The illusion of freedom

На удивление Сказитель окончательно стал закрывать глаза на все странные поступки девушки. Да, Мишель все так же продолжала лезть туда, куда не следует, но это не особо волновало Предвестника, поскольку он всегда имел её в поле своего зрения. Конечно, он запрещал ей уходить из поля его зрения и девушке приходилось следить за тем, чтобы он точно видел, что она находится рядом. Отношения их не особо развивались, но и не ухудшались, поскольку Предвестник уж слишком сильно тому нравилось разговаривать по вечерам. И разговоры эти были лишь на тему того, каким же прекрасным он будет, когда станет Архонтом. Для Сказителя тогда все планы и обязанности уходили на второй план, как только он замечал хоть капельку поддержки со стороны девушки. У него явно самооценка поднималась при каждом взгляде Мишель на него, потому что он знал, что ей интересны его планы. Хотя на деле девушка слушала его только потому что расстраивать не хотела. У Скарамуччи был большой недостаток в том, что он не мог представить себя со стороны. Делал, как считает нужным и не думал, что со стороны все выглядело не так, как он ожидал. И весь грандиозный план Предвестника тут же потерпел поражение, как только он решил обратиться к Дотторе. Но Мишель даже так ему ничего не говорила. Даже если Скарамучча и потерпит неудачу, то это будет для него лишь уроком, наверное. Хотя теперь Мишель больше переживала за то, что её странные отношения со Сказителем стала замечать Джена. Та ничего не говорила, но наблюдала за ними с таким лицом, будто бы знала, что происходит, но отказывалась верить и понимать. На такие взгляды Мишель отмахивалась, за что получала фырканье подруги, но не больше. Исследование каких-то камней было быстрым и без всяких лишних действий. Скарамуччу не сильно интересовали они, но он, как верный слуга Царицы изучал эти камни. Выяснил достаточно много, но для него это было лишь какой-то мелочью. — Знание о том, что небо лживое не даст мне возможности стать Архонтом, — объясняет он Мишель, немного хмурясь. Он не придавал значение такому знанию, предпочитая идти к своей цели, которая ему и не была нужна, как казалось Мишель. Сказитель был прекрасен и без божественного кусочка Селестии, но он был слишком зациклен на этой безделушке. Что портило его и его окружение, которое страдало из-за того, что у него не получилось приблизиться к своей цели. Он хотел зайти дальше своих возможностей, что и приведет его к самому краю пропасти. Мишель готова оставаться рядом с ним и подать руку помощи в нужный момент.

***

После возвращения в родной дом, Мишель наконец удаётся полностью расслабиться, поскольку ей теперь не нужно находиться постоянно рядом с Предвестником. Почему-то, когда она находится дома он о ней не переживает и иногда появляется такое ощущение будто бы на этот период он полностью забывает о ней. Хотя это казалось только на первый взгляд и теперь по возвращению домой, девушку ожидал новый распорядок дня: все утро провести в клинике и помочь наставнице, в обед сходить к Джене, потом поужинать с семьёй, и наконец-то прийти к Шестому, который её действительно ждал. Их вечера были простыми, Сказитель у себя дома был просто спокойным и немного равнодушным ко всему, что его окружало. Изредка срывался на свою птицу, которая вновь сделала что-то не так, а после довольный развалился на диване. Для Мишель в такие моменты он был прямо как человек, с которым можно было обсудить что угодно и не получить от него какого-то высокомерного взгляда. Конечно, были моменты, когда он приходил потрепанным, после встречи с Дотторе. Девушка хоть ему и помогала, но все равно из-за переживаний выходило все криво. Скарамучча продолжал заходить за ту черту, которую переступать не стоило. Чем сильно нервировал Мишель, хотя упорно игнорировал состояние девушки. — Ты будешь просто в восторге от того, что я смог достигнуть! — девушка вздрагивает, когда её грубо хватают за запястье и тянут в дом. Сказитель выглядит возбуждённым и в таком состоянии выглядит немного жутким, когда глаза светятся безумием, а движения становятся резкими. Мишель буквально заталкивают в дом и ведет в сторону в гостиной, продолжая держать за запястье. Девушка даже не успевает раздеться, поскольку её прямо в одежде толкают на диван. Предвестник садится на декоративный столик перед диваном и с очень довольным лицом смотрит на Мишель, будто бы