Living on the Edge

Где-то в обед звонит Робин. Она жалуется на двоюродную сестру, которой четырнадцать и которая совершенно ужасна. Стив не рассказывает, что помирился с Томми и что все последние дни проводит, думая о Билли. Робин передает, что Эдди считает, что Стив злится на него из-за кого-то концерта, на который они ходили, и признается, что так и не поняла, где он проходил. Стив говорит, что это сложно объяснить, а Робин все равно не может сосредоточиться, потому что ее двоюродная сестра-монстр может быть родственной душой Эрики и все время вмешивается в их разговор. Робин обещает вернуться как можно скорее, даже если для этого ей придется сбежать и добираться до Хокинса автостопом. Она смеется: «Думаю, меня убьют в дороге». Стив говорит, что скучает и что ей проще сесть на автобус, вряд ли она найдет кого-то, кто добровольно едет в сторону Хокинса. Робин ворчит, что это детали, и говорит, что тоже скучает. Чуть позже Стив едет к Дастину, чтобы составить ему компанию на время, когда Клавдии нужно уехать куда-то по делам, а вечером приводит бассейн в порядок. Не думает о том, почему делает это. Просто меняет воду, включает подогрев и расчищает снег с заднего двора до двух часов ночи. Потом поднимается наверх и засыпает в окружении включенных ламп. Следующий день – это в основном он и его плохо скрытое волнение по поводу того, как пройдет вечер. Стив раскладывает содержимое шкафа на кровати, принимает душ и несколько раз меняет свитер и джинсы. Потом укладывает волосы и ждет, пытаясь читать что-то из того, что они либо проходят сейчас, либо собираются начать, либо уже прошли, в том же самом кресле, что и несколько дней назад. Такая у него теперь жизнь. Билли заезжает за ним в восемь, и они едут, чтобы забрать Томми и Кэрол. Когда Кэрол забирается на заднее сидение, Стив захлопывает дверцу, а Билли выводит камаро на дорогу, Кэрол наклоняется вперед: – Это будет запоминающаяся ночь, — говорит она с улыбкой, как будто может предчувствовать что-то. Крис не расстался с Николь, но это первая вечеринка с начала каникул, у Хокинса нет лучшей альтернативы прямо сейчас, поэтому никто не расходится. Когда они заходят, Крис наклоняется к ним, чтобы передать, что Зак, парень в дурацкой шляпе, может показать им, где найти настоящий алкоголь. Николь настояла на пунше, в котором, как Стив с горечью понял спустя половину чашки, нет ни капли спирта. Томми и Билли уходят на поиски этого парня, а Стив ищет место, чтобы поставить стаканчик с пуншем, который он не собирается допивать. Он вздрагивает, когда Кэрол хватает его за локоть и утягивает в сторону от шума, чтобы узнать, как и когда они с Билли стали лучшими друзьями. Плейлист вечера – грустная смесь из хитов последних лет и огромного количество баллад, к которым Крис не имеет никакого отношения. Звучит так, будто они на Снежном балу в средней школе. Билли мрачнеет с каждой новой песней, Томми так и не нашел того парня, зато перехватил Миллера, которому хватило ума принести с собой ром в фляжке. Миллер задержался с ними, на взгляд Стива, слишком долго. И, кажется, только для того, чтобы вспомнить все прошлые тусовки, которые Стив пропустил. Стив не знает, делает ли он это специально, но Томми и Билли смеются, а Кэрол удалилась какое-то время назад, чтобы посплетничать в тесном женском кругу. Стив жалеет, что не ушел с ней. Через мучительные десять, может быть, двадцать минут Стив говорит, что возьмет себе еще, кивает в никуда, потому что с ним даже нет стаканчика, и минует Миллера, пробивая себе путь через гостиную, чтобы перевести дыхание на пустой кухне. Стив никогда бы не подумал, что может увидеть Нэнси и Джонатана у Криса. В то же время Хокинс не большой, а вечеринка Криса – единственная, которая проходит сейчас в городе. Джонатан и Нэнси разговаривают, мило