Страшная тайна клана Цзинь

Цзинь ГуаньЯо не то, чтобы был удивлён очередной истерике своего племянника, но на душе стало как-то очень тоскливо и даже обидно. Он подумал: «Значит вот кем меня считает мой племянник…главой, о котором сказать нечего». Он прикрыл глаза, глубоко вздохнул, подавив в себе все эти мысли, отгоняя ненужную печаль, а затем выдохнул. Он правда любил Цзинь Лина, но не знал, как объяснить ребёнку, что титулы ему не помогут быть действительно хорошим главой клана. Как сказать о том, что Ланей много, а он наследник двух великих кланов – один. Ему надо себя беречь, надо учится сдерживать эмоции и делать в основном то, что нужно, а не то, что хочется. Он понимал, что мальчишке хочется славы, всеобщего признания. Лин хочет быть героем, но видимо опыт его дяди Вэя ничему его не научил, а вот сам глава ордена Цзинь знал, что самоотверженные и безбашенные герои мало того, что долго не живут, так ещё и их подвиги часто бывают напрасными. Яо знал, что Лин небось убежал рыдать в свою комнату, поэтому сначала туда и направился, идя по коридору с тяжёлым осадком на душе. Но зная, что не нужно этого показывать, что надо проявить терпение. И помнить о том, что он старший, на нём лежит ответственность за племянника и за их с ним хорошие отношения. Подойдя к двери комнаты молодого господина, Яо постучал и прислушался. Странно, но он не услышал ни недовольных возгласов, ни рыданий, ни даже тихих всхлипов. Тогда старший насторожился и открыл двери в комнату. Увидев, что мальчика в комнате нет и Феи тоже, старший господин Цзинь не на шутку разнервничался, посылая нескольких слуг искать его. А сам задумался о том, куда мальчишка мог запропаститься. Он внимательно осмотрел комнату и его осенило, ведь ни меча, ни лука со стрелами на месте не было. Стало сразу ясно, что мальчик отправился на охоту, обычно в таких ситуациях глава Цзинь пустил бы всё на самотёк и дождался бы возвращения племянника, возможно, наказал бы, заставив стоять на коленях у храма предков, но не сегодня. Почему-то именно сегодня интуиция подсказывала ему, что с мальчиком обязательно что-то случится. В этот раз он решил пойти за ним сам. Он направился к себе в комнату, переоделся в удобную одежду, сделал на скорую руку пучок на голове, взял Хэньшен, и запрыгнув на него отправился на поиски племянника, он знал в каком именно лесу мальчишка обычно проводит время, поэтому ему не составило труда добраться до нужного места и начать поиски. Когда Яо влетает в ночную чащу, на встречу ему уже мчал один из стражников, который был отправлен за Лином. «Это явно не к добру.»— подумал Яо. Волнение в груди мужчины стало нарастать словно снежный ком, как только они остановились друг перед другом. — Что случилось, где А-Лин? – спокойно спросил Яо, не выдавая своё волнение за наследника клана Цзинь. — М-мы не смогли его найти… – со страхом в голосе перед главой, дрожа признался стражник. — Как не нашли? —Спросил он с явным удивлением, но глубоко в душе стал волноваться, потому как мальчика обычно находили. Что же поменялось сейчас? — Мы нашли только меч… И лук, — с прежним страхом признался стражник. Лицо Яо побелело, ведь племянник никогда бы не бросил своё оружие. Радовало только то, что Фея явно последовала за ним, раз её не нашли. Или за тем, что могло унести драгоценного наследника… — Быстро веди меня туда, — вновь властным тоном приказал Цзинь Гуань Яо, приблизившись к стражнику ближе. Тот не смел перечить, да и не стал бы. Полчаса спустя они оба прибыли на поляну. Там были остальные два стражника, полная темень, свет белой Луны. И, казалось бы, всё, как всегда, но было одно, но. Ветви одного из кустов были неестественно разогнуты в