Глава 36. Надвигающийся рок
14 октября 2023 г., 14:51
Судья вернулась в старый дом Дрима, когда Инк, Дрим, Гено, Блу и Свап Азгор домывали последнюю партию посуды. Инк даже не успел посканировать и определить, что за "Лодочник" в синем плаще вошел вместе с ней, как тот скинул капюшон, и оказалось, что это Топ.
– Core!Фриск нас провел, – вкратце пояснила Судья. – Они узнают, что здесь кто-то есть, но не поймут, что это Топ.
Инк взглянул в угол и увидел, что Core!Фриск уже там. Он сидел на полу, обхватив колени руками, и старался не привлекать внимания. Блу сел рядом с ним и неуверенно положил руку на плечо. Он явно почувствовал облегчение, когда тот не исчез, тем более, что Кор ни с кем не поздоровался и даже не поднял глаз. Инк не стал спрашивать, удалось ли Core!Фриску найти Астера.
Топ снял плащ и повесил его на вешалку у двери, оставшись в своей обычной одежде и с большой сумкой в руках. Не хватало только его знаменитого цилиндра. Инк подумал, не лежит ли он в сумке вместе с инструментами, которые принес Топ. Он порадовался, что Топ не носит лабораторный халат, как Доктор Фелл Гастер. И наверное, X!Гастер тоже…
Инк отогнал все мысли о Гастерах (и о том, что один из них сделал с Кроссом) и робко помахал рукой:
– Привет, Топ. Я снова немного влип.
– Я вижу… Инк?
Топ переводил вопросительный взгляд с него на Судью, как будто не был уверен, что назвал правильное имя. Инк кивнул, и Топ, кажется, успокоился и пошел за ним в гостиную. Инк сел на диван и задрал порванную штанину, показав золотой браслет, который наполовину сросся с костями его ноги. Топ болезненно скривился, но быстро взял себя в руки.
– Мне очень жаль, что мое изобретение для блокировки кодов использовали против тебя. Мы создавали эти устройства для сдерживания таких, как Эррор, потому что сомневались, что сможем создать что-то, способное его по-настоящему остановить. Потом я понял, что их можно использовать и для другого, и ушел, пока меня не убрали.
Инк невольно вздрогнул. Core!Фриск тоже.
Топ посмотрел на них с тихой смиренной грустью.
– Судья сообщила мне о трагедии в Небоскребе.
– Целью был мой от… друг Астер из Зефиртейла, – выпалил Инк – Но они сказали, что это была бомба на основе Ядра. Эксперименты с Ядром обычно не уб-бивают Гастеров, так что он, возможно, застрял в Пустоте, как ты когда-то. Может быть, ты сможешь его найти? – Он изо всех сил старался скрыть отчаяние, но был уверен, что оно сквозит в его голосе.
Выражение лица Топа изменилось, но это была не жалость, а задумчивость. Это вселило в Инка надежду.
– У меня есть способы проверить.
Инк расплылся в улыбке и постарался не смотреть слишком пристально на Core!Фриска. Он подозревал, что тот сбежит, если Инк обратит на него внимание и попытается объяснить, что знает, что Кор старался изо всех сил (и что это не его вина).
– Спасибо.
Топ кивнул и указал на золотой браслет.
– Можно? Я пока только посмотрю.
Инк кивнул и внимательно наблюдал, как Топ осматривает браслет. Пока он работал, Калор вернулся с последней приглашенной, и улыбка Инка дрогнула, а затем и вовсе исчезла.
Core!Фриск сперва посмотрел на Доктора с недоумением, которое быстро сменилось немым ужасом, когда он понял, зачем она здесь. Вид испуганного Core!Фриска помог Инку собраться, и он постарался выглядеть спокойно ради него.
– Здравствуйте, Доктор. Спасибо, что пришли.
– Само собой, – Доктор Ториэль казалась невозмутимой, несмотря на обстоятельства, но Инк подозревал, что она тоже старается держать свои эмоции под контролем. – Ты все еще мой пациент. Место, конечно, не самое подходящее, но я постараюсь помочь, чем смогу.
– Я не знал, что вы придете помогать, – заметил Блу. – Вы думаете, что сможете извлечь наручник, э-э… – он посмотрел на бесформенный золотой браслет и слегка вздрогнул, – …из ноги Инка?
До него явно еще не до конца дошло. Гено напрягся, а Дрима затошнило – очевидно, они все поняли.
– Это возможно, – осторожно ответила Доктор Ториэль. – Однако я здесь на случай, если что-то пойдет не так.
Инк сказал прямо:
– Она здесь, чтобы помочь мне, если взрывчатка сработает.
Глаза Блу стали белыми, а Core!Фриск закрыл лицо руками. Инк посмотрел, как Дрим пошел их успокаивать, и снова повернулся к Топу и Доктору Ториэль.
– Мне нужно только, чтобы деактивировали трекер и нейтрализатор кодов. Удалить ее можно и потом, главное, чтобы я мог использовать коды и вернуться к Банде.
Топ был поглощен сканированием наручника и не ответил, а Доктор Ториэль обратилась к Дриму:
– Прошу прощения, но лучше, чтобы нас ничего не отвлекало.
Судья слегка кивнула, а тройка самых известных врагов Банды повернулась к Инку за разъяснениями. И возможно, за разрешением. Инк не мог им его дать. Дрим, Блу и Core!Фриск и так натерпелись всякого. Он не хотел, чтобы их кошмары стали еще хуже.
– Я не хочу, чтобы вы это видели, если что-то случится, – мягко сказал Инк.
Блу нервничал. Дрим и Судья смирились. А бедный Core!Фриск был просто напуган.
Во взгляде Гено появился упрямый блеск, и его руки дернулись к шарфу.
– Гено может остаться, – не задумываясь, продолжил Инк. Он почти пожалел об этом, ведь Гено тоже хватало кошмаров, но Гено положил руку ему на плечо, ободряюще сжав его.
– Хорошо, – согласилась Доктор Ториэль. – Нет ли здесь более подходящего места?
Core!Фриск огорченно пискнул. Инка осенила идея, и он встал, позволив Циану и Голду сползти по рукам в ладони. Кор в замешательстве посмотрел на него с пола, а Инк слегка наклонился, предлагая ему змей:
– Не мог бы ты присмотреть за ними?
Пустые глаза Core!Фриска наполнились слезами, и он взял змей. Циан и Голд тут же расщепили хвосты, обвив ими пальцы Кора, и на его лице появилась тень улыбки.
Блу остался с Core!Фриском и Underswap!Азгором, а Дрим повел Инка, Гено, Топа и Доктора Ториэль в небольшую комнату, которую переделали под медпункт. Азгор все там подготовил, а Доктор Ториэль и Топ принесли остальные необходимые принадлежности. Осматривая помещение, Инк предположил, что когда-то это действительно был домашний медпункт, когда Дрим и Кросс жили вместе. Он представил, как Дрим или Кросс сидят на краю обычной белой регулируемой кровати, а другой суетится вокруг и собирает все для первой помощи.
