For the Forgotten Ones/Посвящение забытым

Черные змеи успокаивающим грузом лежали на шее Инка. Они свернулись в его шарфе, прямо у костей, так что Инк чувствовал прохладу чешуи Циана. Инк старался держаться молодцом и не показывать своих нервов, но не мог перестать судорожно хвататься за подушку дивана в тщетной попытке унять дрожь. Блу ободряюще улыбнулся ему, но Инк не смог ответить тем же. Он был рад, что никто не предложил ему пойти в отдельный (и наверняка похожий на лабораторию) медпункт вместо того, чтобы сидеть здесь (на виду у Звезд и Гено). Если Underswap!Гастера (который настаивал, чтобы его называли "Свапстером") и беспокоила дрожь Инка, он не показывал этого. Его руки были тверды, когда он осторожно поворачивал ногу Инка, чтобы лучше рассмотреть золотой браслет, нейтрализующий коды. Гастер, которого Блу ласково называл "не-папа", казался добрым. Казалось, он не испытывал ненависти к Арку за действия Банды. Он не тыкал в устройство и вообще ничего не трогал, даже "в шутку", как могли бы сделать некоторые ученые. Он даже спрашивал разрешения, прежде чем сдвинуть штанину Инка или приблизиться к нему. Инк все еще был одет в свою старую одежду, но, по крайней мере, ему удалось принять душ. Блу постирал его вещи, как мог. Шарф был чистым, и он надел черный лонгслив, избавившись от повязки и бандажа на руке, но на штанине оставались дыры и черные пятна. Но Инк все равно предпочел бы это наряду Шилда, который хранился в его сумке. Он не мог даже думать о том, чтобы надеть его. Инк жалел, что Астера нет рядом. Он пытался убедить себя, что Свапстер знает, что делает (и не замышляет ничего плохого), но успокоиться никак не получалось. Он понимал, что одно неверное движение может активировать браслет. Одна часть его разума лихорадочно обдумывала, как действовать в случае насильственной ампутации и осколочных ранений, а другая тихо паниковала, готовясь к боли. Только Инк, Блу, Свапстер, Судья и Гено непосредственно присутствовали при работе Ученого. Underswap!Азгор держался поблизости, а Эдж и Калор патрулировали. Казалось, Азгор и Дрим не знали, что лучше: остаться на случай, если что-то пойдет не так, или уйти, чтобы этого не видеть. В итоге Дрим уселся в кресло возле незажженного камина из булыжника, а Гено изо всех сил старался не слишком выдавать своего беспокойства (и полностью провалил попытки скрыть подозрительные взгляды). Рассказать Дриму о том, что случилось с Найтмером, было одновременно самым сложным и самым простым, что Инк делал с тех пор, как попал в Омега-таймлайн. Если не считать нездорового блеска на черепе и все больше тускнеющих огоньков глаз, Дрим воспринял новость о Порче Найтмера… спокойно. Слишком спокойно, если честно. У него возникло ощущение, что Дрим подавляет свои эмоции, как иногда делала Банда (да и сам Инк). Дрим явно старался не думать о том, что узнал. Инк надеялся, что Дрим сможет переварить услышанное и не даст этому разгореться, как обычно делала Банда. Инк попытался переключить внимание с Дрима и Свапстера на окружающую обстановку. Дом Дрима был не самым просторным, но теперь, когда здесь прибрались и сняли чехлы с мебели, стало уютно. Стены были отделаны панелями из орехового шпона, которые хорошо сочетались с обивкой дивана и кресел в булыжно-серой гамме. Синие ромбы на мебели добавляли ярких акцентов. Но больше всего Инка зацепила фотография на каминной полке. Он был уверен, что когда они пришли, она лежала "лицом" вниз, но Гено протер ее и поставил. На снимке были Дрим и Кросс. Оба выглядели счастливыми. Стало больно от мысли, что, по крайней мере, часть счастья Кросса была фальшивой. «Это дом, в котором жили Дрим и Кросс, – запоздало сообразил Инк. – Неудивительно, что он не хотел сюда возвращаться». Свапстер закончил осматривать браслет и опустил ногу Инка: – С чего начнем: с хороших новостей или с не очень? – Просто скажи мне, – попросил Инк. Свапстер послушно ответил: – Хорошая новость: я знаком с конструкцией этого нейтрализатора. Плохая новость: если его разрезать, скорее всего, рванет. Но я могу попытаться заглушить сигналы и предотвратить взрыв. А специалист в этой области, возможно, сможет вернуть тебе твои способности к программированию. «Хватит ли этого, чтобы помочь Гено?» – Инк оставил этот вопрос при себе. Нужно держать в секрете, насколько важен Гено. Хотя он и обрадовался, что Совет вроде как согласился на обмен заложниками, по словам Дрима, голоса распределились опасно близко. Почти половина проголосовала за то, чтобы оставить Инка в качестве заложника, просто они бы выразились помягче. Им нельзя было доверять. Инку нужно следить за языком в Омега-таймлайне. Свапстер повернулся к своей открытой сумке и, покопавшись в ней, достал какой-то микрочип. Он аккуратно прикрепил его к браслету. – Это глушилка из научного отдела. Она должна заблокировать частоту, чтобы Фелл Альфис не смогла активировать взрывчатку дистанционно. – Должна? – с сомнением переспросил Гено. – Никаких гарантий, если только Фелл Альфис не сообщит нам точную частоту. Судья разочарованно хмыкнула: – Мы не можем ее найти. А Фелл Гастер делает вид, что вообще ни при чем. Мне нечего на него повесить, кроме попытки незаконного задержания. Даже если мы его арестуем, многие Стражи на его стороне. Ты же видел, как легко он их привлек, чтобы тебя заполучить. Они его выпустят. – Поэтому мы и вытаскиваем Инка из Омега-таймлайна, – подчеркнул Дрим. – Верно, – Блу прекратил попытки связаться с братом и присел на диван рядом с Инком. – Как мы это сделаем? – Ты имеешь в виду, позвоним Банде? В идеале нужен переговорщик по заложникам, – отметила Судья. – Но, боюсь, в данном случае это только все испортит. Инк поморщился: – Я понимаю, что вы хотите подсказать мне, что говорить, но как сделать, чтобы это не звучало так, будто вы диктуете мне реплики с ножом у горла? – Что-то ты слишком конкретно это описал, – с беспокойством заметил Блу. Инк заставил себя не касаться своей покрытой шрамами шеи и пожал плечами: – Они именно так и подумают. Они ожидают худшего. Дрим тяжело откинулся на спинку кресла. Он выглядел измученным, а его зрачки почти погасли. – Как думаешь, ты сможешь убедить их не трогать Реда? – Да, – без колебаний ответил Инк. Дрим закрыл глазницы. – Тогда, возможно, тебе лучше говорить самому. У Инка было ощущение, что Калор этого не одобрит. Калор был слишком занят патрулированием, чтобы возражать. К тому же Инка не особенно волновало его мнение. Он ждал достаточно долго. Он звонил своим братьям. Инк нерешительно отстегнул браслет от шарфа и надел его на запястье. Все, включая Циана и Голда, напряженно смотрели, как он активирует его своей магией. Было так много сообщений, что Инк удивился, что у браслета не кончилось место. У него не было времени прослушивать их все, особенно в присутствии зрителей. «Я бы позвонил Хоррору, но если в Хоррортейле все так плохо, что Банда украла запчасти для Ядра, он и так на взводе. У Кросса свои… проблемы. Киллер и так напуган и вряд ли хорошо отреагирует. Хоть бы Даст был готов выслушать…» Инк тревожно смотрел, как на его браслете появляется эмблема шарфа. Она стала четче