Дворцовые игры.

***

Поднявшись на второй этаж, Дирей услышал странный грохот и сдавленную ругань, доносившиеся прямо из его бывшей комнаты. Поэтому, миновав гостевую, где, собственно, и должен был находиться Ноэль, мужчина прошел прямо в спальню. Он тихонько приоткрыл дверь, и его глазам предстала странная картина: принц со злостью рвал какие-то бумаги, втаптывая их в пол и проклиная всех и вся. Дирей усмехнулся и уже было собирался дать принцу понять, что тот находится в комнате не один, как вдруг четко увидел, что именно уничтожал принц. Письма. Любовные письма. Его любовные письма к Ноэлю. Что-то сломалось внутри воина, будто плотина взорвалась, и водная лавина злости была готова обрушится на всякого, кому не посчастливилось оказаться поблизости. Сейчас мужчине казалось, что Ноэль рвет не письма, а втаптывает в грязь его душу и сердце, насмехаясь, презирая его чувства. Чем Дирей заслужил такую ненависть и отвращение принца? Почему его самые нежные чувства не нашли оклика в грубом сердце мальчишки? Воин не понимал этого, и он злился: злился на весь мир, на законы бытия, на Ноэля, на самого себя, позволившего так просто растоптать свою гордость, будто бы он не мужчина, а половая тряпка. Он крепко сжал кулаки, чувствуя, как ярость закипает в нем. — Успокойся! — он старался сдержать себя, но чувства рвались наружу. Дирей даже не заметил явного замешательства в глазах юноши. Он просто подошел ближе к принцу и одним резким грубым движением вырвал остатки писем из его рук. — Пошел вон! — зарычал воин, чувствуя, что еще немного, и ярость вырвется наружу. — Я… не… так получилось… — Ноэль попытался оправдаться, но в голове полная каша, а язык стал вдруг неповоротливым и тяжелым. Мальчишка и шагу не ступил прочь. — Убирайся вон из моей комнаты! — Дирей показывал свою слабость принцу, и это злило его еще больше. — Я просто не… — Ноэль сжал руки на груди и отвел взгляд. — Я тебя ударю, если останешься! — мужчина хлопнул крышкой сундука, отчего юноша вздрогнул, но с места не двинулся. — Мне нужно, чтобы ты убрался отсюда! — Дирей боялся смотреть на Ноэля — это было невыносимо. — Можно подумать, ты первый, кто меня бьет, — равнодушно отозвался принц, но его слова стали катализатором для мужчины. Он с диким рыком обхватил парня за шею и буквально вдавил его в стену, вторую руку сжав в кулак и занеся для удара, но остановился в паре сантиметров от лица. Кадык нервно ходил под ладонью воина. Взгляд Ноэля, который трудно передать, и боль в сердце Дирея, которая не сравнится ни с чем. В это мгновение воин жалел лишь об одном, что его не убили в одном из сражений. Не сдерживаясь, мужчина несколько раз с силой ударил кулаком о стену рядом с лицом юноши, разбивая пальцы руки в кровь от негодования и всепоглощающего чувства гнева, но легче не стало. — Промахнулся! — голос Ноэля, будто острое лезвие, резал мужчину, и эту боль не могла перебить боль физическая. — В следующий раз бей левее. Воин крепче сжал шею, отчего парень, задыхаясь, инстинктивно приоткрыл рот. Теперь Дирей не знал, что более желанно для него: задушить мальчишку или сделать его своим. Это был просто порыв, связавший воедино злость и желание, обиду и любовь — он грубо, безапелляционно впился в мягкие губы юноши, развязно проникая языком внутрь. Ноэль что-то промычал, дергаясь в сторону, но Дирей лишь крепче сжал его горло, обхватывая второй рукой волосы, до боли прикусывая нижнюю губу юноши. Жарко. Мокро. Безумно. Грязно. Так Дирей целовал шлюх в грязных кабаках, забывая о нежности, стараясь утолить жажду похоти. Так он даже в самых смелых фантазиях не позволял себе целовать Его Превосходительство. Когда мужчина оторвался от манящих губ, он просто прижался лбом ко лбу юноши, стараясь отдышаться. Ноэль тоже дышал тяжело, несмотря на то, что хватка на его шее давно ослабела. Дирей почти слышал, как сильно бьется сердце мальчишки. Он чувствовал, что Ноэль