Похороненный под Саркофагом

Регион — Внешнее Кольцо Сектор — Чоммель Система — Набу Планета — Набу Северо-западный горный массив Глубины расщелины

      Сион ждал.              Несколько секунд, растянувшихся в маленькую вечность. Кайл же, находясь напротив него, чувствовал, как воздух в пещере стал плотным, словно перед грозой, и в этом воздухе висело ожидание. Сион смотрел на него — не как на врага, не как на жертву, а... как на загадку. Загадку, которую небходимо разгадать. И это было хуже всего.       — Ты не отвечаешь, — произнёс Сион, вглядываясь в не по детски холодные глаза находящегося перед ним юнлинга. Его голос звучал всё так же спокойно, но Кайл уловил в нём нотку раздражения — тонкую, едва заметную, как трещина в камне. — Я спросил тебя, юнлинг: чем ты ударил его?       Кайл молчал, даже дышать стал пару раз в минуту. Его разум работал на пределе, перебирая варианты, отбрасывая те, что вели к немедленной смерти, и цепляясь за те, что давали хотя бы крохотный шанс. Шанс если и не выжить, то воткнуть меч в черепную коробку надменного сукина сына, стоящего перед ним и уже решающего ЕГО судьбу.       «Он не нападает. Почему? Мог бы уже убить. Мог бы сломать меня, как это нечто позади нас. Но он ждёт ответа, значит - ему интересно, а его интерес — это наше время. Время — на то, чтобы сохранить жизнь».       — Твой меч изменил цвет, — продолжил Сион. Он чуть склонил голову набок, и в этом жесте Кайлу почудилось что-то птичье — хищное, изучающее. — На малую долю секунды, но я успел заметить. Так не бывает с обычными кристаллами. Так бывает, когда через клинок проходит нечто, чего обычный мир не знает. — Он сделал шаг вперёд. — Я чувствую это в тебе. Чужое. Не принадлежащее Силе или хоть чему-либо существующему в этой галактике. То, чего не было здесь и нигде одновременно, пока я не вышел из вечного сна.       Кайл сжал рукоять меча. «Компас» внутри него вибрировал, «Сердце Оазиса» разгоняло кровь. Артефакты чувствовали угрозу и готовились защищать носителя.       — Я совершенно не понимаю, о чём вы говорите, — произнёс он. Голос прозвучал ровно, без дрожи.       Сион улыбнулся. Жутко. Одной стороной рта.       — Лжёшь. — Он произнёс это без злобы, почти одобрительно. — Ты лжёшь мне в лицо, юнлинг, хотя знаешь, кто я. Врёшь, не смотря на то, что пред тобой и твоим учителем стоит твой палач, тот, кто мановением руки может низвести тебя до атомов. - Дарт отслеживал реакцию, ждал чего-то, что не смог получить, из-за чего с прищуром взглянул на юношу поближе и продолжил. - Или догадываешься. Это смелость. Или глупость. — Он сделал ещё один шаг. — Но я не люблю, когда меня держат за дурака.       Он больше не ждал.       Сион повернулся к телу Плора, чьё лицо было грязным из-за крови и комьев пыли, прилипших к нему, лежащему в инее, и небрежно, почти лениво взмахнул рукой. Дурос взмыл в воздух, подхваченный телекинезом — безвольный, с запрокинутой головой. Плащ повис, как сломанные крылья.       — Твой учитель, — произнёс Сион. — Сильный. Я чувствую его волю даже сейчас, когда он без сознания. Он подставил себя под удар, чтобы защитить тебя. Это вызывает уважение. — Он развернул Плора лицом к Кайлу. — Но уважение не спасёт его, если ты продолжишь молчать.       Кайл стиснул зубы. Он знал, что Сион блефует — пока блефует, — но это не делало ситуацию менее опасной.       — Отпустите его, — произнёс он. — Он вам не нужен. Вы пришли за тем же, за чем и мы, этим... Экспериментом Силы.       — Верно, — согласился Сион. — Я пришёл за существом. Но ты — неожиданность. А неожиданности нужно изучать, ведь никто не хочет, чтобы она всегда оставалась такой.       Он поднял вторую руку, и Кайл почувствовал, как невидимая сила обхватила его торс. Рывок — и он повис в воздухе, беспомощный, как пойманная рыба. Световой меч выскользнул из пальцев и упал в иней.       Но не сразу. На пол секунды позже, чем следовало. Телекинез Сиона встретил сопротивление — не физическое, но какое-то иное, глухое, словно Кайл был тяжелее, чем должен был быть. Сион нахмурился. Почти незаметно.       — Интересно, — пробормотал он. — Ты сопротивляешься. Не осознанно — на уровне сути. То, что внутри тебя, не хочет подчиняться. Даже мне.       