Любовь витает в воздухе (Попробуй меня, том 2)

— Фильм отличный! — Ну да, неплохой. Сбитый с толку Критити мог только согласиться и следовать за мужчиной к выходу из кинотеатра. Сбивало не то, что Пакин умудрился притащить в кинозал бутылку дорогого вина по индивидуальному заказу, а общее настроение мужчины. С самого начала кино мальчик представлял, что Пакин не будет просто лежать и действительно смотреть фильм. Ведь не зря он выкупил весь зал, чтобы им не смогли помешать. Да и персонал особо не отсвечивал. Но Пакин ничего не сделал! Он совершенно спокойно лежал на подушках, обнимая Графа одной рукой, и смотрел на экран. Лишь изредка отвлекаясь, чтобы сделать глоток вина. А Граф от окружающих его запахов алкоголя и мужского одеколона медленно, но верно сходил с ума. К тому же, тепло тела рядом не способствовало спокойствию. Интимность совместного просмотра фильма под одним пледом и небольшой разговор до заставили Графа затаить дыхание (дыши парень, это ещё не конец) и бороться с желанием спрятаться под плед с головой. Может это потому, что впервые Граф задумался об их отношениях именно как пары? Пакин не ругался, не выгонял его, а просто лежал рядом и смотрел кино. И на удивление Графику было комфортно в такой уютной атмосфере кинозала. И очень хорошо, что в тусклом свете не видно покрасневшего лица. От одних только мыслей, что Пакин сейчас рядом, бросало в жар. Так что каким там был фильм, что по сюжету или как, собственно, он назывался, Граф не имеет понятия. С того момента, как он опёрся о крепкое плечо, происходящее на экране его совершенно не волновало. Только тепло и опьяняющий запах одеколона Пакина. Так что График был почти пьян. Пьян от Пакина. — Иногда можно и расслабиться, — мужчина повёл плечами и посмотрел на часы. Оказывается, кино закончилось намного позже запланированного. — Ты голоден? Ничего же не ел. Вопрос ещё больше ввёл в ступор. График совершенно не привык к такому. И… Пакин заметил, что он ничего не ел. Несмотря на то, что в кинотеатре им приносили перекус. Если бы рядом была Чанчао, то посмеялась бы над ним, явно откомментировав состояние друга, как «сыт любовью». И Критити даже бы не возразил. Сейчас он счастлив первый раз за десять лет. Потому что и Пакину, видимо, понравилось проведённое вместе время. Сегодня, наконец, График почувствовал то, чего пытался добиться долгие годы, и думать о том, что хорошее имеет свойство заканчиваться, не хотел. Завтра ведь будет не так, верно? Мальчишка опустил взгляд и покачал головой. — Я не голоден. А ты? — Я бы съел ещё что-нибудь. Мальчишка остановился, поднимая взгляд и натыкаясь на привычно внимательный в ответ. Чего именно хотел Пакин, Граф знал, ну или догадывался. То, что мужчина оставался при всей ситуации достаточно жестоким, не могло оттолкнуть Графа. Себе он уже признался во всём. Он ведь прекрасно знает, что я готов на всё, лишь бы остаться в его постели. Да, всё произошедшее между ними за последние месяцы, это результат мужества Графа. Даже если на его пути будет обрыв, то сворачивать он не намерен. От нынешних же отношений он счастлив? Улыбнувшись, График уже хотел предложить отправиться домой, только… В кармане у Пакина зазвонил телефон, заставив своего владельца нахмуриться. Всё же вытащив телефон и посмотрев, кто именно звонит, Пакин отвернулся от Графа, словно не хотел, чтобы ребёнок слышал разговор. Обычно в мальчишке включалось упрямство, и он пытался узнать, что происходит, но сейчас молча опустил взгляд в ожидании, пока Пакин разберётся. Резко График стал воспитанным и послушным. — Слушаю. — Господин Пакин, вы сегодня будете присутствовать на мероприятии? Пока мужчина слушал, рассматривал подростка, который тихонечко стоял рядом. Он не задавал вопросы, не протестовал и, кажется, даже не дышал. На мгновение Пакин даже