kiss away the past

«— С вами, ребят, все будет в порядке, — заверяет их Чонин по пути в квартиру Феликса, Чана и Чанбина. — То, что тебе нравится Чанни-хен, не означает, что тебе нужно что-то с этим делать, когда ты его видишь. И у вас с Хенджином тоже все будет хорошо, — добавляет он, оглядываясь через плечо на Джисона. — Поверь мне.

Джисон не сильно уверен насчет этого. Узел нервов в нем сжимается от злобы, готовый выдавить содержимое его желудка обратно.»

▶ СЕЙЧАС       Как только Джисон перестает реветь в кошачьем кафе и им с Минхо становится немного лучше, их пути расходятся. Дождь давно утих, но ни у кого из них нет настроения возобновлять рождественские покупки, поэтому на сегодня они прекращают. Минхо, честно говоря, выглядит не слишком уверенным в себе, чтобы продолжать, так что Джисон не может винить его за это. Он тоже хочет немного побыть один, чтобы по-настоящему осмыслить все, что произошло.       Позже тем же вечером Минхо явно чувствует себя немного лучше, потому что он заходит в групповой чат безостановочной вечеринки, чтобы извиниться перед Чонином за то, что убежал раньше, а затем попросил его не идти за ним. Пока он этим занимается, он также, наконец, признается в своих отношениях с Санхуном — хотя Джисон замечает, что он умалчивает о том, насколько все было плохо на самом деле. Он не знает, то ли это потому, что Минхо все еще не хочет, чтобы Чонин знал все мельчайшие подробности в последней отчаянной попытке оградить его от худшего, то ли он просто сам не помнит подробностей, многое из них было вычеркнуто из его памяти за прошедший год. К настоящему времени Джисон начал подозревать, что это сочетание обоих.       В обмен на объяснения Минхо, Чонин рассказывает, что произошло в магазине после того, как они двое сбежали. Очевидно, Санхун не прекращал своих замечаний, даже когда их не было рядом, чтобы услышать. Когда он сказал что-то особенно вульгарное, Чанбин, наконец, сорвался и прямым ударом врезал ему в челюсть. Вероятно, он сделал бы больше, но прежде чем ситуация могла обостриться еще больше, вмешался охранник и попытался схватить Чанбина. Только быстрая сообразительность Чана убедила магазин не обращаться в полицию.       После того, как они все обсудили тему в групповом чате, Чонин направляется в квартиру Минхо, чтобы наконец увидеть его, вооруженный мороженым, подборками котиков и решимостью подбодрить его. Конечно, Джисон должен присоединиться к ним. Даже несмотря на то, что ему нужно было немного побыть одному после сегодняшнего разговора с Хенджином, он не может пропустить мороженого и кошек со своими лучшими друзьями. Это просто неправильно. Он засовывает ноги обратно в свои армейские ботинки и направляется прямо туда.       К счастью, вечер намного беззаботнее, чем события дня. Джисон не мог бы и мечтать о более совершенной терапии, чтобы завершить ночь. Или о лучших друзьях.       К тому времени, как Минхо добирается до квартиры, он уже приступил к приготовлению ужина. Чонин с ним на кухне и делает все возможное, чтобы помочь, пока мороженое, которое он принес, размораживается на столе, но, несмотря на благородные намерения, все знают, что Чонин и кухня если честно не… сочетаются вместе. Каким-то образом ему всегда удается вызвать новый уровень трагедии в любом месте, куда он попадает. В прошлом он включал пожарную сигнализацию. Несколько раз.       Чтобы избежать любой потенциальной беды, Джисон немедленно становится местным су-шефом. Ради всеобщей безопасности, это правильный выбор.       (Хотя, честно говоря, Джисон не так уж много делает в качестве шеф-повара, кроме как мешается с Чонином. Не то чтобы Минхо это волновало. Все, что он делает, это смеется над их выходками и брызгает водой им в лица.)       После того, как ужин был подан и съеден, Чонину удается уговорить их посмотреть Сумерки в миллионный раз...... На самом деле, все, что ему нужно сделать, это посмотреть на Минхо щенячьими глазами, и он тает в руках Чонина, соглашаясь со всем, что тот говорит.       Большая ошибка.       Всего через двадцать минут после начала фильма выражение лица Минхо такое, как у человека, который никогда не желал более быстрого возвращения в другую реальность, чем в этот момент. Честно говоря, Джисон поддерживает его. Он не может поверить, что они серьезно смотрят это. Единственный человек, которому нравится это дерьмовое шоу — Чонин, его глаза блестят, когда он остается прикованным к размытому синему экрану. Тем временем Джисон чувствует, как с каждой проходящей секундой у него опускаются глаза, даже на протяжении единственной приятной части фильма. Как только бейсбольная сцена завершается, он сдается и сразу же закрывает их.       Он, должно быть, заснул по-настоящему, потому что в следующий раз, когда он окажется в состоянии полусна, Минхо загонит его в свою постель. Он остается в сознании достаточно долго, чтобы подползти к Чонину, обхватить его дремлющую фигуру обеими руками, а затем снова проваливается в сон. Когда он снова просыпается, на следующее утро пахнет едой.       — О, прекрасно, — говорит Минхо, когда Джисон выходит из своей спальни. — Ты наконец-то проснулся. Это твое, — он кивает на тарелку, стоящую сбоку, с небольшой стопкой бутербродов для завтрака.       Джисон шаркает, чтобы сесть на один из барных стульев и сонно садится.       — Который час?       — Около одиннадцати утра, — отвечает Чонин, выглядя гораздо более бодрым, чем Джисон. — Кстати, прошлой ночью ты спал как убитый. Я проснулся в пять утра с чувством, что меня душат до смерти.       — Возможно, задушенный до смерти моей вечной любовью.       Чонин корчит ему рожу в ответ. Он поворачивается к Минхо, качая головой.       — Серьезно, хен. Тебе следовало просто оставить меня на диване на всю ночь, даже если бы из-за этого моя спина умерла. Все было бы лучше, чем иметь дело с ним.       Минхо улыбается, его губы лукаво изгибаются над кружкой кофе.       — Может быть, я тоже не хотел страдать из-за того, что спал рядом с Сонни.       — Эй! Прекрати придираться ко мне, когда я только что проснулся. Это незаконно!       — Это ты вторгся в мою квартиру, неудачник. Не делай этого, если не можешь справиться с последствиями.       — То, что я переночевал здесь, не означает, что у меня больше нет чувств, — Джисон снимает корочку с одного из своих сэндвичей и предлагает его Чонину, который начинает послушно жевать. — В любом случае, что у нас на повестке дня на сегодня, а? Мы собираемся покрасить город в красный цвет? Творим дичь, какими безрассудными и сумасшедшими парнями мы и являемся?       — Конечно, — Чонин складывает руки в два знака ‘rock on’ и сжимает зубы в неловкой гримасе. — Когда мы не сходим с ума? Хотя в этот раз нам придется лечь спать пораньше, потому что завтра у меня пара в девять утра, и мне правда нужно на нее пойти.       — Нужно быть сумасшедшим, но ответственным. Попался.       — Звучит очень дико, — комментирует Минхо, делая глоток кофе, а затем ставит кружку на стойку, наклоняясь, чтобы заглянуть в ее содержимое. Тем же небрежным тоном он добавляет:       — Думаю, сегодня я расскажу ребятам в групповом чате о Санхуне. Проясню ситуацию должным образом теперь, когда все немного успокоилось.       Он не смотрит на них, его спина напряжена, когда он ждет их мнения, несмотря на притворство, которое он пытается изобразить. Джисон бросает взгляд на Чонина, который пожимает плечами. Очевидно, для него это тоже новость.       — Звучит неплохо, — говорит Джисон. — Хотя не заставляй себя делать то, чего ты не хочешь.       — Я не буду, — говорит Минхо, и Джисон верит ему. — Сегодня я чувствую себя намного лучше. Не таким подавленным. И думаю, что я обязан перед всеми рассказать правду после того, как втянул вас всех в свои проблемы.       — Ты никого ни во что не втягивал, — протестует Джисон.       — Охрана пыталась вызвать полицию из-за Чанбина. Если бы не Чан, им бы пришлось пройти через это. Тем временем я плакался в кошку за пять улиц отсюда.       — Это был выбор Чанбина — ударить бывшего придурка, — говорит Чонин. — Не то чтобы ты заставлял его это делать. И единственная причина, по которой он был тем, кто ударил его, заключается в том, что он стоял ближе всех. Остальные из нас тоже были готовы замахнуться на Санхуна.       — Мне все равно не следовало убегать, — твердо говорит Минхо.       Четко видно, что он не передумает, по крайней мере, не прямо сейчас, поэтому они оставляют эту тему.       Он заканчивает тем, что объясняет все в энтузиастах баклажанов несколько часов спустя, после того как Джисон и Чонин уже покинули его квартиру. И хотя ему определенно нелегко это сделать, он доводит дело до конца. Он рассказывает о своем прошлом с Санхуноми о том, почему он сказал то, что сделал вчера в магазине, а также признается, почему ему нравится держать большинство людей на расстоянии в настоящие дни. Это демонстрация уязвимости, которую Джисон ожидает увидеть от Минхо. Он знает, что с другими парнями должно быть то же самое, но ни один из них так себя не ведет. Вместо этого Минхо получает поток заверений и поддержки, чего он, скорее всего, тоже не ожидает.       Это трогательное зрелище. Конечно, Джисон предпочел бы, чтобы они вчера не столкнулись с Санхуном. Для начала предпочел бы, чтобы он никогда ничего не делал Минхо; хотел бы, чтобы он был для них всех никем иным, как незнакомцем. Просто еще одним парнем на улице, мимо которого они могли бы пройти, даже не задумываясь дважды. Тем не менее, приятно видеть столько заботы о Минхо, даже если это происходит при таких обстоятельствах. В прошлом только Джисон поддерживал Минхо в этом вопросе. Теперь все остальные тоже истекают поддержкой, готовые поддерживать Минхо, как ему заблагорассудится.       Групповой чат уже изменился по сравнению с тем, с чего начинался, но Джисона не перестает удивлять, насколько многое изменилось с того первого набора сообщений. Конечно, все еще далеко от совершенства, но это намного лучше, чем большинство из них изначально опасались. Не всегда так казалось, но энтузиасты баклажанов принесли больше пользы, чем вреда, и не только Джисону. За это он благодарен.

