Обходной лист
22 июля 2024 г., 15:50
Я не заметил, как линейка кончилась. Все уже начали расходиться, и я сам хотел идти вместе с ними, как вдруг меня кто-то отдёрнул сзади. Всё внутри меня сжалось, но я постарался не подавать виду и оглянулся. Худшие опасения подтвердились — сзади был Семён. По его лицу нельзя было сказать о его намерениях. То ли оно могло выражать его готовность к расправе, то ли выражало обеспокоенность.
И хоть всё моё существо кричало, что дело дрянь и хуже некуда, я вспоминал видения у умывальников и те ощущения боли от них. Но я всё равно не стал сопротивляться и принял позу смирения, ожидая реакции от него.
— Vitt... — прошептал я себе под нос.
— Послушай, — внезапно прервал своё молчание Семён. — Кто бы ты ни был, но ты явно не отсюда. Как и я. Значит, нам нужно так или иначе держаться вместе. Это место может быть опасным, особенно для тех, кто здесь не по своей воле. Я — Семён, — закончил он и протянул мне правую руку.
— Я знаю, — тихо произнёс я.
— Собственно, а тебя как зовут?
— Я? Каспар, — только и промямлил я, в ожидании его реакции. Но тот лишь пожал плечами и взял мою руку.
— Отлично. Я уже потерял всякую надежду увидеть реальных людей.
— Да...
Наверное, Семён и не догадывался о своей природе в этих местах, но я чётко знал — даже он ненастоящий. Лишь так, обобщённый образ замкнутого и инфантильного человека, желавшего вернуться в лучшие годы и получивший это, пускай и таким необычным образом и нетипичном воплощении в виде «Совёнка». Впрочем, сейчас нельзя было сказать, реален он или нет, поскольку я его чётко видел и ощущал. Заодно, в этом мире всё было крайне необычным, и в его подлинности можно было как сомневаться, так и быть уверенным. В этом мире ожил Герасимов, назвавший себя Юрисом, рождённым где-то в Даугавпилсе. Это заставляло задуматься, был ли он реален всё это время, или он реален только здесь, равно как и вижу его только я, или ещё остальные?
Все эти вопросы беспокоили меня, но ответов на них я не находил. Семён же тем временем отпустил мою руку и спросил громче обычного:
— Итак, что теперь будем делать?
Вопрос вывел меня из размышлений, и я вздрогнул. Через пару секунд я вспомнил про обходной лист и поднял его к Семёну.
— Нужно сделать это!
Семён внимательно посмотрел на обходной лист, затем перевёл взгляд на меня.
— Хорошо, — сказал он, — мне тоже как раз нужно закрыть этот гештальт, а то Ольга Дмитриевна будет докучать. Пошли.
Мы вместе выдвинулись в сторону клубов, чтобы получить подписи от их обитателей. Внутри я немного успокоился, так как встреча с Семёном прошла благополучно, однако я не знал, что можно ждать от него в будущем.
***
Юрис перелез через забор лагеря и оказался за его территорией. Оглянувшись по сторонам и убедившись, что его никто не видит, он двинулся в сторону леса. — Ух, блять. Можно было и ночью. Лес предстал перед ним во всей своей красе, переливаясь зелёной листвой своих лип и дубов, а также красотой елей и сосен. Но Юрис не смотрел на них. Он двигался всё дальше и дальше, в поисках цели, не обращая внимания ни на что. Устав, Герасимов остановился возле поваленного дерева и присел на его ствол. — Ну и где же она, когда так нужна? До вечера был ещё вагон времени, так что можно было делать что угодно. Зная это, Юрис не особо торопился. Пошарив в карманах куртки, он выудил оттуда зажигалку и пачку «LD» с красной капсулой. Достав сигарету и закурив, он стал осматривать местность. Вот стоят сосны с их высокими стволами, а вот вся земля в ветках и прочих предметах природы. А вот берлога какого-то зверя. Тут Юрис остановился и протёр глаза. Зрение его не обманывало, это действительно была то ли берлога, то ли чья-то землянка. — Так, так, так... Юрис подошëл поближе и присел на корточки возле землянки. Решив не ждать, он,не долго думая, залез в земляной проход.***