задумался, волноваться или посмеяться над таким приличным и тихим Графом. Неужели График вёл себя так, только потому, что он к нему был благосклонен? Неужели он боялся снова вести себя безрассудно и потому просто смотрел в пол? — К чему этот вопрос? — Что-то не так. Господин же помнит тех людей, которым было запрещено посещать гонки и тем более участвовать? Мне сообщили, что сегодня они придут потому, что вас не будет. Видимо, им кто-то сообщил. Пакин нахмурился, недовольно сверкнув глазами. Если он говорил «нет», то это именно «нет» и означало. Без вариантов. А если кто-то противился, то это были исключительно его проблемы. Жалеть кого-то Пакин не собирался. Однако, стоило снова посмотреть в сторону Графа, как Пакин увидел, что мальчик смотрит на него с любопытством. — Нет, — хоть мужчина и планировал взять всё в свои руки, но передумал. — Меня сегодня не будет. Если кто-то на что-то осмелится, то разберись. В ответ он услышал согласие, но Пакин всё равно различил обеспокоенность. Паначай, конечно, найдёт способ решить любую проблему, так что… — Сегодня гонки? — спросил Граф, как только Пакин сбросил звонок. — Кто сказал? — Я просто предполагаю, — сообщать, что именно ему сказала та женщина, Граф не собирался, хватило и подслушанного разговора. Несмотря на то, что отправиться домой и затащить там в постель Пакина было бы лучшим решением, Граф понимал, что времени у него осталось немного. Буквально чуть-чуть до конца дня, если верить наручным часам. — Возьми меня с… — Нет! — прервал его Пакин, и Граф тут же растерял весь свой образ благоразумия. — Эй! Ты обещал меня слушать до конца дня! — Несмотря ни на что, — Пакин понизил голос. — Я никогда не возьму тебя на гонку. Особенно тогда, когда может случиться всё, что угодно. Мужчина внимательно смотрел на упрямого мальчишку и прекрасно понимал, что может быть дальше. График обладал особым талантом вляпываться во всевозможные неприятности, как бы Пакин ни старался его уберечь. Один раз его чуть не поймали, и этого хватило с лихвой. — Но ты обещал! — Это не тоже самое, это другое дело, и нет! — Пакин развернулся и отправился к выходу на парковку. Всего несколько минут назад этот человек был таким нежным и вот снова вернулся к привычному образу мудака. За пару шагов График догнал Пакина и вцепился в его рукав. — Я просто буду зрителем и не доставлю неудобств. Остановившись, Пакин развернулся к мальчишке и внимательно на него посмотрел, словно спрашивая, когда это он последний раз НЕ доставлял проблем. — Граф, спокойнее, — тут же вспомнился совет Чанчао. Он, конечно, мог использовать привычные детские капризы, только на Пакина они не действуют, а торговаться ему нечем… если только… — Пакин, возьми меня с собой… один раз. — Нет. — И я не буду останавливать тебя ночью. Набравшись смелости, Граф предложил то, что никогда не сказал бы в здравом уме. Жар бросился в лицо, превращая мальчика в огненный помидор. Интересно, что на этот счёт думает Пакин, но это всё, что Граф может предложить. А вот радоваться или нет ответу, он ещё не решил. Обменивать свои хотелки на своё же тело Граф не хотел. Но раз это уже произошло, то нужно извлечь максимум пользы из ситуации. — А ты гораздо смелее, чем я думал, — Пакин и сам не верил тому, что услышал. Но, видимо, парень был предельно серьёзен. Каким бы упрямым ни был График, но он оставался всё таким же застенчивым. Только сейчас эта застенчивость пропала. — То есть, если я соглашусь взять тебя на гонку, то ты… — решил всё же уточнить Пакин, заставляя красивого и строптивого пацана покраснеть сильнее. — То я не буду просить тебя остановиться ночью. Они смотрели друг на друга пару минут, и, наконец, Пакин ответил: — Только сегодня, Граф. Только сегодня его желания исполняются. *** — Ой, сегодня снова всё отменят, Чай? — Если его пригласил Он, то