне тоже надо позвонить Банде. – Не думаю, что это хорошая идея, – вмешался Калор. – Тут все очень непросто. Инк почувствовал, как его зрачки погасли. – В последний раз они видели меня перед тем, как я попал в больницу с переломами. Пламя Калора как будто потускнело. – Нам все равно нужно быть осторожными. Как они отреагируют, если ты позвонишь и скажешь, что у тебя к ноге пристегнута бомба, или даже если просто успеешь сказать только "я в безопасности" и сбросишь? Инк скривился. – Может, подождешь возвращения Дрима? – уговаривал Калор. – …Ладно, – Инк откинулся на спинку дивана и закрыл глазницы. Он услышал, как Блу подошел ближе. – Что ты делаешь? Ты в порядке? Инк не открывал глазниц, сосредоточившись. – Я пытаюсь понять, кому звонить и как убедить их, что мне не приставили нож к горлу. Они наверняка ожидают худшего: что меня пытали, и любая попытка связаться – это лишь хитрость, чтобы заманить их в ловушку. – …А, ясно. – Блу смущенно посмотрел на наполовину сложенную простыню в своих руках. – Я уверен, что смогу уговорить их на мирный обмен, – уверенно сказал Инк. Он с отвращением взглянул на наручник на своей лодыжке. – Было бы проще, если бы ко мне не была пристегнута взрывчатка. – Я попрошу Стретча заняться этим, как только смогу, – пообещал Блу. «Астер мог бы помочь, если бы не застрял в Пустоте». Напоминание болезненно отдалось в душе Инка, и он схватился за синий кристалл под шарфом. Ему была невыносима мысль, что Астер заперт в одиночестве в Пустоте. (Астер не умер). Астер в сознании? Ему больно? Он ранен? Сможет ли Инк вообще его найти, как только сможет использовать коды? Он же не смог найти Найтмера. Что делает Испорченный, если не следит за Бандой? А вдруг он следит, а они не знают? А что с Эррором? Он в порядке? И как там Дудл-сфера? И… Гено подвинулся к Инку. Инк сразу прижался к нему, как обычно делал с Бандой. Гено, похоже, был не против. Стало почти достаточно места для Блу, и Инк убрал ноги с дивана, освобождая еще немного. Наручник надавил на лодыжку, вызвав легкое жжение, и он поморщился. Угроза взрыва была не единственной проблемой. Если не снять браслет и не обработать рану, металл может вызвать заражение. «Я не хочу лишиться ноги». Блу не сразу сел на свободное место. Он двигался аккуратно. Не так, будто ему больно, а чтобы не напугать Инка. Их прошлая встреча была… напряженной, но Инк понимал, что Блу не хочет ему навредить. – Тебе стоит узнать, не слышала ли Доктор Ториэль чего-нибудь о твоем брате, – предложил Инк. – Скорее всего, он не пострадал, но всех должны были проверить в больницах. У них же есть списки, чтобы узнать, кто где находится, верно? – Верно, – подтвердил Блу, хотя было ясно, что он рассеян. Азгор бросил на него обеспокоенный взгляд, но тот не обратил внимания. – Как я и сказал, Стретч поможет. А если мы не сможем связаться с ним, есть еще пара Ученых, которым я доверяю. Уверен, они снимут с тебя этот нейтрализатор. Инк продолжал сжимать синий хрустальный кулон. Циан и Голд обвились вокруг его руки. – Надеюсь, что так.

***

– Давай я возьму на себя инициативу, – предложила Судья, когда они вошли в здание Совета. – Меньше шансов, что они сочтут меня предвзятой. Дрим согласно кивнул и старался держаться прямо, шагая рядом с ней. Вокруг было гораздо больше Стражей, чем он помнил. Они пристально смотрели на него, но не останавливали его и не пытались заговорить. Они могли испытывать что угодно при виде Хранителя: от радости до отвращения и слепой ярости. Дрим не мог этого знать. К моменту прибытия Дрима и Судьи заседание Совета уже шло полным ходом. Сначала их заметили только Core!Фриск и Смотрительница Ториэль. Остальные были слишком заняты тем, что перебивали друг друга. Джи скривился от отвращения, а Император Меттатон презрительно ухмылялся. Доктор Фелл Гастер вообще кипел от злости, о чем свидетельствовали его пылающие красные глаза. – Дрим, Судья, вот и вы. Смотрительница Ториэль встала со своего места и подошла к Дриму. Она дружелюбно положила руку ему на плечо, но ее тепло не смогло изгнать холод из его костей. Он все равно оценил ее старания. Ему пригодится любая поддержка. Негативные эмоции Совета не могли повредить Дриму, потому что он их не чувствовал, но это также означало, что он шел на это заседание вслепую. Учитывая, какой, вероятно, будет их реакция на его слова, он не мог найти в себе сил жаловаться. Дрим сел возле двери. Он знал, что выглядит слабым. Он и был слабым. Но это не означало, что он отступит. – Я бы спросил, что сказал Доктор Фелл, но, честно говоря, не хочу слышать. Глаза Доктора Фелл Гастера вспыхнули. – Прошу прощения?.. Дрим перебил его: – Давайте сразу к делу: настоящее имя Арка – Инк. Он Целитель. А также Защитник. Было странно видеть такое потрясение на их лицах и ничего не чувствовать. Даже боль Core!Фриска не задела его. – Это шутка, да? – Император Меттатон ухмыльнулся. – Не знал, что ты увлекаешься легендами, Дрим. – Он не шутит, – поддержала Дрима Судья. Она скрестила руки на груди и откинулась на спинку кресла, молча бросая вызов любому, кто рискнет сказать, что она шутит. Core!Фриск поднял голову и просто кивнул. Самоуверенность Императора Меттатона пошатнулась. – Защитник – это миф. – Нет, – тихо сказал Core!