Первым местом из нашего плана, которое мы решили посетить оказался клуб кибернетиков. Чуть помедлив с входом, Семëн произнëс: — Только без глупостей. И не волнуйся, с ними вопрос постараемся решить по быстрому. Я кивнул, стараясь не выдать своего волнения, и последовал за Семёном. Клуб кибернетиков представлял собой небольшую мастерскую с подсобками. Повсюду валялись разные металлы, инструменты, банки с красками и тряпьë. Посередине помещения двое парней что-то паяли. Это были они — Шурик и Электроник, два кибернетика, которые явно сейчас будут докучать нам обоим с требованием вступить в их клуб. — Привет светилам советской кибернетики! — Приветствую — ответил Электроник, оторвавшись от пайки каких-то микросхем. — Что, решили тоже вступить в наш клуб и делать важные вещи? — Да нет, — ответил Семëн, протягивая бланк с обходным листом — нам по этому вопросу. — А, понятно. Ну, пока не вступите, не подпишем. — усмехнулся Электроник и стал поправлять свою светловолосую чëлку. Я от таких слов начал нервно озираться в поисках решения. Подобные вещи меня не интересовали, поэтому я просто выпалил: — Mine munni! Все обернулись на меня в недоумении. Я уже хотел провалиться под землю, потому что начало казаться, будто смысл слов до них дошëл или хотя бы они догадались, куда я послал белобрысого. — А чего он сказал? — недоумевающе спросил Шурик, тоже бросив паять. — Да... В общем он ведь нерусский, но он о том, что уж мы явно будем бесполезны в ваших технических делах. — ответил Семëн, поглядывая на меня. — Ну да — подтвердил я — Я разве только в детстве сделал из отвëртки заточку, но это вам явно не пригодится. — Ладно, — произнëс Электроник, взяв обходной лист из рук Семëна — Давайте подпишу. Но если что приходите, хоть научитесь не портить инструменты.***
Следующим пунктом нашего обхода стал музыкальный кружок. Походя к его зданию, Семëн поинтересовался: — Слушай, а что ты там ему всë-таки сказал? — Ну... — тот я осëкся. Был сложный выбор, говорить ему правду или уйти от ответа. Наверное, он не оценил бы ни то, ни другое, так что я решил сказать что-то среднее. — В общем то, что говорить не следует. Но думаю, ты сам бы хотел ему такое сказать. Семëна, по-видимому, такой ответ удовлетворил и мы молча вошли в здание кружка. Внутри стояло много инструментов: барабанная установка, различные гитары, рояль. На стенах висели портреты различных композиторов. Но самой управляющей клубом не было видно. Но мы знали где она находится, так что быстро подошли к роялю и заглянули туда. Мику стояла там на четвереньках и что-то выискивала на полу. — Мику! — позвал еë Семëн, от чего девушка резко ударилась головой о рояль. — Ай! Выбравшись из под клавиш, Мику оглядела нас с Семëном и начала свой словесный поток: — Привет, ребята, я — Мику, управляю этим Музыкальным клубом. Да, меня так зовут, из-за национальности, просто мать из Японии, а отец был советским инженером и отправлялся в Японию в командировки, а там... — Ладно! — прервал еë Семëн — Мы тут по важному делу! Вот, нам с Каспаром дали эти обходные листы. Подпишешь, пожалуйста? — Конечно, конечно! — залепетала она и стала подписывать. — А тебя как зовут? — Я — Семëн, а это Каспар, наш эстонский товарищ. — Ой, — девушка сразу как-то сжалась и было понятно, что сейчас будет новый словесный поток. — Мне эстонцев не доводилось встречать, только у отца были коллеги оттуда и командировки в Прибалтику. Там он был несколько раз и говорил, что эстонцы жутко медлительны. А что ты нам расскажешь? Я еë слушал в пол-уха и осматривал музыкальные инструменты в помещении. Семëн уже готовился забрать у неë обходные и вежливо уйти, как вдруг мне в голову пришла идея. — У тебя есть бас-гитара? — поинтересовался я у Мику. Семëн замер в удивлении, а Мику в предвкушении. — Конечно, конечно! И даже не одна! Она убежала в подсобку и вскоре вернулась с басом «Урал» округлой формы. Чуть покопавшись в проводах и с подключением к комбоусилителю, Мику наконец вручила мне гитару, надев на неë ремень. — Попробуй и скажи, как оно? Взяв инструмент и сев на ближайший стул, я стал дëргать струны. Убедившись в их настроенности, решился