проблем не будет. Несмотря на поздний час, на центральной улице Бангкока кипела жизнь. Несколько автомобилей тёмных цветов блокировали приличный участок дороги. А на выезде стояла охрана, строго проверяя список приглашённых. В тот момент, когда на дороге показался силуэт единственного в Бангкоке дорогого спорткара, охрана оперативно открыла проезд. Каждый присутствующий знал, кто именно приехал. А когда Сайфа рассмотрел, кто приехал вместе с начальством, то решил уточнить, будут ли и сегодня проблемы. Механика не было в тот раз, когда Пакин ругался на школьника, и знал о произошедшем он только со слов брата. Интересно, в этот раз тоже будет скандал? Паначай покачал головой, но веселье в голосе Сайфы заметил. Все взгляды сейчас были обращены на припаркованное авто. Обычно Пакин выглядит весьма броско, но в этот раз он был особенно ослепителен. Да ещё рядом был очень красивый парнишка. Чай знал, что те, кто в прошлый раз были на гонке, прекрасно запомнили, что именно этому мальцу было запрещено появляться. Пакин тогда во всеуслышание заявил, что стоит ему увидеть Графика на гонках, то всё мероприятие сразу заканчивается. Но сейчас мальчонка тут по его же приглашению. Интересный поворот. — А я знал, что Пакин возьмёт его с собой, — Шин осмотрелся и чуть ближе подошёл к лучшему гонщику Пакина. — И почему же? — А ты посмотри, разве этот ребёнок не особенный? — лукаво улыбнулся Шин Оуту. — Как дела, маленький упрямец? — как только главные герои тихих перешёптываний подошли ближе, Сайфа поспешил перетянуть внимание на себя. — Учитель, — Граф тоже счастливо улыбается в ответ. — О, у моего ученика сегодня есть личное приглашение? — Сайфа делает шаг к мальчику и, приобняв его за плечи, ерошит волосы. — А ты хочешь его лишиться, Сайфа? Конечно, механика мало что могло испугать, но тут он поспешил заткнуться и покачать головой. На самом деле, отдельное приглашение в виде, например, карты, и не требуется. Тут все друг друга знали в лицо. Достаточно Пакину сказать «тебе доступ закрыт», и даже пластика лица не поможет снова явиться на гонку. — Моё разрешение действует только сегодня. В остальное время старый приказ в силе. — Но… — Мы договорились, Граф. Только сегодня, — прежде, чем мальчик успел что-нибудь возразить, Пакин остановил его. Пришлось замолчать, хоть и было желание поспорить, но страх быть отправленным домой перевесил. — На то и был расчет, — пробормотал Граф. — Хочешь быть запертым в машине? Эта угроза заставила мальчика окончательно замолкнуть. И так слишком долго он нарушал все правила, чтобы его простили хоть раз. А сейчас можно не прятаться, и доказать, что он совсем другой. График не хотел быть снова наказанным, тем более скоро утро, и срок действия его власти над мужчиной давно истёк. — Не грусти малыш. Сегодня ты уже тут, а если будешь слушать своего мастера, то однажды займёшь место Оута, — заметив, что школьник сник, Сайфа поспешил его подбодрить. — Не балуй его слишком сильно, — покачал головой Пакин. — А разве ты его не балуешь? — с улыбкой встрял Шин, и Пакин оглянулся на него. Неожиданно для самого себя Пакин отметил, что сейчас улыбка этого человека раздражает. Наверное, потому, что улыбка адресована не ему. — Не забывай, что это мой парень, — стоило Пакину сделать шаг к Шину, как перед ним встал Оут. Шин в восторге расхохотался, наблюдая как его парень становится похожим на злую собаку при любом выпаде в его сторону. — Ты слишком ревнив, Оут. Я уже говорил и не раз, я не вмешиваюсь в чужие дела и отношения, — напомнил Пакин, и Оут уже собирался ответить, как… — Но если он захочет, то ты же согласишься, — не подумав, ляпнул Граф, привлекая к себе всё внимание. С лица Пакина тут же исчезла улыбка, и он недовольно посмотрел на мальчишку. Тот поджал губы и отвернулся, чувствуя разочарование и, неожиданно, отвращение. Всё