Теперь Инк сидел здесь, вытянув ноги, чтобы Топ мог продолжить осмотр. Он упорно твердил себе, что белая кровать – это просто кровать, а не смотровой стол. Врачебный халат Доктора Ториэль усложнял задачу, хотя присутствие Гено немного успокаивало.
Топ бросил последний взгляд на сканер в своей руке и тяжело вздохнул.
– Возможно, мне удастся деактивировать нейтрализатор кодов. Но если я попытаюсь разблокировать браслет, он взорвется. Замок связан с чьей-то уникальной магической подписью.
– Фелл Альфис, – с горечью догадался Гено.
– Скорее всего, – согласился Топ. Он что-то нажал на планшете, и Инка пробрала дрожь, когда он вспомнил "предупреждение" Фелл Альфис. – У меня есть новости, которые могут быть хорошими или плохими, смотря с какой стороны смотреть. Наручник уже перенастроен и теперь активируется только вручную.
– Они определенно следят за нами, – ничуть не удивившись, предположил Инк. – Трекер работает?
– Да.
Инк сохранил дыхание ровным.
– Сначала займись подавителем кода. Вряд ли я смогу отключить в нем что-то еще, если получу доступ к кодам, но шанс есть. – Он взглянул на Доктора Ториэль, которая ответила ему ободряющим взглядом. – Если рванет, и я не успею защититься, то, по моим расчетам, волна дойдет до середины бедра. Я должен успеть защитить остальную часть тела, но даже с защитой я могу потерять ногу до колена.
– В таком случае, мы можем столкнуться с травматической ампутацией голени, а не бедра. Как твоя зеленая магия отреагирует на такую травму? – спросила Доктор Ториэль, сохраняя профессиональный тон.
Инк подумал, понимает ли она, как он рад, что она не пытается успокоить его пустыми заверениями, что ничего не случится. Он тщательно обдумал ее вопрос, опираясь на прошлый опыт лечения собственных травм.
– Она может вообще не отреагировать, если я впаду в шок. Иногда я не осознаю, что ранен именно я, и начинаю искать других, кого нужно исцелить.
Доктор Ториэль спокойно приняла его слова и начала подробно описывать порядок действий при внезапной травматической ампутации ниже колена. Инк внимательно слушал, чтобы убедиться, что правильно помнит все из своих собственных исследований… на всякий случай. Он был благодарен, что она говорит честно, а не пытается его обнадежить.
Топ, в свою очередь, объяснил, как он собирается отключить браслет. Инку было сложно понять все эти научные термины, но Гено, похоже, все понимал. Инк хотел, чтобы Астер был рядом. Он не терял надежду, что тот скоро появится. Не здесь, в Омега-таймлайне, а где-то вне Пустоты, где бы он ни был заперт.
Пока Топ и Доктор Ториэль надевали специальные лабораторные халаты для защиты от осколков и огня, Инк использовал свою черную магию, чтобы максимально защитить верхнюю часть ноги, свободную ногу и грудную клетку, не мешая им. Даже с этой защитой он рисковал потерять все, что ниже колена, если произойдет взрыв. Ему ничего не оставалось, как думать об этом, пока Топ доставал инструменты и раскладывал их на стойке рядом со смотр… кроватью.
Топ положил на стол инструмент, похожий на отвертку, и спросил, не глядя на Инка:
– Ты можешь отказаться, если хочешь, но как насчет того, чтобы зафиксировать твою ногу, чтобы она не двигалась?
Инк яростно замотал головой. Топ не стал спорить и принял его отказ, к большому облегчению Инка. Гено заметил дрожащие руки Инка и придвинул свой стул ближе, взяв его за левую руку.
Инк попытался отдернуть руку, жестом прося его отойти.
– Тебя может задеть.
– Я не сдвинусь с места, – отрезал Гено.
Инк сердито посмотрел на него и использовал свою черную магию, чтобы защитить и Гено. Он услышал, как тихо переговариваются Доктор Ториэль и Топ, и обнаружил, что вцепился в руку Гено, как будто только это не дает ему упасть в Пустоту.
– Я хочу к своим братьям, – шепотом признался Инк.
Напряженный взгляд Гено смягчился, и он провел рукой по черепу Инка.
– Ты вернешься к ним в течение суток. Я уверен.
Инк надеялся, что это не просто слова.
В комнате воцарилась гнетущая тишина, когда Топ достал небольшой планшет и подключил к нему интерфейсный кабель, вставив его в едва заметный разъем рядом с индикатором. Наручник продолжал безмятежно мигать и, казалось, никак не реагировал.
Топ начал вводить команды в планшет. Инк, лежа на кушетке, не мог видеть экран, но гадал, похожи ли эти команды на те коды, которые он сам видел. Он продолжал защищать себя и Гено, крепко держа его за руку.
Тишина была невыносимой, но Инк боялся нарушить ее, опасаясь отвлечь Топа или случайно пошевелить ногой. Он схватился свободной рукой за воротник шарфа, жалея, что не снял его. Он не хотел, чтобы шарф испортился, если вдруг…
Индикатор загорелся красным, и нейтрализующий коды наручник быстро запищал.
Дыхание Инка участилось, но он заставил себя оставаться неподвижным, пока Топ спокойно (но быстро) вводил команды в устройство. Выражение его лица не изменилось, но хватка пальцев на планшете стала напряженной. Инк вцепился в руку Гено еще сильнее. Он бы не удивился, если бы у Гено онемели пальцы.
Магия Инка бурлила в его костях, словно умоляя бежать. Он не мог исчезнуть, не прихватив с собой наручник, а если он сбежит, ему придется самому справляться с ранами. Учитывая, чем закончился его последний приступ паники и бегства из-за боли, это не сулило ничего хорошего.
Доктор Ториэль не мешала Топу и положила руку на череп Инка, немного отвлекая его. Ее взгляд был серьезным, но она сохраняла спокойствие, глядя ему в глаза. Он знал, что если случится худшее, она сделает все возможное, чтобы помочь. Ему хотелось сказать ей, как он благодарен ей (и Гено, чья рука, должно быть, уже вся в синяках), что она рядом, но горло сдавило от волнения.
Топ не паниковал, не ругался и не бормотал проклятия, хотя на его черепе выступила испарина. Он просто продолжал работать с твердым и решительным выражением лица, пока браслет пищал и мигал. Инк не знал, что он пытается сделать, но было ясно, что он не сдается. Он представил себе похожее выражение на лице Астера, если бы тот был рядом. Но Астер пострадал от взрыва бомбы на основе Ядра. Инк надеялся, что в Пустоте с ним все в порядке.
Суровое выражение лица Топа прояснилось, и он оскалился в победной ухмылке.
Нейтрализатор кодов пискнул последний раз, и индикатор погас. Как и предупреждал Топ, наручник не открылся. Но и не взорвался.
Инк почувствовал прилив энергии и облегчения, когда коды вернулись к нему, тепло окутав его, словно приветствуя старого друга. Дыхание выровнялось, и он разжал пальцы, отпуская Гено. Только тогда он понял, что Гено так же отчаянно держал его за руку.
Топ немного опустил планшет, не отрывая от него взгляда.
