Living on the Edge

– Я не должен быть здесь, – говорит Стив, как будто это обычная мысль, которую можно озвучить вслух и оставить без уточнений. Дастин моргает. Ему требуется несколько секунд, чтобы понять, что Стив действительно не собирается пояснять, что он имеет в виду. – Эм, – хмурится Дастин, глядя на стаканчик с кока-колой, которую принес Стив. Дастин просил взять ему со льдом большого, а не стандартного размера, потому что фильм идет два часа и он точно допьет его к середине. «Стандартный размер просто нелепый, Стив. Кто идет в кино и берет колу в среднем стаканчике?», рассуждал Дастин несколько минут назад. Дастин, вроде как, не ворчит, не обвиняет Стива в ошибке, не смотрит на напиток перед собой с огорчением. Но это происходит, это так и это не утешительно. Они идут на «Кошмар на улице Вязов», который Стив никогда не собирался смотреть во второй раз, но он не придумал как сказать Дастину, что уже видел его, а другие варианты, идущие в это время, еще хуже. Так что Стив выдвигает стаканчик перед Дастином, пропускает его возражения мимо ушей, закатывает рукава свитера, поворачивает часы на запястье. Он не тянет время и точно не игнорирует взгляд Дастина. – Допей эту, и я схожу еще раз во время фильма. Ничего страшного, – говорит Стив. Дастин фыркает, качает головой с возражением, которое не озвучивает, хотя явно хочет. – Если это из-за того, что здесь кто-то из школы, Стив, мы можем пойти в зал до начала фильма, – говорит Дастин и оглядывается, чтобы присмотреться к другим посетителям кинотеатра. – Осталось не так много времени, так что мы можем просто подождать внутри. Дастин звучит расстроенно. Стив понимает, почему Дастин предлагает пойти в зал, и чувствует себя ужасно глупым. Конечно, Дастин подумает, что Стиву стыдно, что он тусуется с ребенком. – Нет, боже, дело не в этом, – он оборачивается через плечо, чтобы взглянуть на столик, где сидят Пэм и Люси, которые медленно кивают ему с улыбкой и наклоняются друг к другу, чтобы шептаться о чем-то, хихикая. Дастин щелкает пальцами: – Стив, ты не можешь просто сказать что-то и замолчать. В чем дело? Что случилось? Стив вздыхает, предчувствуя, что разговор будет долгим и сложным, и ему действительно не стоило начинать его за несколько минут до фильма. Стив смотрит на козырек кепки Дастина, говорит, что это долгая история, и они обсудят ее после. – Как насчет того, чтобы заехать перекусить?

—

– Что?! – вопит Дастин, когда Стив выдает урезанную версию того, что произошло с ним, послав его сюда, как он считает, в параллельную ветвь реальности. Дастин молчит дольше, чем Стив от него когда-либо слышал, потом взрывается, пугая остальных посетителей, которые оглядываются на них с неодобрением. – Ты здесь уже больше месяца и никому не сказал?! – Эм, – Стив мнет салфетку в руках, не зная, как сказать Дастину, что на самом деле он уже рассказал об этом Робин, которую Дастин даже не знает, и Эдди, которого Дастин тоже еще не знает, что чертовски нелепо, ведь в его мире все было наоборот. И он здесь уже больше двух месяцев, если уж на то пошло. – И это чертовски отстойно, Хендерсон. Дастин смотрит на него с минуту, качает головой, когда говорит: «Поверить не могу, Стив, ты живое воплощение мечты миллиона ученых, и ты просто…». Он снимает кепку, кладет ее на стол перед собой и взмахивает руками в поражении: – Просто называешь это отстойным. Знаешь, сколько научных трудов было написано об этом? – Нет? – вполне честно отвечает Стив. – И ты не чувствуешь себя странно? У тебя что-то болит? Нет проблем с памятью? Стиву не нравится, как Дастин оглядывает его, будто он часть его школьного эксперимента. Он шлепает его по руке, когда Дастин тянется пощупать его лоб. – Боже, Хендерсон, у меня нет температуры. Не то чтобы он лжет. Он действительно в порядке сейчас. Тем более кто не чувствует себя странно иногда? – И ты не знаешь, почему ты здесь? – Хотел бы я знать, да, но нет. Ни малейшего понятия. Это чистая правда. Он думал об этом не один раз, но так и не пришел к какому-то выводу. Единственная мысль, которая у него была, – это что его отправили, чтобы он изменил какую-то неудачную цепочку событий, которая привело к тому, что Хокинс оказался на краю гибели. А это примерно миллион вещей, которые следовало бы исправить. Примерно столько же Стив хотел бы изменить лично в своем прошлом, но вот он здесь и все, что он действительно может сделать, – это постараться ничего не испортить. И даже это невероятно сложная