Змей и ворон: Душа чистая и ясная, как полная луна

      - Синьюэ…       - Нет.       - Ну, прости.       - Кан, в следующий раз я буду дважды думать, прежде чем соглашаться на что-либо. - Произнес заклинатель, шипя и потирая поясницу.       - Я с самого детства учился ездить верхом, совсем забыл, что даже после небольшой тренировки может сильно болеть спина.       Впрочем, от долгой поездки в повозке она болела не меньше. Синьюэ все свои заклинательские силы с утра направил на сокрытие алых пятен на шее, теперь - на лечение поясницы. Ну что за день! Неужели настало то время, когда веселье закончилось и началось время платить за свои необдуманные поступки здоровьем?       Синьюэ позорно распластался на скамье и уже немного жалел, что не полетел на мече. Пришлось бы потратить всего пару часов, но ученики, ехавшие позади, не выдержали бы такой марафон.       - Но ведь тебе же понравилось? - Растерянно замямлил старейшина Нефритового пика. Из-за последних событий он сам не свой, настаивал на совместном времяпрепровождении в дороге как в последний раз. Словно боялся, что все это сон, после которого его встретит разочаровывающая реальность.       Заклинатель после его слов покраснел. Он тут же вспомнил как неуправляемо, по ощущениям Синьюэ, неслась лошадь, как старейшина Нефритового пика вплотную к нему прижался сзади и с азартом подгонял животное. Вокруг него шумел ветер, играли в траве сверчки, где-то за ними стихал лес, но Синьюэ слышал только биение сердца - и даже не своего!       - Почему ты такой неуверенный? - Недоуменно спросил Синьюэ. Он переместился к Кану и лег на его колени.       - Кажется, я схожу с ума. - Признался Кан. Старейшина наклонился и смахнул с чужого лица волосы.       - Ну и пусть. - Уверенно отозвался Синьюэ.       На самом деле все произошло слишком быстро и Кан сомневался в себе. Чудо, что Синьюэ чувствует то же самое - старейшина Нефритового пика был готов прожить всю жизнь, скрывая свою душу от заклинателя, и даже помыслить не мог, что он посмеет представить, как на его коленях любимый для его сердца человек будет вот так улыбаться ему. Синьюэ опьянил Кана и заставил показать себя - эгоистичного, загребающего под себя все, что блестит в его руках.       Как бы не ограничить свободу Синьюэ своей заботой. Кан жутко боялся, что его страхи и переживания взрастят внутреннего демона, которому с радостью будет потворствовать заклинатель.       Синьюэ просил скрыть их отношения, но всем видом они даже не пытались это сделать. Оправданием того, что они едут отдельно - важный разговор и нежелание заклинателя делить с кем бы то ни было пространство. Честно, оправдание так себе.       Что делать, если их отношения и вправду вызовут много споров. Кан серьезно это не воспринял, посчитав, что сможет собой отгородить Синьюэ от всего враждебного мира, Но на самом деле, конечно же, это не невозможно.       Мерный стук колес вновь после долгого перерыва стал лишь фоновым сопровождением и не так бил по ушам. Заклинатель, разнежившись от рук Кана, что его поглаживали, задремал. Вот так просто старейшина стал самым действенным снотворным для этого заклинателя. Чтобы сны точно были хорошими, Кан наложил незатейливое заклинание - наклонился и губами коснулся лба лежавшего на его коленях человека.       Неожиданно повозка накренилась. Встрепенулась шторка и прямо на ходу в окошко заглянула Лю Чуньшен.       - Кан, нам надо погово… - Старейшина пика Белого Лотоса так и не смогла закончить предложение.       Сердце Кана вздрогнуло и больно сжалось от того, как его старая подруга смотрела на него, однако предать свои чувства и начать искать оправдания - не уважать взаимность между ним и Синьюэ. Лучше неприятная правда будет раскрыта, чем унижать свой собственный выбор и порвать эту недавно образовавшуюся хрупкую связь.       - Какого… - Начала орать Лю, но ее остановил один единственный жест тишины старого друга.       