– Нейтрализатор кодов отключен, трекер тоже. Слишком опасно пытаться что-то сделать со взрывчаткой или самим браслетом, чтобы его снять. Он сделан из материала, который можно разрезать только лазером.
Инк уже подозревал это, но не мог скрыть разочарования.
«Он частично сросся с моей ногой, так что не слетит, даже если его разрезать».
Он взглянул на коды браслета и сразу понял, что любое вмешательство обернется потерей ноги. Повсюду были вплетены фрагменты, которые он определил как личную магическую подпись Фелл Альфис. Он не трогал ни их, ни сам наручник, боясь спровоцировать что-либо более детальным изучением.
«По крайней мере, ко мне вернулись способности к программированию».
Инк хотел поблагодарить Топа и Доктора Ториэль, но лишь тихонько всхлипнул. Гено тут же обнял его, а Доктор Ториэль погладила по спине.
– Сп-пасибо, – с трудом выговорил Инк дрожащим голосом. – Гено, мне н-нужно стабилизировать твои коды.
Гено резко выдохнул, что прозвучало почти как прерывистый недоверчивый смех.
– Дай себе хоть секунду, ладно?
Инк положил голову на плечо Гено и задрожал. Он даже не замечал, как замерз, пока его не начало трясти. Он согнул ноги в коленях, подтянув левую к груди, и с горечью посмотрел на золотой браслет на правой. Индикатор погас, но взрывчатка все еще представляла опасность. Но раз браслет не засечет его местоположение, он сможет уйти. Верно?
Инк провел пальцами по оплавленной части браслета, почти сросшейся с ногой.
– Вы можете проверить, нет ли там еще каких-нибудь сюрпризов?
– Без полного сканирования на нескольких аппаратах не получится, – ответила Доктор Ториэль, а Топ согласно кивнул.
Инк поморщился.
– Я все равно не могу пойти в больницу. И без обид, но думаю, в лаборатории я просто слечу с катушек.
Никто не обиделся.
Инк начал теребить шарф, отводя взгляд.
– Я хотел бы кое-что обсудить с вами, Доктор Ториэль. Если у вас есть время. Я ведь уже отвлек вас от больницы…
– У меня есть время, – терпеливо перебила Доктор Ториэль.
– Ну, я тогда пойду, – Топ собрал свои вещи и присел на краешек кровати рядом с Инком. – Я постараюсь найти Астера. Я сам однажды побывал в Пустоте, так что у меня есть способы поиска других Гастеров.
Инк сумел выдавить благодарную улыбку:
– Спасибо, Топ. За все.
Взгляд Топа потеплел, и он учтиво кивнул:
– Если что, звоните. Андертоп всегда открыт.
Он направился к двери, придержав ее для неохотно бредущего Гено. Инк догадался, что тот пошел делиться с остальными хорошими и не очень новостями. Дождавшись, пока дверь закроется, он снова посмотрел на свою ногу.
– У меня есть пара вопросов, если вы не против.
– Давай, – подбодрила Доктор Ториэль.
Инк замялся, не зная, как начать: издалека или сразу перейти к делу, не отнимая у нее время. В итоге нервы сдали, и он выпалил:
– Если взрывчатку нельзя обезвредить, мне стоит ампутировать ногу, чтобы снять эту штуку?
Доктор Ториэль не стала сразу отметать эту возможность. Она села на место Топа, такая же спокойная и серьезная, как всегда. Но даже при всем своем медицинском профессионализме она оставалась доброй и открытой. Почему-то это спокойное тепло напомнило Инку Ториэль из Хоррортейла. Он надеялся, что с ней все в порядке.
– Из-за того, что нога и браслет повреждены, его придется удалять хирургическим путем, – подтвердила Доктор Ториэль то, что Инк уже подозревал. – Но я не могу сказать, насколько это опасно для тебя и для хирургов, пока мы не узнаем, что там за взрывчатка.
– Я не знаю, что там внутри, и даже если бы знал, я не знаю, насколько нестабильно взрывчатое вещество. А вдруг в него попадет атака, или я неудачно упаду? Я могу оказаться на поле боя, и… – Инк зажмурил глазницы. – Если мне придется выбирать между потерей части ноги и риском, что осколки попадут в грудную клетку, я думаю, что справлюсь.
Доктор Ториэль немного помолчала и вздохнула.
– Лучше всего, конечно, сделать это в больнице под присмотром врачей. Но можно попробовать ампутировать ногу с помощью острой магической атаки. Я могу еще раз объяснить тебе, как это делается.
У Инка не было никаких острых магических атак, а вот у Банды они точно были. Он попытался представить, как просит их об этом, и чуть не заплакал. Они будут вечно винить себя, даже если это спасет Инка от более серьезной травмы или даже смерти. Ему придется серьезно обдумать другие варианты в более безопасной обстановке, пока до этого не дошло.
Фелл Альфис ни за что не сняла бы наручник сама. Было грустно признавать это, но Инк подозревал, что ее ненависть к Банде Найтмера слишком сильна. Она могла просто так взорвать взрывчатку, чтобы увидеть страдания Инка. Или, что еще хуже, чтобы Банде было так же плохо, как ей.
Доктор Ториэль еще несколько раз повторила с Инком процедуру, надеясь, что это отпечатается в его памяти, и он сможет действовать на автомате. Она оставила ему в сумку несколько вещей, быстро обняла его и ушла. Среди припасов был список врачей и ученых из разных Альтернативных Вселенных, специализирующихся на протезировании и других вспомогательных устройствах.
Инк немного пришел в себя, а затем пошел искать Гено. Он нашел его в коридоре со змеями, свернувшимися в его шарфе. Инк сразу же протянул руку черноглазому Голду, который с радостью переполз к нему. Инк посмотрел на Гено и приложил палец ко рту, прося тишины.
Он жестом пригласил Гено подняться на чердак. Там он молча достал пузырек с магией Позитива и сосредоточился на ней. Как и магия Найтмера, магия Дрима представляла собой путаницу кодов. Но в отличие от магии Найтмера, она не была явно Испорченной. В явном виде. Частицы неправильности тревожили Инка, и он осторожно разбирал их, лишь на мгновение замерев, беспокоясь, что взрывчатка может сработать. Это оказалось просто паранойей, так как браслет оставался инертным.
Постепенно тускло-желтая магия приобрела сияющий золотистый оттенок. Инк хотел бы, чтобы помочь Дриму было так же просто, но понимал, что хотя он может временно помочь Дриму исцеляющей магией, баланс между Негативом и Позитивом должен быть менее перекошен в сторону Найтмера, чтобы это действительно помогло.
Очищенная магия Позитива ярко засияла, и Инк предложил пузырек Голду. Змея с любопытством заглянула во флакон, а затем, как и ее брат, открыла рот. Магия Позитива потекла к Голду, превращаясь в острые, как иглы, клыки.
Черные глаза окрасились в ярко-золотистый цвет магии, и Голд отступил, оставив немного в пузырьке. Инк закрыл его и убрал вместе с пустым флаконом с луной на крышке. Потом надо будет перегнать это в шприц. Он взглянул на Гено; тот смотрел в ответ, широко распахнув глазницу, а затем перевел взгляд на змею, уютно устроившуюся в его красном шарфе.