Он мог бы надавить сильнее — но не стал. Слишком много неизвестных. Слишком близко джедаи. Он до сих пор был ослаблен после воскрешения и не мог тратить драгоценное время на любопытство сейчас, это было бы глупо.       Он подтянул Кайла ближе, и юнлинг увидел его глаза вблизи. Тёмные. Спокойные. Усталые. Но в их глубине горел холодный, расчётливый интерес исследователя, обнаружившего новый вид.       — Я предлагаю тебе выбор, юнлинг. — Голос Сиона стал тише, но от этого не менее опасным. — Ты расскажешь мне, что ты такое и как тебе удалось ранить то, что не ранит световой меч. А я, в обмен, сохраню жизнь твоему учителю. И тебе.       Он чуть повернул голову в сторону Мозга, который всё ещё пульсировал, сжавшись до половины прежнего размера.       — Существо я заберу, оно моё по праву сильного. Пускай и в порыве дурости попыталось подчинить меня, но за это оно будет служить. Но вы… вы можете уйти. Если ответишь.       Кайл молчал. «Компас» внутри него выл, «Сердце Оазиса» разгоняло кровь до предела, и где-то на границе сознания он чувствовал, как его собственная Сила — та, что была в нём до артефактов, та, что делала его джедаем, — тянется к учителю, пытаясь то ли защитить, то ли исцелить.       — Вы не оставите нас в живых, — произнёс он. — Вы ситх. Ситхи не оставляют свидетелей.       — Я Дарт Сион, — поправил его человек. — Я не «ситх». Я — Владыка Боли. И я держу слово. Всегда.       Он усмехнулся.       — Кроме тех случаев, когда не держу.       Он подтянул Кайла ещё ближе, так что их лица разделяло не больше метра. Плор висел рядом, безвольный и беззащитный, как сломанная кукла.       — У тебя десять секунд, юнлинг. — Голос Сиона стал жёстким, раздражение прорвалось наружу. — Потом я начну ломать твоего учителя. Медленно. Больно. А когда закончу — возьмусь за тебя. И ты расскажешь мне всё сам. Просто это будет гораздо, гораздо неприятнее.       Кайл смотрел в его глаза. Тёмные. Спокойные. И видел там не безумие — расчёт. Не садизм — прагматизм. Сион не угрожал ради удовольствия. Он просто ставил условия. И он выполнит угрозу, если Кайл не ответит.       Десять секунд — это больше, чем кажется. Когда каждая секунда может стать последней, время течёт иначе, словно расплавленный металл, заливающий сознание. Кайл успел подумать о многом. О том, что врать бесполезно — Сион чувствует ложь. О том, что правда убьёт их быстрее лжи. О том, что лучшая защита — это нападение, но нападать сейчас нечем и не на кого. О том, что сталкер не сдаётся, пока у него есть хотя бы один неиспользованный шанс.       И он успел заметить, как в свете пульсирующих прожилок на стенах что-то изменилось. Тени стали короче. Воздух дрогнул.       — Время вышло, — произнёс Сион и развернул ладонь к Плору.       Дурос захрипел. Его тело выгнулось дугой, пальцы заскребли по воздуху, а горло сжалось под невидимой хваткой. Сион не касался его — просто смотрел, как учитель Кайла задыхается в беспамятстве, и ждал ответа.       И в этот момент заговорил коммуникатор.       — Говорит полковник Сурк, 4-й батальон сил безопасности Набу! Всем, кто находится в зоне поражения: мы начинаем зачистку! Приготовьтесь к сейсмической волне!       Голос хлынул из нагрудного крепежа Кайла — громкий, уверенный, настоящий. Сион замер. Его хватка на горле Плора ослабла.       «Падме, — понял Кайл. — Королева не стала ждать. Хах. Подняла резерв и приказала: если не выйдем на связь, значит штурм. Не зря получается блокада проходила, хоть что-то в мозгах да осталось».       — Что это? — спросил Сион. В его голосе впервые прозвучало что-то, похожее на удивление.       Ответ пришёл раньше, чем Кайл успел открыть рот.       Стены пещеры дрогнули. С потолка посыпались камни — сначала мелкие, потом крупнее. Одно из щупалец Мозга, соединяющее его с потолком, лопнуло, разбрызгивая сгустки Тьмы. Гул, низкий и мощный, прокатился по пещере, отдаваясь в костях.       — Сейсмические заряды, — произнёс Кайл. — Они решили не ждать.       Сион выругался. Не на общегалактическом — на каком-то древнем языке, которого Кайл не знал, но смысл угадал безошибочно.       — Твои друзья? — бросил он, не оборачиваясь.       — Скорее, коллеги, — ответил Кайл. — Я здесь по работе.       Сион посмотрел на него — и вдруг расхохотался. Коротко, зло, но искренне.       — А ты мне нравишься, юнлинг. — Он опустил Плора на землю — не бросил, а именно опустил, аккуратно, словно передумал ломать. — Жаль, что у нас нет времени поболтать побольше.       