Замыкание

      Когда снега выпало почти по колено, у неё начали появляться синяки на теле.       Адэр не знала, почему связала те два факта: всё же для города, в котором она жила, это не было чем-то неожиданным. Зима как зима.       А вот синяки оказались не просто синяками.       Первое время она списывала их появление на то, что сосед по парте, Картер Моррис, постоянно её щипал. Однако в день, когда сугробы стали уже по пояс, у неё поднялась температура, появилась сыпь и кашель, из-за которого она не могла уснуть. Той же ночью отец отвез её в больницу. Вот так Адэр Роа не смогла окончить четвёртый класс вместе со всеми. Как и все, что должны были идти после него.       Первый год прошёл, как в тумане. Бесконечные коридоры, анализы, люди в масках. Два довольно длительных курса лечения, на которые организм не хотел отвечать, требуя пересадки костного мозга.       В базе данных не было ни одного подходящего донора. Статистика упрямо заявляла, что треть таких больных их так и не дожидаются.       У неё оказался сложный набор генов, и сперва попробовали сделать пересадку от отца. Не вышло. Позже попробовали пересадку от мамы — и уже тогда всё более-менее наладилось.       Когда солнечные лучи разгуливали по игровой площадке, Адэр познакомилась с Ларри. Он был примерно одного с ней возраста, много улыбался, рассказывал смешные вещи и никогда не снимал шапку с двумя помпонами. Оглядываясь назад, Роа всякий раз приходила к выводу, что Ларри был первым и единственным её настоящим другом. Они были так похожи. Они оба быстро уставали из-за небольшой активности и тогда просто садились друг напротив друга и разговаривали. Их связывали общие интересы, отправившие их в гонку со смертью, поэтому темы таких разговоров не всегда можно было назвать весёлыми.       — Как думаешь, что будет, если умереть? — однажды тихо спросила Адэр. Она никогда прежде не сталкивалась с настоящей смертью, но в тот день имела неосторожность подслушать разговор медсестёр и теперь не могла отбросить в сторону тяжёлые мысли.       — Папа говорит, что в этом нет ничего страшного, — пожал плечами Ларри. — Правда, глаза у него всегда при этом красные.       — Красные? — девочка приоткрыла рот от удивления. — Как у вампира?       — Нет, — печально вздохнул мальчик, — как у того, кто пытается сдержать слёзы.       — Почему твой папа пытается сдержать слёзы?       — Потому, — Ларри опустил взгляд на свои, сцепленные в замок пальцы, — что ему грустно, хоть он и твердит, что мне нечего бояться.       — Он грустит из-за тебя? — догадалась Адэр.       — Да. Мне скоро придётся уехать… — он помялся, рассматривая сосредоточенное лицо собеседницы. — Далеко. В Австралию.       — Как в Австралию? — в глазах защипало. — А как же я?       — Тебе в Австралию пока рано, — улыбнулся Ларри. — Говорят, там не очень любят девчонок.       — Сам такой, — Адэр высунула язык, от обиды перестав плакать. — А что ещё твой папа говорил о смерти?       — По ощущениям, это то же самое, что было до рождения. Тебя нет. И всё.       — Нигде нет?       — Нигде нет.       — И не больно?       — Вообще не больно.       — Значит, когда мне надевают маску и пускают туда газ с неприятным запахом, я умираю?       — Похоже, что так, — снова улыбнулся Ларри. — О, я же так и не рассказал тебе про Варкрафт. Это моя самая любимая игра…       Когда за окнами начался ливень, Адэр сообщили, что её друг уехал и больше уже не вернётся.       В больнице не всегда удавалось учиться. Да, там были учителя, но порой сосредоточиться не представлялось возможным. Задания были не самыми сложными, но, если честно, ей тогда было совсем не до них. После выписки ещё оставался курс препаратов, из-за которых пришлось перейти на домашнее обучение, и уже тогда стало окончательно ясно, что в школу она точно не вернётся. Адэр побаивалась идти в класс, равно как и родители побаивались её туда отпускать.       Мама с папой много работали, чтобы покрывать счета за лечение, а она сама всё больше отдалялась от реального мира и погружалась в виртуальный. Словно и не покидала больничных стен: всё те же лица под масками, всё то же ощущение, будто ты всегда в окружении людей, но совершенно один.       С годами родителям становилось всё труднее вносить регулярные платежи, а сумма задолженности и не думала уменьшаться. Адэр нашла непыльную работу рядом с домом, не требующую каких-то особых навыков. Бар «Республиканец» не мог похвастать интеллигентной публикой и высоким уровнем обслуживания, но она редко контактировала с людьми, спрятавшись в тесной кухне.       «Замыкание» показалось шансом всё исправить. Избавиться от груза, что долгие годы преследовал всю её семью, и отблагодарить, наконец, родителей за всё, что они для неё сделали.