задача. – Ну, – вздыхает Дастин, возвращая кепку на голову и приглядываясь к Стиву с блеском в глазах, который не сулит ничего хорошего. – Должно же быть что-то… – Дастин говорит это скорее себе, задумывается на мгновение, не давая Стиву промычать что-то неубедительное, и хлопает по столу так, что Стив подпрыгивает. – Нам нужен срочный сбор группы! – восклицает Дастин и широко улыбается, заставляя Стива обреченно кивнуть, когда он спрашивает. – Отвезешь меня на Мэпл-Стрит? Стив тянется к коробке передач, кивает через вздох, пародируя голос телеведущего той популярной научной программы, которую он не смотрел однажды, когда Дастин оккупировал его дом под свой экспериментальный лагерь. «Нам просто нужно протестировать одну вещь, Стив. И было бы хорошо, если бы нам не мешали родители». Это была неделя весенних каникул, Майк уехал с семьей к тете в Милуоки и всю неделю связывался по рации с базой-2Х, которую Дастин крестил в честь себя и Стива, только для того, чтобы пожаловаться. В течение недели Стив занимался тем, что открывал дверь приезжающим на велосипедах Лукасу и Уиллу, а потом отвозил их обратно, вытаскивая их велосипеды из своего на самом деле не такого уж и большого багажника. Он так и не понял, что именно они тестировали за эту неделю оккупации его дома, помимо его терпения. Но вот Стив говорит, как тот парень с глупыми усами из программы: – Пристегивай ремень, Хендерсон, отправляемся навстречу новым открытиям. Дастин поворачивается к нему с восторгом в глазах. Лукас смотрит на него, как на пришельца, когда он переминается с ноги на ногу на крыльце его дома. Это не самое худшее, что происходит, потому что из гостиной раздается голос Эрики: «Чего ты там застрял, идиот?». Из-за чего Стив невольно вздрагивает, а Дастин продолжает общение с Лукасом силой мысли. Через минуту Лукас закрывает дверь, отрезая голос Эрики. – Эм, Хендерсон, почему бывший парень Нэнси на моем крыльце? Дастин вскидывает руками перед собой, вероятно, он ожидал большей понятливости от лучшего друга. – Я же сказал – нам нужно обсудить кое-какие вещи! – С… – Лукас запинается, оглядывая Стива с ног до головы, – с ним? – Да, Лукас, с ним! – нетерпеливо зовет Дастин, подталкивая его вперед. – Просто пойдем, я все расскажу у меня. Лукас кивает, все еще с сомнением рассматривает Стива, качает головой, но спускается с крыльца. На автомате он сворачивает в сторону велосипеда, но Дастин спешит остановить его. – У Стива есть машина, – говорит он с легким оттенком гордости в голосе, – он отвезет нас. Когда они доезжают до дома Хендерсонов, Лукас успевает примириться с мыслью, что собирается обсудить какое-то дело со Стивом Харрингтоном. Стив толкает дверь со своей стороны, когда паркует машину. Ждет, когда Дастин и Лукас последуют его примеру, и закрывает БМВ, оглядывая пустую подъездную дорожку к гаражу, где миссис Хендерсон обычно оставляет машину. Он думает, что она, вероятно, уехала за покупками или по каким-то делам, может быть, к подруге, но ошибается, потому что она открывает дверь перед ними в фартуке для готовки и с венчиком в руках. – О, Дасти, как хорошо, что ты привел друзей! Я как раз поставила тесто для печенья, – улыбается она и останавливает взгляд на Стиве, чтобы поздороваться. Она приветствует его с теплотой, по которой Стив искренне скучал. Расположившись на узкой кровати Дастина с тарелкой печенья, Стив чувствует себя одновременно пришельцем, существование которого ставит под сомнение группка детей, что должно его расстраивать, но и самым счастливым человеком, потому что печенье удивительно вкусное. Он думает о словах Билли. О том, как он сказал: «Поверь, Харрингтон, ты не единственный с кучей дерьма за плечами», когда… Стив задержался после занятий из-за дурацкого теста, который он написал катастрофически плохо, что на самом деле не удивило ни его, ни мистера Белла. Хотя мистер Белл все равно настоятельно рекомендовал ему подтянуть материал с самого начала курса, пока «класс не продвинулся дальше, Стивен, вы еще можете догнать остальных». Мистер Белл звучал совсем, как его отец, так что Стив был в ужасном настроении, когда вышел из школы и направился к парковке. Он смял тест, когда забрался в БМВ, и закинул его в бардачок со стороны пассажирского сидения к остальным ненужным вещам, которые он там держит. Он только включил радио, когда гнев и досада одолели его слабые попытки взять себя в руки. Он собирался ударить по рулю, когда Билли Харгроув заглянул в открытое окно с водительской