Фриск. – Просто я его не нашел. – Его нашел Найтмер. – Забытый Ученый Goner!Альфис уставилась через всю комнату на Кора, пряча взгляд за стеклами очков. – Вы говорите, что Защитник на стороне врага. Значит, все кончено? – Нет. Инк охотно помог бы нам, если бы мы перестали обращаться с ним как с врагом, – резко сказал Дрим. – И прежде чем вы попытаетесь обвинить его в недобрых намерениях: он четырнадцать часов исцелял раненых с Небоскреба, – добавила Судья. Она сузила глаз, глядя прямо на Фелла Гастера. – Ты хотел подобраться к Инку втайне от нас. Астер пытался ему помочь. А потом его кабинет взлетел на воздух. Какое совпадение. На лице Фелла Гастера вспыхнула ярость. – Что ты хочешь этим сказать? – Ничего конкретного, – ответила Судья. – Но всем известно, что взрыв не был случайностью. Кто-то хотел избавиться от Астера. – Как Арк… то есть Инк попал в Омега-таймлайн? – Смотрительница Ториэль обратилась ко всем, но смотрела на Кора в ожидании ответа. – Он был… ранен, – уклончиво ответил Core!Фриск. Было тяжело видеть неуверенность Кора. Но не физически больно. Больше нет. Дрим был слишком оцепеневшим. Воспользовавшись заминкой, Доктор Фелл Гастер вновь вмешался в разговор: – Его едва не убили. Это сделал Найтмер. – Холодные красные огоньки глаз впились в Дрима. – В больнице есть фотографии в качестве доказательства, если хотите взглянуть. Дрим уже знал, что сделал его Испорченный брат, но все равно дернулся. – Найтмера поглотила Порча. – Кто сказал? – спросил Император Меттатон. – Банда? Или жертва самого Найтмера? Дрим снова невольно вздрогнул. На лице Смотрительницы Ториэль ясно читалась озабоченность, но Дрим ничего не почувствовал в ее ауре. – Что нам известно о том, как Инк жил с Бандой? – Есть пара намеков на то, что ему угрожали, – прямо сказала Судья. – Однако… – Эдж намекнул, что именно Киллер перерезал Арку горло, – снова вмешался Доктор Фелл Гастер. Его глаза не переставали светиться подавляемой магией. Судья даже не взглянула в его сторону. Она оставалась бесстрастной и рассудительной, как и подобает представительнице ее Роли. – Это не подтверждено. И честно говоря, я сомневаюсь, что это был Киллер. Инк положительно относится к Банде и, похоже, боится только Испорченного. Но это не значит, что с нами ему безопаснее. Фелл Альфис повела себя как последняя дрянь и надела на него блокиратор кодов со взрывчаткой. Она уже использовала его, чтобы ранить Инка. Ему пришлось вытаскивать осколки из ноги. – Она оскалила зубы. – Хотите, я принесу вам осколки в качестве "доказательств"? Смотрительница Ториэль ударила кулаком по подлокотнику своего кресла, отчего он треснул, а узоры на рукавах ее фэнтезийного платья засветились огненно-оранжевым. – Неужели мы пали так низко, что готовы угрожать увечьями? – Я не отдавал Фелл Альфис таких приказов, – спокойно заявил Фелл Гастер. – Но она это сделала, – парировала Судья. – Так когда ты соберешь Стражей и арестуешь ее, как пытался схватить Инка, а? В результате Совет снова перешел к перебранке. Судья удовлетворенно откинулась на спинку кресла, а Доктор Фелл бросил на нее злобный взгляд, раздраженный тем, что его смена тактики провалилась. Было странно находиться в окружении столь бурных эмоций без каких-либо последствий. Дрим не мог их чувствовать, но, безусловно, видел. Император Меттатон по-прежнему не был уверен в реальности Защитника. Goner!Альфис разделяла его сомнения. Смотрительница Ториэль была возмущена тем, как обошлись с Инком. Король Азгор молча наблюдал за происходящим и держал свое мнение при себе. – Если Инк – Защитник, мы не можем отдать его Банде. Найтмер уже однажды чуть не убил его, – сказал Джи, перекрывая общий шум. – Испорченный, – поправила Судья, и Джи кивнул в знак согласия. – Мы не можем его отпустить, – согласилась с Джи Goner!Альфис. – Банда Найтмера все равно убьет Реда. – Я не верю в это, – возразил Дрим. – Они хотят, чтобы Инк был в безопасности. – Или они хотят вернуть свою собственность, – холодно заметил Император Меттатон. – Допустим, Арк действительно Защитник. Неужели мы хотим вернуть его Банде убийц? Дрим был на достаточном количестве совещаний, чтобы понимать, что скоро "дискуссия" уйдет в сторону и начнет крутиться вокруг да около, затягивая принятие каких-либо полезных решений. После стольких лет подобных споров терпение Дрима лопнуло. Он с силой ударил руками по подлокотникам кресла и поднялся на ноги, его слабость и истощение на мгновение отступили под натиском гнева. – Я здесь не для того, чтобы спорить, можно ли доверить Инка Банде Найтмера, – воскликнул Дрим. – Проблема в том, что с нами ему небезопасно. Инк может быть либо полезным для Омега-таймлайна, либо заложником. Нельзя усидеть на двух стульях сразу. – В груди Дрима вспыхнула маленькая искра, отважно сдерживая холод, и его лицо стало каменным. – И если вы решите, что он ваш враг, я присоединюсь к нему. Несколько членов Совета вздрогнули, ошеломленные его громкостью. Они были настолько удивлены, что потребовалась лишняя минута, прежде чем до них дошел смысл его ультиматума. Император Меттатон опешил. Смотрительница Ториэль выглядела опечаленной, но смирившейся. У Goner!