смог до самой Селестии достать. Хотя может так оно и есть. Скарамучча ещё с прошлого раза пытался оправиться, после встречи с Дотторе, но несмотря на своё немного ослабленное состояние, он выглядел неплохо. Даже не не плохо, а очень даже хорошо, будто бы над ним и ничего не проводили. Это, конечно, успокаивает душу девушки, но не настолько, чтобы полностью успокоиться. — В скором времени отправлюсь в Инадзуму за Сердцем Бога, но это мелочи, — Предвестник отмахивается от этого, как от мелочи, хотя это было также важно. И Мишель уже даже страшно представить, что у него может быть такого, от чего он чуть ли не от счастья светится, — Я займу наконец-то то место, где я должен быть. И никакая тварь мне не помешает! Хотя несмотря на все трудности, которую Сказитель испытывает, он сейчас выглядит счастливым? Таким искренним, словно ребенок, который смог добраться до желанной игрушки. И уже только от этого вида в сердце у Мишель теплеет и появляется чувство радости за близкого ей человека. Он счастлив, а значит, что и она тоже. — Только посмотри на это! — Мишель вздрагивает, когда внезапно в её лицо буквально тыкают какие-то бумаги. Самому Сказителю приходится со своего места встать, чтобы оказаться к ней так близко. Но даже так Мишель прекрасно чувствует перед собой его тело, которое от восторга дрожало. Лишь спустя несколько секунд девушка берёт в руки листы с какими-то чертежами и смотрит на них. Изображены различные механизмы, где-то какие-то шестеренки, а где-то отдельные части чего-то. Все выглядело странно и особого доверия особо не внушало. Но, если Скарамучча от этого в восторге, то и она должна же быть? — Это...? — пытается найти удобное слово, чтобы описать увиденное, но как-то не выходит. Поднимает взгляд на Сказителя, который сейчас был невероятно близко и растерянно смотрит на него в ожидании ответа. — Мое новое тело, — от его повышенного тона, девушка чуть хмурится, но лишь спустя несколько секунд до неё доходит смысл его слов. — Что? — растерявшись, Мишель не особо понимает, что тот имеет в виду, когда говорит это. Это ведь может быть что угодно: доспехи или какая-то особая защита. Но тело? Мишель пока не готова принимать тот факт, что у него будет что-то другое. Она привыкла и к его такому образу: невысокого, но симпатичного юноши, который постоянно хмурится и ругается. Но, если это сделает его счастливым, то она ведь должна поддержать его такое решение, верно? — Да-да, не делай вид, что глухая. Это мое новое тело, которое полностью заменит старое, — Сказитель произносит это высокомерно, нагло и насмешливо. Будто бы насмехается над своим телом, которое имеет на данный момент. И это достаточно сильно не понравилось Мишель, которая это самое тело в нём ценила, — Великолепно, правда? — А что со старым будет? — на её вопрос в ответ равнодушно пожимают плечами, будто бы речь идет о чем-то простом. Сказитель не думает, что это важно, но Мишель считает иначе. — Забудь про него, — Предвестник нагло ставит свою ногу между ног девушки и нагибается к ней ближе, с довольным видом, сверкая перед ней глазами. Мишель пытается его понять, но не выходит. Может, потому что никогда не поймет его планов, целей и ход мыслей. Ей до него слишком далеко во многих смыслах. Но принять это все сложно. Тем более, что от старого тела он собирается избавиться, как от мусора, а для Мишель этот мусор важен. Ей нужно не это холодное тело робота, а его. Да, оно не имеет то тепло, которое имеет человек, но оно дает больше. И Скарамучча в попытках добиться большего, теряет то, что имеет. А теряет он себя тем, что изменяет себя, думая, что не имеет ничего. Хотя он по человечнее многих будет. — Слушай, может... Тебе это не нужно? — на её немного нервный вопрос, Сказитель хмурится и меняет своё поведение с довольного, на осторожное. Хватает её за подбородок и заставляет не отпускать взгляд, — Ты уже имеешь хорошее тело. — Хорошее?! Это дрянное тело, сделанное мерзкой Вельзевул, не достойно того, чтобы я его использовал! — рявкает он, сжимая сильнее подбородок девушки, которой только остаётся, что смотреть на него и часто моргать, чтобы не появились слезы. Мишель не так часто позволяет себе пролить слезы, но от осознания того, что дорогой ей человек собирается поменять все, что она в нём ценила, причиняет боль. Сказитель не может полностью осознать свои поступки и, что они могут влиять не только на него, но