Хорошее начало

Упрямец-Придд не позвонил и не назначил встречи ни на завтра, ни в следующие дни – чем почему-то задел Лионеля. Обычно никто никогда не игнорировал его приглашения – в деловой сфере в частности, что уж говорить о личной жизни. Мальчишка заинтересовал его, но Ли сам не понимал пока масштабов и границ этого интереса. Он появился, огорошил, впечатлил и исчез, и почему-то очень хотелось с ним хотя бы поговорить снова, но уже не в окружении их приятелей, а наедине. Созвонившись с Миллем утром перед работой, он, сам не зная зачем, упомянул младшего Придда и оказалось, тот в курсе, о ком речь. - Они вроде с Арно дружили, - задумчиво сообщил брат. - В самом деле? - Да, пока учились в Лаик. Одно время он без конца говорил об этом Валентине. - Со мной нет. Милль хмыкнул и сменил тему. По правде говоря, они оба понимали, почему. Не то чтобы отношения с младшим братом у Ли были плохими – они просто были хуже, чем у Арно и Эмиля. Лионель в какой-то мере заменил Арно отца, и откровенничать с ним о чем угодно тот никогда бы не стал. Признаться, и Ли не был самым внимательным собеседником – обычно он выслушивал брата, когда тот приходил о чем-то попросить или что-то сообщить, но просто поболтать с ним ни о чем и обо всем сразу времени у старшего Савиньяка не было. Их отец внезапно умер от сердечного приступа, когда Ли и Эмилю было по четырнадцать, а Арно всего два года. Лионель как-то разом осознал, что именно на его плечи лягут все заботы о семье, поэтому подрабатывать стал рано, еще во время учебы в университете. Несмотря на то, что их мать вполне успешно продолжила вести семейный бизнес и руководила знаменитым столичным отелем, Ли вел все счета, и, разумеется, давно заменил младшему брату одного из родителей – никак иначе Арно фигуру Лионеля и не воспринимал. Теперь же, вероятно, впервые, Ли пожалел об этом – было бы здорово набрать сейчас братца и вытянуть из того буквально все, что тот знал о Валентине Придде. Но, увы, Арно и разговаривать об этом не станет… Лионель за несколько дней успел изучить всю информацию из тонкой папки, что собрал ему секретарь о юном прокуроре. Информации было ничтожно мало – где учился, при ком начинал работу, совсем небольшой пока список выигранных дел. Ли позабавило, что еще ни разу Придд не проигрывал процесс – вот свой первый Савиньяк до сих пор вспоминал со стыдом и долго переживал собственное поражение. Этот мальчишка был явно талантливее, но… с таким характером – неудивительно. Валентин объявился в конце недели и предложил обсудить все возникшие вопросы вечером после работы. Ли предложил бар в отеле «Звезда Олларии» – он располагался рядом с его офисом и не так далеко от супремии, так что Придду можно было не тратить на дорогу лишнего времени. - Вы голодны? – поинтересовался Ли, поприветствовав Валентина, который сегодня был в строгом темно-сером костюме, тогда как сам Лионель был одет весьма неформально, в джинсы, подчеркивающие длинные ноги, и винного цвета рубашку без галстука. Он специально удрал с работы домой пораньше, чтобы переодеться и вернуться к бару вовремя. Судя по тому, как завис взгляд Валентина на чужих ногах, все было не зря. - Нет, благодарю вас, - уклончиво бросил Придд, заняв место за столиком у стены, увешанной раритетными пластинками. - Мы договорились на ужин. Можем немного выпить и… - Вы предложили бар, и я согласился, так что не берите в голову. - Что ж, значит, в следующий раз я предложу место поинтереснее и посытнее, - ухмыльнулся Ли и Валентин быстро отвернулся, рассматривая обстановку. Здесь было не шумно и довольно уютно. Ли заказал себе касеры, а Придд взял бокал «Крови». - У вас