Пятна в темноте

      — Би-ли, би-ли, не-до-би-ли. — протянул парень, уже который раз наматывая круги по собственной спальне. Новичок, живший с ним в комнате, сжался около стены, пытаясь слиться с ней воедино, чтобы никто не обращал на него внимание лишний раз. — Знаешь, что нужно сделать?       — Что? — осторожно спросил парнишка.       — До-бить.

***

      Натаниэль валялся на мате в тренировочном зале и с сожалением созерцал, как товарищи по команде с чистой совестью отлынивали от работы. Он не был помешан на экси также сильно, как Кевин, однако сам бы сейчас с удовольствием выполнил парочку самых простых упражнений. Из-за долгого бездействия в мышцах появилось тягостное ощущение застоя, которое, к сожалению, ещё долго будет сопровождать Ната.       Спокойный и даже ленивый формат тренировки был связан с тем, что Дэн срочно уехала к кузине, потому что тётя с очередным ухажером ушла из дома на несколько дней, забросив дочь, и обещала вернуться в тот же день вечером, а Кевин ещё полчаса назад с крайне взволнованным и не менее уверенным видом ушел в кабинет Ваймака. Натаниэль, заметив, что друг сжимает в ладони письмо, свистнул ему вслед, выражая таким образом свою пусть и странную, но такую необходимую сейчас поддержку. В любом случае, в отсутствие капитана и орущего Дэя, тренировка вышла слишком расслабленной, потому что никто не гнал и не заставлял работать на пределе возможностей. Нат, какое-то время чувствовавший раздражение по этому поводу, подхватил негнущимися пальцами волейбольный сдутый мяч и швырнул его в Сета, который обнаглел настолько, что даже не пытался создать видимость хоть какой-то деятельности.       От резкого движения, которое к тому же потребовало силы, плечо обожгла тупая боль, доставившая смесь неприязни и удовлетворения от того, что стоящий впереди Сет тихонько взвыл, потирая ушибленный бок. Он явно не мог чувствовать то же, что ощущал Нат, потому что от полусдутого мяча, кинутого человеком, который порой банку самостоятельно открыть не мог, тяжело было ощущать настолько сильную боль, однако чувство было всё же не из приятных. Гордон зло обернулся назад, планируя взглядом превратить Хэтфорда в радиоактивную пыль, но близко подходить не стал, чтобы не испытывать судьбу.       — Ты совсем ахренел?       — По-моему, ахренел ты. — недовольно скривился Нат, присаживаясь обратно на мат. — То, что здесь нет Дэн и Кева не даёт тебе право отлынивать от тренировки.       — Могу я хоть раз спокойно отдохнуть в выходной день?       — Не-а. Занимайся, а иначе я натравлю на тебя Кевина и… — остановившись на слове, Натаниэль отвлекся на сообщение, пришедшее от королевы драмы, и с удивлением осознал смысл прочитанного текста. Дэй только что сам отменил тренировку и сказал всем уезжать в общежитие? Снег пойдет. — Кажется, тебя пронесло.       — Чего?       — Хватит с вас сегодня, Кевин сказал возвращаться.       — Он умирает? — удивлённо поинтересовался Мэтт, кладя на место гири.       — Нет, но сейчас его лучше не беспокоить… Аарон, блять! — Нат недовольно подскочил на месте, уже привычно ощущая боль во всём теле, но не рискнул погнаться за Миньярдом. Вместо него это сделал Мэтт.       — У него случилось что-то серьезное? — с беспокойством спросила Рене.       — Да. Подробнее сказать не могу, лучше пусть он сам вам всё скажет, а то потом меня добьют.       — Но это не угрожает его жизни?       — Точно нет.       — Хорошо. — Рене как-то непонятно улыбнулась и вместе с Элисон пошла в женскую раздевалку.       — Est-ce à propos de son pèrе? — Жан появился из ниоткуда и требовательно посмотрел на друга, который скорее по привычке нежели из действительной необходимости держался за плечо Эндрю.       — Возможно. — Нат не стал переходить на французский, показывая, что не хочет говорить на эту тему даже с Жаном. Моро вздохнул, но ничего не сказал и ушел вперёд, чтобы не слышать разговоров этой сладкой парочки. На самом деле меньше всего они были похожи на «сладких», скорее кисло-острых, но суть в том, что их общение доводило каждого случайного слушателя до состояния между умилением и страхом.       — Купим вишневый пирог и посмотрим «Сверхъестественное»? — вдруг спросил Эндрю.       — А ещё закроем дверь и выключим телефоны. — охотно согласился Натаниэль, радуясь, что Миньярд не стал допрашивать его по поводу Кевина.       Они особенно долго шли до раздевалки, оттягивая момент вхождения в балаган до последнего. Впрочем, когда они всё-таки вошли, там было на удивление не так шумно, как казалось. Аарон уже каким-то чудом успел сходить в душ и агрессивно натягивал на сырое тело одежду. Сет на этой тренировке особо ничего не делал, поэтому быстро переоделся и сейчас ждал Мэтта, который находился в душевой с остальными.       