Разбитые мечты: Москва, панельки, ты

Ребята поднялись на второй этаж. Пройдя мимо каких-то служебных помещений и других дверей, которые не особо интересовали Рому, они наконец остановились. — Нам не особо повезло, ведь мы живём довольно близко с комнатой воспитателей. Всё, мы пришли. Ты готов войти первым? — спросил мальчик, серьёзно смотря на Пятифана. — Да ну бля… — Не выражайся! — шикнул Волков. «Да заебал уже!» — Да ну блин, конечно нет! — Роме было не совсем комфортно выражаться другой, для него, «бранью». Волков вздохнул, громко постучав по белой деревянной поверхности. — Стучат, прячь всё! — послышался какой-то ломающийся голос. Роме вновь стало страшно от неизвестности. «Спокойно. Спокойно.» — Да-да? — Щука, открывай уже! Это Ваня! — Ванёк? — дверь приоткрылась. За ней выглядывал подросток, а точнее, его чёрный глаз, что разглядывал знакомого, пока не заметил Рому. — А это кто? Неужто тот самый? Пятифан всё остолбенел. Не проронив ни слова, но взглянул на незнакомца, а потом на Емелю. — Угу. Рома Пяти… — Рома Пятифанов. Рад познакомиться. — неожиданно выпалил он, перебив товарища. Дверь резко захлопнулась. Послышались какие-то голоса и глухие неизвестные звуки. — Подожди. Приберутся и откроют. Спустя минуту ожидания, дверь отворилась. Рома первым вошёл в комнату. Он не обратил внимания на кровати или тумбочки. Его взор первым делом упал на лица его новых соседей. — ЗДА-РО-ВА! — заорал один из подростков, который открывал дверь, но тут же закашлялся. — Блять, я подавился! Владик, откачивай! — мальчик закашлялся ещё сильнее, хватаясь за горло. — Блять, Михуил! — тот самый Владик начал бить своего друга по спине. — Харе разговаривать, когда семки грызёшь! Когда так называемый Миша откашлялся, он снова улыбнулся: — Привет, незнакомец по имени Ромка Пятифуев! — Да Пятифанов я! — сердито высказался Рома. — Извиняй! — Миша неловко почесал затылок, улыбаясь. Судя по всему, он постоянно грыз семечки, из-за чего на зубах сильно стёрлась эмаль. Рома про себя сравнил улыбку Миши с щучьей, хотя она была далеко не такой, хоть вид её и пугал. — Щука, всё, моя очередь представляться! — крикнул Влад. — В смысле «Щука»? — перебил шатен. — Так у него фамилия Щукин. — ответил Влад. — А… Понятно. — зеленоглазый с силой заставлял себя опустить уголки губ вниз, дабы не рассмеяться. — Меня Влад Синицын зовут. Давай сразу разъяснимся. Ты, новенький, зубы нам не заговаривай! Ясно?! Чтоб сразу знал, где твоё место! вот, одевай. — сказал Влад, протягивая кадетскую форму, которая до этого спокойно лежала на свободной, красиво заправленной кровати. — Я это надевать не буду. — Чё, русскому удумал меня учить?! Или чё?! Гврю, быро надевай! Щас полетишь у меня галопом по Европам! — Сам щас полетишь! Да я тебя, сучонка, насквозь вижу! — Роме не понравилось поведение Влада, который, судя по всему, держал комнату в ежовых рукавицах. — Ребята, не ссорьтесь! — пытался предотвратить ссору или что ещё хуже — драку Ваня. — Сейчас все по щам получат! — кричал Миша. — Впервые согласен с Щукой… — вздохнул Емеля, прикладывая ладонь ко лбу. Оба парня, а точнее Влад и Рома, получили оплеуху от Миши. — Так, ведём себя адекватно! Первое впечатление, ты, Владик, как всегда испоганил! — обиделся Миша, сложив руки на груди. — Да что ты, татарин-барин! Раскомандовался! — Влад ударил своего соседа по тонкому плечу. — Эй! Щас по щам получишь! — Хватит! — Ваня устало сел на свою кровать. — Давайте так. Договоримся сначала, что у нас в комнате мир. Я не хочу сидеть в этой комнате и слушать брань. Буду я баклуши бить, пока вы тут бранитесь! — Волков повернулся к Роме, что стоял у порога. — Соседа даже по-нормальному не встретили! — Больно мне нужен этот упырь. — Влад закатил глаза. — Синицын! Давай реально поговорим! Ванька хоть речь какую-то толкует, а мы ссоримся! — Щукин сел на тумбочку, осматривая новоприбывшего. — Значит, так. Нам ещё пять лет вместе жить. Так что давай без твоих