«Когда ты знакомишься со мной,

Твой мир сужается до моего размера,

Ты можешь временами меня стыдиться,

Но помни, что в той или иной степени,

Я — удел каждого.

Кто я?»

      Игрок №11 не сразу смогла отгадать загадку. Только оглянувшись на прожитую жизнь, она поняла, что сидит вот так перед экраном уже не первый год в гордом одиночестве… Одиночество — было её ответом и неотъемлемым жизненным спутником.       Адэр часто думала о Ларри, своём первом и единственном друге. Часами размышляла на тему того, почему он ушёл, так и не попрощавшись. Спустя годы она поняла, что сделать было ничего нельзя: мальчик умирал. Будучи ребёнком, она не могла полностью осознать тяжесть его диагноза, но, став старше, приняла тот факт, что спасти его было невозможно.       Иногда Роа чувствовала вину за то, что выжила. В такие моменты ей становилось больно даже дышать. Стыд за собственное выздоровление ядовитым комом вставал поперёк горла. Не хотелось есть, спать, улыбаться — делать всё то, чего лишился Ларри. Словно она вырвалась вперёд во время гонки и оставила друга погибать в одиночестве. Порой ей хотелось узнать, что точно с ним произошло и на самом ли деле он погиб, найти его родных и место захоронения — но ей стало страшно. Страшно, что и там её будут осуждать. Поэтому Адэр ничего не делала, только носила с собой тяготы синдрома выжившего и справлялась с периодическими приступами депрессии.       И почему-то только в игре всё всегда было в порядке. В игре, про которую не переставал говорить умирающий мальчик.

***

      Ларри Эванс знал, что не доживёт до новой встречи с Адэр. Покидая больницу тем утром, он хотел навестить подругу и рассказать об удивительном приключении, которое вскоре его ожидает. И речь была вовсе не о смерти. Напротив, мальчик хотел поведать о том, что будет жить ещё долгие годы, правда, уже в несколько ином виде. Ему казалось правильным, чтобы Адэр не грустила и не переживала и в любой момент могла навестить его, пусть и не в реальном мире.       Но что-то пошло не так. Родители вместе с представителями игровой компании и фонда «Загадать желание» прибыли раньше, чем планировалось. У Ларри взяли короткое интервью, в спешке собрали все его вещи и увезли из больницы, не дав даже написать записку. Затем был утомительный перелёт, снова беседы с незнакомыми людьми, а после ему посчастливилось на один день стать настоящим разработчиком компьютерной игры. Не многие могут похвастать таким в возрасте одиннадцати лет!       Его усадили в кресло-каталку, возили по кабинетам, представляли взрослым, которые внимательно слушали, записывали и претворяли в жизнь мысли смертельно больного мальчика. Первая половина дня ушла на разработку оружия, которое Ларри гордо назвал: «Священный молот разрушителя миров». Это был двуручный топор из чёрного металла, который горел синим пламенем и превосходно смотрелся за спинами игроков. Как таковой ценности в нём не было, но он мог быть использован в качестве украшения. Трансмог, если говорить на языке геймеров.       Во второй половине дня Эванс занимался придумыванием тайного задания. «Спасите Лизу» — квест, в котором требовалось отыскать девочку, сбежавшую из дома. Она потерялась в одной из самых мрачных локаций и попала в плен к легиону проклятых. Её держали в Крепости Чёрного клыка в Йотунхейме, а игрокам требовалось отыскать бедняжку, накормить, приободрить и вернуть домой.       Так исполнилось желание Ларри. Тем вечером он засыпал с чувством, что сделал нечто очень важное: оставил след в истории, пусть и всего лишь в компьютерной игре. Время будет идти вперёд. Будут меняться обновления. Появятся новые задания и даже откроются новые материки. Но где-то на просторах Ледяной Короны всегда будет маленькая девочка Лиза, которая ждёт, что её вернут, наконец, домой.       Единственное, о чём ещё мечтал Эванс — чтобы однажды Адэр тоже выполнила этот квест. Неважно, сколько пройдёт лет, но ему бы хотелось видеть, как подруга спасёт Лизу. Наверное, только так они однажды снова смогут встретиться.