были вопросы… Лионель пригубил напиток, разглядывая немного напряженного собеседника напротив. Несмотря на конец рабочего дня, Придд выглядел элегантно и собранно, точно только вышел на работу – темные волосы были строго уложены, волосок к волоску, фиолетовый галстук ровно подпирал жилет костюма, на тонком запястье блестели дорогие часы с циферблатом в тон галстуку. Надо же, какой аккуратист и модник. Не было шанса не любоваться собеседником каждую минуту. - Вы учились вместе с Арно, - произнес Ли на удачу, разбивая молчание. Светлые глаза расширились и впервые можно было вдоволь полюбоваться на растерявшегося Валентина. Поразительное зрелище! Он сразу стал выглядеть моложе и отчего-то еще привлекательнее. - Верно, - медленно проронил Придд, наконец, сделав крупный глоток вина. - Почему я вас никогда с ним не видел? – сдерживая улыбку, небрежно поинтересовался Ли, пристроив руку на спинку собственного стула, что позволило ему почти полностью развернуться к молодому человеку рядом. - Потому что я всего раз был у вас дома, - едва слышно отозвался Валентин и неожиданно неуверенным жестом тронул себя за пряди волос, слегка завивавшихся под ушами. Это внезапно отвлекло Лионеля, и он позволил себе скользнуть глазами по покрасневшим от вина губам, вдоль овала лица и засмотреться на линию шеи, позабыв на мгновение, о чем он вообще с ним говорил. - Вы дружите? – слегка охрипшим голосом уточнил Ли, нехотя оторвав взгляд от бледной кожи, которая в освещении бара казалась сияющей, как свежий снег. - Да, можно и так сказать, - пробормотал Валентин, уткнувшись локтем в стол и скрыв часть лица в собственной ладони. - Честно признаться, не могу представить эту дружбу, - мягко заметил Лионель, повертев свой бокал по столу. – Вы кажетесь абсолютно разными людьми. - А все друзья должны быть похожи друг на друга, как близнецы? – прохладно отозвался Валентин и Ли едва не захлебнулся глотком. Вот же едкая зараза! Он почти с восхищением уставился на невозмутимое лицо наглеца напротив, подавив неожиданное желание рассмеяться. - Конечно, нет, - фыркнул он наконец. – Вас, возможно, удивит это, но близнецы редко бывают схожи чем-то, кроме внешности. Валентин странно рассматривал его минуту, словно хотел что-то сказать, но в итоге раздумал. - Вам виднее, - сухо бросил он и вновь отпил вина. Делал он это столь изящно и красиво, что хотелось наслаждаться этим зрелищем как изысканным представлением где-то в театре. Ли хмыкнул, слегка тряхнул головой, сбрасывая какое-то ощутимое наваждение, и задумчиво постучал пальцем по стеклу бокала, пытаясь спланировать этот вечер. На пробу Лионель перебрал несколько тем, пока не увлек Валентина в разговор о последнем деле, которое рассматривали в супремии вторую неделю. Тут глаза Придда вспыхнули, и он впервые за последние полчаса столь оживился. Ли с непонятной ему самому жадностью впитывал в себя эти неожиданные эмоции, до того хорошо скрытые, и потому еще более ценные. Удивительно было наблюдать, как парень буквально увлечен судом, свидетельствами, деталями рассмотрения дел. Он остроумно подхватывал насмешливые реплики Ли о разных присяжных и смело рассуждал об ошибках в прокурорской линии, и к концу этого вечера очаровал Лионеля настолько, что тот всерьез стал раздумывать над возможностью увезти его прямо сейчас к себе домой, под любым предлогом. Желание, которое ощутил Ли, разглядывая расслабленного Придда перед собой, было для него в целом не новым. В его жизни случались романы с самыми разными людьми. Наиболее долгие его отношения были с бывшей клиенткой Мэллит Гоганни, которой он помог отвоевать в суде сеть закусочных – их хотела отобрать