и темнее и на звонок ответили: – Арк. Инк был так рад услышать голос Даста, что чуть не расплакался. Но плакать сейчас было бы совсем некстати, поэтому он взял себя в руки. – Они знают, кто я, – тихо сказал Инк. – Они меня не тронули. – Ты лжешь, – голос Даста был жестко контролируемым. Инк услышал шаги на заднем плане. Похоже, кто-то осторожно пытался подойти ближе. – Те, с кем я сейчас, меня не тронули, – уточнил Инк. – И они сделают все, чтобы никто не тронул. Они спасли меня от Доктора Фелл Гастера, прежде чем он успел затащить меня в лабораторию. – Ред в порядке, – бесстрастно ответил Даст, и Инк понял, что он говорит не только с ним, но и с теми, кто его окружает. – Мы держим его в камере, нейтрализующей магию. Хоррор его кормит, а в остальном его оставили в покое. Инк немного расслабился, услышав это. Даст говорил спокойно, но Инк понимал, что тот едва держит себя в руках. Он закрыл глазницы и представил Даста, стоящего в замке Хоррортейла с браслетом у рта и сузившимися от волнения зрачками в окружении молчаливой Банды, которая молилась, чтобы слова Даста не навредили Инку. «Какой кошмар», – уныло подумал Инк. Он постарался, чтобы его голос звучал спокойно: – Лучше бы вы его вообще не похищали, но спасибо, что не причинили ему вреда. – Что ж, это дало результат, – с горечью сказал Даст. Его слова только подтвердили, что никому из них не нравится эта ситуация. Остатки страха ослабили хватку, и Инк сделал успокаивающий вдох. – Мы можем все решить без насилия. Совет Омега-таймлайна согласился на обмен. И даже если бы они отказались, Блу и Дрим все равно помогли бы мне выбраться. Раздался приглушенный звук. – Звездные Сансы там? – в голосе Даста появилась резкость. Инк проигнорировал обеспокоенный взгляд Блу и честно ответил: – Да. Как я уже сказал, они спасли меня от Доктора Фелла. Дрим выступил против Совета, чтобы защитить меня, а Блу предложил мне убежище в Андерсвапе. Астер тоже пытался помочь, н-но ему досталось от Фелл Гастера. Кажется, он застрял в Пустоте. Я не могу сейчас использовать коды, чтобы найти его. Инк старался не паниковать, но чувствовал, что теряет самообладание. В последний раз, когда Инк слышал голос Даста, тот умолял Испорченного остановиться. В последний раз, когда он видел Даста, тот чуть не умер от рук Испорченного. – Прости. Я не хотел так уходить. Мне было очень больно, я не понимал, где я, и когда увидел фиолетовый цвет на Кроссе, запаниковал, решив, что это опасно, и как дурак открыл портал. Мысли, которые Инк старался не допускать, пронеслись в голове, и зрение помутилось. Хоть это и было маловероятно, учитывая его травмы, он не мог не думать, что если бы он не запаниковал, когда ему было плохо, всего этого бы не случилось. Инк не попал бы в Омега-таймлайн, Доктор Фелл Гастер не знал бы, что Инк – Защитник, Банда не схватила бы Реда в отместку, Астер не пропал бы, другие Ученые не погибли бы при нападении на Астера, и может, Инк уже помог бы Эррору и Найтмеру. – Эй, эй, полегче. Ты не виноват. Тебе было очень плохо, – вся холодность и спокойствие Даста испарились. Его голос заметно смягчился, и Блу потрясенно уставился на браслет Инка, словно не узнавая Даста. – Больше никто не пострадал. Мы все в безопасности. Испорченному не удалось прорваться, и мы восстановили Ядро Хоррортейла. По костям Инка пробежал озноб. – Как там Хоррор? – Хоррор немного нервничает, но в целом в порядке. Мы с Паприкой следим, чтобы он не забывал о себе. У нас все настолько хорошо, насколько это возможно. Окружающие Инка слушали, как Даст пытается его успокоить, и реагировали по-разному. Во взгляде Гено появился упрямый блеск, давая Инку понять, что он уже решил, на чьей стороне будет, если начнется драка. На лице Блу сначала отразилось удивление, а затем сочувствие и понимание. Судья почти не изменилась в лице, но выглядела довольной. Свапстер слушал тихо, но внимательно. Дрим был отстраненным и каким-то ошеломленно-задумчивым. Инк потер глазницы и судорожно вздохнул. – Лучше не преуменьшай. – Я не преуменьшаю. – Но ты что-то скрываешь, – заметил Инк. Он вспомнил о своем положении и пожалел о сказанном. Даст замялся. Инк представил, как он смотрит на остальных членов Банды. Ища поддержки или, возможно, разрешения. Что бы они ему ни ответили, Даст издал отчетливый рык. – Знаешь что? Да плевать, если этот гад услышит. Икс-Гастер, скорее всего, еще жив. Мы думаем, что он где-то в Омега-таймлайне. Он поместил часть своей души в душу Кросса, пока тот был там. Инк стиснул зубы, чтобы не разразиться истерическим смехом от перенапряжения. Если он начнет смеяться, это быстро перерастет в паническую атаку. Холод, поселившийся в его душе, начал расползаться наружу, проникая в грудную клетку, словно ледяные лозы с шипами вонзались в самую его сущность. Ему и в голову не приходило искать что-то в душе Кросса. От одной мысли о таком вмешательстве его мутило. Слова Даста заставили Дрима вздрогнуть, как от удара током, а Блу выглядел не менее потрясенным. – Я забыл, – Дрим прижал руки ко рту, но было поздно. Даст тут же снова напрягся: – Это был Дрим? – Да, – оцепенело подтвердил Инк. – Пожалуйста, скажи, кто еще с тобой, – резко попросил Даст. – Дрим, Блу, Судья Фелл Андайн, Underswap!Гастер, Underswap!Азгор, Калор, Эдж и Гено. Гено попал в Омега-таймлайн, как и я. – И я ненавижу это место, – вставил Гено без тени сожаления. – Ученые постоянно пялятся. Это чертовски жутко. Даст снова замолчал. Инк понимал, что тот совершенно не был готов к такому повороту событий. Банда готовилась к сухому требованию об обмене заложниками. Этот разговор оставался напряженным, но, в отличие от общения с кем-то вроде Доктора Фелл Гастера, другая сторона была так же недовольна присутствием Инка, как и Банда тем, что он у них. Как ни странно, это вселяло в Инка надежду. Инка осенило, что возможная встреча для обмена может стать решающей. Либо они смогут договориться по-хорошему впервые, возможно… возможно, за всю историю, либо снова начнется драка. Омега-таймлайн не был союзником Банды, но Звезды были готовы работать с ними. Инк отодвинул на второй план (отодвинул, но не забыл) свои страхи по поводу X!Гастера и Кросса. – Выслушайте меня, прежде чем реагировать? Пожалуйста. – Никаких обещаний, но мы постараемся. – Как я уже говорил, Дрим, Блу и остальные защитили и спасли меня, – напомнил Инк и собрался с духом. – Пожалуйста, не психуйте, но у меня на ноге браслет, который не дает мне использовать коды. Он взорвется, если я попытаюсь покинуть Омега-таймлайн. Он оторвет мне ногу… – Вот дерьмо, – выдохнул Даст. И не он один выругался. Инк узнал приглушенные ругательства Кросса и Киллера, а низкое рычание определенно принадлежало Хоррору. – Послушайте, – то ли потребовал, то ли умолял Инк. – Этот браслет – дело рук Доктора Фелла и Фелл Альфис. Не Звезд. Не Core!