Глава 22. Дворец знаний
11 августа 2023 г., 18:32
Отчет перед Главой - невыносимое мероприятие. Синьюэ в принципе не любит отчитываться о своих действия, но когда от него требовали детальнейший рапорт - это выше его сил, особенно когда Мо-Лин Хуа-Ча чересчур увлекся своей тревогой о здоровье заклинателя.
«Вот обязательно надо было Кану говорить обо всем?» - Успел Синьюэ придраться к старейшине Нефритового пика, но быстро осознал из разговора с Главой, что совсем не обо всем рассказал Кан - только о проблемах с темными культиваторами, ни слова о здоровье Синьюэ. И слава демонам, сказал только про них, так как Мо-Лин Хуа-Ча и так переборщил с неуместной заботой и пытался заставить Синьюэ - бедную немощную принцессу - остаться в замке дракона.
- Глава, я очень занят. - Максимально тактично, насколько мог, отказался Синьюэ.
- Да, точно, на носу состязание Гуаньди. - Расстроено произнес Мо-Лин Хуа-Ча.
- Да, точно. - Заклинатель, на самом деле, совсем позабыл о нем. Если он утонет в заданиях системы, сможет ли вообще достойно выйти на бой? Теперь спонтанное решение поучаствовать в состязании Гуаньди не казалось таким уж хорошим.
- Сяоин, я обязательно зайду к тебе на чай в свободное время. - Мягко улыбнулся Глава ордена. - Можешь идти.
Синьюэ совершил небрежный поклон и быстро покинул зал аудиенций. В одночасье он добрался до пика Знаний, где его с радостью встретил Хо-Син, словно собачка, размахивающая золотистым хвостом. Этот забытый всеми дворец, наконец, после тяжелых и эмоционально мучительных дней, стал надежной крепостью - никто посторонний теперь не сможет побеспокоить заклинателя.
Сразу стало так тихо и спокойно. Тепло внутри медленно разливалось и успокаивало нервы от нахождения рядом с Хо-Сином. Как будто он был духом-хранителем. Таким родным и знакомым. Никакие проблемы не могли коснуться его, если бы не система, предупреждающая о сроках выполнения новых заданий. Синьюэ пришлось позабыть о давно утраченном свое значение слове «умиротворение».
В первую очередь ему надо открыть доступ к вершине пика Знаний. Там хранятся чит-коды к его успешному выживанию. Смешно, но как Синьюэ прибыл сюда, даже не пытался взобраться на пик, а просто на слово поверил Мо-Лин, что Дворец Знаний закрыт. Почему он решил, что не сможет попасть наверх? К тому же, как он потом узнал, в письме настоящий Синьюэ говорил про то, что само его существование - ключ. Естественно, Синь ничего не понял, но разберётся по ходу дела.
Заклинатель попросил Хо-Син пойти с ним и огонек с радостью прыгнул на белую бусину на кисточке меча. Синьюэ обошел гору и увидел чудовищно длинную лестницу наверх. Мало того, что на ступеньки не вместилась бы даже нога подростка, так она еще была невероятно крутой. По бокам от дороги на пик приветствовали каменные изваяния необычных существ. Слегка заросшая тропинка ветвилась, словно змея и поднималась так высоко, что заклинатель не смог отыскать узкие ступеньки на вершине.
Сглотнув подступившийся ком, он шагнул вперед. На первой же ступеньке его придавила невидимая сила и отталкивала назад. Упорно идя дальше, это давление росло многократно. Понимая, что тут заклинатель бессилен, он обратился к Хо-Сину.
- Хо-Син, ты можешь снять барьер для меня?
Огонек покачался на кисточке и изменил цвет на мягкий сине-зеленый.