склоненные друг к другу, посреди шума голосов и романтических баллад, которые Крис так и не нашел мужества выключить. Стив наблюдает за ними, пока не замечает позади них парня в той самой глупой шляпе, о которой говорил Крис. Он пробирается к нему, держась безопасного расстояния, чтобы Джонатан и Нэнси не заметили его. Парень в глупой шляпе – Зак из театрального кружка, с которым Стив разговаривал однажды, когда ждал Робин у музыкального класса. Это не тот Зак, что залез в курятник на ферме. Он неплохой парень, который любит говорить длинными фразами, будто находится в пьесе. Зак проводит его до прачечной, оглядывается, словно опасается слежки, и достает из бельевого шкафа бутылку. – Никто не должен знать, где ты это взял, – он шепчет, словно они в этой комнате не одни, и драматично прочерчивает линию у горла, – иначе Крис оставит меня без головы, и я почти уверен, что Николь – ведьма. – Что? Почему? – Стив хмурится, зачем-то бросает взгляд за свое плечо, как будто Зак не просто какой-то странный парень и там действительно кто-то может быть. – У меня от нее мурашки. И я не раз видел, как она шепчет что-то себе под нос. Стив думает, что, скорее всего, Николь просто зачитывала молитвы, но он уже ни в чем не уверен, поэтому кивает, наполняет стаканчик до краев и жалеет, что не может унести с собой всю бутылку. Когда он добирается до гостиной, Кэрол перехватывает его стаканчик и выпивает половину, целуя его в щеку, когда он жалуется, что это нечестно. – Спасибо, Стив, ты меня спас. Это вечеринка идет ко дну, – она напевает, оглядывая скучающую толпу в гостиной. Возле Томми и Билли собралась большая часть баскетбольной команды, включая Криса. Кэрол повисает на плече Томми, делясь с ним какой-то забавной историей, которую услышала в своем женском разговоре, а Билли хлопает по спине Миллера, вынуждая его отступить, чтобы он мог добраться до Стива. Билли ухмыляется, машет перед ним фляжкой, которую забрал у Миллера. Стив не хочет знать, как это произошло. Билли предлагает выйти на задний двор, когда комнату наполняет еще одна песня Фила Коллинза. Стив понимает. Они выходят и садятся на ступеньки, смотря на баскетбольное кольцо и присыпанный снегом двор. Билли передает ему фляжку, спрашивает, куда он уходил и должны ли они убедить Криса вырваться из этих отношений. Стив думает о красивом белом доме и семейных вечерах в большой гостиной, о семье, которую Крис и Николь могут создать вместе, и качает головой. – Думаю, они хорошая пара, – он передает фляжку и ежится, когда чувствует, как морозный воздух касается голого участка шеи на его затылке. Он накинул пальто, но не надел шарф, Билли едва ли подумал застегнуть куртку. – Тогда это моя последняя вечеринка у Криса, – ворчит Билли, но Стив догадывается, что он на самом деле не так плохо проводит время, как говорит. Стив рассказывает о парне в шляпе и его подозрениях о том, что Николь ведьма, и что в бельевом шкафу есть ром, но, может быть, уже нет. Когда они возвращаются в дом, играют Queen. Кто-то взял дело в свои руки и поменял кассету в проигрывателе. Билли не фанат, но это лучше, чем все, что было последний час, так что. Билли уходит искать ром, чтобы восполнить запас фляжки Миллера. Стив присоединяется к Томми, устраиваясь на подлокотнике кресла, в котором он сидит. Кэрол улыбается ему и протягивает стаканчик с набором свернутых бумажек. – Это то, что я думаю? – он смотрит на Кэрол, которая кивает ему с веселым блеском в глазах. – Это будет весело, Стив, давай, выбери одну. Хорошо. Он вытягивает, и Кэрол передает стакан дальше по кругу. Стив не уверен, интересно ли это будет Билли, но все равно говорит, что они должны подождать его. – Куда он делся? – ворчит Томми, пытаясь увернуться от попытки Кэрол ущипнуть его за ухо. – Не будь ворчуном, с