✧︎✧︎✧︎

      Спустя, кажется, считанные секунды, наступают зимние каникулы, и Джисон возвращается в Гимпо, засовывая свой чемодан в захламленный угол своей детской спальни. Он подходит к двери, которая ведет на его крошечное подобие частного балкона, не для того, чтобы открыть ее, а для того, чтобы прижаться к стеклу. Кончик его носа прижимается к стеклу на уровне головы, придавая ему поросячий вид, а нижняя половина лица растягивается в улыбке с плотно сжатыми губами. Там он остается до тех пор, пока в доме прямо напротив него не происходит какое-то движение.       Мгновение спустя Минхо выходит на свой балкон, морщась от холода. Его пальцы ног в ползунках розовые, ярко выделяющиеся на фоне снега, которым покрыт пол. Он повышает голос достаточно громко, чтобы его было слышно даже через пропасть, разделяющую их дома, и через закрытые окна и балконную дверь Джисона.       — Неудачник!       Затем он делает быстрый снимок Джисона с поросячьей улыбкой и всем прочим, прежде чем броситься обратно в свою спальню с резким хихиканьем.       Джисон издает протестующий рев и готовится погнаться за ним. Их дома построены так близко друг к другу, что перила их балконов практически соприкасаются, настолько сильно, что даже боязнь высоты Джисона не может помешать ему преодолевать пропасть всякий раз, когда ему не терпится спуститься вниз и постучать в парадную дверь Ли, как подобает порядочному человеку. Он легко может подбежать, схватить Минхо и заставить его удалить фотографию.       Однако, прежде чем он успевает открыть балконную дверь, он застывает. Зная Минхо, он уже запер дверь в свою спальню и делает ставку на то, что Джисон не рассматривает возможность такого поступка. Это означает, что все, что Джисон сможет делать, это стоять на холоде и орать на него через стекло.       В спальне Минхо начинает дразнить его танцем, двигая бедрами из стороны в сторону и размахивая телефоном в воздухе. Экран разблокирован, чтобы отобразить уродливую фотографию Джисона. Нахмурившись, Джисон показывает ему язык в ответ.

сонни: ты серьезно ужасен, знаешь это, да? маленький дикий гоблин, похожий на человека я даже не преувеличиваю, когда говорю это

минхо: я сейчас 😏 [фото]