сыграть первый рифф, пришедший в голову. Да, песня группы Queen — Another One Bites the dust. Как мне казалось, выходило неплохо. Мику решила не терять времени и села за ударную установку. Я быстро словил ритм и старался попадать в бочку. Кроме этого я уже ничего не замечал. Не знаю, сколько мы так отыграли, но прервал нас пионерский горн, зовущий на еду. — Классно получилось! — выдохнула Мику, вставая из-за установки. — Не хочешь записаться в кружок? — Давай! Без лишних раздумий, я решился. Мику принесла какой-то бланк, который был мною мигом заполнен. — Всë, идëмте есть! — обессилено призвал Семëн, всë это время торчавший вместе с нами. Мы сразу же согласились и вместе пошли на обед. — Слушай, где ты этому научился? — спросил меня Семëн, когда мы вышли из здания кружка. — От родни. — ответил я. — Дед всë слушал Pink Floyd и Led Zeppelin, а отец Агату Кристи и прочий русский рок. Он даже в юности играл в группе на басу, отчего мне довелось тоже попробовать. Теперь нашëл занятие здесь. — Понятно. И что же есть в прибалтийском роке? — Про Эстонию не знаю. — честно ответил я — Но про Brainstorm ты, наверное, слышал. — Не думаю. — заключил Семëн. — У меня всë или западный или русский рок. Не более. Дальше до столовой мы шли молча. Предстояло ещё много дел.***
Юрис залез вглубь землянки. Внутри, на удивление, было хоть и тесновато, но в целом, довольно уютно. В углу была какая-то койка, рядом столик с лампой-молнией, а повсюду стояли мешки и банки с грибами и ягодами. — Так-с... Хорошо живëт! — присвистнул Герасимов. — Но где же сам жилец? — Кто?! — вдруг послышался голос сзади. Юрис обернулся и увидел девушку в изодранном коричневом платье и с навострëнными кошачьими ушами. Она явно была готова наброситься на парня в самом плохом понимании слова. — А я ждал тебя. — спокойно произнëс Юрис — Наверное, ты тоже дожидалась встречи. — Кто ты и что тебе нужно?! — Кто я, ты наверное от части знаешь. А что мне нужно, постараюсь рассказать коротко и по делу. Как смотритель данного лагеря ты мне ещё пригодишься.***
На обед в столовой подавали гречку с куриной котлетой и компотом. Сытно поев, мы с Семëном отправились в медпункт за следующей подписью. Войдя в помещение, нас тут же обдало запахом спирта и стерильной больничной палаты. — Ой, кто пришëл! На стуле, возле тумбы сидела Лена и что-то записывала, а рядом стояла лагерная медсестра Виола, которая первой нас заметила. — И как, ничего не болит, пионер? Как вчерашние раны? — Всë, всë в порядке. — пролепетал я, стараясь не чихнуть от резкого запаха. — Точно? — Виола ехидно ухмыльнулась — Сто процентов! — ответил Семëн — Раз всë уже исчерпано, то и не о чем беспокоиться. Нам лишь бы обходные подписать и больше ничего! — Что-ж, ладно, пионеры. Врачевательница по-быстрому что-то начеркала в обходных, а Лена как-то недобро на нас посмотрела. Уверен, к ней точно не следует подходить. Получив заветные подписи, мы по быстрому покинули медпункт, пока моя голова не начала кружиться от тамошних запахов. — Дальше библиотека, которая за углом. Даже карта не потребуется! — Кстати, — вдруг резко вспомнил я. — А у меня их две! — То есть? — недоумëнно вопросил Персунов. — Вожатая дала мне зачем-то целых две. Вчера и сегодня. — Мало ли, ошиблась. — Семëн скептически пожал плечами. — с кем не бывает? — Здесь же нет ничего случайного. Значит тут точно что-то не так. Я уже заметил, что здание администрации пустует, но дела там кем-то ведутся. А ты что-то странное видел? — Максимум странное поведение местных, будто запрограммированное кем-то. И саму нашу ситуацию, но не более. — ответил Семëн и осëкся — Хотя твоë появление тут явно не вписывается. Я ведь так и не узнал, кто ты такой и откуда. Знаю только, что так же как я попал сюда. — Что-ж, — начал я, собираясь с мыслями. Просто так выложить всë о себе малознакомому человеку было тяжëлой задачей. Но я взял всю свою волю в кулак и начал: — Я родился в обычной постсоветской эстонской семье. Мать работала в бухгалтерии, отец юристом. Вскоре, после рождения, у меня были обнаружены проблемы и отклонения, в отличии от других детей и вскоре выяснили, что у меня аутизм. Да, было не так как у всех. Ходил в класс коррекции, а так же занимался с учителями на дому. Единственными отдушинами были игры, кино и создание выдуманных друзей. Мать с отцом часто ссорились из-за меня и прочих причин. Во время одной из таких ссор я вышел из дома и пошëл гулять по ночному зимнему Таллину. Тогда на меня ещё напали в переулке, а также я замерзал.