The illusion of freedom

С первыми лучами солнца девушка проснулась, когда в глаза попал первый яркий луч, от которого она невольно нахмурилась. Сложно было сказать, что это пробуждение было приятным, потому что боль во всём теле всё же дала о себе знать. При каждом движении она отдавалась терпимой глухой болью, поэтому девушка даже не шипела при более резких движениях. Это казалось слишком неважным, а, может быть, она просто привыкла к ней, поэтому и не обращала большого внимания на неё. Поднявшись с кровати, девушка равнодушным взглядом посмотрела на место, где сидел Сказитель, и очень было ожидаемо увидеть там ничего. Словно Предвестника тут и не было. Мишель не думает, что он ей приснился, слишком реально это всё было. Хотя и очень странно. Стараясь не думать о поведении Сказителя, которое никогда не поддавалось логическим объяснениям, Мишель хотела уже пойти и умыться, как делала она это раньше. Только вот не было желания это всё делать. Не было никакого желания делать вообще что-либо, именно поэтому девушка села обратно на кровать, взглядом пробегаясь по стене напротив. Было странно ощущать внутри себя пустоту, которая и мешала начать делать что-то. Обычно девушка была вся в делах, хотя своей главной задачей, из-за которой её сюда отправили, она не занималась. До сих пор ей особо не доверяли, что было только на руку. Пересекаться с другими членами их отряда не хотелось, да и они не показывали особого желания идти на контакт. Поэтому Мишель предпочитала оставаться в тени, чтобы лишний раз не столкнуться с кем-нибудь. Кем-нибудь, кто может навредить ей. Взглянув в сторону окна, Мишель прислушалась к различным звукам, пытаясь отвлечься. На удивление она не испытывала даже какие-то угрызения совести за свой поступок, не испытывала страха. Видимо успела это принять. Именно поэтому она сейчас вслушивалась в каждый звук, который ей был слышен. Чтобы не думать только обо всём этом. — Извини, что отвлекаю, — вздрогнув, Мишель быстро переводит взгляд в сторону двери. Сталкиваясь взглядом с Дженой, девушка облегчённо выдыхает. Мишель про себя отмечает, что Джена выглядит взволнованной. Будто бы знает, что произошло, хотя Мишель точно уверена, что Сказитель бы не стал об этом говорить даже Джене, которой он вроде как доверял больше, чем своим солдатам. — Сказитель запретил мне лезть к тебе, но... Прости, что я тут. Просто волнуюсь за тебя, — быстро произносит Джена, из-за чего смысл слов до Мишель доходит не сразу. — Столько всего навалилось. В груди появляется приятное тепло из-за того, что она видит перед собой человека, который искренне волнуется за неё. Появляется что-то похожее на радость при взгляде на Джену и на Сказителя, который вроде как тоже за неё беспокоится, если решил сказать нечто подобное Джене. — Спасибо, — в полголоса произносит Мишель. Джена лишь улыбается ей в ответ и входит в комнату, закрывая за собой дверь. — Мне правда было нужно твоё присутствие. На её слова Джена чуть кивает головой и подходит к окну тут же открывая его, впуская свежего воздуха. Мишель на это только чуть вздрагивает и обнимает себя за плечи. Молчание между ними не давило, а наоборот позволило Мишель расслабиться даже больше чем если она была бы одна. Джене она точно доверяла. Скорее всего даже больше, чем себе, потому что девушка не могла объяснить себе, почему ей спокойнее с Дженой больше, чем наедине с собой. Хотя, может ей было просто сложно сейчас перенести это время. — Я... Я думаю, что тебе стоит немного поесть, — перед глазами Мишель возникает неожиданно Джена, которая, чуть наклонившись в её сторону, слабо улыбнулась. От её заботы вмиг в груди начало теплеть, заставляя улыбнуться девушку. — Если будешь худой, то не сможешь заиметь себе какого-нибудь красивого мальчика. От последних слов Мишель невольно