Замыкание

      — Фред, — позвал рослый жизнерадостный человек, заметивший отсутствующее выражение лица своего друга, — сезон окончен, улыбнись, приятель.       Карланд вынырнул из глубин подсознания и оторвал мрачный взгляд от парочки, которая пристроилась в дальнем углу тёмного бара. Вечер пятницы — зал забит посетителями, отчего становилось тяжело дышать. Заведение совсем недавно сменило владельца, и интерьер претерпел некоторые изменения: столы заменили на круглые, выкрашенные в чёрную краску недоразумения, а деревянные стулья сменились кожаными диванами того же цвета. Из прежнего остался запах дешёвого пойла и поплывшие лица постоянных клиентов.       — Только посмотри на них, — делая глоток светлого пива, Фредерик кивнул на мужчин, мелкими глотками потягивающих вино из выпуклых бокалов. — Как бабы, честное слово.       — Воу, — выдохнул Джимми, — полегче, дружище. Мы пришли повеселиться, а не устраивать разборки. В этом году отличный урожай, тебе есть чем гордиться.       — Вот ещё, — фыркнул фермер, — стану я руки пачкать об этих… — он скривился, будто прямо перед ним всплыло нечто омерзительное.       Маккей обернулся, чтобы лучше понять, о чём вообще идёт речь. Двое мужчин продолжали наслаждаться вином и обществом друг друга, не обращая никакого внимания на пристальные взгляды других посетителей. По одежде, украшениям и ухоженным рукам с аккуратно подстриженными ногтями, Джимми сделал вывод, что люди явно не местные. Впрочем, сам он ничего заслуживающего внимания не заметил: люди просто разговаривали, по всей видимости, отдыхая после трудовой недели, как и все остальные. А вот шумная компания в центре зала, уже разбившая несколько бокалов, которая в любой момент могла выкинуть какую-нибудь очередную дурость, на самом деле вызывала беспокойство.       — Журналисты, наверное, — подытожил Маккей, вернувшись взглядом к другу. — Слышал, они разъезжают по округе, интересуются семейными фермами. К вам ещё не заходили?       — Лекси что-то говорила, — буркнул Карланд, — но она не переставала болтать с момента нашего знакомства, поэтому я пропустил её слова мимо ушей.       Миссис Карланд была на целую голову ниже мужа, обладала лёгким и кротким нравом и на самом деле любила затяжные разговоры, но прямо сейчас Фред немного слукавил: с момента ухода Киана, жена практически с ним не разговаривала, так что новость об интервью прозвучала посреди проходившего в полной тишине завтрака. Впрочем, владелец фермы всё равно не собирался вести беседы с приезжими журналистами за чашкой горячего чая. Делать ему больше нечего, пусть вон другие мордами на газетных разворотах светят.       — Прекрати, — попросил Джимми, поняв, что внимание собеседника всё ещё сконцентрировано на угловом столике, — ты сейчас дыру в них просверлишь.       — Да зачем так-то себя вести? — возмутился невольный свидетель милой беседы. — Ты не подумай, я нормальный. Мне плевать на геев и тому подобное. Я просто хочу, чтобы они занимались этим всем где-то за закрытыми дверями. А ещё лучше — на отдельном острове.       — Они же ничего не делают, — его друг усомнился в справедливости последнего высказывания, — сидят, пьют, болтают. Прямо как мы с тобой.       — Что? — лицо Фреда покраснело от нахлынувшей ярости. Глаза налились кровью. Руки сжались в кулаки и он с силой хлопнул ими по столу. — Хочешь сказать, что я похож на педика?!       На них начали оборачиваться. Карланд пытался испепелить взглядом уже лицо лучшего друга, потеряв интерес к парочке в самом углу. Маккей примирительно замахал руками, после чего сделал большой глоток пива, дабы очередным лишним словом окончательно не вывести собеседника из себя. И так вон уже грудь ходуном, на лбу — испарина, зубами скрипит и ноздри раздувает, как бык перед нападением, разве что копытами-кулаками не бьёт.       — Что случилось? — после затяжной паузы, когда из ушей приятеля перестал идти пар, спросил Джимми. Ещё с момента начала вечера он уловил в глазах друга странное, неприсущее тому беспокойство, которое тот умело маскировал пеленой ярости. Но как только она сошла на нет, тревожность полыхнула с новой силой.       — Всё плохо, — признался Фредерик, понуро опустив голову. — В этом году пришлось нанимать больше людей для сбора картофеля… Дьявол! — он с силой сжал челюсти и дёрнул себя за волосы. Признаваться в подобном не хотелось. Стыдно. Не по-мужски жаловаться. — Почему мелкие семьи, нежелающие продаваться корпорациям, должны влачить жалкое существование на каких-то сорок-пятьдесят тысяч в год? — как и прежде, Карланд нашёл оправдание своих неудач в обстоятельствах, от него не зависящих.       — А как же Киан? — Маккей удивлённо приподнял брови в вопросе. — Он, кажется, неплохо зарабатывает. Ему всего двадцать, а он уже довольно твёрдо стоит на ногах. Неужели он не хочет помочь семейному бизнесу?       Карланд поперхнулся пивом, и оно тут же полилось у него из носа. Ему потребовалось время, чтобы прокашляться и смахнуть с лица излишки влаги рукавом рубашки. Очередная вспышка гнева не заставила себя долго ждать.       — Я же просил не произносить при мне это имя, — мрачно выдавил он. — Ублюдок кривляется на камеру и выставляет меня на всеобщее посмешище.       Джимми был с этим в корне не согласен. Отпрыск его лучшего друга вёл блог с обзорами мобильных игр и приложений. Парень отлично разбирался в технике, обладал яркой запоминающейся внешностью и отменным чувством юмора, чем заслужил аудиторию, численность которой перевалила за шесть миллионов на одном только Ютубе. Совсем недавно сам Маккей со своей семьёй обсуждал это за ужином. Его дочь Селина пристально следила за жизнью старого приятеля, оставляла восторженные комментарии, а потом делилась с родителями новостями. На канале Киана не было ровным счётом ничего предосудительного, поэтому Джимми искренне не понимал, почему Фред так негативно отзывается о деятельности единственного сына. Впрочем, он не знал всего, что произошло внутри семьи Карланд два года тому назад, и почему жизнерадостный, всеми любимый парень в пух и прах разругался с отцом и сбежал из дома. Догадки, конечно, были... Были кричащими красными буквами выбиты на лице Фредерика, но задать вопрос напрямую Маккей не решился бы и под страхом смерти.       Мысли самого Фреда тоже сместились в сторону Киана, только имели совершенно другой окрас. Он вспомнил, как тряс телефоном сына, сгорая от ярости, и кричал, всё, что подумал, когда увидел ту переписку. «Просто друг, — лепетал сын, втягивая голову в плечи, — просто друг». В тот момент в голове Карланда что-то замкнуло. Он схватил отпрыска за шею, швырнул гаджет в стену и, сотрясая пространство, требовал объяснить, часто ли он «просто друзьям» отправляет ублюдские смайлики с изображением поцелуев, желает спокойной ночи и предлагает встретиться «когда родителей не будет дома». Память услужливо воспроизвела то, как Киан, широко распахнув глаза и рот, нелепо размахивая руками в воздухе, пытался удержать равновесие, летя по коридору, прежде чем рухнуть уже в кухне и удариться головой о столешницу.       — Лучше бы он умер, — Фред эхом повторил фразу, которой закончил общение с сыном. За два года его мнение не сильно-то и поменялось.       — Что? — не расслышал Джимми. Настрой праздновать как-то резко сошёл на нет. Сам он не привык предаваться унынию, однако, алкоголь и мрачно настроенный собеседник сделали своё дело.       — Ничего. Пойду, ещё пива попрошу.       Возле барной стойки Карланд столкнулся с одним из приезжих журналистов. Тот всё ещё пил вино, манерно поправлял причёску, стреляя кокетливыми взглядами по сторонам, и о чём-то громко беседовал с высоким бородатым мужчиной. Невольно вслушавшись в разговор, Фред узнал, что речь идёт про урожай яблок и развитие фермерских рынков. Фермер недовольно поджал губы. Напрасно только воздух сотрясают. Что способен понять человек, от которого за версту несёт бабским одеколоном? Его голос, как и всё в нём, был слащавым и напыщенным, а придурковатое выражение лица явно намекало на то, что не за статьёй он в этот бар притащился. Неужели остальные этого не замечают?       Карланд увидел, как собеседник журналиста поднял бокал с красным вином, удерживая его тремя пальцами, так же как это делал он. Злость с новой силой заклокотала в горле. Сдерживаясь из последних сил, Фред жестом подозвал бармена и попросил повторить пиво. Сам того не заметив, он плечом задел неприятного парня, отчего тот немного расплескал свой напиток. Вино брызнуло на светлую рубашку с накрахмаленным воротником. Отпрыгнув в сторону, Карланд с выражением крайней брезгливости смахнул с себя несуществующую грязь. Люди возле стойки, к которым успел присоединиться второй приезжий, окинули его удивленными взглядами. Фредерик выдавил кислую виноватую улыбку, отчего его челюсть едва не получила вывих, а после проводил злорадным взглядом спину человека, бросившегося в туалет «приводить себя в порядок».       