Sin

      В твоих глазах, когда я все-таки решаюсь посмотреть на тебя, отчетливо читается «Хорошая девочка. Очень хорошая девочка». Знала бы ты, чего мне стоит сейчас сдерживать себя. Знала бы ты, как мне хочется задать все те вопросы, которые рвутся из меня наружу. Знала бы ты, как я одновременно хочу и не хочу знать ответы на эти вопросы.       Скорее всего, ты все это знаешь и именно поэтому сейчас смотришь на меня с какой-то непонятной мне гордостью. Я, конечно, могу ошибаться, но мне кажется, что гордость это именно то, что Александра сейчас чувствует по отношению ко мне. От этой мысли даже на сердце становится немного теплее, как бы абсурдно это не было.       Я смогла, я оправдала ее ожидания.       - Я постараюсь больше не оставлять тебя на такое длительное время.       Этими словами Саша не извиняется, а просто констатирует факт. Но, тем не менее, дышать становится легче. Во-первых, потому, что моя хозяйка решила поделиться со мной этой своей мыслью, во-вторых потому, что я чем-то это заслужила. Чем-то заслужила то, что за неделю она захотела ко мне прийти. Наивно, но я все-таки надеюсь, что у Александры были какие-то дела, и именно поэтому ее не было. Глупо утешать себя такими мыслями, но что я еще могу? Особенно когда она рядом. Когда говорит мне, что больше не уйдет на целую неделю. Когда ее руки обнимают меня и прижимают к себе. Если честно, то я вот-вот расплачусь от своей беспомощности и от облегчения, которое я испытала, стоило только Саше оказаться рядом со мной. Я одновременно чувствую себя счастливой, но и очень-очень встревоженной и злой. Наверное, это вполне естественное состояние в той ситуации, в которой я сейчас нахожусь. Такой диссонанс моих ощущений немного сводит с ума, ведь мне одновременно хочется и расцеловать свою хозяйку и послать ее на хер, потому что эта неделя была самой худшей в моей жизни. Никогда еще мне не было настолько плохо. До этого я просто и помыслить не могла о том, что бы Александра обратила на меня свое внимание, поэтому и не расстраивалась так сильно. Я была уверена в том, что у нас ничего не будет и это позволяло мне спокойно жить дальше. Но теперь, когда я почувствовала что такое, когда любимый человек рядом и прикасается к тебе, оказаться без этого оказалось более чем ужасно. Это занимало все мои мысли и чувства. Я не могла думать ни об учебе, ни о чем-либо другом. Мне не хотелось есть, пить, да и вообще жить.       Знает ли она об этом?       Знает ли Саша о том, что перевернула всю мою жизнь с ног на голову?       Думаю, что знает. Знает и упивается этим. Упивается своей властью и возможностью управлять моей жизнью, моими эмоциями. Более чем уверена, что ей нравится управлять мной, изменять меня так, как ей этого хочется. Иначе зачем ей все это?       Пока я думаю обо всем этом, твои руки скользят по моему телу, неторопливо снимая с меня халат, под которым ничего нет. Я не говорю ни слова. Не пытаюсь помешать тебе, не пытаюсь прикрыть свою наготу, когда ты окончательно откидываешь от меня одежду и впиваешься своим взглядом в мое тело. У меня появляется ощущение, что ты проверяешь не произошли ли за неделю со мной какие-то метаморфозы, не пометил ли своим присутствием мое тело кто-то кроме тебя. В какую-то секунду твой взгляд становится недовольным.       - Ты похудела, - Саша констатирует факт и не просит никакого подтверждения.       Рука Александры накрывает мою грудь и легко сжимает. Сосок сразу же приподнимается и начинает приятно покалывать. Прикрываю глаза, рот непроизвольно приоткрывается, хоть я и не собираюсь ничего произносить. От одного полушария рука передвигается к другому и у меня на секунду перехватывает дыхание. Прошла всего неделя, а у меня ощущение, что Саша не прикасалась ко мне целую вечность. Низ живота почти моментально начинает ныть.       - Грудь тоже стала меньше, - выносишь вердикт и я готова убить тебя за это. Ну зачем, скажи на милость, надо было портить такой момент?       - И что мне сделать? – язвительно спрашиваю я, пытаясь перевести дыхание, но так как твоя рука все еще на моей груди, сделать это действительно трудно.       - Меньше нервничать и больше есть, естественно, - в твоем голосе невозмутимость и спокойствие.       - Ты себя-то в зеркало видела? – обиженно замечаю я – Вот уж тебе точно не помешало бы поправиться.       - Нет, - строго отрезаешь ты и всем своим видом показываешь, что разговор на тему твоей худобы окончен.       