смеётся, на миг забывая про свои переживания. Что-что, а это её точно не волновало, хотя, после слов Джены, у девушки появились сомнения. Теперь она будет об этом думать, хотя волноваться так же не будет. — Вынуждена отказать, — Мишель точно не хочет сейчас куда-то выходить, а совать какую-то еду в рот ей тоже не очень и хотелось. Может быть позже, когда она будет чувствовать себя чуть лучше. Сейчас ей точно ничего не хочется. — Я смогу найти себе что-нибудь вкусное, если захочу есть. Можешь не переживать. И хоть она говорила это достаточно уверенно, Джена всё равно не слишком сильно поверила. Чуть сощурившись, она несколько секунд смотрела в глаза Мишель, после чего, вздохнув, чуть кивнула. Джена может быть и не слишком верила её словам, но она ей доверяла, верила, что Мишель не сможет себя довести до ужасного состояния. А Мишель была только ей за это благодарна. Дальше Джена не касается этой темы, на удивление ничего не спрашивает, а только говорит. Говорит о неважном: погоде, что нового на Большом Базаре появилось, что пропало и о книгах. Мишель с превеликим удовольствием слушала всё, что смогла прочитать Джена за свою жизнь. Конечно, слышать иногда это было смущающе, но интересно и в какой-то степени забавно. Девушка не думает, что когда-нибудь ей понадобится информация такого рода. Уж слишком она будет чувствовать себя неловко с человеком, который всё это будет терпеть. Ну, Мишель просто не может заставить себя связать кого-то, чтобы использовать его тело, как только душа пожелает. Да и фантазии у неё особо нет. С Дженой было легко. Терзающие её до этого мысли, которые были связаны со вчерашним днём, отступали всё дальше. И Мишель с каждой секундой всё больше казалось, что это так неважно, просто мелочь какая-то. И она очень сильно надеется, что это продлится как можно дольше... — Так, а теперь мой тебе совет! Говорю как единственной подруге по секрету, — теперь Мишель начинает понимать, почему у Джены было мало друзей. Кажется, что девушка вообще не имела стыда говорить на такие пошлые темы, а такие разговоры не всем нравятся. Мишель то уж точно знает. Видела несколько раз, как люди прекращали общение, только потому, что один говорил или шутил про такие вот неприличные вещи. Хотя Мишель это не слишком сильно и волновало, если человек хочет об этом говорить, то почему бы и нет? — Если у тебя в отношениях с парнем не всё стабильно, но он относится к тебе не как к подруге, то начинай всё ты. Тут Мишель полностью сконцентрировалась на словах Джены. Чего она могла ещё там такого сказать? — Что именно начинать? — осторожно спрашивает Мишель, наблюдая за тем, как у той появляется на губах счастливая улыбка. Зря видимо спросила. — Начни его касаться, да с такой любовью, чтобы он таял в твоих руках, словно кусочек масла на солнце, — от этих слов Мишель непроизвольно представляет только тот самый кусочек масла. Уж представить, как от её касаний кто-то тает было достаточно сложно. — Касайся везде, целуй так же везде, потому что без этого вообще никак. Можешь даже прижать его к какой-нибудь поверхности, чтобы не посмел сбежать. Одновременно с этим, раздвигаешь его ноги и... — Думаю, что этого мне вполне достаточно, — Мишель старается скрыть смущение на своём лице, нервно посмеиваясь. До такого она точно не дойдёт, она надеется на это. — Я обязательно буду спрашивать у тебя советы, если всё будет у меня в отношениях слишком сложно. Конечно же, она это сказала, чтобы Джена не думала, что так её пытаются заткнуть. Мишель точно не станет следовать таким советам, потому что интуиция ей говорит, что именно так делать лучше не надо. — Я буду только рада давать тебе их! — в глазах девушки появляется восторг, она быстро обнимает Мишель, которая тут же обнимает в ответ. Видеть эту радость в чужих глазах было приятно.