сонни: что за хуйня 😭

      Насколько Джисону нравится независимость жизни в университете, настолько он также ценит возвращение домой, где его родители могут любить его до безумия. Он не отрицает, что немного маменькин сынок, поэтому, как только он заканчивает препираться с Минхо через стекло и сообщениями, он подходит, чтобы побеспокоить ее, пока она готовит ужин. Она потакает его приставаниям, ущипнув его за щеку, как будто ему все еще пять лет, и утыкает его лицо в свою рубашку.       — Ты похудел, — говорит она, неодобрительно глядя на него. — В Сеуле закончилась еда или что? Почему ты там не ешь?       Она тычет костлявым пальцем в его плоский животик, и он взвизгивает, отскакивая назад. Он обхватывает двумя защищающими руками свой живот.       — Я ем! — не особенно полезно или в обычное время, но он все равно ест. Это не его вина, что он не налегает на еду. Приняв ласковый тон, Джисон крадется обратно к своей матери. — Никто не готовит так хорошо, как ты, омма. Никто не может даже подойти настолько близко. Вот почему ничего из этого не остается.       Она закатывает глаза и равнодушно отворачивается к плите.       — Ты всегда придумаешь, что ответить, не так ли? Твои щеки-, — но когда он обнимает ее сзади, она поднимает ложку, которую держит в руке, чтобы дать ему попробовать, как готовится еда.       Верный форме, он громко стонет в знак одобрения.       — Это именно то, о чем я говорю! Кто вообще мог осмелиться воссоздать такое совершенство? Никто! Им и в голову не придет попытаться, потому что все они знают, что потерпят сокрушительную неудачу и лишь поставят себя в неловкое положение. Вау, я действительно так счастлив, что родился у матери, которая так талантлива во всем, что делает. Все, кого я знаю, должно быть, так завидуют мне за это.       Она раздраженно смеется.       — В таком случае, иди и накрой на стол для своей невероятно талантливой матери. Еда будет готова примерно через пять минут.       — Все для тебя, мам, — клянется он.       Поскольку его отец вернется с работы гораздо позже вечером, они сегодня только вдвоем. Джисон рассказывает своей маме истории об университете — во всяком случае, всеми подходящими, — поскольку прошло много времени с тех пор, как они виделись в последний раз, и им нужно многое наверстать. В свою очередь, она рассказывает ему о местных сплетнях. По-видимому, кто-то пытался ограбить мать Енхи на прошлой неделе, когда она возвращалась с вечера игры в бинго, и она ударила их по голове своей сумочкой с такой силой, что пряжка сломалась. Излишне говорить, что ограбление не увенчалось успехом. С тех пор на какаоталк существует групповой чат Соседский дозор, созданный всеми пожилыми людьми в сообществе, коллективно следит за любым подозрительным поведением. В целом, это звучит как стандартный день в Гимпо.       После ужина Джисон перепрыгивает с балкона, чтобы навестить кошек Минхо, после того как видит фотографию одной из них в твиттере. Прошло слишком много времени с тех пор, как он заставлял Дори отвергать его попытки полюбить его, и он надеется, что расстояние немного смягчит сердце кошки. Увы, это не так. Когда Джисон протягивает руку, чтобы Дори понюхала, его глаза расширяются от мольбы, младшая из детей Минхо просто смотрит на него каменным взглядом со своего места на комоде.       — Дори, пожалуйста, — умоляет Джисон, в его голосе слышится разочарованный скулеж. — Ты знаешь меня с тех пор, как тебя удочерили. Ты не можешь ненавидеть меня вечно! Рано или поздно что-то должно произойти!       — Все в порядке, Дори-я, — воркует Минхо, сидя на земле, скрестив ноги. Дуни растянулась у него на коленях, словно бедра Минхо — это трон, а Суни в его объятиях, страдающая от поцелуев Минхо. — Ты можешь ненавидеть Сонни столько, сколько захочешь. Аппа не возражает.       — Йа! Я буквально твой лучший друг! И, по сути, я еще и крестный отец Дори!       Он пожимает плечами.       — Это должно что-то значить для меня?       — Знаешь, я начинаю думать, что наши отношения немного односторонние, и, честно говоря, это немного ранит.       — Все еще ничего не значит для меня.       — Сука, — ругается он.       Джисону, возможно, и не удастся заставить Дори проявить к нему хоть какую-то привязанность (пока), но ему удается уговорить одного из своих хенов, который действительно заботится о нем, купить ему молочный коктейль через дорогу из Сеула. Это даже не сложно. В ту секунду, когда Чан отправляет сообщение энтузиастам баклажанов о том, как он может отправить их в дом Чонина, и все они понимают, что он относится к этому серьезно, он открывает предложение для всех остальных, кто онлайн. Таким образом, Джисон с радостью отправляет ссылку на лучшее десертное заведение в их районе. Это немного дороже — вероятно, поэтому Минхо ничего не заказывает для себя — но кошелек Джисона не пострадает, так что все в порядке. Если Чан готов заплатить за это, то кто такой Джисон, чтобы отказываться?       Точно.       — Я не могу поверить, что Чанни-хен действительно угощает нас всех молочными коктейлями, — взволнованно говорит он и проводит рукой по спине Суни. — На самом деле, я так давно ничего не пил. Вместо этого я всегда просто беру кофе.       — Он идиот, — отвечает Минхо. — Всегда тратит свои деньги на других людей, чтобы заставить их чувствовать себя лучше.       Несмотря на все его предполагаемое неодобрение, Минхо нечего сказать, когда приходит заказ, и он обнаруживает, что Чан пошел напролом и заказал ему еще и молочный коктейль — и попросил работников прислать написанную от руки записку с объяснением причины.       — Извините, что мне пришлось написать записку на этом, — говорит девушка-курьер, смущенно размахивая стикером в форме сердца. — Это все, что у меня было под рукой в магазине. Но ты все равно здесь.       Минхо осторожно принимает и свой напиток, и записку, каждый видимый дюйм его кожи порозовел. Улыбка на его губах, когда он смотрит на записку, такая маленькая и нежная, что Джисон не может удержаться от комментария, особенно когда он наклоняется, чтобы прочитать то, что Чан попросил их написать: ✓︎ ВЫПЕЙ ЭТО ✓︎ ИСКУПАЙСЯ В ЭТОМ ✓︎ УГРОЖАЙ УТОПИТЬ ДЖИСОНА В ЭТОМ ЧТО БЫ ЭТО НИ БЫЛО, Я НАДЕЮСЬ, НИЧЕГО СТРАШНОГО, ЧТО Я ВСЕ РАВНО ПРИНЕС ТЕБЕ МОЛОЧНЫЙ КОКТЕЙЛЬ. СОННИ СКАЗАЛ МНЕ, ЧТО ТЕБЕ НРАВИТСЯ ЭТОТ ВКУС. — ЧАН :)       — Блять. Я знал, что он закажет тебе молочный коктейль, так как он спросил меня об этом, но Чанни-хен ни за что не признался бы тебе в своей вечной любви в офигенном любовном письме.       Минхо, не теряя времени, бьет его по предплечью с такой силой, что утром точно останется синяк.       — Заткнись, — шипит он, его уши теперь ярко-красные. — Это не любовное письмо, это просто записка, которую он отправил вместе с заказом.       — Ага. Записка, написанная на розовом сердечке любви.       — Это потому, что в магазине не было ничего другого, на чем это можно было бы написать!       — Забавно, как звезды сошлись, чтобы это произошло, — говорит Джисон. Хихикая, он отскакивает в сторону от поднятого кулака Минхо, прежде чем синяк, образовавшийся на его руке, становится двойным. Он кричит:       — Чем скорее ты перестанешь отрицать это, тем легче тебе будет, хен!       — Хочешь знать, что для меня будет легче? — спрашивает Минхо, кладя записку и молочный коктейль на кофейный столик. Он закатывает рукава рубашки, его губы кривятся во что-то гораздо более угрожающее, чем то, что он адресовал записке ранее. — Избивать тебя так сильно, что всю оставшуюся свою жизнь ты увидишь только звезды.       Все еще смеясь, Джисон бежит, спасая свою жизнь.

