Пятна в темноте

      Натаниэль гордо привел Лисов к бару, о котором говорил Джереми. Описания Нокса были настолько масштабными, что все ждали по меньшей мере дворец, однако это оказалось полуподвальное помещение с некогда серебряными обшарпанными лестницами, уходящими вглубь старой, потрёпанной жизнью и временем, многоэтажки. Неприметная вывеска с ржавыми потёртостями над лестницей сообщила, что они пришли верно — «Дом».       Лисы переглянулись. Натаниэль первый спустился вниз, открывая дверь и ожидая, что сейчас ему в лицо ударит душный воздух, утяжеленный разнообразными отвратительными яркими и резкими ароматами духов, однако все вышло наоборот. Из помещения пахнуло приятной свежестью и ароматом ухоженной оранжереи, в которую его как-то раз таскал Жан, а следом взгляду открылось весьма обширное пространство, неплотно в заполненное железными слегка ржавыми столиками. Прямо напротив двери находился бар из той же серебряной стали, только теперь Натаниэль ясно видел, что рыжие подтёки ржавчины были сделаны специально. За баром ходили парень и девушка, они ловко мешали коктейли, доставая алкоголь, топинги и прочее из железного шкафа позади, который был опутан лианами живых цветов. Зелёные листья заполонили всё пространство — они вились по проводам и трубам на потолке, обвивали лампы, ножки столов и спинки кожаных диванов. Вот откуда возник этот несвойственный барам под конец дня аромат свежести и чистоты.       Пока Натаниэль оглядывался, остальные Лисы уже спустились вниз, изучая помещение с явным удовольствием. Бар невероятно сильно напоминал какое-то заброшенное здание, однако, несмотря на это, выглядел опрятно и ухоженно. С улицы казалось, что внутри будет маленькая грязная комнатушка, проще говоря, гадюшник, но на самом деле места было невероятно много.       Сидевшая за барной стойкой девушка обернулась на вошедших и резко соскочила со стула, направляясь к гостям. На прошлом матче её не было, но любой уважающий себя игрок экси знал наизусть состав всех команд первого дивизиона. Перед Лисами с широкой улыбкой материализовалась — Мэделин Хилл одна из защитников Троянцев.       — Добро пожаловать в лучший бар Калифорнии! Мы вас уже ждем.       — А где…? — Ники огляделся, но никакой большой компании, какой и должна была быть команда Троянцев, не заметил.       — Сейчас покажу. — с невероятно довольным видом Мэделин пошла в самый конец зала, демонстрируя находящуюся там витую лестницу, опутанную лианой, которая вела на второй этаж, заставленный столиками уже более плотно, чем внизу.       — Разве здесь не должен быть жилой этаж? — с удивлением спросил Мэтт.       — Нет. — пожимая плечами ответила девушка. — Это отель и первые два этажа выделены под развлекательную зону.       — Отель?       — Ну да. — Мэделин чуть нахмурилась, выискивая взглядом товарищей, и продолжила речь. — В бар могут заходить все, а чтобы поиграть в боулинг, бильярд, настольный теннис, сходить в хамам, сауну, бассейн и так далее нужно снять номер.       — Это очень странное расположение для отеля. — задумчиво сказал Жан и махнул рукой, приветствуя Троянцев. Чтобы вся команда и Лисы расселись им пришлось сдвинуть несколько столов.       — Не-е-ет. — протянул Джереми, мотая головой. — Это сеть тематических отелей. Конкретно этот специализируется на любителях пощекотать нервишки, поэтому он выполнен в стиле заброшенного города. Лично мне он нравится гораздо больше остальных.       — А по-моему, тот, что японском стиле гораздо лучше. — хмыкнула Лайла Дермотт, стоявшая на воротах во втором тайме. — Здесь жутковато. Особенно в номерах. — доверительно пояснила она Лисам.       — Вы снимали здесь номер? — поинтересовался Сет, присаживаясь на свободный диванчик. Его примеру последовали все остальные, занимая места вокруг.       — Это было в прошлом году, мы тогда, как и сейчас, дошли до финала, но проиграли. Решили отметить по полной. — пояснил Джереми. — В моем номере кто-то завывал, жутко сильно работал кондиционер, а ночью царапались в дверь. Так что, наверное, эти отели больше квестовые, чем для действительного проживания.       — У нас с Каталиной везде была плесень, а из-под кровати выливалось что-то красное и впитывалась в ковер. — пожаловалась Лайла.       — А мне понравилось. — легкомысленно пожала плечами Альварес, садясь около Дермотт. — Кстати, что будете пить? Здесь просто потрясающая подача!       Ники всерьез заинтересовала идея тематического отеля, поэтому он докопался до сидящего около него Дерека, который неохотно начал рассказывать о каждом из тех, что находились в Калифорнии. Хэммика ничуть не смущала незаинтересованность собеседника, он привык к такому от Миньярдов, поэтому сейчас чувствовал себя совершенно спокойно.       Несколько Троянцев, игравших в матче особенно напористо, извинились, если вдруг приемы выходили жёсткими. Лисы, которые мало того, что переживали матчи, в которых их откровенно избивали, так ещё и ни разу не слышали за это извинений, сейчас сильно удивились и абсолютно честно ответили, что они не в обиде.       По началу разговор шел исключительно на тему экси, потому что других общих тем никто не знал, однако чем больше на столе оказывалось пустые стаканов и бутылок, тем веселее и раскрепощённее становилась беседа. Полузащитник Троянцев Мин Кай решил поспорить кто больше выпьет. С лицами «ты не знаешь, на что подписался» полупьяненькие Лисы выдвинули Кевина на роль соперника для Мина. Аарон попытался было их остановить, напомнить парню о том, что он больше не пьет, но это ничего не дало. Джереми, очевидно помнящий сколько может выпить Дэй, попытался отговорить товарища, но тот только упрямо помотал головой.       Кажется, крики «Пей до дна!» слышались на весь бар, но никто не пришел их остановить или попросить быть потише. Парочка незнакомых людей даже с интересом смотрели, ожидая, кто сдастся первым. Лисы и Троянцы ставили ставки, подбадривали как могли и подставляли следующие шоты. Кевин и Мин первые несколько минут шли ровно, не уступая друг другу ни на каплю, однако вскоре Кай стал постепенно замедляться, терять координацию и не попадать рюмкой в рот. Лисы радостно завопили, прыгая на месте, предвкушая количество заработанных сегодня денег. Троянцы вздохнули, Джереми, поставивший на Кевина, аккуратно забрал из рук Мина рюмку и повел его к более менее свободному диванчику. Те же самые махинации Аарон проделал с Кевином и заботливо поставил между ними ведёрко, в котором принесли шампанское со льдом.       В приятной обстановке в совокупности с алкоголем Дэн неизменно вспоминала свой опыт работы стриптизершей. Этот раз тоже не стал исключением, поэтому очень скоро столы пришлось раздвинуть обратно, чтобы дать ей и ещё парочке других членов команд потанцевать. Вскоре она уже учила Лайлу азам стриптиза, пока остальные, заинтересованные исключительно техникой, продолжали поглощать весь алкоголь, который только был в меню. Если бы кому-то в голову пришла идея снять это на камеру, у них все равно бы ничего не вышло, потому что девушек надёжно скрывали спины парней, но скрывать было не от чего — обитающие здесь посетители сами были в лёгком невменозе и прекрасно понимали, что не стоит мешать другим отдыхать. Впрочем, от камеры телефона трезвого Ната ничего не спасло. Вот чем плохи веселые и непьющие друзья на вечеринках — они совершенно бессовестно снимали каждый шаг, чтобы на следующий день показать каждому: кто и как опозорился.       