стороны, чтобы спросить веселым голосом, от которого Стиву захотелось умереть: – Что за дерьмо ты слушаешь, Харрингтон? Стив даже не заметил, что его камаро все еще стоял на школьной парковке. Не слышал, как он подошел. Впрочем, Стив не заметил и песню, которая играла по радио достаточно громко, чтобы каждый мог услышать глупую лирику Wham!, выплывающую из окон его машины. – Какая тебе разница, Харгроув? Он выкрутил громкость на минимум, нахмурился, когда понял, что это не то, что он хотел сказать. Билли оттолкнулся от двери с усмешкой и внимательно взглянул на него прежде, чем спросить: – Плохой день? Он вытащил из нагрудного кармана сигарету и закурил быстрым, отрывистым движением, за которым Стив неосознанно проследил. Он отвел взгляд только тогда, когда Билли поднес сигарету к губам. – Не идеальный, – в конце концов ответил Стив, на что Билли хмыкнул. – Что случилось, золотой мальчик? – Билли смахнул пепел на асфальт. – Только не говори, что переживаешь так из-за теста. Стив оглянулся на бардачок. Как много видел Билли? Билли все еще наблюдал за ним с интересом, от которого Стиву стало не по себе. – Знаешь, тест только вершина того, что у меня происходит. Стив сжал руль и пожалел, что убавил звук радио до минимума. Он устал, но он не хотел выглядеть, как парень с проблемами, подтверждая истории Томми. Стив проглотил неприятное ощущение во рту, убрал руки с руля, чтобы Билли не заметил, что они дрожат, и натянул на губы холодную улыбку. – Так что, извини, – сказал Стив и сделал недвусмысленное движение в сторону коробки передач, надеясь, что Билли вернется к своей машине и он сможет покинуть пределы школы, может быть, даже вдохнуть больше воздуха, чем на половину вдоха. Билли ответил напряженной затяжкой, но отступил от машины: – Поверь, Харрингтон, ты не единственный с кучей дерьма за плечами. Билли бросил окурок на асфальт и затоптал его носком ботинка. Его светлые локоны вспыхнули на солнце, когда он улыбнулся острой улыбкой, которая застала Стива врасплох: – До лучших времен, красавчик. Это был первый раз, когда Билли так обратился к нему. – Земля вызывает Стива Харрингтона. Стив, если ты слышишь, то ты чертовски нам не помогаешь! – восклицает Дастин, щелкая пальцами перед его носом. Следит за тем, как Стив моргает и уворачивается от очередной попытки помахать перед его лицом. Дастин продолжает, как ни в чем не бывало: – Как мы должны разобраться в твоей ситуации, Стив, если ты даже не пытаешься ответить хотя бы на один наш вопрос? Стив только сейчас замечает Лукаса, светящего в его лицо фонариком. Он стоит по другую сторону от Дастина, закрывая обзор на Майка, который качает головой, будто это была не его идея. Стив поддается вполне справедливому желанию выхватить фонарик из рук Синклера. – Что за черт ты делаешь, Синклер?! – спрашивает он, отбрасывая фонарик куда-то на кровать. Дастин прячет лицо в руках. – Это просто фантастика, – жалуется Дастин, обращаясь ко всей комнате или ни к кому. – Он отключается, а затем ругается на нас, как будто мы собрались здесь не для того, чтобы помочь ему. – Замолчи, Дастин, – советует Лукас, приглядываясь к Стиву так, как Стиву не нравится. – Вам не кажется, что он бледный и у него расширены зрачки? – Конечно, у него расширены зрачки, придурок, ты только что светил ему в глаза, – замечает Майк, что крайне справедливо. Стив закрывает глаза с досадой. На какое-то время он забыл, сколько детей находятся с ним в комнате, и позволил себе погрузиться в воспоминание, из которого его неприятно вырвали. Стив потирает переносицу, напоминая себе, что подписался на это сам. – Ладно, ладно, – в конце концов сдается он, – какие были вопросы? – Нет, я не думаю, чтобы меня засосало в воронку. Как она вообще должна выглядеть? И, нет, Синклер, – он переводит взгляд с Дастина на Лукаса, который вычеркивает строчки из огромного альбома, который они вытащили из стола Дастина и расписали в нем уже миллион листов, постоянно передавая его друг другу. – Я точно не проходил через ворота, издающие электрический треск. От спора, который не прекращается, сколько бы раз он не просил Дастина и Лукаса успокоиться, его голова трещит. Мигрень или что-то подобное ей стучит в висках. Он понимает, почему лицо тренера всегда такое красное. Дети перекидываются терминами, которые Стив не понимает, и продолжают качать головой, будто он разочаровывает их, когда отвечает слишком неопределенно на каждый второй их вопрос. – Никто не подвязывал ко мне