ещё обнимающий его Сайфа поспешил отпустить напрягшиеся плечи и даже шаг в сторону сделал. Как вообще в голову этого парня пришла мысль ляпнуть такое в глаза Пакину! — Ревнуешь? В удивлении Граф поворачивается к мужчине и натыкается на внимательные взгляды всех присутствующих. Невольно щёки покраснели от такого внимания, и стало неловко, что он вообще оказался среди такого количества народа. Но отрицать предположение Пакина не спешил и просто снова отвернулся. И так его весь день пытаются выбесить. Днём женщина, ночью мужчина. Что ещё можно сделать, кроме того, чтобы ругаться? Желание научить паршивца думать дважды, прежде чем открыть рот, тем более в такой компании, было велико. Но по сути, Граф выставил дураком сейчас скорее себя самого. Поэтому делать что-то ещё Пакин не стал. Достаточно было заметить румянец на щеках Графа и успокоиться. — С кем сегодня будет соревноваться Оут? — решил сменить тему Пакин, повернувшись к своему гонщику. — С Принцессой Фа. — А ставка? — Это дружеский заезд. Мы давно хотели проверить друг друга, но возможности не было. А сегодня и я тут, вот и проверим. На гонках, на самом деле, не особо много правил. Кроме процента Пакину от ставки. А остальное можно согласовать между сторонами. Часто гонщики делают ставки не просто на деньги. Но и на партнёра, элитный алкоголь и даже честь. Но для зрителей это скорее просто авантюра. Всё проводилось только с согласия организаторов, и пресекались любые попытки устроить соревнования вне ночных мероприятий. Тем более что основной состав участников — это дети знатных и влиятельных семей. — И какой, интересно, будет результат? — Думаю, разрыв будет мизерным, — ответил Чай, и Пакин кивнул. — Значит, сегодня тут весело. — Почему Принцесса Фа? — спросил у Сайфы Граф, когда Пакин направился к Пхаю. — Потому что она единственная женщина, которая осмеливается соревноваться с мужчинами, — рассмеялся Сайфа. — Ты же в курсе, что тут используются не обычные мотоциклы, да и припаркованные авто тоже не стандарт. Посмотри, тут в основном Ламборджини, а на трассе модификации Ямах. Гонки — это соревнования на деньги. Проиграешь и потеряешь всё. Выиграешь и можешь доставить проблемы, задев гордость соперника. Мужчина может это себе позволить и разберётся сам. А Принцесса Фа девушка, Пакин очень ценит её талант и поэтому поддерживает. Да и к тому же она ещё ни разу никому не проиграла. — Настолько хороша? — Да, и потому её тут называют Принцессой, — подтвердил Сайфа, отмечая, что Граф постепенно расслаблялся и погружался в атмосферу происходящего. Сейчас у мальчика был шанс прикоснуться к мероприятию без оглядки и спокойно посмотреть на гонки. В глазах школьника вспыхнул восторг, ведь он очень любил такие вещи. График внимательно наблюдал за тем, как пара мотоциклов набирает скорость под оглушительный рёв моторов и визг шин. Тело покрывалось мурашками, а сердце билось быстрее. Первая гонка закончилась, и следующими были Оут и женщина в шлеме, закрывающем лицо. Мальчик увидел, как Оут, сидящий на спортивном мотоцикле, махнул рукой Шину и завёл двигатель. А женщина выглядела ослепительно и очень привлекательно. Это и есть Принцесса Фа? Несмотря на то, что противники выглядят совершенно по-разному, девушка совершенно не уступала. — Как думаешь, кто победит? — Скорее всего, Оут, — пожал плечами Сайфа, уверенный в том, кто одержит победу. График взволнованно повернулся к трассе, но его окликнули. — Господин Граф, господин Пакин попросил вас сесть в машину. — А? — Граф в замешательстве обернулся к Паначаю и чуть не вскрикнул от неожиданности. Человек, который всегда был с ним учтив, сейчас схватил его за руку и потянул к одному из контейнеров. Заметив Пакина в компании гонщицы, мальчик уже хотел спросить что происходит, но холодный взгляд Пакина заставил молча