      ***

      Адэр казалось, что она лежит на льдине, дрейфующей посреди океана. Руки, ноги и лицо онемели от холода. Она открыла глаза и едва не закричала от ужаса. Вокруг неё снова были горы. Роа находилась на крошечном скальном выступе, только теперь от него вверх уходила узкая тропинка, прорезающая скалы. В игре это место называлось «Уступ смерти», а дорога вела в город мёртвых — Йотунхейм. Именно там требовалось искать заблудившуюся девочку по имени Лиза.       Вокруг снова бушевала стихия. У Адэр перехватило дыхание. Горло и язык обожгло чем-то кислым. Сон? Нет. Воспоминание… Почему сейчас?.. Мысль, скользнувшая где-то на задворках сознания, показалась безумной. Роа даже готова была признать, что просто сошла с ума, не выдержав тяжести возложенных на неё испытаний. И лишь крошечное «а что, если…» упрямо дёргало мозговые импульсы.       — Ты же Ларри? — она подняла помертвевшее лицо к невозмутимому тёмно-синему небу. — Ларри Эванс?       Игрок №11 в беспамятстве вскочила на ноги. В голове кружилось имя человека, умершего почти тринадцать лет назад. Неужели… «Замыкание» было спланировано для неё одной, в качестве изощрённой кошмарной мести. Но как?.. И зачем? Мог ли Ларри выжить, потратить годы на подготовку только ради того, чтобы заставить её страдать? Его болезнь нельзя было вылечить, но если существует способ запереть человека внутри ночного кошмара, то почему не могло случиться чуда, поднявшего на ноги умирающего мальчика?       Всё было мутно и совершенно не ясно. Вопросы со свистом залетали в подсознание, но точного и единственно верного ответа у неё не было. Прошло столько времени… Тринадцать лет — больше половины всей её жизни. И Ларри все эти годы планировал свою бесконечную вендетту? А она сама все эти годы пыталась о нём забыть.       — Ты затеял всё из-за меня? — говорить, перекрикивая завывания ветра, было больно, но невысказанные подозрения сверлили затылок, не давая молчать. — А как же другие? Со мной приехало ещё одиннадцать человек. Они что, просто орудия мести? Или они тоже как-то связаны с тобой?       Адэр перевела дух и выдохнула:       — Я не сделала тебе ничего плохого. Я только… только…       — Осталась в живых? — помог бесцветный голос.       — Да! — воскликнула игрок №11, побежав вперёд. — Разве можно меня в этом винить? Я была просто ребёнком. Очень больным ребёнком. Мама… папа… они не переставали поддерживать меня, отдали всё, что у них было, только бы я осталась жива. Ты не можешь ненавидеть меня за это…       — Суть этого задания — найти девочку, потерявшуюся в горах Ледяной короны, — невидимый собеседник проигнорировал тираду девушки. — Поторопись: надвигается буря.       — В этом нет никакого смысла! — Адэр прижала к груди заледеневшие руки. — Выпусти меня! — у неё заканчивались силы и терпение. — Слышишь? Ларри?!       Ответа не последовало. Игрок №11 остервенело пнула по ближайшему камню. Ногу вспороло резкой болью. Девушка взвыла. Ей вторили голоса беспокойных духов. Разозлившись окончательно, Адэр бросилась в расщелину между скал.       Путь был совсем не близким. Её мотало из стороны в сторону. Она падала на колени, поднимая застывший взгляд на горы и уговаривала себя двигаться дальше. Делать что угодно. Прилагать все усилия, но ни в коем случае не останавливаться. В Адэр всё больше крепла уверенность, что если она погибнет здесь, то же самое случится и в реальном мире. Девушка вздрогнула и прибавила шаг. Там, в реальности, она скорее всего так и сидит, привязанная к стулу в незнакомом тёмном месте. Свою первую ночь в «Замыкании» она провела в плену под действием какого-то препарата.       