- Ммм… Тогда ты, возможно, знаешь, как мне попасть на вершину? - Застенчиво спросил Синьюэ, на что огонек нерешительно пошатнулся. Красные и фиолетовые сполохи сменялись на синие и зеленые, которые внезапно погасли под светом желтого пламени. Хо-Син потянул заклинателя вниз, а дойдя до ворот, спрыгнул и увел того в главный зал. Чтобы он не собирался показать, Синьюэ всецело доверял ему, даже, наверное, больше, чем себе. Пламя осветило темный холл и остановилось посередине, указывая хвостами в центр.
«Ну не может это быть так предсказуемо!»
Синьюэ положил ладонь в основание непримечательного орнамента и на тыльной стороне руки высветилось золотое изображение журавля. Только тогда каждый из символов, что выглядел неважным или вовсе казался декорацией в зале, обретал смысл - по стенам и полу расползлись новые знаки, являя собой особо сложную печать, и помещение озарил белый свет.
Хочешь спрятать что-то, спрячь это под носом - Синьюэ признает гениальность адептов с Пика Знаний, но не слишком ли!?
Прежде чем заклинатель успел додумать свою мысль, его тело подхватил сильный ветер и глаза ослепили яркие лучи. В тот же миг, когда он почувствовал нечто странное внутри, Синьюэ громко рухнул на черный мрамор. После падения все казалось каким-то тяжелым, у заклинателя закружилась голова и резко затошнило - хорошо он хоть не поел утром и свой завтрак доверил голодному Руи.
Синьюэ обнаружил себя лежащим на полу в слабо мерцающей печати в огромном помещении, до отказа набитое книгами и свитками. Полки с бесценными знаниями бесконечно возвышались ввысь. Сама мысль о том, что делать, если понадобиться взбираться за книгой, тревожила. Лабиринт библиотеки долго и замысловато петлял, разделяя неведомым для заклинателя образом отделы.
Но сейчас Синьюэ волновало только то, где находится выход на свежий воздух. Завлекательное, но непривычное путешествие с помощью телепортации сильно потревожило центр его координации. Проносясь вперед, он, буквально чуть не выпав за хрупкую оградку, наткнулся на балкончик. Синьюэ оперся на него всем весом, переводя дыхание. И только он смог отдышаться, как глазам предстал завораживающий душу вид: ярко-синий купол возвышался над девятью пиками Небесной Выси; перистые облака, словно мягкое одеяло, прикрывали некоторые из них; блестящие реки и озера, сочные хвойные леса, белоснежные горы вдали давали понять, что тот, кто смотрит на все это - выше всяких небес.
Яркий огонек, примостившийся на граните недалеко, не позволял дальше рассматривать горизонт и яро требовал идти за ним. Синьюэ кинул прощальный взгляд на Небесную Высь и проследовал за мечущимся пламенем.
Так же как и во дворце снизу, повсюду стояли белые камни, по которым Хо-Син передвигался. Синьюэ еще не мог понять, что же это за материал. Возможно… Кан мог бы подсказать ему? Если, конечно, они помирятся…
Хо-Син точно следовал заданному себе маршруту и не плутал. Он уверенно поворачивал в нужные коридоры и остановился у закрытой, возвышающейся над простыми смертными, двери. Положив руку на меч, Синьюэ аккуратно толкнул тяжелую створку, на тыльной стороне ладони вновь засветился журавль, и только после этого вход поддался. Его встретила темнота, откуда сквозила едва заметная свеча. Хо-Син пробрался внутрь, остановился в самой дальней части и осветил комнату.
В черных стенах, словно в страшном сне трипофоба*, зияли высеченные отверстия, в каждой стояли белый подсвечник и каменная табличка. Их было так много, что сложно посчитать каждую утопающую во мгле дыру.
* Трипофобия - явление, суть которого - страх или отвращение, ощущаемое при виде скоплений дыр или отверстий.
С замирающим сердцем у заклинателя нарастало ощущение, как его дыхание перехватывало, как эхом доносится до головы медленный пульс, болью отдающий в висках. На каждой из табличек было написано имя, вдоль которого прошлась глубокая трещина. Несколько тысяч имен в темном царстве комнаты, как похоронные венки, украшали ее.