Лю Чуньшен долго смотрела на заклинателя, как на какого-то чрезвычайно редкого зверька. Казалось, будто она наблюдает сон страшного зверя, что никогда не показывает свои слабости и уж тем более не закрывает глаза в присутствии кого-либо. Сяоин тихо сопел, одной рукой он переплел пальцы с пальцами Кана. Трепетно и нежно старый друг Лю Чуньшен тыльной стороной ладони проводил по щекам, игрался с прядками темных волос; бесконечно плескающаяся в нефритовых глазах любовь не могла теперь скрываться.       Даже Лю никогда не видела Кана таким, хотя она была его лучшим другом с детства, знала о нем почти все и даже причину его одиночества. Неужели этот заклинатель смог заполнить черную зияющую дыру в чужом, неподвластном ему самому, сердце?       Желание прямо на ходу залезть в окно и в него же швырнуть Сяоина неумолимо росло с каждой секундой, однако защитник, добросердечный, но строгий, не позволял двинуться старейшине пика Белого Лотоса.       Сердце наполнилось бессилием, а глаза слезами. И непонятно что больнее ранило - то, что, оказывается, Лю Чуньшен для Кана не так важна, как Сяоин, или сам заклинатель, что так сильно изменился.       Лю не сводила взгляда с Сяоина, что словно обычный смертный, освободившийся от всех смертных грехов, наслаждался простой жизнью. Будто бы его не волновали руки по локоть в крови.       Старейшина пика Белого Лотоса полна подозрений и предрассудков, но даже сейчас, когда злость и раздражение застилали глаза, она не могла не задуматься о том, что начинает свою жизнь посвящать мести, забывая про дорогих ее сердцу учеников и друзей.       Лю Чуньшен спрыгнула с повозки, наблюдая за тем, как та скрывается за деревьями.       Даже не подозревая, что случилось немного ранее, заклинатель во время очередной остановки вышел проведать своих учеников. Рядом, конечно же, стояла Лю Чуньшен и ненавистным взглядом его оценивала, словно нелюбимую невестку своего брата. Так же она не отходила от Руи, Киччи и Тана, временно взяв за них негласное опекунство.       Чему такой как Синьюэ может научить детей? Их опасно оставлять наедине! Бедные мальчики даже не знают, в какие ужасные лапы попали! Синьюэ не только очаровал Кана, но и глубоко засел в сердцах невинных детей.       Как самый настоящий стражник, Лю Чуньшен стояла почти вплотную к Синьюэ и бдела за тем, что он говорит ученикам. В основном это была похвала и советы, ничего критичного, но подростки ловили каждое слово своего учителя так, словно ничего ценнее на данный момент не существовало. Кроме того они жаждали его внимания, когда хвастались тем, сколько разбойников победили. Искали только повода чтобы переманить его к себе и спрятать того от чужих глаз.       Неожиданно заклинательское чутье заставило всех кроме Чжао Тана обернуться. Темная ци атаковала заклинателей. Синьюэ тут же достал веер и первым делом огородил учеников, однако, кажется, никому из них защита была не нужна. Тан, хоть отреагировал не сразу, но уже подготовил несколько талисманов в поддержку своих младших, а Киччи и Руи бесстрашно ринулись вперед.       Противники обменялись первыми ударами, оценивая силу, и Синьюэ вместе с Лю Чуньшен смог все же отгородить мальчиков. Горячую кровь следовало остудить, поэтому закономерно все трое получили веером по голове, когда выдалась возможность. Оставив детей позади под опекой Лю, Синьюэ сам вышел на передовую, но не получил ни единой атаки в свою сторону. Темные культиваторы намеренно игнорировали и не отвечали на его удары, лишь искусно уклонялись.       Заклинатель был взбешен! Все выглядело так, будто бы это нападение подстроено благодаря Синьюэ! Пока атаковали других, сам он стоял без единой царапинки. Темные, зная слабость заклинателя, специально целились в дорогих для его сердца людей - учеников и Кана. Синьюэ не волновал больше никто кроме них, но он не мог полноценно их защитить, так как формацию темных культиваторов было сложно пробить.       В очередной раз Синьюэ увидел, как Кана ранили. Перед заклинателем стояла кровавая иллюзия - она затмила глаза страшными воспоминаниями.       