✧︎✧︎✧︎

      К сожалению, зимние каникулы — это не только горячие домашние блюда и молочные коктейли, купленные Чаном. Хотя Джисон откладывает все так долго, как только может, слишком занятой, играя в видеоигры с Феликсом или просматривая National Geographic в своей постели, в конце концов, он должен начать готовиться к экзаменам за первый семестр. Ему нужно сочинять композиции, готовиться к экзаменам и запихивать знания обратно в голову, потому что он отключил все это на своих лекциях, когда не должен был. Это очень утомительная работа.       Каждое утро в Гимпо выпадает свежий снежный покров, будто погода насмехается над ним из-за того, что он не может насладиться этим должным образом. Он проводит больше времени, чем следовало, любуясь им из окна своей спальни, желая просто выйти на улицу и пошалить. В одном из немногих случаев, когда он это делает, Чонин присоединяется к нему и толкает его на спину, чтобы попытаться скатать из него снеговика. Это не очень успешно. Все, что получает Джисон, это полный рот и нос снега; удивительно, что он не прикован к постели простудой на несколько дней после этого.       В остальном это просто учеба, учеба, учеба. Иногда перемешивается с сольными репетициями его частей предстоящего выступления 3RACHA в Девятом округе, поскольку он полон решимости отшлифовать его настолько, насколько это возможно.       Как бы ни было приятно вернуться домой, это также немного скучно, если честно. Он любит свой район, но здесь намного тише, чем в Сеуле, к быстро меняющемуся образу жизни, к которому он привык. Единственное, что оживляет жизнь — это день, когда Чан наконец признает, что ему романтически нравится Минхо в групповом чате 3RACHA — и даже тогда, не похоже, что Джисон может точно сказать кому-либо поделиться хорошими новостями.       (Хотя это не мешает ему сходить с ума, когда он видит сообщение.)       С положительной стороны, возвращение домой дает ему забавный способ взглянуть на вещи другими глазами. Этот семестр был насыщен событиями, полон всевозможных эмоциональных американских горок. Хотя все это уже позади, возвращение в Гимпо означает, что он может отстраниться от ситуации настолько, чтобы пересмотреть в точности то, что произошло, и разговоры, которые у него были по этому поводу, особенно сообщения, которыми он обменялся с Хенджином в кошачьем кафе. В сочетании с его отвратительной привычкой прокрастинировать это означает, что он тратит много времени на размышления о том, что пошло не так, а также о том, как обстоят дела сейчас и что он может сделать, чтобы они оставались лучше.       В конце концов, приближается Рождество, а с ним и обещание чего-то более захватывающего, чем внутренние размышления. Сегодня вечером они все собираются на видеозвонок для Тайного Санты, и Джисон, ну, в восторге. Посылка для него уже прибыла, ее можно открыть на глазах у остальных ребят, и он точно знает, что его подарок для Феликса уже с ним в Сеуле. Это будет здорово.       Тем временем он вручает подарки своим родителям за кухонным столом во время завтрака.       — Хм, интересно, что бы это могло быть, — игриво говорит его отец, прижимая конверт, наспех наклеенный Джисоном, к уху и встряхивая его.       — Аппа, — жалуется Джисон. — Не смейся надо мной, я много думал об этом.       Его отец ухмыляется.       — Я уверен, что ты так и сделал, сынок.       Как всегда, Джисон подарил подарочные карты обоим своим родителям. Взамен он получил свой обычный денежный подарок в конверте, таком же, как тот, который он вручил им. Как он уже говорил раньше, Рождество не имеет большого значения в их семье. Его родители в основном рассматривают праздник как перерыв в рабочей неделе, поэтому, кроме специального завтрака и обычного обмена подарками, на повестке дня на сегодня нет никаких официальных планов.       Тем не менее, он шаркает в гостиную, чтобы посидеть с ними, пока они смотрят телевизор, полагая, что он мог бы также провести часть дня со своей семьей во имя праздничного настроения, даже если он сам не обращает никакого внимания на экран. Тем временем он заходит в твиттер. сон @itshannie ･ 5m только что понял, что Санта должен работать в свой день рождения, о нет, это так грустно 🥲       •︎ феликс @yongbokamer ･ 5m        он делает для нас так много 😔✊🏾        ↓︎        сон @itshannie ･ 4m        и все, что он просит взамен, это стакан молока и немного печенья, как скромно с его стороны 😩 минхо @mingo ･ 4m я, например, думаю, что Санта заслуживает того, чтобы поработать в свой день рождения минхо @mingo ･ 4m он вообще не дает своим работникам НИКАКИХ оплачиваемых отпусков и они просто вкалывают до изнеможения, а затем он отправляется на свою маленькую веселую прогулку со своими оленями, чтобы присвоить себе все заслуги. чонин @iyenie ･ 3m минхо снова спорит о капитализме на твиттере       •︎ минхо @mingo ･ 2m и что в этом такого бан чан @channiesroom ･ 2m не собираюсь лгать, но Минхо прав 😬 я предлагаю его выслушать       •︎ минхо @mingo ･ 2m боже, даже не заставляй меня начинать, я могу продолжать весь день ↓︎        бан чан @channiesroom ･ 1m        у меня есть время :)       Джисон не может удержаться, чтобы не закатить глаза, как только читает твит Чана. Теперь, когда он подтвердил свои чувства к Минхо, они стали отчетливо проявляться в каждом взаимодействии Чана с ним. Конечно, они были очевидны еще до того, как он признался, но серьезно. Для того, кто утверждает, что не собирается предпринимать никаких действий, пока Минхо этого не сделает, он даже не пытается скрыть свои чувства.       Очевидно, что все остальные думают в том же направлении. бин @seochangbin_ ･ 1m они такие очевидные лузеры феликс @yongbokamer ･ 1m если это о том, о ком, я думаю, то здесь трудно согласиться хенджин @itshyunie ･ 56s мы снова говорим о мангомайт минхо @mingo ･ 30s лучше бы это не было кодовым словом для меня и Чана       ┊︎хенджин @itshyunie ･ 1m       ┊︎мы снова говорим о мангомайт хенджин @itshyunie ･ 10s нет, конечно, нет!!! пожалуйста, не делай мне больно [фото] чонин @iyenie ･ 10s а что, если так 😤       Честно говоря, Джисон тоже в замешательстве. Он впервые слышит такой термин — и как самопровозглашенный капитан этого шипа, по крайней мере, судя по многочисленным обсуждениям, которые у него были по этому поводу с Феликсом, это о чем-то говорит.       Оказывается, что этот термин появился после одного из многочисленных разговоров Минхо и Чана в групповом чате. Поскольку все они в то время тусовались вместе, Чонин, Хенджин, Сынмин и Феликс в итоге лично обсудили ситуацию с Минхо и Чаном, а затем создали кодовое имя, чтобы иметь удобный способ ссылаться на них двоих. Каким-то образом их объединенная интеллектуальная мощь использовала самопровозглашенное Минхо прозвище Минго и тот факт, что Чан австралиец, чтобы придумать один-единственный ‘мангомайт’.       Или, как выразился Чонин: чонин @iyenie ･ 1m минго = манго чан= австралиец = веджимайт манго + веджимайт= мангомайт       Ну что ж. Джисон, допустим, впечатлен. Он так и говорит Чонину в их групповом чате, хотя Минхо гораздо менее одобряет это и обещает вырвать зубы Чонина изо рта, чтобы всю оставшуюся жизнь тот мог есть только манго и веджимайт. Джисон фыркает, когда звучит угроза; действительно, никогда не бывает скучно, когда дело касается его друзей.

nonstop trot party (3)

я: в любом случае теперь, когда мы все онлайн, почему бы нам не проникнуться духом Рождества и не принять несколько решений

инни ♡: это происходит на новый год, тупица

я: да, но я крутой, необычный и оригинальный

минхо: эхх, это достаточно близко, на самом деле у меня нет никакого плана

я: серьезно? никаких целей или еще чего-нибудь?

минхо: защитить мою диссертацию и получить степень

я: допустим, но как насчет эмоциональных целей

минхо: собираемся ли мы взяться за руки и поговорить о наших чувствах 🥺

я: ты раздражаешь!