следовать за Чаем. Хотя Граф и не понял, что случилось, но взгляд мужчины ясно дал понять, что спорить не стоит. Да и спрашивать График не спешил, ответа всё равно бы не получил. Если раньше он действительно хотел бы знать, что произошло, то из-за слов Паначая передумал сопротивляться совсем. — Господин Пакин принял это решение, опасаясь за вашу безопасность. Сейчас ему стоит оставаться хорошим и послушным ребенком. Ведь всего два слова что-то трогали внутри души. Пакин волновался. Да что случилось-то? Рассмотреть подробнее, что происходит на трассе не получилось. Машина была припаркована не особо удачно, а стёкла наглухо затонированы. С улицы слышался только неразборчивый шум. — Эй, что за? — вскрикнул Граф, когда увидел, что девушка, всего пару минут назад стоявшая рядом с Пакином, направилась к ним и что-то сказала Чаю. И к удивлению мальчика она открыла дверь и села рядом. — Это я. Знать тебя не знаю и знать не хочу. Хотелось заорать это в лицо девушке, но Граф только молча наблюдал, как она снимает шлем и с улыбкой поворачивается к нему. Длинные черные волосы красиво рассыпались по изящным плечам. Эту девушку Граф знал. Плейфа… женщина Пакина. — Почему ты тут? — Я же говорила, что мы снова встретимся. — Но я не думал… — О, ты не ожидал, что я приду сегодня? Или ты не понял, что куколка на мотоцикле это я? — спросила Плейфа, внимательно смотря на мальчика. Тот только кивнул. Неважно, что она ему скажет, считать её врагом он не перестаёт. — Зачем ты пришла? Иди туда! — Граф прекрасно знал, что снова грубил, но невольную собеседницу он на дух не переносил. И девушка, дразнившая его с самого начала, сейчас почему-то не рассмеялась над Графом, а только вздохнула. — Я не хочу проблем. — Что? Плейфа покачала головой, раздумывая, стоит ли говорить. Но враждебность со стороны мальчика была лишней. — Сейчас тут группа людей, которые не особо ладят с Пакином и явно хотят затеять новый конфликт, — всё же решилась рассказать Фа. — А у меня раньше тоже были некоторые проблемы с одним из тех парней. Он очень злился, когда проигрывал мне, и несколько раз хотел навредить. К счастью, не вышло. Потому что никто, кроме Пакина и Пхаю меня в лицо не знает. Я всегда в шлеме. А сейчас Пакин заметил, что наши общие враги тут, и попросил меня укрыться в машине. Плейфа сказала это, чтобы мальчик понял, что ему она не враг. Только вот эффект был противоположным. — Граф, стой! Хоть девушка и хотела его остановить, График слушать её был не намерен. Он быстро открыл дверь и выскользнул на улицу. Паначай тут же шагнул к нему и посмотрел с немым укором, ведь мальчишка снова доставлял проблемы. Но Графу было плевать. В сознании остался только гнев. Это, значит, забота о безопасности? Этот мудак заботился о безопасности, видимо, всех, с кем хотел бы переспать. Когда Граф понял причину, по которой и Плейфа отправили в машину, то взбесился. Не то чтобы он не понимал девушку и опасения за неё. Его бесил факт того, что их поставили в одинаковое положение. Для Пакина они на одном уровне! Это невыносимо! Пакин беспокоится обо мне? Да как же! Он беспокоится о всех, кого в постель себе хочет! — Господин Пакин ясно приказал… — Чтобы я вернулся в машину и спокойно сидел в ней, верно? — прежде, чем Паначай закончил говорить, Граф его резко перебил. — Я не хочу здесь оставаться. Я хочу домой, настроение испортилось. Неважно, он сам вернётся домой. Дорогу помнит и беспокоить своими проблемами никого не собирается. Если Пакин собирается быть рыцарем и защищать свою даму, то это его трудности. А Граф возвращается домой. — Я не хочу мельтешить перед глазами того, кто своё слово не держит, — процедил Граф. — И тем более если он просто хочет кого-то заполучить. Чай, пожалуйста, найди того, кто отвезёт меня домой. Пакину определённо без меня будет лучше. Сначала