Невольно мысли свернули к остальным игрокам. Чем они сейчас заняты? Ругаются? Ищут ответ на загадку? Или так же, как она, путешествуют в своих личных кошмарах? С губ сорвался истеричный смешок. А есть ли вообще подделка? Существуют ли правила и можно ли выйти победителем? Это всё больше не походит на игру. Скорее на чудовищный эксперимент над человеческим разумом. Глупо было надеяться на то, что можно прийти, немного пораскинуть мозгами и получить шанс на новую, необременённую долговыми обязательствами жизнь. Какой глупой и наивной она была! Родители наверняка с ума сходят: она же ничего толком не объяснила, практически сбежав из дома. Мистер и миссис Роа годами носили за спинами груз в виде безотчётного страха, что болезнь дочери может вернуться. Они оба практически жили на работе, но упирались всякий раз, стоило Адэр заикнуться о том, чтобы начать зарабатывать и помогать по мере сил. Скрепя сердце они всё же согласились с доводами о том, что третий источник дохода будет точно не лишним, но при условии, что трудиться дочь будет недалеко от дома и не слишком много. Адэр пришлось утаить часть правды и сказать, будто она устроилась поваром в обычное семейное кафе, а не в бар, где большая часть публики имеет явные проблемы с законом.       Работа…       Отчего-то мысли о ней взбодрили. Игрок №11 постаралась ухватиться за внезапную вспышку озарения. Что-то важное случилось именно на работе.       Адэр напряглась. Образы появлялись медленно, почти болезненно. Было похоже на яркие вспышки, как от старых фотоаппаратов. У неё перехватило дыхание, когда в одной из таких вспышек появилось лицо. Лицо знакомое и незнакомое одновременно. Приятное и отталкивающее. Почему…       — Артур Уолш, — выдавила Роа и тут же опасливо обернулась, словно обладатель имени мог услышать её зов и материализоваться за спиной. — Артур Уолш…       Связь с реальностью оборвалась окончательно. На глазах выступили слёзы. Почему сейчас, находясь в эпицентре урагана, когда ей нужно идти спасать маленькую девочку, она думает про игрока №12? Могли ли они видеться до «Замыкания»? И где? На работе?.. Да, почему-то образ Артура теперь ассоциируется с баром. Но почему? Что он там делал? Думай, думай…       Сияние вспороло тьму. По мозгам будто пустили разряд электрического тока. Игрок №11 яростно закричала, оперевшись рукой о скалу, чтобы не упасть. Тугой ком образовался внизу живота. Энергия сконцентрировалась в одной точке, сжалась до размеров шарика для пинг-понга, а потом прогремел взрыв.       Больше ничего не существовало. Только сумрачное сосредоточенное лицо Артура.       — Кто ты, чёрт возьми, такой? — задыхаясь, спросила Адэр. — Откуда я тебя помню?       Игрок №12 вынырнул из глубин подсознания и улыбнулся. Так улыбаются люди, готовые разрыдаться. Артур не похож на того, кто часто даёт волю слезам, но почему-то сейчас он предстал именно в таком вот образе. Образе человека, поражённого скорбью.       — Что?.. — договорить не получилось. Спазм сдавил горло. Сердце подпрыгнуло и забилось в горле. Адэр сползла на землю, подтянув ноги к животу. — Что?.. — только и смогла произнести она.       — Молодец, игрок №11, — похвалил знакомый бесцветный голос. — Ты на правильном пути. Но если уснёшь сейчас — больше не проснёшься.       Сил на разговоры не осталось, но не принять правоту собеседника она не смогла. Опираясь о скалу, Адэр поднялась на ноги и, пошатываясь, продолжила путь.       