Потерянный в переводе

Когда он вошёл в их общую комнату в бараке для младших учеников, его соседи по комнате набросились на него. — Где ты был всю ночь? — спросил Цинь Син. — Ты в порядке? — Этот шиди в порядке, — сказал Ло Бинхэ. Более чем в порядке. Прошлая ночь и сегодняшнее утро были, в общем, хорошими. Очень хорошими. — Он был на Ань Дине. Ни один из его друзей не выглядел удивлённым. — А что Шан-шишу от тебя нужно было? У тебя были неприятности? — спросил Ян Фу. — За что? Цинь Синь сочувственно поморщился. — Отцы бывают страшными в таких делах. Мой точно такой. А твой такой же? …все ли на его пике знали об этом, кроме Ло Бинхэ? Потому что, похоже, так и есть. Он не был расстроен, конечно. Он сказал, что шишу может называть его как угодно, кому угодно, и он это имел в виду. Но это всё ещё… это всё ещё было ново. Он не понимал… Ло Бинхэ стряхнул с себя инстинктивный шок и покачал головой. — Нет, вовсе нет. Мы просто… поговорили и всё. — Поговорили? — с любопытством спросил Цинь Син. — Мы играли в «Висельника», — сказал Ло Бинхэ. Оба младших ученика уставились на него, выражение их лиц стало пустым. — Что это за хрень, — спросил Ян Фу. — Язык, — укорил Цинь Син. Его руки поднялись, чтобы закрыть уши Ло Бинхэ. — Наши шиди очень впечатлительны. — Ты мне не мать, — ответил Ян Фу. Ло Бинхэ не возражал против грубостей — за свою юную жизнь он слышал и не такое. Люди часто ругались на него до того, как он пришёл в секту, не сдерживаясь, несмотря на возраст. Но он никак не прокомментировал это. Он понял, что эти их перепалки были чистой шуткой, так как они часто повторялись за то время, что он их знал. Ло Бинхэ оттолкнул руки от ушей. — Это игра по буквам. На странице есть пустые места, и участник должен выбрать символы, чтобы заполнить их. За каждый неправильно выбранный символ рисуется часть тела Висельника. Если он становится полным Висельником, то вы проигрываете. Если вы угадаете все символы, чтобы составить слово, то вы выиграли. — Хм. Его шисюн обдумал это. — Вы никогда не играли в неё? — спросил Ло Бинхэ. — Даже не знал, что это, — ответил Цинь Син. — Да, никогда о ней не слышал, — согласился Ян Фу. — Звучит интересно, однако. Мы могли бы добавить это в наши вечера игр. Тебе нужна практика правописания. Это была правда.

***

Когда они вместе шли на утреннюю тренировку, его внимание привлекла дашицзе, отведя его в сторону. — Ло-шиди разобрался с проблемой муки? Шизунь сказал, что ты был на Ань Дине прошлой ночью. Ло Бинхэ совсем забыл о нехватке муки. У него были… другие… заботы. Жэн Мэйли покачала головой, приняв его молчание за ответ. — Отвлёкся, да? — …да, — признался Ло Бинхэ, навострив уши. Дашицзе подтолкнула его вперёд. — Приступай к утренним тренировкам. Я позабочусь об этом. — Шиди сожалеет, — настаивал Ло Бинхэ. — Хорошо, всё в порядке, — сказала Жэн Мейли. — Просто продолжай. Пунктуальность очень важна. Ло Бинхэ побежал за своими друзьями.