***

Наблюдая за луной, которая освещала ночной город, Мишель опускает свой взгляд на руки, в которых держала свой лук. После разговора с Дженой её отпустило только на несколько часов, после чего вновь вернулись не самые приятные чувства и воспоминания. Хотелось от них вновь избавиться, поэтому девушка попробовала отвлечься на какое-нибудь рисование. Это помогло лишь на некоторое время, поэтому Мишель приняла решение взяться за оружие, может быть это сможет ей помочь. Она целый день провела в своей комнате и носа оттуда не высовывая, поэтому ощущать приятный ветерок было невероятно расслабляюще. Чувствовалась какая-то приятная свобода с ним, которой хотелось наслаждаться всю жизнь. Мишель до этого особого значения таким мелочам не придавала. В Снежной ветер был невероятно холодным и сильным, тут же он был до приятного теплый и успокаивающий. Поудобнее усевшись на мягкой траве, которая после вчерашнего дождя была ещё чуть мокрой, девушка с интересом наблюдала за яркими огнями города Сумеру. Смотреть за тем, как где-то огни зажигаются, а где-то пропадают, было интересно. Решение зарисовать этот город было спонтанным. Рисовать на коленях карандашом было не особо удобно, но это не останавливало и плевать, что потом будет болеть спина или какие-нибудь другие части тела. Сейчас Мишель главное чуть забыться, а с остальным она разберётся потом. Рисовать что-то, что не являлось животным или цветком было практически в новинку для Мишель. Она до этого могла лишь нарисовать какие-то очертания и то только наброском какими-то размашистыми линиями. Сейчас же она действительно старалась, чтобы получилось красиво, рука чуть дрожала, но это совсем не мешало. Девушка чуть наклоняется назад, чтобы свет от луны падал прямо на листы блокнота. Карандаш не слишком хорошо видно было под лунным светом, поэтому приходилось чуть щуриться. — Криво, — раздается рядом, чуть насмешливый голос, Мишель даже не вздрагивает, сразу же узнав человека, который был рядом. Мишель тут же поворачивается в его сторону. Сказитель стоял к ней достаточно близко, но всё равно продолжал держать какое-то расстояние между ними, стараясь не касаться Мишель. И как он увидел, что она там рисовала? Сказал наугад, просто, чтобы чуть побесить? Ну, у него это вышло отлично. — Спасибо, мне важно ваше мнение, — чуть фыркает девушка, продолжая рисовать город, стараясь тут же заштриховывать какие-то детали или части. Мишель он никак совершенно не мешал, она в его присутствии была совершенно спокойна. Девушка уже не боялась так сильно сказать что-то не то, поэтому старалась выражаться как можно более свободно, но всё равно не заходя за рамки. Если же зайдёт, то Сказитель ей сразу же об этом скажет, но даже так не было уже так страшно, как при первых встречах. Краем глаза девушка наблюдает за Предвестником. Уж слишком было у него интересное поведение, и это Мишель заметила далеко не сразу. Он по характеру не был кем-то особенным, просто был настоящим грубияном, не думающим о том, что своими словами может как-то задеть или обидеть. За Сказителем было интересно наблюдать, у него всегда был свой какой-то план, которого он придерживался, и Мишель это точно знала. Хоть раньше она слишком сильно боялась его, чтобы даже лишний раз посмотреть в его сторону, сейчас же она может всё неплохо так изучить. Хотя кого она пытается обмануть? Ей просто нравилось за ним наблюдать. — Я могу кое-что рассказать? — возможно, что она об этом пожалеет, но это будет потом. Хотя Мишель почему-то была уверена в том, что всё пройдет хорошо. Что если она сейчас расскажет ему то, что её беспокоило на протяжении большей половины жизни, и её жизнь станет чуточку легче. Конечно, было страшно о себе что-то рассказывать, но девушка уже убедилась, что Сказитель