Теперь всё казалось таким незначительным. Мимолётным и противоестественным. С самого начала всё было ложью. Ответ пришёл к ней в самом конце пути, вот только она не может никому поведать о своих выводах и подозрениях. Игрок №12 — не тот, за кого себя выдаёт. Если в игре на самом деле принимает участие представитель «Замыкания», то начинать поиски стоит именно с Артура. Вместе с этой догадкой пришло озарение: ей нужно выбираться отсюда как можно скорее. Неизвестно, сколько прошло времени с момента похищения, но, быть может, пока ещё не поздно всё исправить. Организатор во время собрания сообщил, что пока ещё готов отпустить домой участников, но как только начнётся игра, её будет уже не остановить. Надо завершить квест, каким-то образом вернуться к остальным и предупредить их об опасности. Десять миллионов долларов — сумма, конечно, просто невероятная, но даже она не стоит того, чтобы за неё погибнуть. Скорее всего, многие не станут слушать доводы разума, но найдутся и те, кого ещё можно спасти. Айзек, Джули, Дафна… Они точно должны её выслушать.       Надо только дойти. Пусть ноги почти не слушаются и часто спотыкаются друг об друга. Пусть зубы стучат. Пусть тяжесть давит на затылок и предлагает прилечь и отдохнуть. Нужно добраться и закончить задание.       Йотунхем встретил путницу напряжённым молчанием. Вымороженный пейзаж, чёрная земля, металлический звон. Мёртвецы не перестают сражаться друг с другом. Они наносят врагам мощные удары мечами или топорами, но урона от этого нет. Вечная бессмысленная битва. Адэр двигалась осторожно, опасаясь атаки скелетообразных монстров, разъярённых псов и любой другой нежити, обитающей в этом кошмарном месте. Временами ей приходилось петлять между торчащими из земли костями каких-то животных, огибать прогнившие деревянные строения и втягивать голову в плечи, спасаясь от тех кошмаров, которые умели летать. Несколько раз Адэр споткнулась о металлические узкие рельсы, никогда не видевшие ни одного поезда.       В ушах у неё всё время звенели голоса. За эти минуты или часы в мозгу игрока №11 пронеслось множество странных мыслей. И самая странная звучала так: что, если она уже умерла и находится в личном аду, из которого нет выхода? В ответ на это заурчало в животе. Роа безотчётно поднесла к нему руку и слегка помассировала в надежде таким образом утолить голод. Её брови и волосы покрылись инеем, но тело больше не дрожало. Адэр вспомнила слова невидимого собеседника о смерти от переохлаждения и идущей перед ней комой. Она не могла сказать точно, сколько времени у неё осталось, но догадывалась, что мало.       Её взгляд привлекло стоявшее на вершине холма здание. В отличие от остальных, оно было сделано из камня. Одинокий пленник земли, рвущийся к самому небу и промёрзший от холода. Фасад украшен черепами, двери нет — только арка, ведущая внутрь. Крепость Чёрного Клыка во всём её мрачном великолепии. Игрок №11 задумалась о своём положении. Мертвецы повсюду, ответ — где-то впереди, а она стоит посередине и не решается сделать шаг к свободе.       В тот момент для неё не существовало никакого «Замыкания». Оно вело её прямым ходом в преисподнюю. Всем, что имело хотя бы какое-то значение, осталась маленькая девочка, спрятанная внутри похожего на склеп строения.       Адэр очень тихо начала молиться. За себя, за Ларри и… почему-то за Октавию. Как ни странно, но именно это показалось наиболее волнительным. С игроком №6 Роа успела перекинуться едва ли парой фраз. Впрочем, за время своего безумного путешествия, игрок №11 уже почти смирилась с тем, что внезапные люди всплывают в подсознании в самые неожиданные моменты.       