Помимо Натаниэля не пили ещё Эндрю, Рене, Джереми и Ксавьер, который был заместителем Нокса и считал своим долгом помочь утащить пьяных товарищей обратно в общежитие. Нельзя сказать, что им было скучно, даже Эндрю не смог сдержать полуусмешки, глядя на конвульсивные содрагания, которые лишь по досадной случайности кто-то назвал танцем. Грустно стало лишь тогда, когда пришло время платить за все выпитое, но исключительно Троянцам. Просмеявшись и наконец сжалившись, Нат заплатил за Кевина, Жана и Сета с Мэттом, Эндрю за братьев, а Рене за Элисон и Дэн. Изначально, конечно, планировалось, что платить за всех будут калифорнийцы, но выпили они все настолько много, что этот вечер точно ударил бы по их кошелькам.       Ещё полчаса спустя, когда к бару подъехало десять такси, Троянцы и Лисы прощались так, будто дружили по меньшей мере всю жизнь и теперь снова расставались на неопределенный срок, который, на самом деле, был достаточно определенным — Дэн имела неосторожность пригласить калифорнийцев на финал, чтобы потом, вне зависимости от победы или поражения, напиться в каком-нибудь баре Каролины. Решение ехать было принято единогласно настолько, что несколько Троянцев забронировали себе места прямо в баре. Альварес клятвенно пообещала прийти на матч вся в рыжем, а Дермотт уверенно заявила, что в таком виде придут абсолютно все Троянцы. Натаниэль заснял это признание и принялся помогать заталкивать излишне любвеобильных в такси, не забывая извиняться перед каждым водителем.

***

      Путь из Калифорнии для Лисов прошел в компании сна, минералки и таблеток от головы, больной печени, желудка и прочих прелестей похмелья. Ваймак недовольно пообещал, что больше никогда не отпустит их выпивать после матча в чужом городе, однако ехал аккуратно и осторожно, чтобы подопечных не вырвало. Натаниэль, до этого планировавший всю дорогу распевать популярные попсовые песни, не имеющие не только смысла, но и рифмы, всё же сжалился над товарищами и мирно устроился на заднем сиденье, обнимая колени, на которые положил голову.       Он чувствовал лёгкое облегчение, преследующее его с конца матча против Троянцев. Сначала оно было настолько сильным, что у Ната искрились глаза, он готов был прыгать от счастья и даже расцеловать Джереми, который урезал состав игроков. Со временем безудержное веселье превратилось в тихую радость. Они уже в финале независимо от того, как пройдет следующий матч Троянцев, ведь предыдущие два они проиграли. Теперь Лисы с вероятностью в сто процентов встретятся с Воронами, вопрос заключался в том, смогут ли они победить.       Но этот вопрос Натаниэль благоразумно отложил на пару дней, чтобы хотя бы на этот короткий срок забыть о возможной смерти. Эндрю, кажется, понимал это настроение, поэтому не лез с нравоучениями, хотя он бы и так не полез, если быть совсем честным. Ему, на самом деле, тоже хотелось сейчас просто отдохнуть — неподвижно сидя в автобусе уже второй час, он чувствовал, как каждая мышца в его теле ноет и молит о пощаде, о небольшом перерыве, чтобы наконец восстановиться.       В конце последнего матча он подставился сам, вполне осознанно, чтобы не допустить ещё один гол, поэтому сейчас его правое плечо напоминало о себе острой болью при каждом движении. Тогда он понимал, что этот последний мяч никак не спасет Троянцев, но почему-то дать ему свершиться было сродни тому, чтобы собственноручно подписать Нату смертный приговор. Видя лица Жана и Кевина он отчётливо понимал, что они думали о том же самом.       