***

Остаток дня прошёл так же, как и обычный день Вань Цзяня. Его новое откровение ничего не изменило. Его боевые братья и сёстры, похоже, уже смирились с тем, что их шишу, должно быть, его отец, поэтому не было необходимости говорить с ними об этом. Им не нужно было знать все о личных причинах, по которым шишу назвал его так. Ло Бинхэ учился и занимался домашними делами. Следующие несколько дней прошли в том же духе. Он отправился в уединенное место, чтобы поработать над конденсацией ци, как он обычно делал. Ло Бинхэ оторвался от чтения, когда почувствовал небольшой вес на ноге. Он посмотрел вниз, на руководство по культивированию и уставился на крошечное чешуйчатое существо, которое прикрепилось к его ботинку. Оно было похоже на тех панголинов, которых он видел в лесу, но это существо было гораздо меньше остальных. Оно едва покрывало верхнюю часть ступни, не достигая даже лодыжки. Его короткие конечности крепко обхватывали ногу, цепляясь за материал ботинка. Ло Бинхэ только растерянно смотрел на него. Откуда он взялся? И почему он…? Он повернул голову влево, затем вправо, ища родителя, который мог бы притаиться, чтобы оттолкнуть своего малыша от странного человека. Он был здесь один, если не считать щебетания различных птиц и стрекотания насекомых. Ло Бинхэ оглянулся на панголина. Хм. — Бинхэ. — Шизунь, — беспомощно поприветствовал Ло Бинхэ. — Этот ученик просто сидел здесь. Что ему делать? Красные одежды изящно развевались, когда бессмертный мастер приблизился. Улыбка коснулась его губ. Шизунь опустился на колени и забрал крошечного панголина с ботинка, забавляясь. Он вцепился в его руку с тем же рвением, что и в ногу Ло Бинхэ, короткие конечности обхватили всю плоть, до которой он мог дотянуться. Шизунь нежно погладил его по чешуйчатой голове, прижав руку с ним к груди. — Ты действительно сын своего отца, да? — прокомментировал он. Шизунь поднял свободную руку и похлопал по связанным волосам, всё ещё улыбаясь. — Как мило. Ло Бинхэ не мог сдержать лёгкого румянца, появившегося на его лице. — Мн. Шизунь вернул своё внимание к панголину. — Потеряла свою мать, да? Не расстраивайся, малышка, мы с тобой разберёмся. Ло Бинхэ смотрел, как он начал уходить. Он не знал, стоит ли ему следовать за ним, пока бессмертный мастер не махнул рукой, подзывая его. — Идём, идём. Не медли! Ло Бинхэ поспешил за ним, делая по два шага на каждого из его, чтобы догнать. — Придумай имя, — наставлял его шизунь. — Для меча? — спросил Ло Бинхэ. Шизунь рассмеялся. — Мне нравится, где твоя голова. Нет, не в этот раз. Возможно, через некоторое время. Нет, имя для неё, — он наклонил голову к маленькому панголину. — Большинство моих учеников дали имя одному или двум. Ты ей нравишься. Ты должен дать ей имя. — О, — Ло Бинхэ вспомнил это замечание. — Значит, шишу назвал некоторых из них? — Конечно. Он часто приносил им еду. Они его любят, — подтвердил шизунь, словно это была общая шутка. Он легко ориентировался в лесу и вывел Ло Бинхэ на песчаную поляну, изобиловавшую как взрослыми, так и детёнышами панголинов. Мальчик завороженно наблюдал, как животные с нетерпением обступили его, ковыляя вокруг его ног и борясь за его внимание. Шизунь проницательно огляделся по сторонам и, наклонившись, посадил панголина на лапу одинокой взрослой особи, велев ей держаться за хвост. Судя по реакции обоих, Ло Бинхэ решил, что это мать малыша. Мать подогнула хвост к себе и стала наблюдать за малышом. Шизунь кивнул сам себе и повернулся к Ло Бинхэ. — Уже придумал имя? — …нет, — смущённо признался Ло Бинхэ. Он немного отвлёкся, наблюдая за происходящим. — Ничего страшного. Не торопись. Но не слишком долго, иначе один из твоих боевых братьев и сестёр может назвать её вместо тебя, — разъяснил шизунь. Ло Бинхэ кивнул. Шизунь снял с пояса мешочек, расстегнул завязки и достал горсть сушёных насекомых. Он начал разбрасывать их, и панголины разбежались вслед за ними. Он протянул руку, ладонь которой была наполнена насекомыми. — Хочешь покормить их? Ло Бинхэ поднял обе руки и ему высыпали в них насекомых. Он выбросил их, как это сделал шизунь. — Каких из них назвал шишу? — осмелился спросить Ло Бинхэ. Шизунь ответил ему, подняв руку и указав на трёх отдельных панголинов, сгрудившихся у бревна.