– У Циана есть?..
Инк кивнул и добавил вполголоса:
– Теперь я могу стабилизировать твои коды. И возможно… я кое-что увижу в процессе.
Гено рассеянно погладил Циана по голове, о чем-то размышляя.
– Без проблем. Даю добро на все, что потребуется, – он серьезно посмотрел на Инка.
Вспомнив уроки Призмы, Инк вывел данные Гено. Это напоминало Проверку, но гораздо более подробную, с бегущей строкой кода, связанной с его Решимостью. Хотя Гено, нахмурившись, смотрел примерно в сторону черного окна интерфейса, было очевидно, что он не видит того же, что и Инк, а лишь прослеживает направление его взгляда. Возможно, время, проведенное на Экране Сохранения, обострило его чутье. А может, дело было в том, что он – Санс, который мог бы стать Эррором.
Восстановить ОЗ Гено оказалось несложно: используя смесь зеленой магии и программного кода, Инк сумел остановить деградацию и залечить глубокую рану на его груди. Глазница так и осталась оплавленной, но Инк не слишком расстроился. Он был просто рад, что Гено перестал "таять" и теперь не рассыплется прахом в любой момент.
Когда Инк перешел к анализу базовых данных Гено, его охватила нерешительность. Не потому, что это было трудно, а как раз наоборот – все было слишком просто, словно он листал страницы на планшете. По ходу дела он выставлял защитные барьеры, чтобы никто другой не смог получить доступ так же легко, и параллельно искал нужный идентификатор пароля.
Имя файла: "Гено"
ID пароля: 1.6.20.5.18.20.1.12.5.0.19.1.14.19.0.3.18.1.25.15.14.0.17.21.5.5.14.0.12.15.22.5.18.15.6.16.9.7.7.9.5.19.0.20.23.5.14.20.25.0.6.9.6.20.5.5.14
Инк не стал слишком внимательно изучать детали файла. К своему облегчению (и тревоге), он уже заметил то, что искал.
Стеганографический файл (альт.): "Эррор"
ID пароля: 5.18.18.15.18.20.1.12.5.0.19.1.14.19.0.4.5.19.20.18.15.25.5.18.0.3.18.1.25.15.14.0.17.21.5.5.14.0.12.15.22.5.18.15.6.16.9.7.7.9.5.19.0.20.23.5.14.20.25.0.6.9.6.20.5.5.14
if (destroyerNotFound == true) {
if (Geno.location == “Anti-Void”) {
multiverseOverride(Error);
} else if (Geno.location == “saveScreen”) {
multiverseOverride(fatalError);
}
}
//searchForErrorDestroyer ();
//warnForMissingDestroyer ();
function multiverseOverride (roleName) {
if (roleName == “Error”) {
//errorOverride();
} else if (roleName == “fatalError”) {
//fatalErrorOverride();
}
}
Эти коды оказались лишь неактивными "заглушками" – заблокированными фрагментами, которые можно было просмотреть, но нельзя изменить. Все выглядело так, будто кто-то скопировал часть данных Эррора, перенес их сюда, а затем, осознав, что оригинал никуда не делся, просто заблокировал их вместо того, чтобы удалить. Убедившись в их сохранности, Инк позволил кодам растаять в воздухе. Он часто заморгал, чувствуя легкое головокружение, и с надеждой посмотрел на Гено:
– Ну как ты?
Гено взглянул на свою грудь, откуда больше не шла кровь, и ухмыльнулся Инку:
– Лучше. Спасибо, Инк.
Инк просиял в ответ:
– Отлично! Тогда я пойду ловить Дрима, – он посмотрел на Голда, который довольно свернулся в его шарфе. – И не кусай Дрима! Я знаю, что ему сейчас несладко, но нам нужны дозы на крайний случай, ясно?
Голд спрятался в складках шарфа. Циан высунулся из шарфа Гено и скользнул по капюшону Инка к своему брату. К удивлению Инка, они оба быстро "впитались" в ткань, снова став плоскими рисунками на концах шарфа. Инк посмотрел на эти безобидные с виду принты и понял, что они задумали. Он выдавил короткий, усталый смешок.
– Пожалуйста, не кидайтесь на всех, кто решит потрогать мой шарф, – наказал он змеям. – Можете припугнуть их, но чур не кусаться.
Голд приподнял голову и игриво высунул язык в его сторону, прежде чем снова замереть на ткани. Циан и вовсе притворился, что не слышит.
– Я так и знал, что эти двое – смышленые ребятки, – поддразнил Гено. Но его веселье быстро сменилось серьезностью. – А сам-то ты как?
Инк принялся теребить воротник своего шарфа-капюшона, напустив на себя ироничный вид.
– Помощь другим – это мой механизм преодоления. Если я буду только и делать, что изводить себя мыслями о будущем, моя душа, чего доброго, сама расколется от стресса. Это было бы весьма прискорбно.
– Крайне прискорбно, – так же сухо подтвердил Гено.
Инк оценил, что тот так спокойно воспринял его черный юмор. Ему и впрямь не хотелось лишний раз вспоминать об активной взрывчатке и о том, что она может с ним сделать.
– Хочешь помочь мне загнать Дрима в угол?
У Дрима практически не было шансов против Инка и Гено (а позже и Блу, когда тот понял, почему Целитель так прицепился к его другу). Даже Кор внес свою лепту и повис на Дриме, не давая ему смыться под каким-нибудь предлогом. В итоге Хранитель Позитива сдался и разрешил Инку провести обследование, как тот и обещал (ну, или угрожал).
Как Инк и подозревал, он мало чем мог помочь: лишь слегка поддержать жизненные показатели Дрима, чтобы тот не балансировал постоянно на грани обморока. Он опасался, что флакон или помощь Голда могут понадобиться ему раньше, чем он надеялся. Он почти решился оставить флакон у Блу на всякий случай, но страх, что ему может потребоваться зеленая магия в дополнение к "эмоциональному адреналину", заставил его передумать.
Инка хватило еще на час, после чего он, извинившись, ушел "отдыхать" на чердак. Кто-то (скорее всего, Блу) прибрался на той верхней полке, на которую он забирался ранее, и оставил там мягкое одеяло и подушку.
Инк залез на полку, забился в угол и закатал штанину. Золотой браслет тускло блеснул, лампочка на нем не горела. Вся нога вокруг него была испещрена двоичными кодами разных миров. Некоторые читались четко. Другие были обуглены. На самом деле, почерневших кодов стало гораздо больше, чем до того, как на него надели наручник.
Инк тихо открыл сумку. Пальцы на секунду задели тонкий обруч, спрятанный в ткани, а потом он вытащил старую записную книжку, которую не открывал, казалось, целую вечность. И начал записывать каждый код, используя первобытный Виндингс.
Ему просто хотелось домой.
Дверь камеры отворилась, и в нее вошел Хоррор с подносом. Он закрыл за собой дверь, ненадолго показав спину, и Ред увидел, что у него нет готового магического топора. Да он и не был нужен. Хоррор мог разорвать его на части голыми руками. Он пугал Реда не меньше остальных, но был далеко не так плох, как Киллер или Даст. Даже у Кросса были свои заморочки. Еще был Инк, но тот был аномалией.