никакие провода, не надевал шлем и не надо так на меня смотреть, Майк, я уверен, что запомнил бы. – Что угодно, – стонет Майк и поворачивается к Дастину, чтобы предложить. – Давайте обсудим это с мистером Кларком в понедельник, а сейчас уже поздно, мама ждет меня к ужину, если я опоздаю, то игры завтра не будет. Дастин отбирает альбом у Лукаса, из-за чего Лукас шлепает его по руке. Стив напоминает себе, что им тринадцать и что все прошло не так уж плохо. Он отряхивает джинсы от крошек шоколадного печенья миссис Хендерсон, когда ловит на себе взгляд Майка. Майк хмурится, скрещивает руки на груди, ожидая, что Стив проявит способности к телепатии и поймет его намек без слов. Стив вздыхает. Догадка приходит в виде озарения, которому он нисколько не рад. – Я могу подвезти вас, ребята, обратно. Только, – он хмурится, обращаясь к Майку, – не говори Нэнси, ладно? – И не собирался. – Увидимся позже, Хендерсон, – Стив треплет Дастина по голове, усмехается, когда Дастин хватается за кепку, чтобы вернуть ее в прежнее положение. Прощается с миссис Хендерсон, вышедшей проводить их. Майк закатывает глаза, ожидая у входа. Лукас желает хорошего вечера и выскальзывает следом за Майком на крыльцо. Они спешат к машине, ввязываясь в обсуждение одной из теорий о перемещении во времени. Стив теряет нить их разговора, включает радио, чтобы был фоновый шум, на котором он сможет сфокусироваться, чтобы не чувствовать себя беспомощным в собственной машине. Он замечает машину Джонатана на подъездной дорожке Уилеров. Майк пожимает плечами, когда он смотрит на него в зеркало заднего вида. Но он хмурится, будто ему тоже не нравится факт, что Джонатан зависает у них и очевидно не занимается уроками наверху. Стив напоминает себе, что это не то, что должно заботить его. В конце концов, он должен быть рад, что Нэнси и Джонатан вместе и у них все в порядке. Майк не спешит выскочить из машины, когда Стив паркуется у края тротуара. – Ты мне никогда особо не нравился, – признается Майк, пугая Стива. – Но, я думаю, что то, что произошло с тобой, отстойно. Круто с научной точки зрения, но отстойно. Стив переводит взгляд с Майка на входную дверь. Хмурится, когда в окнах на первом этаже загорается свет. Возможно, ему следует поторопиться, чтобы не столкнуться с Джонатаном, если он собрался уходить. – Это действительно отстойно, – соглашается он после неловкой минуты молчания. Майк кивает и бросает что-то отдаленно похожее на улыбку в качестве прощания, а потом выскальзывает из машины, чтобы закатить глаза и спрятать лицо в воротнике куртки, когда миссис Уилер выходит на крыльцо встретить его.

—

Несколько дней спустя они собираются у Дастина, чтобы провести ряд тестов, на которые Стив не помнит, чтобы соглашался. То, о чем они говорят, само по себе вызывает у него ряд вопросов. Он долго смотрит на Хендерсона, пока тот пересказывает план, который они составили после недели изучения и анализирования фактов, которые им удалось собрать. – Это было нелегко, Стив, – жалуется Дастин в третий или в четвертый раз, говоря, что он им не особенно помог. Стив спрашивает Дастина, когда тот прекращает укорять его: – Так что именно вы собираетесь делать? Дастин пускается в повторные объяснения. – ..это только выглядит так, но это не опасно, это просто электрический ток. – Просто ток, – Стив трет лицо, сдерживает смешок, который застревает в горле. Смесь недоверия и негодования. Дастин планирует его убить. Вот что он собирается сделать и ему понадобилась неделя, чтобы придумать это. Просто ток. – Нет, Хендерсон, абсолютно точно нет. Эта машина для убийств никогда не коснется моей головы, – говорит Стив непреклонно. Направляет палец в сторону Дастина, подчеркивая. – Никогда. Дастин смотрит на его палец с огорчением, складывает руки по бокам и качает головой: – Я ожидал от вас большего научного энтузиазма, Стивен. – Боже… – Стив вздыхает и садится на тщательно заправленную кровать Хендерсона. Смотрит на аккуратный рисунок в темно-зеленую клетку на покрывале. Старается не обращать внимания на жаркий спор, который вызвал его отказ от «мы нашли решение твоей проблемы, Стив», которое Дастин сообщил ему по телефону утром, вызвав у него настоящий прилив воодушевления. Стив переводит взгляд от покрывала на стену за спиной Дастина и упирается взглядом в какую-то странную формулу, прибитую к пробковой доске, которая, вероятно, тоже часть той большой идеи, которая привела его сюда. – ..