Плотнее запахнув плащ, Адэр неуверенным шагом двинулась к крепости. В окружавшем её хаосе было одно-единственное преимущество: занятые борьбой друг с другом мертвецы не обращали никакого внимания на живого человека. Разве что, когда она проходила совсем близко, один из воинов повернул к ней голову и проводил шествие девушки ничего не выражающим взглядом.       Это всё больше напоминало декорации к тёмному фэнтези. На одно короткое мгновение к Адэр в голову забралась мысль пойти и попробовать отыскать механизмы внутри нежити, чтобы убедиться в том, что она участвует в какой-то загробной постановке. В лицо ударило зловонием разлагающейся плоти. Роа вздрогнула и прибавила шагу.       Внутри крепость казалась больше, чем снаружи. Комната будто не имела потолка: Роа задрала голову и не смогла его увидеть. Никакой мебели, только лишь деревянные опоры здания, уходящие в никуда, и факелы на стенах. Адэр подбежала к одному из них и какое-то время просто стояла рядом, наслаждаясь ощущением того, как к телу возвращается чувствительность.       У неё в ушах раздался хрип. Игрок №11 повернулась и стремглав бросилась к его источнику. Светловолосая девочка сидела на полу, поджав ноги. Она тряслась, отчего по полу лязгала цепь. Стальные браслеты Адэр рассмотрела на обеих щиколотках ребёнка.       — Лиза? — падая на колени рядом с ней, осторожно спросила девушка. — Ты же Лиза?       Ответа не последовало. Только хрипы стали чуть-чуть громче. Игрок №11 осторожно коснулась плеча пленницы, но та этого будто бы не заметила, завалившись набок. Адэр коснулась лба девочки. Ощущение, будто она окунула руку в сугроб.       — Лиза?! Лиза?! Ты меня слышишь?! — в панике прокричала Роа, соображая, как согреть ребёнка. Вокруг было столько огня, но его тепло не доставало до этой стены. — Как мне освободить тебя? Ты знаешь, где ключи от цепей?       Девочка заговорила на непонятном языке. Адэр обхватила её руками и прижалась всем телом. Складывалось впечатление, будто она обнимает глыбу льда. Игрок №11 начала растирать ладонями промёрзшее тело. В отчаянии Роа снова начала плакать. Лиза продолжала что-то шептать, но уловить смысл её фраз было невозможно.       — Всё будет хорошо… — Адэр укачивала ребёнка, но успокаивала больше саму себя. — Я нашла тебя, нашла… Всё теперь будет хорошо. Эй, ты! — закричала она в пустоту. — Я здесь! Выпусти меня! Ларри?!       — Он тебя не слышит, — неожиданно чётко проговорила Лиза. — Он так долго ждал тебя… И так сильно по тебе скучал…       — Что? Что ты такое говоришь? — растерялась игрок №11. — Я была права, да? Он был тут? Он это всё устроил? Но как? Он мёртв. Мёртв уже тринадцать лет! — громкость голоса повышалась по мере произнесения. — Скажи мне! Как он это провернул?!       Свернувшись у неё на руках, девочка замолчала. На губах выступила пена, лоб полыхал от жара. Лиза быстро угасала. Адэр ещё пыталась тереть её, чтобы передать тепло своего тела и сердца. Голубые глаза ребёнка закрылись. Она резко расслабилась и впала в забытье. Дыхание становилось всё медленнее и медленнее. Роа похлопала Лизу по щекам, чтобы привести в чувство. Она очнулась. Её дыхание было слабым, сердце едва билось, рёбра чуть заметно вздрагивали. Жизнь ещё боролась за себя, но смерть, очевидно, была сильнее.       Со слезами на глазах Адэр вскочила, задыхаясь, и перевернула девочку на спину.       — Лиза! Лиза! — она принялась нажимать руками ей на грудь. — Пожалуйста, милая, очнись!              