Альфис исчезла и без того скудная серая окраска. Core!Фриск не поднимал головы. Король Азгор из Пацифистского Афтертейла поерзал в кресле и ударил рукоятью трезубца о каменный пол. Несколько членов Совета подскочили, включая Дрима. – Ради Мультивселенной мы должны исходить из того, что Инк, член Банды Найтмера, ранее известный как "Арк", является Защитником, способным восстанавливать поврежденные коды и миры, – сурово начал Король Азгор. – Вместо того чтобы спорить, как дети, давайте проведем голосование. Ведем ли мы переговоры с Бандой и предлагаем ли обмен Инка на Реда? Или продолжаем держать Защитника в плену? И не позорьте нас всех, притворяясь, что он никакой не заложник. – Я и не спорю, – сухо заметил Джи. Его пронзительный взгляд не отрывался от Доктора Фелла. – Защитник остается у нас, – немедленно заявил Доктор Фелл Гастер. – Враг не должен получить его снова. Смотрительница Ториэль еле сдержалась, чтобы не сверлить его гневным взглядом. – На кону жизнь твоего ребенка. Выражение лица Доктора Фелла оставалось холодным и отстраненным. – Я знаю. Но я способен смотреть на вещи шире. Это явно противоречило его действиям в больнице, заставив Дрима усомниться в том, что Доктор Фелл действовал так необдуманно из-за похищения сына. Теперь, глядя на его холодное безразличие, Дрим понял, что Доктору Феллу, возможно, вовсе не важно возвращение Реда. Ему важнее было удержать Защитника в своих руках. Смотрительница Ториэль скрестила руки на груди, демонстрируя самообладание. – Я считаю, что переговоры возможны. – Мы не можем доверять Банде, – настаивала Goner!Альфис. – Они нарушат слово, убьют Реда и прикончат любого, кто встанет у них на пути. – Зная их, они убьют Защитника по приказу Найтмера, – презрительно добавил Император Меттатон. Дрим с трудом сдержал протест. Он понимал, что это никого не переубедит. Напротив, это лишь укрепит позицию Императора Меттатона, который снова сочтет, что Дрим оправдывает своего брата. Его пальцы судорожно вцепились в желтую ткань плаща. – Вы знаете мой голос. – Я поддерживаю Дрима, – объявила Судья. – И я тоже, – Король Азгор тепло улыбнулся Дриму, хотя между его бровями залегла напряженная складка. – Давайте попытаемся найти мирное решение. Джи тяжело вздохнул и наклонился вперед, бессильно опустив руки на колени. – У меня недостаточно оснований считать это возможным. Если бы Арк был просто Целителем, я бы еще подумал. Но если он Защитник, как мы можем вернуть его тем, кто изначально разрушил Мультивселенную? Дрим выдержал его взгляд: – Если бы ты действительно хотел спасти Мультивселенную, ты бы отпустил Инка. Он не сможет ничего исправить, находясь в заточении. – Он не сможет ничего исправить, если его убьет его Босс, – возразил Джи. – Испорченный Найтмер может напасть на него, как только он покинет Омега-таймлайн. Здесь ему будет безопаснее всего. Джи пытался казаться нейтральным, но Дрим видел, что он не рад своему решению. Он тоже переживал за Реда. И было очевидно, что он не верил в то, что Реду удастся выжить. Дрим мысленно подсчитал голоса, и его душа словно налилась холодной свинцовой тяжестью. Голоса разделились поровну. Остался последний голос. – Core!Фриск? – мягко подтолкнула Смотрительница Ториэль. Взгляд Кора резко сфокусировался на ее лице. Буквально. По его телу пробежало мерцание, а когда оно рассеялось, он повернулся и уставился на Смотрительницу Ториэль огромными глазами. Он словно окаменел. Он так долго не осознавал своей неосведомленности, но теперь видел все слепые зоны, которых раньше не замечал. И вот теперь от него ждали такого решения. Дрим знал, как он проголосует, и не это заставляло его жалеть, что тот остался последними. Голос Core!Фриска был решающим. И в случае чего именно на него ляжет вся ответственность за последствия принятого решения. Дрим понимал его страх и неуверенность. Страшно, когда у тебя отнимают то, что ты всегда считал само собой разумеющимся, когда мир вокруг словно меркнет, и тени сгущаются. Core!Фриск больше не мог полагаться на свои знания. Точно так же, как Дрим теперь почти не чувствовал эмоций большинства окружающих. Это должно было ужасать его в большей степени. Но он просто устал. Так устал. Но он не мог сдаться. Он должен был продолжать бороться, как только мог. Ради Блу, ради Инка, ради всех. Core!Фриск вцепился маленькими ручками в свой серый свитер и опустил голову. – Давайте договоримся. Банда напала без Найтмера, так что, скорее всего, они действуют сами по себе, без его… Доктор Фелл вскочил с кресла с такой силой, что оно заскрипело. Его магия вспыхнула вокруг него зловещим красным огнем, и кресло сломалось еще сильнее. Если бы оно не было закреплено, его бы отбросило. – Я не могу этого принять! – прогремел он. Кор не поднял головы. Дрим увидел слезы на его щеках. – Насилие порождает лишь еще больше насилия. Мы должны попробовать что-то другое. Уважай это. И оставь Инка в покое. Глаза Доктора Фелла вспыхнули, и Дрим напрягся, готовый отразить новую вспышку магии. Но Доктор Фелл сдержался, хотя и смотрел холодно. Не на Core!Фриска, а на Дрима. – Никакого мира не будет. Твоя наивность приведет только к новым жертвам. Ты обрекаешь нас всех на гибель. С этими словами он вылетел из зала заседаний.