разные стороны, а некоторые напрочь сломаны, будто кого-то тащили по земле, об этом свидетельствовал и след на земле за которым тянулись отпечатки собачьих лап, а того, кто тащил следы были стёрты, и явно телом его племянника… Яо сразу понял, что-то утащило его племянника, скрываясь в той стороне. Цзинь Гуань Яо всегда отличался умом, хитростью и сообразительностью. Поэтому, сразу приказал своим солдатам идти за ним молча, чтобы не привлечь внимание того, кто похитил Лина. Чем ближе группа заклинателей приближались к цели, тем ярче становился сам сладковатый смрад, отдававший нотками гнили. Это крайне не нравилось Яо, а солдат пугало еще больше. Да и сам глава невольно начинал слегка паниковать за жизнь молодого господина, а его руки холодели от страха неизвестности, потому как раньше он такого не встречал. Страха за то, кто это может быть и, что он мог сделать с его племянником. Перед стражниками возвышалась гора. Эту сторону горы совсем слабо освещал лунный свет, что пробивался сквозь ветви деревьев. Но даже этого света хватило, чтобы увидеть в ней неестественно круглую дыру, из которой стоял этот невозможно противный, мерзкий запах. Он был настолько мерзким, что одного из солдат стошнило. Самого Яо тоже начало выворачивать, но отступать он и не думал. Он думал только об одном, о Лине. И мысленно умолял держаться его. «Прошу, держись! Держись, будь жив, я уже иду!» - только и думал Яо, ступая всё ближе к входу в эту неизвестность. И тут послышался лай из пещеры, что подарило надежду в сердце Яо. Конечно же, он, не раздумывая пошёл на этот лай, хотя и понимал, что собака таким образом могла их выдать. Яо хорошо знал этот сладковатый запах гниющей человеческой плоти, липкий, неприятно обволакивающий лёгкие, дышать им было просто отвратительно, но племянника надо было спасать. Поэтому, недолго думая, он вошёл в пещеру, как можно тише пробираясь и внимательно осматриваясь. Заметив под ногами человеческие кости и обескровленные части человеческих, его снова чуть не вывернуло, но он сдержался, лишь отдавая шепотом приказ своим адептам. – Смотрите под ноги и ведите себя по тише. Пройдя ещё глубже, Яо вдруг зацепился за что-то головой. Заметив, что это было, он побелел от ужаса. Это был подвешенный к потолку ребёнок. В последствии, из памяти самого Цзинь Гуаньяо сотрётся эта картина, ведь она была слишком ужасающей, как для того, чтобы держать подобное у себя в голове. Обычная пещера из сухой превратилась в сырую, настолько влажную и мерзкую, что они то и дело ступали то в лужу какой-то жижи, мало походящей на воду, то в болото, перемешанное с костями. Проще говоря, путь был не из лёгких и, к тому же, тут было очень темно, но совсем скоро в конце этого длинного тоннеля, наконец-то, замерцал слабый свет, ведущий в какую-то пещерную комнату свободнее. Глава Цзинь стал внимательно осматриваться. Тьма была почти непроглядной, лишь слабый огонёк давал надежду. Яо слышал, как его сердце начинает колотить в груди, а новую волну мурашек вызвало тихое пение, откуда исходил слабый свет костра. – М-м-м, – послышалось в начале, а после получилось понять еле различимые слова, – я головку откручу, и животик я вспорю, суп из мальчика сварю, пузо я своё набью… – вот тут у Яо словно кровь в жилах застыла. «Это я тебя вспорю» – подумал глава Цзинь, идя всё ближе, пока перед ним не показалась низкая, худощавая фигура. Она, или он, а может, вообще, оно голыми руками перебирало что-то в костре, пытаясь сделать пламя сильнее, больше. Цзинь Гуань Яо спокойно достал меч из ножен, снаружи сохраняя холод на лице, чем ещё больше устрашало заклинателей позади. Хотя у него самого сердце дрожало до тех пор, пока он не увидел Лина