инни ♡: у меня тоже на самом деле нет никаких целей нет, подожди, это ложь, я вроде как хочу найти новое хобби что-нибудь творческое

я: и ты так и сделаешь 😤😤😤 я решил, что на следующий год у меня не будет парней

инни ♡: в этом году у тебя тоже не было парня, что ты хочешь этим сказать

я: ну, да, их не было но в глубине души у меня все еще были парни и я устал позволять этому влиять на меня

поэтому я хочу просто сосредоточиться на себе в следующем году, например, делать что-то для себя и только для себя это звучит так эгоистично, когда я так говорю, лмаоо

минхо: я думаю ты имеешь в виду любовь к себе

я: да

      Все эти проволочки в форме самоанализа, которые Джисон делал во время перерыва, привели его к выводу, к которому он шел долгое время. Как бы сильно он ни заботился о Чанбине — а он действительно заботится о нем, гораздо больше, чем ему нравится признавать, — пришло время избавиться от этих чувств раз и навсегда. Это будет нелегко, поскольку у Джисона есть отвратительная привычка цепляться за людей, которые для него важны, даже когда это приносит ему больше вреда, чем пользы, но приходит время, когда нужно подвести черту. Это увлечение длилось достаточно долго.       Он знает, что это легче сказать, чем сделать. Чанбин нравится ему более или менее с момента их встречи. В некотором смысле, он не знает, как не любить Чанбина. Но единственное, что делают эти чувства, это все усложняют — и к настоящему времени Джисон устал от сложностей.       Конечно, у этого есть и другая сторона. Не та часть, которая касается привязанностей Джисона к Чанбину, но в большей степени то, как он их усвоил. Чем больше он оглядывается на прошедший семестр — а также на годы, которые ему предшествовали, — тем больше для него становится очевидным, что у него действительно есть проблема, которую нужно решить. Точно так же, как Хенджину нужно работать над своими проблемами с ревностью, Джисону нужно работать над тем фактом, что он возлагает большую часть своей самооценки на людей, которые ему нравятся. Он сделал это с Хенджином, и он сделал это снова с Чанбином, даже если он никогда не осознавал, что сделал, до недавнего времени. Это нужно прекратить.       Отсюда его новое решение стать 'без парней'. С этого момента Джисон хочет опустить голову и работать над улучшением себя, не принимая во внимание свои чувства к кому-либо. Может, Рождество и не имеет для него большого значения, но, похоже, это самое подходящее время для начала.

✧︎✧︎✧︎      

      Последнее изображение, которое Джисон видит с неровным лицом Феликса на экране, прежде чем Wi-Fi полностью отключается — это изображение опустошения.       С того момента, как все они подключились к своим ноутбукам для группового видеозвонка, что-то пошло не так: у Чанбина запаздывает соединение за другими, затем скайп Сынмина неоднократно вылетает с видеозвонка, затем Чан не может видеть ничего, кроме черного экрана. Каким-то образом им удалось пройти три презентации подарков, несмотря на технические проблемы. Чан представил свой альбом Эда Ширана с благоговейным вздохом, на его лице читался неподдельный восторг, а Хенджин развернул газету, которой был обернут большой пакет, чтобы показать набор для изготовления браслетов. Затем он закричал, что искал это уже несколько месяцев, откуда они узнали? Именно тогда, когда Джисон подносит свой браслет-оберег к камере, Wi-Fi пропадает.       Что ж, все пошло не по плану. Он включает свой интернет и заходит в твиттер, чтобы посмотреть, что происходит, только чтобы обнаружить, что половина интернета жалуется на то, что Wi-Fi якобы не работает по всей стране. Это означает, что раскрытие Тайного Санты не может продолжаться.

eggplant enthusiasts 🍆 (8)

ликси 🍑: я собираюсь плакать хенджинни: все в порядке, Ликс, мы можем сыграть Тайного Санту завтра, если хочешь? ликси 🍑: но мы уже показали три подарка (╥﹏╥) минхо: почему бы нам не сфотографировать то, что у нас есть, а затем отправить их сюда таким образом, мы все равно сможем увидеть, что подарили другим ликси 🍑: ладно… (╥﹏╥)       С одобрения Феликса они приступают к пересмотренному плану. Это не то захватывающее и драматичное открытие, на которое он, вероятно, надеялся, но оно все равно может быть по-своему забавным, даже если они не смогут увидеть изменения в чьих-либо чертах лица, когда откроют свои подарки. Они справятся.       Изучив свой браслет-оберег, Джисон довольно быстро понимает, что Чанбин, должно быть, был его Тайным Сантой. К серебряной цепочке прикреплены четыре амулета: белка, кенгуру, свинья и затем чили. 3RACHA в форме амулета. Подарок практически кричит его имя. Джисон изучает украшения с широкой улыбкой. Вау. Это намного лучше, чем подарочная карта.

eggplant enthusiasts 🍆 (8)

я: Чанбин, ты вообще пытался скрыть, что это ты 😭

чанбин: эй, кто сказал, что это я а что, если это Чан

я: это ты называешь себя свиньей-кроликом

чанбин: дерьмо       Когда Чанбин признается, что купил подарок, а затем добавляет, что он хотел, чтобы это было что-то вроде талисмана на счастье всякий раз, когда Джисон выступает, действуя как напоминание о том, что у него всегда будет поддержка 3RACHA, у Джисона начинает перехватывать горло. Такие моменты, как этот, напоминают ему о том, почему он так сильно влюбился в Чанбина. Как бы им ни нравилось препираться, ему не все равно. Быть рядом с ним — все равно что погрузиться в надежные объятия.       Он проглатывает комок под кожей, а затем избавляется от чувства, которое ползет вверх по позвоночнику. Больше нет смысла потакать таким мыслям. Он принял решение, и ему нужно довести его до конца.

eggplant enthusiasts 🍆 (8)

сынмин: ладно, кто следующий Ликс? ликси 🍑: я могу пойти следующим ^_^ минхо: это было бы намного интереснее, если бы мы могли видеть, как ты открываешь подарок ликси 🍑: я знаю 😭😭       Черт возьми, он действительно хочет, чтобы интернет не отключался так скоро. Джисон ждал реакции Феликса на свой подарок с того момента, как понял, что собирается ему подарить — и теперь он даже не может на самом деле увидеть ее! Это несправедливо.       Покачивая ногой, он ждет ответа Феликса, затаив дыхание.       И затем…

eggplant enthusiasts 🍆 (8)

ликси 🍑: боже пиздец минхо: что 🙂 ликси 🍑: это Джисон, не так ли мой тайный Санта       Джисон начинает хихикать про себя под одеялом своей кровати.

eggplant enthusiasts 🍆 (8)

я: что заставляет тебя думать об этом 👀

ликси 🍑: [фото] ЭТА ПЛЮШЕВЫЙ ПЕРСИК, СВЯЗАННЫЙ КРЮЧКОМ 😭😭😭😭😭       Он разражается смехом. Персик, связанный крючком, такой же очаровательный, каким он его помнит, маленький и непритязательный, с двумя крошечными черными стежками, продетыми в V-образную форму для его рта. Для всех остальных это должно быть не более чем милой вещицей. Но они с Феликсом знают лучше.       Боже, он правда хотел бы увидеть, как Феликс открывает его лично. Он, должно быть, огорчен.

eggplant enthusiasts 🍆 (8)

минхо: подожди, я не понимаю, в чем значение персика ликси 🍑: НИ В ЧЕМ

я: забавно, что ты это говоришь

ликси 🍑: АБСОЛЮТНО НИЧЕГО ПЕРСИКИ — ПРОСТО МОЙ ЛЮБИМЫЙ ФРУКТ

я: один конкретный персик

ликси 🍑: ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ 😭😭😭😭 минхо: я так сбит с толку чан: то же самое очень милая плюшевая игрушка, я тоже хочу такую ликси 🍑: это действительно так 🥺 я собираюсь посадить Пенелопу на свой стол рядом с моим маленьким плюшевым Райаном <(︶)>

я: есть вторая часть, ты не понял

ликси 🍑: ооо, да, коробка сладостей? да, это очень вкусно

я: на сайте было написано, что это австралийские сладости, но я не знаю, так ли это, поэтому просто надеюсь на лучшее 🥴 я подумал, что ты, возможно, скучаешь по ним, раз уж ты здесь