не думаю, что он согласится, Дастин, – возражает Дастину Лукас. – У нас нет другого варианта, мы обсуждали это. Мы уже на плане g! – подчеркивает Дастин, не сохраняя спокойствия. – Боже… – вздыхает Майк, закидывая голову назад. Смотрит на потолок, который не показывает ничего интересного, и Майку приходится выпрямиться и упереться взглядом обратно в пол. Стив пересекается взглядом с Уиллом, который с того момента, как они перешли порог комнаты Дастина, так и сидит у письменного стола с альбомом в руках, чтобы записывать результаты эксперимента, начало которого отложилось на неопределенный срок, который Стив обозначил как никогда. Уилл не сбит с толку, в отличие от Стива, но тоже не поддерживает идею попробовать устройство, которое расплавило фигурку Дастина у него на глазах несколько дней назад. Уилл слабо улыбается ему и переводит взгляд на Майка, который в сотый раз за час повторяет Дастину, что его план отстойный и им не нужно было перескакивать с плана d. Если бы кто-то спросил Стива, Стив сказал бы, что план d звучит лучше плана g по той простой причине, что лучшие планы обычно наверху. Что случилось с планом a? – И что должны сделать эти… электроны? – Электроды, – поправляет Лукас. – Это не суть проблемы, – говорит Стив. Суть проблемы в том, что они провели за этим полдня и неизвестно сколько подготовительного времени, и ни к чему не пришли. – Ты говорил, что там была вспышка, – Дастин выходит в центр комнаты, оглядывает Стива и остальных, готовясь к объяснению той идеи, которую Стив несправедливо отказался слушать. Стив понимает, что это надолго. Не то чтобы он торопился или не был благодарным, это просто факт, который его волнует. Уилл посылает ему еще одну застенчивую улыбку, но Дастин врывается в мысли Стива. – ..и если бы твое тело отреагировало на импульс, мы бы зафиксировали это. Мы бы поняли, куда двигаться, Стив. – Никакого тока, Дастин, – повторяет он, настаивая. – Нет. На что Дастин возражает последним, что у него остается: – Но то, что предлагает Майк, еще хуже! – Это самый простой вариант, – Майк пожимает плечами. – Знаешь, что сказал бы Стив, если бы пострадали его волосы? – Что? Стив отматывает диалог на две минуты назад, чтобы вздрогнуть от потенциального ужаса. – Да какая разница, Дастин, – говорит Майк, зарываясь руками в свитер. – Эй, – Стив взмахивает рукой перед собой, – мне большая разница. – Я же говорил, – вставляет Дастин, кивая. – Спасибо, Дастин, но все эти эксперименты и тесты… они не подходят, ладно? Мы не делаем этого, – Стив хмурится, знает, что это огорчило Дастина, но впервые в жизни ему все равно. – Просто забудьте, что я вас просил разобраться, ладно? – И что ты собираешься делать, Стив? Ты не можешь просто сдаться! – Дастин вскидывает руками, не соглашаясь. – Не круто, чувак, – качает головой Лукас. – Я не сдаюсь, – возражает Стив, встает, вспоминая, что он выше всех в комнате. Расставляет руки по бокам, думает, какой линии придерживаться. – Я очень внимателен и, между прочим, я единственный здесь знаю, что будет в будущем, так что, – он полагает, это не будет лишним добавить, – больше уважения, пожалуйста. В конце концов, он и единственный взрослый на этом этаже. И он не преувеличивает, когда говорит, что очень внимателен. Он следит за странными вещами и за эти два месяца не заметил ничего необычного. Кроме того, что Билли Харгроув уже несколько раз вел себя... мило? Так что он думает, что нет причин сидеть здесь, придумывая способы, которые могут спалить его волосы или убить, они могут провести время веселее, например, выбраться на свежий воздух или… куда они там ездят, чтобы развлечься? — Как насчет того, чтобы поехать в Аркаду? – предлагает Стив и следит за тем, как они переглядываются между собой, решая, стоит его предложение того или нет. Стив почти уверен, что сегодня смена Робин и слишком поздно вспоминает, что там еще работает Кит. Кит встречает его кивком головы. Достает руку из пачки чипс, пугая Стива возможностью того, что он захочет протянуть ее, чтобы он смог пожать. Улыбка на лице Стива трещит, когда он ищет за его плечом Робин или любое другое спасение от этого парня. Но Кит, кажется, не собирался заходить так далеко в их приветствии, он просто тянет руку к лицу, чтобы облизать пальцы. Стив не успевает отвести взгляд, о чем очень сильно сожалеет. Он чувствует, как его рот изгибается, вероятно, выражая ужас, который он чувствует. Думает, стоит ли сказать что-нибудь еще, например, спросить, как его жизнь. Решает, что ничего будет лучшим вариантом, с