Синьюэ прошел вглубь и остановился у Хо-Сина, что прыгал дугой с камня на камень. В самом же центре находился пустой подсвечник и треснутая табличка «Тан Ли». Заклинатель взглядом зацепился за одну единственную целую табличку «Мо-Лин Хуа-Ча». Стояла она рядом с белым подсвечником, кончик которого захватил яркий оранжевый огонек. Вблизи стояла еще один маленькая зажженная свеча. У подножия ее лежала сломанная табличка с именем «Синьюэ Сяоин». Все происходящее пробуждало не самые приятные мысли.
Видеть это имя было подобно страшному кошмару. Синьюэ хотел считать это имя своим: если он украл тело и силу Синьюэ Сяоина, то почему не может отобрать и имя? Отчасти он так быстро принял его только из-за того, что ненавидел свое.
На главном пьедестале находилось несколько свитков. Взяв сначала относительно свеже-выглядящий, Синьюэ увидел бесконечный список перечеркнутых имен и дат. В самом конце, где оставалась только одна свободная страница, был еще длинный ряд мертвых душ. Черная тушь не коснулась этих символов - все потому, что никто не успел их вычеркнуть. Взяв другие записи, Синьюэ остолбенел, когда, быстро читая свиток, значение происходящего настигло его глупую пустую голову.
[Синьюэ, что ты нашел?] - Немного встревоженно вмешалась Баку Бааван Ши.
«Хо-Син - демонический огонь»
[…]
«Изначально он не был живым, пик Знаний использовал его для воздвижения барьеров и отслеживания жизней адептов. То есть все у кого погасшие огоньки и разбиты таблички - мертвы» - Руки заклинателя тряслись и невольно помяли свиток.
[Я впервые слышу о таком…]
- Баку, знаешь, что это значит? - Синьюэ прервался, стараясь смягчить свой дрожащий голос. - Это может означать, что он умер из-за меня. Его огонь все еще горит, но табличка разбита.
«А не умер ли настоящий Синьюэ Сяоин именно из-за меня, когда я ворвался в его тело?»
Что, если из-за него душа Синьюэ разбилась и насильно была вытеснена Синь Ицзе. Табличка - отображает жизнь, огонь - душу. Можно ли демоническое пламя обмануть, быстро вытолкнув одну душу другой?
А если все наоборот? Это еще раз доказывает то, что он настоящий Синьюэ, а из-за сильного отклонения ци сломалась табличка и он потерял воспоминания?
Сдерживаемая неконтролируемая сила заклинателя вновь хлынула наружу, грозя большими проблемами. Руки немощно опустили свиток и тот прокатился по черному, словно ночное небо, полу. Задрожало пространство и свечи с некоторых выступов попадали. Бессознательно Синьюэ потянул свои длинные ногти к горлу, но от новых ран его прервал знакомый голос.
[Прошу тебя успокоиться! Пожалуйста! Я понимаю, что у тебя много сомнений - я не могу ответить на все вопросы, но ты слишком бурно на все реагируешь! Дай только повод и ты будешь винить во всем себя!] - Прикрикнула Баку.
[Не веди себя так вспыльчиво - ты давно уже не ребенок! Мы все будем решать постепенно!]
[Давай вместе обдумаем все!]
Баку попросила еще пролистать свиток, чтобы загрузить всю информацию к себе и проанализировать ее. Заклинатель сжал кулаки и повертел головой, смахивая очередное наваждение. Он поднял записи и показал их дорогой сестрице Баку.