Вернувшись к своему столику, Фред застал друга практически спящим на сложенных вместе ладонях.       — Эй, — он поставил пиво и потряс Джимми за плечо. — Проснись.       — Что-то я устал, — подавляя зевок, отозвался Маккей. — Нам не пора по домам? — он сверился с часами. — Завтра рано вставать.       — Пить разучился? — гоготнул Карланд. — Уже с трёх кружек вырубает. Ты мужик или кто?       — Это последняя, — почти твёрдо сказал Джимми, выпрямляясь и потирая глаза. — Знаешь, я тут вспомнил одну историю, — без перехода заявил он внезапно очень воодушевлённым тоном.       — Историю? О чём ты? — возвращаясь на прежнее место, настороженно спросил Фредерик. — Если опять слухи какие-то, то оставь это бабам. Мужикам не пристало сплетнями обмениваться.       Маккей сощурился, окидывая приятеля долгим взглядом, но так и не смог понять, что тот имеет в виду. Было заметно, что тот подразумевает нечто конкретное, очень личное, но давать пояснений не собирается. Что ж, его история как раз таки касалась одного слуха, но тот не задевал собой никого из их общих знакомых, а значит, вполне мог быть записан в разряд «безопасные». Впрочем, если Фреду это не придётся по вкусу, он не постесняется попросить собеседника заткнуться.       — В сети давно гуляет миф про игру, — аккуратно начал Джимми. — Никто не может точно сказать, что там происходит, но все как один твердят о призе в десять миллионов долларов.       — Да, это бы решило большую часть моих проблем, — благосклонно воспринял исходные данные Фредерик. — Что это? Какая-то полоса препятствий на время?       — Говорю же: никто точно не знает. Организаторы — те ещё ублюдки. Неизвестно, как они подбирают игроков и где проходят соревнования. Про самих участников также нет никакой информации. Время от времени на форумах появляются сообщения с текстом: «Я принял участие в «Замыкании». Нас отвезли в странное место посреди леса, и никто так и не понял, где конкретно это находилось».       — И всё? — не дождавшись окончания, буркнул Фред. — Что это за дерьмо такое?       — Маркетинг, наверное, — Джимми флегматично пожал плечами. — Они очень грамотно подогревают интерес публики: пускают слух, а все подробности остаются под завесой тайны. Многие в красках описывали всю игру целиком, но сообщения такого рода позже оказывались фейками.       — Тупость какая-то, — фыркнул Карланд, допивая пиво. — Где гарантии, что приз на самом деле выплатят? Ещё поди и членские взносы сдирают запредельные?       — Мне-то откуда знать? Наверняка при вступлении какие-то договора заключают и подписки о неразглашении. Уверен, будь это развод, кто-то бы уже возмутился. Расскажешь, если вдруг примешь участие?       — Ага, — недоверчиво сощурился Фред, — так меня и позвали. Набирают каких-нибудь сопливых блогеров, которые ноют и просятся к мамочке. Знаем мы эти телешоу. Простые люди им неинтересны. Всем подавай раскрашенных клоунов. Поехали, отвезу тебя домой, — он поднялся с места.       — Уверен? — встрепенулся Маккей.       — Я за рулём с двенадцати лет. Да и четыре пива — это вообще, считай, ни в одном глазу. К тому же любой пьяный мужик водит лучше, чем трезвая баба.       На парковке рядом со своим стареньким кроссовером Фред увидел чистенький новый форд насыщенного красного цвета. Свет фонарей позволял в полной мере насладиться изогнутыми фарами, плавным корпусом и литыми дисками со сложным узором. Спазм отвращения сдавил горло. Почему-то Фредерик ни на не секунду не усомнился в том, что знает, кому из посетителей принадлежит эта машина. Попросив друга присмотреть за входом в бар, Карланд залез в свой Бьюик и нашёл в бардачке старое ржавое шило, которым спустя несколько мгновений методично проткнул каждое колесо соседнего автомобиля. На осуждающие взгляды друга, Фред реагировать никак не стал.       Домой они возвращались в полной тишине.

