Потерянный в переводе

Когда Мобэй-цзюню нужно было кого-то пытать, он часто спрашивал мнение Шан Цинхуа по этому поводу. Почему так происходило, спросите вы? На самом деле всё было просто. Во время одной из встреч Шан Цинхуа вскользь упомянул о методе пыток, который применил его очерневший сын. Некоторые подчиненные его короля применили его на практике, и, что ж, это был настоящий хит. Так что да, возможно, он приобрёл репутацию человека, предлагающего творческие способы калечить других и делать их смерть ужасно мучительной. Всё, что требовал его король, он предоставлял. Это было не так уж сложно, даже если за прошедшие годы он и забыл несколько фрагментов своего романа. Его главный герой замучил поистине абсурдное количество людей после того, как был сброшен в Бездну. Сегодня одну невезучую душу постепенно загрызли до смерти какие-то особенные и ужасно агрессивные муравьи, способные выжить в холодном климате Северной пустыни. Шан Цинхуа в пассивном молчании наблюдал за Мобэй-цзюнем, пока другой демон кричал и корчился на земле. Сине-белые насекомые ползали по его связанному телу, с каждым укусом прогрызая в нём крошечные дырочки. Прошла целая вечность, и Мобэй-цзюнь повернулся, чтобы уйти. Шан Цинхуа повернулся вместе с ним. — Есть ли ещё что-нибудь, чем этот слуга мог бы помочь своему королю сегодня? — спросил он. — Нет. Его король поднял руку с холодным выражением лица, и Шан Цинхуа перестал идти. Он застыл на месте, внутренне вздыхая. Видите? Даже его лучшая работа не была оценена по достоинству! Этот ничтожный слуга действительно не мог угодить этому мужчине в эти дни. Это было даже хуже, чем когда они только познакомились! Побои! Всё время! Даже когда он давал удовлетворительные ответы и выполнял все просьбы Мобэй-цзюня! Иногда по несколько раз за один день! Что за чёрт!!! Шан Цинхуа часто испытывал искушение взять божественную стряпню своего сына и бросить её в своего короля, чтобы на мгновение вылечить всё, что, казалось, заползало ему в задницу и умирало, когда этот шпион был рядом, но он сопротивлялся этому желанию. Этому ребёнку не нужно было вмешиваться в происходящее, даже случайно или косвенно. Возможно, это были скрытые отцовские инстинкты, но он начал опекать этого мальчика. Когда все было сказано и сделано, Шан Цинхуа поднялся с пола, кашляя кровью. Его ядро приступило к работе, ци распространялась по телу, чтобы залатать любое месиво. Боже, он чувствовал себя дерьмово. — Благодарю моего короля. Этот слуга просит его покинуть, — произнёс Шан Цинхуа. Открылся портал, и он, прихрамывая, прошёл через него. Очередной вторник. Шан Цинхуа проскользнул в ванну и погрузился в горячую воду, тщательно удаляя все следы крови с кожи, зубов и волос. К тому времени, как он вышел из ванны, ему стало намного лучше, мышцы затекли от тепла воды. Волосы он высушил с помощью талисмана, потому что времени на эту ерунду у него не было, и закрутил их в свой обычный тугой пучок, воткнув в его основание гуань с цветами пика. Он вошёл в главный зал своего дома отдыха, босой, но полностью одетый. Примерно через час пришёл его маленький сын с растрёпанными от ветра волосами. Шан Цинхуа улыбнулся и помахал ему рукой, отложив бумаги в сторону. — Бинхэ. Как поживаешь? — Бинхэ в порядке, шишу. Как поживает шишу? — спросил Бингэ. — А, устал, но ничего страшного, — ответил Шан Цинхуа. Он протянул руки, и Ло Бинхэ сел, придвинувшись ближе, чтобы обнять его. Шан Цинхуа проигнорировал лёгкую вспышку боли, вспыхнувшую в ответ на крепкий контакт, его поясница всё ещё была нежной от того, как ревностно босс её обрабатывал. Голова сына идеально легла на его плечо. Шан Цинхуа почти пожелал, чтобы он навсегда остался таким маленьким и весёлым. Ему нравилось, что он может вот так обнимать его. Но скачок роста пойдёт ему на пользу в военном отношении. Он подходит ему. — Ты стал таким большим, — пробормотал Шан Цинхуа, целуя его пушистую макушку. Ло Бинхэ удовлетворённо уткнулся ему в плечо. — Шишу ещё хочет полетать с этим сыном? — О, я бы ни за что не отказался от этого.