Удивительно, как за какой-то жалкий год Натаниэль стал неотъемлемой частью его жизни, плотно засел под кожу и стал единственным человеком, к которому не страшно было повернуться спиной, который запросто мог ночью прижаться ближе, сдавливая грудь объятиями, не вызывая при этом панику. Эндрю до сих пор чувствовал себя странно всякий раз, когда Нат без слов понимал, что сейчас лучше не лезть, а сейчас надо подойти с мороженым, включить глупый фильм и помочь забыться в поцелуях. Таких спокойных, неторопливых и тягучих, что все проблемы действительно отходили на второй план. Удивлялся он и тогда, когда сам понимал, что необходимо в той или иной ситуации Натаниэлю, а иногда ставил его спокойствие выше своего комфорта. Так необычно было идти на компромисс ради другого человека и видеть, как тот идёт на него в ответ, да ещё и с такой улыбкой, словно для него это были сущие пустяки. Но это было приятно.       Выражать свои эмоции он не привык, да и никогда, наверное, не привыкнет. Роланд хотел этих эмоций, хотел слышать какое-то подтверждение их недоотношениям, но, каждый раз натыкаясь на холодную усмешку или молчаливое безразличие, взрывался недовольством, заставляя Эндрю где-то очень глубоко в душе чувствовать вину за то, что он не мог дать достаточно, однако этого не было с Натаниэлем. Ему хватало только каких-то незаметных деталей, чтобы понять, что чувствовал Миньярд, не нужно было никаких громких признаний и заверений в вечной любви. Сейчас Эндрю понимал, почему людям так хотелось любить и быть любимыми, однако самому ему не нужно было никого, кроме Ната.       Задумавшись об этом, он не заметил, как засмотрелся на безмятежный профиль Хэтфорда. Вот бы он оставался таким всегда. В конце концов, должен же у него хоть когда-нибудь начаться период, когда ему не грозит смерть, пытки и тому подобное.       Поездка обратно Пальметто прошла в приятной тишине, бессмысленных в своей незначительности размышлениях и звучавшими время от времени заявлениями Лисов, что они никогда больше не будут пить. Такая несусветная глупость даже у них самих вызывала улыбки. Ну как это — они и не напиться в случае победы или поражения?

***

      Натаниэль всей душой любил испанский, но эта пара была невыносимо долгой, а особенно после объявления об экзаменах. Он искренне не понимал, почему вместо того, чтобы наконец спокойно выдохнуть после матча с Воронами ему придется готовиться к зачётам, которые пройдут через неделю после окончания чемпионата. Несмотря на то, что шансов не пережить игру было столько же, сколько пережить, Нат старался не думать о первом исходе, поэтому и прилагал минимальные усилия для сдачи экзаменов.       Впрочем, надолго тема в голове не задержалась, сменившись на недавнее объявление Ваймака о том, что матч с Воронами пройдет в Гнезде. Возвращаться туда хотелось меньше всего, однако стадион Пальметто был рассчитан на гораздо меньшее количество людей, чем стадион Эдгара Алана, поэтому выбор заранее был понятен всем. После этой новости Кевин побледнел ещё больше, но ничего не сказал — все было написано на его лице.       В тот же день тренер предлагал Лисам зарезервировать места для друзей и родственников. На одиннадцать человек их выделили двадцать два, но, как выяснилось, даже это число было для них слишком большим. Жан позвал Рони. Она, конечно, как один из сотрудников стадиона, могла бы посмотреть с мест для запасных игроков, но тогда ей пришлось бы находиться в секторе Воронов в ярко-оранжевой одежде, что выглядело бы странно. Кевину звать было некого, поэтому его свободные места Натаниэль забрал себе, чтобы Стюарт вместе с Мэри и Элис хотя бы раз сходили на его, возможно даже последний, матч. Об этом он, разумеется, предпочел умолчать, но не увидеть семью просто не мог.       