Он.. живой!

Ребята вышли на улицу. Антон огляделся вокруг. Здесь находились дома, которые были покрашены белой краской, или сделаны из бревен. — В каком городе мы находимся? — Резко остановился Антон, переводя взгляд на графа. — В Вороноже. — Режиссер очень хорошо знал историю, поэтому быстро вспомнил, что так раньше назывался город Воронеж. — Мда, далековато нас подбросило. — С энтузиазмом отзывался юноша. Мужчины прошли еще несколько улиц. Все выглядело непривычно по сравнению с нашем временем. — А у вас тут есть магазины поблизости? — Отозвался Шастун. — Эм, магазины? — Удивленно перевел взгляд мужчина. — Я видел в вашем мире странные названия, зайдя туда, я понял, что это рынок. — Рынок? В наше время это достаточно редкое явление. У нас все продается в магазинах. Магазин - это почти то, что ты называешь рынком, только там продают продукты, а на рынке есть вещи, животные, … — Начал перечислять Антон. — Ладно, смотри, тогда пошли на рынок. Я проголодался, так-то время уже 16:27. — Парнишка перевел взгляд на часы. Арсений ничего на это не ответил. Просто повел Антона в сторону рынка.

***

Через 15 минут парни подошли к нужному месту. Антон оглянулся вокруг. Слева пищали маленькие цыплятки, чуть дальше был отдел с одеждой, справа продавалась еда такая как: помидоры, огурцы, клубника, яблоки, груши, кукуруза, хлеб, куриное мясо, свинина, говядина и какое-то неизвестное мясо. — Что это? — Показал пальцем Шастунишка. — А, это оленина. — Спокойным голосом отвечал Попов. — ЧТО? ОЛЕНИНА? Это разве не запрещено? — Завопил на всю улицу паренек. — Ты что, это же так вкусно. Ты никогда не пробовал? В вашем мире не продают оленину? — Ну вообще нет, не пробовал. У нас ее не продают. Это запрещено. Блин, если серьезно, то я надеялся на фастфуд. — Грустно отозвался парень. — Фасвуд? — Вопросительно посмотрел Арсений. — Фастфуд! Это еда быстрого питания, когда ты вернешь меня обратно, я тебя с ней познакомлю. — Рассмеялся на всю улицу Шастун. — Тогда давай на твой вкус, я домашней едой редко питаюсь. — Не мог отойти от смеха юноша. — Хм. — Задумался мужчина. — Тогда я хочу познакомить тебя с олениной пока мы здесь. -Добрый вѣчеръ, намъ, пожалуйста, олѣнiну и грѣчнѣвую крупу. — Произнес Арсений, вспомнив, что нужно перейти на древнерусский язык, на что Антон посмотрел с недоумением. — Здравствуйтѣ, какую вамъ часть олѣнiнъ отрѣзать? — Ответил продавец. — Намъ пожалуйста лѣвый окорокъ. — Шастун продолжил стоять с вытаращенными от удивления глазами. Продавец все сделал и передал в руки к Арсению, на что он в свою очередь уложил покупки в портфель, который был похож на школьный портфель из времен СССР. Антон из этого разговора понял только такие слова: добрый, пожалуйста, и, крупу, какую, часть, пожалуйста. *И как я должен из этого составить их диалог полностью? * — с каменным лицом стоял режиссер. — Что это сейчас было? Я ничего не понял. — Встревоженным голосом сказал Антон. — Я надеюсь, что ты меня до сих пор понимаешь? — А что именно тебя смутило? Да, я тебя понимаю, за то время пока я находился в вашем мире, я выучил ваш язык и быстро освоился. — Как ты вообще сумел так разговаривать, мне кажется, что для меня, для современного человека, это достаточно сложно перейти и говорить на… это же был древнерусский? — Современный это как? Я попросил у купца окорок оленя и гречневой крупы. Да, это был древнерусский язык, ну по крайней мере, его так называют. А как ваш язык называется? Просто я достаточно легко освоился, но у меня при произношении вашего до сих пор остался чуть-чуть акцент древнерусского, хотя я человек, которому всегда очень сложно давались языки. *Серьезно? У них был такой простой разговор.* — вопросительное лицо сменилось на каменное. — Современный человек - это человек, например, из нашего века, то есть человек который постоянно развивается, с уважением относится к другим людям и хорошо понимает свое время в котором живет. Если что, то ты тоже современный, но для своего времени, а для моего века ты старичок. — с ухмылкой ответил юнец. — А мой язык - это просто русский, тогда тебя можно назвать и древним. — Рассмеялся режиссер. — Эээй! Сам ты древний! — Надул губки граф. — Да ладно ты. Я же шучу. — Пытался скрыть смех Антон. — Все, пошли. — Обиженным голосом буркнул Попов, и, взяв портфель в руки, направился в сторону дома.

***

Через 20 минут ребята уже находились на кухне. Арсений поставил запекать окорок оленя и отправился ставить варить гречку. — Стой! Ее же надо промыть! — Завопил юноша. — Мм… Промыть? Зачем? — Арсений перевел вопросительный взгляд от гречки на Антона. — В ней же могут быть микробы, тем-более она лежала на грязном рынке! — Перехватил гречку из рук мужчины Антон. — Где у тебя мойка? — Что такое мойка? Сколько можно говорить неизвестными словами. — Арсений в замешательстве схватился за голову. — Ой, ну да, прости. Я все время забываю, что ты этого еще не знаешь. — Виновато отозвался юноша. — Тогда, где у тебя… Ммм... Как бы это назвать... — Задумался на пару секунд Антон. — А, точно! Корыто, например… Я надеюсь, что это вы уже знаете. — Как я рад, что это слово мне знакомо! — Улыбнулся Попов. — Корыто стоит вон там. — Ткнул пальцем Арсений, указывая на угол комнаты. Антон поставил крупу и отправился за корытом, как вдруг, он обо что-то споткнулся. — Ай, блять! — Закричал было Шастун, но граф успел его ухватить за пару сантиметров от пола. — Боже, спасибо! Я думал уже покалечусь. — Закатил глаза режиссёр. — Я опять не понял ни слова, но пожалуйста. — Улыбнулся во все 32 мужчина. — Но я не Боже. — Подправил Антона. — Забей. — Махнул рукой режиссёр. — Тебя учить и учить манерам, Антон! А мне учить эти непонятные значения слов. У нас можно только гвоздь забить, но я то НЕ ГВОЗДЬ! — Истерически крикнул мужчина. — Выучишь. — Буркнул Антон. *Сколько я еще тут буду находиться? Хочу домой.* — захныкал мальчишка. — Всё, я действительно хочу сильно кушать. — Антон промыл гречку, и наконец она уже варилась. Через 15 минут на столе стояли две порции еды, а ребята принялись кушать. — Спасибо. Я спать хочу. — Зевнул юноша. — Мм… — Протянул Попов. — Выбирай, сеновал или клеть? — Чего? А кровать? — Кровать? А это что… — Все, я не хочу с тобой спорить или объяснять тебе что-либо. Просто положи меня где угодно. — Шастун действительно был сильно измотан за этот день. Утром съемки, вечером в каком-то непонятном городе. — Пошли. — Арсений уложил Антона на сеновал, а сам пошел спать на клеть.