Натаниэль сел на скамейку около своего шкафчика и печально заглянул внутрь, где лежала его новая форма, на спине которой вместо Веснински теперь красовалась гордая фамилия Хэтфорд. Эту тему Нат приберег для журналистов напоследок. Сейчас фанаты, да и все люди, смотрящие новости, знали только то, что некий неизвестный поймал и пытал звезду экси, но на этом всё. О смене фамилии он решил не говорить вплоть до первого матча с собственным участием. Необходимо было дождаться, когда новость о серийном убийце по прозвищу Мясник утихнет, и только после этого объяснять ситуацию. Кто-нибудь наверняка сопоставит убитого Натана Веснински и Натаниэля, сменившего фамилию, но это не должно было никем ни опровергаться, ни подтверждаться.       Вскоре из душа начали потихоньку выходить остальные Лисы. Аарон твёрдо вознамерился ждать Кевина в комнате отдыха, и Ники увязался с ним, чтобы в случае необходимости отговорить близнеца идти в кабинет Ваймака. Мэтт быстро закончил со сборами и вместе с Сетом отправился за Элисон, чтобы после зайти в недавно открывшееся неподалёку кафе. Его очень разрекламировали и им нетерпелось либо подтвердить слухи о бесподобном заведении, либо их опровергнуть. В раздевалке остался Жан, смотревший в экран телефона с подозрительно счастливой улыбкой и Нат, ехидно разглядывающий лицо друга.       — Когда ты наконец признаешься ей? — неожиданно спросил Натаниэль, склонив голову в бок.       — Зачем ей сейчас отношения?       — Это она сказала или твоя робость?       — Отвали.       — Да ладно, даже Кевин уже давно признался во всём Аарону. — протянул Нат потягиваясь до хруста костей.       — По пьяни.       — Но он ничего не отрицал на трезвую голову. Может тебе тоже напиться?       — Иди нахуй. — устало ответил Жан, поднимая сумку с вещами.       — Вот и пойду. — заявил Натаниэль, направлясь в сторону душевой.       — О боже… — француз скривился, глядя на совершенно довольную физиономию друга. — Скажи потом в какую кабинку мне больше никогда не заходить.       Заливаясь злорадным смехом, Нат скрылся за дверью. Моро поторопился уйти, не желая становится случайным свидетелем чего бы то ни было связанного с Эндрю и Натом. Это было выше его сил. Тем более внизу его уже ждала Рене, предложившая погулять по парку, который находился недалеко от стадиона. Натаниэль в это время обнаружил единственную кабинку, в которой работала вода и подошёл ближе, не пытаясь сделать свое появление незаметным.       — Можно? — спросил он, постукивая костяшками пальцев по двери. На несколько необычайно долгих секунд воцарилось молчание, Эндрю выключил воду, а затем щеколда с внутренней стороны открылась.       — И чего ты добился?       — Тебя.       — Это звучит отвратительно.       — Я знаю. Поэтому и говорю. — ехидно улыбнулся Нат. — Да или нет?       — Да. — ответил Эндрю, отпуская дверь кабинки, которая с треском закрылась обратно.       Чуть скривившись от громкого шума, Натаниэль убрал руки за спину и поцеловал. Миньярд закатив глаза вытащил его руки и положил себе на талию, показывая до куда его можно касаться. Он готов был поставить на что угодно, что эта рыжая катастрофа сейчас довольно улыбалась в поцелуй, вдыхая знакомый аромат любимого геля, который в последнее время как-то неожиданно стал общим. Руки Ната плавно скользили по сырой спине, то зарываясь в мокрые волосы, мягко массажируя кожу головы, то спускаясь до крайности низко, ближе прижимая к себе.       В какой-то момент поцелуи сместились с губ на всё тело. Нат плавно перешёл к шее, особенно долго задерживая на ней своё внимание, с удовольствием отмечая, что Эндрю прикрыл глаза, потом спустился ниже и так дошел до того места, которое являлось краем. Миньярд открыл глаза и понял, что Натаниэль совершенно бесстыдно стоит перед ним на коленях, продолжая целовать всё, до чего мог дотянуться. Голкипер прекрасно знал, что одна из частей тела Хэтфорда, которая осталась в относительном порядке — это ноги, и Нат этим пользовался.       — Да или нет?       — Да. — подумав кивнул Миньярд, видя как на губах парня расцветает такая улыбка, словно он всю свою жизнь только этого «да» и ждал.       Оставив ещё один поцелуй, Нат взял его целиком, двигаясь нарочито медленно, словно дразня, внимательно следя за реакцией на каждое свое действие. И реакция эта его явно удовлетворила. Эндрю стоял, оперевшись на холодный кафель стены лишь чудом не соскальзывая вниз. Не выдержав неспешных движений, он запустил руку в рыжие волосы Натаниэля, заставляя того двигаться в более быстром темпе, из-за которого несколько секунд спустя душевую заполнили тихие стоны сквозь зубы. Нат послушно продолжал так, как того хотел парень, кажется, наслаждаясь процессом даже больше, чем Эндрю. В конце концов, Миньярд резко отодвинул Натаниэля, позволяя ему закончить рукой, и откинулся назад, тяжело дыша.       — Идиот.       — Не говори, что тебе не понравилось. — самоуверенно ответил Нат, с трудом поднимаясь на ноги. — Не поверю.       — Я и не говорю. — усмехнулся Эндрю. — Ты…       — Нормально. — перебил его Хэтфорд. — Я не хочу, чтобы ты делал это только из-за того, что так сделал я.       Эндрю кивнул, включил воду, быстро споласкиваясь, и вышел из душевой, оставляя Ната одного в кабинке.