Билли будет веселее, – она подмигивает ему. Стив задается вопросом, что за вызов они задумали. Это определенно что-то дурацкое. Билли возвращается, хватает последнюю бумажку из стакана, даже не задумываясь, хотя потом и говорит, что это не похоже на честную игру. Кэрол напевает, продолжая мучить ухо Томми: – Никто не виноват, что ты пропал на самом веселом моменте. Вроде как, с этим не поспорить. Стив наклоняется к Билли, чтобы узнать, удалось ли ему найти ром, но Билли качает головой и бросает Миллеру его пустую фляжку. Билли ухмыляется: «Хорошая реакция, Мёрфи», когда тот ловит ее на лету. Они начинают разворачивать бумажки с начала круга. У Томми, Кэрол и всех до них – пустые. Стив морщится, когда понимает, что осталось всего пять человек, среди которых они с Билли. Он не хочет знать, на что подписался. Он чувствует, что помеченная бумажка досталась ему или Билли просто потому, что жизнь крайне несправедлива. Томми похлопывает по его колену в качестве поддержки. – Давай, чувак, просто сорви пластырь, – улыбается он. Стив раскрывает свернутую бумажку и мрачно поворачивает ко всем крест. Он знал. Все остальные быстро открывают свои, хотя это бессмысленно, потому что помеченной была только одна. – И что я должен сделать? Кэрол хихикает, пихая локтем бок Томми. – Прости, Стиви-бой, но тебе придется закончить начатое, – Томми переглядывается с парнями, отчего лицо Стива падает. – Господи, серьезно, ребята? – он сжимает переносицу. Делает эту дурацкую дыхательную практику, о которой в последнее время говорит его мама, и все равно не может примириться с идеей, что ему придется во второй раз лезть в кабинет тренера, между прочим, через крохотное окно. – Все-таки Рождество, Стив, – говорит Паркер, как шутку. – Санта-Клаус на городской площади пугает ребятишек, нужно чем-то прикрыть его лицо. Стив бросает на него растерянный взгляд: – И вы думаете, что голова тигра подойдет для этого? Билли ухмыляется. Конечно, он думает, что это смешно. – И мы собираемся делать это сейчас? – Стив спрашивает, даже не понимая зачем. Он знает, что да. Томми переглядывается с Кэрол и весело ему кивает. Они делятся на три машины: Стив, Томми и Кэрол едут с Билли, Паркер, Миллер и Пэм Симмонс в машине Паркера и прямо за ними Рассел с Бетти Льюис, которая весь вечер искала компании Билли, хотя он и продолжал ее игнорировать. Стив продолжает думать, что это глупая затея и что их обязательно застукают. Их много, и они не могут, черт возьми, вести себя тихо. Ни один из них на самом деле не собирается стоять на стреме и быть полезным. Стив помнит, как было в прошлый раз. Он дуется, когда Томми пересказывает Билли свою версию того, как тренер появился из ниоткуда и застал Харрингтона с ключами от его кабинета в руках, упуская тот факт, что Томми был тем, кто должен был следить, чтобы его вообще не было поблизости. Они крадутся через футбольное поле до задней двери в спортивный зал. Миллер и Паркер вызываются следить за охранником, а Рассел, Бетти и Пэм остаются у машин на случай, если им придется покидать место в спешке. Томми хлопает по плечу Стива, говоря, чтобы он был тихим, как ниндзя. Стив закатывает глаза. Билли ухмыляется, как будто получает искреннее наслаждение, наблюдая за его мучениями. Он вызывается пойти с ним, чтобы не торчать снаружи. Стив думает, что это мило. Они добираются до окна кабинета тренера, когда слышат, как Томми и Кэрол хихикают, не заботясь о том, чтобы быть тихими. – Черт возьми, – ворчит Билли, бросая грязный взгляд в их сторону. – Заткнитесь, иначе нас схватят еще до того, как Харрингтон попадет внутрь. Томми поднимает руку, обнимая Кэрол, которая глушит смех в его плече: – Извините-извините, обещаю, мы будем тихими. Они не будут, Стив знает. Он находит выступ в кирпичной кладке, цепляется за подоконник