и на окружающих. После того как девушка долгое время провела с ним, она окончательно убедилась в том, что он игнорирует окружающих, не думает о них и делает вид, что они лишь назойливые мухи. И на Мишель ему тоже часто плевать. Он и про неё часто забывает, да, держит рядом с собой, но не задумывается о том, что она испытывает. Делает так как считает нужным для себя. Вот и сейчас решает то, что лучше для него. Хотя он никогда полностью не мог давать отчет своим действиям. — Но твое тело мне нравится, — от её слов у Предвестника неожиданно возникает на лице отвращение. И сейчас она понимала, что впервые произносит что-то подобное ему. Мишель ведь никогда не говорила ему, что ей в нем что-то нравится, считала, что поступки все сами за неё говорят. Но видимо нет, — Оно делает тебя тобой и лишившись его ты и себя потеряешь. Грубо отпускает он её подбородок и отходит к окну о чем-то размышляя. Видно, что задумывается над её словами, но примет ли он их во внимание? Почему-то Мишель лишь надеется на лучший вариант, но на деле кажется, что ничего не выйдет. Она не достучится до него. — Как тебе может нравиться это? — шипит Шестой, сверкая фиолетовыми глазами в скором гневе. Но и Мишель тоже не собирается уступать, собираясь доказать тому, что его тело важно. Хотя очевидно, что у него проблемы не только с головой, но и самооценкой тоже, если свое тело сейчас так принижает. — Оно важно мне и имеет огромное значение, — девушка встает с дивана и делает несколько шагов к Скарамучче, сбросив все чертежи на диван. И именно на них Предвестник и отвлекается, обращает на них больше внимания, чем на то, что к нему приближаются. А Мишель прикусив губу, пытается подобрать слова, поскольку одно неверное выражение и она потеряет всё. Сказитель хрупок, хоть сам он этого не показывает и отрицает, но на деле он не холодный. И он заслуживает того, что заслуживают остальные. Да, творит он часто вещи, которые далеки от нормы, но никто не идеален, верно? — Ты мне нравишься. Таким, какой ты, понимаешь? Слова сами срываются с её рта, прежде чем она поняла, что сказала. Она сейчас напрямую сказала, что он ей нравится, хотя до этого их отношения были лишь чуть больше, чем простые коллеги или друзья. Но они были далеки до хотя бы подобия отношений. Сказитель внезапно поворачивается к ней, удивленно распахнув глаза. Даже с их небольшого расстояния, девушка видит, как он немного дрожит и надеется, что это только к лучшему. Но после поведение и сам вид его меняется. Становится более агрессивным и раздраженным, поза больше не расслаблена, а взгляд стал холодным и злобным. Будто бы она сказала то, чего говорить не стоило. — Думаешь, что мне есть дело до чувств какой-то идиотки?! — слова его больно режут по самому сердцу, от чего девушка вся сжимается, боясь вновь услышать от него что-то подобное. Если раньше он и позволял себе оскорбить как-то девушку, то это делалось с равнодушием, а ещё потому что Сказитель не умеет по-другому. Сейчас же он говорит серьёзно и имеет в виду то, что сказал, что ещё сильнее ранит, — Я принял решение и ты не можешь повлиять на него. Мишель опускает взгляд в пол, надеясь после услышать от него то, что сказал он это несерьезно. Но нет. Он не слышит её, не понимает и не принимает. — Ну и ладно! Разбирайся тогда сам со своими проблемами! — в ответ рявкает на него Мишель, поднимая на него свой раздраженный взгляд. Она отказывается принимать его решения и цели, которые связаны с его телом, — Ты и со своими целями не имеешь для меня значения. Она врет. Но сказать ему что-то обидное в ответ очень сильно хочется. Если он задел её своими словами, то почему бы и Мишель не сделать что-то подобное? Хотя по виду Предвестника и не скажешь, что её слова что-то значат для него. Да, она ведет себя, как ребёнок, но это единственное, что она может сделать, чтобы хоть как-то выплеснуть то разочарование в его решении. Сказитель хмурится и становится куда страшнее, чем был. Возможно, что ей удалось задеть его, хотя и сложно сказать насколько именно. — Проваливай, Йоргенсен, — шипит Скарамучча своим холодным приказным тоном, от которого мурашки по спине прошлись у девушки. Он не дает ей выбора, отдает приказ, который невозможно оспорить. А у Мишель нет желания это делать. Он отдает приказы, а она выполняет. И сейчас без сожаления уходит, стараясь скрыть тот факт, что прямо сейчас готова перед ним разреветься.

