Леденящие душу приключения Гэвина Рида

В этом мире есть мало вещей, которые не поддаются научному объяснению. Бермудский треугольник, таинственные исчезновения целых городов и народов, переживания клинической смерти и не только. Ричард наблюдал, как Гэвин перемешивает сахар в своей чашке, не касаясь при этом ложки, и все еще пребывал в смятении. Ну серьезно. Мозг отказывался воспринимать такую дикость, как сверхъестественные способности. Хотя в мире существовали люди, к которым приклеивались металлические предметы, о существовании Гэвина Рида, колдуна из Детройта, не знал никто, кроме его напарника, который во время редких демонстраций необычных возможностей впадал в прострацию и удивлялся как в первый раз. «Все чудесатее и чудесатее», — думал Ричард, ловя взгляд глаз напротив. Гэвин усмехался, продолжая незаметно для всех в маленькой кафешке недалеко от их участка перемешивать сахар. Они специально сели в самом углу, чтобы была возможность спокойно поговорить. Гэвин рассказывал о себе и своей жизни с удовольствием, будто давно ждал этого. Что кто-то заинтересуется им. Ричарду было немного совестно, так как его в первую очередь привлекло неизведанное, а уж потом сам Рид. С тех пор как он узнал его тайну, стало понятно, почему иногда его зеленые глаза принимают такие чудные оттенки. Они меняются, словно по настроению, и на это Ричард мог залипать очень долго. Как и на немного кривую ухмылку на тонких губах, на уже отросшую, наверное, мягкую на ощупь щетину. То, как Гэвин потирает шрам на переносице, когда нервничает. Что-то в нем было безумно привлекательное, неосязаемое, необычное. То, что не давало бояться этой магической стороны жизни, а, наоборот, притягивало, как магнит. Отношения в начале знакомства у них не ладились. Гэвин перевелся в Детройт из Арканзаса и по первому времени повергал в тихий культурный шок всех, с кем его угораздило столкнуться. Рид был маленьким стихийным бедствием, ураганом энергии и жажды деятельности, сносящим все на своем пути. Он умудрился сцепиться с Диазом на второй день работы. Ричард сам растаскивал их и потом отчитывал свалившегося как гром с небес на его голову сотрудника. Был послан далеким витиеватым маршрутом и чуть не вломил напарничку уже самолично. Они срабатывались постепенно. И как только Ричарду удалось отбросить предвзятость и оценить детективные таланты Рида, дело пошло на лад. Он был до раздражающего легким на подъем, никогда не отступал, заходя в тупик, мотивировал всех вокруг, и, даже несмотря на некоторые особенности его лексики, это помогало. Ричарду по жизни, видимо, не хватало вот такой мотивации. Проще говоря, ментального подзатыльника. На днях он побывал у Гэвина дома. Тогда Рид еще в дверях предупредил: — С котом осторожнее. Он не ручной, так что резких движений не делай. — Ты серьезно? — спросил Ричард, проходя следом за ним и осматриваясь. Здесь не было никакой колдовской атрибутики — обычное холостяцкое жилище. Довольно уютный дизайн в темно-синих тонах. Тяжелые шторы на окнах, огромная плазма с приставкой, валяющейся прямо на пушистом ковре. В целом, здесь было светло и прохладно. — Я в этом плане редко шучу, — ответил Гэвин, скидывая свою куртку и забирая у Ричарда пальто. — Он фамильяр и поначалу будет относиться к тебе настороженно. Но потом должен привыкнуть. Шу, это я! — позвал он, не наблюдая кота в зоне видимости. — Я не один. — Я ничего не знаю о фамильярах, — растерянно огляделся по сторонам Ричард. — Поясни, если не сложно. — Ну, они намного умнее обычных животных. Почти полностью понимают человеческую речь, даром что говорить не могут. Интеллект примерно на уровне десятилетнего ребенка. Фамильяр что-то вроде духа или сущности в облике животного. Кот выбежал к ним из другой комнаты. Довольно крупный, черной, как и говорил Гэвин, масти. — Здравствуй, Шу, — сказал Ричард, стараясь звучать как можно дружелюбнее. Кот моргнул ярко-желтыми глазами, коротко и низко мурлыкнув. — Ричард друг, — безапелляционно заявил Гэвин. — Прошу любить и не жаловаться. Кот сощурил умные глаза и пошел в сторону кухни, по-видимому, намекая, что друзей приличные колдуны обычно кормят и поят, как подобает хорошим хозяевам. — Он привыкнет, — ответил Гэвин на вопросительный взгляд Ричарда. И они, последовав примеру кота, устроились на кухне. Пока Гэвин соображал что-то съестное, напарник продолжил расспрашивать. — У фамильяров есть способности? Шу тем временем заскочил на столешницу, а с нее сделал еще прыжок, устраиваясь на плече хозяина и уже осматривая гостя с высоты слегка оценивающим и чуть презрительным взглядом. — Они могут усиливать способности к прорицанию и связь с потусторонним миром. Защищают дом и хозяина. Ричард невольно задумался, как в случае чего кот будет отбиваться, к примеру, от грабителей. — Ты и такое можешь? Гэвин поставил на стол две тарелки с макаронами, посыпанными тертым пармезаном, и усмехнулся, как-то особенно мягко. В контрасте с блеснувшими зеленью глазами выглядело до невозможности привлекательно. Ричард изо всех сил постарался не залипнуть. — Мы