Паначай хотел возразить, но сейчас было не время, поэтому он только кивнул и оглянулся, чтобы найти человека, который вернул бы мальчика домой. Слова мальчишки уже подразумевали, что он снова стал для Пакина проблемой, от которой хотели избавиться. Хотя Паначай так не думал, но было спокойнее от того, что этого концерта не видел Пакин. Тот столкнулся сейчас с тем человеком, который уже доставлял проблемы Графику. В это время Пакин внимательно рассматривал группу мужчин, что хотели поучаствовать в гонке в обход всех правил. Особенно привлекал внимание их главарь. Старый знакомый, Кон. — Я возражаю, и насколько мне известно, господин Ноп держит своих собак на цепи. Пакин был готов рассмеяться, когда человек перед ним посмотрел с явной злобой. Да, вначале Пакин не знал, кто именно решится прийти вопреки его запрету, но и просто так спустить всё на тормозах не мог. Его подчинённые сказали, что сегодня будут те, кого уже выгоняли, и не раз, но, видимо, до этих людей доходит плохо. А когда Пакин увидел лидера нарушителей спокойствия, то понял, о чём его предупреждали. — Ну, думаю лучше нас пропустить и не тратить наше время, — мужчина щёлкнул пальцами и позволил парню позади сделать шаг вперёд. Стоящий в стороне Сайфа тут же напрягся и засучил рукава. — Вот так встреча, Макс! — вклинился в происходящее Оут. Макс… этот человек раньше был постоянным участником гонок и часто был недоволен победами Оута. Даже посмел вне мероприятия доставлять неприятности. Тогда Оут психанул и вызвал Макса на своеобразную дуэль, обещая, что если проиграет, то встанет на колени. И естественно Макс проиграл, но не успокоился. Пришлось вмешаться Пакину и лично запретить участие в гонках, а также посещение всех мероприятий, которые Пакин спонсировал. — Я слышал, что вы запретили Максу участие в гонках. Мой босс и отец Макса очень дружны. — Не думаю, что мне интересна эта информация. Угроза в словах Кона прекрасно чувствовалась, и Пакину даже стало немного жаль Макса. По сути, его сейчас использовали как предлог и предмет возможного конфликта. Снова выкинуть отсюда Макса приравнивалось к пощёчине его отцу. А если оставить его тут, то все поймут, что Пакину можно угрожать. Силы были, в принципе, равны, а возраст оппонента Пакин никогда в расчёт не брал. Уважение к старшим? Это не к нему. — Не будь таким строгим, Пакин. Макс всего лишь ребёнок, и не сделал ничего плохого. Пакин был готов выругаться, но всё же сдержался. Не на глазах у присутствующих. Поэтому он рассмеялся и ответил весьма холодно. Любой, кто сейчас их слышал, почувствовал себя весьма неуютно от такого тона. — К сожалению, здесь я закон. Улыбка Пакина разозлила Кона. Человек перед ним украл его женщину и сейчас почти унижал на глазах у многих. Хотелось придушить мужчину. — Так мы и не доставляем проблем. Я просто забочусь о младшем. Не стоит быть таким требовательным. — Так я и не обязан что-то делать, — снова расхохотался Пакин. Ответ был предельно ясен. Нет. Макс был недоволен тем, что люди его дяди не смогли добиться желаемого результата. Они пришли сюда, уверенные в своей победе, а сейчас приходилось сдерживать свой гнев. И отступить? — Господин Кон, — когда к мужчине подошёл один из его людей и что-то шепнул, настроение у него резко изменилось. — По крайней мере я пришёл не напрасно. А бешеная собака всё продолжала лаять и пытаться укусить. — Сын известного политика тоже здесь сегодня. Пакин прищурился и всё равно казался спокойным, хоть в душе и росла тревога. Какую очередную уловку придумал этот человек? — Я его случайно заметил. Думаю, стоит пойти и поздороваться, — криво улыбнулся Кон, а Пакин даже бровью не повёл. Пока… — Я послал человека отвезти юного господина домой. Но водителя нашли без сознания рядом с машиной. Убью тебя, Чай! Эта новость привела Пакина в ярость.