Фриска. Они мне помогают. Они готовы обменять меня на Реда. Мы можем закончить это мирно, без всякого насилия. Дрим осторожно сел рядом с Инком на диван и наклонился ближе. Его зрачки потускнели, но голос звучал твердо: – От нас с Блу скрыли факт похищения и заточения Инка, потому что Совет знал, что мы будем против. Мы узнали об этом, только когда Кросс сказал, что Инк здесь, и мы сразу же вмешались. Мы возвращаем Инка вам, независимо от того, что думает об этом Омега-таймлайн, – он на секунду закрыл глазницы, словно мысленно извиняясь, и продолжил: – После этого мы сюда не вернемся. Инку потребовалась минута, чтобы понять, а Дасту и Банде – еще больше. В повисшей тишине на лице Блу появилось упрямое выражение, а Судья молча кивнула в знак согласия. Инк в шоке уставился на Дрима: – Ты разрываешь союз с Омега-таймлайном? Дрим держался прямо, несмотря на усталость на лице. – Да. Здесь слишком много тайн и теней. Отношение к тебе доказало это. – Его голос понизился до шепота, который Инк едва уловил: – Прости, Кор. Коммуникатор Инка молчал. Если бы не светящийся значок, Инк решил бы, что Даст отключился. Послышался шорох, и рядом со значком Даста появился значок X. – Я не могу доверять твоим намерениям. Ты не заставишь меня поверить, что отвернешься от Омега-таймлайна только сейчас, после всего, что они натворили. Дрим побледнел еще больше, услышав голос Кросса. Инк вмешался, прежде чем тот успел заговорить и спровоцировать Кросса: – Флакон с солнцем полон. Эти слова ничего не значили для большинства присутствующих, но Дрим и Кросс заметно отреагировали. Дыхание Кросса сбилось, а глазницы Дрима округлились, а затем смягчились. – Если вы не доверяете Звездам, доверьтесь мне, – взмолился Инк. – Я не знаю всего. У меня нет той истории, что есть у вас. Я даже не могу представить, сколько всего произошло между вами. Но что-то надо менять. Я понимаю, в это трудно поверить, но мы все хотим одного и того же. Чтобы наши семьи и друзья были в безопасности. Чтобы все закончилось без жертв. Мы знаем, кто наши враги, и их нет здесь, среди нас. С обеих сторон наступила тишина. Инк изучал обеспокоенные лица окружающих и знал, что Банда выглядит так же. – Как же ты выйдешь оттуда с этим наручником? – наконец спросил Кросс. Он говорил резко и сухо, почти агрессивно. Инк понимал, что это из-за стресса. Он не мог представить, что чувствует Кросс, зная, что осколок души Х!Гастера внутри его души, и при этом вынужденный разговаривать с Дримом. Кросс, наверное, и себе-то не доверял. Но Инк доверял ему. Может, это и глупо, но не глупее, чем доверять Топу… «Топ. Конечно». – Топ может отключить нейтрализатор, – догадался Инк. – Он же его и сделал. – Я думаю, он покинул Омега-таймлайн из-за того, что они пытались заставить его делать, – подтвердил Дрим. – Ему не нравилось, что они пытались приказать ему создавать оружие. – Ты можешь связаться с ним и привести сюда? – спросил Инк. Дрим заметно занервничал и (безуспешно) попытался это скрыть. – Я могу связаться с ним, но я все еще заблокирован в Андертопе. Инк поморщился: – Прости. Я исправлю это, как только смогу. Судья поднялась с места: – Я приведу его. Им меня не остановить. Она решительно вышла, сжимая пальцы, словно хотела призвать свои красные копья. Как только дверь закрылась, Кросс снова заговорил: – Она ушла? – Да, – подтвердил Инк. – Все-таки я не обсуждал бы место обмена там, где Совет может услышать. Это определенно была проблема. Инк не исключал, что Доктор Фелл Гастер может подстроить им ловушку. Им нужна нейтральная АВ, где не будет риска для мирных жителей, потому что если начнется драка, это будет катастрофа. Большинство позитивных АВ были защищены Омега-таймлайном. Но и слишком негативной Альтернативная Вселенная быть не должна, иначе может появиться Испорченный. Значит, нужна пустая нейтральная АВ без жителей, но и не Геноцидная временная линия… И тут его осенило. Инк потрогал предплечье, где была неприметная метка. Он не помнил, когда она появилась и как. Может, это одна из тех, что возникали, пока он был в Дудл-сфере. А может, она появилась во время разговора с Призмой. – Кросс, ты помнишь, что я говорил про другой мир? Про тот, с травянистыми полями, где Пр… где жила та семья рядом с цирком? Повисла пауза, а затем Кросс ответил: – Он существует здесь? – Не совсем так, – уклончиво ответил Инк. – Не с таким названием. Но он есть. Пустой. – Он коснулся двоичного кода того мира, который должен был стать Зефиртопом. Он старался не думать об Астере. – Думаю, я продержусь еще сутки. – Он прикусил язык, чтобы не сказать: «Надеюсь, это не займет больше времени. Пожалуйста, вытащите меня отсюда». – Я понял, – голос Кросса был сугубо деловым. – Свяжись с нами, как только этот "Топ" тебе поможет, и мы обсудим время. А так, жди звонка каждые пять часов. Если от тебя не будет вестей в течение семи… Он знал, что Кросс и остальные согласились подождать только потому, что им нужно время, чтобы найти АВ, которая называлась Зефиртоп в Мультивселенной Призмы. Было грустно думать об этом мире, который был достаточно завершен, чтобы в нем кто-то поселился, но так и остался пустым. – Пожалуйста, не причиняйте вреда Реду, – тихо попросил Инк. – Если во время обмена будет задержка или кто-то попытается напасть, это не будет виной Звезд. Это не будет их предательством. Запомните это, пожалуйста. Кросс не ответил. Даст тоже промолчал. Инк отчетливо представил, как недоверие и подозрение на их лицах борются с надеждой и отчаянием. Появился значок ножа, и Киллер наконец сказал: – Если вы попытаетесь использовать Инка, чтобы навредить нам, я лично отправлю вас вечно гореть в аду. Звонок был завершен. Инк опустил руку и спрятал лицо в ладонях. Разговор прошел спокойнее, чем он смел надеяться, но страх не отступал. Доктор Фелл Гастер где-то прятался, Фелл Альфис была на свободе, а теперь и Х!Гастер мог оказаться поблизости. Наручник тяжелым грузом висел на лодыжке, душа не переставала колотиться, а руки дрожали. Гено приобнял его одной рукой, и Инк, не стесняясь, прижался к нему. – Я не смог сказать и половины того, что надо было, – сокрушался он. – Они поймут. Это небезопасно, – Гено выглядел обеспокоенным. – Кто такой Х!Гастер? Инк сдержал дрожь. Он был уверен, что Гено все равно ее почувствовал. – Плохой. Очень плохой. Это Ученый, который может управлять кодами и Перезаписывать их. Он – одна из причин, почему Эррор начал все разрушать. Его магия обычно фиолетовая. И явный признак его контроля – фиолетовые глаза его жертв. Так что следи за этим. Гено выглядел встревоженным. Как и Дрим, он не смог скрыть эмоции от Инка. – В общем, берегись Гастеров, как обычно. Понял. Без обид. – Да какие обиды, – устало сказал Свапстер, слегка погрустнев. – Хочешь, чтобы я попробовал обезвредить нейтрализатор, или мне оставить его? Инк с опаской взглянул на наручник: – Я подожду Топа. Свапстер рассеянно кивнул, словно мыслями был очень далеко: – Возможно, это разумный выбор. Он собрал свои инструменты, пообещав вернуться, если понадобится, и быстро ушел. Инк немного расслабился, как только тот ушел. Он знал, что Блу доверяет этому Гастеру, и не собирался не доверять Гастеру просто потому, что он Гастер, но все равно было как-то не по себе, когда тот возился со взрывчаткой на его ноге. Напряжение не спадало. Оно давило так сильно, что Инк удивлялся, как состояние Дрима оставалось такими стабильным (что, конечно, не показатель, но