Миньярды не раздумывая передали бланк Ники, который на несколько секунд уставился на лист и грустно передал его Рене, так ничего и не вписав. Дело в том, что Эрик на этот день не смог отпроситься с работы, а в таком случае глупо было писать его имя, лучше оставить свободное место для подруг Дэн. Это имело хоть какой-то смысл.       Уокер вписала имя матери и отдала оставшееся место для родителей Мэтта с новой пассией отца, которая была практически одногодкой с Лисами. Эта девушка Бойда жутко раздражала, но отец не пришел бы без нее, а мать прекрасно контролировала свои эмоции. Элисон без колебаний передала список дальше, игнорируя Сета, прекрасно зная, что и ему звать совершенно некого. Дэн специально не вписывала имена подруг, чтобы посмотреть сколько свободных мест останется после товарищей по команде. Как выяснилось, этого количества оказалось даже слишком много. Лишь четверо ушли из стриптиз-клуба, только они и могли прийти, у остальных не получилось бы взять отгул на вечер пятницы, поэтому им оставалось только смотреть эфир по телевизору.       В конце Натаниэль вновь незаметно перехватил список и вписал в самом конце имя Эрика Клозе, который не далее как прошлым вечером просил не говорить ничего Ники по поводу его приезда. Вне всяких сомнений, смотреть на такого понурого Хэммика было крайне неприятно, но радость от того, что Эрик сидит на трибунах, обязательно перекрыла бы собой эти несколько тоскливых дней. Отдавая бланк Ваймаку, Нат выразительно посмотрел сначала на Ники, потом на последнее имя и снова на тренера. Тому не нужно было слишком долго все объяснять, он сразу понял в чем заключается план, поэтому главным сейчас стало случайно не проболтаться.

***

      Натаниэль стоял в аэропорту, чувствуя непривычную лёгкость. В его руках не было даже рюкзака, в кармане мирно покоился паспорт и билет до Торонто. Ваймак ещё разбирался на регистрации, Кевин, уже все прошедший, топтался около него, а Нат сидел на металлическом кресле с мелкими частыми круглыми дырочками в сидушке и спинке. Спешить им было некуда, до их рейса ещё сорок минут, регистрация заканчивается за тридцать. Ваймак пройдет в любом случае, а остальное уже совершенно не волновало. Он и Кевин действительно очень скоро сели рядом, облегчённо глядя на работника аэропорта, который старался мягко, но холодно объяснить одной из пассажиров, что регистрация закончена.       Ваймак ещё раз осмотрел бумаги о Кии Каневре, за которой они и собирались лететь в такую даль. Скоро финал чемпионата, а значит скоро в любом случае нужно будет ехать за новыми игроками, поэтому лучше всего первым делом проверить именно ее, чтобы Натаниэль и Кевин не разругались окончательно. Планировалось, что они постараются вернуться на следующий день либо с Кией, либо без, в зависимости от ее игровых навыков и способностей к развитию этих самых навыков. С бумажной волокитой Дэвид собирался разобраться чуть позже, тем более это было не срочно — Каневра сдала экзамены экстерном и ее обучение было лишь формальностью, связанной с тем, что она была нужна своей команде. Сейчас в любом случае был конец года и теперь она должна выбрать университет, Пальметто с ее навыками был одним из лучших вариантов.       Весь полет Кевин ворчал, что они могли бы потратить это время на тренировку, а не на просмотр какой-то девицы с не самой лучшей игровой статистикой. Натаниэль его бубнежку профессионально игнорировал, смотрел затуманенным взором мертвенно-белых глаз в иллюминатор, разглядывая забрезживший рассвет. Сквозь линзы он мало что видел, однако солнце было настолько ярким, окрашивающим облака в кроваво-красный, что даже сквозь завесу Хэтфорд мог им любоваться. Ваймак же размышлял о том, что могло так привлечь Ната в этой девушке. Каким-то образом он понял, что она идеальная кандидатура на роль нападающего. В любом случае, Дэвид надеялся, что не зря согласился сидеть с этими двумя четыре с половиной часа вперёд и столько же назад.       