Ред вспомнил об интересе своего отца к аномалиям и едва не поморщился. Не хватало еще, чтобы Хоррор подумал, что он боится.
Хоррор повернулся к нему и поставил поднос:
– Вот еда.
Формулировка была намеренно расплывчатой. Он не упомянул время, чтобы не дать Реду понять, как долго он пробыл в темнице Хоррортейла. Свет теперь горел ярче, но это не давало представления о том, сколько прошло времени. Часы? Дни? Учитывая, что Хоррор кормил его уже не в первый раз, вариант с "днями" казался более вероятным. Но Ред не мог знать наверняка. Время всегда шло как попало, так зачем утруждать себя отслеживанием?
Еда оказалась простой: гамбургер и картошка фри. Это могло означать обед или ужин, а могло быть и завтраком, но Хоррор морочил ему голову. Часть Реда хотела отшвырнуть поднос, как только представится возможность, но он знал, что лучше не отказываться от еды из рук Хоррора. Он был озлобленным и уставшим, но не суицидником же.
Хоррор освободил руки Реда от оков и вынул кляп. Ноги остались связанными и прикованными к стене. Ред не пытался лезть в драку. У него не было иллюзий относительно своих шансов в схватке с Хоррором.
Хоррор сверлил его взглядом.
– Если все пойдет как надо, завтра ты будешь дома.
Ред умел читать между строк. Ему следовало помалкивать и есть свою порцию. К сожалению, он никогда не умел держать язык за зубами, особенно в стрессовых ситуациях.
– А если не пойдет?
Хоррор уставился на него своими жуткими разномастными глазами.
– Ты будешь дома. Но мы найдем Омега-таймлайн, чтобы вернуть нашего брата.
– Я думал, твой единственный брат – Папирус, – буркнул Ред.
Он тут же напрягся, пожалев о своей колкости: он не был до конца уверен, убил Хоррор своего брата или нет. Когда атаки не последовало, он рискнул поднять взгляд, и его душа сжалась. Ред ждал от Хоррора привычной агрессии, но увидел лишь усталость, которая была зеркальным отражением его собственной.
– Теперь у меня их больше одного.
Должно быть, у Реда и впрямь была тяга к самоубийству, потому что он не затыкался:
– Как ты вообще можешь с ними работать? Они же убили своих Папирусов.
Хоррор задумчиво посмотрел на него. Ред пытался понять, что в выражении его лица так напрягает, и тут до него дошло, что дело в отсутствии гнева. Куда делась та безумная клокочущая ярость, которую он наблюдал во время стольких налетов на Альтернативные Вселенные?
– Не знаю, что случилось с Папсом Инка, но уверен, что он своего не трогал. А вот Киллер, Даст и Кросс – да, было дело. Я всегда это знал. Не то чтобы я их за это ненавидел. Сначала не доверял, это факт. Но когда я узнал их поближе, то кое-что вспомнил… – Хоррор накрыл глазницу рукой, пряча красный огонек. – Отчаяние – это страшная штука.
Ред никак не ожидал от Хоррора такого ответа. Совсем. Ему и раньше не доводилось вот так сидеть и болтать с кем-то из Банды, но они не были похожи на тех, кто готов откровенничать на подобные темы.
Может, Ред все-таки уснул? Или он до сих пор без сознания после удара по голове и все это – лишь коматозный бред? В это верилось гораздо охотнее, чем в то, что этот разговор происходит на самом деле. Он заметил красный браслет на запястье Хоррора и вспомнил, что видел точно такие же у Даста и Киллера. От нелепости происходящего у Реда окончательно сорвало тормоза, и он выпалил:
– У вас что, браслетики дружбы?
Хоррор вытаращился на него.
И продолжал таращиться.
В его горле зародился какой-то низкий звук.
Это был не рык, которого ожидал Ред, а глубокий смех – будто эта фраза была самой смешной шуткой, что он слышал за последние годы. Хоррора так разобрало, что он привалился к стене, чтобы не рухнуть, и буквально согнулся пополам от хриплого хохота.
Ред приготовился к тому, что смех перерастет в агрессию, но… этого не случилось. Хоррор просто смеялся. На его лице не было злобы, а в уголках глазниц собрались веселые морщинки. Иногда Ред забывал, что когда-то Хоррор был обычным Сансом, но теперь он ясно это видел.
Приступ смеха утих, но Хоррор продолжал широко скалиться. И даже несмотря на его острые зубы, эта улыбка не выглядела угрожающей.
– Надо будет рассказать Киллеру и поглядеть на его рожу.
– Не надо, – ровным тоном отозвался Ред. – Мне бы не хотелось получить перо под ребро. – И он не совсем шутил.
– Никто из нас этого не хочет, верь или нет. – Веселость Хоррора испарилась, частично вернув того опасного монстра, к которому Ред привык. – Так что дам тебе совет: если во время обмена с Инком что-то случится, сделай все возможное, чтобы свалить от нас подальше. Я знаю, что обещал отпустить тебя домой, и я постараюсь это сделать – просто потому, что Инк бы этого хотел. Но я не уверен, что останусь в здравом уме, если он снова пострадает. Усек?
У Реда возникло ощущение, что не один Хоррор слетит с катушек, если Инк пострадает у них на глазах. Он вспомнил черную смолу, вытекшую из глазницы Даста, и задумчиво кивнул:
– Усек.