ликси 🍑: спасибо, Сонни, мне это безумно нравится я съем их как следует 😤       Поскольку его подарок от Тайного Санты удался, то Джисон может быть спокоен. Он откидывается назад и наблюдает за остальными разоблачениями, предлагая свои комментарии всякий раз, когда ему это удобно.       Следующим представляет свой подарок Сынмин: книга по самопомощи, которая называется Тонкое искусство пофигизма. По скромному мнению Джисона, это очень подходящая книга для Сынмина. Хотя он не уверен, кто мог бы быть его Тайным Сантой. С другой стороны, нет необходимости гадать, когда дело дойдет до Чанбина. Когда наступает его очередь делиться подарками, Чанбин показывает, что у него вязаный брелок в форме головы кролика… а также фотография в рамке не кого иного, как Минхо.       За исключением того, что это не симпатичное селфи или даже отдаленно эстетичное. Это его фотография с фильтром свиньи из сноу.

eggplant enthusiasts 🍆 (8)

чанбин: [фото] ЗАЧЕМ 😭😭😭😭😭

я: Минхо, что за хуйня 😭😭

минхо: что ему нравятся свиньи

я: я искренне так встревожен

минхо: ладно инни ♡: не могу поверить, что твой подарок ему — это твое фото в рамке 😭😭 минхо: ну, он тот, кто продолжал просить показать лицо теперь он всегда может посмотреть на него ♥️ чанбин: ты так плохо ко мне относишься 😭 минхо: не похоже, что это единственный подарок, который я тебе приготовил       Чонин, к большому своему удовольствию, не получает тревожащую фотографию Минхо или кого-либо еще, если уж на то пошло. Вместо этого он получает коробку брауни, приготовленных Феликсом — он скрывал этот талант, Джисон даже не знал, что он умеет печь — и кольцо. Минхо тоже доволен своим подарком: ему подарили научно-популярную книгу об эмоциях животных, а также кучу индивидуальных наклеек с изображением Сони, Дуни и Дори. Он сразу же прикрепляет их на чехол для телефона, а затем фоткает себя напротив зеркала, с гордостью отправляя его в групповой чат. Наклейки выглядят великолепно. Кем бы ни был его Тайный Санта, он превзошел сам себя.       Оказывается, что его Тайный Санта — не кто иной, как сам Чан. Как бы Джисону ни нравилось шутить о том, что звезды продолжают выстраиваться в их пользу, подобные инциденты никак не дискредитируют теорию, особенно учитывая, насколько хороши подарки. Что-то в них, должно быть, разжигает огонь в Минхо, потому что через несколько часов после того, как их обмен подарками закончился и Джисон уже лег спать, его вытаскивает из сна признание Минхо, что, по его мнению, Чан все-таки может ему нравиться.       Или, скорее, он пишет Джисону в два часа ночи, говоря, что, по его мнению, у него внутренняя лихорадка, потому что по какой-то причине Чан заставляет его чувствовать тепло внутри. Ну… да. У Джисона нет слов для этого.       (По-видимому, это наклейки с кошками помогли ему понять. Джисону следовало знать.)