***

      Миссис Карланд ложилась спать с полным ощущением, что сделала всё, чтобы избежать очередного скандала. На кухне идеальный порядок. Она приготовила ужин, поставила приборы на стол. Оставила свет в коридоре, чтобы дать понять мужу, что его возвращения ждали. Днём Лекси съездила в прачечную, после чего сходила за покупками, а ближе к вечеру занялась уборкой сада.       Уснуть не получалось. Ближе к одиннадцати часам женщина начала представлять, в каком состоянии явится Фред. От этого становилось тоскливо. Она с головой накрылась одеялом в томительном ожидании неизбежного.       На первом этаже послышались громкие шаги. Грохот — будто что-то рухнуло, — а потом отборный мат, разлетевшийся по всему дому. Впрочем, судя по голосу, мистер Карланд был относительно трезв, просто очень зол. Да и вопреки её опасениям, муж остался на кухне, не став подниматься к ней в спальню. Это показалось странным, если не пугающим. Вскочив с места, Лекси накинула халат, втиснула ноги в домашние тапочки и выскользнула из комнаты.       Фредерик не стал разогревать ужин, а просто уселся за стол, устремив невидящий взор в стену прямо перед собой. Разыгралась мигрень. Он помассировал виски пальцами и попытался вспомнить, осталось ли дома что-то спиртное. Теперь ему требовалось больше алкоголя, чтобы абстрагироваться от всех свалившихся на голову проблем.       — Фред? Что-то случилось? — Лекси села рядом с мужем. Она понимала, что говорит чуть громче, чем нужно, но потерянный вид супруга вводил в замешательство.       Он поднял бровь, и миссис Карланд поняла, насколько глупо звучал её вопрос. Уголки её губ тут же опустились. Ничего не изменилось. Причины подавленного настроения супруга были ровно теми же, что и два года тому назад. Лекси прекрасно понимала, кого именно Фред винит во всём произошедшем: мать, что слишком мягко воспитывала сына и не позволила ему вырасти «настоящим мужчиной». Она торопливо поднялась с места и бросилась к выходу из кухни.       — Надо было его бить, — грузным голосом проговорил Фред. — Мой отец не жалел никого из нас и вырастил нормальных людей.       Женщина устало вздохнула и прикрыла глаза. Она ждала, что муж снова поднимет эту тему, и прекрасно понимала, что никакие аргументы против его не убедят. Перечить не было никакого смысла: разговор мог затянуться до самого утра, и тогда весь следующий день она проведёт измотанной и невыспавшейся.       — Доброй ночи, — тихо сказала Лекси, намереваясь вернуться в постель.       — Надо мной уже весь город смеётся! — начал распаляться её супруг. — Прикажи этому засранцу перестать снимать видео или, клянусь, я поеду в Бостон и выбью из него всю дурь!       — Хорошо, — пообещала миссис Карланд. Делать этого она, конечно, не собиралась, но главным было сказать то, что от неё хотят услышать. То, что она хочет сказать на самом деле, никого не интересует. — Я могу идти? — её плечи напряглись, будто ожидая удара невидимой плети.       — Проваливай, — буркнул Фред, — от тебя всё равно никакого толку.       Вскоре он и сам поднялся с места и на деревянных ногах дошёл до комнаты, которую гордо именовал своим кабинетом. На самом деле, никаких важных переговоров или любой другой деятельности, направленной на работу, за этими дверями не происходило. Там был большой прямоугольный стол с компьютером, продавленный диван и громоздкий платяной шкаф, который в данный момент интересовал Фреда больше всего. Именно там он хранил алкоголь.       Стакан обнаружился рядом с непочатой бутылкой бурбона. Мистер Карланд похвалил самого себя за предусмотрительность и, прихватив находки, устроился вместе с ними за столом. Компьютер приветливо загудел. Фред собирался отыскать какой-нибудь фильм. Боевик или комедию. Или, в крайнем случае, порно.       Вместо обычного текста заставки на экране появилась жёлтая надпись:

