Старший лейтенант Тихонов

            ***             Ромка, аккуратно встав с дивана, который,на удивление, был очень мягким, зевнул и от испуга чуть ли не упал. Перед ним красовалась странная картина - Тихонов сладко спит в своём кресле, это было до жути мило, а потому, Пятифан, ухмыляясь, решил сфотографировать данную красоту.             Уходить без слов благодарности было стыдно, а из-за знания того, что он знал, насколько ему сложно в лицо сказать спасибо, а уж тем-более милиционеру, он решил написать на листке. Паренёк старательно выводил буквы и в итоге на листке красовалось , учитывая то,что обычно он с письмом не заморачивался, аккуратно написанное слово «Спасибо» и положил рядом с Тихоновым на рабочий стол. На видное место.             От мысли, что всё это кажется ему милым, парню стало не по себе. Обычно, такие мысли появлялись при гулянках с Полиной, и то они были родными что-ли. Как брат и сестра, что-то на подобии этого. Он относился к Морозовой как своей сестрёнке, как к родному человеку, не более. А сама девушка в свою очередь определённо чувствовала то же самое, даже несколько раз называла Ромку своим братом. Эти взаимоотношения радовали не только их обоих, но и людей вокруг. Друзья Пятифана тоже относились к Полине как к сестре их лучшего друга, хотя Антон любил её, причём очень сильно.                    Рома был не против их будущих отношений, он знал о чувствах Петрова, и догадывался о той же эйфории со стороны Морозовой. Однако эти двое никак не могли признаться друг другу, так что Ромыч с Бяшей яростно старались их свести. Единственное, чего требовал "брат" девушки - не сметь обижать её. За то, что Антон может как-либо причинить боль его сестрёнке, блондинчик точно будет жестоко убит. Интересно только как..может его заколят ножом?             В любом случае, сейчас парня интересовала лишь мысль о том, как выбраться из грёбаного закрытого участка. Не долго думая, он решил выпрыгнуть из окна туалета, который был прямо через стену, в этом же самом кабинете. Расстояние не было большим, да и Ромка прыгал с более больших высот, так что всё будет в порядке.             Он быстренько собрался, накинул на себя все свои вещи, а кофту Тихонова аккуратно сложил на диван, который предварительно задвинул за считанные секунды. Зашёл в туалет, открыл окно, вдох-выдох и выпрыгнул с молитвой, дабы ничего себе не сломать. Помогло - он был жив-здоров. По пути зашёл в тот самый круглосуточный магазинчик, купил минералки и пошёл в свою берлогу.             От бодуна хорошо помогает газированная обычная вода, и в этом Ромыч убедился уже немалое количество раз. А ещё, обычно хочется острого дошика, который как раз у него был, но он решил оставить его до обеда. В любом случае сейчас утро и никто за ним не бежит, дабы поторопить события.             Когда он зашёл в свою комнату, то решил снизойти на рану и поменять бинт и обработать ту. И лишь от стыда он пошёл на такое, а так бы наверное и продолжил забивать хуй на эту рану, думая, что она сама потом придет в норму. Рана нехило так щипала, даже местами довольно больно покалывала, но это было лишь мелочью. Сделав все дела и порядком устав, он снова лёг спать.        Роме снились ужасающие кошмары, которые длились уже несколько месяцев, причём были почти одинаковыми. В одном сне он видел, как убивает Тошика своим ножом-бабочкой, а через несколько дней милиция находит труп Петрова, и в итоге сажает Ромку в тюрьму. Он проснулся весь в поту и с сильной тошнотой, из-за которой ему пришлось через несколько минут бежать до туалета, дабы прорыгаться.             Парень чувствовал себя отвратительно, а потому, после рвоты решил пойти в душ. Рома даже не выспался - прошёл лишь час. Помывшись, он привёл себя в более-менее презентабельный вид и вновь лёг спать. Так повторилось ещё два раза, он каждый час сидел с тазиком руках, и лишь на третий отключился на 5 часов. За всё это время он поменял чуть ли не все свои футболки. Две чёрные футболки лежали на подоконнике и сушились, а две другие у него на спинках стульчиков. Весьма удобно и практично, между прочим.             Наконец после 5 часов сна, он встал, заранее поменял черную футболку на серую и решил выпить таблеток от тошноты. Да, он не пил их, потому что знал, что в любом случае все выйдет обратно, а потому решил подождать. Желудок болел неимоверно и он заварил тот самый говяжий дошик, который поднял ему настроение.             Так продолжалось 2 дня, пока ему не стало наконец лучше и болезнь не прошла, однако вид парня желал всего самого наилучшего. За это время пацаны потеряли Ромку и уже на следующий день яростно стучались к нему, на что он ответил, что болеет и те, пожелав скорейшего выздоровления пришли через час с пакетом продуктов. Чего там только не было, и овощи с фруктами, и сухарики со всякими бич-пакетами, которые Пятифан любил до безумия. Он был премного благодарен ребятам, что во время болезни они его так поддерживают.             Наконец на утро после всей этой смуты, он принял душ, постирал все грязные вещи, убрался в комнатах и отправился гулять с пацанами, которые при встрече донимали его вопросами, как же он и как сейчас его состояние.             — Пацаны, сказать честно, было грустно без вас. - решил открыться Рома.             Это было впервые, а потому, Бяшка и Антон через секунду накинулись на бедного парнишку с крепкими объятиями. Они были рады, что Пятифан открывается и с другой для них стороны. Ребята и вправду волновались за того, в дни, которые он сильно болел и пытались навещать его чуть ли не каждые 10 часов. Но не смотря на то, что под конец Ромыч заорал на них, сказав, что они его уже заебали, это было мило.             — Ну что, пошлите гулять? - улыбчиво спросил Петров.             — Угу, Тошик. Погнали. Бяш, ты тож не отставай. - ухмыльнулся подросток.             — Ага, конечно! - сарказмом ответил Бяшик.             — Ну ты че? Обиделся что-ли? Неженка. - засмеялся Рома, а за ним Антон.             И Бяша отвернулся, высокомерно показывая движения одной надоедливой курицы - Катьки. Она их так бесила, хотелось, чтобы она уже дала ебу с их деревни и не появлялась больше.             — Бляяя, Бяша. Не напоминай эту долбаебку.             — А что не так? Она обычно так и делает, дура. - Тоша тоже её ненавидел.             — Да ладно, не важно. Погнали уже. - отмахнулся Рома и пацаны свернули тему. Уже через несколько минут они хором засмеялись с тупой шутки Бяши и держали путь прямо.             Так они и гуляли вплоть до самого вечера. День уже сменялся темнотой и парни стали расходиться по домам. Сначала они довели до дома Антона, затем Рома проводил Бяшу,а потом и сам в одиночестве пошёл к себе.             Было некомфортно идти одному. Особенно, когда не было ничего видно, а фонари на улице ели-ели горели, и то работало лишь несколько из них. Слева ещё находились тёмные гаражи, которые сильнее пугали. Рома старался не заострять на этом всём свое внимание.             Уже 17 лет он ходит так, что вообще может случиться? Да он кого угодно ебнет!.. У него же есть его.. Ой.. Блять. Точно, сука! Он оставил свой нож-бабочку у мента Тихонова и так и не вернул обратно.. Вот блядь.. А от осознания этого факта ноги чуть ли не подкосились, но он продолжал несколько тревожно идти, оставляя остатки уверенности в своей походке.             Знаете вот чувство, когда кажется, что вот-вот сердце из груди выпрыгнет? Сердцебиение чётко отдавало быстрые и громкие удары. Оставалось ещё несколько десятков домов и он дойдёт.. «Блять.. Надо быстрее..» Отзывалось у него в голове, а слабость так и брала над собой вверх. Кажись, он не до конца выздоровил.. Вот сука.             Он закрыл глаза на минуту и вдруг его тело отодвинули в левый бок, прижимая к гаражу. Его лицо ударилось об стену чёрного гаража и он сматернулся :             — Блять! Сука, ты кто нахуй такой?! - пытался выбраться из мёртвой хватки какого-то мужика-или просто сильной женщины?-Рома.             А тот ничего в ответ и не говорил, продолжал прижимать к гаражу парня, лишь сильнее зажав его руки и ноги. Мужчина прислонился к уху Пятифана и принялся облизывать его мочку, заставляя того вздрогнуть от испуга.             — Ты пидор что-ли? Отпустил нахуй! - пацан продолжал толкаться, надеясь выпутаться, сбежать от этого ужаса и не возвращаться.             Сейчас ему было не до шуток. Какой-то левый мужик зажал его у гаража.. Ещё и сильный, сука.. Начал облизывать его ухо и прислушиваться к его дыханию.. Что за пиздец блять! При том, что выбраться было невозможно, и он это понимал, но всё равно пытался что-то противопоставить, хотя оставалось лишь молиться, что его не убьют..             — Блять! Обещаю, никому не расскажу. Сука, да отпусти ты уже нахуй! Заебешь блять.. - раз не может дать сдачи физически, значит будет пытаться словесно.             Рома конечно потом понял, что материться с тем, кто может лишить тебя жизни - не совсем хороший план, но сейчас он был на эмоциях. А потому было сложно сосредоточиться и здраво мыслить в тот момент, лишь пытаться предпринять какие-либо..             Мужчина продолжал молчать, но на этот раз полез руками в штаны к парню. Тот всё так же пинался, толкался, но сейчас остановился из-за прикосновения тёплой ладони руки, которая легла Пятифанову прямо на член. Он непроизвольно застонал,агрессивно ругаясь:             — Сука.. Дожил.. Какой-то педик домогается до меня, вот пиздец.. - бубнил про себя пацан, не зная, что делать дальше.             А мужчину никак не тронули его слова, он лишь продолжал поглаживать член парня, начиная дрочить тому. Повторяющиеся движения : вверх-вниз, сводили подростка с ума, заставляя того сдаться и продолжать стонать, привравляя стоны нецензурной бранью.             Было стыдно, однозначно стыдно. Прям на улице, около домов, какой-то мужчина начал дрочить ему, а тот стонал как последняя шлюха. Пиздец блять.. Но тогда он не мог сдержаться и стонал, смущаясь и краснея. Хорошо, что не было видно его розовых щёк, которые моментально меняли свой окрас на красный, делая из Пятифана настоящий помидор.             Мужчина довёл парня до оргазма, и тот кончил прямо на гараж. Обессиленный, он потерял сознание и вообще не помнил, что было дальше..