***

С каждым днём Мишель все больше теряет надежду на то, что все вернется. Сказитель не делает ничего, чтобы решить конфликт, а Мишель, как наивная дура ждет от него хоть что-то. Хотя, конечно, это бесполезно, поскольку Предвестник не сделает ничего, чтобы пойти навстречу ей. Она действительно жалеет, но отчего-то просто ждет, что само разрешится. Но проходит день, неделя и почти месяц, а ничего не меняется. В душе появляется пустота, которая пожирает изнутри, заставляя отказываться от тех вещей, которые напоминали о нем. Выбрасывает в угол шкафа лук, который он ей подарил и пытается вести себя так, будто бы все в порядке. Хотя, конечно, ей было сложно вести себя так, будто бы она не лишилась важной частички. И эта важная частичка почему-то полностью пропала из её жизни. Она не видит его, будто бы он просто испарился. Её изменения в поведении заметила и семья, но на их беспокойство девушка отвечает, что "просто слишком вымоталась в клинике" и все вопросы к ней исчезают. Но беспокойство за неё никуда не исчезает. И за это она ощущает вину, что заставляет других переживать за неё, но что она может сделать? Подойти и сказать, что она поссорилась с Шестым из-за того, что не приняла его решение? Она вообще-то его подчиненная и должна подчиняться и выполнять. Но она лишь выполнила приказ "свалить куда подальше" и так его и выполняет. Мишель принимает решение поговорить с Дженой, которая может дать дельный совет. Конечно, никто не будет говорить о Сказителе, лишь Мишель намекнет на то, что у неё конфликт с кое-кем. А Джена девушка умная и точно не станет расспрашивать, хотя наверняка ей очень будет интересно. — В каком смысле? — хмуро спрашивает Мишель, когда зайдя в уже знакомый дом, слышит от парня своей подруги, что та уехала. Грубо выхватывает веер из рук Адама, который им тут махал и сжимает его в руках. — Что?! Она тебе не сказала? — он выглядит удивленным, немного возмущается из-за того, что у него забрали веер и немного обижается, когда его не возвращают, — Она уехала вместе со Сказителем в Инадзуму несколько недель назад. И от этого у Мишель все упало в груди. Так он действительно решил забыть про неё? Или это такой способ наказания, чтобы она поняла свою ошибку и больше не перечила? Если это так, то она его не понимает. Он мог бы и сказать, что уезжает, но нет. Решил сделать все тихо и даже Джене видимо приказал молчать. Адам видит, что Мишель все больше и больше мрачнеет. Её взгляд опускается, а кулаки сжимаются в попытках успокоиться. Поэтому через несколько секунд парень по-дружески кладет руку ей на плечо, чтобы поднять девушке немного настроения и поддержать. — Как насчёт, чтобы зайти? — предлагает Адам, впуская ее в дом. Девушка немного задумывается, но через секунду смело проходит внутрь. С какой-то тяжестью в груди упав на диван, Мишель продолжала глядеть на пол, пока парень её подруги что-то в приподнятом настроении рассказывал. Она его не слишком слушала, поскольку голова и так забита переживаниями и негативными мыслями. Она все переживает, что потеряла близкого друга, человека, который ей нравился. Неужели она настолько его огорчила? — Неужели ты переживаешь из-за того, что тебя в Инадзуму не взяли? — Мишель вздрагивает и чуть отодвигается назад, когда перед ней возникает Адам, который чуть наклонившись, смотрел прямо в её глаза, от чего неловко даже стало. Мишель задумывается над его вопросом, а после отрицательно качает головой. Нет, то что её в Инадзуму не взяли всего-лишь пол проблемы. Её больше волновал сам факт того, что ей об этом не сказали. Сказитель явно решил игнорировать её и делает он это с огромным успехом. — Нет, я... Просто в последнее время столько всего навалилось, — говорит она, не слишком желая вдаваться в подробности, поскольку начнет чувствовать себя виноватой, если пожалуется. Хотя она тут задумывается. Адам ведь её друг, верно? А значит, что он не скажет чего-то