От тоски и желания какого-то чуда, сел в первый попавшийся автобус, где и уснул, а проснулся уже здесь. — М-да, теперь становится понятнее. — проговорил Семëн — Похоже, что нас обоих преследовала неудовлетворëнность жизнью, что, возможно, и привело нас сюда. Мы вошли в здание библиотеки молча и застали там спящую на столе Женю. Решив не будить еë, я решил осмотреть библиотеку и еë наполнение. Во всю пахо старыми книгами. Висели красные знамëна, а возле окна стоял гипсовый бюст Ленина. На книжных полках помимо классики стояли также различные писатели-фантасты из нового времени, вроде Стругацких, Казанцева, Азимова и Брэдбери. Были также и некоторые писатели-классики, о которых, наверное, вспомнят только литературоведы и подкованные читатели. Явно не все знали о Гарине-Михайловском, Писемском или Крестовском, которые были представлены в данной библиотеке. Наверное, мы тоже такие же как и эти авторы, при жизни нас помнят и знают все, но после смерти и по прошествии лет, когда не останется наших живых свидетелей, вряд-ли кто-то всерьёз о на вспомнит, разве только лишь мельком упомянут в семейном древе, и то не факт. — Ой, а что вы тут делаете? Я обернулся. Пока мы ждали пробуждения библиотекарши, сюда пришла Лена, освободившаяся от обязанностей в медпункте. Приглядевшись, я увидел у неë в руках «Унесëнных ветром» Маргарет Митчелл, которых она, по-видимому уже осилила. — Мы за обходным, только ты еë не буди. — ответил Семëн, указывая на Женю. В это время от царства Морфея проснулась и она сама. — А я уже и не сплю. Вам чего? — Я вернуть. — ответила Лена и протянула библиотекарше книгу, в то время как Женя как-то недовольно косилась на нас. — А нам только обходной подписать. — Семëн протянул наши обходные и уже хотел поскорее идти, как вдруг я его обломил. Шарясь по книжным полкам, моë внимание привлекла одна косо стоящая книга, которую явно недавно брали. Достав ту с полки, я увидел «Э.Хемингуэй Избранное». Но сейчас меня это не волновало. Из книги сверху торчала какая-то записка на тетрадном листе в клетку. Было видно только первые три прописные буквы «Кас», но я сразу понял что это послание. — А можно я ещё возьму? — спросил я, протягивая книгу Жене, предварительно засунув записку поглубже. — Ах, ладно. Взяв книгу, она сделала в ней какие-то пометки, а после расписалась в какой-то карточке. Записка же осталась незамеченной. — Ну всë, пошли! — сказал Семëн, поторапливая меня. Всë взяв и поблагодарив библиотекаршу, мы вышли из здания. Дальнейшее было как в тумане. Я как-то скомкано попрощался с Семëном и улизнул к себе, пробубнив тому что-то невероятное. Записка манила и я должен был прочесть еë наедине, в безопасном месте. Дойдя до своего домика, я быстро вошëл, воровато оглядевшись по сторонам, плотно закрыл дверь и отошëл от окна вглубь помещения. Выудив записку, я начал читать, старательно всматриваясь в неë: «Каспар, если ты это читаешь, значит ты доделал обходной лист. Меня не будет ближайшее время, поэтому следующее дело ты должен сделать один. Когда будет вечер и будет карточный турнир, вызовись в одиночку пойти за картами и иди в домик вожатой. Там, запри дверь и найди в шкафу ящик на замке. Содержимое запомни и, в случае чего, неси в Старый лагерь на следующий день. Карта есть как у тебя, так и у меня, так как я взял твою вторую на время. P.S.: Не доверяй Семëну и остальным Юрис» Прочитав записку, я присел на кровать и стал ждать. Всë приобретало новые обороты и тайны.