подколов, Владос. — Говорил тебе, ненавижу, когда меня называют «Владос»! — рассержено смерил взглядом подросток Мишу. — Погодите-ка, пацаны. — Пятифан посмотрел на своих будущих соседей, которые то и дело, что собачились. — Давайте без этого? А? Я сюда, между прочим, с миром пришёл. И ни с кем ссориться не собираюсь! Даже если изначально я повёл себя как мудак. Ваня проигнорировал последнее слово Ромы. Он молча слушал речь товарища, потом слабо улыбнулся и сказал: — Хорошо! Я кое-что придумал! — улыбнулся Волков, глядя на соседей. — Давайте сегодня расскажем о себе, а потом, что хорошего произошло в интернате. — Ну лады. — Влад приподнял бровь. — Опачки! А я согласен! — Щука слез с тумбочки, притоптывая ногой. Рома решил осмотреть помещение. Всё те же голубо-белые стены; металлические кровати; деревянная, помотанная временем тумба; такой же деревянный большой шкаф; один большой стол; огромное зеркало; большое грязное окно, чей взор устремляется на лес. «А чего уж ожидать? На окраине находимся ведь» — подумал Рома. — Я правильно понимаю, что здесь находится моя кровать? — А как же! Садись. В тесноте, да не в обиде! — рассмеялся Волков. — Форму одеть не забудь. — напомнил Синицын. — Надеть. — поправил Пятифан. Он сел на кровать, вспомнив одно интересное событие из прошлого. — одеть — на кого-то, надеть — на себя. Запомни! Одеть Надежду, надеть одежду. Надеваешь на себя. — причитал Антон, пока его друг исправлял ошибки в своём тексте. — Да что ты говоришь! — обиженно ответил Пятифан. — Ром, это правила русского языка. Я люблю русский язык. Он такой многообразный, многогранный. И совершать такие ошибки — это осквернение! — всё продолжал лепетать блондин, забирая тетрадь друга. — И чё мне теперь, обосраться что-ли? — ещё более надулся шатен, скрестив руки на груди. Антон рассмеялся: — Нет. Ты не обязан знать все правила. Но всё-таки, такие банальные правила, как это, ты обязан знать так же, как и… Эм… Как, например, называются твои пять пальцев. — Да я даже их названия не знаю. — Рома взглянул на свои кисти, — Знаю только, что вот это фаа… — Понятно. — отрезал блондин. — Давай, я стану твоим репетитором? Можем встречаться у меня дома, только с тебя вафли. — хитро разулыбался Петров. — Да без «б»! А я стану твоим тренером! Будешь у меня круги наматывать! — Спасибо большое за столь ценное и заманчивое предложение, но я вынужден отказаться. У меня столько дел… — Антон притворно вздохнул. — Какие дела? Курсы актёрского мастерства? — залился смехом товарищ, облокачиваясь на друга. — Я языки учу. Русский и отдельно сам занимаюсь английским. А то как в Диснейленд поеду без знания английского?.. — Антон мечтательно закрыл глаза, представляя огромный замок и… — Да ты пока инглиш выучишь, тебе под сорокет будет! Антон вернул тетрадь однокласснику, а сам встал из-за стола, подходя к книжным полкам. — Да даже если и так? В Диснейленде можно побывать в любом возрасте. — блондин взял старый словарь и учебник по английскому. — Давай вместе иностранный язык учить? Рома заметил в глазах Петрова некую искру. — Ну… Только если с тобой. Гоу! — Рома взял учебник из рук друга. — Как говорилось в «Дядя Фёдор, пёс и кот» — чтобы продать что-нибудь ненужное, надо сначала купить что-нибудь ненужное! Вот такая же ситуация. Чтобы английский выучить, надо хотя бы свой язык знать. Давай повторим ещё три правила, сделаем два упражнения, и позже займёмся английским, раз так не терпится. — мягко предложил Антон, забирая у товарища книгу. — А потом будет у нас с тобой полный «Ай эм инглиш вери вел»! — восторженно ликовал Рома. — Чё застыл? — спросил Влад. — Ничего. — Рома устало поплёлся к выходу из комнаты, но его остановила рука Синицына. — Куда? — Да я, блять, что, отчитываться должен?! — Пятифан грубо убрал руку соседа с плеча, — Тц. Ладно. Иду в раздевалку. — всё же ответил он. Секундная тишина — и комната разразилась смехом. — Ра-раздевалку ищет! — смеялся Влад, обнажая кривые и жёлтые от