ее жадная родня. Этот роман был удобным и уютным, его ждали с работы, готовили ему массу вкусной еды и Ли позволил себе задержаться, немного увлекшись игрой в обычную жизнь обычных людей, но едва рассмотрел в Мэллит настоящие чувства в свою сторону, как тут же расстался с ней, оборвав все связи. У него случались отношения и с мужчинами – спасибо Росио. Наблюдая за его бурной личной жизнью и поведением, когда тот смел буквально все, Ли позволил и себе побыть безрассудно-раскрепощенным, как-то умудрившись проснуться в одной постели с молодым симпатичным актером после вечеринки в честь очередной премьеры друга. На удивление, пережитый опыт оказался весьма приятным. Порою Лионелю нравился тот или иной парень и он позволял себе провести с ним время, но впервые кто-то привлек его внимание настолько, что сумел возродить в нем не иначе как животный интерес. Валентин был хорош собой, но до раздражения (а с другой стороны – до жгучего азарта) неприступен. Он игнорировал чистый флирт, в который скатился к концу вечера Ли, отворачивался от откровенных, недвусмысленных взглядов и твердо отказался от предложения подвезти его, исчезнув из бара, когда стало определенно ясно, что никаких важных деловых вопросов они сегодня обсуждать не будут. Ли зацепил этот холодный юноша настолько, что он быстро позабыл, что тот вообще-то друг Арно, а также его будущий возможный оппонент в суде, и такая связь может обернуться вполне реальными неприятностями при худшем раскладе. Обычно он просчитывал риски, собираясь спать с коллегой или клиентом – прошлым или настоящим, и, если дело того не стоило – легко бросал затею и игнорировал чужой интерес. Но сейчас он хотел себе этого Придда, и это желание почему-то не утихало, а разгоралось сильнее, подпитываемое чужим, вполне явным равнодушием. Уже дома, в своей квартире, которую он купил пару лет назад, Лионель, как одержимый, представлял себе в подробностях, как мог бы разорвать едва ли не в клочья эту аккуратную, застегнутую на все пуговицы одежду, растрепать элегантную прическу, зарывшись пальцами в каштановые пряди, отливавшие рыжеватыми искрами, и заставить маску ледяной отстраненности треснуть и исчезнуть, когда он кончит прямо на его красивое юное лицо. Собственно, этого оказалось достаточно, чтобы получить разрядку и в реальности, и Ли со злым смешком зарылся в подушки, утомленно размышляя о том, что это вообще первый человек в его взрослой жизни, на кого не действует расчетливое и отточенное до мастерства обаяние Савиньяка. В начале следующей рабочей недели Лионель первым делом дал задание своему помощнику выяснить все ближайшие даты заседаний суда, в которых будет участвовать юный Придд. Изучая полученный график, Ли заметил, что в один из дней они будут в супремии примерно в одно время. Разобравшись с делами, он отправился на заседание Валентина, слившись с толпой зевак в зале. Валентин был помощником прокурора на этом процессе. Дело было скучным, кто-то кого-то ограбил, но по хладнокровному виду молодого человека в строгом черном костюме и неожиданно ярком лиловом галстуке этого было не понять – он внимательно слушал показания и быстро подавал главному прокурору нужные бумаги, стоило тому едва взглянуть в его сторону. Ли дождался его после завершения заседания суда и с удовольствием полюбовался на едва уловимое смущение, мелькнувшее на лице Валентина. - Что вы здесь делаете? – прохладно осведомился тот вместо приветствия, остановившись на четко выверенном расстоянии от Савиньяка. - У меня обеденный перерыв. Хотите перекусить? - Нет. - Вы не обедаете вообще или не хотите со мной? Вальхен со странным выражением лица рассматривал