В аэропорту Торонто Ваймак заказал такси и очень настойчиво попросил водителя ехать быстрее, а иначе они опоздают на матч, который просто обязаны видеть в живую. Записей с игр Кии у них было навалом — ее тренер Нейт Юандерес, получив сообщение от Дэвида Ваймака с просьбой показать дополнительные сведения, отправил абсолютно все, что у него было, чтобы доказать, что Каневра отличный игрок. Материалы их особо не впечатлили, поэтому сегодня они ехали без предупреждения, чтобы Юандерес не говорил подопечной о ее шансах попасть в сборную первого дивизиона. Она должна играть так, как играет во всех матчах.       К счастью, таксист внял мольбам и каким-то чудом успел вовремя, за что Ваймак расщедрился ему на чаевые. Они честно старались быть неприметными хотя бы для зрителей, однако появление на стадионе известного тренера, а с ним и самих Натаниэля и Кевина, вызвало у окружающих некоторый восторг. Все прекрасно понимали, что сегодня они здесь, чтобы посмотреть на одного из игроков и взять его в свою команду, поэтому каждый был заинтригован тем, кого же выберут сегодня. На удачу троицы, новость о их присутствии не дошла до поля и даже до тренера.       Вскоре после объявления состава команд игра началась.       Кевин кривился, выражал явное недовольство игровыми навыками всех участников, выделяя для себя Эшли Мирандес, играющей в связке с Кией, за которой они и приехали. Ваймак следил за техникой, усердно взвешивая все «Кевин будет орать» и «Нат будет орать». В то время как Натаниэль, натянувший капюшон, снял линзы и жадно смотрел за игрой. Он только сильнее уверился, что эта девчонка необходима их команде. Она носилась по полю с бешеной скоростью, играла жёстко, своенравно, балансируя на грани с красной карточкой. Всякий раз, когда она грязно ругалась рядом с Натаниэлем и он прекрасно слышал какими эпитетами она осыпала противников, парень смеялся, чувствуя в ней схожесть с кем-то, но не понимая с кем.       Во втором тайме Кию и Эшли разделили, ставя в связку с другими нападающими. Первой на поле вышла Каневра. Мяч быстро оказался в ее руках и она рванула напролом, заставляя соперников расступаться, чтобы не получить травму. Она дошла до ворот, голкипер прокричал ей какое-то оскорбление, не было слышно точно что, но уже через несколько секунд мяч целенаправленно летел не в ворота, а в несчастного парня, который имел неосторожность отрицательно высказаться по какому-то явно серьезному для Кии поводу. Судьи, впрочем, явно услышав оскорбления и увидев, как разозлилась девушка, сложили дважды два и поняли истинную причину, по которой мяч прилетел незадачливому голкиперу в голову. Красная карточка последовала незамедлительно.       На замену Каневре поставили Мирандес. Натаниэль видел, как она с успокаивающей улыбкой похлопала свою напарницу по плечу и вышла на поле. Ее стиль игры чем-то напоминал Троянцев — такая честная, правильная и абсолютно одинокая в игре, в которой много кто жульничал, на что судьи закрывали глаза. Она пользовалась исключительно своими навыками, ни с кем не ругалась, но все же забила необходимый мяч, чтобы их команда смогла одержать победу в этом матче.       