неплохо раскладываем таро, — подмигнул Рид, почесывая кота под горлом. — Прости, тебе, наверное, надоели вопросы, — смутился вдруг Ричард. — Ну, мной мало кто так интересовался, — ответил колдун, неловко потирая шрам на переносице. — Но, кажется, мне льстит такой интерес. Ричард улыбнулся, и Гэвин хотел сказать что-то еще, но Шу больно куснул его за ухо. — Ауч. Прости, дружище, сейчас и тебя покормим. А потом мы с тобой погадаем Ричарду, если он, конечно, захочет. Это прозвучало словно вызов. Глаза Рида снова хитро блеснули, и Ричард невольно подумал: «Ведьмак. Сейчас приворожит, и никуда я не денусь. Или уже приворожил». — И часто тебя просят это делать? — спросил Ричард, когда грязная посуда лежала в раковине, стол был расчищен, а Гэвин сидел напротив и деловито перетасовывал колоду. — Картишки раскинуть? Нет. Об этой стороне моей жизни почти никто не знает, — сложив колоду на стол и накрыв ее ладонью, Гэвин подозвал кота. — Уважаемый, будьте так любезны. Шу фыркнул и запрыгнул к нему на колени. — Так-то лучше. Карты в руках Рида были однозначно не новыми и, судя по потрепанным уголкам, использовались довольно часто. Ричард засмотрелся на его руки, которые на первый взгляд не были изящными, скорее наоборот. Но очень легко управлялись с колодой. Кот наконец удобно умостился на коленях, тихонько замурчав. — Что бы ты хотел узнать? Ричард пожал плечами, слегка теряясь. Он никогда не ходил к гадалкам, да и до встречи с Гэвином не верил в подобное, считая если не шарлатанством, то тонким знанием человеческой психологии. Но он своими глазами видел маленькие проявления способностей напарника. И теперь то, что с помощью карт можно получить ответы на свои вопросы, интриговало, вызывая легкую дрожь предвкушения. Гэвин привычно усмехался, так, что морщинки собирались возле глаз и появлялась ямочка на левой щеке, ожидая, когда Ричард определится. — Что ждет меня в будущем? — наконец-то спросил он. Вопрос был, конечно, банальным, но не о любви же спрашивать, честное слово. — Хорошо, — кивнул Рид, доставая из колоды первую карту и выкладывая ее на стол. Даже в перевернутом положении Ричард видел, что на ней изображено что-то вроде средневековой башни. — Эта карта означает, что в твоей жизни произойдут существенные перемены. Не могу сказать, хорошие или плохие, скорее всего, ты должен будешь сам решить, какими они в итоге будут. Ричард задумался. Перемены, если задуматься, уже произошли. Он сам захотел узнать о магической стороне жизни. Расспрашивал Рида о его способностях, о том, что существует помимо колдунов. И с каждым рассказом убеждался, что не смог бы оставить все как есть, один раз увидев. Любопытство сожрало бы его с потрохами рано или поздно. Следующие две карты Гэвин выложил одну за другой. Какое-то время всматривался, будто не зная, как подступиться к толкованию. Шу, словно почувствовав волнение хозяина, поднялся на задних лапах, передними упираясь в стол, и тоже взглянул на расклад. Это смотрелось так дико, потому что обычно котам было до лампочки, чем занимаются люди, а этот хотел принимать во всем непосредственное участие. Рид заговорил, все еще не отрывая взгляд от карт. — Дьявол и пять чаш. Ричард решил не шутить про то, что, возможно, он просто адски напьется в выходные. Гэвин был непривычно серьезен, и это немного нервировало. Карта с названием «Дьявол» априори не могла значить что-то хорошее. — Что-то произойдет, — сказал колдун, глядя Ричарду в глаза. — Что-то плохое. Я не чувствую угрозы прямо сейчас. Но карты говорят, что она ждет тебя в будущем. Это будет касаться конкретно тебя. Оно оставит в твоем сердце сильную печаль, возможно, горе или обиду. Гэвин говорил с паузами, будто нехотя. Карты не терпели лжи, а солгать сейчас хотелось очень сильно. Он не ожидал, что выпадет настолько странный расклад. — Я могу как-то избежать этого? — спросил Ричард, нервно облизывая губы. — Или все предрешено? — Неправильный вопрос, — покачал головой колдун. — Что поможет мне избежать этого? — тут же исправился Рич. Гэвин, не раздумывая, выложил следующую карту, они вместе с Шу переглянулись, и Ричарду показалось, что Рид выдохнул. — Маг. — Что это значит? — Что с тобой все будет хорошо, Ричи. Кот спрыгнул с колен, намекая, что сеанс окончен, и пора вознаградить его за помощь. Гэвин достал из холодильника еще мяса и положил в миску довольно заурчавшему помощнику. — Я немного не понял, — Ричард подошел, наблюдая, как кот уминает лакомство. — Опасность мне не грозит? — Пойми, трактовка карт подчиняется неким законам, но местами вольная. Не нужно принимать каждое мое слово за чистую монету. — Бывало ли так, что твои предсказания не сбывались? — Конечно. Я же тебе не оракул. Они допили чай, обсуждая последние дела и планировал завтрашний день. Нужно было опросить нескольких свидетелей, и Ричард составлял наиболее выгодный маршрут с учетом городских пробок. Мысли о картах не покидали его весь оставшийся вечер. Значит, маг должен стать его спасением от бед, так получается? Сидящий на подоконнике Шу обернулся и заговорщицки подмигнул.