***
Ред с трудом удерживал глазницы открытыми. Он-то привык быть измотанным, но эта усталость до мозга костей была какой-то неправильной: стоило ему начать отключаться, как он тут же подпрыгивал в панике. Он был бы даже рад, если бы ноющая спина и плечи не давали ему вырубиться, хотя какая разница? Если кто-то из Банды опять явится, увернуться он все равно не сможет. Ред прислонился затылком к холодной стене. Сон не шел, и ему оставалось только считать камни в кладке и размышлять в ожидании хоть чего-нибудь. Сначала он пытался подслушать разговоры Банды с Кроссом в соседней камере, но они либо поняли это и отошли подальше, либо просто перешли на шепот. Когда Реда только притащили сюда, он готовился к самым изощренным пыткам. Но Даст пресек это в зародыше. Ред не доверял этому неожиданному проявлению милосердия. «Их "милосердие" не продлится долго. Никогда не длилось». Он услышал шаги, и пульс его души тут же подскочил. Как и всегда, ведь вдруг это "оно"? Ред сам не знал, что это за "оно" такое, но явно ничего хорошего.***
В Омега-таймлайне не бывает рассветов, но утро все равно наступило. Вместе с ним наступил день обмена. Инк пытался уснуть, но тщетно. Стоило ему задремать, как он в ужасе просыпался в холодном поту, убежденный, что слышит в доме чьи-то шаги. Но там не было никого, кроме тех, кому полагалось быть. Дом не окружала стража. Доктор Фелл Гастер не выламывал дверь, чтобы забрать его. Икс-Гастер не возникал из теней, угрожая убить Кросса, если Инк будет сопротивляться. В шесть тридцать утра на браслете Инка высветился символ топора. Инк успел только сказать: «Все в порядке. Я в безопасности», – и Хоррор тут же отключился. Лишние слова были ни к чему. Кросс уже нашел ту Альтернативную Вселенную, о которой говорил ему Инк. Детали обмена были полностью проработаны, но никто из них не произносил название места вслух. Даст, Киллер, Хоррор и Кросс должны были прибыть вместе с Редом. Дрим, Блу, Эдж и Калор отправлялись с Инком. Гено был лицом нейтральным, но Инк ясно дал понять Банде, что он – друг, который переедет в Хоррортейл как минимум на какое-то время. Судья тоже предлагала отправиться в Зефиртоп, но Инк понимал: если Банда (особенно Хоррор и Киллер) снова увидит его связанным перед какой-нибудь Андайн, они этого не вынесут. Банда предупредила, что Ред будет скован подавляющими магию наручниками, но останется невредим. В свою очередь, Инк тоже согласился на путы, по крайней мере, до тех пор, пока не покинет Омега-таймлайн. Это было одним из условий, чтобы Совет не слишком присматривался к обмену и не понял, что Звездные Сансы не собираются возвращаться. В кухне старого дома Дрима собралась мрачная компания. Underswap!Азгор ушел рано утром под охраной Судьи, чтобы благополучно добраться до своей вселенной. Она как раз вернулась, когда Инк пытался впихнуть в себя завтрак. Он не сомневался, что еда, приготовленная Блу, великолепна на вкус, но сейчас она напоминала картон. Инк едва доел половину и увидел, что у остальных аппетита тоже ноль, даже у Блу. Он представил, что Банда сейчас в таком же состоянии, включая Хоррора, и судорожно вздохнул. «Все будет хорошо. Скоро мы все будем в безопасности в Замк… в Хоррортейле». Инк не позволял себе даже думать о каких-то иных вариантах. Восстановленный доступ к кодам подтвердил его догадки: мир, которому суждено было стать Зефиртопом, уже обрел свои ландшафты, но оставался совершенно пустым. Обмен мог произойти на нейтральной территории, о которой никто больше не знал. Бомба в браслете на его ноге все еще была активна, но трекер и подавители отключили, а значит, он мог покинуть Омега-таймлайн. Все будет хорошо. Все обязательно будет хорошо. Скоро он вернется к своей семье. Судья дождалась, пока посуда будет вымыта, и неловко достала то, что должно было послужить путами для Инка. Это было что-то вроде тканевой обмотки с петлями, достаточно длинной, чтобы обхватить запястья, талию и, возможно, лодыжки. Судья даже с места не сдвинулась, а Инк уже на автомате попятился. Гено заерзал на месте, но остался сидеть, когда Инк замотал головой: – Я должен, иначе они могут передумать. Судья пыталась держать лицо, но ее сжатые челюсти выдавали ярость. Она не хотела этого делать. Блу и Дрим тоже. Даже Банде это было не по душе, если честно. Но выбора ни у кого не было. Инк в глубине души надеялся, что это в последний раз. – Все в порядке, – твердо сказал Инк. – Я вам доверяю. Блу бросил на него совершенно несчастный взгляд. – Хочешь надеть свой фиолетовый плащ? – тихо спросил он. Плащ скрыл бы путы, а заодно и личность Инка. Не от таких, как Фелл Гастер или Фелл Альфис, а от случайных доброжелателей, которые могли бы решить, что Инка снова взяли в плен. Инк с трудом сглотнул и кивнул – голос куда-то пропал. В итоге Гено пришлось самому доставать его плащ Шилда, потому что руки Инка слишком сильно тряслись. Запястья Инка перехватили мягкой, но крепкой лентой. Ее обмотали вокруг пояса, оставив длинный свободный конец, за который его можно было вести. К огромному облегчению Инка, Судья не стала связывать ему лодыжки, затыкать рот или завязывать глаза. Путы не давили, но выбраться из них без чего-то режущего было бы непросто. У Инка в сумке лежал скальпель, но он рассчитывал, что обойдется без него – его ведь отпустят на месте. Поверх пут и его узнаваемого шарфа с капюшоном накинули фиолетовый плащ, скрыв привычные коричневый, черный и зеленый цвета. Core!Фриск появился точно в срок, не поднимая глаз, словно не в силах заставить себя взглянуть на кого-либо из присутствующих. – У дверей чисто, – коротко бросил он. Кое-кто кивнул в ответ. Никто не проболтался, что они собираются заглянуть в случайную АВ, прежде чем отправиться к истинной цели. Калор провел их коротким путем. Но вместо облегчения при виде бесконечных рядов дверей, Инка охватила тревога, пробирающая до мозга костей. Он попытался успокоиться, выравнивая дыхание. «Все хорошо. Это не ловушка. Верь Звездам, Кору и остальным». До нужной двери было всего ничего – каких-то пять метров. Но казалось, что каждый шаг длится часами. Стражи группы все больше напрягались. Все ждали подвоха: что сейчас рванет браслет на ноге или из-за двери выйдет Фелл Гастер собственной персоной. Но в зоне дверей по-прежнему было пусто. Наручник не взорвался. Никто из "доброжелателей" не попытался "спасти" Инка. Доктор Фелл и его Стражи не явились, чтобы арестовать его, и Фелл Альфис не возникла на пути с угрозами. – Они что-то замышляют, – буркнул Эдж. Блу обреченно ссутулился: – Безусловно. Core!Фриск подвел их к двери. Это была самая обычная дверь, ведущая в одну из вариаций Андертейла. Инк с одного взгляда понял, что она ведет в пост-Пацифисткую временную линию, а значит, Подземелье будет пустым (но не из-за Геноцида). Судья вошла первой и тут же вернулась. – Там безопасно, – она коротко хлопнула Инка по плечу. – Удачи, Инк. Надеюсь, в следующий раз встретимся при лучших обстоятельствах. Времени на долгие прощания не было, но Инк сумел улыбнуться: – Спасибо, Судья. Без тебя я бы не справился. Она кивнула и отступила назад, встав рядом с Core!