все же). Даже без эмпатических способностей атмосфера была удушающей. Глядя на измученные, встревоженные лица вокруг, Инк ощутил прилив разочарования и отчаяния. Он больше не был в больничной палате, но все равно чувствовал себя в ловушке. Теперь в ловушке вместе с ним и Гено оказалось еще больше других. Инк снова проверил рану и глазницу Гено, и ему стало еще хуже, потому что он понимал, что хотя его зеленая магия и могла бы помочь, но для этого нужно использовать коды. У него был доступ к своей магии. Он мог открыть портал. Но он застрял здесь, пока этот браслет не отключат или не снимут, если, конечно, не хотел остаться без ноги. Несмотря на то, что стены по-прежнему давили на него, Инк почувствовал себя лучше, зная, что с Бандой все в порядке, и они, возможно, готовы выслушать. Это давало надежду, что выход и правда есть. И что еще лучше, Звезды, возможно, пойдут с ним. Не с Бандой, конечно, но они покинут Омега-таймлайн и будут готовы поддерживать связь. Это было больше, чем он смел надеяться. Остальные не разделяли его оптимизма и облегчения. Если им придется торчать здесь несколько часов или даже весь день, Инк подозревал, что кто-нибудь в итоге набросится на Банду. Не из-за злости или предательства, а просто из-за того, что все до предела напуганы и взвинчены, что было видно по каждому лицу, даже у Гено. Дриму было хуже всех. Даже с притупленной эмпатией, ему и своих проблем хватало, чтобы выглядеть разбитым и дрожать от усталости. Инку хватило простого сканирования, чтобы понять, как Дрим напряжен. И дальше будет только хуже. Инк принял решение. Он крикнул в сторону кухни: – Азгор, ты ведь собираешься за припасами? Азгор высунул голову в гостиную и кивнул. – Можешь прихватить ингредиенты для чего-нибудь, что можно приготовить? – попросил Инк. – Что-нибудь несложное. Просто… что-нибудь. Блу бросил на него настороженный взгляд: – Зачем? Дрим и Гено тоже выглядели озадаченными. – Я хочу приготовить магическую еду, пока есть возможность. Мы можем приготовить что-нибудь вместе, чтобы скоротать время. – Нервы Инка сдали, и он опустил голову. – …Если хотите. Блу пришлось наклониться, чтобы расслышать его. Было очевидно, что он все еще озадачен и не уверен. Инк начал подозревать, что Блу беспокоится, не боится ли он Звездных Сансов. Но Инк не боялся. Он понимал, что Блу никогда не хотел по-настоящему навредить ему или Хоррору. Ну, может, он и хотел навредить ему в первый раз в Аутертейле, но это скорее исключение. Похоже, ему стоит быть более прямолинейным. – Если мы будем торчать здесь весь день без дела, мы доведем себя до паники, – безапелляционно заявил Инк. – Я-то справлюсь… – Этот дом станет самым чистым местом в Омега-таймлайне, если ему придется "справляться", но он справится. – Но Дриму что-нибудь нужно. Дрим пошевелился и поднял голову: – Со мной все в поря… – Я живу с четырьмя Сансами плюс Найтмером, – перебил Инк. – К тому же я чувствую твои жизненные показатели. Тебе просто необходимо отдохнуть. Дрим выглядел совершенно потерянным. Инк задумался, говорил ли ему кто-нибудь когда-нибудь "Иди отдохни". Блу определенно пытался, но, наверное, не так прямо, как Инк. – Я бы предложил тебе вздремнуть, но знаю, что ты не пойдешь, – продолжил Инк. – Ты хоть ел сегодня? Сомневаюсь, холодильник же пуст. Поэтому Азгор идет за продуктами, верно? Когда ты в последний раз ел, Дрим? А ты, Блу? Гено? Блу подпрыгнул, когда к нему обратились напрямую, а Гено явно занервничал. Инк прищурился. «Мы не собираемся умирать. Мне не грозит немедленная опасность быть схваченным. А это значит, что я заставлю вас о себе позаботиться, чего бы мне это ни стоило». Он вспомнил о своем обещании и оживился: – Можно тебя обнять? Дрим уставился на него. И продолжал смотреть. А потом кивнул. Инк обнимал не до хруста костей, но крепко. Дрим был измотан и нездоров, но не хрупок. И ему действительно нужны были объятия. Это стало очевидно, когда Дрим тяжело вздохнул и положил голову на плечо Инку. – Спасибо, – Дрим, казалось, собрался с духом. – Если тебе не сложно, Азгор, не мог бы ты… хм… купить… эм… доброженое? У Дрима все еще был этот потерянный вид. Инк надеялся, что это потому, что он давно не ел ничего подобного, а не потому, что у него проблемы с памятью, или он вообще никогда не пробовал доброженое. В последнее Инк не верил, особенно учитывая Блу. – У Доброженщика есть кафе в Старом Городе, – тут же сообщил Блу. – Я с удовольствием куплю на всех, Дрим, – тепло добавил Underswap!Азгор. – Ты хочешь какой-то конкретный вкус? На лице Дрима снова появилось выражение "Гифтрот в свете фар". – …Банановое? – Кажется, у них есть и такое, – задумчиво сказал Азгор. Инк ярко улыбнулся им всем, на что удивленный, а затем восторженный Блу тоже ответил улыбкой. Любезно приняв заказы остальных обитателей дома, Underswap!Азгор вышел из комнаты, а затем появился в доспехах, которые делали его больше похожим на Undertale!Азгора, чем на Смотрителя. Он не стал выходить через парадную дверь, а просто попросил Калора перенести его через короткий путь. Все это было прекрасно, но даже со всей своей решимостью не падать духом, Инк не мог не беспокоиться, отчасти из-за отсутствия одного человека, которого не было видно с момента заседания Совета. Он надеялся, что Core!Фриск скоро появится. Если не для того, чтобы помочь, то хотя бы чтобы поговорить с кем-нибудь и попытаться переварить то, что он узнал. Ему это точно было нужно.

***

Дрим не знал, чем себя занять. Ожидание между битвами всегда его напрягало. Неизменным в его жизни оставалось лишь то, что он всегда знал, что скоро будет новая битва, будь то в Альтернативной Вселенной или в зале Совета Омега-таймлайна. Рано или поздно, как говорится, "грянет гром", и Дрим вернется из какой-нибудь АВ, где он прятался, туда, где он нужен для очередной битвы. Периоды затишья наполняли Дрима тревогой и предчувствием, которые отпускали только с началом следующей битвы. Хотя иногда ему становилось легче в Андерсвапе. Это был не Андерсвап, не миссия и не АВ, где он старался не задерживаться. Это Омега-таймлайн, который больше не был для них безопасным местом. Может, он никогда и не был безопасным. Может, Дрим должен был понять это еще тогда, когда Кросс ушел. Довольно удручающая мысль. Находиться в доме, который когда-то был его и Кросса, было жутко некомфортно. Он готов был это терпеть ради безопасности Арка… то есть Инка и остальных, но это все равно не давало ему покоя. В Омега-таймлайне были защитные коды, которые создал Core!