негативного, если Мишель немного поделится с ним. Тем более, что он единственный, с кем она может поговорить, — Знаешь... Я поссорилась с одним человеком, который мне важен. Мишель говорит чуть тише обычного, поскольку не привыкла о чем-то подобном говорить. Но сейчас хотелось рассказать, получить может какой-то совет? В конце концов Адам, как и Сказитель мужчина, а значит может сказать что-нибудь нужное. Парень в этот момент отвлекся на какую-то блестящую безделушку, которая стояла у него на полке. Рассматривает с явным удовлетворением свою внешность, чуть улыбаясь. — Конфликты между людьми хорошо, — оторвавшись от своего занятия, Адам переводит на Мишель свой взгляд, немного усмехаясь, когда та растерянно на него смотрит, — Конфликты лучше всего помогают сбросить напряжение, понимаешь? Типа, если есть ссоры, то и отношения будут длиться дольше. Прочитал в какой-то психологической книжке, хотя Джена говорит, что это полный бред. Задумавшись над словами парня, Мишель пожимает плечами, не зная, что ещё и сказать. Если до этого какие-то разногласия и ссоры она быстро решала с Предвестником, то вот этот конфликт полностью поменял их отношения. — Нет, понимаешь... Он пытается прыгнуть выше своих возможностей, — Мишель пытается сформировать нужную мысль, но в голове каша, хотя в душе немного легче становится, когда она решается рассказать о своих беспокойствах, — Все его планы явно причинят ему боль и вред в конечном итоге. Я пыталась ему сказать, что все, что он делает неправильно! Её голос на последних словах хрипит, на глазах появляются слезы, от чего Мишель быстро прячет лицо в ладонях. Ей нужно вновь быстро перебрать все в голове, чтобы правильно обо всем рассказать и нигде ничего лишнего не произнести. — Иногда приходится идти и на такие жертвы, — голос Адама отрывает её от раздумий, заставляя её поднять голову, чтобы лучше сконцентрироваться на его словах, — Как бы нам не хотелось, мы не вправе вмешиваться в чью-то жизнь. Мы не можем заставить человека прочувствовать наши к нему чувства или сделать так, чтобы он увидел нашу точку зрения. Это его жизнь и его путь, — Мишель слушает его внимательно. Пытается вникнуть в его слова и разобраться, поскольку голова становится чуть чище от его слов, — И он должен пройти через это, даже если это в итоге причинит лишь боль. Потому что это опыт, знание, которое само собой приходит с опытом. Да, опыт печальный, но он такой же ценный. — Но что я могу сделать для него? Я же не могу просто сидеть на одном месте? — Находится рядом и поддержать в момент, когда он ошибется. Пусть идет к своей цели, а если не выйдет, то окажи нужную поддержку, — Адам ей чуть улыбается, когда видит в её глазах какое-то осознание, — Это имеет куда большее значение, чем если ты начнёшь его отговаривать.

***

Слова Адама всплывают в памяти стабильно несколько раз в день наполняя девушку ещё большим желанием позже извиниться перед Сказителем. Она обязательно сделает это, как только он вернется. Попросит прощения, скажет, что его планы вовсе и не такие плохие. Что она обо всем подумала и ей захотелось ему помочь. Но отчего-то все словно наперекосяк шло. С каждым новым днем не происходило никаких изменений, все было тихо и спокойно. Синьора позже сама отправилась в Инадзуму, после чего ни Мишель, ни кто-то из её семьи о ней не слышал. Да, сама по себе Инадзума страна закрытая и едва Фатуи удалось проникнуть на территории чуть дальше острова Рито. Но что-то все равно шло не так из-за постоянной тишины. Словно, что с каждым днем все больше и больше терялось чего-то ценного и важного. И её плохое предчувствие её не подводит, когда её отец получает письмо о том, что Восьмая Предвестница погибла от рук Электро Архонта. А от Шестого так и не было никаких вестей. Будто бы он исчез. А через какое-то время все действительно исчезает и кажется, что все её приключения были лишь далеким сном, который она не увидит вновь.