Can't stop

Час дня. Солнце сквозь стекло прожигает так, будто через минут пять в этой комнате начнёт разводиться настоящий костёр, и первым сгорит Сынмин. Едва продрав глаза, он ощутил дикую усталость, разливающуюся по телу. Волосы спутались, губы пересохли, кожа лица по ощущениям такая, как будто парень вообще не пользуется средствами для умывания. Произнеся про себя пару самых проклинающих мир ругательств, Ким поднялся на локтях, глядя на время. В порядок себя привести ещё успеет. Нет, на удивление, он не забыл про встречу. Такое чувство, что мысль о ней была у него в голове всю ночь. И это кошмарным образом не давало спокойно спать. Можно ли сказать, что он совсем не хочет видеться с Чонином? Если честно, то нельзя... Как ни странно думать об этом, но что-то есть в этом человеке, что цепляет слишком странно и необъяснимо. Но это не отменяет явного раздражения Сынмина. — Это потому, что он Водолей, — исчерпывающе изрекает Ким, глядя на своё отражение в зеркале. Конечно, констатации знака зодиака маловато для того, чтобы полностью разобраться в своём отношении к другому человеку. Но есть ли какая-то разница? Просто сложно, и всё. С другой стороны, толку сейчас это всё в своей голове мусолить? Когда они увидятся, всё должно само пойти как по маслу. Да и чему там идти, — думается Сынмину, — если вопрос только в том, чтобы кофту забрать и быстренько слинять к дому. *** Подходя к назначенному месту, старший ожесточённо вглядывался в глубину дорожек, ведущих в парк. Там Чонина ещё видно не было. Ким разочарованно закатил глаза, случайно проговаривая прямо вслух: — Опаздывает, конечно. Неожиданно зазвучавший за его спиной голос заставил парня вздрогнуть и ругнуться, но уже про себя. Будто подкравшийся Чонин с улыбкой переспросил, словно ничего не услышал до этого: — Ты про меня? Вообще-то, до условленного времени ещё минута и я шёл метров на десять дальше тебя. Не хотел пугать. — Спасибо, и так напугал. В руках смеющегося младшего была та самая зипка, которая и стала целью встречи. Сынмин, уже забывший на секунду, для чего пришёл, потянулся было за ней, но вдруг Ян отдалился так, чтобы не позволить хёну взять желаемое. — Извини, но я тебе её не отдам. Точнее, отдам, но не сейчас. Пойдём посидим в той кафешке через дорогу? Нам же есть, что обсудить. "Мелкий манипулятор, я ведь понимаю, к чему ты клонишь", — всплыло у Минни в голове, но он невозмутимо процедил сквозь зубы: — Отдай. Я не хочу никуда идти, я занят. — Ты согласился на встречу именно в три, значит, планов у тебя на ближайшее время не было. А если и были - подождут. Ты должен объясниться, — невозмутимо парировал Ян. Вздохнув, Ким всё же сдался. — Не отстанешь, да? Черт с тобой. Усмехнувшись, Чонин взял старшего за руку и потянул в сторону кафешки. *** Когда парни уселись за столик, к ним подошёл высокий, модельной внешности молодой человек. Положив на стол два меню, он вкрадчиво улыбнулся, наклоняясь к Чонину и тихо говоря: — А у тебя красивый друг. Не одолжишь мне его на чашку кофе? Сынмин уже приготовился "защищаться", но Ян внезапно засмеялся и легонько оттолкнул от себя официанта. — Джинни-хён, отстань! Ещё чего тебе? "Джинни-хён", показав на своём лице все разочарование мира, всё же не сдался и повернулся к Сынмину: — Молодой человек, может, всё-таки согласитесь попить со мной кофе? Я угощаю. — Не соглашусь. Наигранно вздохнув и опустив глаза, Хван "незаметно" положил перед Минни свою визитку и удалился за штору, которая прикрывала столик в своеобразной закрытой vip-зоне. Со смеющимся взглядом Йени обратился к недоумевающему Сынмину: — Не обращай внимания. Это Хёнджин, он был на той вечеринке, помнишь? . Творческий человек, хорош практически во всём - живопись, танцы, модельная сфера. Даже помогал тем троим композиторам записывать реп-партии для нескольких треков. Но, как и все творческие, он вечно в поисках себя и сменяет работу буквально десять раз за год. И живёт в достатке. Ким хмыкнул, снова уходя куда-то в себя от этих слов. — Хорошее у тебя окружение. Все как будто идеальные. Минуту парни молчали, словно переваривая эти слова и боясь прервать "пищеварительный процесс". Затем заговорил младший: — Знаешь, я всё понимаю. И они тоже. Только ты не понимаешь, что все, кто тебя окружает - такие же, как ты, — он испытывающе посмотрел на Сынмина, затем продолжил, — Ты ведёшь себя глупо, но даже это я понимаю. Слышишь? По-ни-ма-ю. Внезапно Ким поднялся со своего места, чуть ли не крича: — Неправда! Не понимаете вы ничего! И ты не понимаешь! Врешь! Он избегал того, чтобы посмотреть в глаза младшему, который был так раздражающе спокоен. Повисла самая неприятная тишина, из-за которой Ким осознал, что только что из него выплеснулось что-то слишком уж неприятное и странное.