Фриск, а Дрим не жил здесь уже много лет и ничего не менял. Поэтому многие места остались нетронутыми временем. Каждая комната хранила воспоминания. Эти воспоминания сталкивались с недавними открытиями, и Дрим изо всех сил старался удержаться на плаву, чувствуя, как вода смыкается над головой. «Арк – это Инк, Защитник. В душе Кросса часть души Икс-Гастера. Ред в плену. Доктор Фелл проводил эксперименты за спиной Кора. Икс-Гастер может быть где-то здесь. А Найтмер…» Дрим судорожно вздохнул, поспешно миновал закрытую дверь бывшей комнаты Кросса и вошел в свою. Уединенное убежище, которое он искал, не ждало его. Все было прибрано, белье постирано, прямо как тогда, когда он ушел в последний раз. Дрим окинул взглядом светло-голубое покрывало, комод из орехового дерева, прикроватную тумбочку в тон, лампу, и вдруг уставился на свое отражение. Дрим отступил и тихо закрыл дверь, чтобы не напугать других жильцов, захлопнув ее. Он даже не понимал, зачем пришел сюда. Да, он придумал предлог, чтобы (спрятаться) уйти, но обнаружил, что все равно бежит обратно вниз. Он не хотел быть здесь. Он не хотел быть в этом доме, где Кросс когда-то жил с ним. Кросс, который все еще страдал от случайного контроля Дрима. Кросс, который все еще ненавидел его и винил Омега-таймлайн (хотя и не так сильно, как себя). А потом оказалось, что Кросс был прав, не доверяя Омега-таймлайну. Об этом Дрим тоже не хотел думать. Осколок души Х!Гастера поместили в душу Кросса, пока он был здесь. Дрим не знал об этом, но все равно чувствовал, что снова подвел друга. Он попытался вспомнить, но даже не представлял, когда Кросса могли похитить. Он просто не заметил. Скорее всего, его даже не было рядом. И это еще не считая того, что случилось с Найтмером. Дрим судорожно вздохнул и обнял себя, сгорбившись на ходу. Он чуть не столкнулся с кем-то в бледно-голубом и поднял взгляд на Гено. Гено замер и поспешно отступил, вцепившись в воротник шарфа. – Ты вроде собирался отдохнуть, пока не вернется Swap!Азгор. Хм. Ты в порядке? – Гено поморщился и потер челюсть, тихо буркнув: – Очевидно, нет, черт возьми… Даже без своих способностей Дрим видел, что Гено настроен меланхолично. Это было совсем не похоже на того возмущенного Санса в парке у "Золотой Руны". Он отчетливо вспомнил реакцию Гено на обморок Инка. (Инк был в двух шагах от них и Реда, и если бы Дрим тогда это понял, то, может, всего этого не было бы…) Он почти не сомневался, что Гено из Геноцидного таймлайна. Геноцид… ох. Какое… ужасное прозвище. Шарф говорил о том, что Гено потерял брата. Блу не получал вестей от Стретча. Дрим боялся спросить, жив ли брат Инка (ведь если нет… Инк никак не мог быть его убийцей). Гено нахмурился. Напряженность его взгляда ослабла. – Могу я чем-нибудь помочь? – Не думаю, – осторожно ответил Дрим. – Не беспокойся обо мне. Гено попытался не смотреть на него с недоверием. Получилось не очень, но все же. – М-да. Вряд ли получится, – он замялся и опустил взгляд на свой шарф, разглаживая его концы пальцами. – Инк не смог рассказать мне всего из-за этих ученых, которые нас преследовали, но кое-что все же успел. Не отказывайся от своего брата, хорошо? Он жив, значит, шанс есть всегда. У Дрима перехватило горло, и он застыл. Гено тоже замер, разрываясь между неловкостью и сожалением о своей прямоте. На лестнице послышались шаги, и они оба посмотрели туда, объединенные отчаянным желанием отвлечься. – О! Я как чувствовал, что мы все тут соберемся, – Блу тепло улыбнулся, присоединяясь к Гено и Дриму в коридоре наверху, но Дрим заметил, как он обеспокоенно теребит манжеты своих перчаток. – Инк тоже здесь? Наступила тишина, пока Дрим и Гено вопросительно смотрели друг на друга. Огоньки глаз Блу потускнели до нервного белого цвета. – Не стоит паниковать раньше времени, – поспешно заговорил Гено. – Инк не сбежал бы. Во всяком случае, без нас. Не знаю, заметили вы или нет, но он решил, что теперь за вас в ответе. Дрим недоверчиво уставился на него: – Почему? Гено снова бросил на него пронзительный взгляд. Он открыл рот, закрыл и отвернулся, потирая затылок. – …Я не буду поднимать эту тему, – пробормотал он себе под нос, а затем повысил голос: – Инк говорил, что любит лазать. Тут есть чердак? Оказалось, что Инк и правда на чердаке. Как ему удалось добраться до откидной лестницы и забраться туда, не привлекая внимания, оставалось загадкой, пока Дрим не вспомнил, что Инк может использовать свою магию. Наверное, он использовал свои цепи или поддержал себя магией. В итоге Инка нашли между двумя коробками на высокой полке. Это было самое высокое место, куда он мог залезть, не вылезая на крышу. Там было не очень удобно, но Инк умудрился не только втиснуться туда, но и уснуть. Гено критически осмотрел импровизированное спальное место Инка и вздохнул: – Надо дать ему отдохнуть. Он четырнадцать часов лечил других и едва успел заснуть, как появился Фелл Гастер. Ткань у шеи Инка зашевелилась, и из шарфа высунулись две черные змеи – Циан и Голд. Сердитый взгляд голубовато-фиолетовых глаз змеи встревожил Дрима так же, как и этот дом. В этих цветах было что-то… знакомое. Знакомое и до боли ностальгическое. Дрим без раздумий протянул руку. Циан внимательно осмотрел ее… и снова спрятался в шарфе Инка. Голд безучастно посмотрел на Дрима и последовал за другой змеей. Дрим медленно опустил руку, сжимая свою желтую куртку. – Не обижайся, – сказал Гено. – Они просто охраняют Инка. Смотри. Он протянул руку. Змеи снова высунулись из шарфа Инка, но не переползли к нему, как обычно. Гено засунул руки в карманы и огляделся, выбирая себе крепкий ящик, чтобы присесть. – Я останусь здесь, с Инком. – Тебе тоже нужно отдохнуть, – напомнил Дрим. Гено фыркнул: – Как будто ты сам собираешься отдыхать? Дрим скривился. – Да ну нафиг, – пробурчал Гено. – Ты выглядишь так, будто легкий ветерок развеет тебя в пыль. Инк не донимал тебя осмотрами и лечением только потому, что сам вымотался. Пожалуйста, отдохни. «Это не поможет». – Я… постараюсь. Гено рассеянно кивнул: – Позовите нас, когда вернется Swap!Азгор. – Конечно, – согласился Блу. Он взял Дрима за руку и тихо вывел его с чердака, оставив Инка спать. Оказавшись в коридоре, Блу повернулся к нему: – Где тебе будет лучше всего хотя бы попытаться уснуть? «В Андерсвапе». – Дрим держал это при себе и подавился ложью о том, что он в порядке. – В гостиной… будет лучше. Что угодно, кроме его спальни или места с зеркалом. Блу проводил его к дивану и взял несколько одеял. Накинув одно на Дрима, он взглянул на лестницу, держа в руках второе одеяло. Дрим натянул одеяло на плечи. Оно не прогоняло постоянный озноб в костях. – Как думаешь, ты сможешь укрыть Инка, не разбудив его? – Сомневаюсь. Думаю, Гено хотел, чтобы мы держались от него подальше, – Блу сел на диван у ног Дрима и уставился на аккуратно сложенное светло-зеленое одеяло в своих руках. – Гено не уверен, что может нам доверять. Дрим и так это знал. – Я не виню его. Многие здесь пытались обмануть их или навредить ему и Инку. Блу разгладил одеяло руками. Если оно хоть немного такое же мягкое, как то, что было на Дриме, он должен был чувствовать его ворсистую текстуру даже в перчатках. – Ты как? Только честно? Дрим вздохнул и зажмурил ноющие глазницы: – Ужасно. – То, что случилось с Инком – не твоя вина. Как и с Найтмером и Кроссом, – тихо сказал Блу, теребя выбившуюся из одеяла нитку. Глазницы Дрима защипало. Часть его хотела вернуться на чердак и тоже забиться на полки, чтобы хоть ненадолго спрятаться от всего. Он не хотел сталкиваться с тем, что Инк рассказал ему о брате. Он не хотел думать и о Кроссе. Но он знал, что не сможет вечно это игнорировать. Похоже, Блу был с ним согласен. – Расстраиваться – это нормально, Дрим, – все так же тихо