И звезды падают с небес

Мин-а приходит в себя в больнице. Ей снова поставили капельницу. Видимо, за время беременности придётся привыкнуть к внезапным головокружениям и потере сознания. В горле пересохло. Девушка приподнимается на кровати. Юнги заходит, после того, как медсестра уведомляет его, что супруга пришла в себя. -Ты как? – на лице читается беспокойство. Мин-а переживает только за ребёнка. -Я в порядке. Как наш малыш? -С ним всё хорошо, - успокаивает Юнги, садясь рядом и закрывая своей ладонью руку девушки. Он всё ещё одет в смокинг. Наверное, прошло не так много времени с тех пор, как Мин-а потеряла сознание. За дверью слышны отголоски людей. -Мне жаль, что испортила свадьбу... -Не вини себя. Врач сказал, что ты перенервничала. Это уже не первый раз, когда ты падаешь в обморок? -Да, - почему-то странно признаваться, что такое уже случалось. Мин-а чувствует себя слабой. Все беременеют, но никто не теряет сознание почти каждую неделю. В глазах мужа беспокойство. Приятно осозновать, что ребёнок для него всё-таки важен, раз он так сильно переживает. -Врач сказал, что у тебя было потрясение из-за последних событий. Ты так сильно не хочешь быть моей женой? Мин-а отрицательно качает головой, а внутри снова всё сжимается. Она хочет быть спокойной, но столько проблем навалилось в последнее время. Девушка чувствует, что больше не в силах тянуть одна весь этот груз. -Мне кажется мы не станем хорошей семьей, - признаётся она, не желая больше скрывать свои страхи. Глаза Юнги темнеют. Он выглядит не менее подавленно и Мин-а снова ощущает приступ вины. Она испортила ему жизнь. -Я обещаю, что сделаю тебя и ребёнка счастливыми. Доверься мне, - парень практически умоляет и Мин-а это видит. Только вот, она уже не может ему так доверять, как раньше. Слишком страшно снова прыгать с высоты, зная, что на спине так и не выростут крылья. -Ты обещал, что меня никто не обидит. Но убиваешь всякий раз, когда я открываюсь тебе... – говорит она отстраненно. Юнги больно ранят слова Мин-а. Он помнит своё обещание. Помнит, что не смог сдержать. И теперь вина тяжелым грузом заполняет душу. Он не надеется, что когда-нибудь девушка снова сможет доверять его словам. Не надеется на взаимную любовь. Он просто хочет искупить свою вину. Юнги целует жену в лоб, прежде чем выйти. Совершенно опустошенным и разбитым. Есть ли у них шанс на счастливый брак? Бантаны вместе с Хэвон стоят за дверью. Продюсер Ли с семьей уехали несколько минут назад. Им необходимо переговорить с журналистами о том, что случилось с Мин-а. И желательно, как можно скорее, пока жёлтая пресса не придумала свою версию произошедшего. -Вы видели лицо Мин-а, когда она шла под венец? – спрашивает Джин, потому что всё равно нечем заняться, пока Юнги находится в палате с женой. -Как-будто её взяли в заложницы? – смеётся Хосок. -Мне показалось, она больше походила на узницу в кандалах, - проговаривает Чонгук. Хэвон бросает испепеляющий взгляд. -Как можно смеяться, когда человеку плохо? - причитает она, поворачиваясь к супругу, в надежде, что он вразумит друзей. -Вот именно. Какая разница, какое у неё было лицо. Самое главное не это. А то, что я был прав, - говорит Тэхён задорно. – Вы все мне должны сто долларов. -За что это? – недоумевают бантаны. -Я же говорил вам, что продюсер Ли рано или поздно женит Юнги на своей дочери. Видите, я был прав. Хэвон закатывает глаза, ударяя мужа по плечу. -Нашёл, когда вспомнить, - возмущается она. -Надо же...и правда женил, - удивляется Намджун. -Только не на Риэль, а на Мин-а, - замечает Чонгук, изумленно. Хэвон тяжело вздыхает. -Вы же не думаете, что это всё коварный план продюсера Ли? Таинственная дочь, беременность? -Шпионка подосланная в нашу компанию, - добавляет Тэхён, но его улыбка сползает с лица, видя, как жена посылает искры негодования. – Я просто пошутил. Чонгук издаёт смешок. -Кое-кто сегодня будет ночевать на диване. -Именно так и будет! – гневно восклицает Хэвон, покидая группу. Тэхён бежит за женой. -Я имел ввиду Юнги, - оправдывается Чонгук им в след. В отличии от Хэвон, они восприняли потерю сознания Мин-а за что-то несерьёзное. Врач сказал что с ней и ребёнком всё хорошо. Поэтому им не казалось чем-то неправильным, наконец расслабиться и немного пошутить. Вскоре выходит Юнги и при виде друга улыбка сползает с лиц друзей. -Что случилось? Выгдядишь встревоженным? – интересуется Джин, первым. – Врач же сказал, что с ней все хорошо. - С ней и ребёнком всё хорошо, - подтвержает Юнги. – А вот, что будет с нами - большой вопрос. – Он вздыхает, садясь на скамейку. Друзья теперь такие же мрачные. Им больно видеть друга в таком состоянии. А шутки про кандалы и пленицу уже не кажутся такими смешными. -У вас тоже всё будет хорошо, - поддерживает Чимин, присаживаясь рядом. – Ты ведь сделаешь всё для этого. -Хочу сделать...