и подтягивается, пробуя приподнять окно. Билли достает откуда-то складной нож и передает ему, чтобы он мог взломать его. Стив не хочет знать, зачем Билли носит с собой нож. Он борется с окном какое-то время, наконец, оно поддается, и Стив толкает его, заставляя открыться внутрь. Он возвращает нож Билли и прыгает. Приземляется в своей лучшей версии ниндзя и ждет, когда Билли присоединится к нему. Билли запрыгивает, откидывает волосы от лица и оглядывается по сторонам. Кабинет тренера на самом деле просто маленькая комната со столом и шкафом с бумагами и несколькими наградами, которым не нашлось места в трофейном шкафу в холле. Билли перебирает бумаги на столе тренера, пока Стив читает номера ключей. Он быстро находит нужный и зовет Билли за собой, пока он не сделал что-нибудь глупое. Например, оставил отпечатки своего любопытства повсюду. Они выходят в зал, который выглядит пустым и темным. Стив резко останавливается, отчего Билли упирается в его спину. – Что случилось? – он оглядывается, думая, что их поймали, но это просто Стив и темнота. Стив сглатывает, заставляя себя двигаться дальше. Он не должен так волноваться. Это просто спортивный зал. Свет с улицы проникает через высокие окна, бросая длинные полосы света на пол. Но по углам клубятся тени, и Стив не знает, когда перестанет бояться таких глупых вещей. Билли должен был догадаться, что с ним не так, потому что через минуту кладет руку на его плечо и несильно сжимает, давая понять, что он не один. – Все в порядке, Стив, здесь ничего нет. Стив кивает, заставляет свои ноги двигаться. Голос Билли мягкий, и он назвал его Стивом. Рука на его плече горячая. Все в порядке. Стив идет дальше, сосредотачиваясь на шагах Билли, следующих за ним. Они выходят в школьный коридор. Стив проверяет наличие охранника на горизонте и идет дальше к шкафу, за стеклом которого стоят награды и форма их талисмана. Билли следует за ним, напряженный и готовый ко всему, что может пойти не так. Стив старается не обращать внимания на темноту, через которую они проходят, чтобы дойти до нужного участка школы. – Томми – придурок, – Стив приседает перед шкафом с трофеями, открывая замок. – Если ему так нужна эта голова, мог бы хоть раз пойти за ней сам. Билли держится рядом, что утешительно. Стив открывает стекло и вытаскивает голову тигра, передавая ее в руки Билли, затем закрывает шкаф и выпрямляется. – Директор будет в ярости. Тренер будет в ярости, – он вздыхает, качает головой, поворачивается к Билли, чтобы встретиться с веселым блеском в его глазах. – Это не смешно, – добавляет он, но Билли все равно начинает хихикать. Стив ловит себя на том, что улыбается. – Да ладно, Король Стив, никто не узнает, что это были мы, – Билли усмехается и надевает на себя голову тигра. Стив продолжает улыбаться весь путь в обратную сторону, потому что Билли – идиот и на его голове дурацкая голова тигра, как будто Билли не заботит, что его волосы помнутся. Стив не понимает этого парня. Они выбираются обратно через то же самое узкое окно. Билли снимает голову, чтобы пролезть через него, но не надевает обратно на улице. Он приземляется на землю с глухим стуком. Томми и Кэрол подбегают к ним, даже не вспомнив про свой наблюдательный пост. Томми свистит, увидев голову их талисмана в руках Билли. Кэрол толкает его локтем в живот: – Боже, Томми, тише! – шипит она, оглядываясь назад. Они машут Паркеру и Миллеру и бегут через поле обратно к машинам. Рассел присвистывает, когда видит их. Билли поднимает голову талисмана высоко над головой. Из его груди вырывается рык, который подхватывает Паркер, а затем и Миллер, и уже никого, даже Стива, не заботит тот факт, что их могут поймать. Это нелепо, но смешно. Они забираются в машины и уезжают, прорезая ночь и спящие улицы Хокинса, и все еще смеются.