«Хочешь сыграть в игру?»

      Фредерик недовольно поморщился. Несколько раз он поддавался на провокации такого рода, после чего с его кредитки исчезали довольно крупные суммы. Впрочем, контент почти полностью оправдывал свою стоимость.       До поплывшего сознания не сразу дошло, что прежде не было такого, чтобы реклама интим-игр появлялась за пределами порно-сайтов, а картинки, услужливо подкинутые воспалившимся разумом, толкнули курсор в центр экрана и нажали на кнопку мыши.

«Пожалуйста, заполните небольшую анкету»

      А вот это что-то новенькое. Фред сделал несколько жадных глотков бурбона, даже не поморщившись. Опрос его смутил, если не напугал, но мистер Карланд был слишком упрям и слишком пьян, чтобы отступить. Отставив стакан в сторону, он принялся отвечать. Ваше имя: Фредерик Гарри Карланд Дата рождения: 02.14.1981 Пол: мужской Место рождения: Айова-Сити, Айова Группа крови: B+ Размер одежды: L Аллергии: отсутствуют

«Спасибо, что заполнили анкету. Выгружаем задание»

      Фредерик показал экрану поднятый вверх средний палец. За спиной у него скрипнули половицы. Карланд резко обернулся, набрав побольше воздуха, чтобы высказать жене всё, что думает о внезапных вторжениях, но встретился взглядом с пустотой. Никого. Фред прокашлялся, возвращаясь лицом к компьютеру. Там его уже ждала загадка:       

Я смотрю на мир широко открытыми глазами,

Но они ничего не видят,

Я могу пойти за тобой куда угодно,

Но нет у меня ног.

Кто я?

      Пьяно икнув, Фред уставился на экран. Никакой мгновенной вспышки осознания не произошло.       Таймер начал обратный отсчёт.       Размытое отражение, мелькнувшее перед глазами, показало ему поистине удручающее зрелище: опухший мужик в заляпанной рубашке с тяжёлым лицом и полностью седой головой. А ведь ему всего сорок два...       Комната внезапно изменилась. Потолок стал ниже, стены — уже и покрылись странными обоями с причудливым узором. Фредерик схватился за голову и ощутил, что она также стала меньше по размеру. В глаза ударил жёлтый свет настольной лампы. Вместо компьютера перед ним теперь лежала открытая тетрадь, исписанная аккуратным детским почерком.       За спиной послышался скрипучий, пронизывающий до костей голос.       — Опять не знаешь? Это так ожидаемо. Где мой ремень?       Карланд повернул голову и увидел фигуру, вжавшуюся в кресло. Всё в той же позе, в какой отец привык засыпать, когда был пьян. Он слегка завалился набок, отчего одна нога оказалась слегка оторвана от пола. Ладонь правой руки прикрывала верхнюю половину лица, словно человек пребывал в состоянии глубокой задумчивости.       Фредерик сглотнул. Отец медленно выпрямился. Вместо глаз у него были пустующие чёрные глазницы, внутри которых что-то потрескивало и дымилось.       Фред вздрогнул, как от удара, и неверяще посмотрел на экран. Всё вернулось в исходное положение. Комната, мебель, он сам. Только пальцы стали дрожать чуть сильнее. И он понял, какой ответ у дурацкой загадки.       Пустая бутылка из-под бурбона с треском разбилась о стену, и в тот же самый момент пришло новое сообщение:

«Добро пожаловать в «Замыкание»! Ты получил шанс сразиться с одиннадцатью другими участниками за приз в десять миллионов долларов.