Фриском. Первым вошел Калор, за ним – Дрим. Инк чувствовал рядом плечи Эджа и Блу; последний держался за его веревку – не для того, чтобы удержать, а чтобы они не разделились. На всякий случай Инк собрал свою зеленую и черную магию, зажмурился и переступил порог. Все. Омега-таймлайн остался позади. Его ступни коснулись камня Руин, но браслет на ноге не сработал. Инк едва успел осознать, что он все еще цел, как тут же открыл собственный портал, и они переместились в Зефиртоп. На этот раз его босые ноги коснулись живой зеленой травы. Инк уставился на широкое поле, глядя, как трава качается на ветру. Роса на травинках сверкала на солнце, и он на автомате начал высматривать замок и цирк, о которых рассказывал Призма из своей Мультивселенной. Их там не было. Только леса, луга и ослепительно синее небо с ярким солнцем, но ни одного здания. В этом мире не было жителей. Никто так и не успел здесь поселиться и обустроиться. У них просто не было шанса. Не было ни Топа, ни Андертопа, ни Астера. Инк и сам не понимал, что до последнего надеялся встретить здесь Астера, пока не оказался в Зефиртопе. – Инк? – Блу обеспокоенно заглянул ему в лицо. – Теперь я могу снять с тебя веревку. У Инка снова сжалось горло, и он быстро кивнул. Блу осторожно освободил его, переживая за его запястья, хотя на них не было ни следа повреждений. Судья была очень аккуратна. Если бы только у Фелл Альфис и Фелл Гастера была хоть капля ее сострадания. Блу с отвращением отбросил путы в сторону, а Инк убрал фиолетовый плащ обратно в сумку. Светящийся зрачок Калора безостановочно метался по сторонам, и его пламя возбужденно вспыхивало. – Все прошло слишком гладко… – сказал он. – Будьте начеку. Блу поморщился, но по его лицу было видно: он согласен с опасениями Калора. Открытое поле почти не оставляло мест для засады, но густые кроны леса вполне могли скрывать угрозу. Инк осмотрел себя на предмет повреждений, чтобы как можно меньше беспокоить Банду. Он окинул взглядом и остальных: единственным, что казалось неправильным, была остаточная аура болезни вокруг Дрима. Заканчивая проверку, Инк внезапно ощутил знакомую магию – острую, словно лезвие ножа. В горле комом встала смесь надежды, тоски и отчаяния, но он заставил себя произнести: – Они здесь. Хотя Инк говорил тихо, его голос прозвучал слишком громко в тишине, окутавшей Дрима, Блу, Гено, Эджа и Калора. Все сразу же напряглись. Эдж помрачнел, Калор сжал челюсти. Блу подобрался, а Дрим мелко задрожал. Только Гено был совершенно спокоен. Он поймал взгляд Инка и ободряюще кивнул: – Я на стреме. Он исчез, но Инк почувствовал, как тот появился на одной из ветвей дерева. Инк направил восприятие наружу, пытаясь просканировать Банду, и почувствовал, как его душа упала. Их всех окутывал густой темный туман, глубина которого потрясла Инка. Его зеленая магия встрепенулась, за ней последовало считывание кодов, и он изо всех сил старался не выдать своего потрясения. Инк не был Дримом. Он не был чувствителен к Негативу и чаще всего даже не замечал его присутствия. Но этот туман был не просто Негативом. Теперь-то Инк понимал, что атака Испорченного не могла не отразиться на Банде. Магия Негатива липла к ним, затуманивая их присутствие в восприятии Инка. Инк гадал, в какой степени это связано с доступом Испорченного к магии Найтмера, а в какой – с их собственным негативом, вызванным событиями в Дримтейле и Хоррортейле. Это заставляло Инка нервничать, хотя он знал, что Банда никогда не причинит ему вреда. Он переживал за своих товарищей. Банда и так была на пределе из-за состояния Найтмера и Кросса, из-за Хоррортейла и похищения самого Инка. Инку оставалось только молиться, чтобы они не поддались инстинктам и не впали в ярость, если что-то пойдет не так. Он следил за их приближением и повернулся в ту сторону, где они должны были показаться на другом конце поля. Блу шагнул к нему и крепко взял его за руку. Нервы Инка вспыхнули, но он напомнил себе, что это всего лишь Блу. Его держали не для того, чтобы ограничить свободу. Скорее наоборот – чтобы успеть выдернуть Инка из опасности, если возникнет угроза. Силуэты Банды показались на дальнем конце поля. Присмотревшись, Инк увидел, что Хоррор несет Реда на плече; из-за густого облака негатива, окутывавшего группу, Инк почти не заметил его. Чем ближе они подходили, тем яснее становились детали и тем сильнее росла тревога Инка. У Киллера в руке уже был нож. Оскал Хоррора и его широко распахнутая глазница выдавали крайнюю степень нестабильности. Даст крался вперед, словно хищник на охоте, ни на секунду не сводя глаз с "похитителей" Инка. Глазницы Кросса светились таким ярко-фиолетовым светом, что их было видно даже с такого расстояния. Банда остановилась на краю поля, и Хоррор поставил Реда на землю. Киллер тут же вцепился в его руку (точно так же, как Блу держал Инка), крепко сжимая нож в другой руке. Ред не взглянул на него, уставившись прямо перед собой. Он казался невредимым, но его руки были скованы спереди, и он держался так, будто изо всех сил старался скрыть боль. Инку не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что Эдж напрягся, как струна. Банда Найтмера замерла на одном конце поля. Звездные Сансы и Стражи – на другом. Какое-то время они просто молча смотрели друг на друга. Никаких приветствий, никаких объяснений или попыток оправдаться. И наверное, к лучшему: тишина была настолько звенящей, что любое слово могло стать искрой в пороховой бочке. Инк поймал взгляд Хоррора, но его дикое выражение лица не смягчилось. А жаль, Инк надеялся, что это наконец разрядит искрящее в воздухе напряжение. Ему хотелось крикнуть своим братьям, сказать, что он в порядке, но он боялся, что голос подведет его. Вместо этого он просто показал свои свободные руки. Кросс коротко кивнул, и Даст снял с Реда наручники. Блу повел Инка вперед, Киллер – Реда. Их взгляды встретились, и Инк побоялся смотреть на Блу – не хотел видеть на его лице ту же подозрительность, что была у Киллера. Киллер отпустил Реда. Блу отпустил Инка. Инк знал, чего от него ждут. Они с Редом молча направились каждый к своей стороне. С каждым шагом душа Инка колотилась все сильнее. Руки были свободны. Кляпа не было. Его семья была совсем рядом. Ему хотелось сорваться на бег, броситься к ним, обнять как можно крепче и сказать, как сильно он по ним скучал… но он сдержался. Инк заметил, что руки Реда слегка дрожат, и подумал, не хочет ли тот броситься к Эджу с таким же отчаянием, какое чувствовал он сам? От этой мысли стало чуточку легче, и Инк выдавил слабую дрожащую улыбку. Ред не ответил. Его лицо оставалось непроницаемым. Они прошли пять футов. Десять. Пятнадцать. Двадцать. За плечом Даста отчаянно замахал руками призрачный Папс. Инк видел мелькание его перчаток, но из-за расстояния не мог разобрать: то ли это просто приветствие, то ли Папс пытается о чем-то предупредить. Инк все равно не смог бы докричаться до него, но на всякий случай взял это на заметку – мало ли, вдруг кто-то опять скрывает травму. Инк и Ред прошли тридцать футов. Сорок. Пятьдесят. Когда