***

      Кевин вернулся в общежитие через час после того, как Эндрю и Нат завалились домой и включили на телевизоре сериал. Он был все такой же взволнованный, немного напуганный, но в остальном, кажется, в порядке. Было видно, что больше всего на свете ему хотелось забиться в угол и не выходить примерно никогда, но он внял мольбам Ники и согласился объяснить все Лисам, которые собрались в комнате девочек. Оставалось дождаться только самого рассказчика. Несколько минут он просто молчал и никто его не торопил, позволяя собраться с мыслями, а затем вдруг заговорил, совершенно не подготовив товарищей к новости.       — Мой отец — Ваймак.       Дэн поперхнулась воздухом и надрывно закашлялась, не в силах остановиться. Мэтт от удивления не рассчитал силы, поэтому удар по спине девушки оказался сильнее, чем нужно, но ни сам Мэтт, ни Дэн этого не заметили. Элисон выронила из рук кружку, которая разбилась об пол на несколько больших осколков, оставляя после себя лужицу остатков кофе. Сет сел на стоящее позади кресло, лишь чудом не задавив сидящего там Жана, который с интересом разглядывал реакцию товарищей. Рене молчаливо переводила взгляд с одного бывшего Ворона на другого, не понимая шутят они или нет. Ники, вопреки своему обычному поведению не смог выдавить ни слова, а Аарон с осуждением посмотрел на Кевина, не понимая, почему тот не предупредил его об этом заранее. Эндрю только повернулся на лежащего рядом Ната, молча показывая свое удивление.       — Когда ты об этом узнал? — наконец выдавила из себя Дэн.       — Года три назад. Нат с Жаном выкрали письмо моей матери из кабинета Мориямы, в котором она говорила про отца своего ребенка.       — И ты все это время молчал? — вспылила девушка. — Ладно, когда ты был в Гнезде, но почему ты молчал, когда вы приехали к нам?!       — А что я должен был сказать? Здравствуйте, я ваш сын? Ты понимаешь, как плохо это звучит?!       — Но сейчас же сказал как-то!       — Да ты хоть понимаешь, что это страшно?! — заорал Кевин. — Ты бы обрадовалась, если бы к тебе пришел парень и сказал, что он твой сын?! Мне не пять лет, мне гребаных двадцать два года! Кому нужен такой ребенок?!       — А ты не думал, что такой ребенок мог быть нужным своему отцу?!       — Но до этого он же как-то жил без меня!       — Успокойтесь. — попросила Рене, вставая между Дэн и Кевином. — Не нужно так кричать.       Тяжело дыша от гнева, Уайлдс кинула последний взгляд на Дэя и ушла в спальню, закрывшись от всех на замок. Никто не стал к ней лезть, понимая, что девушке нужно успокоиться. Всем Лисам было известно насколько сильно она любила и уважала Ваймака, считала его практически отцом, а потому ей было особенно тяжело принять и простить человека, который так долго приносил ему боль.       — Нам всем нужно успокоиться и отдохнуть. — вдруг заявила Элисон.       — Что ты предлагаешь?       — Успокоиться и отдохнуть. Завтра же. — вдруг заявила она. — Я сниму нам домик в каких-нибудь горах и мы отлично отдохнем.       — За твой счёт? — лениво поинтересовался Эндрю.       — Да, монстр. — с снисходительной усмешкой ответила Элисон.       — Тогда я с удовольствием поеду.       — Остальные, что думают?       — Неплохая идея. Главное, чтобы никто никого не убил.       — Соглашусь. — кивнул Жан, оставшиеся Лисы тоже покивали и Элисон деловито вытащила из кармана телефон.       — Тогда завтра с утра у вас у всех должны быть собраны вещи.