Он развернулся к Мозгу. Существо, всё ещё ослабленное после удара Кайла, сжалось ещё сильнее, почувствовав его приближение. Сион коснулся биомассы ладонью, и по щупальцам пробежала дрожь.       «Ты будешь подчиняться, — произнёс он мысленно. — Не потому что хочешь. Потому что теперь ты — часть меня». Тьма вокруг его пальцев вплелась в плоть Мозга, и существо затихло, принимая оковы.       Он повернулся к Кайлу в последний раз.       — Мы ещё встретимся, юнлинг. — Он усмехнулся. — И тогда ты ответишь на мой вопрос. Добровольно. Или нет.       Он взмахнул рукой, и Тьма вокруг него сгустилась, поглощая свет. Через мгновение ни Сиона, ни существа в пещере не было — только потревоженный воздух и удаляющийся звук шагов где-то в дальнем туннеле.       Кайл рухнул на землю. Телекинез, державший его, исчез. Он лежал на холодном камне, тяжело дыша, и смотрел в темноту, куда ушёл Владыка Боли.       «Компас» внутри него успокаивался. «Сердце Оазиса» замедляло ритм. Опасность наконец-то миновала.       Он подполз к Плору, проверил пульс. Жив. Дыхание ровное. Сознание не вернулось, но Сила в нём теплилась ярче, чем раньше. Ментальный блок, который держал дурос, медленно рассасывался.       А сверху, из туннеля, уже доносились голоса и топот десятков ног.       — Сюда! Я слышал голос! Они здесь!       Кайл поднялся на ноги. Световой меч сам прыгнул в ладонь — он активировал его, просто чтобы осветить пространство.       Первым в пещеру ворвался рослый офицер в походной броне сил безопасности Набу. Его винтовка была вскинута, а взгляд метался по сторонам, выискивая угрозу. За ним — ещё пятеро, веером рассыпавшиеся по краям пещеры.       Офицер открыл рот, чтобы отдать команду, но осёкся. Его взгляд скользнул по обрубленным щупальцам, которые всё ещё дымились, по выжженному кругу в центре пещеры, по инею, местами превратившемуся в пар. Он видел разрушения, которые не могло оставить обычное оружие, и на мгновение в его глазах промелькнуло то самое выражение, которое бывает у ветеранов, столкнувшихся с чем-то за пределами их понимания.       «Что здесь, хатт побери, произошло?» — читалось на его лице.       — Стоять! — рявкнул он, справившись с собой. — Руки чтобы я видел! Ты кто такой? Где объект?       Кайл медленно, очень медленно поднял руки. Меч он активировать не стал — просто держал в опущенной ладони, показывая, что не собирается атаковать.       — Какие люди в Голливуде, — произнёс он. Голос прозвучал хрипло, но в нём явственно слышалась ирония. — Вы, я так понимаю, не из доставки пиццы?       Офицер нахмурился. Он явно не понял ни слова, но винтовку не опустил.       — Я юнлинг Ордена Джедаев Кайл Стрелецкий, — продолжил Кайл уже серьёзнее. — Со мной мастер Плор Кун, он ранен и без сознания. Угроза нейтрализована. Объект покинул пещеру. А теперь, — он кивнул на всё ещё вскинутую винтовку, — будьте добры, уберите ствол. У меня был очень долгий день, и я не в настроении играть в гляделки.       Офицер помедлил секунду, потом опустил винтовку и жестом приказал своим людям рассредоточиться по пещере. — Полковник Сурк, 4-й батальон, — представился он. — Её величество приказала начинать штурм, если вы не выйдете на связь через пару-тройку часов после прибытия. Вы не вышли.       — Я заметил, — сухо отозвался Кайл. — Спасибо, что не опоздали.       Сурк оглядел пещеру ещё раз, задержав взгляд на обрубленных щупальцах и выжженном круге, потом снова повернулся к юнлингу.       — Что здесь произошло? Где патруль?       Кайл провёл ладонью по лицу, стирая кровь и пот. Пальцы дрожали — он только сейчас это заметил. «Я не железный. Мне нужно отключиться хотя бы на час». Он заставил себя выпрямиться и встретил взгляд полковника.       — Патруль мёртв, — произнёс он. Голос прозвучал глухо, с хрипотцой. — Лейтенант Дев погиб, выполняя долг. Остальные — ещё раньше, если вы прошли не по нашему туннелю, то понятно почему вы спрашиваете... - Стрелецкий глубоко вздохнул и продолжил. - Тела остались лежать где-то в километре от этого места, вон в том направлении, забрать надо будет. - Сурк кивнул и направил подошедшую пару бойцов в указанный туннель. - Все подробности произошедшего здесь я сообщу лично её величеству. Не потому что не доверяю вам, полковник, — он чуть усмехнулся, но улыбка вышла усталой, вымученной, — а потому что не хочу повторять одно и то же дважды. У меня нет на это сил.       