они поравнялись в самом центре поля, Ред внезапно остановился. Не зная, было ли это частью условий обмена, о которых он не слышал, Инк тоже замер. Они стояли почти плечом к плечу, глядя каждый на свою семью и друзей. – У Даста из глазниц текла черная смола, – тихо сказал Ред. Глазницы Инка расширились, но он тут же взял себя в руки. Он снова просканировал Банду как можно тщательнее и с ужасом понял, что чувствует не только отпечаток атаки Испорченного. Киллер был чист, присутствие Кросса казалось спутанным, но у Даста обнаружились крошечные гноящиеся глюки. Он начал заражаться. Неужели это сделал Испорченный, когда напал на Даста? Были ли остальные члены Банды тоже незаметно инфицированы? Банда молчала об этом, потому что их могли подслушать, или они сами ничего не знали? Киллер и Найтмер в свое время до последнего не замечали, что заражены. А Инка не было рядом, чтобы осмотреть их после нападения Испорченного в Дримтейле. Ред пошел дальше. Инк тоже заставил себя двигаться, чтобы Банда не заподозрила, что что-то не так. Да, кое-что было не так, но Инк мог это исправить. Он сможет исцелить Даста, пока заражение не зашло слишком далеко. И дома обязательно что-нибудь придумает для их защиты. Главное, чтобы новость о бомбе у него на ноге не сорвала им крышу окончательно. Инк сделает все, чтобы не стало хуже. Он воссоединится с Бандой. Банда и Звезды смогут нормально поговорить, хотя бы разок. Он представит им Гено, и тот отправится с ними в Хоррортейл. Раз Банда не против его переезда, значит, они тоже не хотят войны. Никто не хочет. Инк поможет Банде и исцелит те слабые симптомы Испорченности, что уже начали проявляться. А потом он будет готовить вместе с Хоррором, читать с Дастом, разыгрывать кого-нибудь с Киллером и просто зависать с Кроссом. Он хотел стабилизировать Фантомного Папируса, спасти Найтмера и вылечить Эррора. Он просто хотел быть со своей семьей. Киллер посмотрел на Инка, и его маска безразличия треснула. На миг он смягчился, и в его глазницах вспыхнули белые огоньки. Инк увидел промелькнувшее в них отчаянное желание Киллера вернуть его в целости и сохранности. Вдруг воздух прорезал странный звук, похожий на гудение электричества. Инк рефлекторно вскинул за спиной черный щит. Что-то ударило в него с такой силой, что Инка отбросило вперед, и он рухнул в траву. Инк лежал неподвижно, слишком потрясенный, чтобы пошевелиться, а затем инстинктивно потянулся назад, к предмету, застрявшему в его щите. Одного взгляда хватило, чтобы понять: это магическое копье. Если бы Инк не защитился, фиолетовое оружие пробило бы ему плечо. Глубокая скорбь пронзила ноющую душу Инка, но он тут же осознал правду, которая была куда страшнее предательства. «У Судьи копья красные». – ИНК! Крик Хоррора расколол тишину, повисшую над травянистым полем. Этот мучительный звук больше походил на полный скорби вой, чем на крик. Это вывело Инка из шокового состояния, и он понял: Банда не видела, что он успел выставить щит. Он вскочил на четвереньки, инстинктивно уворачиваясь от просвистевшей мимо кости цвета индиго. Инк кое-как поднялся на ноги, чувствуя, что его клонит в сторону – копье все еще торчало в щите. Инк вырвал его и отбросил, и оно тут же растаяло. Инк поднял взгляд и увидел, что Банда несется к нему, намереваясь встать между ним и кажущейся угрозой. За спиной Инка уже гудел заряжающийся Гастер-бластер. И из леса, со стороны Гено, доносился тот же звук вместе со знакомым свистом копий Андайн. – Нет! – попытка Инка закричать обернулась жалким шепотом по сравнению с воплем Хоррора. – Стойте! Я в порядке. Это не они! Это… Инк посмотрел на Кросса, и слова застряли в горле. Зрачки Киллера погасли, глаза Хоррора светились красным, а взгляд Даста яростно пылал из-под тени капюшона. Кросс стоял позади всех, но, в отличие от остальных, он смотрел прямо на Инка. И в отличие от остальных, он был абсолютно спокоен. Его зрачки горели ярко-фиолетовым, расчетливым светом. «У Судьи Фелл Андайн нет фиолетовых копий. Зато они были у Икс-Андайн». Инк не мог пошевелиться. Не мог заговорить. Он пытался, честно пытался, но едва мог дышать из-за спазма в горле, не говоря уже о том, чтобы выкрикнуть предупреждение. Слух почти отказал. Душа колотилась так сильно, что ее тяжелый ритм заглушал все остальные звуки. Страх свернулся в грудной клетке и пополз по телу, пока даже кончики пальцев не стали холодными, как металлический браслет на его лодыжке. Дыхание со свистом вырывалось из груди, натужное и резкое, и Инк знал, что это отражение страхов всех окружающих. Дрим и Блу просто не могли поверить, что это происходит на самом деле. Калор и Гено злились на свою беспомощность. Эдж и Ред снова дрожали от мысли, что сейчас потеряют друг друга. А Банда… они ведь только что выдохнули, решив, что Инк спасен, а тут ему в спину едва не прилетает еще одно копье. Холодное осознание накрыло Инка, словно тяжелое теневое одеяло. Банда остановилась как вкопанная, будто врезавшись в невидимую стену, и пошатнулась, едва удержав равновесие. Гул Гастер-бластеров затих, и Инк услышал, как Эдж и, вероятно, Блу рухнули на колени – их доспехи негромко лязгнули. И в этой внезапной тишине отчетливо прозвучал судорожный вздох Дрима. – Какой подарок. Все, кого я ненавижу, в одном месте. Ну, почти все… Инк вовремя отпрыгнул. Тени хлестнули по земле там, где он только что был, и свернулись, словно промахнувшиеся лассо. Испорченный небрежно вышел из портала; на его лице играла лукавая усмешка, а зрачок превратился в демоническую ядовито светящуюся щель. Его взгляд остановился на Дриме, который с ужасом смотрел на своего близнеца. – Найтмер? – Да, – с улыбкой ответил Испорченный, зная, что это больше всего заденет Дрима. Огоньки глаз Дрима обесцветились и померкли до черноты, а Испорченный слегка склонил голову, и его острозубая улыбка стала шире. – Я знал, что ты меня не разочаруешь. На мгновение Инк подумал, что кто-то выдал их местоположение, а не сам Испорченный выследил их по негативным эмоциям. Но секунду спустя он пожалел, что это не так: его накрыло еще одно дурное предчувствие и знакомое ощущение неправильности. Несмотря на опасность, он замер, глядя в небо округлившимися глазницами. «Пожалуйста, нет. Только не сейчас». Остальные проследили за его взглядом. Киллер зашелся в истерическом смехе, а Калор выругался. Белая трещина в небе не исчезла. Напротив, она расширилась, позволяя Эррору шагнуть в мир, который должен был стать Зефиртопом. С его тела и конечностей свисали нити, концы которых были обтрепаны, словно их оборвали. Первым делом Эррор нашел глазами Инка. Выражение его лица даже смягчилось, когда он увидел, что Защитник выглядит невредимым. Но секунду спустя он уже не смотрел на Инка. Он не смотрел ни на Испорченного, ни на Калора, ни на Реда, ни даже на Дрима. Эррор уставился прямо на Кросса, который бесстрастно смотрел в ответ сияющими фиолетовыми зрачками. Лицо Разрушителя перекосило от чистой ненависти. – ̷Т̷-ты̷.̷ Инк тщетно потянулся к нему: – Эррор, НЕТ!.. Эррор бросился на Кросса с диким, искаженным воплем.