***

– Надо признать, ты прямо осчастливила босса, – протянул Стретч. – Это был сарказм, если что. Даже со скрывающими глаза очками взгляд Фелл Альфис был просто ядовитым. Если бы взгляды убивали, Стретч давно бы отправился на тот свет. Но он был не из тех, кто пугается хмурого взгляда, даже если видел, как по отягощенной Уровнем Резни спине Фелл Альфис ползут грехи. От этого его кости словно покрывались муравьями. Уединенные коридоры лаборатории были такими же жуткими, но Стретч привык иметь дело с жуткими вещами. Вокруг было так много белого. Стены, пол, даже часть оборудования. Стретч понимал, что это часть здешней эстетики, но никак не мог оценить это стерильное, безжалостное отсутствие цветов. Находиться здесь, зная, что происходило в этих стенах, было крайне неприятно, но он сделает то, что должен. Фелл Альфис презрительно скривила губы. – Удивительно, что ты не злишься. Разве Астер не был твоим напарником по лаборатории? Стретч засунул руки в карман толстовки и лениво пожал плечами. Карман был достаточно свободным, чтобы никто не заметил, как он сжимает кулаки, сдерживая гнев. – Эх, ты же меня знаешь. Меня волнует только мой брат. – Твой брат становится проблемой, – огрызнулась Фелл Альфис. Стретч зевнул. – У Блу добрые намерения. Как и у всех нас, верно? Фелл Альфис оставалась подозрительной. Стретч сохранял невозмутимость. Он знал, что делает, и не собирался все испортить в последний момент. Путь до лаборатории для Стретча больше напоминал неспешную прогулку. Он не торопился и осматривал окрестности. Он еще не до конца освоился в этом месте. Там боковой коридор. Вот дверь, ведущая в другую лабораторию. А здесь потенциальный запасной выход… Фелл Альфис вышагивала рядом, излучая смесь беспокойства и досады. Стретч сохранял видимость скучающего безразличия, когда они вошли в главную лабораторию. Лучше было не думать об окружающем оборудовании, смотровом столе, фиксаторах и их предназначении. Доктор Фелл Гастер не отрывал взгляда от большого экрана. Трансляция с камеры в Омега-таймлайне ярко освещала его резкие черты лица, но в то же время подчеркивала на них противоречивые тени, делая его лицо еще более суровым. – О, ты здесь, – небрежно поприветствовал Стретч. – А где… Доктор Фелл резко повернулся к ним, его глаза вспыхнули гневом. Но гнев был направлен не на Стретча, а на Фелл Альфис. Удивительно, что она даже не дрогнула. – О чем ты думала? – Мы не можем позволить Защитнику уйти, – бесстрастно и монотонно ответила Фелл Альфис. – Ты использовала устройство при свидетелях, – огрызнулся Доктор Фелл Гастер. – Теперь внимание Совета приковано к нам, и Судья намерена арестовать нас обоих. – Как будто твоя попытка ареста была изящнее, – ледяным тоном парировала Фелл Альфис. Глаза Доктора Фелла вспыхнули. – Эй, давайте без драк, – протянул Стретч без особого энтузиазма. Если они начнут драться, он только порадуется. – Мы все понимаем, что ты хотела "отомстить" за Андайн, Фелл Альфис. Это было самое близкое к язвительному замечанию, что Стретч осмелился озвучить. Ему действительно повезло, что Фелл Альфис не могла убить одним лишь взглядом. Она явно была готова перейти от угроз к действиям, сделав шаг в сторону Стретча и одарив его взглядом, полным гораздо большей злобы, чем он когда-либо видел у своей Альфис. Но Стретч зашел слишком далеко, чтобы отступать, и ответил на ее вызов ленивой улыбкой. – Оставь его, Альфис. Голос принадлежал Гастеру, но не Феллу. Услышав его, Стретчу стало немного труднее не дернуться или не вспотеть. Он даже не заметил присутствия второго Гастера. Он должен был привыкнуть к его внезапным появлениям, но это все равно каждый раз вызывало озноб. Х!Гастер проигнорировал их, подойдя к экрану наблюдения. Его длинный плащ слегка колыхнулся, когда он остановился, твердо расставив ноги и плавно сложив руки за спиной. Его поза напоминала Стретчу скорее Стража или солдата, чем Ученого. В основном это выражалось в постановке ног и обманчиво непринужденном положении рук. Вокруг него парили другие руки, печатающие на планшетах или мерцающие магией, но Стретч не ощущал от него угрозы, в отличие от Фелл Альфис. Хотя, учитывая, кем был Х!Гастер и на что он был способен, он не мог быть в этом уверенным. – Ты нарушила приказ, Фелл Альфис, – тихо сказал Х!Гастер. – Твоей задачей было всего лишь установить нейтрализатор на Защитника Инка. – Взрывчатка будет использована только для того, чтобы вывести Защитника из строя, если он попытается покинуть Омега-таймлайн, – сухо парировала Фелл Альфис. – И никто из тех, кого они позовут на помощь, не сможет его снять. Он взорвется, если они попытаются. Парящие руки Х!Гастера не прекращали работу. Его физические руки подергивались. – В этом не было необходимости. Как и во взрыве в Небоскребе. Из-за вас двоих к Инку в Омега-таймлайне привлечено слишком много внимания, чтобы мы могли вытащить его оттуда незаметно. И Core!Фриск теперь знает о своих слепых зонах. Мы потеряли преимущество из-за вашей импульсивности. – Холодный взгляд Х!