Натаниэль, внимательно следивший за обеими всю игру, осознал, что в первом тайме, когда они работали в связке, Эшли играла более уверенно, в то время как Кия, глядя на нее, сдерживала агрессию. Они уравновешивали друг друга, но почему-то их тренер этого не понимал. Мирандес и Каневра должны были играть вместе, чтобы получать хорошие результаты, именно поэтому статистика была не самой лучшей — они просто играли порознь. Их нужно было брать либо вместе, либо никак.       Своим наблюдением Нат поделился с Ваймаком и Кевином. Очевидно, весь второй тайм они думали об этом же, однако, если Дэй склонялся к тому, чтобы оставить обеих здесь, то тренер подумывал над тем, чтобы забрать обеих.       Как только прозвучал финальный свисток и судьи огласили счёт, все трое поднялись со своих мест и направились к скамейке запасных уже не скрываясь. Натаниэлю, однако, все же пришлось надеть линзы, чтобы никто не заподозрил его в хорошем зрении. По этой причине он шел не без помощи Кевина, ещё больше привлекая внимание. Жаль только он ничего не видел.       — Тренер Юандерес. — кивнул Дэвид в знак приветствия.       — Тренер Ваймак. — с восторгом ответил ему мужчина. — Вы всё-таки решили забирать Кию?       — Я никуда не поеду без Эшли. — с тихой угрозой сказала девушка, поднимаясь.       — Нет, Ки! — воскликнула Мирандес. — Это такой шанс! Его нельзя упускать!       — Вы ещё не услышали мой ответ, не нужно ругаться. — покачал головой Ваймак. — Мне также нужны сведения о Эшли Мирандес.       — Вы хотите взять и меня? — удивилась девушка.       — Раньше не собирался, но вы двое интересно играете. — честно ответил Дэвид, предупреждающе посмотрел на своих подопечных, чтобы они ничего не натворили и направился вслед за Юандересом с документами.       — Я против. — сурово покачал головой Кевин. — Нам не нужны игроки, которые не умеют играть по раздельности.       — Кто бы говорил. — возмутился Нат. — Тебе же нравится играть со мной, а не с Сетом.       — Да нравится, но я могу играть и без тебя, в отличие от них.       — Я хорошо играю в одиночку! — вдруг воскликнул парень из команды девушек. Кевин и Нат смерили его недовольным взглядом и одновременно ответили четким «Нет». — Но почему?       — Потому что мы выбираем не просто напыщенных идиотов, а хороших игроков. — холодно сказал Дэй. — И эти двое под наши критерии не подходят.       — Не под «наши», а под «твои». — отрезал Натаниэль. — Они отлично вписываются в команду.       — Мы вообще-то здесь. — недовольно напомнила Кия. Эшли скривилась, чувствуя смущение за подругу.       — Мы знаем. — ответил Нат, не замечая реакцию девушек. — Ты понимаешь, что если их не возьмём мы, то возьмут другие?       — Я тебе повторяю, зачем нам игроки, которые играют только в связке?       — Я лично буду с ними дополнительно заниматься. — уперто ответил Нат. — Это тебя устраивает?       — Может мы не хотим в вашу команду. — выгнула бровь Кия, прерывая словесные баталии.       — Ки! — шикнула Эшли, прижимая к груди сумку со значками команд первого дивизиона. Среди многих обнаружились и Лисы. Она, в отличие от подруги, явно хотела.       — Ши, зачем на идти туда, где нам не рады?       — Не обобщай. — фыркнул Нат. — И привыкай. Вы будете в нашей команде.       — Неужели мнение знаменитого Кевина Дэя не учитывается? — издеваясь спросила Кия.       — Учитывается. Вы не в команде. — настойчиво ответил Кевин. Нат наугад ткнул ему ладонью в лицо, пытаясь закрыть рот. Со второй попытки нащупал, после чего заговорил, игнорируя возмущённое мычание друга.       — Он привыкнет.       — А как же ваш тренер? — неуверенно спросила Эшли. — Вдруг он не захочет меня брать?       — Он склоняется скорее к положительному ответу, не беспокойся. — ответил Нат и с отвращением отдернул от лица Кевина ладонь. Выражая протест на выдвинутые санкции, он начал кусаться.