Синьюэ достал черный клинок и выпустил очень сильную подавляющую энергию, чем и привлек внимание темных культиваторов. Ему это было необходимо - показать их главную мишень! Даже если темные культиваторы хотели его подставить, Синьюэ все еще нужен им живым.       Он сильно рисковал, но все же знакомое лицо под черным капюшоном остановило беспорядочную атаку и тот, приняв негласное отступление, погнался за быстро удаляющимся заклинателем.       - Давно не виделись, брат Синьюэ. - Произнес Ган Юй, когда они достаточно удалились. - Не передумал сейчас вступить в ряды темных?       Синьюэ крепче перехватил меч в руке и в любую секунду был готов атаковать. Сейчас сердце радостно стучало от того, что всех темных он смог перегнать сюда, подальше от учеников и Кана.       - Кто такой Бай Сё? Как он связан с Ан Юншеном и Небесной высью?       - Синьюэ, хватит держаться Небесной Выси. Орден на грани развала - если не мы, то он сам будет мучительно умирать. Небесная Высь - прародительницы всех заклинательских школ поднебесной изжила свое. Ничто не вечно.       - Ты не отвечаешь на мои вопросы! Скажи мне достойную причину всего происходящего и я дам тебе не менее достойный ответ!       Ган Юй прискорбно вздохнул. Переводить темы и как-то путать Синьюэ не получится. После его выхода из уединения многое изменилось.       - Секрет Небесной Выси - то, что стоит в основе мира заклинателей. Клан Красной Луны хочет вернуться к истокам. Вернуть то, что принадлежит ей по праву.       Неожиданно Синьюэ, наконец, понял. Небесная Высь - самая первая школа заклинателей, от нее же впоследствии отделились другие школы. В самом начале орден искал пути для самосовершенствования и часто оступался. Истоки темных культиваторов и самой Красной Луны - Небесная Высь! И это поняли давно, так как большинство информации даже на пике Знаний сокрыто или уничтожено! Вот оно что. Вот почему Красная Луна считает, что Небесная Высь принадлежит им.       Некогда отступившая от истоков нынешняя Небесная Высь порицается Красной луной. Сам пик Знаний - доказательство темного прошлого, а потому скрывается. Но не может же быть так, что только из-за этого происходит борьба за пик.       Ордена Парящий феникс, Белый тигр и другие когда-то отделившиеся от Небесной Выси имеют одни корни. Узнав секрет Небесной Выси, ассоциация Трех Тысяч Мечей не просто перепишет Небесную Высь в список темных орденов, она подвергнет сомнениям все существующие объединения. Многие школы попросту уничтожат, начнётся настоящая война заклинателей.       Однако по предсказаниям богов и вправду случиться война, после которой впоследствии и появится тот самый злодей. Неужели именно это событие - то, что привело этот мир к той печальной судьбе? Синьюэ раньше не хотел особо запоминать далекое будущее «Плато Серебряных Слез», он думал, что изменил его, а сейчас... Что произойдет, если сейчас Синьюэ полностью поменяет будущее? Станет ли меньше жертв или, быть может, своим существованием он предотвратит появление злодея?       - К истокам? Что именно ты имеешь в виду?       - Цель Красной Луны не убить все живущее на земле, а воскресить основателя Небесной Выси - Ан Юншена.       Естественно это против законов установленных светлыми культиваторами, да и к тому же, настоящий основатель имел немного другие взгляды на совершенствование. Судя по воспоминаниям Сяоина, даже Тан Ли имел свое мнение на этот счет.       - Синьюэ, если ты отступишь, перейдешь на сторону Красной Луны, я не трону ни твоих учеников, ни твоего нового друга.       - И что же Бай Сё наобещал вам взамен? Неужели вы думали, что тот, кто обманывает простых смертных, скрывает свое лицо и имя, будет исполнять ваши желания?!       - Красная Луна категорично против тех устоев совершенствующихся, что главенствуют в мире. Именно светлые ордена и кланы отобрали места силы у простых, странствующих заклинателей. Они искоренили возможность развиваться, самосовершенствоваться и загнали нас в тупик. У нас не осталось никакого другого выхода кроме как использовать темную энергию для совершенствования.       