—

Паркер вызывается быть тем, кто заберется на фигуру Санта-Клауса. Она достаточно высокая, чтобы это заняло какое-то время, но когда он успешно закрепляет голову талисмана наверху, даже Стив признает, хоть и не очень охотно, что это была не самая худшая идея, которая приходила Томми на ум. – Боже, не терпится увидеть это завтра утром. Это должно попасть в новости, – говорит Миллер и дает пять Паркеру, когда тот соскальзывает вниз. Бетти цепляется за рукав куртки Билли, чтобы сказать сладким голосом: – Ты был таким крутым. В это время Кэрол щелкает по носу Томми: – Давняя мечта нашего мальчика осуществилась, ты доволен? – спрашивает она, переплетая их руки. Томми улыбается и перехватывает взгляд Стива. – Без Харрингтона ничего бы не вышло, – говорит он с гордой улыбкой, от которой Стив устало улыбается. – Он – прирожденный ниндзя. Кэрол стонет, отрываясь от него: – Боже, опять вы за старое… Когда они направляются обратно к машинам, Билли отцепляет Бетти от себя, чтобы поравняться со Стивом. Их плечи сталкиваются при ходьбе, Билли снижает голос, когда говорит: – Это была хорошая ночь, Харрингтон.

—

Но, как у любой хорошей ночи, у нее есть последствия. На следующий день Стив отрывается от своей увлекательной программы про Африку, которую застал, перелистывая каналы, которая так же ужасна, как и все остальное, что идет днем, на телефонный звонок. Он чувствует, что это не к добру, когда поднимает трубку. Тренер говорит, что очень разочарован всей их командой. Он знает, что это был кто-то из них, но у него нет доказательств, поэтому он проведет вразумительную беседу со всеми, как только они вернутся с праздников. Тренер еще раз уточняет, когда он сможет застать его родителей дома. Стив честно отвечает, что не знает. К тому времени, когда они вернутся, вся эта история уже будет прошлым. Последнюю часть он не говорит, просто обещает сообщить, когда они появятся в городе, зная, что он этого не сделает, и почему-то думает, что тренер от него этого и не ждет. Стив возвращается в гостиную. Телевизор все еще показывает засушливые пейзажи Африки, а Стив думает, позвонил ли тренер всем или только ему, как капитану. Он догадывается, что, если тренер позвонит домой Билли и его отец поднимет трубку, у Билли будут неприятности. Он встречается с Томми и Кэрол несколько часов спустя в закусочной, и Томми подтверждает опасения Стива в том, что тренер обзвонил всех. Родителям Томми было все равно. Томми сказал, что не имеет к этому отношения, они могли поверить, а могли – нет. Ему просто сошло это с рук. Кэрол вращает трубочкой в высоком стакане с кока-колой, проходясь по свежим новостям, которые она еще не успела рассказать Стиву. Стив слушает вполуха, думая над последствиями их выходки для Билли. Поверил ли его отец, что он не имеет к этому отношения? Стал ли слушать вообще?