у костра. Лоб юноши был разбит у виска, а рядом стояла дубина, которой явно целилась эта мразь. Радовало одно – было видно, что юноша дышит. А значит, не всё потеряно. Фея всё это время продолжала гавкать на худого, низкого уродца в лохмотьях, с грязными, редкими, чёрными патлами до плеч. Но урод игнорировал животное, что защищало хозяина. Яо подступал всё ближе, теперь он видел, что «мразь», как мысленно он назвал невиданное чудовище, имеет серый цвет кожи, и длинные гнилого оттенка когти. Лицо того было тошно даже представить. Мысленно мужчина уже сделал выводы, что тварь слаба и сумеет навредить только детям, а потому, как не одного взрослого тут замечено не было, то кости, органы и останки максимум были похожи на подростков, как и сам Лин. А судя по увечьям на телах теле племянника, мразь нападала со спины и била по голове. А по следу, что привёл их, явно можно было понять, что и физической силы у него нет. Подходя ещё ближе, Яо понял… тело урода было в свежих рваных ранах, оно явно не почувствовало атак Феи. «Мертвец» – сделал вывод Яо о сущности перед ним — «мертвец людоед». Яо остановился в пяти метрах от существа, что до сих пор отчаянно рылось руками в огне. Он же в это время достал талисманы и обклеил ими меч. Он знал, что это принесёт оппоненту невыносимую боль. С одной стороны Яо не понимал, нему этот акт садизма, а с другой – все эти дети… И Лин, что мог получить ту же участь, опоздай он хотя бы на час, казалось, он понял с новой силой, как дорог ему этот дрянной мальчишка. И вот он стоит в двух шагах от этого недопевца, что внезапно замолк. Мертвец, всё понимая, медленно повернулся к Яо. Мужчина был прав в своих предположениях: лицо в язвах и гнили, редкие волосы и жёлтые, как и белки глаз, зубы. В других предположениях Яо тоже был прав. Только завидев мужчину, этот недоделанный овощ попятился назад, издавая непонятное пищание, что резало слух. Всё произошло в один момент. Один удар. Второй. Третий. Четвёртый. Двадцать восемь ударов Хэньшенем пришлись по ногам, рукам, голове, животу, а когда монстр упал, последние девять ударов и отправили того в преисподнюю. Теперь этот недавно визжащий от боли урод был больше похож на мясной тартар. Яо стоял залитый кровью и гнилью. Хотелось забрать племянника и, наконец-то, принять ванну. Тяжело дыша, он натянул свою любимую маску невинной улыбки, поворачиваясь к адептам. Они смотрели на него со страхом, но больше с восхищением от того, как тот так яростно отомстил за всех тех детей, хотя, скорее всего, Яо просто дал волю тому злу, что давно и глубоко сидело в нём. – Возьмите моего племянника. И кто-то один путь летит первый и наберёт мне ванну. И да, первым делом позовите врача, – он опустил взгляд на Фею, – и про мясо не забудьте… для собаки. Лин резко очнулся, будто от толчка. Запаха больше не было, как и той грязи чужой крови. Не было мерзкого голоса. Было светло, а он в чистой, ночной рубахе. В комнате пахли благовония, а за окном щебетали птицы и умеренно тёк ручей. В ногах спала Фея. И только он подумал, что это всё был сон, как выше виска предательски заболело. Лин потянулся к зеркалу на тумбе, и в правду замечая след от биты. А дальше, лишь глухое ощущение реальности. Последним всплывшем в голове воспоминанием был ор монстра и брызги крови от меча... Меча дяди Яо… «Боже, он спас меня, а я ведь столько гадостей наговорил…» Лин прикрыл веки от отчаяния и разочарование в себе, падая на мягкую подушку сзади, от чего разбудил Фею. Собака в свою очередь спрыгнула с кровати, вышла в коридор и начала лаять, словно оповещая, что молодой господин пришёл в чувства. А уже минут через десять в его комнату осторожно постучали и в комнату вошёл его дядя Яо с подносом в руках. Молча сев на краешек кровати он осторожно взял руку Лина и нащупал пульс, посчитав его выдохнул. Цзинь Лин смотрел на него немного удивлённо, было видно, что Яо сильно переживал за здоровье племянника. Лин Лин потер глаза -Дядя… -Тихо...