Танн смерил его взглядом. Стоящий перед ним мальчишка выглядел лет на двенадцать, но говорил как ветеран, и в его глазах полковник увидел то, что привык видеть у солдат после долгого боя — пустоту, за которой пряталась усталость, готовая в любой момент обернуться обмороком.       — Принято, — коротко сказал он. — Медики! Мастера Плора на носилки. Остальным — прочесать пещеру. Дэвид, Андерсон, жду выход на связь через 10 минут!       Кайл опустился на колено рядом с Плором, пока медики перекладывали дуроса на носилки. Учитель дышал ровно, но сознание так и не вернулось. «Сердце Оазиса» внутри Кайла билось ровно, и он в очередной раз с раздражением подумал о том, что не умеет делиться его силой.       — Держись, мастер, — тихо произнёс он. — Мы выбрались...

Королевский дворец. Тид. Час спустя.

      Кайл сидел в том же малом кабинете, где они с Плором были всего несколько часов назад. Те же лампы, тот же стол, та же королева напротив — только теперь всё изменилось. Падме выглядела ещё более уставшей, чем при их первой встрече, но в её глазах, когда она слушала его рассказ, не было ни тени сомнения.       Кайл говорил ровно, но медленнее обычного — каждое слово давалось с усилием, словно он выталкивал его сквозь вязкий туман усталости. О спуске. О ментальном давлении. О лейтенанте Деве, который погиб, пытаясь спасти своего бывшего инструктора. О существе — древнем Мозге, порождении Тёмной стороны. О том, как Плор принял ментальный удар на себя. И о том, что произошло после.       Пару раз он замолкал, прикрывая глаза, и Падме не торопила его — просто ждала, пододвинув стакан с водой.       — Там был ещё кое-кто, — произнёс он, когда основная часть рассказа была закончена. Пальцы, сжимающие стакан, чуть дрогнули.       Падме подалась вперёд.       — Кто?       — Дарт Сион, — произнёс Кайл. — Владыка Боли. Ситх старой эпохи. Он забрал существо и ушёл.       В кабинете повисла тишина. Падме смотрела на него, не перебивая, и Кайл продолжил — рассказал всё. Как Сион появился в пещере, как существо попыталось подчинить его и получило отпор, как Сион предложил Кайлу сделку и как сейсмические заряды спугнули его. Когда он закончил, Падме долго молчала. Потом поднялась, подошла к окну и несколько секунд смотрела на огни города.       — Вы уверены, что это был ситх? — спросила она, не оборачиваясь.       — Он сам так сказал. И Тёмная сторона вокруг него была... — Кайл замялся, подбирая слово, — настоящей. Древней. Не как у того... существа. Как у кого-то, кто родился с ней.       — И он вас не убил.       — Я ему зачем-то понадобился. — Кайл помолчал. — Он сказал, что мы ещё встретимся.       Падме обернулась. Её лицо было спокойным, но Кайл видел, как она сжала край стола — тонкие пальцы побелели от напряжения.       — Я распоряжусь усилить патрули, — произнесла она. — Если этот Сион ещё в системе, мы его найдём.       — Не найдёте, — тихо сказал Кайл. — Он ушёл. Он не хотел, чтобы его заметили. — Он поднял на неё глаза. — Но он вернётся. За мной.       Падме выдержала его взгляд. Потом кивнула.       — Тогда мы должны быть готовы. — Она вернулась к столу и активировала датапад. — Я отправляю запрос на корабль с джедаем-целителем. Мастеру Плору нужна помощь, которую наши врачи оказать не в силах. Ментальные раны — это за пределами их компетенции. — Она на мгновение замялась, и Кайл увидел в её глазах тень того самого страха, который она прятала с момента их первой встречи. — Он выживет?       — Выживет, — ответил Кайл. Он не знал этого наверняка, но «Сердце Оазиса» внутри него билось ровно, и где-то на границе Силы он чувствовал, что учитель держится. — Он сильный.       Падме кивнула и нажала кнопку вызова.       — А теперь, — произнесла она, — вы, юнлинг, отправитесь в лазарет. И не спорьте.       Кайл хотел возразить, но понял, что с момента столкновения с пещерными сводами, почти с пяток рёбер нещадно ныли, намекая о внутренних травмах. Удар щупальца о стену не прошёл бесследно. «Сердце Оазиса» уже работало над этии, но даже его возможностей было недостаточно, чтобы исцелить всё мгновенно.       — Хорошо, — сдался он, поднимаясь. — Но сначала — связь с Корусантом. Совет должен знать, что здесь произошло.