смотрит на него, и когда сам открыл глаза — просто утонул в голубизне его очей. Что значил этот взгляд, коим смотрел на него принц, Дирей не знал. Однако он был уверен, что никогда раньше Ноэль не смотрел на него подобным образом. Мужчине стало стыдно и горько. Ему хотелось биться головой о стену, потом упасть пред мальчишкой на колени и вымаливать его прощение, как вдруг снова накатывала волна раздражения и отчаяния — снова хотелось сжать это хрупкое тело в объятиях и просто-напросто изнасиловать прямо здесь и сейчас, чтобы показать зазнавшемуся юнцу, чего он стоит на самом деле. И снова страх сделать ему больно сдерживал мужчину — он просто рассыпался под напором этих глаз, становился слабее — слабость заставляла воина ненавидеть самого себя в эти мгновения. Касаясь ладонью его лица, сжимая распухшие от поцелуя губы, очерчивая большим пальцем скулы и подбородок, Дирей сходил с ума от раздирающих его на части чувств. Ему хотелось просто умереть, чтобы не пасть еще ниже в своих глазах. Ноэль, затаив дыхание, смотрел широко раскрытыми глазами на Дирея, медленно соображая, что к чему — в его голове складывалась мозаика происходящего. Он вдруг ясно осознал, что столь нежные, изысканные письма писались для него, и только для него. Глупая улыбка растеклась по его лицу, а в душе впервые за столько лет стало будто бы теплее. Ноэль впервые испытывал нечто подобное. Чувства, рождавшиеся где-то внутри, столь невесомые, едва ощутимые, не поддавались объяснению, а впрочем, сейчас принц даже не пытался что-то объяснить. Он просто радовался какой-то детской радостью, что письма, хранившиеся столько лет в сундуке, были адресованы ему, и только ему одному; что все это время он не был никчемным и никому не нужным. Дирей расценил его улыбку иначе: воин предпочел бы сейчас гнев в глазах принца, надменность, холодность, усмешку — но эмоции юноши больше напоминали ему сочувствие, жалость. И воин более всего ненавидел, когда его жалели. Он просто отпустил парня и сделал несколько шагов назад, но отвести глаз не смог, хоть и смотреть на возлюбленного было пыткой. Ноэль, наконец собравшись с духом, решился на свой вопрос, но задать его так и не успел, так как дверь комнаты резко, со свистом распахнулась. — Сыночек, как я рада! — в комнату ворвалась хозяйка, плача от счастья. — Ты как прошел, что я тебя не заметила? Ладно-ладно… Тебе же отдохнуть надо… — она еще долго щебетала что-то, обхаживая сына. Ноэль смущенно опустил глаза. Дирей отвернулся и вышел из комнаты в сопровождении воркующей матери. *** Джио осторожно выбрался из дома, оглядел большой двор в поисках брата и с облегчением вздохнул, заметив его у старого сарая. — Ноэль? — осторожно спросил парень, присаживаясь рядом со здоровяком. Он понял, что их свидание с принцем прошло не так удачно, как он сам ожидал, и даже успел отругать себя за то, что позволил Дирею вот так просто ввалиться к принцу без подготовки. Мужчина молчал, устремив мрачный взгляд куда-то вдаль. — Ты поговорил с ним? — Джио одернул его за плечо, но воин никак не отреагировал. — Тупица! Не веди себя подобным образом! — он замахнулся на мужчину, но рука повисла в воздухе, остановленная яростным взглядом Дирея. — Все кончено, — он поднялся со старого продавленного кресла. — Не так: ничего и не было. Только сладкая несбыточная фантазия! — он намеревался уйти, но Джио крепко схватил его за локоть. — Ты что же, собираешься бросить его вот так, сейчас, когда он больше всего в тебе нуждается?! — Дирей зло оскалился, буквально сжигая брата своим взглядом, но последний и бровью не повел. — Я просто оставлю его в покое, как он сам этого хочет! Пусть живет, как ему вздумается! Пусть идет, куда ноги понесут! Я дам ему полную свободу! Он ведь этого хотел?! — закричал мужчина, вырывая свою руку из цепкой хватки собеседника. — Боже, какая же ты тряпка! — нагло выпалил Джио, чем еще больше разозлил мужчину. — Конечно, играть