лежи молча, тебе сейчас надо выпить лекарство так что надо будет сесть. Яо помог Лину сесть, положив подушку под спину. Накапал несколько разных настоек в один стакан и залил водой перемешал. А потом напоил Лина этим синеватым киселем. Мальчик поморщился этот кисель был солоновато-горьким на вкус и привкус во рту оставлял такой же мерзкий. -И обязательно мне вот эту гадость пить? -Да, эта гадость поможет тебе скорее восстановить силы Яо погладил его осторожно по плечу так как совсем не хотел притрагиваться к голове мальчика которая и без того пострадала. Лин виновато опустил голову. Старший лишь продолжал осторожно гладить его по плечу как бут-то всё понимал. Лин положил свою ладонь на руку Яо которой он его гладил и посмотрел на него -Дядя Яо… -Да? Что такое А-Лин? Лин виновато смотрел в пол, стену, куда угодно, но не в глаза Яо. Ему было стыдно стыдно за себя. Он думал лишь одно «Лучше бы ты был дядей Цзяном и уже угрожал сломать мне ноги чем это всё... Было бы легче» Нов ответ повернулся и зажмурив глаза, обнял Яо так крепко как только мог. Мужчина понял всё без слов и тихо сказал: — А-Лин я не злюсь. Ты… — не говоря. Только что я не виноват! — перебил его мальчик и открывает глаза схватил дядю за плечи — виноват ещё и как! Я идиот, я не должен был так поступать, ты хотел как лучше, а я как всегда… Услышав это откровение от Жуланя, Гуань Яо прикрыл свои веки положив свою руку по верх его и как-то радостно, и даже искренне улыбнулся. Он не видел, но ощущал неловкое непонимание на лице младшего — Лин – выдохнув произнёс он— я рад что ты признал свою вину. Но я правда не сержусь, главное, что ты жив. Пойми одно, героем в момент не стать, но у тебя всё впереди. А насчёт ланей, пойми кое-что важное— Яо снова вздохнул — ты не они, на этом всё. Он открыл глаза глядя на младшего, тот уже сидел перед ним виновато опустив взгляд куда-то в пол. Погладив племянника пот голове Яо встал, и собрался уходить, когда Лин схватил того за руку — дядя прошу, если ты меня правда простил не говори нечего старшему дяде. Я боюсь, что эта новость для него и нас нечем хорошим не кончиться В ответ на просьбу послышался лишь вздох — Лин, прости, но письмо я написал ему ещё два часа назад Услышав это, глаза юноши округлились по пять копеек, и он лишь тих спросил — зачем? Почему? —явно напугано говорил он — он тоже тот, кто в ответе за тебя, и Цзян Чэн обязан знать. Я уверен он взрослый человек и всё поймёт, и ругать тебя уж точно не станет «Это ты так думаешь!»- подумал Лин, но озвучивать не стал, а лишь отпустил руку — я благодарен за понимание — кратно ответил Яо и потрепал по голове — как получу ответ я всё тебе скажу. Но вот с того момента прошли дни, а ответ не Яо, не Лин не получили. Юноша уже было думал, что Яо его лишь припугнул, или боги смиловались и письмо не дошло, а году был Яо по пути в пристань сожрал коршун. Но нет… В тот день молодой господин пошёл на прогулку по саду, ведь после травмы в пещере тренировки по указанию лекаря были под запретом. Лин выгуливал фею и рвал мелкие цветочки, и разрывал их на клочья думая о своём, и глядя куда-то в даль. Но в один миг очередная растительная жертва выпала из юных рук. Когда в дали показалось фиолетовое пятно на чёрном коне что стремительно приближалось по городу в главное обиталище клана Лань Лин Цзинь. «о нет. Он едет по нашу с дядей Яо души»— это было первое что подумал мальчик, сглотнув ком в горле.