[Послушай, начнем с того, что все кто есть в этом зале… кхм… у которых все еще горят огоньки могут зайти на пик Знаний. Войти же во Дворец Знаний может только тот, у кого есть печать дворца в виде журавля, либо по приглашению хозяина пика]
[Следующее: событие, что, несомненно, повлияло на то, что Хо-Син стал разумен - это гибель адептов с пика Знаний, что произошла в очень короткие сроки. Когда пламя гаснет - сила демонического огня не может просто рассеяться, поэтому поглощается им же. Это сама природа демонического огня - он питается чистой энергией, коим и сам является. Когда же в живых остается один Синьюэ Сяоин, то вся мощь пламени концентрируется на его свече. Но и он умирает - о чем свидетельствует табличка. Она может сломаться просто от нестабильной внутренней энергии владельца, поэтому здесь мы не можем знать конкретно, умер ли он на самом деле. Однако в этот момент появляешься ты и огонек, накопивший много нестабильной энергии перерождается вместе с тобой]
[Это значит, что обретя связь с тобой, демонический огонь приобрел сознание. То есть это не заслуга наставника Тан Ли или, предположительно, настоящего Синьюэ. Хо-Син олицетворяет именно твою жизнь, ни чью другую]
Синьюэ благодарственно посмотрел на Хо-Сина и протянул к нему руку. Огонек потерся язычками пламени о холодные пальцы, согревая их.
[Пока что на этом закончим] - Непреклонно отрезала Баку Бааван Ши.
[Я не хочу, чтобы ты напридумывал себе лишнего. Я советую тебе отвлечься и приступить к заданиям]
Синьюэ не ответил. Поддержка Баку как всегда могла ему позволить чувствовать себя немного защищенным от непонятного и страшного мира. Однако опустошающее ощущение внутри никак не исчезало.
Много времени терять на бессмысленные рассуждение и еще больше вгонять Синьюэ в экзистенциальную тоску Баку не хотела. Она намеренно ограничивала заклинателя от подобного, взваливая на себя это ношу. Баку не могла не заметить какое настроение у ее подопечного в последнее время. Все давит на него со всех сторон: обязанности пика Знаний, задания, темные культиваторы - если к этому прибавится терзающие мысли о собственной никчемности или вине - к хорошему это не приведет.
Для Баку не имело значения, настоящий ли перед ней Синьюэ Сяоин или же Синь Ицзе - ей абсолютно все равно. Она привязалась к тому, за кем приглядывала. И он не заслужил подобных страданий. Никто не заслужил…
Может это от многолетней тоски ее чувство симпатии обострилось? Насколько Баку Бааван Ши могла помнить, она всегда была очень общительной и контактной, поэтому не принять человека как Синь Ицзе или Синьюэ Сяоина не в силах.
Упрямый заклинатель, не слушая уговоров Баку остановиться, искал знания, где могла бы упоминаться система, Боги или перерождения. Но безуспешные попытки в необъятном лабиринте книг только приводили к безысходности. Шкафов с книгами было тысячи! Синьюэ уверен, что здесь наверняка есть секретные отделы и чтобы во всем этом разобраться понадобиться минимум несколько месяцев. К тому же он не мог найти ни рабочего стола, ни чего-либо похожего, где можно было бы найти оставленные настоящим Синьюэ списки предателей. В итоге заклинателю пришлось принять поражение и последовать воле Баку - найти необходимую технику для Руи. Если получиться, Синьюэ готов отыскать книжек и для Бао Лая.
Каждый раз, беря свиток или книгу, на руке и на обложке высвечивался знак журавля. Поиграв с внутренней энергией, заклинатель научился это контролировать. Теперь-то он понял, что имел в виду настоящий Синьюэ, когда говорил что его существование и есть ключ: печать пика Знаний и демонический огонь - именно благодаря этим двум вещам он смог зайти во Дворец Знаний.
«Баку, а можно мне переписать технику из книги, поменять пару деталей и назвать её своей, чтобы, наконец, выполнить то висящее задание «придумать собственную технику»?»
[Плагиатор …] - Укоризненно произнесла система.
[Что ж… Думаю задание действительно будет засчитано. Но это нечестно!] - Недовольно объявила Баку Бааван Ши.