не заинтересован в том, чтобы кому-то всё это передать. Либо это он так хорошо её в этом убедил. Предвестник несколько секунд продолжает смотреть в сторону города, после чего быстро переводит свой взгляд на Мишель. В фиолетовых глазах смешалось кучу эмоций и Мишель не увидела какого-то раздражения. Это придало немного уверенности. — Ну, попробуй, — с каким-то пофигизмом ей отвечают. Мишель чуть щурится, более внимательно смотрит на Предвестника, чтобы самой убедиться в том, что ему действительно плевать, может он лишь делает вид. В глазах хоть и плескалось безразличие, искры интереса всё же были. Мишель его заинтересовала. Разочаровать его она уже не имеет права. Хотя поступает как настоящая дура. — В детстве моя мама заболела туберкулёзом, тогда я постоянно находилась у её кровати, потому что оставлять её одной мне не хотелось. Брат с отцом на тот момент были в Ли Юэ, поэтому даже не знали о том, что происходит, — поднимая свой взгляд на небо, усыпанное звездами, Мишель чуть поджимает губы, уже не думая о том, что совершает какую-то ошибку. Она уверена в том, что может ему рассказать, хоть эта тема достаточно больная для неё и личная. Всё же даже её семья об этом не знает, а Мишель не спешила рассказывать. Она внимательно следит за Предвестником, чтобы успеть среагировать, но тот лишь просто её слушал, чуть кивая головой, он так же устремил свой взгляд на небо. — Именно тогда я и заразилась от неё этой болезнью и даже после её смерти я делала вид, что всё в порядке. Отец забил тревогу, когда уже было поздно. Мишель невольно вспоминает с болью те печальные моменты из её жизни. В силу своего возраста она тогда не до конца понимала, что с ней происходит, ей просто было страшно от постоянной боли. От постоянных врачей, которые вертелись вокруг неё, словно стервятники, невероятно сильно болела голова, а от их вопросов становилось только хуже. — Я умерла двадцать четвёртого декабря. На тот момент мне было четырнадцать лет, — странно, что она не чувствует никакой неприятной боли от воспоминаний, которые на неё внезапно налетели. Мишель было всё так же легко говорить, и в какой-то степени она чувствует покой после своих слов. Сказитель ничего, на удивление, не говорит, только продолжает молча слушать и даже в её сторону не смотрит. — Именно в тот день я увидела... настоящее божество? Я видела только силуэт и именно этот силуэт я продолжаю видеть в моменты, когда мне начинает угрожать настоящая опасность. Мишель знает, что видит не Архонта. Архонты не могут дать полноценной жизни простым людям, которые погибли от таких мелочей как болезни. Никто из ныне живущих существ на такое не способен. — Божество Селестии, — Сказитель неожиданно усмехается, из-за чего Мишель чуть дёргается. — Можно было догадаться, что и тут они оставили свой след. — Вы верите мне? — Мишель не думала, что тот может ей вообще поверить. Всё это звучало как бред какого-то сумасшедшего и не более. — Я бы не поверил, если бы вчера не узнал о произошедшем. Я вчера расправился с одним подозрительным типом, который имел при себе достаточно интересный и подробный отчёт, — Мишель уже догадывается о чем там было написано, но перебивать не собирается. Так она могла бы узнать немного о судьбе Бена, который по её выводам был убит. — Там писалось, что они убили двух агентов Фатуи, пытаясь этим заполучить хоть какую-то информацию. Ничего не вышло. Не ты, ни тот идиот, с которым ты была ничего не рассказали, неплохо даже. Значит, что он все-таки погиб. У Мишель были сомнения, что тот каким-то чудом мог выжить, но сейчас они всё исчезли в один миг. Этого стоило ожидать. Девушка начинает глубоко дышать, стараясь сейчас не вспоминать улыбчивого Бена, который точно не был бы рад, если бы сейчас увидел такое