Ган Юй сделал шаг вперед, при этом остальные остались стоять в стороне, охраняя приватный разговор. Темный культиватор вел себя вполне расслабленно, не страшась заклинателя, пытаясь того тем самым заставить проникнуться его словами. Ган Юй такой же простой смертный человек, как и Синьюэ. У него есть сердце, которое так много раз ранили. Неужели «правда» станет истиной, если ее напишет Небесная Высь. Чем же «правда» Красной Луны отличается тогда?       - Ты же не полагаешь наивно, что Небесная Высь - светлый орден? Если раньше люди стремились уединиться и познать себя, то сейчас это лишь способ подчинить себе людей, заставляя поклоняться. Когда одних за малейшую ошибку прогоняют, блокируют меридианы, уничтожая возможность чувствовать ци, другие несмотря ни на что продолжают держать власть в своих руках! Ты ведь осведомлен об этом куда больше меня - верный и преданный ученик Тан Ли не мог этого не знать. Сколько он использовал манипуляций, что привели ко множествам смертям, и все ради своих собственных целей! - Отчаянно прокричал Ган Юй. Почему-то Синьюэ посчитал, что это было искренне, несмотря на актерскую природу бывшего адепта Небесной Выси.       Ган Юй был прав. Тан Ли воспользовался своим положением ради мести за свою семью. Он мечтал уничтожить на корню источник темных культиваторов и найти секрет вознесения, однако, узнав жестокую правду, немного сменил цели. Тан Ли не почитал Ан Юншена как остальные, но решил воспользоваться его экспериментами. Благословленные духовные звери были хорошим подспорьем не только для культивации, но и для других более значимых дел.       Именно со смерти Сяо план старейшины пика Знаний стал осуществляться. Тан Ли собрал несколько сотен подходящих тел духовных зверей, дабы связаться через Звездный Дворец на пике Золотого Карпа с Ан Юншеном.       Изначально Тан Ли искренне верил, что Ан Юншен, первый глава Небесной Выси, при жизни всей душой ненавидел темных культиваторов, но узнав, что основатель чуть ли не нитями судьбы связан с демонами и злыми духами, возжелал чтобы недостойный божественности заклинатель канул в небытие.       Жизненная сила духовных зверей велика, ее более чем достаточно, чтобы заменить ей человеческие жизни. Тан Ли использовал тело Сяо для ритуала, однако что-то пошло не по плану. И, конечно же, наработками старейшины пика Знаний воспользовались темные культиваторы.       - Хорошо, спрошу по-другому. - Ган Юй все еще не ответил на вопрос Синьюэ. Его ответ был слишком расплывчатым. - Что заполучишь лично ты после всего? Неужели ты так жаждал поста главы ордена, что пошел на такое!       - Не думай, что лишь из-за обиды я так поступаю. Я с самого начала шел именно к этой цели. Ан Юншен знает тайну, как стать божеством. Не только это. Он сумел подчинить территории демонов себе на многие столетия даже после своего вознесения. Это человек небывалой силы. Во времена Ан Юншена демоны долгое время из-за страха перед заклинателями не нападали на простых людей, а впоследствии даже заключили мир с южными землями. Разве не достойно восхищения? Мы все живем в будущем, созданном нашим основателем.       - Что если пик Знаний вы так и не откроете? - Перевел тему Синьюэ.       Раньше, считая Тан Ли добродушным мудрым стариком, заклинатель даже не хотел верить, что тот оказался хитрым лисом. Ан Юншен, Бай Сё, как бы не называли это «многоликое божество», выглядел в глазах темных культиваторов незапятнанным святым источником. Не было больше смысла слушать чужие восхваления.       - Тогда просто потребуется немного больше времени и жертв. - Равнодушно ответил Ган Юй.       - А чего хочет сам Ан Юншен?       -…       Бай Сё хочет вернуться, это понятно, но зачем ему спасать этот мир с помощью перемещённых из других миров душ? Это причина или следствие? Так ли чисты его намерения?       