которым он пойдет. Так что Стив направляется к стойке бара и машет коротышкам, советуя не отставать. Робин стреляет в него озадаченным взглядом, приглядывается к детям, окружающим его, с легкой ноткой недоверия: – Харрингтон, кто все эти дети и почему они смотрят на меня? – Стив, ты не говорил, что… Стив отмахивается от Дастина, перенаправляет внимание детей к витрине, говорит, что они могут выбрать себе что-нибудь, желая, чтобы они просто дали ему минуту тишины. – Почему он смотрит на меня, Стив? – шепчет Робин, наклоняясь к нему. Стив щелкает по плечу Дастина: – Что не так, Хендерсон? – Неужели, Стив? Я думал, что, может быть, ты представишь меня своей подруге? Стив вздыхает: – Дастин, это Робин. Робин, это Дастин. Робин кивает на кепку Дастина: – Клевая кепка. Дастин открывает рот, чтобы ответить, когда к нему подлетает Лукас и разворачивает за плечи в сторону входной двери. – Смотри! – восклицает он с благоговением, глядя, как Макс Мэйфилд врывается в Аркаду. Двери хлопают за ней, она проскакивает мимо Кита в ответвление зала, скрываясь с их глаз. – Это она, – говорит Лукас, улыбаясь. – Мэд Макс. Стив оглядывается на двери, приглядываясь к парковке, чтобы проверить, задержался ли Билли или уже умчался прочь. Взгляд описывает дугу и возвращается обратно. Значит, Билли в погоне за лучшим, что может предложить Хокинс. – Когда ты говорил вчера, что будешь занят, я не думала, что это касается группы детей. Так, – улыбается Робин, с весельем глядя на него, – кто из них твой? – Самый мелкий, – усмехается Стив, на что Дастин возмущается. – Прошу прощения?! Но справедливость осталась в комнате, в которой Дастин предложил проверить, как на него подействует ток, так что он кивает в сторону Хендерсона и остальных и объясняет с усталостью в тоне, что это те самые дети, за которыми он присматривает иногда. – Ага, – тянет Робин, складывая одно с другим. – О, так это наш спасательный отряд? Маленькие гении, которые решают, – она делает жест рукой в воздухе, помогая себе подобрать подходящее слово, – ситуацию? – Ага, как-то так, – кивает Стив, когда Кит останавливается в нескольких шагах от них, наблюдая. Он смотрит на то, как Робин постукивает по витрине с напитками. – Так, что ты решил, Харрингтон, твоим подопечным колу в стандартных или больших стаканчиках? Стив схватывает намек, переворачивает кепку Хендерсона, когда тот возмущается: – Мы не его подопечные! – В больших. Стив достает кошелек, чтобы расплатиться. Робин щелкает кассой, протягивает ему сдачу и предлагает выбрать трубочки для напитков. Закатывает глаза, когда Кит скрывается в другом конце комнаты. – Он мой кошмар, Стив. Клянусь, я не могу посмотреть на Lays без содрогания. – Ха, да. Парень умеет пробраться в душу, – усмехается Стив, подзывая Дастина и остальных, чтобы передать напитки, которые он так великодушно купил для них. Уилл единственный, кто берет стаканчик с вежливым спасибо. Он улыбается Стиву и уходит следом за Майком, Лукас идет с ними, но бросает на полпути, чтобы свернуть к автомату, по которому стучит Макс. Он откашливается, чтобы привлечь ее внимание. Стив слышит, как Макс фыркает: «Так и знала, что ты преследуешь меня, сталкер». – Ты будешь хорошим родителем, Стив, – сообщает Робин, ухмыляясь, на что Стив закатывает глаза. Примерно час или два спустя Стив находит детей, столпившимися перед автоматом, за которым Дастин терпит сокрушительное поражение от Макс. – Это разминка, – напоминает Дастин. Макс сдерживается, чтобы не рассмеяться. – Не думаю, что автомат вообще исправен, – бормочет он и щелкает по кнопке, чтобы начать игру заново. Майк за его спиной громко вздыхает, Стив хмурится, переводя взгляд между ними, пытаясь понять, насколько плохи здесь дела. – Да ладно, чувак, просто признай, что у тебя не получается, – вмешивается Лукас, желая, как и Майк, заняться чем-то другим. – В этом нет ничего страшного, – замечает Уилл, но его доброе намерение тонет в грохоте, когда Дастин стучит по боковой панели автомата, пугая всех в радиусе метра. Дастин оборачивается с решительным блеском в глазах: – Еще один раунд и ты увидишь, Уилл, я разгромлю Макс в пух и прах. – Просто сделай это уже наконец, – стонет Майк, отталкиваясь от соседнего автомата, чтобы взглянуть на таблицу с очками, которую Дастин пытается закрыть собой. – Разница в счете не такая большая, ты сможешь обойти ее! Макс фыркает: – Конечно, а я буду рада разгромить вас, идиоты, снова. Стив вспоминает, зачем вообще разыскивал