но не знаю как... – Юнги закрывает лицо руками. Друзья понимают, что слова тут не помогут. Они рады, что Мин-а и ребёнок здоровы. Но для каждого остаётся большая загадка, что будет с браком, который изначально был обречен. *** Через неделю Мин-а выписали из больницы. Ей рекомендовано не нервничать и настроиться на беременность, стараясь не думать о проблемах. Девушка больше не намеренна падать в обморок, поэтому внимательно слушает все рекомендации врача. Одним из пунктов является временное воздержание от супружеских обязанностей. И Мин-а не уверена, рада этому или наоборот. Её почему-то беспокоит, что Юнги такие условия не устроят. Но он слушает врача молча и кивает головой, не пытаясь спорить. Это утешает. Мин-а садится в машину и Юнги везёт их в его квартиру. Кто бы мог подумать, что однажды она будет жить с ним. Пока девушка лежала в больнице, все вещи благополучно перекочевали к нему в апартаменты. Мин-а удивилась, узнав, что Юнги выделил для неё отдельную комнату. Она ведь должна быть рада, что они могут жить, как соседи. Он не будет к ней приставать. Заставлять с ним спать. И в целом, девушка может делать всё, что пожелает. Но вместо радости, Мин-а чувствует, как будто в душу выгрузили мешок камней. Они будут жить, как незнакомцы. И это будет видеть их будущий ребёнок. Что может быть печальнее? Хотя, в душе появляется идея. Нужно всего лишь подождать рождение малыша и тогда Мин-а сможет подать на развод и сбежать с ребёнком от всех, чтобы их никто никогда не нашёл. Они будут жить только вдвоём. Но ребёнок вырастет в любви и заботе. Он не увидит, как папа и мама, словно чужие друг другу люди, запираются по разным комнатам. Так что развод – это лучшее решение проблемы. Однако, Мин-а снова теряется в собственных планах, когда видит, как день из-зо дня Юнги старается делать всё для их малыша. И хотя они почти не разговаривают, потому что девушка всегда сидит в своей комнате, он продолжает готовить ей еду, и приносит витамины, оставляя всё под дверью. Потому что сам почему-то не решается зайти. Видя такую заботу, Мин-а начинает понимать, что отец был не прав и Юнги женился на ней не из-за страха скандала. Он женился на ней ради их ребёнка. И со временем мысль исчезнуть больше не посещает её. Девушка думает просто развестись, но не лишать отца ребёнка. Если они любят друг друга, значит Мин-а не имеет право им мешать. В какой-то степени, девушка довольна. Потому что двое родителей рядом всегда лучше, чем один. А для Мин-а больше нет ничего важнее, чем счастье их малыша. О себе она старается не думать. Юнги в очередной раз приносит завтрак и оставляет поднос у двери. Мин-а видит тень от его ног. Он всегда какое-то время стоит, прежде чем уйти. А девушка всегда наблюдает. Потом тень исчезает. Слышится, как дверь захлопывается. Юнги ушёл на работу. Мин-а открывает дверь и обнаруживает омлет, фруктовый салат и сок. Юнги не знает, но как только он уходит, она каждое утро делает себе также и тосты. Тошнота практически её не беспокоит. Совет Хэвон действительно помог. Они иногда созваниваются и обсуждают беременность. Новая подруга не вмешивается в личную жизнь с вопросами и Мин-а ей благодарна. Они, вроде как, подружились. Но Мин-а старается держать дистанцию. Она стала слишком закрытой и не хочет, чтобы кто-то снова нашёл ключик к её сердцу. Врач рекомендует ей покой, ради блага ребёнка. И Мин-а старается отключить все эмоции, чтобы ничего не чувствовать. Она часто спит и иногда складывается ощущение, что практически не живёт, а только существует. Юнги поставил телевизор в её комнате и Мин-а смотрит все фильмы, которые хранились на книжной полке в гостинной. Муж оказался большим любителем коллекционировать диски. И вроде бы всё хорошо. Мин-а ни