—

На следующий день Стив видит Билли, когда приезжает к Аркаде, чтобы забрать Дастина. Билли выходит из машины, когда он подъезжает. Он выглядит так, как будто в порядке. Это все еще только старый синяк на его челюсти. Ничего нового. Стив выдыхает, узел в его животе развязывается. Они не говорят о звонке тренера, но говорят о том, что с Санта-Клауса сняли голову тигра, по мнению Билли, слишком быстро. Примерно на утро после того, как они ее туда поместили. Это все равно показали в местных новостях, потому что ничего другого в тот день в Хокинсе не произошло. – Это веселее, чем переворачивать коров? – спрашивает Билли с насмешливой улыбкой, которую даже не пытается скрыть. Стив толкает его в бок, но тут же жалеет, потому что Билли вздрагивает и морщится. – Господи, Билли, Хокинс не деревня, – говорит Стив, надеясь сохранить веселый тон, который у них был. Он наблюдает краем глаза за тем, как Билли смещается на капоте его БМВ. Стив продолжает держаться мысли, что Билли не прячет под одеждой какой-нибудь другой уродливый синяк, который он даже не может видеть. – Мы не переворачиваем коров. Билли пожимает плечами. Они отвлекаются, когда двери Аркады распахиваются и наружу вырываются Макс и Дастин. Макс обгоняет Дастина, который плетется позади и морщится, когда замечает Билли рядом со Стивом. – Что я сделал твоему пацану, Харрингтон? – Билли следит за тем, как Дастин приближается к ним, мрачный и странно настроенный на борьбу. Стив отрывает взгляд от Дастина, чтобы признаться: – В начале октября ты чуть не переехал его и его друзей. Билли хмыкает, вспоминая тот инцидент. – Скажи ему, что я не хотел его напугать, это была просто шутка, – говорит он, поднимаясь, чтобы встретить Макс на полпути к ним. – Привет, Стив, – Макс посылает ему быструю улыбку и возвращает на лицо прежнее колючее выражение, когда посылает Билли многозначительный взгляд. – Мы можем поехать? Мама ждет нас к обеду. Билли кивает и достает ключи от машины. – Увидимся, Харрингтон. Стив наблюдает за тем, как они садятся в машину, как Билли заводит камаро и они уезжают с парковки. Он не замечает, как Дастин машет перед его лицом. – Земля вызывает Стива Харрингтона. Стив Харрингтон, прием? Стив вздрагивает: – Боже, Хендерсон, что такое? Дастин сводит брови в той манере, которая ему не идет. Стив узнает это выражение и отталкивается от машины, чтобы Дастин не успел сформулировать сложный вопрос, на который ему не захочется отвечать. Он открывает дверцу перед ним: – Поехали. Я обещал тебе пиццу, помнишь? Лицо Дастина светлеет. Что бы это не было, Дастин забывает об этом. На не долгий срок. Примерно через две песни, которые Стив безмятежно послушал, наслаждаясь солнечным днем и вождением, Дастин обернулся к нему, чтобы спросить: «Билли – твой лучший друг?». Стив проехал нужный поворот, несколько лишних метров и чуть было не выехал на красный, когда оглянулся в его сторону, чтобы убедиться, что ему не послышалось. – Билли – мой друг, – медленно говорит Стив, возвращая внимание к дороге. Он не понимает, что Дастин подразумевает под этим, и не думает, что так уж хочет знать. – Но мой лучший друг, я думаю, Робин. Дастин вздыхает, отводя глаза к окну: – Робин – девочка, она не может быть лучшим другом. Стив представляет, что скажет Робин об этой точке зрения. – Тебе не стоит говорить этого ей, она серьезно бесится из-за таких вещей, – он улыбается, качая головой. – И девочки могут быть... лучшими друзьями мальчикам? А мальчики могут быть не только друзьями друг другу. Вот такой сложно устроенный мир. Это 1985-ый год. Стив представляет, как говорит Дастину о природе своей дружбы с Билли, даже если она такая только для него, и как Дастин отказывается принимать это, потому что путешествие во времени, другие измерения и незнакомые формы жизни – это круто. Мальчику нравится мальчик? Фу, нет, спасибо, давайте поговорим о чем-нибудь другом. – Хорошо, я просто не уверен, что Билли подходит на роль лучшего друга, – признается Дастин, спустя какое-то время. – Почему ты так решил? – Несколько дней назад он назвал меня Дэйвом и он грубый, – Дастин морщится, как будто сама мысль об этом всем неприятна. – И Лукас думает, что Макс его боится. Стив не согласен с тем, что Макс боится Билли. Их отношения сложные, они оба упрямые и могут не признавать этого, но они заботятся друг о друге. – Он лучше, чем кажется, Дастин, – говорит Стив, подумав. Стив остается на обед у Хендерсонов, и они больше не говорят о Билли. Дастин рассказывает, что кто-то украл голову талисмана их школьной команды, и спрашивает Стива, не знает ли он, кто это был. Стив клянется, что не имеет к этому никакого отношения, и сидит с красной шеей до того момента, как никому из них не покажется странным, если он скажет, что ему пора идти.