состояние подруги. Молчание между ними как-то начинает неожиданно давить. Сказитель начинает недовольно стучать ногой по земле, от чего Мишель начинает себя в миг ощущать не в своей тарелке. Что произошло за те пары секунд, что она обдумывала его слова? Что опять взбрело в его голову? Предвестник начинает с каждой секундой становиться всё более каким-то нервным: взгляд то и дело бегает по территории, руки он сильнее сжимает в кулаки, а сам становится более напряжённым. Мишель начинает даже бояться, что сказала что-то не то или сделала что-то не так. — Какого чёрта, ты мне всё это рассказала?! — Мишель старается понять о чём именно он говорит. Он выглядит каким-то злым, и девушка честно не понимает, что от неё хотят услышать. И лишь спустя несколько секунд, когда пазл в голове собрался воедино, Мишель всё начинает понимать. Они не в таких отношениях, чтобы говорить о чём-то личном, девушка не была обязана ему всё это рассказывать. Тем более такую информацию, которая могла быть необходима самой Царице. Мишель глупо пожимает плечами, даже так не волнуясь ни о чём. Шестой Предвестник скорее сейчас выглядит чуть более растерянным, хотя на вид всё так же был раздражённым. — Ну просто захотелось. Я подумала, что это важно знать, — кажется, что её словам Предвестник не верит. Опасно щурится, с недоверием глядя на неё, от такого взгляда Мишель не выдерживает. — Доверяю, ясно? — Идиотка, — шипит он, отворачиваясь от девушки, которой только и остаётся, что моргать глазами. Да, доверять Предвестнику Фатуи было достаточно гиблым делом. Он ведь в любой момент может от неё отвернуться, и тогда Мишель окажется в том ещё кошмаре, откуда не сможет сбежать. — Знаю, — с улыбкой произносит Мишель, поднимаясь с земли, она убирает блокнот в висящую на поясе сумку. Хватает быстро лук и тут же натягивает тетиву, с уверенностью в глазах смотрит на Предвестника. — Сразишься со мной, Сказитель? Он ещё ни разу ей в этом не отказывал. Возможно, что Мишель действует слишком самоуверенно рядом с ним, но уже менять что-то не было смысла. Ей хотелось вновь с ним сразиться, показать, чему научилась, и, может быть, ей удастся его победить. Хотя это было маловероятно. Сказитель смотрит на неё достаточно ленивым взглядом, точно ли до него дошёл смысл её слов? — Соглашусь, если перестанешь меня звать по титулу, это достаточно сильно раздражает, так же как и твоё выканье! — Мишель удивленно хлопает глазами, пока Предвестник быстро принимает нужную стойку, чтобы атаковать её. Девушка замирает, пытаясь понять, а правильно ли она его услышала. Сказитель не выглядит как шутник, Мишель даже сомневается в том, что тот может ли вообще шутить. Это даже как-то непривычно, и Мишель кажется это чем-то неправильным. Звать приближённого к Царице по имени было чем-то немыслимым. Девушка не думала, что они с Шестым Предвестником были друзьями, чтобы она могла перейти на «ты». Он для неё был всего лишь руководителем, с которым она могли спокойно поговорить. Мишель его уважала, и хоть некоторые поступки она не одобряла, от этого относиться к нему как-то иначе она не собиралась. — Примешь моё предложение о сражении, Скарамучча? — произносить его имя было непривычно, но в какой-то степени даже приятно. Всё же он позволял ей не так много, но Мишель уже была уверена в том, что она в его глазах выделяется среди остальных. — С удовольствием надеру тебе зад, — Предвестник усмехается и быстро призывает оружие с помощью Глаза Порчи. Мишель чуть напрягается, когда видит светящийся фиолетовый артефакт. Он впервые его использует, но даже так Мишель прогоняет все сомнения. Она сможет увернуться от его атак. Ожидания Мишель оправдались, она с легкостью уворачивалась от летящих в её сторону летящих заряженных электро лезвий. Чуть