налёта зубы. В его уголках рта скапливалась слюна, что брызгала во все стороны. — Нееет, хлопец, нет раздевалки тут по близости! — смеясь, ответил Ваня. — Нас стесняешься? Гы-гы-гы! — ржал как самый настоящий конь Миша. В горле с силой пришлось удерживать язвительные ответы, что хотели вырваться наружу вместе с бранью. — А может у меня член больше? Вот и не хочу вас смущать. — Пятифан пытался скорчить гордую гримасу, но получилось что-то между мордой обиженной белухи и злого кахау. — А ччё, помериться хочешь? — усмехнулся Синицын. — Да чё там мерить? — Хватит! — снова пытался остановить всех Ваня. — Давайте просто выйдем все, чтобы не смущать Рому. — И чё, мы так каждый раз будем делать? — спросил Щукин. — Ну… — Волков посмотрел на Пятифана. Тот цокнул: — Тц. Один раз всего лишь выйдете, пожалуйста. — вежливо пытался попросить Рома. — Айда. — позвал всех за дверь блондин. Все, на удивление Ромы, молча вышли. Шатен начал переодеваться. Он снял свою кожанку и спортивный костюм, надев свободного кроя брюки и футболку. Рома надел свои домашние тапки, которыми нередко убивал тараканов на кухне, и подошёл к зеркалу. «Интересно, а Антону понравилось бы как я выгляжу? Что бы он обо мне подумал, увидев меня в такой одежде?» Роме стало стыдно за свои мысли. Он подошёл к двери, открывая дверь своим соседям. — Я всё. — Нет, ну глянь на себя! Щас всех девчонок вокруг себя соберёшь! — ликовал Щукин, который оценивающе смотрел на нового соседа. — Одним словом — чётенько! — сказал Синицын. — От тебя не ожидал. — признался Рома. — Не, ну благий хлопчик! — хлопнул Ваня в ладоши. — Вы что? — спросил Пятифан. — Да это так, чтобы самооценка от этих болотно-блевотных вещей не упала. — ответил Влад, садясь на свою кровать. — А вам самим разве не нравится? — Ну… привыкли, но в первую неделю невозможно терпеть это дерьмо. — снова ответил Владик. — Ну хрен знает, мне нормально. — Миша оттянул край футболки, рассматривая неприметный камуфляж. — Тебе всегда нормально, — хихикнул Волков, подходя к шкафу, параллельно стягивая кофту и футболку. — Чёрт. Я пойду. — шатену стало неловко, он хотел уйти, чтобы не смущать друга, но Щука остановил его. — Сисек боишься? — Ооо, ну и вопросы у Щуки! — засвистел Влад. — Чё? Охренели? — возмутился Рома. Миша облокотился на косяк, обходя Пятифана. — А что? Может, ты любишь большие толстые чле… — протянул Влад. — Синицын! Не смешно! — раздражительно воскликнул Ваня, который уже переоделся. — Да ладно. Не в обиде же. — улыбнулся Влад. — А я ничего не понял… Ммм. — промычал Миша, уходя от двери. — Ладно, пацаны. Когда учёба начинается? — Завтра. — ответил Щукин. — Почему? Какого хрена вообще учёба завтра? — негодовал Рома, садясь на свою кровать. — Хм. Может, потому что завтра понедельник? — саркастично ответил Синицын. — В смысле? Уже? Рома только сейчас увидел календарь, что висел на стене между шкафом и окном. И правда. Воскресенье. — Бляяя… — тихо выругался шатен, закусывая губу. — Не расстраивайся! Мы тебе завтра всё покажем. — приободрил Волков. — И обо всём расскажем. — подхватил Щукин. — И про девчонок не забудем. — лукаво подмигнул Синицын. Рома посмотрел на соседей и тихо вздохнул. — Спасибо. — прошептал он. — А, кстати. У меня хорошая новость! Мы все в одном классе! — А ты до этого, Иваныч, не замечал? — спросил Миша. — Это новость для Пятифанова. — Ааа… — Б! — рассмеялся Синицын с «высококвалифицированной» шутки. — Предлагаю поиграть в ходилки! Сестра купила! — Ну, слушай, Емеля, неплохая идея. — задумался Пятифан, понимая, что сейчас лучше отвлечься и не думать ни о чём, кроме как отдохнуть. — Э? — скорчил непонимающую рожицу Миша. — А! Так это меня так Пятифан назвал, потому что я как на печи лежу, слово герой из сказки! — пояснил Волков. Влад и Миша тут же разразились смехом. — Нихрена себе! И, главное, так подходит! — гоготал Синицын. — Ну-с. Давайте поиграем! А потом, как и обещали, расскажете мне о себе! — Рома улыбнулся соседям.