***

      Следующим утром никто не заставлял Эндрю рано вставать, но он почему-то всё равно проснулся и умиротворенно взглянул на свернувшегося под боком Ната. Удивительно, как человек, выглядевший таким безобидным и спокойным во сне, мог быть таким едким и опасным во время бодрствования. Впрочем, опасным он бывал не всегда, Эндрю прекрасно знал, что это качество просыпается в нем во время угрозы. По-настоящему опасным рядом с Миньярдом Натаниэль был только в отвратительное Рождество в Гнезде, да и то тогда эта агрессия была направлена в сторону Воронов.       Наслаждаясь минутами до пробуждения Ната — а он почему-то всегда понимал, когда просыпался Эндрю и вскоре вставал сам — Миньярд услышал тихий скрежет примерно в районе кухни, однако был уверен, что вчера закрывал дверь, да даже если и не закрыл, то Лисы старались к ним не заходить без предупреждения, а остальные спортсмены вообще побаивались эту комнату. Мягко высвободившись от рук Натаниэля, Эндрю вылез из кровати, подхватил один из ножей и сам двинулся на встречу подозрительным звукам.       На кухне, крепко и неправильно сжимая в обеих руках кухонный нож, стоял парень, которого Миньярд не видел ни разу. Он прижимался спиной к плите и с ужасом смотрел на приближающегося к нему Эндрю, даже не пытаясь выставить нож вперёд, чтобы защититься. На скуле незваного гостя Миньярд заметил цифру пять. Сомнения тут же исчезли, это был один из Воронов, который по какой-то причине боялся даже ножа в собственных руках, не говоря уже о том, чтобы навредить этим ножом кому-то, кроме себя и то по неосторожности.       — Что ты здесь забыл? — угрожающе прошептал Эндрю, надвигаясь на несчастного. Крайне не хотелось будить Ната, который, если бы сейчас завязалась драка, только навредил бы себе.       — Я… мне… Рико…       — Что?       Миньярд презрительно выгнул бровь, подошёл вплотную и приставил нож к горлу парня, игнорируя, что тот готов вот-вот разрыдаться от неподдельного ужаса. Эндрю скривился, надавив на нож ещё сильнее, чтобы добиться более внятного ответа, однако быстро услышал сзади скрип открывающейся двери. Обернувшись назад, он успел заметить лишь то, как чья-то тень проскользнула внутрь спальни, и тень это принадлежала явно не Натаниэлю.       — Если я приду и замечу, что ты сдвинулся хоть на шаг, твоя жизнь будет короткой. — прошипел Эндрю, дождался, когда парень судорожно закивает, словно китайский болванчик на приборной панели, и тихо покинул кухню.       Тихо подобравшись к комнате, он заглянул в образовавшуюся щель. Над кроватью, на которой безмятежно спал Нат, склонился Рико, примеряясь куда лучше ударить ножом, чтобы он умер без криков. Миньярд хотел было уже кинуться, но заметил, как палец Хэтфорда незаметно мотается из стороны в сторону, призывая стоять на месте и ждать. Эндрю тихо выдохнул, на несколько секунд отвернулся к кухне и метко швырнул один из ножей в паре сантиметров от лица парня, который пробирался в сторону. Он видел, как вздрогнул от шума Рико, но это была его единственная реакция. Морияма подобрался поближе, замахнулся, и Нат внезапно скатился ему на ноги, сбивая стойку. Прицельный удар вспорол матрас и застрял в пружинах, оставляя японца без оружия.       Эндрю уже не смог ждать, понимая, что Натаниэль будет слишком долго вставать, что позволит Рико вновь перехватить нож и тогда всё это окажется бесполезным. Выбежав из-за двери, он кинулся на Морияму, который ещё не отошёл от внезапного падения Хэтфорда и не мог быстро реагировать. Встав у него за спиной, Миньярд уже привычным захватом приставил к шее противника нож сразу надавливая так, что по бледной коже покатилась капелька крови. Нат встал, окидывая Эндрю мимолётным взглядом благодарности и зло уставился на Рико.       — Я кажется объяснял тебе, что ты не можешь заходить на мою территорию. — сказал Натаниэль, медленно достав из повязки, что лежала на тумбочке около кровати, нож. — Или в прошлый раз я недостаточно хорошо объяснил? Вместо птиц в следующий раз можешь оказаться ты, не думал об этом?       — Ты всё испортил. — сквозь зубы прошипел Рико. — Если бы не ты, эти идиоты так и остались на последнем месте турнирной таблицы. Из-за тебя мне приходится играть с дилетантами! Мы ещё ни разу так часто не проигрывали, а всё из-за тебя!       — А по-моему, это из-за того, что вы играть не умеете. — хмыкнул Нат. — Но в таком случае я ничем не могу помочь.       — Сволочь, я всё равно доберусь до тебя!       — Добраться ты доберешься, вон приехал, стоишь передо мной, но убить не сможешь. Да и что тебе принесет моя смерть? Они и так без меня победят, я сейчас калека.       — Твоя смерть принесет мне удовольствие! — Рико дернулся вперёд, но Эндрю держал крепко и японец лишь усугубил свою рану.       — Как и мне твоя, но я же жду, когда тебя до смерти забьёт Тецудзи, а ты почему-то нет.       — Заткнись!       — Мечтай. — холодно ответил Натаниэль, чувствуя, что злость с каждой секундой всё сильнее. Нельзя было допустить, чтобы Рико заметил, что Нат выходит из себя, эмоции в таком деле лишние. — Что мне с тобой сделать? Может руку сломать? Как ты Кевину? Или с ногой что-нибудь сделать?       — Не посмеешь. — огрызнулся Морияма. — Ты знаешь, что тебя ждёт, если ты попробуешь мне навредить.       — Ну ничего, попробую.       Холодно ухмыльнувшись, Нат покрутил между пальцев нож и резко ткнул лезвием по ключицам. Рико вскинул голову, зашипел, попытался выкрутиться из захвата, но Эндрю ловко скрутил его руки за спину, продолжая держать нож у горла. Казалось, ему было абсолютно плевать, что он сейчас буквально содействует в пытке человека.       — Одна просьба, старайся не кричать. — ласково попросил Натаниэль, вдавливая нож до самой кости.       — Никто не оставит это так просто. — стиснув зубы, ответил Рико.       — И я буду только рад вбить всем твоим товарищам, что нельзя заходить на мою территорию и угрожать кому-то смертью.       Натаниэль методично наносил рану за раной. Не слишком глубокие, не слишком серьезные, но достаточно болезненные, чтобы показать Морияме, что он здесь далеко не главный. У него не было цели покалечить Рико или убить, хотя желание определенно присутствовало — Нат знал, что эта маленькая шалость действительно не пройдет просто так, если этот не вернётся в Гнездо в относительно здоровом состоянии, однако никто напрямую не запрещал слегка подпортить внешность и репутацию. Да и в целом, пытки не приносили ему такого удовольствия, какое получал тот же Натан. Хэтфорд чувствовал омерзение от запаха крови и мяса и вида чужих страданий. Сквозь желание отомстить пробивалось презрение к самому себе, но пока что ненависть побеждала. Остаткам совести приходилось только внимательно следить за тем, чтобы лезвие ножа не входило слишком глубоко под кожу.       В Гнезде категорически запрещалось портить лицо, потому как оно было главным для команды. Никто не должен был знать, как на самом деле жили Вороны, однако Нат теперь не в Гнезде, он больше не Ворон, да и в целом мог не беспокоиться о том, что кто-то решит его покарать — в конце концов даже Мориямы осознают, что нельзя нарушать условия, на которые ранее согласились. Главное не переусердствовать. Лезвие ножа как-то слишком бережно очертило скулу, чтобы всегда можно было перед журналистами списать всё на неудачное падение или драку с котом. Жалость главный враг в таких ситуациях, но Рико, кажется, этой жалости к собственной персоне не чувствовал, игнорируя все ощущения, кроме боли, которая ещё пульсировала в районе груди.       Неожиданно вспомнился полутемный подвал отца, его до ужасного довольная улыбка от приносимой другому человеку боли. В отражении расширенных от страха зрачков, Нат увидел Натана и резко отдернул нож. Он не такой. Он не должен.       — А теперь вон. — холодно сказал Натаниэль. — Задержишься здесь ещё хоть на минуту и я не посмотрю, что ты Морияма. Вспорю глотку и отправлю твой труп по почте Тецудзи.       — И дружка своего забери, если он сам ещё там не вскрылся. — равнодушно добавил Эндрю, протяжно убирая нож, чтобы ещё напоследок доставить боль.       Натаниэль проследил как за Воронами закрылась дверь и осел на кровать, откидывая нож в сторону. Эндрю кинул свой туда же, закрыл дверь в спальню на щеколду — единственный доступный для них сейчас замок — и сел рядом. Нат жалостливо посмотрел на него, молча спрашивая разрешения, на что голкипер закатил глаза и раскрыл руки, так же молча соглашаясь. Хэтфорд тут же прижался к парню, обхватывая его талию своими руками, и тихим испуганным шепотом спросил:       — Я как Натан?       — Ты пытал Рико просто так? — в ответ Нат только помотал головой. — Ты получал от этого удовольствие? — снова нет. — Может, ты нанес ему тяжелые ранения? — нет. — Тогда почему ты как Натан?       — Я боюсь им стать.       — Не станешь. — покачал головой Эндрю, поглаживая Натаниэля по спине. — Ты слишком добрый для этого.       — Я не добрый.       — Я знаю тебя.       — Лучше меня?       — Я с тобой уже полгода живу, а ты с собой до сих пор не начал.