***

Вэй Цинвэй, очевидно, имел одежду не красного цвета. Для встречи с семьёй он выбрал серые ткани с бледно-голубыми акцентами. Большая часть его волос была распущена и спадала на плечи и спину, придавая ему более мальчишеский вид. Его шисюн сцепил их руки, соединив локоть с локтем, как в тот день. Шан Цинхуа слегка вздрогнул от неожиданности. — Ты выглядишь нервным, шиди, — заметил Вэй Цинвэй. — Это просто… как бы много? Понимаешь? Я не хожу на свидания вслепую, не говоря уже о трёх, — пробормотал Шан Цинхуа. Все три двоюродные братья его шисюна согласились устроить ему свидание! Даже не познакомившись с ним! Его друг действительно претендовал на звание лучшего сводника года, верно? Вэй Цинвэй улыбнулся. — Ну, подумай об этом так. Если ты решишь, что их слишком много, ты всегда можешь зажечь аварийный талисман, и я приду за тобой. Шан Цинхуа не смог удержаться от фырканья. — Это что, водяные духи, бро? Что за эквивалент для заклинателя сянься: «спасите меня, это свидание превращается в дерьмо». Вот это ход. — Мои танди обычно ведут себя более прилично, — заметил Вэй Цинвэй. — Если это поможет, их зрение в порядке. Шан Цинхуа сжал руку Вэй Цинвэя своей. — Знаешь, помогает.

***

Этот первый день они провели вместе с многочисленными членами семьи Вэй, играя в игры, поедая различные блюда и вспоминая всё, что они успели сделать за этот год. Многие из них были такими же игривыми, как и его шисюн, если не более. Уважаемый гость Вэй Цинвэй был вне зоны доступа, но все остальные? Все остальные могли стать жертвами их шалостей. Различные племянники и племянницы того или иного из семнадцати его двоюродных братьев и сестёр были в этом отношении прямо-таки маленькими ужасами. …на самом деле, он неплохо проводил время. Когда Вэй Цинвэя утащили его тёти и кузины, Шан Цинхуа даже не почувствовал себя не в своей тарелке. От них так и веяло прохладой. Он наблюдал за борьбой детей на лужайке, когда к нему подошёл двоюродный брат Вэй. — Пиковый лорд Шан. Шан Цинхуа повернул голову и посмотрел на букет розовых пионов, который тот держал в руках. — О, привет. Лицо бедняги залил бурный румянец, распространившийся от кончиков ушей до воротника. — Этот скромный торговец с нетерпением ждет нашего завтрашнего «свидания». Он собрал это для пикового лорда Шана из своего сада. Оу. Нет, на самом деле это было очень мило. Немного шаблонно, цветы перед свиданием, но, честно говоря? Клише — это хорошо. Он не возражал против клише. Особенно для первого свидания за целую вечность? Клише было удобным. Даже предпочтительным. Шан Цинхуа принял протянутый ему букет, чувствуя, как на его щеках появляется румянец. — Спасибо, Вэй-сяньшэн. Мужчина глубоко поклонился и назвал своё имя. Это было полезно, ведь он понятия не имел, кто это такой. — Вэй Яоцзу. — Спасибо, Вэй Яоцзу. Они прекрасны, — повторил Шан Цинхуа. Вэй Яоцзу покраснел ещё сильнее от его слов, если это было возможно, и ушёл. Шан Цинхуа понюхал пионы. В его вкусе обычно были холодные стервы (он ласково), но такое поведение? Мило. Очень мило. Шан Цинхуа заметил листок бумаги, засунутый между лепестками, и вытащил его. Чувак, он написал ему стихотворение. ОМГ!