с ним в любовь в дворцовых покоях было куда веселее и безопаснее. А теперь запахло жаренным, и ты в кусты! Лицо воина побледнело, руки сжались в кулаки, и если бы Джио не увернулся, то крепкий удар наверняка бы снес ему голову. — Закрой свой поганый рот! — теперь Дирей видел врага только в лице собственного сводного брата. — Я никогда не был трусом. — Зато ты всегда был идиотом! — спокойно ответил парнишка, отскочив в сторону. — Это из-за тебя все случилось! Это ты стал причиной всех его бед! Ты решил оставить его в покое, так какого черта ты не сделал этого раньше? Точка возврата пропущена! Теперь у нас одна дорога! — Он презирает меня! — проговорился Дирей, в то время как противоречия затягивали в крепкий узел его внутренности. — Я презираю тебя, тем не менее это не мешало нам столько лет жить бок о бок! — нервно рассмеялся Джио. — Ноэль порвал твои письма! Какой ужас! Это событие достойно того, чтобы спрятаться под юбку к мамочке и плакать о неудавшейся жизни! Дирей, ты мужчина или ребенок? — Я мужчина, и… — задыхаясь, проговорил Дирей. Он собирался сказать многое, но Джио просто перебил его. — Так веди себя соответственно! — он смотрел прямо в глаза. — Прекрати истерику! Поговори с ним! Просто поговори! — Он не станет меня слушать, — покачал головой мужчина. — Думаешь, я не пытался? Он просто не слышит меня. — Значит, ты говоришь на непонятном для него языке, — снова уверенно произнес Джио. Мужчина замолчал в раздумьях. Джио усмехнулся и, отведя взгляд, медленно направился обратно в дом. Но отойдя на несколько шагов, повернулся к собеседнику и, премерзко улыбнувшись, бросил ему: — Впрочем, если Ноэль не нужен тебе — убирайся! Но в отличие от тебя, я его не брошу, и знаешь почему? — он выдержал значительную паузу. — Я добьюсь и его любви, и его нежности, и его страсти; я заменю ему тебя; я буду согревать его темными холодными ночами вместо тебя; и любить его тоже буду я! Больше он не сказал ни слова. Просто отвернулся и зашел в дом, громко хлопнув дверью на прощание. А Дирея будто холодной водой окатили. Еще некоторое время он просто стоял на месте, пока ярость и ревность не переполнили и без того полный сосуд, а потом что было сил понесся прямо в дом, мимо ничего не понимающих (или старательно делавших вид, что не понимают) родителей, на второй этаж, в комнату, служившую гостевой спальней. Дверь открыл с ноги, схватил за шиворот Джио, который не ожидал такой прыткости от брата и, приподняв его над полом, с чувством выдохнул прямо в ухо: — Только попробуй — и я с тебя шкуру спущу! — а потом, будто игрушку, отбросил парня в сторону. Ноэль подскочил на месте, шокированный столь ярким представлением, и попятился назад, не имея и малейшего понятия, чего следует ожидать от полоумного вояки. Он даже не вскрикнул, когда Дирей грубо схватил его за руку и потянул вслед за собой прочь из комнаты. Сопротивляться натиску тоже не хватало мужества, тем более что вид мужчины был более чем серьезный. — Не смей так себя вести! — наконец выпалил юноша, когда они оказались наедине в спальне Дирея. Мужчина защелкнул дверь на замок и вновь обернулся к нему. — Что ты себе позволяешь?! — Ноэль старался придать голосу больше уверенности и величия, но получилось совсем не убедительно. — Ты забыл, кто перед тобой?! — Нет, не забыл! — уверенно ответил мужчина, приближаясь к юноше. — А вот ты как раз успел позабыть — так я напомню! Ты мой, и только мой! И каждую свою ночь ты проводишь в моей постели! — он обхватил принца за плечи, прижимая к себе. — Я тебя никому не отдам. А если он только попытается — сверну ему шею! Ноэль удивленно хлопал глазами. — Убьешь ради меня? — тихо спросил он, даже не пытаясь вырваться из объятий. — Ради тебя я совершу все что угодно, кроме одного, — он еще крепче сжал Ноэля. — Я никогда тебя не оставлю, даже если ты будешь гнать. Можешь считать меня ненормальным — теперь мне все равно.

***