в чём не нуждается и не переживает. Но дни становятся всё более мрачными. Она выходит гулять, тратя золотую карту мужа. Покупает себе всё, что душе угодно. Юнги ни в чём не отказывает жене. Но выносить тоску становится сложнее. Мин-а давно не писала музыку. И теперь ей хочется утонуть в ней. Но она помнит, ради кого отказалась от своей мечты. Практически убила себя, ради любимого. И хотя, порой, соблазн снова взяться за инструмент и начать создавать шедевры велик, девушка этого не делает. Потому что карьера Юнги важнее. *** Юнги приходит поздно ночью. Теперь он работает намного больше, чем раньше. Ему сложно находиться дома. Потому что он знает, что тогда Мин-а будет дискомфортно себя чувствовать. Когда он дома, она выходит из своей комнаты только по необходимости. Но всегда это делает тихо, будто боится побеспокоить. Юнги изначально хотел, чтобы они спали в одной комнате. Но после того, что Мин-а сказала ему в больнице, он понял, что так будет лучше. Девушка никогда его не простит. Да и вряд ли он заслуживает прощение. Врач сказал, что Мин-а не должна испытывать стресс. Юнги пришёл к выводу, что единственный способ оградить жену от стресса – это оградить от себя. И теперь не так важно, что он чувствует при этом. Важно только здоровье матери и ребёнка. А когда ребёнок родится, Юнги не сомневается, что Мин-а подаст на развод. Кажется, она только и ждёт этого момента. И он тоже уже смирился. Хотя до сих пор чувствует горечь. Быть рядом и не мочь даже прикоснуться. Их разделяет стена, которую Юнги никогда не будет в силах переступить. Юнги отворяет дверь спальни и заносит синтезатор в комнату. Получается немного с грохотом и парень замирает, прислушиваясь не проснулась ли его жена от шума. Хотя даже если проснулась, он вряд ли это узнает. Одиночество дома становится невыносимым. Он вроде бы всегда жил один и ему это даже нравилось. Но теперь, зная, что за стеной Мин-а, понимание, что он совсем один, кинжалом вонзается в сердце. Поэтому Юнги притащил синтезатор. Когда он в очередной раз не сможет заснуть, он будет сочинять музыку. Работа всегда заставляет его чувствовать жизнь. Парень ставит инструмент, подключает все провода и проверяет звук, нажимая на одну клавишу. Он поставил потише, чтобы никого не будить. Вряд ли соседи одобрят полуночное выступление айдола. Юнги долго сидит возле инструмента, пытаясь подключить его к компьютеру. Удаётся это с трудом, поэтому он не сразу замечает, как дверь в его комнату отворяется и на пороге появляется супруга. Она стоит с босыми ногами в пижаме и по-началу кажется видением. - Я тебя разбудил? – виновато говорит Юнги,вскакивая. Они иногда встречались в коридорах квартиры. Порой пересакились на кухне, но это всегда неловко. -Ты принёс синтезатор? – спрашивает Мин-а, глядя на инструмент. Она перебирает в руках рубашку от пижамы и Юнги понимает, что жене также неловко, как и ему. -Да...я подумал, что иногда могу работать дома. Я буду надевать наушники при работе. Можешь не беспокоиться, – уверяет он, предполагая, что жена опасается шума. - Можно мне немного поиграть? – спрашивает Мин-а, неуверенно. Юнги поднимает брови в изумлении. Он только сейчас увидел в глазах девушки голод. Но не по еде. По своему творчеству. Он выглядит также, когда долго не может притронуться к инстументу. -Конечно, - Юнги ставит стул и Мин-а нерешительно подходит, присаживаясь. Она осторожно проводит руками по синтезатору, словно по чему-то очень дорогому и важному. Пальцы опускаются на клавиши и играет знакомая мелодия. Любимая мелодия. Та, что когда-та связала их в студии. -Почему ты бросила музыку? - спрашивает Юнги, садясь рядом. Он смотрит на Мин-а, в надежде разглядеть причины внезапного ухода в ее глазах. Но взгляд пустой. -Я не могу больше играть, - голос дрожит. Мин-а мысленно даёт себе слово больше не быть такой слабой. Отец не должен узнать, что она посмела нарушить приказ и снова сесть за инструмент. -Ты внезапно разорвала контракт с Хан Доюном, - напоминает Юнги. – Он до сих пор спрашивает о тебе. Ты была настоящей находной для него. Если хочешь, я мог бы снова с ним поговорить и... -Не надо... – Мин-а поворачивается и Юнги замечает, как блестят слёзы в глазах. Упоминание музыки ранит её сердце. Он видит это, как никогда раньше. – Мне нельзя