Королевский дворец. Лазарет. Час спустя.

      Кайл сидел на краю медицинской койки, пока дроид-медик обрабатывал ссадины на его спине и вкалывал регенеративный состав в потрескавшиеся рёбра. Он почти не чувствовал боли — «Сердце Оазиса» уже притупило её до уровня фонового шума, — но тело всё ещё помнило каждое попадание и требовало отдыха.       Он смотрел в потолок, прокручивая в голове произошедшее. Не бой и не встречу с Мозгом, его интересовал Владыка, блять, Боли. Сион. Человек, который появился из ниоткуда и исчез в никуда. Человек, который держал его в плену тела обыкновенным телекинезом. Человек, который сказал: «Мы ещё встретимся».       «Я жив. Плор жив. Сион и Сущестсво ушли. Первый из пары имеет очень плотный интерес ко мне. И что теперь?»       Ответа у него не было. Но он знал одно: нужно готовиться. Не к экзаменам в Храме. Не к турнирам юнлингов. К войне. К настоящей войне, где противник сильнее, быстрее и опытнее, и самое, сука, опасное - про него ничего не известно.       Он поднялся с койки, когда дроид закончил, и направился к выходу. В коридоре его уже ждала Падме.       — Связь с Корусантом готова, — произнесла она. — Совет ждёт.

Королевский дворец. Зал защищённой связи.

      Голубые голограммы мерцали в полумраке. Девять магистров Высшего Совета — Йода, Мэйс Винду, Тивокка, Оппо Ранцизис, Пло Кун, Ки-Ади-Мунди, Ади Галлия, Сэси Тийн и Йаддль — смотрели на юнлинга, который только что пережил встречу с Владыкой Боли. Эвен Пиелл и Яраэль Пуф всё ещё были на Датомире, но кворум был собран. Кайл сидел перед передатчиком, Падме стояла чуть позади, готовая подтвердить его слова.       Кайл рассказывал так же, как и Падме — ровно, без эмоций, не утаивая ничего, кроме природы артефактов. Когда он дошёл до момента, где его меч ранил существо, он просто сказал: «Я не знаю, как это вышло. Возможно, дело в концентрации Силы в точке удара. Возможно — в самом существе, которое было ослаблено после ментальной атаки мастера Плора».       Йода слушал, не перебивая. Его маленькие пальцы сжимали клюку, а глаза — тёмные, глубокие — смотрели куда-то сквозь Кайла, словно читали не слова, а что-то за ними. Когда рассказ был окончен, первым заговорил Винду.       — Дарт Сион, — произнёс он, и в его голосе прозвучала та самая сталь, которую Кайл уже слышал однажды. — Это имя из легенд. Из тех, что считались вымыслом.       — Не вымысел, — тихо произнесла Падме. — Я говорила с юнлингом. Он не лжёт.       — Мы не сомневаемся в его правдивости, — отозвался Ранцизис. Его голос звучал сухо, почти скрипуче. — Но появление Владыки Боли — это катастрофа. Если он действительно пробудился, мы должны немедленно начинать поиски.       — Искать его сейчас — только тратить ресурсы, — возразил Тивокка. — Он ушёл, и ушёл намеренно. Он не хочет, чтобы его нашли. Мы должны сосредоточиться на том, что мы можем контролировать. А именно — на защите юнлинга и восстановлении мастера Плора.       Йода наконец поднял голову. Он посмотрел на Кайла долгим, изучающим взглядом, и в этом взгляде было что-то, отчего у юнлинга пересохло во рту. Старый магистр не выглядел рассерженным. Он выглядел понимающим — и это пугало больше.       — Не знаешь, говоришь ты, как удалось ранить существо, — произнёс он. — Хм. А чувствую я, что знаешь ты больше, чем говоришь. — Он чуть склонил голову набок. — Но время для правды всей ещё не пришло, видимо. Когда придёт — надеюсь, доверишься ты Совету. А пока... — он стукнул клюкой по полу, и голограммы дрогнули, — согласен с Тивоккой я. Останешься на Набу ты. Дождись пробуждения учителя. Защищён ты там лучше, чем в Храме, — он помолчал, и в его глазах промелькнуло что-то, похожее на горечь, — как ни горько это признавать.       — Отправят ли к нам джедая? — спросил Кайл, чувствуя, как внутри отпускает тугая пружина. Йода не стал допрашивать. Йода понял. И от этого было легче — и одновременно тяжелее.       — Уже отправлен, — ответил Винду. — Мастер Т'ра Саа вылетела немедленно, как только мы получили ваш предварительный запрос. Она будет на Набу через несколько часов.       Кайл кивнул, чувствуя, как с плеч падает ещё одна тяжесть. Т'ра Саа была одной из лучших целителей Ордена, сравнятся с которой смогла лишь Вокара Че да пара других мастеров. Если кто и мог помочь Плору прямо сейчас, да встать на его страже до поправки — то только она.       — Есть ещё кое-что, — произнёс Йода, и Кайл напрягся. — Сион заинтересовался тобой. Не просто как джедаем — как феноменом. Он сказал, что вы ещё встретитесь. Это значит, что ты теперь — цель. Не только для него, но и для тех, кто может захотеть использовать тебя как приманку. Будь осторожен, юнлинг.       — Я всегда осторожен, — ответил Кайл. — Меня так учили.       — Учили тебя хорошо, — согласился Йода. — Но против Владыки Боли осторожности недостаточно.       Он стукнул клюкой по полу, и голограммы погасли. Кайл остался сидеть в полумраке, чувствуя, как «Компас» внутри него снова начинает вибрировать — на этот раз тихо, предупреждающе.       — «Он знает, — подумал Кайл. — Не всё. Но достаточно, чтобы догадываться. И он не давит. Почему? Потому что доверяет, или потому что ждёт?»       Ответа не было. Но он знал одно: когда придёт время, этот разговор продолжится. И к нему нужно быть готовым.

Гиперпространство. Борт грузового буксира.

      Дарт Сион сидел в грузовом отсеке, скрестив ноги, и смотрел на маленькое хранилище в углу. Мозг, сжавшийся до размеров мотоциклетного шлема, пульсировал внутри контейнера, опутанный сетью Тьмы. Он больше не пытался подчинять — он ждал. Сион чувствовал его страх и его ненависть, смешанные в один тугой комок. Из такого материала получались отличные слуги.       Но сейчас его мысли были заняты не существом. Юнлинг. Мальчишка с мечом, который изменил цвет. Мальчишка, который сопротивлялся его телекинезу и даже не заметил этого. Мальчишка, в котором Сион почувствовал то, чего не чувствовал никогда раньше. Чужое. Не принадлежащее этому миру.       «Кайл. — Он вспомнил, как ухватил это имя из разума дуроса, когда держал его в захвате. Последняя мысль учителя перед ударом была о падаване. — Интересно, знает ли сам мальчишка, что он такое? Или он так же слеп, как его наставник?»       — Кто же ты такой? — произнёс он в пустоту.       Ответа не было. Но Сион знал, что однажды он его получит. Терпение было его сильной стороной — когда-то давно, до боли, до смерти, до всего этого. И теперь, обретя новое тело и новую цель, он мог ждать.       Он провёл пальцами по волосам, всё ещё помня, как был лишён их, и улыбнулся.       — Мы ещё встретимся, Кайл, — произнёс он. — И тогда ты ответишь на мой вопрос. Добровольно. Или нет.       Буксир нёсся сквозь гиперпространство, унося Владыку Боли и его нового слугу всё дальше от Набу. Но мысли Сиона оставались там — в холодной пещере, где он впервые за долгое время встретил нечто, чего не понимал.       И это было прекрасно.