Подождите, а причем тут система, Руи и благословленные духовные звери тогда?       Синьюэ сомневается в искренних намерениях Бай Сё спасти мир. Что если предсказание тогда показало не смерть этого мира, а смерть самого божества? Тогда… Тогда все встает на свои места!       Если бог хочет спуститься в этот мир, то может ли быть такое, что Руи хотят подготовить в качестве вместилище для божества?! Его эксперимент с духовными зверями частично провалился, ведь последний подопытный - Сяо - смог избежать своей судьбы. Что если Бай Сё знал о перерождении Сяо, и потому в изначальных планах темных было именно убийство Синьюэ, а теперь, когда в его теле чужая душа - их планы изменились. Заклинатель стал более легкой мишенью - он не потерял своей «функциональности», и вместе с тем не такой упертый и верный своим убеждениям как Сяо.       Система нужна была, чтобы все контролировать напрямую. Духовные звери - для того, чтобы понять свойства «благословения» и метод воздействия на таких существ. Перемещённые в этот мир души - более подвластны контролю, а Руи, к которому привязаны все предыдущие «опекуны», должны были оберегать и защищать его до поры до времени, чтобы вырастить из него могущественного заклинателя. Темные культиваторы в это время подготавливали почву для возвращения своего бога. Только перерожденный Сяо немного сменил все планы - дело рук Тан Ли.       Осознание, отраженное на лице Синьюэ, позволило напрямую не отвечать заклинателю, и Ган Юй продолжил:       - Если ты займешь правильную сторону, будет меньше жертв. Синьюэ, я обещаю и пальцем не тронуть Кана.       - А Руи? Вы ведь и его…       - Тут все немножко сложнее. - Честно ответил Ган Юй. Он приподнял подбородок и задумчиво потер его. - Но он не должен пострадать. Нам приказали его найти и привести живым. Мальчик особенный, никогда бы не подумал что это так. Знай я раньше, сделал бы своим учеником - он мне верил не меньше чем тебе сейчас.       Заклинатель хрустнул костяшками пальцев, Вторая Жизнь даже будучи в ножнах проявила свою демоническую ауру. Белый камушек на кисточке загорелся золотым пламенем.       - Открою я вам пик Знаний, что дальше?       - А дальше все просто. Орден перейдет под мое управление. А сопротивление заклинателей подавить легче легкого. Еще не решил, на чьей ты стороне? Я раньше думал, что тебе был дорог лишь Тан Ли и ты с радостью захочешь разделить его участь. - Ган Юй хитро улыбнулся, достал маленький фарфоровый бутылек и потряс им. - Мы специально для тебя усовершенствовали яд, из-за которого погиб твой наставник. Пришлось долго его культивировать на крови духовных зверей, но в итоге мы получили нечто уникальное.       Синьюэ дрогнул, когда вспомнил лагерь темных культиваторов с духовными зверьми и Кана, что мог разделить их судьбу. К горлу подступила паника.       - Быть может, стоит испытать его на ком то другом? Например… - Потянул темный культиватор, чем испытывал терпение заклинателя. - На старейшине Нефритового пика. Я думаю, он сумеет долго противостоять нестерпимым мукам. О, а может начать с Лю Чуньшен? Или лучше втянуть в это семью старейшины Кана? Какие же чувства начнет он испытывать к тому, из-за кого все это происходит? - Ган Юй коснулся губами фарфора и взглянул наверх, всерьез раздумывая как лучше поступить.       Внутри Синьюэ что-то оборвалось. Минута слабости и все будет использовано против него. Заклинатель ничего не ответил и этим показал Ган Юю как ему больно даже представить это.       Прозвучал лязг черного металла и темный культиватор испуганно отпрыгнул назад. Он спрятал хрупкий фарфор и выставил свой клинок для обороны, однако неожиданно сила заклинателя оказалась намного больше той, что они ожидали даже при наихудшем для себя раскладе. Подавляющая демоническая энергия закружилась в вихре вместе с листьями и травой.       