спотыкается о собственные ноги, но всё равно успешно уклоняется от каждой атаки Предвестника. Он не старался к ней приблизиться, что позволяло девушке спокойно использовать свой лук. Выходило чуть криво, но даже так Скарамучче приходилось следить и за стрелами, она точно в этот раз заставила его отнестись к этому бою более серьёзно. В очередной раз отскакивая от летящего электрического лезвия, Мишель растерянно отступает назад, когда Скарамучча быстро сокращает между ними расстояние. Девушка не успевает использовать лук для собственной защиты, чтобы использовать его как щит, как его из рук тут же выбивает Предвестник. Мишель тихо шипит и отскакивает в сторону, наблюдая с некой болью за тем, как Сказитель берет в руки её оружие и высокомерно улыбается. В этот раз она продержалась не так долго. Могла бы и лучше, если бы знала, что тот может так быстро двигаться с катализатором в руках. Нет, она конечно знала, что тот довольно ловкий, но чтобы совмещать разные техники боя во время их сражения, этого Мишель не ожидала. Он точно дрался с ней не в полную силу. — Неплохо, — рассматривая чужой лук в своих руках, Скарамучча даже не смотрит в её сторону, от чего Мишель чуть хмурится. Да, она в этот раз постаралась чуть лучше, хотя могла бы дольше продержаться. В следующий раз она точно его победит. — Но в этот раз я постаралась лучше, верно? — пытаясь добиться хоть какой-нибудь похвалы от него, Мишель мило улыбается. Тому кажется на это плевать, даже не улыбается ей. — Не могу этого отрицать, — Предвестник бросает в её сторону лук, который девушка с легкостью ловит. Хоть что-то от него приятное можно услышать, хотя он мог бы сказать что-то большее. Но кажется, что этого Мишель никогда не услышит, а так хочется. Хочется услышать, что она молодец, что в этот раз она его смогла удивить. Девушка складывает руки на груди и устремляет свой взгляд в сторону тёмного леса. Слышит как в руках Предвестника исчезает оружие, а сам он подходит ближе. — Через неделю возвращаемся в Снежную, поэтому попрошу не попасть в какие-нибудь неприятности за это время.

***

У Мишель радость в душе, когда она представляет, как она будет обнимать брата с отцом. Они наверняка соскучились так же сильно, как и она. Эта радость и нетерпение перекрывают все негативные эмоции, которые она чувствовала до этого. Девушка начинает проводить больше времени на Большом Базаре, стараясь подобрать подарки для семьи и иногда даже берет с собой Джену, у которой было свободное время. Та от неё не отставала и так же подбирала подарки для своей семьи в особенности для своего молодого человека. Выбирала по большей части она какие-то штучки для дома, потому что по её словам её парень был тем еще домашним мальчиком. А Мишель невольно представляла как выглядел её парень. Это было достаточно спокойное время. Неделя хоть и летела медленно, без дела девушка не сидела. Постоянно бродила по городу, стараясь найти что-нибудь интересное. И ведь находила и зарисовывала. К примеру, она каким-то чудом смогла дойти до самого дворца Алькасар-сарая, который выглядел невероятно красиво даже если и не заходить на его территорию. Мишель тогда нарисовала его на скорую руку, в мыслях благодаря того, кто создал это прекрасное. Она всё так же по вечерам продолжала встречаться со Скарамуччей, который с каждой новой встречей становился более резким и грубым в бою. Уже не боится, что может сильно её как-то задеть, знает, что сможет она увернуться, поэтому не сдерживается. А Мишель только и рада этому. Узнать о всех его способностях хотелось, хоть Предвестник каждый раз использовал новые уловки, чтобы не дать девушке победить. То он ей поставит подножку, то отвлечет её чем-нибудь, или вообще мог загнать в угол между деревьями, заставляя этим признать