Ли, который стоял, расслабленно привалившись плечом к стене. - Я вроде обещал вам ужин, а не обед, - медленно проронил Придд, немного нахмурившись, словно решал в уме арифметическую задачу. - Напротив, это я задолжал вам ужин, но готов заменить его на легкий ланч, если желаете. - У меня нет на это времени. - Но вы… - Заезжайте за мной после шести. У Ли даже дыхание перехватило от внезапности и решительности этого приказа, и он успел только кивнуть, наблюдая за удаляющейся прямой спиной Придда. Это становилось все увлекательнее с каждой минутой. Вечером он заметил Валентина на крыльце супремии, явно ожидавшего его под покровом крыши – был небольшой снегопад. Лионель тут же посигналил ему из своего «линарца». Пока тот легко сбегал по ступеням, мужчина не отказал себе в удовольствии полюбоваться на стильное черное пальто, подчеркивающее худощавую ладную фигуру молодого человека. Валентин опустился на соседнее сидение, захлопнув дверцу машины, и чуть тряхнул волосами, на которых крупными каплями таял снег. - Какую кухню предпочитаете? – вместо приветствия улыбнулся Ли. - Давайте… опустим эту часть, - хладнокровно отозвался молодой человек, взглянув прямо на него потемневшими сейчас глазами. - Что вы имеете в виду? – хмыкнул Ли, откровенно рассматривая его и даже не пытаясь скрыть своего интереса. - Поедем сразу к вам. На мгновение Лионель подумал, что у него начались слуховые галлюцинации на фоне обостренного сексуального влечения. И это тот же юноша, что недавно игнорировал все намеки, сидя с ним в баре? - Прошу прощения? - Вы, очевидно, заинтересованы во мне, так что нет смысла предварительно кормить меня едой, - резко бросил Придд, опустив глаза на приборную панель. – Давайте не будем тратить на это время. Лионель издал странный звук, а потом тихо рассмеялся. - Вы – нечто уникальное, вы знаете? - Знаю, - холодно произнес Валентин и Ли беззастенчиво впился голодным взглядом в такое привлекательное, но совершенно непроницаемое лицо. - И что, вы вот так просто решили мне отдаться? – иронично поддел он Придда, но вдруг встрепенулся от пришедшей на ум мысли. – Или же, напротив, предпочитаете обратное? Молодой прокурор несколько раз моргнул, смешался и неуверенно взглянул на мужчину рядом. Ли, как зачарованный, ловил все эти потрясающие метаморфозы на обычно сдержанном лице. - Я не очень понимаю ваш юмор, - тихо заметил Валентин, явно теряясь. - А я и не шучу, это вопрос довольно серьезный, - невольно улыбнулся Ли и насладился новым едва заметным розовым румянцем, когда до того, кажется, дошел смысл сказанного. - О, - коротко бросил он и храбро вздернул голову. – Признаться, в этом я не смыслю ровно ничего. Так что вам придется взять на себя… руководство… - Потрясающе. Ли скрестил руки на руле и положил на них голову, медленно скользя горящими глазами по замкнутому мальчишке на соседнем сидении. - Меня еще так не соблазняли, - понизив голос, признался он. - Если я ошибся, и вы вовсе не собирались… - холодно начал Придд, уже отстегивая ремень безопасности, но Лионель быстро перехватил его руку, едва сжав тонкое запястье. - Вы, напротив, довольно проницательны, Валентин. Могу я звать вас по имени? Придд странно посмотрел на их руки и Ли тотчас отпустил его, после чего парень снова пристегнулся. - Зовите. Так мы едем? Лионель задумался на секунду, потом завел машину и молча вырулил со стоянки на дорогу. До его квартиры от супремии было рукой подать. За все время в машине они больше не сказали друг другу ни слова. Пока они поднимались в лифте, Лионель скользил ленивым взглядом по стоявшему рядом Валентину, и совершенно не представлял, о чем тот думает. - Выпьете? – Ли