«Кто ж говорил о честности» - Синьюэ пожал плечами и благодаря советам сестрицы отыскал нужную для Руи технику. Заодно и себе несколько книжек взял.
Заклинатель поспешил вернуться. Он не желал раскрывать Главе тот факт, что сумел пробраться во Дворец Знаний. Быть может, только поэтому Глава так добр к нему? А заполучив доступ к Дворцу Знаний, наконец, избавится от позорившего весь орден заклинателя?
Несколько дней Синьюэ честно работал: переписывал технику для Руи и познавал этот мир через книги, разве что, позволил себе в свободное время испечь кунжутных печенек при помощи Хо-Сина - не с первого раза, но у них получилось.
Еще у него было достаточно времени узнать о свойствах барьера на пике Знаний и о способностях Хо-Сина. Например, с разрешения огонька, тот может пропускать угодных ему людей. Одним из таких стал Руи. Теперь у подростка была просторная тренировочная площадка и он мог практиковаться под бдительным руководством учителя. Конечно, Синьюэ пользовался благосклонностью и опытностью Баку, которая с удовольствием обучала двоих подопечных.
Заклинатель постоянно просил Баку Бааван Ши о том, чтобы они поскорее выдвинулись на юг, где могли бы отыскать хотя бы призрачные доказательства о её существовании, однако она все оттягивала этот момент. Будто бы ей было страшно раскрывать эту тайну.
Что если она никогда не существовала? Или она была ужасным человеком? Как и Синьюэ, Баку не могла верить воспоминаниям и самой себе, от того она хотела отсрочить этот момент. Вдруг, узнав правду, Синьюэ перестанет с ней дружить, перестанет считать живой…
Оттягивая этот момент, Баку заставляла заклинателя тщательно подготовиться. Она научила его летать на мече, как и обещала, а взяв за идею талисман злого духа Гёты, вместе принялись совершенствовать его.
Синьюэ, одолжив книги из библиотеки, изменял талисман, как только можно. Баку даже показалось, что он начал разбираться в этом, однако бесчисленные попытки уже заставляли отчаяться.
- Баку, выдай мне задание. - Слегка дрожащим голосом произнес заклинатель.
[Задание: Расскажите свой секрет системе]
[Временные рамки: 15 минут]
[Награда за выполнение: 15 баллов]
[Наказание за провал: - 30 баллов]
Предыдущие эксперименты прерывались, если Синьюэ использовал внутреннюю силу - талисман сгорал и он в итоге терял баллы. Ему приходилось отвлекаться и выполнять другие задания, чтобы пополнить их недостаток.
Синьюэ тяжело вздохнул и применил на себе, полученный в ходе нескольких тысяч попыток, талисман. Внешне ничего не произошло.
- Баку, ты здесь?
Никто не ответил. Заклинатель уперся руками о стол и неподвижно ждал истечения заданного времени. Пятнадцать минут превратились в часы. Мысли путались и наматывались друг на друга, превращаясь в запутанный клубок. Страхи и волнения, словно загнанные в угол звери, начали скалиться, стараясь вынудить сдаться и убежать от проблем, не трепать нервы неудачными попытками и изматывающей надеждой. Талисман сгорел по истечению отведенному ему времени и Синьюэ зажмурил глаза в ожидании системного оповещения.
[Синьюэ, наконец, сработало! Спешу сообщить, что после многократных неудачных попыток у тебя на счету 55 баллов - ровно столько же, сколько и было до последнего эксперимента!]
«Да» - Вяло произнес Синьюэ.
[Ты не рад, что мы нашли способ, который может предотвратить штрафы?]
«Рад, только это не значит, что талисман предотвратит наказание системы»
[Но все равно - это уже большая победа! Почему ты такой подавленный?] - Встревожилась Баку.
«Я думал… А могу ли я из тебя сделать злого духа, как из Фа Муна?»
[Синьюэ, ты что, с ума сошел?! Это запретные техники, не зря их не практикуют светлые культиваторы! У них очень много серьезных последствий!]