Гастера скользнул от Фелл Альфис к Фелл Гастеру, и его глазницы сузились. – К счастью, у тебя было правдоподобное оправдание. Стретч видел, каких усилий стоило Доктору Фелл Гастеру не зарычать. Если Х!Гастер и заметил его гнев, то не придал ему значения. – Трекер все еще внутри нейтрализатора? – Получив кивок от Фелл Альфис, Х!Гастер снова повернулся к экрану. – Измени код так, чтобы взрывчатка срабатывала только при ручном запуске. Напоминаю, что Инк нужен нам живым. – Омега-таймлайн пытается обменять Реда на Защитника, – взорвался Доктор Фелл Гастер. – Мы его потеряем! Стретч в некотором роде надеялся, что Фелл Гастер действовал так опрометчиво из-за похищения его сына. Но эта слабая надежда умерла, когда он услышал эти слова. Как бы ему ни хотелось думать иначе, было ясно, что "он", которого боялся потерять Фелл Гастер, это не Ред. Икс-Гастер, в отличие от своего двойника, был до жути спокоен. – Не потеряем. Семена, которые я посеял так давно, наконец проросли. Неважно, где будет Инк – в Омега-таймлайне или у Банды Найтмера. Мы сможем вернуть его в любом случае. Просто нужно сделать так, чтобы его пропажу заметили как можно позже, чтобы у нас было достаточно времени. Стретч подозревал нечто подобное, но это было не то, что он хотел услышать. Он не позволил себе никакой реакции, даже когда холодные фиолетовые огоньки глаз Х!Гастера устремились на него. – Это не будет иметь значения, даже если его переправят в Андерсвап. Верно? Когда Стретч впервые узнал, что Доктор Фелл Гастер что-то замышляет, он никак не ожидал, что столкнется лицом к лицу с самим печально известным Перезаписчиком. Он мог бы поздравить себя с удачно проведенной махинацией, постепенно проникая в секретные проекты Доктора Фелла, если бы не то, как сильно его беспокоил настоящий босс. Стретч мог справиться с Доктором Фелл Гастером и Фелл Альфис. Он не был уверен, что справится с Х!Гастером. Стретч кивнул, старательно изображая скуку. – Ага, я знаю свою роль. Хотите, чтобы я вернулся к брату и осмотрелся там? К его облегчению, Х!Гастер покачал головой. – В этом нет необходимости. У нас уже достаточно средств наблюдения. Оставайся с Фелл Альфис. Мы с Фелл Гастером вернемся, пока нас не хватились. Стретч знал, что Х!Гастер находится в Омега-таймлайне. И знал, что Х!Гастер принимает там другой облик. «Кем же ты притворяешься?» Телефон Стретча завибрировал. Он не подпрыгнул и не вздрогнул. Он небрежно (подчеркнуто небрежно, лениво и в соответствии с другими проявлениями беспечности, которых от него ожидали) достал телефон из кармана и проверил его. Очередной пропущенный звонок от Блу. Большинство звонков были от Блу. Но один был спам-звонком. Он никогда не думал, что будет рад увидеть спам. Это дало ему возможность сказать правду. – Кто бы мог подумать, что здесь ловит межвселенский спам. Хех. Другие Ученые проигнорировали его. Они не были любителями шуток. И хорошо, потому что Стретч не был уверен, что сможет продолжать шутить. Особенно если они доберутся до своей цели. Поставив телефон на беззвучный режим, Стретч мысленно извинился перед Блу: «Прости, что заставляю тебя волноваться, бро. Ты слишком меня вдохновил. Я слишком усердно работал, и теперь пытаюсь спасти Мультивселенную. Надеюсь скоро тебя увидеть…» Его взгляд метнулся от панорамы дома Дрима к стерильному лабораторному оборудованию и обратно. «…И надеюсь, что не увижу Инка».

***

01010011 01000011 01000001 01001110 01001110 01001001 01001110 01000111 00101110 00101110 00101110 00001010 01010011 01000011 01000001 01001110 01001110 01001001 01001110 01000111 00101110 00101110 00101110 00001010 01010000 01010010 01001111 01010100 01000101 01000011 01010100 01001111 01010010 00100000 01000100 01000001 01010100 01000001 00100000 01001110 01001111 01010100 00100000 01000110 01001111 01010101 01001110 01000100 00001010 01010011 01000011 01000001 01001110 00100000 01000001 01000111 01000001 01001001 01001110 00111111 00001010 Дудл-сфера была. Дудл-сферы раньше не было, но теперь она была. Она появилась, она присутствовала, она была реальна. Она существовала. Дудл-сфера не должна была существовать в таком виде. Она не знала, когда перешла от неведения к осознанию, но это произошло. Дудл-сфера сформировалась, она существовала, она не осознавала себя, а потом вдруг осознала. Дудл-сфера существовала, но знала, что ее существование не должно быть таким. О ней должен был кто-то заботиться. У нее должен был быть Защитник. Дудл-сфера слышала Их. Она всегда слышала Их. Они всегда были рядом (пока не исчезли). Они (Создатели, Скрывающиеся, Художники, Читатели, Голоса, Те, Кто Беспомощно Наблюдал За Медленной Гибелью Этой Мультивселенной). Они творили, наблюдали, рисовали и прятались (но не могли ничего исправить или спасти). Они вкладывали в Мультивселенную и Дудл-сферу свои сердца, идеи, истории и души, заполняя небо ведрами и листами бумаги, а ее пустоту – радугами красок. Иногда Они говорили о Защитнике и гадали, где он. Его отсутствие беспокоило Их. В этой Мультивселенной был баланс. Не во всех Мультивселенных был баланс, но в этой был. Эта Мультивселенная была разбалансирована и глючила. Порча появлялась повсюду, Негатив