✧︎✧︎✧︎

      Зимние каникулы заканчиваются так же быстро, как и наступили, и Джисон собирает вещи, чтобы вернуться в Сеул на экзамены и до конца учебного года. Конечно, он возвращается немного раньше, чем нужно, поскольку экзамены не раньше, чем через две недели, но поскольку все остальные возвращаются в это время, Джисону нет смысла торчать в Гимпо одному. Кроме того, Чан и Феликс — и, соответственно, Чанбин — устраивают вечеринку для всех них в своей квартире, так что Джисону в любом случае нужно быть в Сеуле.       По мере приближения дня встречи Джисона начинает беспокоить еще один раздражающий набор нервов. Несмотря на то, что он находится в групповом чате с Хенджином и иногда даже говорит с ним напрямую по этому поводу, он все еще не видел его лично некоторое время и знает, что будет неловко, когда он это сделает. Намного проще быть вежливым через интернет, чем вести светскую беседу лично, и он не уверен, что готов к этой задаче. Даже когда, наконец, наступает этот день Х, он чувствует себя нехорошо.       С положительной стороны, он не одинок в таких чувствах. Теперь, когда Минхо признал свои чувства к Чану, у него также есть причина нервничать из–за того, что он снова увидит всех лично — и он нервничает. Конечно, Джисон не обязательно хочет, чтобы Минхо нервничал в присутствии их друзей. Просто немного успокаивает знать, что кто-то еще понимает, что он чувствует по поводу всего этого, вот и все.       — С вами, ребят, все будет в порядке, — заверяет их Чонин по пути в квартиру Феликса, Чана и Чанбина. — То, что тебе нравится Чанни-хен, не означает, что тебе нужно что-то с этим делать, когда ты его видишь. И у вас с Хенджином тоже все будет хорошо, — добавляет он, оглядываясь через плечо на Джисона. — Поверь мне.       Джисон не сильно уверен насчет этого. Узел нервов в нем сжимается от злобы, готовый выдавить содержимое его желудка обратно.       Минхо тоже обеспокоен. За исключением того, что вместо того, чтобы кипятиться в своей неуверенности, как Джисон, он выражает это в стиле Минхо.       — Я знаю, что мне не нужно ничего делать со своими чувствами, — говорит он, хмурясь и топая вверх по лестнице, словно многоквартирный дом причинил ему личное зло, — потому что я и не собирался. Но я, типа, совсем не готов к тому, чтобы снова вступать в отношения. Но что, если я увижу Чана, и его нос будет выглядеть великолепно, как всегда, а потом я случайно скажу ему, что хочу его укусить? Что мне делать потом?       — Пожалуйста, не пытайся укусить его за нос, — говорит Чонин с болью. — Это определенно будет странно.       — Не смей осуждать меня, сопляк. У него красивый нос, что еще мне остается делать?       — Только потому, что у него красивый нос, это не значит, что ты должен его кусать–       Приятно это или нет, но Минхо умудряется пережить новогоднюю вечеринку — как Феликс стал называть это, несмотря на то, что уже неделя января — не укусив Чана за нос и не сделав предложения сделать это. Однако он серьезно пребывает в полупостоянном влюбленном состоянии всякий раз, когда они рядом друг с другом, хотя никто не настолько глуп, чтобы комментировать это. Или о том факте, что Минхо бесконечно мягче с Чаном, чем с остальными, немного стесняется за углом, будто он на десять лет моложе, чем есть на самом деле.       Чудесным образом Джисону тоже удается пережить встречу. Да, даже несмотря на то, что нервы у него на пределе, что грозит отправить его в отделение неотложной помощи в любой момент. Хотя в некоторые моменты он сомневается, сделает ли это.       Поначалу все начинается нормально. Через несколько секунд после того, как он проходит через парадную дверь, Феликс бросается к нему с объятиями, обвивая руками его шею, уже немного навеселе от праздника.       — Сонни! — радостно говорит он. — Ты здесь!       — Я здесь, — подтверждает Джисон, обнимая его в ответ. — Давно не виделись, да? Приятно видеть тебя снова.       — Хорошо-хорошо, это прекрасно. Я тоже скучал по тебе. Я рад, что ты вернулся — теперь я наконец могу убить тебя за тот подарок Тайного Санты, который ты мне подарил.       Джисон высвобождается из их объятий со смехом.       — Что? — спрашивает он, ухмыляясь. — Ты хочешь сказать, что тебе не нравилась Пенелопа? Лично мне она показалась довольно милой.       — Она милая, — говорит Феликс. — Что не мило, так это то, что она олицетворяет. Я однажды сказал одну неверную вещь, и ты все еще не отпустил ее. Что тебе нужно, чтобы просто позволить мне жить спокойно?       — Я понятия не имею, о чем ты говоришь, — он склоняет голову набок и невинно моргает. — Я думал, что персики — твои любимые фрукты, поэтому я хотел подарить тебе что-нибудь, что напоминает тебе о них. Разве не это ты сказал в групповом чате?       Сердито глядя на него, Феликс тычет его в грудь маленьким пальцем, заявляя:       — Ты злой, и ты мне не нравишься.       Несмотря на свои слова, он все еще хватает Джисона за руку и ведет его к паре свободных мест за кухонным столом. К сожалению, места находятся прямо рядом с Хенджином и Чанбином, и это более или менее последнее место, где Джисон хочет быть сегодня вечером. Однако он не может заставить себя встать сразу, не тогда, когда Феликс, кажется, так рад видеть их всех здесь. Он жужжит о новогодней вечеринке в групповом чате с тех пор, как Чан предложил это. Джисон не собирается сейчас все это переступать.       Вот почему он подавляет все инстинкты, которые у него есть, чтобы убежать, и натягивает улыбку на лицо.       — Привет, ребята. Полагаю, с Новым годом.       Хенджин неуверенно улыбается ему в ответ.       — Привет, Джисон.       Его парень гораздо менее сдержан.       — Ах, Джисон-а! — Чанбин шумно восклицает. Он звучит как старик на вечере игры в бинго. — Именно тот человек, которого я искал! Мой лучший друг, мой соучастник преступлений, единственный, кому я могу доверять в этой комнате. Хенджинни и Ликс утверждали, что они лучше меня танцуют в женских группах, что, очевидно, чушь собачья, ты так не думаешь? Никто не лучше нас, когда дело доходит до хорошего танца. На данный момент я буквально десятый участник Twice.       — По сути, ты Момо, — соглашается Джисон.       — Точно! Эти дураки ничего не понимают.       Чтобы точно доказать, как многого они не знают, Чанбин приступает к постановке хореографии для Dance The Night Away. Он отлично справляется с задачей растопить лед, и довольно скоро Джисон напрочь забывает о нервах, которые терзали его до того, как он пришел сюда.       Они возвращаются к нему только некоторое время спустя, и только потому, что Чанбин стал приставать к Минхо. Поскольку Феликс уже ушел, чтобы с гордостью продемонстрировать свое новое оборудование асмр, а все остальные заняты тем, что подлизываются к нему, то это оставляет Джисона наедине с Хенджином.       Ну и пиздец.       Джисон впивается ногтями в подушку стула, на котором он сидит, задаваясь вопросом, как ему выкрутиться из этого положения, не оторвавшись, как последний придурок. Он как раз раздумывает, что лучше: уйти в туалет или просто броситься к микрофону Феликса, чтобы отыграться, когда Хенджин опережает его и заговаривает.       — Итак, — говорит он, и его голос звучит так же нервно, как и чувства Джисона внутри, — я слышал, что твоего отца недавно повысили на работе.       Джисон замирает. Он бросает взгляд на Хенджина, только чтобы обнаружить, что тот смотрит на свои ноги, словно они самые очаровательные вещи в мире.       — Э-э… д-да. Так и есть.       — О. Это… это круто. Я рад за твою семью.       — Спасибо.       — Не за что.       Между ними снова воцаряется тишина. На этот раз это кажется еще более неловким, чем раньше, потому что они уже немного поговорили, так что ожидание продолжения разговора тяжело ложится на их плечи. Джисон ерзает от дискомфорта.       — Как тогда твои родители? — он выпаливает, когда больше не может этого выносить. Голова Хенджина поворачивается, чтобы посмотреть на него с удивлением, но он продолжает, позволяя словам слетать с его губ в любом порядке, который они хотят, и надеясь на лучшее. — Последнее, что я слышал, то что в Гимпо распространился вирус, надеюсь, они его не подхватили.       — С ними все в порядке, — говорит Хенджин, слегка улыбаясь. — Они все еще ворчат на меня по поводу учебы, как всегда, но в остальном в порядке. Хотя Мама позвонила мне на днях просто для того, чтобы побеситься минут десять, потому что она поняла, что у нее теперь седые волосы.       — Уже? Но она так молода.       — Точно, — смеется он.       Постепенно они начинают немного расслабляться, переходя к другим безопасным темам, таким как экзамены и варьете, которое они оба любят смотреть. Хотя Джисон не сказал бы, что это самый стимулирующий разговор, который у него когда-либо был, все равно это намного лучше, чем он ожидает. С течением времени он начинает чувствовать себя все более и более комфортно, даже отпускает несколько дерьмовых шуток тут и там, на которые Хенджин реагирует тем же взрывом веселья, который он помнит. Это приятно.       В некотором смысле, кажется, что они почти возвращаются к динамике первых дней своей дружбы. В прошлое, когда они все еще неуверенно танцевали друг вокруг друга, но хотели укрепить свою хрупкую связь, осторожно прощупывая границы друг друга на случай, если они зайдут куда-то, куда не следовало. В целом, это не совсем плохо. Что… само собой разумеется, удивительно. Но и не нежелательно.       В какой-то момент Сынмин и Чонин переходят на другую сторону стола, вооруженные закусками, с которыми они отказываются делиться, как бы Джисон и Хенджин их ни умоляли.       — Ты можешь просить столько, сколько хочешь, я все равно ничего тебе не дам, — пренебрежительно говорит Чонин, прижимая медовые чипсы к груди. — Они мои, сука. Мои.       — Айэни, — уговаривает Джисон, соскальзывая со стула на колени, сложив руки вместе. — Пожалуйста. Если в твоем сердце есть хоть капля любви ко мне, ты поделишься со мной этими медовыми чипсами. У тебя уже есть моя вечная преданность. Теперь, пожалуйста. Дай мне одну, пока я не умер с голоду.       Чонин, не впечатленный, запихивает в рот еще один кусок священной закуски.       — Это должно было меня тронуть или что? Я видел лучшее.       — Неужели вечная преданность ничего для тебя не значит? — плачет он.       — Если честно, нет. Я же сказал тебе: эти медовые чипсы мои.       — На самом деле, — говорит Минхо, появляясь сразу за Чонином, казалось бы, из ниоткуда, — они мои.       С этими словами он вырывает пакет из рук Чонина и возвращается на свое место рядом с Чаном, оставляя Чонина и Джисона в шоке глазеть ему вслед. Позади них Хенджин начинает смеяться, частично от недоверия, частично от удовольствия.       Сынмин раздраженно качает головой.       — Вау. Некоторые вещи никогда не меняются, да?       Оглядываясь на людей рядом с ним сейчас, на лица, которые он никогда не думал, что увидит снова при таких спокойных обстоятельствах, Джисон склонен согласиться. На секунду ему почти показалось, что ему снова пятнадцать или шестнадцать, он сидит в спальне одного из своих друзей, когда они впятером отдыхают вместе после очередных выходных в молодежном клубе. Странно думать о том, насколько в наши дни все изменилось. Еще более странно осознавать, что может снова наступить день, когда их не будет.