***

      Элисон обнаружила вскрытый замок на двери в комнату Ната и Эндрю и торопливо прислушалась, боясь даже прикоснуться к искореженному металлу, однако внутри всё было словно мертво. Оглушающая тишина на миг заставила ее сомневаться в том, живы ли обитатели комнаты, но девушка отогнала эти пугающие мысли и смело шагнула внутрь, показательно шумя, чтобы привлечь внимание парней. Кухня оказалась пуста, однако нож, воткнувшийся в деревянный ящик, ясно говорил, о том, что что-то не так. Элисон кинулась к спальне, дернула дверь, она оказалась закрыта. Не решив ещё хорошо это или плохо, девушка начала громко стучать, чтобы, если вдруг они просто спали, разбудить их. Минуту спустя щёлкнула щеколда и в дверном проеме появился недовольный Эндрю.       — Что ты здесь делаешь?       — Я хотела разбудить вас, мы скоро выезжаем, — с явным облегчением ответила Элисон. — а потом увидела, что замок сломан и нож на кухне. У вас всё в порядке?       — В полном. — холодно ответил Эндрю. — Когда выезжаем?       — Через час.       — Отлично, вали.       Элисон закатила глаза, мельком рассмотрела в открытом пространстве между Эндрю и дверью живого Ната, после чего относительно спокойная, ушла предупреждать остальных. Миньярд оглянулся на Хэтфорда и мотнул головой в сторону телефона, спрашивая не писал ли мастер, которого они вызвали, чтобы им вставили новый замок.       — Он сказал, что будет через полчаса.       — Кажется, мы отстанем от остальных.       — Так даже лучше, разве нет? — улыбнулся Нат.       Эндрю хмыкнул, подошёл ближе к Натаниэлю и ловко выхватил длинными пальцами сигареты из кармана. Хэтфорд засмеялся и кинул заодно зажигалку. Сам он в последнее время не курил, а такой необходимый порой вишневый дым получал от вечно курящего Миньярда. Хотя иногда, когда организм уже ломало без никотина, он все же забирал сигарету голкипера. По сути, Нат покупал сигареты именно для него и мог бы сразу класть эту пачку к нему, но так не интересно. Гораздо приятнее было, когда Эндрю забирал ее из рук или из кармана. Нат знал, что мог положить в этот карман абсолютно любую провокационную вещь, но Эндрю вытащит только сигареты. Он никогда не брал вещи без спроса и это безумно нравилось. Но ещё больше нравилось, когда Миньярд, явно нехотя, чувствуя себя нелепо, подходил и спрашивал можно ли взять футболку или кофту. Натаниэль давно сказал ему, что на все вопросы ответ будет «да», но Эндрю не слушал, все равно спрашивал. И выглядел в эти моменты восхитительно.       Тем временем Миньярд сел на подоконнике, раскрыл форточку и закурил, разглядывая людей, что ходили внизу. В дверь заскреблись, Эндрю вздохнул — без замка входная дверь вообще не выполняла свои функции и кот по старой памяти зашёл в знакомую комнату, хотя все время жил у Ники и Жана. Немного подумав, голкипер спрыгнул на пол и впустил внутрь беснующегося Бомжика, который мгновенно начал ластиться к ногам, оставляя на штанах грязные следы. Неудивительно, он только что гулял, раз Ники не закрыл его в комнате с тремя литрами воды и шестью килограммами корма.       — Всё-таки, ты его любишь. — уверенно сообщил Хэтфорд и плавно скатился с кровати на пол, чтобы приласкать кота. Постельное они недавно застелили, не хотелось так быстро менять заново.       — Нет.       — Да брось, любить кого-то не стыдно.       — Я не стыжусь. — пожал плечами Эндрю, равнодушно осматривая распластавшегося на полу Ната. — Но этого не люблю.       Хэтфорд широко улыбнулся, получив ещё одно, пусть и косвенное, но всё же признание. Миньярд закатил глаза и продолжил курить, когда в гостиной послышалось чьё-то неуверенное покашливание и вопрос: «Есть здесь кто-нибудь?».