преобладал над Позитивом, а Разрушение не прекращало разрушать. Дудл-сфера не могла творить или исправлять. Она ждала Защитника, который взял бы на себя эту роль. Поэтому она наблюдала и училась. Со временем она увидела много насилия. Она видела, как миры умирают, умирают, умирают и умирают. Она поняла, что убийство решает проблемы и создает новые, но чаще всего оно навсегда устраняет угрозы. Не имея Защитника, способного ее оберегать, Дудл-сфера училась. Она готовилась. Она защищала себя. Если кто-либо приближался к ней или ее кодам, или даже помышлял об этом, Дудл-сфера прекращала их существование. Ее не волновали их Роль, намерения или сила. Они не были Защитниками, но все равно лезли куда не надо. Поэтому Дудл-сфера убивала их. Просто. Убить можно по-разному. Например, зарезать, застрелить или поджечь. Но Дудл-сфера не прибегала к таким грязным методам. Она просто прекращала их существование. Они даже не успевали почувствовать боль. Кучка пыли или брызги крови, оставшиеся после них, зачастую оставались незамеченными. Дудл-сфере не приходилось убивать часто, поскольку о ее существовании мало кто подозревал, но она была начеку. Все рушилось. Дудл-сфера рушилась. Никого нельзя было впускать, кроме Защитника. Те, Кто Наблюдал, узнали о действиях Дудл-сферы. Они запаниковали и заметались в ужасе от того, что Дудл-сфера "убивает". Они что-то сделали. Возможно, Они пытались лишить того, кто известен как Core!Фриск, смутного знания о "ядре Мультивселенной". Но, как обычно бывает в такой нестабильной Мультивселенной, Они сломали больше, чем хотели, и Их вездесущая игрушка перестала быть такой всевидящей и вездесущей. Дудл-сфере было все равно. Рано или поздно Core!Фриск все равно бы ослеп. У него уже появлялись слепые зоны (особенно заметные в 1.12.20.5.18.14.1.20.5.0.21.14.9.22.5.18.19.5.0.24.20.1.12.5). Их вмешательство лишь ускорило этот процесс. Опять же Дудл-сфере было все равно. Core!Фриск не знал о ее существовании и не пытался ее найти, чтобы выжить. Дудл-сфера пыталась поддерживать стабильность. Она видела, как Те, Кто Наблюдает создавали множество позитивных Альтернативных Вселенных, чтобы усилить Хранителя Позитива, единственного, кто выполнял роль Хранителя (и защитника, но не Защитника). Эти миры формировались со сбоями. Дудл-сфера пыталась все наладить, но она не была Защитником. Она не умела исправлять. Поэтому Дудл-сфера перестала пытаться. Те, Кто Наблюдал, замолчали. Сегодня Они творили. А завтра уже нет. Даже Они не могли творить, когда все было настолько разрушено. Ведра потрескались и протекали. Листы бумаги истерлись и обтрепались. Дудл-сфера становилась все более заброшенной и обветшалой. Краска выливалась и превращалась в мутный коричневый океан, стекавший с осыпающихся островов. И только небо как-то оставалось прекрасным, золотисто-желтым. Со временем Они оказались полностью отрезаны от Мультивселенной, когда Эррор, последняя сущность, которую они могли умолять найти Защитника, был потерян для Них и поглощен Прочей. Они исчезли. Дудл-сфера начала погружаться в спячку, чтобы сохранить себя. Дудл-сфера продолжала ждать. И ждать. И ждать. И ждать. Пока однажды… ожидание не закончилось. Дудл-сфера почувствовала его. И Дудл-сфера зашевелилась. Она не могла проснуться до конца, но она поняла. Он здесь. Защитник наконец появился в Мультивселенной. Защитник, ее Защитник, был здесь! Дудл-сфера с нетерпением смотрела на своего Защитника. Если бы она могла, то светилась бы от счастья. Но она была в таком состоянии, что не могла этого делать. Защитник, как и ожидалось, был Сансом. Защитник, как и ожидалось, был Инком. У Защитника была душа. Неожиданно, но Дудл-сфера полагала, что сможет исправить хотя бы это. Защитник был таким… маленьким. Дудл-сфера не ожидала кого-то такого же большого, как она сама, но Защитник действительно был очень мал. Она очень старалась наблюдать за ним, хотя это было непросто из-за мерзких теней Порчи, которые были рядом. Но ничего страшного. Главное, что Защитник здесь. Скоро он найдет Дудл-сферу, и все будет в порядке. … … … …Почему Защитник не ищет Дудл-сферу? Почему его Роль дала сбой? Дудл-сфера наблюдала, как могла, пытаясь понять причину. Все прояснилось, когда Защитник покинул тени 1.12.20.5.18.14.1.20.5.0.21.14.9.22.5.18.19.5.0.14.9.7.8.20.13. 1.18.5.19.0.3.1.19.20.12.5 и направился в 1.12.20.5.18.14.1.20.5.0.21.14.9.22.5.18.19.5.0.1.6.20.5.18.20.1.12.5.0.14.5.21.20.18.1.12. Защитник не знал, что он Защитник. Защитник не нашел Дудл-сферу, потому что у него все еще была душа. Дудл-сфера могла это исправить. [̷П̷О̷П̷Ы̷Т̷К̷А̷ ̷У̷С̷Т̷А̷Н̷О̷В̷К̷И̷ ̷П̷А̷Т̷Ч̷А̷]̷ Почему команда дала сбой? Дудл-сфера привыкла к тому, что ее команды не всегда работают, поэтому она подождала, пройдет ли эта. [̷П̷А̷Т̷Ч̷ ̷М̷У̷Л̷Ь̷Т̷И̷В̷С̷Е̷Л̷Е̷Н̷Н̷О̷Й̷ ̷Н̷Е̷ ̷У̷Д̷А̷Л̷С̷Я̷]̷ Не удалось? Дудл-сфера не понимала. Она тщательно проанализировала свои данные, прежде чем снова запустить команду. Это стало немного сложнее, так как Защитник вернулся в 1.12.20.5.18.14.1.20.5.0.21.14.9.22.5.18.19.5.0.14.9.7.8.20.13.1.18.5.19.0.3.1.19.20.12.5, но это было