В течение нескольких часов тебе на почту придёт информация с датой и местом сбора. Спасибо, что принял вызов! Удачи тебе, игрок»

***

      — Филип, прошу, выслушай меня! — в отчаянии крикнул Фред, с трудом сдерживаясь от рыданий. — Это не то, о чём ты подумал!       — А о чём я подумал? — Кауфман издевательски поднял брови. — И это я тут не мужчина? Что, уже не такой смелый?       — Прошу, — захрипел Карланд. — Мне нужна помощь. Позови кого-нибудь, умоляю. Моя нога… — он опустил голову, в попытке рассмотреть повреждённую конечность. — Пожалуйста, Филип. Не уходи! Куда ты?! Нет! Стой!!!       — Вот как ты заговорил? Теперь ты просишь помощи? После всего, что наговорил и сделал?       Фред дрожал всем телом, рассматривая худое лицо, скривившееся от ярости и отвращения. Перед внутренним взором промелькнула длинная костлявая рука, которая начала душить надежду, пока ещё не полностью покинувшую его переполненную ужасом душу. Он слушал собственное свистящее дыхание, с которым медленно таяли остатки сил.       Тьма сгущалась. Боль в ногах делалась невыносимой. Стиснув зубы, Карланд последним усилием воли удержал рвущийся наружу вой.       — Просто позови кого-нибудь… — умоляюще повторил Фредерик. — Не бросай меня здесь!       Филип, уже было сделавший шаг в сторону жилых корпусов, остановился и повернулся к собеседнику, наклонив голову набок.       — Почему нет? Тебя же никто не заставлял это делать. Ты сам сюда пришёл и пострадал из-за собственной глупости. Я скажу, что ничего не видел, а ты спокойно истечёшь кровью.       — Ты же… ты не такой, ты хороший человек.       Фил запрокинул голову к небу и от души рассмеялся.       — Сегодня днём я слышал диаметрально противоположное мнение. Что? Так сильно болит?       — Сукин сын. Я покину игру, только… только помоги.       — Пришло время поговорить начистоту, — Филип осторожно приблизился, стараясь двигаться так, чтобы руки Карланда оставались на виду.       — Нет! Чёрт возьми! Пришло время вытащить меня отсюда, — пострадавший попробовал зажать рану пальцами. — Сухожилие порвано, я сам не встану.       — Отвечай быстро и не раздумывая: что ты написал в первом раунде?       — Не твоё собачье дело!       — Окей, я тогда пошёл, — он на самом деле снова развернулся.       — Про сына, — тихо ответил Фред. — Про то, что он был самым сильным моим разочарованием.       — Угу, — Кауфман кивнул, поставив мысленную галочку. В совокупности с другими ответами, результат вырисовывался довольно мрачный. — А какой ответ был на вступительную загадку?       — Страх, — загробным голосом признался Карланд.       Филип едва заметно усмехнулся, рассматривая перекошенное от ужаса лицо.       — Что тут?.. Господи, Фред, что случилось? — из темноты к ним бросилась фигура, приближение которой с самого начала скрыла пелена дождя. — Твою ма-а-а-а-ть, — выругался он, рассмотрев все подробности происшествия.       — Вик! Вик! — радостно завопил пострадавший. — Помоги, прошу! Фил спятил! Хотел бросить меня тут умирать!       Виктор окинул друга долгим взглядом, после чего пообещал, что позже они обязательно это ещё обсудят, однако сам на помощь бросаться не спешил.       — Вик! Вик! Не слушай его! — почувствовав смятение третьего участника сцены, завопил Карланд.       — А почему я должен слушать тебя? — невозмутимо ответил Атертон, скрестив руки на груди.       — Потому что я умираю!       — С каких пор это стало основанием?       Фред с замершим от страха сердцем смотрел на двух мужчин, которые нависали над ним, принимая какое-то решение. Филип и Виктор, казалось, совсем потеряли к нему интерес и молча уставились друг на друга. Карланд не понимал, как можно быть такими жестокими, а потом, словно в ответ на его вопросы, из-за забора послышался собачий вой. Все трое повернули головы, всматриваясь в пустоту.