Мишель своё поражение. Это бесило, но сказать об этом она не могла. Хотя на её лице было всё написано, и он это всё видел. А также он ни разу не упомянул о том, что Мишель ему рассказывала, словно этого и не было. И девушка очень сильно надеется, что тот не строит никаких планов на её жалкое тело и положение. — В этот раз я одержу над тобой верх, Скарамучча, — уже по привычке говорит девушка с обычной уверенностью в глазах, готовясь к бою. Это стало некой традицией, и каждый раз на эти слова Шестой Предвестник забавно усмехался. И в этот раз он так же смотрит на неё с азартом. Не сводит с неё своего хищного взгляда, чем как обычно напрягает Мишель. Он знает, что таким образом чуть её сбивает и постоянно пользуется этим. — Ты говоришь это каждый раз и каждый раз победителем становлюсь я, — Мишель уже знает, что тому нравится выигрывать даже если бой не равный. Он всё равно будет рад издеваться и дальше над проигравшим, хоть над Мишель он только и смеётся. Причём смеётся раздражающе, что Мишель в такие моменты даже хочется его перебить. — Будь готова вновь молить меня о пощаде! На удивление обоих в этот раз Мишель первая наносит удар. Стреляет в Предвестника достаточно быстро, что немного радует её. Пальцы не запутываются, прекрасно знают, что и как нужно сделать, чтобы стрела попала прямо в цель. Скарамучча от каждой стрелы ловко уворачиваться, атакует в ответ. Действия Мишель уже более отточенные и в них больше нет лишних действий, она умело копирует многие действия Предвестника, и хоть используют они разный тип оружия, это не мешает ей вставать в ту же позу или стойку. В голове уже представляет следующий ход, пока тело выполняет предыдущий. Это удивляет её саму, чем она не может не гордиться. Она сражается с Шестым Предвестником Фатуи, которому приходится сейчас так же обдумывать все свои действия. Если бы она сражалась сейчас с какими-нибудь похителями сокровищ, то смогла бы их победить? Мишель быстро отскакивает назад, когда Сказитель к ней приблизился до опасного близко. Практически вплотную. Теперь уже медленно мозг начинает отключаться, бросаясь в свою панику, от которой начинает паниковать и сама Мишель. Думать уже было бессмысленно: это ей никак не поможет. Сказитель видит её растерянность в глазах и начинает действовать по какому-то своему плану. Заносит в движении руку для удара, и Мишель быстро понимает, что тот хочет вновь выбить из её рук лук. Это уже они проходили и не раз, поэтому тело девушки уже принимает решение раньше, чем остатки разума, который еще не впал в панику. Когда рука Скарамуччи была в опасной близости от руки девушки, которой она держала лук, то свободной рукой Мишель быстро перехватывает чужую руку, сильно хватаясь за предплечье. До этого она никак не касалась Предвестника, поэтому ощущать его было очень необычно, и, видимо, тот испытал похожие чувства, если заметно дёрнулся от этого. В фиолетовых глазах девушка быстро читает растерянность, после уже по какой-то неизвестной ей причине рефлекторно тянет его руку на себя, чем сильнее сбивает Сказителя, который уже точно отклоняется от своего предположительного маршрута. Он запинается, то ли об свои же ноги, то ли от того, что на пути попалось что-то. Сказитель пытается устоять на ногах, но вцепившаяся в него, словно какой-то клещ, Мишель абсолютно всё портит. С достаточно сильным грохотом оба падают на землю, от чего и Мишель, и Скарамучча громко шипят. Девушка даже несмотря на неприятную боль в области спины подрывается с места, чтобы проверить состояние Предвестника, который с недовольным лицом потирает ушибленную руку. Мишель садится рядом с ним, наплевав на то, что влезает в чужое личное пространство. Тот сразу же поднимает на неё свой взгляд, но ничего не говорит, просто