играть... Юнги впадает в ступор. Он даже догадывается кто мог пойти на такую открытую жестокость. Больше некому. -Твой отец? Мин-а кивает. -Он хочет, чтобы я была экономистом. Я должна его слушаться. Юнги чувствует, как гнев заполняет душу. Он не считает продюсера Ли образцовым отцом. Вначале скрывает дочь столько лет, потом запрещает исполнить свою мечту. Лучше бы у неё вообще тогда не было отца. Впервые за долгое время, Юнги касается Мин-а за плечи. Он поворачивает ее к себе, чтобы она хорошо видела его глаза. Они пылают огнём. -Послушай меня. Не знаю, что там хочет твой отец. Но теперь ты моя жена. И я сам тебя обеспечиваю. Поэтому он больше не имеет право что-либо тебе запрещать. -Это не важно... – Мин-а встаёт. – Всё уже в прошлом. – Она выходит, закрывая за собой дверь. Юнги стискивает челюсть. Он не намерен мириться с тем, как продюсер Ли закапывает талант дочери в песок. И на следующий день планирует поговорить с ним об этом. *** Хэвон забрала Мин-а на несколько дней к себе домой под предлогом, что Тэхён уезжает и теперь она будет совершенно одна. Девушка не понимает, зачем согласилась на такую просьбу. Хэвон с тем же успехом могла позвать Сонми. Они вроде бы лучшие подруги. Но находится дома становится все сложнее. Поэтому для Мин-а это тоже повод развеяться. После того, как Юнги принёс домой синтезатор, девушка постоянно думает о своей мечте. И из-за этого тоска становится невыносимой. Мин-а старается думать о ребёнке. И с Хэвон она надеется снять стресс и переключиться. Хэвон оказалась очень заводной подругой. Она носится, как ракета по всему гипермаркету, выбирая вещи будущему ребёнку. Она уже знает, что родится девочка, поэтому старается подбирать одежду в розовых тонах. У Мин-а пока маленький срок для детских вещей. К тому же, пол тоже пока не известен. Но с Хэвон даже скучное дело, превращается в веселое развлечение. Поэтому Мин-а не замечает, как проходят три дня. Юнги приезжает за Мин-а и девушки прощаются. -Как много ты накупила, - замечает супруг, помогая с сумками. – Хорошо повеселились? -Это подарки от Хэвон, - ответила Мин-а. – Я не думала, что она так любит шоппинг. Юнги издал смешок. У него удивительно хорошее настроение. -Тэхён говорит, что это всё беременность на неё так действует. Он не знает, куда девать все её покупки. Скоро их дом будет больше похож на чулан. -До чулана еще далеко, - улыбнулась Мин-а, стараясь казаться веселой. – Но вещей и правда много. Девушка видит, что Юнги какой-то радостный. Но не понимает причин. Вряд ли он скучал. За всё то время, пока они не виделись он звонил только чтобы узнать, как их малыш и пила ли она все витамины. Неловкость между ними по-прежнему присутствует. Но теперь, они хотя бы разговаривают. Мин-а моет руки, а потом как всегда это делает, идёт в свою комнату. Дверь открывается и девушка ахает. За три дня, пока её не было от спальни не осталось и следа. А вместо неё появилась огромная студия. -Я знал, что тебе понравится, - говорит Юнги. – Заходи. Покажу твою новую студию. -Мне же нельзя... – Мин-а пятится назад. Соблазн велик, но обещание не прикасаться к инструментам сильнее. В глазах читается страх. Юнги бережно приобнимает жену подталкивая в комнату. -Не волнуйся об этом. Я поговорил с твоим отцом и он разрешил тебе работать вместе со мной. Я сказал, что теперь мы семья и если он против твоей карьеры, то о сотрудничестве со мной он может забыть. -Ты правда ему угрожал? – пугается Мин-а. Она боится, что отец будет в гневе. -Не переживай. Он не казался злым. Наоборот. Сказал, что теперь, когда мы семья, старые запреты теряют силу. -Так я правда...могу...снова? – Мин-а не может поверить в то, что говорит муж. Она не думала, что когда-нибудь сможет вернуться к своему любимому занятию. -Доюн сказал мне, что возобновит с тобой контракт в любое время, когда ты будешь готова. К тому же, ты сможешь работать вместе со мной, продюсируя альбомы нашей группы. Я уже обо всём договорился. Мин-а с дрожью в руках касается инструментов. Слёзы катятся по щекам. Впервые за долгое время - это слёзы радости. Она садится на стульчик. Юнги присаживаеся рядом. -Сыграй мне, - просит он и Мин-а не в силах отказать. А потом она начинает петь и Юнги замечает, как в глазах загораются звёзды. Он больше не позволит им погаснуть...