их, и врывается в их маленький кружок: – Эй, коротышки, это последний раунд, и мы закругляемся, окей? – он прищуривается, оглядывая их, щелкает перед макушкой Дастина, ожидая, что Дастин хотя бы взглянет в его сторону. Дастин вздыхает, качает головой, будто Стив мешает: – Хорошо, Стив. Стив решает, что этого вполне достаточно, чтобы оставить их заниматься тем, чем они занимаются, так что он кивает на прощание Робин и выходит наружу. Порыв ветра подхватывает его шарф, он прислоняется к стене у входа, закрывает глаза, наслаждаясь прекрасной тишиной улицы, холодным воздухом Индианы, в котором чувствуется приближение зимы и снега, который, вероятно, может выпасть в первые дни декабря. Стив слышит, как камаро Харгроува разрезает тишину улицы, врывается с характерным ревом, который он узнает еще до того, как видит машину. Билли сворачивает у магазина электроники, сбавляет газ, чтобы вывернуть на парковку Аркады и остановиться в паре метров от БМВ Стива, единственной машине в море огромного места, которое он мог бы занять взамен. Билли требуется пара секунд, чтобы выбраться из машины. Стив прислушивается к тому, как ботинки Харгроува стучат по асфальту, приближаясь к нему в манере хищника, неспешно подкрадывающегося к жертве. Он открывает глаза и успевает перехватить осколок улыбки, которую Билли скрывает за усмешкой. Билли оглядывает его с весельем, которое не выдает искреннюю радость от того, что он застал его здесь. Стив не знает, читает ли это правильно или принимает желаемое за действительное. Трудно сказать, когда дело касается Билли. – Наслаждаешься пейзажем, красавчик? Стив скрывает смешок за шарфом и качает головой. Чертовски логично предположить, что именно это он и делает, стоя на пустой парковке Аркады, глядя на грустные витрины магазинов напротив. – Скорее спасаюсь от того, что творится внутри. Ты знаешь, – он машет рукой в воздухе, вздыхает «дети», как будто это все объясняет. Убирает руки в карманы пальто, когда Билли переспрашивает в искренней попытке понять, о чем он говорит: «Дети?». – Ага, твоя сестра уделала моих ребят в пух и прах, – замечает Стив, на что Билли сводит брови. – Она не моя сестра, – поправляет он с легким нажимом. Есть пауза, после которой Билли склоняет голову в бок, его сережка цепляется за воротник куртки. Стив не следит за этим, но поднимает взгляд только для того, чтобы упереться в собственное задумчивое отражение в авиаторах Билли. Стив думает над этим странным выбором аксессуара, все-таки ноябрь и солнце ушло из Индианы, а Билли тянется к карману, чтобы вытащить пачку. Он удерживает сигарету губами, ищет зажигалку в задних карманах джинс, стреляет взглядом в Стива, который все так и продолжает на него смотреть. – Так, значит, эта байка Томми правда? – спрашивает Билли и закуривает прежде, чем продолжить. – Нянчишься с кучкой детей? – Хм, нет, – Стив качает головой, оглядываясь на двери Аркады, будто ожидает, что группа детей, с которой он не нянчится, решит выбраться на улицу именно в этот момент. – Я присматриваю за ними иногда, но не нянчусь. В любом случае мелкие мерзавцы даже не слушаются его. Билли мычит что-то, что Стив не разбирает, когда двери Аркады вздрагивают рядом с ним и Дастин проносится мимо, направляясь прямиком к пассажирскому сидению БМВ. Стив хмурится, наблюдая за тем, как Дастин пробует открыть дверь, которая заперта, искренне удивляется этому и, наконец, поворачивается к ним: «Стив?». Легкий шок замирает на его лице, но быстро меняется на что-то похожее на обиду, и он отворачивается, скрещивая руки на груди. Стив морщится, поправляет шарф, который слетает с шеи из-за порыва ветра, когда двери в Аркаду распахиваются, чтобы выпустить остальную часть группы. Уилл замирает на мгновение, глядя широко раскрытыми глазами на Билли. Стиву кажется, что его щеки чуть краснеют, но он спохватывается и спешит за Майком к Дастину. Стив надеется, чтобы успокоить его. Лукас следует за Макс, не замечая Билли, зато Билли точно замечает его: линия его рта напрягается, он затягивается на несколько актов дольше и выпускает дым в воздух. Макс запинается, когда замечает Билли, сводит брови и прижимает к себе скейтборд. Она переводит взгляд с Билли на Стива, и Билли кивает в сторону машины: – Подожди у машины, Макс. Есть что-то близкое к рычанию в его голосе, на что Макс не реагирует, зато реагирует Стив, зарываясь носом в шарф, будто он сможет защитить его от враждебности Билли. Билли следит за тем, чтобы Макс пошла именно