сказал Блу. – Я в курсе, – Дрим прижал руку к глазницам, как будто от этого череп перестанет болеть. – Кросс попал под влияние моей ауры, и кто-то похитил его за моей спиной, чтобы покопаться в его душе. А я и не заметил. Мой брат Испорчен уже много лет. А я и не заметил. Мир, который я защищал, творил ужасные вещи за моей спиной. Даже с моими эмпатическими способностями я ничего не замечал. – Его пальцы дернулись, но он сдержался, чтобы не натянуть одеяло на голову. Он уже не маленький. От того, что он спрячется, мир не остановится. – Ты не вездесущ. – Огоньки глаз Блу потускнели. – Никто из нас, как оказалось. – Инк тоже не вездесущ, но ему удалось то, чего не смог я. Он видел настоящие проблемы и работал над их решением. А я зациклился на одном и том же и даже не посмотрел по сторонам. – Дрим не знал, как назвать чувство, пронзившее его яблочную душу. Назвать это "завистью" было бы слишком просто, хотя в этом сложном коктейле из благодарности и разочарования чувствовалась и горечь. – Я чувствую себя неудачником. «Я никудышный Хранитель». – Ты не неудачник. И не только ты застрял в этом круговороте. Я тоже в нем погряз, – Блу проверил телефон и снова спрятал его в карман. Его пальцы тревожно забарабанили по ноге, но Дрим ничего не почувствовал. – У Инка было преимущество: он был новичком и принес свежий взгляд. – Мой брат чуть не убил его за это, – Дрим не выдержал и спрятался под одеялом, как когда-то прятался под плащом от грозы. – Я знаю, что это Испорченный напал на Инка. Я знаю. Но даже если мой брат был под влиянием Порчи, она не виновата во всех его поступках. В конце концов, Андерфелл и многие другие миры исчезли из-за него. Не просто потому, что он хотел победить, а потому, что искренне считал, что поддерживает баланс. Мне кажется, я мог бы стараться лучше. – Нет, – возразил Блу. – Мы оба знаем, как ты старался. Не иди по этому пути. – Его голос был строгим, но даже сейчас в нем звучал добродушный оптимизм. – Я пытаюсь не идти, – Дрим не смог сдержать дрожь в голосе. Он не мог не думать о том, что можно было сделать по-другому, чтобы достучаться до Найтмера или Кросса раньше, пока все не стало так ужасно. Если честно, то лучший шанс был, наверное, через Инка. Его готовность понимать и видеть хорошее в другой стороне – это то, что Дрим постепенно утратил за годы битв, предательств и лишений. Если бы Дрим нашел Инка первым… «Инк оказался бы в Омега-таймлайне раньше. А если бы Инк оказался в Омега-таймлайне раньше, он бы погиб». Уверенность в этой мысли заморозила и без того холодную душу Дрима. После того, что сделал Доктор Фелл Гастер, Дрим даже не был уверен, что это Найтмер, его Банда или Эррор убили бы Защитника. Инк поначалу не знал, что он Защитник, но другие могли бы догадаться раньше, чем он сам. Тогда Инка просто тихо увезли бы в лабораторию, прежде чем Дрим или Core!Фриск хоть что-то заподозрили о его Роли. Ведь никто из них не заметил, когда забрали Кросса. Как и никто не знал, что на самом деле произошло в Икстейле. – Я молюсь, чтобы Инк не брал с меня пример, как быть Хранителем, Блу, – признался Дрим. – Я боюсь, что подведу и его. Что подведу их всех. «Снова». – Этого не случится, – твердо сказал Блу. – Защитник здесь. Найтмера можно спасти. Кросс никуда не делся. Мы знаем, что Инк существует, и мы сделаем все, что в наших силах, чтобы ему помочь. Беспокойство Дрима не ослабевало. – Я не могу сражаться и больше не уверен, что смогу помочь ему как Хранитель. От меня будет мало толку. – Его плечи поникли. – Звезды, Инк, наверное, считает меня жалким. Блу фыркнул: – Ты видел, как Инк на тебя смотрит? Он считает тебя потрясающим. Если быть честным, Дрим это прекрасно понимал. То, с какой надеждой смотрел на него Инк, трогало и пугало одновременно, потому что эта надежда была совсем не оправдана. Это слишком напоминало Дриму молодого Королевского Стража на обучении и наивного ребенка-Хранителя, только что освобожденного из камня. Они так надеялись и верили, что все будет хорошо. Надежда – такая хрупкая вещь, и Дрим не хотел видеть, как надежда Инка умрет, как у многих других (потому что Дрим облажался). Дрим веками выдерживал непосильную ношу защитника Мультивселенной. Он был защитником, но не Защитником, так что некоторые вещи были ему просто не под силу. Теперь это бремя легло на плечи Инка. Дрим не хотел этого, но боялся, что больше не сможет помогать нести этот груз. – …И как мы это сделаем? – Дрим не собирался спрашивать это вслух, тем более с таким отчаянием. Блу обеспокоенно посмотрел на него и серьезно ответил: – Если ты про… ну, про все это, то, наверное, просто будем делать, что можем. Но это зависит не только от нас. Нужно учитывать Инка. И Банду. Они хотят вернуть своего босса. «Я хочу вернуть своего брата, – с горечью подумал Дрим. – Но это будет не так, как я мечтал. С Порчей или без, Найтмер уже не тот, кем был в Дримтейле. И я уже не тот, кем был тогда. Мы никогда не будем прежними. Я не нужен Найтмеру». Блу взглянул на зеленое одеяло и отодвинул его, чтобы не дергать за нитки. – Странно оставлять Инка с Бандой, но я думаю, так и должно быть. Этого хочет Инк, и возможно, это нужно всем нам. Мы никому не поможем, если будем грызться друг с другом. Слишком многие в Омега-таймлайне хотят использовать Инка или навредить ему. В Андерсвапе было бы лучше, но это все равно была бы для него еще одна тюрьма. Он не сможет помочь, если будет заперт, – он откинулся назад и со вздохом провел рукой по лицу. – Я рад, что мы ошибались насчет того, как Банда к нему относится. – Я тоже. Было странно думать, что забота Банды об Инке – это как лучик света в море тьмы, которым была их Мультивселенная. Они все слышали, как Даст успокаивал Инка. Тот факт, что один из печально известных членов Банды проявил такую уязвимость в присутствии Звездных Сансов, говорил сам за себя. – Что мы будем делать после обмена? – тихо спросил Дрим. – Куда мы пойдем? – Мы будем поддерживать связь с Инком и сотрудничать, – тут же ответил Блу. – Мне кажется, Инк будет работать с нами независимо от того, одобрит это Банда или нет. А куда мы пойдем… в Андерсвап, конечно! Его сияющая улыбка не согрела Дрима, но он чуть улыбнулся в ответ: – Конечно. Не стоило и спрашивать. Как глупо с моей стороны. Тихий грохот и ворчание из кухни возвестили о неуклюжем возвращении Underswap!