бросил пиджак на спинку бежевого кресла, кивком приглашая гостя следовать в гостиную. Придд пристроил снятое пальто рядом с одеждой хозяина квартиры и медленно огляделся – квартира была просторной, гостиная имела большое полукруглое окно с выходом на широкий балкон, светлая мебель будто расширяла пространство. На стенах висели старинные гравюры с изображением Абвениев и Гальтарских пейзажей – это заставило Валентина подойти ближе и изучить их внимательнее. - Увлекаетесь древними легендами? – шепнул Ли ему на ухо. Придд чуть отстранился и принял бокал с красным вином – не дождавшись ответа, ему решено было налить то, что тот пил в их последнюю встречу в баре. - А вы? – вопросом на вопрос ответил Валентин, смело встречая будоражащий взгляд Лионеля. - Я – да, с детства люблю загадки и странные истории. - Понимаю, сам к ним неравнодушен. Лионель стянул галстук, оставив его на барной стойке, и взял свой бокал с касерой и кубиками льда, расслабленно двигаясь по гостиной. - Вы угадали мой к вам интерес, - приятным тоном заметил Савиньяк, возвращаясь к их короткому разговору в машине. – Но я вовсе не уверен насчет вас. - Почему? – оставив гравюры в покое, Валентин развернулся к нему, но не стал приближаться. - Я полагал, вы предпочитаете брюнетов, - блеснул черными глазами Ли, лукаво улыбнувшись. Он намекал на их первую встречу и признание Придда Алве, и тот не сразу понял, о чем речь, а, сообразив, неожиданно громко усмехнулся. - Я предпочитаю разделять фантазии и жизнь, - иронично бросил Валентин и медленно подошел к дивану, опустившись на мягкое бежевое сидение, возле которого стоял Ли. - Получается? - Пока не знаю. Этот закрытый молодой человек интриговал его даже словами. Ли сделал большой глоток касеры и сел рядом с ним, едва соприкоснувшись коленом с длинной ногой, стянутой черным сукном. - Есть что-то, что мне следует знать заранее? – легкомысленным тоном поинтересовался Савиньяк, пристроив бокал на собственном колене. Валентин молчал, его скулы вновь очаровательно порозовели. - Уточните, что вы имеете в виду, - тихо попросил он, поставив свой напиток на стеклянный журнальный столик рядом с диваном. - Ну, скажем, любите ли вы что-то особенное? Или же есть какие-то категорические запреты? К примеру, я против чрезмерной жесткости в постели, не люблю засосы и прошу не трогать лишний раз волосы. Что насчет вас? Валентин разглядывал свое отставленное вино и, похоже, жалел, что не допил сразу все залпом. Ли, поймав эту мысль, едва сдержал смех, не желая невольно оскорбить гостя. - Я понятия не имею, что вам ответить, - хладнокровно проронил парень и вскинул смелый взгляд на мужчину рядом. – Я прежде ни с кем не спал, чтобы выявить для себя неприемлемые в таком деле вещи. Ли застыл, не донеся касеру до рта – натурально замер с поднятым бокалом в руке. Он моргнул, осмысливая новую информацию и отмер, тоже пристроив выпивку на столик. - Вы ни с кем не спали, - мягко повторил он, пожирая Валентина глазами. - Это проблема? – прохладно уточнил тот, надменно приподняв подбородок. Лионель невольно склонил голову к нему чуть ближе, раздумывая, стоит ли ему ввязываться в то, что будет уже определенно непростым. Однако этот юноша рядом будил в нем до дикости жгучий интерес, нездоровую похоть и Чужой знает что еще, заставляя в груди шевелиться острейшую жажду обладания. - Почему вы решили со мной изменить свое… своим принципам? Валентин задумчиво перевел взгляд на окно, и Ли захотелось попробовать его губы на вкус прямо сейчас. - Я же сказал – почувствовал ваш интерес. Такой ответ совершенно не устраивал Савиньяка, он закинул ногу на ногу, буквально перегородив