Мои волосы все еще влажные, но вода с них уже не капает. Ты наклоняешься ко мне, откидываешь их на спину, оголяя мою шею. Я прикрываю глаза в ожидании приятного поцелуя и закусываю себе губу. Однако, стоило мне только расслабиться, как ты очень жестко возвращаешь меня в реальность – вместо поцелуя, ты кусаешь меня. Боль импульсом проносится от места укуса куда-то внутрь моего тела. Я дергаюсь и вскрикиваю, но ты руками прижимаешь меня к себе. По твоему шипению сквозь сжатые на моей шее зубы, я понимаю, что мне не стоит пытаться вырваться. Скоро ты отрываешься от моей шеи, и мне безумно хочется потереть пальцами места укуса, но ты не дашь мне этого сделать. Твой язык изучает след от укуса, и я почти физически чувствую, как тебе это нравится. Совсем скоро ты снова делаешь это и я, не в силах молчать, снова вскрикиваю, чувствуя пульсирующую боль. Одновременно с этим я чувствую, что дыхание мое учащается и сбивается. Мое тело снова предает меня и между ног начинает ныть. Черт.       - Если бы я могла, я бы прокусила кожу на твоей сладенькой шейке и смотрела, как по ней струйкой стекает кровь. Я бы слизала языком каждую капельку этого красного вина - эротично шепчешь ты, и от твоих слов меня бросает в жар. Это удивительный парадокс и я искренне не понимаю реакцию моего тела на подобные твои высказывания. В тот момент, когда мой разум сигнализирует о том, что ты сказала жуткую гадость, опасную для моего здоровья, тело начинает почти болезненно желать тебя, воспринимая эту угрозу как очень своеобразное признание в любви. Меня просто всю пронзает желанием в такие минуты, и я так сильно, так отчетливо ощущаю твою власть над моим телом, что голова начинает кружиться.       В тот момент, когда я думаю, что у меня между ног наверняка уже целая лужа, твоя рука незамедлительно скользит именно туда. Я вся сжимаюсь и забываю дышать. Ноги мои тоже тут же сжимаются – я не хочу показывать, что возбудилась от всего этого.       - Ева, - твой голос звучит жестко, - расслабься.       Ты ждешь, что я послушаюсь тебя и выполню твою просьбу. Хотя скорее это не просьба, а команда, ведь я твоя саба. Сильно сжимаю зубы и чуть раздвигаю ноги – теперь твоя рука может беспрепятственно скользнуть между ними. В следующую секунду это происходит, и я чувствую, как ты пальцем скользишь по моим влажным половым губам, чуть раздвигая их в стороны и дразня меня. Мои щеки вспыхивают огнем, я на секунду забываю дышать, понимая, что ты узнала, как мой организм реагирует на твои угрозы. Мне безумно стыдно и неловко, но желание во мне оказывается гораздо сильнее стыда. Я подаюсь чуть вперед, сигнализируя тебе о том, что хочу большего. Однако стоит мне это сделать, как ты убираешь руку. Не могу сдержать разочарованного вздоха. Краем уха слышу, как ты хмыкаешь, и вижу, как усмехаешься. Сучка.       В следующую секунду твой палец, блестящий от моей смазки, оказывается около моего рта. Я не жду команды, а послушно размыкаю губы, позволяя скользнуть внутрь. Ты пальцем гладишь мой язычок, заставляя меня слизывать с него смазку. Никогда бы не подумала, что я на такое способна. Никогда бы не подумала, что я так легко буду поддаваться чьему-то влиянию и выполнять любые желания. У меня и в мыслях таких пошлостей и мерзостей не было, даже знать не знала об их существовании. Ну почему же я не влюбилась в кого-нибудь другого?       - Какая ты умница, - улыбаясь, произносит Саша и ее палец покидает влажную теплоту моего рта.       Я не нахожусь, что мне ответить, но видимо ты и не ждешь никакого ответа от своей послушной сучки. Ты не хочешь никаких слов, да? Ты хочешь подчинения и секса? Ну что же, я не могу противиться этому, потому что, сколько бы мой разум не говорил тебе «нет», тело всегда ответит «да». Осторожно толкаешь меня и заставляешь улечься на кровать, а сама оказываешься сверху. Осторожно тянусь к тебе и стаскиваю с тебя футболку, а затем и нижнее белье. Ты не отказываешь мне, не останавливаешь, и я облегченно вздыхаю, довольная этим. Как только на тебе становится ровно нисколько одежды, ты накрываешь мои губы, легко целуешь, но не задерживаешься. Сразу скользишь к шее и снова кусаешь, но теперь с другой стороны. Я снова вскрикиваю и морщусь от боли. Мне не нравится это ощущение, но ты меня не спрашиваешь.       - Я сделаю тебе больно, Ева.       Сразу после этих слов, мне хочется вскочить с кровати и убежать как можно дальше, но в итоге я даже сказать ничего не могу. Мое тело меня не слушается, мне становится безумно страшно, я в панике кусаю себе губы. В голове мечется мысль о том, что я должна сказать тебе нет, должна как-то остановить тебя.       - Не бойся. Я вижу, что ты готова.       Самое паршивое, я понимаю, что ты права. Я не просто готова, в глубине души я с замиранием сердца жду того момента, когда ты причинишь мне боль и я не смогу думать ни о чем, кроме этой боли и того, что ее мне даришь именно ты. Я хочу раствориться в этих ощущениях, подарить тебе свою покорность. Именно поэтому я киваю тебе, показывая, что ты права.