Азгора. Дрим услышал, как Калор извиняется за жесткую посадку, и поднялся. Блу не стал уговаривать его лечь обратно. В Дриме снова проснулось упрямство, которое помогло ему выстоять перед Фелл Гастером и на Совете. – Я позову их. Поможешь Азгору разобрать продукты? Блу кивнул и оставил Дрима. Когда он уходил, Дрим чувствовал от него слабый импульс поддержки и тепла, словно тонкие лучи солнца, пробивающиеся сквозь треснувшее запыленное стекло. Сколько бы Дрим ни жил и что бы ни делал, он никогда не будет достоин Блу. Похоже, прибытие Азгора разбудило Инка. Дрим слышал, как Гено разговаривает с ним, через тонкий люк между верхним этажом и чердаком. Он схватился за лестницу и подтянулся. Даже этот короткий подъем его вымотал. «Я буду бесполезен, если обмен перерастет в драку. Я буду обузой, как в Дэнстейле. Какой из меня Хранитель? Но это не новость». Тихий встревоженный голос Гено вырвал Дрима из раздумий. Он не мог разобрать слов, но не хотел задерживаться и подслушивать. Он покрепче ухватился за перекладины лестницы и подтянулся. Гено тут же замолчал, когда Дрим появился в люке, но он не обиделся. У Гено были все основания осторожничать. Инк все еще сидел на полке. Его серьезное лицо сразу посветлело, когда появился Дрим. – Привет, Дрим! Мы слышали, как Азгор вернулся с покупками. Они готовы, или мы будем мешать? – Давайте дадим им время разложить продукты. Дрим подтянулся на последнюю ступеньку и сел на краю люка, свесив ноги. Инк ловко спустился с полки и плюхнулся рядом с ним. Его ноги слегка покачивались, и широкие коричневые штаны шуршали над босыми ступнями. Одежду постирали, но левая штанина была порвана и испачкана черным. На этом фоне золотой браслет казался еще более ярким и зловещим. Дриму следовало бы дать Инку другую одежду, но единственная подходящая была в комнате Кросса. К тому же он не был уверен, что Инк ее примет. Казалось, ему нужно было хоть что-то привычное из дома. Гено остался сидеть на ящике, и Дрим заметил, что змеи снова обвились вокруг его рук. Он почувствовал укол ревности, но отмахнулся, понимая, что его переживания неоправданы. – Не могу поверить, что уснул, – пробормотал Инк. Он улыбнулся Дриму. – Я отдохнул, так что могу провести осмотр, если хочешь. – Я в порядке, – машинально отказался Дрим. – Ничего подобного, – к его удивлению, без колебаний ответил Инк. Нервозность и страх, которые он проявлял по отношению к Дриму в "Одержимости" и в Андертопе, исчезли, высвобождая упрямую волю, которая всегда скрывалась под его маской. – Я проводил пассивное сканирование… Э-э, извини, просто Банда обычно скрывает травмы, поэтому мне разрешали так делать дома. Ты истощен и измучен. Пожалуйста, позволь мне посмотреть, могу ли я чем-то помочь. – Это не поможет, – тут же ответил Дрим. Гено укоризненно покосился на него, что было иронично, учитывая его порез на груди. Хотя Дрим заметил, что рана Гено выглядит не так страшно, и кровь больше не идет изо рта. Может, Инк смог его немного подлечить? Почему только немного? Может, эта рана связана с кодами… магией… и требует каких-то программных… штук. Дрим хотел спросить об этом Кора, но тот избегал всех. Он надеялся, что с ним все в порядке. Было лицемерно с его стороны так думать, но Кору не стоило закрываться. – Может и помочь, – упрямо настаивал Инк. – Пока не попробуем, не узнаем. По крайней мере, Инк не собирался закрываться в себе. Наоборот, он был так рад видеть Дрима, что на его лице снова засияла надежда. Дрим не понимал, почему. Инк так нервничал рядом с ним в прошлые разы. Дрим был уверен, что Банда рассказывала ему всякие страшилки о своих врагах, особенно Кросс. Инк действительно был так спокоен рядом с Дримом или он притворялся, чтобы скрыть свой страх, как в "Одержимости"? Или это что-то вроде травматической связи из-за его безнадежной ситуации? Дрим, может, и справился бы с неоправданным поклонением герою, но было ясно, что благоговение Инка – это нечто иное. Звезды, он не мог вынести надежды и доверия Инка. «Я подведу его, как подвел остальных». Сомнения подступили к горлу Дрима, как будто душили его, и Инк нахмурился. Дрим понял, что уставился на него, и отвел взгляд. На секунду, всего на секунду, он представил, как оставляет Инка одного разбираться с Мультивселенной. Он тут же с отвращением отверг эту мысль. Да, Дрим сейчас почти бесполезен, но он должен продолжать бороться, несмотря ни на что. «Я не могу позволить Мультивселенной сломать и Инка. Я не могу оставить его с этим один на один». – Я… полагаю, осмотр не повредит, – сказал Дрим. Инк просиял и выпроводил Гено из комнаты вместе с черными змеями, тихо заверив его, что все будет в порядке и что он в безопасности. Дриму захотелось плакать (ведь он не заслужил такого доверия). Инк закрыл люк и придирчиво осмотрел чердак, а затем указал Дриму сесть на ящик, который освободил Гено. Он не стал спрашивать, не хочет ли Дрим пойти куда-нибудь еще, например, в импровизированный медпункт. И это хорошо, потому что Дрим тоже не хотел туда идти. Инк быстро и четко объяснил, как будет проходить сканирование и что он почувствует, и вокруг его рук закружилась зеленая магия. Дрим подумал, что он сделал ее видимой специально для него. Он никогда не видел такой зеленой магии. Впрочем, Инк был не только Целителем, но и Защитником. Странности были вполне ожидаемы, а учитывая, что Инк был сильнее, чем все Целители Омега-таймлайна вместе взятые, Дрим полагал, что у него есть преимущество. Но он все равно не позволял себе надеяться, что Инк сможет ему помочь. Сканирование не заняло много времени. Инк погасил свою зеленую магию. На смену юношескому, полному надежды выражению его лица пришло куда более серьезное. Дрим подумал, а не так ли Инк выглядел за совиной маской Арка, когда отчитывал Хранителя, узнав о его травмах? – Полагаю, ты уже знаешь о состоянии своей души. Дрим кивнул. – Не знаю, смогу ли я это исправить. Но… эм. Я могу хотя бы дать тебе совет. Может быть. – Инк прижал руку к груди. – Я понимаю, это очень трудно, но постарайся не терять надежду. Дрим невольно вздрогнул. Инк собрался с духом и выдавил из себя: – Слушай, я понимаю. Трудно верить, что все наладится. Я понимаю искушение сдаться и просто… пустить все на самотек, – его и без того мягкий голос стал еще тише, и Дриму пришлось наклониться ближе, чтобы расслышать. – Я и сам с этим борюсь. Мне приходилось сражаться с собой, чтобы не дать Доктору Фелл Гастеру просто забрать меня. Я мог бы сдаться и позволить ему делать что угодно, лишь бы это все закончилось и больше никто не пострадал. Дрим не знал, что сказать. Страх и паника, с которыми он боролся, вцепились в его душу, и она ужасно заныла, словно хотела вырваться из грудной клетки. Улыбка слетела с лица Инка, и Дрим увидел уставшую и встревоженную душу, на чьих плечах лежал такой груз, что он давно должен был сломаться. – Я не могу просто потерять надежду и сдаться. Я хочу продолжать существовать, пусть даже все кажется слишком сложным. Не только ради других, но и ради себя. Вокруг так много плохого, и кажется, что это твоя вина, но это не так. Ты не виноват. Он помедлил, а потом взял Дрима за руку. В отличие от обжигающих прикосновений Блу и Core!