✧︎✧︎✧︎

◀ ПЕРЕМОТКА       К тому времени, как они выходят из автобуса, Джисон измотан. В долгих поездках есть что-то такое, что проникает ему под кожу и в кости, боль пульсирует в конечностях. Он затуманено трет глаза, спотыкаясь в своих шлепанцах. Две руки обхватывают его за талию, прежде чем он успевает упасть и ободрать колени.       — Осторожно, — весело говорит Хенджин. — Ты же не хочешь попасть в больницу через три секунды после того, как мы приехали.       Джисон встает на ноги, ровно настолько, чтобы коснуться груди Хенджина. Руки на его талии ненадолго сжимаются, отчего ему становится тепло по всему телу. В небе над ними солнце делает все возможное, чтобы помочь.       — Я устал, — бормочет он.       — Кого волнует, что ты устал? — спрашивает Чонин, встревая в их разговор. Его волосы падают на лицо, так что виден только один глаз, сильно подведенный черной подводкой. Под этим он сияет, оба ряда зубов покрыты брекетами. — Пошли!       Джисон не знает, откуда у него столько энергии после двухчасовой утренней поездки, особенно с Чонином, одетым так, как он себя чувствует. Он постепенно выходит из той фазы мягкого гранжа, которая в последнее время загоняла его в тупик, только теперь он проскользнул в раздел интернета, где любят встречаться фанаты Ланы дель Рей, The Neighborhood и люди, которые романтизируют курение. Голливудский сэдкор или что бы это ни было. Все, что Джисон знает, это то, что, хотя на Чонине может быть меньше слоев одежды, чем обычно, все они черные. Не очень подходит для пляжа.       — Ты собираешься свариться до смерти?       — Возможно, — говорит он, пожимая плечами. — Но я буду отлично выглядеть, пока буду это делать, чего не могу сказать о тебе.       — Что не так с тем, что я ношу? — Джисон спрашивает, защищаясь. Такого рода вещи сейчас в моде. Всем нравится красивый принт с усами. — По крайней мере, моя футболка белая.       — Честно говоря, могло быть и хуже, — говорит Сынмин, поворачиваясь, чтобы обнять Чонина за плечо. От него тут же отмахиваются. — Ты мог бы надеть леггинсы с космосом от Минхо-хена.       В ответ Минхо поднимает одну ногу, одетую в космические леггинсы, и быстро с такой силой пинает Сынмина в зад, что тот валится на землю. Под его отвратительно большими солнцезащитными очками скрывается довольная улыбка.       — Что, блять, с тобой не так? — Сынмин стонет с земли.       Минхо игнорирует его, словно его здесь даже нет.       — Зачем мы здесь околачиваемся? Я пришел сюда не только для того, чтобы оставаться рядом с автобусной остановкой. Давайте спустимся к песку!       С Минхо они направляются к пляжу, ради которого проделали весь этот путь, поскальзываясь на песке и пытаясь найти место, которое, по их мнению, достаточно хорошо для разбивки лагеря. Пока они идут, рука Джисона оказывается в колыбели Хенджина, что хорошо или плохо, в зависимости от того, с какой стороны он на это смотрит. Хорошо, потому что он может держать Хенджина за руку; плохо, потому что Хенджин продолжает кричать и тащит его за собой всякий раз, когда поскальзывается (что случается часто).       Даже несмотря на то, что его руку выворачивают каждые три секунды, Джисон чувствует, как возбуждение, с которым он проснулся этим утром, быстро вновь заражает его и прогоняет паутину сна от поездки в автобусе. Это первая настоящая поездка их группы друзей в новое место; обычно они просто тусуются друг у друга дома, или в торговом центре после школы, или в молодежном клубе. Иногда кажется, что их дружба ограничивается групповым чатом, в котором они все есть. Но в эти выходные они бросили вызов всему миру и уехали из Гимпо, готовые к пляжному приключению.       — Здесь выглядит неплохо, — решает Минхо, останавливаясь на случайном пятачке песка. Это не слишком близко к другим людям на пляже и не слишком далеко от моря, и песок здесь не мокрый под их ногами. — Давайте все подготовим.       Они сделали все возможное для поездки на пляж, захватив с собой закуски, сэндвичи и одеяла. Чонин даже захватил с собой зонтик, чтобы воткнуть его в песок, чтобы ему было прохладно в тени и он мог присоединиться к веселью (хотя Джисон не уверен, насколько он защитит от жары, поскольку он, как и одежда Чонина, тоже черного цвета, и большая часть его состоит из декоративного кружева). Сынмин пользуется солнцезащитным кремом — даже сейчас он наносит свежий слой на свои руки, бросая на них настороженный взгляд на солнце над ними, — а Джисон захватил с собой пляжный мяч, чтобы они могли поиграть в волейбол на берегу моря, как это делают все крутые ребята в фильмах для подростков.       — Давайте пойдем и сфотографируемся на берегу моря, — нетерпеливо говорит Хенджин, подпрыгивая на носках, пока остальные подтягивают уголки своих одеял сумками, чтобы их не унесло ветром. — Мы все еще сможем увидеть оттуда наши вещи, так что ничего страшного, если мы пойдем все вместе.       Джисон выпрямляется со своего места.       — Что ж, в таком случае… наперегонки!       Он срывается с места, даже не закончив предложение. Позади него Хенджин издает крик возмущения, а затем гонится за ним, тяжело дыша, изо всех сил пытаясь догнать. Может, у него и длинные ноги, но Джисон быстрее и не такой неуклюжий на песке, поэтому он вбегает в воду на несколько секунд раньше Хенджина.       Море холоднее, чем он ожидает. Джисон визжит, инстинктивно подпрыгивая на ногах от неожиданности. Он снова визжит, когда Хенджин сталкивается с ним спиной, также с потрясенным криком от падения температуры; затем визг переходит в смех от того, как Хенджин обхватывает Джисона за талию и поднимает его, заставляя подошвы его ног скользить по волнам под ними, когда он кружит Джисона. Мгновение спустя он ставит Джисона обратно на ноги, хихикая.       — Поймал тебя, — говорит Хенджин, его глаза превратились в полумесяцы от силы его улыбки.       Джисон наклоняет голову, чтобы посмотреть на него, его сердце колотится в груди.       — Конечно, ты так и сделал.       И не только одним способом, хотя Хенджину не обязательно это знать.       Момент прерывается, когда Сынмин врезается в них, крича так, словно бежит в бой. Позади него Минхо выглядит таким же маниакальным, когда ковыляет вразвалку, Чонин плетется сзади, потому что он слишком крут, чтобы бегать. Как только они все оказываются в море, пятеро из них быстро вступают в битву, каждый сам за себя, делая все возможное, чтобы облить водой всех остальных вокруг себя и утопить своих противников в волнах. Воздух наполняется их криками и звуком плеска.       Только намного позже, когда у них волосы пропитаны солью, а одежда промокла насквозь, они вспоминают, зачем вообще побежали к морю. Когда они наконец делают групповой снимок, который Хенджин хотел запечатлеть на память, начинается прилив, и Хенджин, который явно недостаточно прочно уперся ногами в морское дно, опрокидывается как раз в тот момент, когда срабатывает затвор. Они оглядываются на фотографию и обнаруживают, что он запечатлен не более чем испуганным пятном.       — Я не был готов! — кричит он, когда все они рушатся от смеха. — Попробуем еще раз!       На самом деле не имеет значения, сколько последующих снимков они сделают; первое изображение все еще хранится в качестве картинки для их группового чата в течение нескольких месяцев после этого. К чести, Хенджин даже не злится. Это действительно веселый кадр.