наблюдая за взволнованным лицом девушки. — Архонты, простите, простите, простите, мне так жаль, — игнорируя внимательный взгляд Скарамуччи, Мишель продолжает взглядом блуждать по его телу, в попытках найти какую-нибудь царапину. На её счастье, что тело Предвестника было целым. Всё же она боялась, что тот может сказать или сделать на такой косяк Мишель. — С тобой всё в порядке? Ничего не болит? Сказитель молча принимает сидячее положение, продолжая потирать больные участки тела, а именно плечо. У Мишель от такого совесть начинает давить, поэтому она быстро берёт руку, которую потирал Предвестник, и начинает крутить из стороны в сторону, боясь, что она может быть сломана. С ней было вроде всё в порядке. Сказитель смотрит на неё чуть прищурившись, он молчит и это давит сильнее, чем если бы он говорил, что она дура и идиотка, которая не может полностью оценивать свои действия. Как же ей хочется услышать от него какое-нибудь оскорбление, а не это тупое молчание. — Прости, — тихо произносит Мишель, поднимая на Скарамуччу виноватый взгляд. Хотелось сквозь землю провалиться. Вырыть себе ямку, лечь туда, а после и не вылезать. — Я очень винова... Сказитель резко выдёргивает из её рук свою руку, от чего Мишель уже готовится к скорой смерти. Хоть она и не видит какой-то злости в его глазах, она жмурится, когда её грубо хватают за воротник рубашки. Всё внутри сжимается в несколько раз до размеров каких-то бактерий, мозг отказывается предлагать хоть что-то, чтобы решить эту ситуацию. Мозг окончательно отключается, а внутри теперь всё переворачивается наизнанку несколько раз, когда Мишель чувствует как чужие холодные губы касаются её. Это было точно не то, что она ожидала от грозного Предвестника Фатуи, который по идее за такое её точно должен был, если не убить, то довести до предсмертного состояния. Девушка даже расслабляется, стараясь привыкнуть к новым ощущениям, от которых как-то было даже приятно. Мозг неожиданно начинает работать и говорить ей, что она творит сейчас несусветную чушь, но Мишель уже на это было как-то плевать. Она лишь чуть улыбается, когда чувствует мокрый язык Предвестника на своих губах. Это определённо лучше того, что она читала в книгах Джены. Слишком непривычно и приятно, чтобы это воспринимать как реальность. Это кажется каким-то чудом. И это всё приятное заканчивается достаточно быстро, потому как Сказитель неожиданно отталкивает Мишель, вскакивая на ноги. Та даже сказать ничего не успевает, лишь растерянно моргает глазами, как слышит громкое: — Какого чёрта ты творишь, идиотка?! — Скарамучча отходит от неё, поправляя на своей голове шляпу, которая чуть не спала с головы. И выглядел он достаточно злобно и агрессивно и этого хватило, чтобы Мишель вся затряслась от страха перед ним. Она ведь ничего не сделала, что не так? — Совсем уже крыша поехала в этой чертовой стране?! — Но, я не... — пытается хоть как-то возразить девушка, но ей и слова не дают сказать. — Заткнись, тупица! — рявкает Предвестник, отворачиваясь от девушки. — Твои слова не имеют смысла так же как и ты! Ты самая настоящая тупая курица, которая и умеет делать только, что не надо! Портишь всё вокруг... Самая настоящая ошибка этого проклятого мира! И он просто поспешно уходит, даже не смотрит на неё. Оставляет Мишель одну, которой и остаётся, что проводить того взглядом и пытаться разобраться в том, что именно сейчас произошло. Его слова, на удивление, никак не задевают девушку, хотя по идее должны были. Это было действительно странно, и как смотреть Скарамучче после этого в глаза девушка пока даже не представляет. Ей остаётся только смириться со своей судьбой и надеяться, что мозг быстро забудет об этом моменте.

Потому что ей очень сильно понравилось то, что произошло минуту назад.