Ветер забирал всю скопившуюся тревогу и давил ей на окружающих. Вспыхнул огонь, который мигом распространился по сухостою, не забывая поглощать и людей, стоящих рядом. Эта сила явно была не светлого заклинателя. Ган Юй планировал лишь припугнуть немного Синьюэ, заставить склонить на свою сторону, но даже с подкреплением и нынешними силами он бы не смог сейчас дать ему равный бой.       Эта сила смерти была восхитительна! Намерения и чувства Синьюэ заставили вздрогнуть каждого культиватора в лесу.       На сегодня план выполнен. Даже более того, многие из догадок подтвердились, и вскоре все придет на круги своя. Побег сейчас не казался для Ган Юя постыдным, однако еще долго он жалел о том, что не увидел всю мощь этого заклинателя.       [Синьюэ, стой!] - Испуганно прокричала Баку Бааван Ши       [Не смей их преследовать!]       [З-задание…]       «К черту задание!»       Синьюэ сразу же рванул за удаляющимся Ган Юем, но не сумел сделать более трех шагов. Грудь наполнилась разрывающей изнутри болью. Крик заглушился подступающей к горлу кровью.       [Не препятствуйте темным культиваторам]       [Награда: + 150 баллов]       [Наказание: Х]       Заклинатель тупо уставился на надпись перед собой. Его захватил истеричный смех. Беспросветная безысходность. Ясно. Бай Сё, тот, кто за всем этим следит никогда и не был «за» Небесную Высь. Она была всего лишь частью его ресурсов, поэтому никак не противостоит Красной луне и действиям темных культиваторов. Яснее некуда.       От боли ноги Синьюэ дрожали, он стоял, оперевшись о меч. С губ стекла струйка алой крови, а глаза покрылись стеклянным блеском.       «Баку, у меня сейчас достаточно баллов для обновления системы?»       [Д-да. Хватит впритык]       «Давай, начинай» - Хрипло произнес Синьюэ.       [Ты уверен? Что если…]       «Сейчас или потом будет уже поздно!» - Разозлился заклинатель.       Баку Бааван Ши больше ничего не добавила. Она поняла подозрения Синьюэ и включила обновление системы. Под мерный звук загрузки сердце прекратило стучать в ожидании участи. Если догадка подтвердиться… Если все окажется сладкой ложью, чтобы заманить глупцов и дать пустую надежду, то…       [Обновление системы завершено]       «Быстрее открывай файл «Плато Серебряных Слез»!»       Синьюэ судорожно вглядывался в текст, в любые несоответствия, даже в шрифт, но… Ничего… Абсолютно никаких изменений… Ноль…       Сама же перезагрузка никак не повлияла даже на сестрицу Баку. Он потерял несколько тысяч баллов на ничего. Ради этого он надрывал задницу? Чтобы понять, что божества их обоих жестко…       [Ничего…] - Тихо заплакала Баку.       [Совсем-совсем ничего не изменилось, Синьюэ]       Как она могла так безоговорочно верить в слова богов? Почему раньше ничего не заподозрила?! Потому что никто из предшественников Синьюэ не достигал этой точки? Не выживал и умирал, не подвергая сомнениям словам системы и богов?       Синьюэ ничего не сказал. Разрывающая сердце боль вернулась, когда его грубо дернули в сторону.       - Совсем ошалел?! Почему ты их упустил!? Я знала, что все это происходит из-за тебя!       Лю Чуньшен уже не просто зла на Синьюэ, она была готова убить его прямо тут. Лю подхватила заклинателя за ворот, но тот тут же без сил, словно тряпичная кукла, упал прямо на подготовленное для атаки оружие. Лю Чуньшен едва успела убрать клинок, но вместо этого сама вместе с ненавистным ей человеком упала в золу и пепел.       Старейшина Лю чувствовала, как Синьюэ сопротивляется всепоглощающей боли, но проигрывает ей. Пришлось сделать то, что Лю на грани гибели не думала делать - помочь Синьюэ.       Она принялась вливать ци в заклинателя, стараясь вылечить основные травмы, и очень удивилась, когда поняла, что смерть куда ближе к Синьюэ, чем могло показаться. Проще добить, чем стараться поднять почти-что-мертвеца. Однако прошло пару минут и Синьюэ смог сам встать на ноги, стереть с лица кровь и вернуться к повозкам. Внутри Лю Чуньшен что-то разбилось.       - Не говори Кану об этом. - Тихо прошептал Синьюэ, до онемения сжимая веер в рукаве.