необходимо. Инк должен лишиться своей души и стать Защитником, в котором нуждалась Дудл-сфера, как и другие Инки. На этот раз Дудл-сфера добавила больше деталей, чтобы попытаться исправить Роль Защитника. [̷П̷О̷П̷Ы̷Т̷К̷А̷ ̷У̷С̷Т̷А̷Н̷О̷В̷К̷И̷ ̷П̷А̷Т̷Ч̷А̷]̷ Р̷О̷Л̷Ь̷ З̷А̷Щ̷И̷Т̷Н̷И̷К̷, ̷С̷О̷З̷Д̷А̷Т̷Е̷Л̷Ь̷ Роль все еще глючила, показывая "Защитник, Создатель", а не "Защитник Создания". Это никуда не годилось. От недовольства ошибкой Дудл-сферу отвлек крик. Защитник кричал. Ему… больно? Ну да, как и ожидалось, ведь уничтожение души – это больно, но Защитник кричал. Он звал на помощь. С чего вдруг ему звать на помощь? Зов о помощи означал, что в Мультивселенной творится что-то нехорошее, боль и грусть. А вдруг это приведет к чему-то хорошему, как бывало, когда Фриск дрался с Омега Флауи? Похоже, не в этот раз. Защитник все еще звал на помощь. Ему было больно. Дудл-сфера не понимала… В коды проскользнуло новое присутствие. Дудл-сфера так обрадовалась, увидев еще одного Инка-Защитника, что впустила его. Наверняка другой Инк поможет Дудл-сфере починить коды ее Инка… [Д̷О̷С̷Т̷У̷П̷ ̷П̷Р̷Е̷Д̷О̷С̷Т̷А̷В̷Л̷Е̷Н̷.̷ ̷В̷Х̷О̷Д̷Я̷Щ̷И̷Й̷ ̷I̷D̷ ̷1̷6̷.̷1̷8̷.̷1̷5̷.̷2̷0̷.̷5̷.̷3̷.̷2̷0̷.̷1̷5̷.̷1̷8̷ ̷9̷.̷1̷4̷.̷1̷1̷ ̷3̷.̷1̷5̷.̷1̷3̷.̷2̷5̷.̷5̷.̷2̷0̷]̷ ̷[К̷О̷Д̷ ̷С̷Т̷Е̷Н̷О̷Г̷Р̷А̷Ф̷И̷И̷:̷ ̷О̷Б̷Н̷А̷Р̷У̷Ж̷Е̷Н̷ ̷Д̷О̷Б̷А̷В̷О̷Ч̷Н̷Ы̷Й̷ ̷I̷D̷ ̷1̷6̷.̷1̷8̷.̷9̷.̷1̷9̷.̷1̷3̷]̷ [̷О̷Т̷М̷Е̷Н̷А̷ ̷П̷О̷Д̷Т̷В̷Е̷Р̷Ж̷Д̷Е̷Н̷А̷]̷ Роль: ̷З̷а̷щ̷и̷т̷н̷и̷к̷,̷ ̷С̷о̷з̷д̷а̷т̷е̷л̷ь̷.̷ Медик/Целитель [̷П̷А̷Т̷Ч̷ ̷М̷У̷Л̷Ь̷Т̷И̷В̷С̷Е̷Л̷Е̷Н̷Н̷О̷Й̷ ̷Н̷Е̷ ̷У̷Д̷А̷Л̷С̷Я̷]̷ ̷[̷У̷С̷Т̷А̷Н̷О̷В̷К̷А̷ ̷Н̷Е̷ ̷З̷А̷В̷Е̷Р̷Ш̷Е̷Н̷А̷]̷ Другой Инк-Защитник остановил Дудл-сферу. Он вмешался и заблокировал патч Мультивселенной, который должен был уничтожить душу этого Инка. Инк-Защитник Дудл-сферы потерял сознание. Он очнулся прежде, чем Дудл-сфера успела забеспокоиться, но ему все равно было больно. Дудл-сфера сделала ему больно. Дудл-сфера не понимала. Она же хотела как лучше. Но вышло плохо. Дудл-сфера смотрела, как Защитник вздрагивает, молча хватаясь за грудь, и поняла, что была не права. Она слишком поторопилась и чуть не потеряла своего Защитника. Дудл-сфере нужно было все переосмыслить. Ей нужно было узнать больше. Поэтому она отступила и стала наблюдать. Инк-Защитник был таким маленьким. И нежным. И совсем еще новичком, в отличие от Дудл-сферы. Он многого не знал. Он не знал, как творение Перезаписчика отреагирует на его умение работать с кодами, поэтому Дудл-сфера предупредила его. Дудл-сфера убеждала его молчать, ведь творение Перезаписчика убьет его. Перезаписчик из 1.12.20.5.18.14.1.20.5.0.21.14.9.22.5.18.19.5.0.24.20.1.12.5 был очень-очень мерзким лже-Создателем, оставившим частицу себя в своем творении. Дудл-сфера наблюдала. И ждала. И училась. Инк-Защитник был мал и неопытен, но упрям. Он отказывался причинять вред, даже когда Хранитель Негатива пытался его заставить. Дудл-сфера видела слишком много насилия и смерти в своей разрушенной Мультивселенной, и Инк-Защитник не желал умножать это насилие, смерть и разруху. Инк-Защитник решил стать Целителем. Дудл-сфера была в восторге. Логично, что Защитник откажется причинять вред и предпочтет исцеление и восстановление. Он оставался верен своему пацифизму, даже когда Хранитель Негатива, Найтмер, и Санс из 1.12.20.5.18.14.1.20.5.0.21.14.9.22.5.18.19.5./.20.9.13.5.12.9.14.5.0.19.15.13.5.20.8.9.14.7.0.14.5.23 пытались его запугать и контролировать. Это заставило Дудл-сферу задуматься. Дудл-сфера не хотела пугать или контролировать Инка. Она хотела помогать своему Защитнику, а не усложнять его задачу. Раньше Дудл-сфера об этом не задумывалась, но именно это ей и следовало делать. Дудл-сфере нужно было защитить себя и своего Защитника. Другой Инк-Защитник, по имени Призма, был заинтересован в безопасности Инка-Защитника Дудл-сферы. Он даже привлек своих собственных Хранителей Позитива и Негатива, чтобы связаться с Инком-Защитником Дудл-сферы во сне, созданном по образу Дудл-сферы. Дудл-сфера решила, что этот Защитник, "Инк-Призма", из другой Мультивселенной вполне приемлем. Если Защитнику Инку-Призме понадобится убежище, Дудл Сфера готова была его предоставить. И если кто-то снова попытается навредить Защитнику Инку-Призме, она надеялась, что Дудл-сфера Инка-Призмы уничтожит этого злодея. Убийство – весьма эффективный способ предотвратить повторение проблем. Дудл-сфера продолжала наблюдать. Она не могла "паниковать", но ее охватило лихорадочное возбуждение, когда она увидела, что произошло в 1.12.20.5.18.14.1.20.5.0.21.14.9.22.5.18.19.5.0.8.15.18.18.15.18.20.1.12.5. Инк впервые увидел скрипт, но он, Призма и Дудл-сфера единодушно отвергли его. Никто из них не согласился бы на плохой конец. Инк не погиб в 1.12.20.5.18.14.1.20.5.0.21.14.9.22.5.18.19.5.0.8.15.18.18.15.18.20.1.12.5, и Банда Найтмера не Испортилась. Не здесь. Не сейчас. Влияние другого Защитника устранило многие глюки в Роли Инка, дав ей ее истинное название "Защитник Создания" наряду с Целителем. А еще Защитник Инк-Призма посоветовал Защитнику Дудл-сферы, Инку-Целителю, найти Дудл-сферу. Дудл-сфера решила, что ей нравится Инк-Призма (не так сильно, как ее собственный Инк-Защитник, но она с радостью предоставит ему убежище и будет убивать всех, кто ему угрожает). Дудл-сфера терпеливо ждала. Конечно, уже недолго осталось? Наверняка. И так и случилось. Кто-то взмолился о помощи, об убежище. Это был Защитник. Инк-Защитник искал убежища (защиты от зла, преследователей, насилия, угроз). Дудл-сфера предоставила его, и (наконец-то!) Защитник был здесь. Защитник был здесь, вместе с Дудл-сферой. Где ему и положено быть. Защитник прибыл в Дудл-сферу, и ее код мягко обвился вокруг его поврежденной души. Впервые за тысячелетия Дудл-сфера полностью пробудилась. Ей хотелось светиться от радости, но безопасность была превыше всего. Инк-Защитник искал убежища для мерзкого творения Перезаписчика вместе с собой (фу), но Дудл-сфера была слишком счастлива, чтобы убить нарушителя (даже если Защитник против, потому что Дудл-сфера должна была оставаться в безопасности. Любой, кто попытается проникнуть в Дудл-сферу без прямого разрешения Инка-Защитника, будет аккуратно убит). У Дудл-сферы был соблазн убить этого "Кросса" просто для подстраховки. Но Инк-Защитник впустил его и был заинтересован в его выживании. Другой ненадолго принял форму из океана коричневой краски Дудл-сферы, но это был другой Защитник, Призма, еще один Инк-Защитник, поэтому Дудл-сфера разрешила и это. Защитник Инк-Призма поговорил с Инком-Целителем Дудл-сферы. Было подтверждено, что Дудл-сфера зря пыталась уничтожить душу Инка. Уничтожение души Инка ничего не исправит. Это сделает только хуже. Инк не был неправильным или сломанным только потому, что отличался от других Инков. Дудл-сфера убьет любого, кто посмеет утверждать обратное. …Возможно, ведь Дудл-сфера очень старалась не навредить своему Защитнику, а ее Защитник стремился сохранить жизнь. Возможно, она могла бы напугать их, и если они умрут от разрыва души, ну и ладно. Это же не считается убийством, верно? Дудл-сферу так и подмывало убить Кросса за попытку уйти, но это огорчило бы Инка-Защитника. Поэтому она позволила своему присутствию обвить его в качестве предупреждения. Не смей. Только попробуй. Кросс передумал уходить. Мудрое решение. Инку-Защитнику нужно было уйти. Дудл-сфера слышала историю Призмы. Инк навредил бы себе, если бы остался здесь. Дудл-сфера должна быть безопасным местом, но она навредит своему Защитнику, если заставит его остаться. Дудл-сфера не хотела запирать Инка и причинять ему боль. Она отпустила его с обещанием, что он вернется. Она наблюдала за ним. Она следила. Все еще оставались темные пятна, где искажения Порчи подавляли все остальное, но Дудл-сфера держалась. Благодаря простому присутствию Защитника, пробудившему ее в полной мере, Дудл-сфера почувствовала, что может снова вмешиваться. Было бы так легко уничтожить паразита Фреша, но Защитник хотел, чтобы он жил. Дудл-сфера полагала, что в этом и состоит предназначение Защитника (и природа Инка). Дудл-сфера сомневалась, что Хранитель Негатива заслуживает такого милосердия. Она хотела убить и Испорченного, и Найтмера. Тогда проблема решится раз и навсегда, разве нет? …Нет. Убийство Хранителя Негатива сделает только хуже. Будет только хуже (Защитнику больно), будет хуже (Испорченный мучает Инка), хуже (Стоп стоп стоп стоп СТОП), хуже… Крики Инка становились все тише. Дудл-сфера плакала вместе с ним, ее краска вздымалась и бурлила, как бушующий океан. А затем Инк исчез. Когда Дудл-сфера наконец нашла его, Инк был в Омега-таймлайне. На его сломанных руках и ногах были нейтрализаторы магии. На его ноге был нейтрализатор кода. Омега-таймлайн не снимал его. Инк не мог ничего исправить, если его сила была ограничена. Он умолял Дудл-сферу спрятать золотые двоичные коды вокруг его души. Дудл-сфера нехотя согласилась. Сначала Дудл-сфера сохраняла терпение. Она ждала, когда Омега-таймлайн одумается и освободит Защитника, способного все исправить. Но они не одумались. Вместо этого они продолжали удерживать Инка. Они причиняли ему вред. Они угрожали ему. Омега-таймлайн не хотел пускать Инка к Дудл-сфере. Ну что ж. Это было просто неприемлемо. Дудл-сфера задумалась, не стоит ли положить конец существованию Омега-таймлайна. Омега-таймлайн был странным творением в Мультивселенной, но все же оставался ее частью, частью Дудл-сферы. Если Дудл-сфера захочет, она сможет его уничтожить. Пожертвовать столь малой частью себя ради безопасности Инка было бы более чем оправдано. Но… это противоречило бы желаниям Инка-Защитника. Инк любил эти миры, даже те, что так раздражали и не пускали Защитника к Дудл-сфере. Хмм. Омега-таймлайн был (врагом?) досадной помехой, но он мог существовать дальше. Ладно. Если Инк не мог использовать коды или прийти сюда, Дудл-сфера отправит ему альтернативные средства. Но как? Дудл-сфера обратилась к своим Альтернативным Вселенным в поисках идей. Затем она вспомнила о своей кристаллической пещере и зеркале. Она вспомнила огромную кисть, которую держали другие Инки, такие как Призма и Солус. Как же ее звали? Ах да. Кисть звали Бруми. Дудл-сфера взяла часть себя из лужи коричневой краски и начала творить.