***

      Несколько часов спустя они возвращались на стадион в прежнем составе. Несмотря на настойчивость Кевина, уверявшего, что тренировки нужно начать в тот же день, было решено, что Эшли и Кия приедут позже, вместе со всем потоком новых студентов. Как минимум, потому что Мирандес должна была сначала сдать все экзамены хотя бы для галочки. Ну а Кия просто не желала оставлять Эшли в одиночестве, что, наверное, было даже оправдано, учитывая, что ее родители запойные алкоголики, не брезгующие даже наркотиками, лишь бы только получить кайф.       Кевин был жутко злым и недовольным по причине того, что его мнение проигнорировали. Ваймак пытался объяснить, что они действительно не самый плохой вариант, к тому же довольно интересный в плане игровых качеств. Кия в любом случае была неплохим нападающим. Немного жестоким, но разве есть вообще идеальные люди? Эшли нужно было поработать с тактикой, но все это поправимо и в будущем могло иметь отличный результат. Впрочем, сколько бы Кевину это не объясняли, он так и не согласился с этим мнением. Возможно, понимал, что оно верное, но отступать от своей позиции не хотел.       Такси остановилось около стадиона. Изначально Нат вместе с Кевином должны были уехать в общежитие и выспаться, но оба от такой возможности категорически отказались и Ваймак отправил их на утреннюю тренировку со всеми остальными Лисами, которые, что удивительно, каким-то чудом не опоздали, а к приходу Хэтфорда и Дэя уже заканчивали разминку. С удивлением Натаниэль увидел упражнения Воронов и Жана во главе тренировки. Кажется, они подошли к предстоящему матчу основательно. Разумеется, полторы недели в сравнении со всей подготовкой Воронов выглядели жалко, однако Лисы хотя бы пытались понять основные приемы противника, что уже было немаловажно.       Заметив Ната с Кевином, Жан тут же припряг их к дальнейшему проведению тренировки. Быть капитаном, пусть и временным, француз явно не хотел и терпел исключительно для общего блага, поэтому при первой же возможности передал бразды правления тем, кто был к этому хотя бы предрасположен.       Несмотря на медленно приходящую после длительных перелетов без сна усталость, Натаниэль в очередной раз проигнорировал сонливость и поехал вместе с Кевином, Жаном и Эндрю на ночную тренировку. К его величайшему удивлению, вскоре к ним присоединились и остальные Лисы. Дэй, разумеется, был только рад подобной инициативе, поэтому загнал их всех на поле с программой гораздо сложнее той, которую давал днём Моро. Все знали, что если Кевина куда-то занесет, Нат или Жан приостановили бы его полет мыслей, поэтому даже не возникали, только терпеливо выполняли требуемые упражнения.       В подобном темпе проходило всё время до матча. Спавшее ненадолго напряжение теперь возрастало с новой силой. Натаниэль стал вести себя более отстранённо, но никто не заметил в этом особой проблемы, ведь, даже не зная о сделке, все понимали, что для него эта игра с Воронами была очень важной. Отдыхать получалось только ночью и иногда на парах. Моменты сна, которые снова стали для Ната роскошью, были особо приятны абсолютно всегда, вне зависимости от происходящих вокруг событий.       Ещё напряжённее стал не только Натаниэль, но и Эндрю, который, находясь рядом с ним большую часть своего времени, все чётче осознавал опасность сделки. Прошлый матч с Воронами он не особо помнил из-за ломки, а записи выглядели настолько жалко, что было удивительно, как Лисы вообще смогли дойти до финала. Если все это чистая случайность, то поможет ли она снова?       За день до отъезда к Воронам Ваймак освободил всю команду от занятий. Кевин хотел было погнать всех на тренировку, но неожиданно сам понял, что перед смертью не надышишься и Лисам сейчас нужен просто отдых. Не попытки стать такими же как Вороны, все это бесполезно с какой стороны не посмотри, а именно так называемый «день тишины». Каждый был предоставлен самому себе. Старшекурсники засели в комнате с попкнорном и чипсами за просмотром бессмысленного лёгкого фильма; Ники и Аарон рубились в приставку, пока Кевин рядом пытался расслабиться и спокойно сесть рядом; Эндрю включал первую часть «Гарри Поттера», параллельно заказывая пиццу и мороженое, а Натаниэлю, который вдруг почувствовал свою смерть также ясно, как перед поездкой в Балтимор, хотелось просто забыть об этом, не важно каким образом.