Придду возможность встать, если у того вдруг возникнет такая потребность. - Валентин, я вам нравлюсь? Придд внезапно вздрогнул, словно услышал что-то, что его озадачило. Его светлые глаза мгновение пытливо шарили по красивому лицу Лионеля, словно он видел сейчас перед собой совсем не его. Но тут же, в чем-то убедившись, он внезапно вздохнул и вдруг улыбнулся. О, это была не та жутко-неестественная гримаса, как в их первую встречу, это была открытая и яркая улыбка, которая совершенно преобразила лицо молодого человека. В душе Ли что-то перевернулось, а сердце вдруг решило именно сейчас напомнить о себе, зажив своей жизнью, и перешло на ускоренный бег. - Да, - твердо бросил Валентин. – Я вас желаю. Без шансов, осознал Ли едва ли не с тоской, и стремительно склонился к его лицу, впившись губами прямо во все еще улыбавшийся рот молодого Придда. Его руки властно прошлись по обтянутым пиджаком плечам и обхватили длинную шею. Валентин застыл, словно пойманная птица, и Ли уловил бешенное сердцебиение в чужой груди. Он прижался ближе, чуть прикусил губы парня зубами и тот буквально отмер, впуская его глубже. Валентин был словно молодое вино – ударил в голову так быстро и сильно, что Лионель сам не понял, как поплыл от одного лишь поцелуя. Тот отвечал ему медленно и будто сомневаясь, но постепенно поддавался напору, чуть запрокинув голову назад. Ли заставил себя оторваться от его губ и изучающе посмотрел на тяжело дышавшего мальчишку в своих ладонях. - Ты, что же, и не целовался прежде? – недоверчиво осведомился он, скользя взглядом по потемневшим глазам, прямому носу и раскрасневшемуся рту. Одна прядь из идеальной прически Валентина упала на его высокий лоб и сделала это лицо неожиданно еще привлекательнее. - Ну почему… - невнятно отозвался тот, разглядывая его впервые столь откровенно в ответ. – Но ты… Ты делаешь это иначе, чем… Ты хорошо целуешься. - Так хорошо, что растеряли все слова, прокурор? – поддразнил его Ли, снова легко прикоснувшись своими губами к его, и в этот раз Валентин ответил на поцелуй сразу, встречая его язык своим. Савиньяк совсем позабыл про что спрашивал, властно обхватил юношеский стан, нырнув руками под пиджак. Он потянул парня на себя, и Валентин, перекинув ногу, оказался на его коленях, позволяя стянуть с себя верхнюю одежду, галстук… пожалуй, он этого раздевания даже не заметил. Ли отпустил его рот, скользнул горячими губами ниже, на шею, влажно опустившись к ямке под кадыком, и обвел ее языком. Валентин издал какой-то совершенно восхитительный полустон, и вопреки принципам Лионеля, ему захотелось впиться в эту шею зубами, помечая его, как зверь. Руки Придда обхватили его за плечи, будто он боялся упасть, тонкие пальцы едва вплелись в льняных пряди, приятно пройдясь по длине волос, но тут же выпустили их – должно быть, он вспомнил одно из правил Лионеля, которое сейчас самому Савиньяку впервые показалось глупым. Он не любил, когда любовники или любовницы тянули его за волосы, как животное, которое непременно хочется контролировать, но Валентин умудрился и тут сделать все иначе, подарив неожиданное удовольствие от ласки там, где давно этого не ждешь. Ли вернулся к его губам, вновь терзая их с новым жаром и силой. Валентин поерзал в его руках и налившийся член Лионеля ткнулся прямо в чужое, такое же ощутимое возбуждение. Давно уже у него так не вставало от одних лишь поцелуев. Савиньяк чувствовал себя каким-то подростком (впрочем, в те годы он мало кем увлекался даже в невинном плане). От такой мысли он немного смешался и вновь отстранился, слегка растрепав рукой темные пряди, в вечернем освещении красиво отражавшие закатные краски