***

      Лисы уехали, полностью поместившись в фургон Мэтта. Натаниэль только засмеялся, представляя себе Кевина, зажатого между Лисами с недовольным и трезвым лицом. Хэтфорд видел в окно с какой детской радостью Хэммик залез в багажник и снова улыбнулся. Эти люди заставляли его улыбаться вдвое чаще.       Час спустя мастер ушел, Эндрю ещё раз проверил за ним замок и, пока Натаниэль ползком и перебежками проносил кота через все общежитие, чтобы оставить его в комнате Ники и Жана, переоделся в уличную удобную одежду. Свою сумку он набил свитерами, кофтами и прочими предметами одежды с плотной тканью, чтобы в ближайшем магазине закупиться алкоголем и довезти его в целости до домика, снятого Элисон. Вещи, которые можно было носить по погоде, Эндрю скидал к Нату, но их было не слишком много, он был абсолютно уверен, что будет по большей части ходить в свободной одежде Хэтфорда, нежели в своей.       Ещё полчаса спустя они были абсолютно готовы и наконец выехали с парковки общежития. Натаниэль, который был обычно не против поездок в тишине, вдруг полез к радио, подключил к своему телефону и начал копаться в музыке. Вскоре машину заполнила спокойная песня, идеально подходящая на фон какого-нибудь разговора, но его не последовало. Нат тихонько подпевал, совершенно не попадая в ноты, а порой даже в слова, но Эндрю никак не прерывал его внезапные порывы и тихонько стучал пальцами по рулю в такт мелодии.       Странную идиллию прервал звонок Ники. Истерика, которую он достаточно неубедительно пытался сыграть, никак не удивила ни Хэтфорда, ни тем более Миньярда, однако причину они всё же выслушали и пообещали, что всё исправят. Сдерживая свое слово, Эндрю съехал с трассы в ближайший магазинчик и, помимо того алкоголя, который изначально хотел купить себе, взял ещё несколько ящиков. Любой другой человек подумал бы, что этого хватит на месяц, однако Нат знал, что если Лисы пили, то делали это основательно. Так, чтобы на утро не помнить свое имя, где они и кто рядом. Сам Хэтфорд такое пока не практиковал, но что-то подсказывало, что сегодня не удастся избежать хоть какого-нибудь слабоалкогольного коктейля. Об этом говорила не только усмешка Эндрю, но и прямое заявление Ники о том, что пить обязаны абсолютно все.       Два часа, проведённые в пути, и в сравнение не шли с тем, когда они ездили в другой город на матчи, поэтому Нат не успел устать и слишком достать Эндрю. По лицу голкипера трудно было понять доволен он тем, что к нему не лезли или нет, но Хэтфорд в любом случае планировал восполнить свое упущение в домике. Миньярд об этом не знал, но явно подозревал, уже привыкший к странному гиперактивному состоянию Натаниэля, которое активизировалось примерно раз в месяц, после чего он потом лежал овощем. Иногда в такие моменты ему даже не нужны были фильмы или сериалы, потолок идеально заменял их.       Вскоре Эндрю уже повернул к огороженной территории базы и блудился в множестве дорог, ведущих к разным домикам. К счастью, Ники с удовольствием пояснил как доехать и висел на звонке до тех пор, пока Миньярд не вошел на террасу через гостиную и не попытался выбросить его телефон в так удачно находившееся рядом джакузи, в котором уже отдыхали довольные Лисы.       Пока Хэммик пытался спасти свой телефон, Натаниэль осматривался вокруг, с удовольствием отмечая, что это место сильно похоже на эстетичные фото в интернете. Лакированный деревянный пол, покрытый мягкими ворсистыми коврами, бревенчатые стены и даже оленьи рога на них. Несмотря на схожесть с домом лесника, кухня была оборудована всей современной техникой, имела гигантский холодильник, на который крепилось расписание завтраков, обедов и ужинов, а также немаленький стол. Дальше Нат не ходил, но через приоткрытую дверь явственно видел стол для игры в бильярд, что тоже не могло не радовать.       — Вы же все купили? — с надеждой поинтересовалась Дэн.       — Да.       — Кто-нибудь хочет приготовить мне дайкири? — невинно улыбнулась Элисон, переводя взгляд с Ники на Миньярдов, которые из всей компании единственные умели готовить коктейли сложнее молочных.       Эндрю решил, что алкоголь будет поинтереснее, чем разговаривающие ни о чем Лисы, поэтому устремился на кухню, Нат шел с ним в комплекте, Аарон заявил, что приехал отдыхать, а Ники просто не хотел отказывать. В конце концов, сам он не вложил в этот отдых ни доллара, поэтому хоть чем-то помочь всё-таки стоило.       Оказавшись на кухне чуть раньше Хэммика, который спрашивал кому что делать, Нат благоразумно задал Эндрю извечный вопрос и, получив желанное «да», обнял его со спины, прижимаясь к нему всем телом и укладывая голову на плечо. Таким образом он имел отличный доступ к шее и как минимум одной щеке, чтобы время от времени полуцеловать-полупокусывать. Миньярд вздохнул, но продолжил делать коктейли, словно ничего необычного не происходило. Увидевший их ещё из гостиной Ники, восторженно вытащил телефон, чтобы сфотографировать редкую картину спокойного в чужих объятиях Эндрю, но Аарон лениво пообещал закончить то, что начал брат, поэтому Хэммик торопливо убрал телефон обратно в карман, чтобы он не оказался в джакузи.       «Алкогольный» безалкогольный коктейль для Рене взял на себя Эндрю, зная, что Ники не переубедить, а Рене не станет пить ничего алкогольного. Заодно он приготовил все, что было максимально лёгким, потому что утруждать себя работой сегодня не хотелось. Хэммик тем временем с явным удовольствием мешал какую-то адскую смесь для Кевина, который хотел надраться как можно быстрее, и заодно пробовал всё, до чего доходили руки, чтобы понять, что ему надо. Впрочем, Миньярд тоже не отставал и параллельно с готовкой пил виски. Вскоре Ники свалил с кухни, унося готовые коктейли Лисам.       Эндрю, повернувшийся лицом к висящей на нем коале, чтобы узнать собирается ли она пить алкоголь, наткнулся на блаженную улыбку, а несколько секунд спустя на губы. Поцелуй был таким же, как и сам Натаниэль сейчас — ленивым, медленным и каким-то странно нежным, что бывало крайне редко. Впрочем, Миньярд и против такого ничего не имел, разворачивая Хэтфорда к себе и прижимая его бедрами к столу. Нат усмехнулся в поцелуй, прикусил губу и быстро зализал, запуская руки в волосы Эндрю.       — На террасе ребята. — с лёгкой издёвкой напомнил Натаниэль, отстраняясь на несколько миллиметров.       — Насрать. — коротко ответил Миньярд и, обхватив парня за бедра, резко посадил на столешницу, лишь чудом оставляя бокал с виски не разбитым.       Довольный такой реакцией Хэтфорд улыбнулся ещё шире и вновь приник к губам голкипера, обхватывая ногами его бедра. Ленивое настроение, охватившее Ната несколько секунд назад сменилось на более дерзкое, и Эндрю, быстро почувствовав это, стал прижиматься ближе. Движения стали более резкими, в какой-то степени даже грубыми, но пока обоих это устраивало никто не собирался останавливаться.       Исход этого поцелуя был бы очень даже логичными, если бы Ники не вернулся на кухню, чтобы проверить количество оставшегося льда. Несколько мгновений он лицезрел открывшуюся ему картину, а затем трагичным голосом заныл:       — Имейте совесть! Тут некоторым это ещё долго не светит!       Нат хоть и показал ему средний палец в знак протеста, а все равно нехотя отстранился, оставляя руки на плечах Эндрю. Тот тоже, к слову, не торопился отходить, убийственным взглядом сверля Ники, который похоже действительно переживал только за то, что с ним ничего подобного в ближайшее время не случится. Через несколько секунд послышался плеск воды: с террасы, оставляя за собой сырой след, выбежала Элисон, желавшая увидеть, что конкретно «ещё долго не светит» Хэммику.       — Я все пропустила, да? — вздохнула девушка, обращаясь к Ники, который в ответ только кивнул. — Ты не мог сначала меня позвать, а потом уже на них орать?       — А ты так хочешь посмотреть? — ухмыльнулся Нат.       — Я не поверю в то, что вы реально… — девушка на секунду задумалась о корректной формулировке, за которую ее потом не убьет Эндрю. — больше, чем обнимаетесь, пока не увижу это собственными глазами. — заявила Рейнольдс.       Хэтфорд с хитрой улыбкой посмотрел на Миньярда и склонил голову чуть вбок, молча спрашивая разрешения. Голкипер закатил глаза, но сам притянул его чтобы поцеловать. Нат охотно ответил, готовый поклясться чем угодно, что Эндрю сейчас улыбается. Со стороны коридора послышался визг Элисон, которая, несмотря на свои слова секундами ранее, меньше всего ожидала того, что происходило сейчас. Видимо, решив ее добить, Натаниэль тихонько простонал в поцелуй, получив за это ощутимый укус. Подождав несколько секунд и так и не дождавшись явного протеста Эндрю, он продолжил выводить из равновесия не только Рейнольдс, но и в принципе всех, из-за плохой звукоизоляция.       Ники, явно изнывающий от того, что не мог запечатлеть на камеру такую чрезмерную открытость ненормального Миньярда, вновь попытался вытащить телефон, но Элисон забрала его вместе с обладателем и, ногой прикрыв дверь на кухню, утащила Хэммика обратно на террасу, очевидно для того, чтобы поделиться эмоциями. Впрочем, основная буря всех этих эмоций была вызвана не столько самим поцелуем, сколько серьезными переменами в характере Эндрю, когда рядом появлялся Нат.       А тем временем Хэтфорд, услышав звук закрывшейся двери, отстранился и лукаво улыбнулся Миньярду, который тоже не смог сдержать усмешки.       — Я тебя обожаю. — тихо заявил Натаниэль.       — Ненавижу.       — Ты понимаешь, что это звучит неправдоподобно пока ты так улыбаешься?       — Понимаю. — согласился Эндрю и спустил парня со стола. — Я им ничего объяснять не собираюсь.       — Я тоже. — кивнул Нат. — Кстати, я не против любого алкогольного коктейля на твой вкус.       Минут десять спустя они вышли с кухни с бокалами в руках. Эндрю держал чистый виски, в то время как Натаниэль принюхивался к содержимому своего, в очередной раз подтверждая прозвище «Кролик». Ники, заметив их и бокал в руке Хэтфорда только широко раскрыл глаза, присмотрелся и ахнул.       — Бог мой. Это что? Куба либре?       — Да. — кивнул Нат и присел на деревянный шезлонг с мягким полосатым матрасом. Каникулы обещали быть интересными.