Фриска, прикосновение Инка было совершенно нейтральным. Впервые Дрим не чувствовал ни жара, ни холода. – Ты сражаешься гораздо дольше, чем я. Ты так много сделал для столь многих, даже если сам этого не замечаешь. Но тебе нужно сначала позаботиться о себе, прежде чем заботиться о других, включая меня, – Инк сжал руку Дрима. – Ты больше, чем просто Хранитель. Ты – личность. Ты имеешь право на отдых и на жизнь. Глазницы Дрима жгло, но он сдержал слезы. – Всем нужно, чтобы я был сильным. Огоньки глаз Инка вспыхнули зеленым, а глазницы словно потемнели на контрасте. – Мне не нужно. Я не говорю, чтобы ты все бросил на меня или что-то вроде того, но ты должен отдыхать. Поверь, если ты будешь так себя загонять, будет только хуже. Тебе нужно найти баланс между долгом и жизнью. – Я не думаю, что смогу, – признался Дрим. – Тогда я помогу тебе, – Инк смотрел все так же серьезно, но зеленый цвет его зрачков немного потускнел. – У меня всегда лучше получалось помогать другим. Дриму хотелось сказать, чтобы Инк не тратил на него время. Ему хотелось умолять Инка не растрачивать свою надежду и доверие на такого, как он, который веками все портит в этой Мультивселенной. Но потом он подумал и понял, что Инк прав насчет его самооценки, и почувствовал себя неловко. Это привело Дрима в полное замешательство, казалось, в тысячный раз с момента появления Инка. – Хотя бы подумай об этом? – попросил Инк. Дрим не смог ответить. Инк не расстроился. Он просто выглядел решительным. – Я все равно в тебя верю. Значит, и тебе нельзя сдаваться. Дрим не понимал, почему. Он избегал взгляда Инка, стараясь не чувствовать себя трусом. – Давай вернемся к остальным. Инк не стал давить, и они вместе спустились вниз. Остальные собрались на кухне, кроме Эджа. Продукты были аккуратно рассортированы. Дрим с облегчением (и с грустью) заметил, что все продукты, кроме доброженого, предназначены для приготовления целебной пищи или хорошо подходят для путешествий. Логично. После их ухода они сюда больше не вернутся. «И хорошо». Инк сразу же принялся разбирать ингредиенты для целебной еды. И постоянно спрашивал, не будут ли они против, если он что-то использует. Дрим непростительно долго не мог понять, что Инк на самом деле переживает, хватит ли им ресурсов. Это наводило на неприятные мысли о нынешней(?) ситуации Банды. Учитывая, что после того, как (Кросс ушел) Дрим перестал жить в Омега-таймлайне, он в основном скрывался, он должен был раньше догадаться, что у Банды могут возникнуть проблемы с ресурсами. Тем более, что Найтмер отсутствовал, а Ядро Хоррортейла вышло из строя. Калор ушел дежурить, а Эдж отказался присоединиться. Доброженое положили в морозилку, оставив на потом. Дрим не особо умел готовить. У него никогда не было времени, и он в основном полагался на то, что удавалось найти. А когда он все-таки садился за стол, готовил Блу. Дрим обычно слишком уставал, чтобы помогать, или боялся помешать. Говорят, что много поваров на кухне – это плохо, но у них все отлично получалось. Инк и Блу были полны энтузиазма и заряжали им остальных. Инк с удовольствием учил Дрима и Гено готовить разные блюда, в том числе коричных кроликов и ирисково-коричный пирог. Он хвалил их, терпеливо стоя рядом и помогая, или просто направлял их руки, когда они смешивали ингредиенты. Дрим постепенно перестал бояться испортить еду. Было трудно чувствовать себя растяпой, когда Блу и Инк улыбались ему. Эдж вернулся, привлеченный запахами, и его без церемоний втянули в разговор о том, как развивается сельское хозяйство в Омега-таймлайне. Инк ловил каждое его слово с восторгом, которому Дрим мог только позавидовать. Он задавал вопросы и радовался еще больше, когда Эдж или кто-то другой отвечал на них. Эдж, в свою очередь, казалось, был рад его вниманию. Несмотря на мирную атмосферу на кухне Дрима, не все было идеально. Время от времени Инк поднимал взгляд выше роста окружающих его Сансов и замирал. Он молча продолжал заниматься делом, но Дрим замечал, как он колеблется, словно ожидал увидеть кого-то еще. Еще был момент, когда Инк случайно смахнул локтем миску с тестом со стола. Гено успел поймать ее, но немного теста все равно вылилось. Инк выглядел обеспокоенным, но не запаниковал и не стал без конца извиняться. Он спокойно помог все убрать. «Он же готовил с Хоррором». Дрим вспомнил, как однажды в Альтернативной Вселенной сожгли часть запасов еды, чтобы Банда Найтмера ничего не получила. Гнев и отчаяние Хоррора вывели Дрима из строя, когда тот буквально разорвал нескольких Стражей и монстров в порыве ярости. Звездные Сансы видели только кровожадную сторону членов Банды на поле боя, но Дрим мог ясно представить, как Хоррор подбадривает Инка так же, как сейчас Инк подбадривал его и Гено. Он мог представить, как Хоррор спокойно реагирует на пролитую еду, и с мягким терпением, о котором мало кто знал, уверяет Инка, что все в порядке. Это было таким облегчением, как и заботливость Даста. Банда могла быть жестокой, но и доброй тоже. Дрим подумал о Найтмере, и снова почувствовал укол вины. Не успел он погрузиться в мрачные раздумья, как Инк оказался рядом, взял венчик, и, отходя, похлопал Дрима по руке. Дрим озадаченно уставился на руку. Инк заметил его взгляд: – Что-то не так? – Ты очень тактильный, – сказал Дрим. Инк прищурился, словно не был уверен, что помнит, что это значит. – Это плохо? – Вовсе нет! – поспешно ответил Дрим. – Просто я удивлен, учитываяя… э-э… с кем ты живешь. Инк все еще не понимал. – Что?.. А! Было несколько инцидентов, но ничего серьезного. Мы… то есть мои бра… э-э, Банда и я, мы как-то привыкли друг к другу, наверное. Я же почти всю жизнь был один, и в процессе моего обучения Банда выяснила, что мне не хватает прикосновений. Они, кажется, немного запаниковали, когда поняли это. И начали обнимать меня, хлопать по плечу, гладить по черепу… ну, всякое такое. А потом и сами начали так делать. – Он пожал плечами. – В общем, у нас дома обычные прикосновения стали чем-то вроде традиции. Звездные Сансы переглянулись и сразу же отвели глаза. Дрим гадал, что сейчас творится в голове у Блу, ведь он больше не чувствовал его эмоции. Вскоре их лечебная выпечка была готова. Инк едва не вызвал у Блу разрыв души, когда попытался достать горячий противень прямо из духовки, но тут же показал свои защищенные магией руки и объяснил, что не нашел прихватки. Прихватки, которые нашел Дрим, были изрядно потрепаны, так что он не рискнул бы ими пользоваться. Тем не менее, Инк смущенно извинился за то, что напугал их. Магическую еду поделили между Инком, Дримом, Блу и Гено, причем большая часть досталось Инку и Дриму. Оказалось, что еда, зачарованная Инком, лечит намного лучше, чем еда Блу. – Логично. Я же Целитель, – в его голосе не было гордости, лишь сухой аналитический тон, словно Инк уже обдумывал, как это может повлиять на использование еды. Он аккуратно пометил каждый контейнер и положил их в сумку, чтобы пополнить свои запасы. Когда с этим было покончено, Дрим наконец достал из морозилки обещанное доброженое. Он вытащил нужные вкусы и замер, заметив тройное шоколадное, лежащее вместе с четырьмя другими, включая еще одно банановое. Он не слышал, чтобы Инк просил Азгора принести что-то для остальной Банды. Дрим осторожно закрыл морозилку, держа в руках доброженое. Банановое было его, голубая малина для Блу, смесь клубники, голубой малины и лайма для Инка, ириска для Азгора, кислая вишня для Эджа, радужный вихрь для Калора и кетчуп для Гено. Последний вкус показался Дриму несколько сомнительным, но Гено был в восторге. Сейчас они просто наслаждались доброженым и тихо болтали о всяких пустяках. Сейчас они были в достаточной безопасности, чтобы расслабиться. Сейчас царил мир. Сейчас Дрим мог выдохнуть и насладиться эмоциональной тишиной. Доброженое для Core!Фриска и Судьи осталось в морозилке вместе с доброженым для Банды.