за окном. - Самое время переместиться, - вкрадчиво сообщил Ли, поймав затуманенный серый взгляд. Валентин помедлил, потом легко поднялся с его колен, будто ему вовсе не мешал напряженный член, натянувший ткань брюк. Лионель встал следом, направив парня в сторону спальни, а потом обошел его и распахнул дверь, оглянувшись на Придда. Тот спокойно вошел следом, на ходу неторопливо расстегивая запонки на манжетах рубашки. Ну до чего сексуальный мальчишка! Даже эти элегантные движения будили внутри только жар и непристойные мысли – многим соблазнительницам из прошлого Савиньяка было чему поучиться у этого неопытного сокровища… Лионель расслабленно сдернул собственную рубашку, не глядя откинув ее в сторону, потом неспешно избавился от брюк, носков и, помедлив, стянул белье, хищно рассматривая ракцию Придда на собственное раздевание. Тот и бровью не повел, паршивец. Ли раскованно присел на кровать, опершись на руки, заведенные за спину, и Валентин, будто не было ничего естественнее, вновь сел на него сверху, лицом к нему, целуя его сам, порывисто и жадно. Савиньяк позволил себе упасть на спину, увлекая почти любовника за собой. Недостаток опыта в том с лихвой окупался смелостью и жаждой нового – кто бы сказал Лионелю еще вчера, что невинность может быть столь остро-возбуждающей – ни за что бы не поверил. Они целовались до боли в губах, пока хватало воздуха. Пока Ли не переклинило, и он почти грубо не рванул его за сорочку, сминая ткань, а после быстро стянул с Придда и брюки, одновременно с трусами, больно оцарапав ремнем кожу. Понял он это, лишь увидев красную полосу на бедре, которое оказалось еще белее шеи, и это немного охладило его яростную жажду. Он порывисто примкнул почти нежным поцелуем к пострадавшей ноге, заставив Валентина под собой заметно задрожать. - Что ты… Ах… Ли накрыл его член ртом, взяв полностью на всю длину, и Валентин ошеломленно замер под ним, расширенными глазами наблюдая за явно новым для себя зрелищем. Лионелю отчаянно хотелось сострить, но это было сложно провернуть с полным ртом чужой горячей плоти, и он прикрыл глаза, отдавшись процессу в полной мере. Юноша под ним заерзал и наконец по-человечески застонал в полный голос, что звучало лучше любых поощрений. Ли снова посмотрел на него, выпустив головку изо рта, гуляя языком по влажному стволу туда и обратно, пока порозовевший Валентин выгибался под ним как грациозное мифическое создание – вроде соблазнительных астэр, о которых писали в старых книжках. Лионель приласкал четко выступавшую венку, толкнулся языком в маленькое отверстие, вызвав почти всхлип мальчишки под собой. Тот уже не наблюдал за ним горящими глазами, бессильно упав на спину. Мужчина поиграл с темпом, снова вобрал член целиком, и Валентин крупно задрожал, порывисто закрыв лицо руками, а Ли принял все до капли и, облизнувшись, вытянулся на постели рядом со все еще смущенно жмурящимся Приддом. - Как впечатления? – шутливо полюбопытствовал он, подцепив его пальцем за подбородок. Валентин судорожно вздохнул, прижался теснее и скрыл лицо где-то в ключицах тихо посмеивающегося Лионеля. Но тут же стало не до смеха – он почувствовал прохладную ладонь на собственном все еще стоявшем органе и невольно вздрогнул, когда чужая рука принялась неспешно его гладить, неуверенно скользя большим пальцем по головке. Эти жесты оказались вдруг весьма чувственными, и Ли от неожиданности спешно перехватил тонкое запястье, останавливая смелого парня. - Скажи, как тебе нравится? – едва слышно прошептал Валентин прямо ему в губы, откинув голову на подушки, чтобы лучше его видеть. Ли сложно было сейчас поверить, что этот порывистый и решительный