«А можно ли тебе создать новое тело?» - Произнес заклинатель. Он опустил голову вниз, его лицо было скрыто длинными черными волосами и Баку не могла увидеть какое было у него выражение. Но по голосу она оценила, что Синьюэ говорил с особой несвойственной ему искренностью и беспокойством.
[Синьюэ, не надо помогать мне] - Тихо пробормотала система.
«Для меня это очень важно! Я готов принять на себя последствия!» - Прокричал заклинатель.
Синьюэ понимал, насколько сложны чувства, насколько трудно понять другого и сделать так, чтобы поняли тебя. Отвечать взаимностью стало не позорно для него. По крайней мере, по отношении к Баку Бааван Ши. Он видел неоценимую поддержку в ее словах, а потому желал сделать что-то для нее. Она не заслужила такой жизни. Только не она.
Бесплотный дух не мог осязать себя, видеть свое влияние на окружающую среду, как мир влияет на него. Так как Баку могла верить в свое существование? В отличие от Синьюэ, у которого есть тело, Баку беспомощно может лишь наблюдать.
У Синьюэ прочно засела мысль сделать все, чтобы она вновь обрела тело и освободилась от бессмертных оков Божеств. Многое было не досказано, многое упущено из виду, но это и не важно. Стало важным то, что заклинатель знал, что обязан помочь ей. Таких как Синь Ицзе не спасти. Однако их все равно спасают такие как Баку Бааван Ши. Он не мог позволить ей жертвовать собой ради него. Только освободив Баку, Синьюэ чувствовал, что сможет стать чуточку счастливее.
«Должен быть способ дать тебе новое тело! Возродить или…»
[Подожди Синьюэ, не торопись…]
[Возможно и есть, но… Я боюсь, что это будет бесполезно] - Горько призналась Баку и замолчала.
«Не унывай, сестрица Баку» - Синьюэ поднял голову и слабо улыбнулся. - «Давай начнем с того, что посетим те места, про которые ты говорила»
[Мне… Я… Что, если нет никаких доказательств, тогда я больше не смогу считать себя настоящей]
«Баку. Все хорошо. Я верю, что ты настоящая» - Мягко подбодрил заклинатель.
[Сходим туда, когда ты станешь еще сильнее, хорошо?]
«Ты не особо торопишься… Баку, ты боишься?»
[…]
[Дай мне время…] - С трудом сказала Баку.
«Хорошо…»
Разговор закончился и они не поднимали эту тему снова. Синьюэ не хотел торопить Баку в своих мыслях и все шло своим чередом. Синьюэ даже показалось, что в эти дни ему удалось отдохнуть, несмотря на надоедливые задания системы - в основном связанные с обучением Руи. Также заклинатель сам попросил выдать дополнительные поручения: он нашел необходимые книги для своего нового знакомого лекаря в ордене. Система запросила в сжатые сроки переписать документы и отдать их.
Если судить по тому, что Синьюэ не спал и почти не ел все это время, то он чуть ли не двадцать четыре часа в сутки чем-то занимался. Сколько бы Баку не просила его отдохнуть, она даже прочитала лекцию о том, что нельзя полагаться на полное восстановление тела ци, Синьюэ сильно сопротивлялся. В итоге ему пришлось рассказать о продолжающих его мучить во сне кошмарах, о том, как он видит юного Кана, как Хо-Син по приказу сжигает все и вся. Больно наблюдать, как все превращается в прах, но еще больнее подглядывать за чужими страхами и страданиями, что скрывает его новый знакомый. В царстве снов он отрывками видит по кусочкам историю Кана и невольно в голове дополняет ту картину, что видел до этого. Эти чувства заставляют сопереживать Синьюэ, вынуждая мучится и утопать в неведомых ему до селе эмоциях.
С этим Баку ничем помочь ему не может и, к сожалению, способна только немного отвлечь работой, однако справиться с этой проблемой Синьюэ должен сам…
