From shadow to dawn

      Саша осторожно ступила на лёд, чувствуя его тонким лезвием конька. Подумать только - недавно совсем была одиночницей, на Олимпиаде прыжки нарезала как ненормальная, а теперь даже на ледовой площадке стоять боится. Слишком много воспоминаний и сразу.       Илья вышел следом - бледный совсем, испуганный даже. Каким-каким - а испуганным Саша его никогда не видела. Но он же тоже человек, правильно? Он пугаться может, и грустить, и злиться. Илья живой - и никакая не машина. Даже не Бог. Просто - смелый ребёнок, которому сломали крылья.       Недавно совершенно была на катке - с Малининым каталась, двойной сделала, а сейчас ноги разъезжаются, поняла девушка, когда отъехала чуть вперёд, на пробу выводя лезвием конька ледяные узоры. Проехала чуть дальше, разогналась - лезвие поехало в сторону, от чего Саша упала на лёд, ударившись копчиком.       " - Second place - Alexandra Trusova! - разнеслось над ареной, когда Саша подрагивающими, слабеющими ногами встала на вторую ступеньку пьедестала. Больно очень, страшно, сердце просто разрывается от подобного давления эмоций. Всё это бьёт через край, Саша тихо мычит себе под нос, но из себя пропускает только злость, которая медленно разливалась по венам, капиллярам, вливалась в сосуды, бурлила внутри. Старается не смотреть на Аню, которая запрыгнула на первое место - Саша старается не смотреть на ступень пьедестала выше. Надежд - никаких. Амбиций - ноль.       Саша вновь проиграла. Но не просто проиграла золото Олимпиады - Саша проиграла себя за этой дурацкой беготнёй за высшей планкой формы и четверными.       Сашу трясёт от злобы и отрицания какой-либо реальности. Это невозможно. Это грёбаный сон - сейчас всё закончится. И окажется ещё, что она вообще произвольную не катала...       - Саш, нам фотографироваться надо. Саш, Саша! - голос Щербаковой отзывается в животе холодом и бурящей ненавистью. То, былое тепло растоптано, словно и не было его вовсе.       Да и было ли оно вовсе? Ха. Хороший вопрос - своевременный главное.       Рыжая надевает на себя маску трясущимися руками, после чего направляется к месту фотографий - хоть где-то первая. Где-то за льдом - а в остальное место - пять корявых пальцев, показывающие фигу."       Губы Саши дрожат, она поднимается со льда, оттряхивая лосины от ледяной пыли. Главное сейчас - не позволять воли слезам, которые так и норовили хлынуть из глаз. Аж тошно.       Девушка вновь встала на коньки, несколько раз передвинула лезвия, отталкиваясь, но через секунду на повороте ноги вновь подвели её, от чего та вновь оказалась на льду, сильно ударившись бедром. Русые волосы неприятно липли к шее, что вновь служило напоминанием - теперь в фигурном катании она никто. Не Королева Квадов. Даже не Саша Трусова.       " - Этери Георгиевна, я не могу, - прошептала девушка, хватаясь за спину. Ноги ели держали рыжую, от чего приходилось согнуться чуть ли не пополам.       -Трусова, ты слышала меня? На короткую быстро! - громыхнула Тутберидзе, сведя брови в линию. Рыжая хныкла от боли как ребёнок, зажмурившись и поплелась в центр катка на прогон новой программы. От боли дышала через раз, казалось, ещё чуть-чуть, и всё - аут.       Первые ноты музыки добивали, полностью вдалбливали в лёд, заставляя чуть ли не сгибаться пополам от невыносимой боли в области поясницы.       Сашу ведёт из стороны в сторону, от чего та валится прямо на спину, тихо воя от боли. Потому что осознаёт, что не может.       -Да пошли вы к чёрту! - в сердцах выкрикивает Саша, с силой открывая бортик, и даже не надев чехлы уходит, еле двигая ногами, даже не взглянув на лёд."       Дыхание застряло где-то на уровне глотки, из-за чего Трусова вновь поднялась со льда, качая головой. У Ильи дело вроде как шло даже лучше - по крайней мере нормально держался на коньках, не падал. Саша подъехала к нему, протянув руку, за которую парень тут же схватился, мягко поглаживая большим пальцем ладонь. Губы приподнялись в нежной улыбке, когда та увлекла его за собой, будто предлагая раскатываться вместе.       Рука грело, отзываясь приятным теплом во всём теле. Саша вспоминала такую песню - Бояться лучше вместе. Интересно, сработает ли это в этом случае. Саша не просто боялась - Саша была не уверена, а это было ещё даже и страшнее чем просто боязнь чего-либо.       Но крепко сжатая ладонь в её все чувства прогоняла прочь. Давала лишь странное спокойствие.       С Ильёй - тепло. С Ильёй - хоть даже банк грабить.       - Это мои коньки. С Милана. - вдруг повернулся к ней лицом парень, прервав треск льда под лезвиями. Саша повернула голову, посмотрев в задумчивые глаза. - Прикинь, не сломались до сих пор.       - Лол, Илья. - чуть усмехнулась русая, ещё крепче сжимая чужую руку пальцами, словно показывая - смотри, держись за меня, это я, я рядом.       Я наконец-то здесь. И я не уйду.       - Малинин! Трусова! Сюда едьте! - крикнула Вера Анатольевна из-за бортика. - Раф, ну что, всё понятно мне кажется.       - Да. Понятно. - кивнул мужчина, скрестив руки на груди, прежде чем начать говорить, наконец посмотрев на дуэт. - Значит так, двое из ларца одинаковых с лица. Как я вижу, вы всё крайне серьёзно решили, окей. Слушайте меня сюда. Если вы хотите что-то кому-то доказать - то всё снова у вас начинается здесь. Заново. С чистого листа. Нет больше таких одиночников как Александра Трусова и Ильи Малинина, и тем более - нет ни Бога Квадов ни Королевы Квадов. Надеюсь это то вы понимаете. Если вы так решили - вы должны быть не просто как друзья - вы должны стать едины. Пара - это не просто покатались разошлись. Пара - это когда ты за неё, а ты за него. И если вы не доверяете друг-другу - ну... - Раф втянул воздух через нос, качнув головой. - Если вы согласны на это, то ваш новый путь начинается здесь и сейчас. Вы точно готовы?       Саша посмотрела Илье в глаза. Илья - посмотрел на неё, когда внутри всё застыло. Ага, конечно. Легко говорить. Очень легко. Готов ли ты на самом деле?       А правда.       Готов ли он?       А Саша?       Саша, чёрт возьми, готова?       - Да. Готова. - вдруг тихо сказала девушка, накрыв его руку второй. Илья вдруг ощутил ясное тепло, как оно медленно поднимается вверх, окрашивая оттенок в персиковый.       Он знал. Знал что должен был сказать.       Но в итоге лишь просто кивнул.       - Тогда начинаем. - довольно хлопнул в ладоши Арутюнян, в последний раз скользнув взглядом по паре.       И кажется, что всё даже и не так страшно.       Потому что их новая история начинается прямо сейчас.