молодой соблазнитель до этого ни с кем не спал – слишком жгучим был это взгляд из-под опущенных ресниц, словно он всю жизнь занимался тем, что приносил удовольствие другим. Лионель медленно выпустил его запястье и накрыл чужую руку своей, буквально демонстрируя темп и силу сжатия, которая ему приятна. Валентин все схватывал на лету, начав ласкать его с каждым движением все увереннее и увлеченнее. Но вдруг прервался и поймал недовольный взгляд Ли, у которого усмешка буквально застыла на губах, когда Валентин медленно облизал свои длинные пальцы и снова опустил их на его член. - Я видел такое в обучающем кино, - с достоинством сообщил Придд. И в этот миг Лионель почувствовал такую нереальную смесь восторга, неверия, ошеломляющей симпатии и страсти, что перестал сдерживаться, стиснув его крепче в объятьях, целуя беспорядочно, то в нос, то в губы, то в зажмуренные глаза. Он ощутил, как теплая влажная ладонь сжимает его чуть сильнее и настойчивее, надрачивает ему быстрее, резче, подчиняя своей воле и напору. Ли буквально прострелило ярчайшим оргазмом, на мгновение перед глазами даже поплыли пятна, лишая зрения. И все же нашлись силы перевернуть Валентина на спину и снова завладеть его губами. Тот мягко встретил его ленивые ласки, отвечая столь же неторопливо, будто угадывал настроение партнера только по его касаниям и дыханию. Лионель утомленно отпустил его, зарывшись носом в завитки темных волос под ухом. Он сразу решил, что сегодня никакого проникающего секса не будет – завтра у Придда заседание с раннего утра и тот возненавидел бы его, едва проснулся. Но отпускать мальчишку после столь щедрого предложения было бы верхом глупости, тем более, когда уже несколько дней мысли о нем преследовали с завидным постоянством. А теперь его не хотелось отпускать вообще... Эта мысль была настолько пугающей, что Лионель даже вздрогнул, распахнув глаза. Валентин тут же отстранился и сел на постели. - Полагаю, уже поздно, - вежливо заметил он, будто они тут не валялись обнаженные, с опустошенными членами, а сидели на приеме в королевском дворце. - Заткнись и иди сюда. Ли дернул его за руку и Валентин упал обратно, тихо вздохнул, поерзал и вдруг прикрылся краем одеяла. Почему почти все, что делал этот юный Придд, вызывало желание умилиться и одновременно стиснуть его в объятиях? Лионель с улыбкой перекинул руку через его торс, будто преграждая ему любые поползновения вон из кровати. - Оставайся на ночь, - почти приказал он и тот промолчал, потом повернулся набок, разглядывая сонное лицо Савиньяка. - Можно ли считать, что мы переспали? – медленно осведомился Валентин и Ли одарил его сложным взглядом, приподняв одну бровь. - Что же тогда это было, по-твоему, если не секс? – насмешливо уточнил он, весело наблюдая за ноткой сомнения на юном лице. – Поверь, раньше, будь ты девицей, мне после такого пришлось бы жениться. Валентин смешно сморщил нос и неуверенно улыбнулся. Сердце Ли пропустило еще один удар, и он понял, что совершенно покорен этой по-настоящему редкой улыбкой. - Будь я девицей – ты бы мне не отсосал, - резонно заметил Придд. Лионель замер на секунду и вдруг оглушительно расхохотался, откинувшись на подушки. Валентин смущенно потер лоб рукой, встречая искрящийся взгляд черных глаз. - Ну откуда же ты такой взялся, вот скажи? - вздохнул Ли почти нежно, привлекая его к себе. Валентин не стал отвечать, он неуверенно пристроил ладонь у него на поясе и ткнулся носом в его ключицы, к которым, похоже, питал особую слабость. Но Лионель слишком устал от ласк и впечатлений, что принесло новое знакомство, чтобы сейчас шутить на эту тему, и провалился в приятное забытье.