туда, куда он сказал. Он поздно понимает, что выбрал неудачное место, чтобы оставить машину, – слишком много детей рассредоточены вокруг. Синклер делает неуклюжее движение, чтобы последовать за Макс, но вовремя останавливается и огибает левое крыло БМВ Стива, чтобы встать рядом с Дастином. – Не думал, что их так много, Харрингтон, – смешок Билли вырывает Стива из размышлений. Он возвращает внимание к нему и следит за тем, как последнее облако дыма, которое Билли выпускает, тает в воздухе. Билли придавливает тлеющий окурок сигареты. – Но не могу сказать, что удивлен. – Не удивлен? Почему? – Стив приподнимает бровь. Билли наслаждается тем, как легко сбивает его с мысли, и растягивает губы в полуулыбке, которая тут же становится опасной: – Держи того ребенка подальше от моей сестры. Это не совет – предупреждение. Стив старается держаться линии, где его не волнуют такие вещи, как плохо скрытые угрозы, особенно обращенные к нему. Он знает, что последует за этим, но не может позволить Билли угрожать Лукасу или кому-то из них. – Даже если бы хотел, Харгроув, я этого не могу, – Стив выпрямляется. Игнорирует то, как сжимается челюсть Билли. – Я не контролирую их и не указываю им, что делать. Как я уже говорил, я не их няня. Он давит на последнее слово, смотрит на Билли, не имея представления, на что похож его взгляд. Вряд ли Билли в восторге от этого замечания. – Что ж, Харрингтон, – Билли делает шаг, вступая в его пространство – нечестный прием, заставляющий Стива напрячься от осознания и ощущения, как сильно Билли выигрывает в силе. Стив слишком часто терпел неудачи в драках, чтобы не бояться их. – Тогда я справлюсь сам. Билли вырывается из безопасного пространства Стива, довольствуясь эффектом, который произвел. Стив может чувствовать мурашки на шее, под шарфом. Он сглатывает, всматриваясь в темное стекло авиаторов Билли, будто может увидеть его глаза за ними. Стив почти верит себе, когда повторяет, что Билли не ударит его, но все равно чувствует фантомную боль, которую хранит его тело. – Он хороший парень, – говорит Стив, глядя в стекло его очков. – Они хорошие дети, не советую трогать их. Есть что-то голодное в том, как Билли приоткрывает рот и скользит языком по губам, словно следует за словами Харрингтона. Он выглядит так, будто предвкушает что-то, возможно, кровь, которая может пролиться, если они пойдут по этой тропе дальше. На заднем плане Хендерсон отталкивает Лукаса, Майк всплескивает руками: «Что за черт, Дастин?!», а Уилл смотрит между ними в панике. Стив понимает, что упустил какой-то важный момент, слишком сосредоточившись на микровыражениях на лице Билли. Билли оборачивается, чтобы проследить за его взглядом, и тоже смотрит на маленькую драму, разворачивающуюся позади них. – Я не собирался трогать твоих детей, Харрингтон, – говорит Билли через какое-то время, словно сожалеет, что Стив неправильно истолковал его мотивы. – Я только сказал, что тому пацану стоит держаться подальше от Максин для ее же блага, – выплевывает он, разворачиваясь к своей машине. Стив следит за тем, как Билли садится на переднее сидение, бросает что-то резкое Макс, на что она морщится и отворачивается в сторону. Билли не остается на парковке больше времени, чем нужно, чтобы его машина завелась, и давит на педаль газа, с ревом уносясь прочь. – Стив? – машет Дастин, который незаметно оказался перед ним, намекая, что им тоже неплохо бы уже поехать. Стив позволяет им самим решать, какие занять места в машине. О чем бы они не ругались раньше, кажется, все кончено. Впереди оказывается Уилл. Он застенчиво защелкивает ремень и спрашивает, может ли он включить радио, если никто не против. – Мы что-нибудь придумаем, Стив, не волнуйся, – обещает Дастин, наклоняясь между передними сидениями, когда они останавливаются возле его дома. Стив хотел бы, чтобы он был настроен так же решительно, как Дастин, но не думает, что это имеет смысл. Он просто здесь. Нет никакого замысла или чего-то еще. – Хорошо, Хендерсон, только поменьше вещей потенциально опасных для жизни. Договорились? – Договорились, Стив. Дастину хватает наглости закатить глаза, он поворачивается к Уиллу, чтобы напомнить, чтобы он посмотрел какие-то кубики, которые они ищут уже несколько недель, у себя. Стив выглядывает в окно, когда на крыльце загорается свет и миссис Хендерсон выходит, чтобы встретить сына. Стив машет, Уилл обещает посмотреть еще раз, а Дастин вздыхает: «Почему все считают, что они у меня?» и вылазит из машины.