Роа припала губами к её безвольному рту и изо всех сил вдула туда воздух. Грудная клетка вяло приподнялась и снова опустилась.       — Дыши, пожалуйста, дыши! Ты должна бороться! Прошу, умоляю! Не сдавайся!       Сил почти не осталось, но вид круглого детского личика не давал ей отступить. Лоб Адэр взмок, слёзы капали на безжизненную грудь девочки. Она продолжала нажимать. Била кулаками так яростно, как никогда прежде никого не била. Роа стучала по рёбрам и кричала от страха, беспомощности, непонимания. Тело ребёнка подскакивало и падало, как тряпичная кукла.       Всё. Силы закончились. Адэр прекратила качать. Та, кого она пыталась спасти, мертва. История Лизы закончилась, так же, как и её собственная. «Замыкание» забрало их обеих.       Игрок №11 долго плакала, стоя на коленях, а после протянула руку и осторожно прикрыла веки девочки. Понемногу всё, что можно было назвать жизнью, покидало хрупкое тело. Адэр оставалось только надеяться, что Лизе всё же удалось выбраться из города мёртвых и подняться в чистое голубое небо, которого никогда не было в локации Ледяной короны.       — Это нереально, — прошептала она, усаживаясь на пол и опираясь спиной о стену. — Это же нереально? — чуть менее уверенно проговорила игрок №11. — Если это реальность, то я отказываюсь её принимать.       — Так бывает, — отозвался невидимый собеседник, — дети умирают.       — Как будто я этого не знала, — сейчас он был противен ей до глубины души. — И что теперь? Я останусь тут навсегда? Я же не справилась с заданием.       — А что бы сказал Ларри?       — А ты разве не Ларри?       — Нет, я кто угодно, но только не Ларри.       Адэр закусила губу, пытаясь воспроизвести в памяти всё, что было связано с другом детства. Эванс всегда загорался, когда они начинали говорить про игру. Даже будучи измотанным после очередных процедур, он продолжал с восторгом говорить о любимом Варкрафте. Наверное, Ларри был бы не против остаться тут навсегда. И, если честно, когда-то она сама мечтала раствориться в вымышленном мире.       Взгляд опустился на безжизненное тело Лизы. Нет. К такому Адэр точно не была готова.       — Так что бы он сказал? — напирал механический голос.       — Он бы сказал: я устал от ваших дурацких игр и заданий. Дайте мне спокойно умереть, — игрок №11 помрачнела, тяжело вздохнула и продолжила: — У меня была апластическая анемия — довольно редкое заболевание костного мозга, из-за которого резко падают тромбоциты и лейкоциты.       — Я знаю, — проникновенно сообщил собеседник. Голос начал наполняться красками, но определить точно, мужским или женским он был, всё ещё не представлялось возможным. — И ты справилась с этим.       — Не я, — взгляд Адэр скользнул по губам Лизы. — В этом было мало моей заслуги. Родители не оставляли надежды на моё выздоровление. Если бы не они, я бы не справилась.       — Как Ларри? — уточнил собеседник.       — У Ларри всё было гораздо хуже. Лейкемия в четвёртой стадии. Но знаешь… Он всё время повторял, что если болеешь — нельзя отчаиваться и нужно стараться быть смелым, иначе страхи закончат всё гораздо быстрее самой болезни. Эванс до последнего боролся за жизнь и любил всё, что его окружало, — Роа невесело улыбнулась. — И я не понимаю, почему он сделал это? — она кивнула на тело девочки. — Как он мог убить её?       — А кто сказал, что это он? Ты сделала вывод, будто всё было подстроено Ларри, но никто же не подтвердил твои догадки.       — Тогда почему я здесь? Это он привёл меня в игру.       — Он рассказал тебе про Варкрафт, — согласился голос, — но остаться тут решила уже ты сама.       — Ты убьёшь меня? — Адэр расслышала в своих словах умоляющие нотки. — Прошу тебя, сжалься. Я не хочу больше… играть.       — Тебе пока рано уходить. Ты же ещё не ответила на загадку.       — Я? Почему я? Там ещё одиннадцать игроков… — Роа запнулась и добавила: — Десять, если Клейтона уже отправили домой.       — А тебе не интересно?       Игрок №11 задумалась. На самом деле, единственной нитью, удерживающей её на поверхности, было желание узнать правду. Понять, почему она здесь. Почему путь, предложенный «Замыканием», привёл её к месту гибели маленькой девочки. И кто стоит за всем этим. Если это не Ларри, то тогда…       — Один из игроков собрал тут всех остальных? — догадалась Адэр. — Подделка, фальшивка — не просто представитель. Он создатель?       — Умница, — похвалил собеседник.       Роа закрыла глаза и постучала затылком о каменную стену. Мысленно повторила весь путь, который привёл её к этой точке. Впервые она услышала про «Замыкание» от человека, чьего лица не видела ни разу в жизни, а спустя несколько часов уже отвечала на вступительную загадку. Загадку, которую будто писали лично для неё. Адэр ещё помнила то чувство, когда дала правильный ответ. Годы одиночества, стыда за собственное выздоровление и бесконечных переживаний, которые она старалась заедать солёными вредностями, обрушились на неё всей своей сокрушительной мощью. До того момента игрок №11 даже не представляла, насколько болезненным может быть осознание того, что помимо виртуального мира, полного безликих аватарок, у неё ничего и не было. Только пустота. Наверное, прошло бы ещё несколько лет и тогда она срослась бы со стулом, а страх перед реальностью навсегда запер бы её в тесной комнате. Вот так. Поразительно скучная история человека, которому суждено умереть в собственной галлюцинации.       Адэр распахнула веки. Она всё ещё сидела возле погибшей девочки. Но теперь складывалось ощущение, что что-то изменилось. Осторожно, дрожащими пальцами она коснулась холодных щёк. Чувство неправильности усилилось. Взгляд игрока №11 был затуманен из-за слёз, но всё же… Сердце сделало несколько болезненных подпрыгиваний, когда она поднесла палец к закрытому глазу Лизы и слегка на него надавила. Послышался чмокающий звук. Адэр вздрогнула и надавила сильнее. Глазное яблоко выскочило, как пробка из бутылки шампанского, покрутилось в воздухе и рухнуло на пол возле плеча Лизы. На пустую глазницу медленно опустилось веко. Ни крови, ни зрительных нервов, ни мускулов…       — Да это же?.. Что это такое?.. — непроизвольно бормотала Роа, ощупывая лоб — пальцы потонули, оставив вмятину. — Как же это… я же только что…       Адэр приподняла руку девочки — слишком лёгкую и дряблую. Нажала на запястье — оно оказалось без костей. Из горла вырвался хриплый крик. Игрок №11 сунула кулак в рот и рухнула на пол, подтянув колени к животу. Её вконец измученный организм метался то ли от радостного возбуждения, то ли от приступа паники. Мозг обрабатывал информацию с бешеной скоростью. Где-то она читала, что даже после одного приёма ЛСД в любой момент времени может случиться рецидив и вызвать новые галлюцинации. Их могут спровоцировать стресс, травмы или алкоголь. Синтетические вещества не растворяются в организме, а значит, их остатки останутся с человеком навсегда. Роа ни разу в жизни не пробовала наркотики, но ощущение расширенного сознания было схожим с описанием их воздействия. Словно она только что познала космическое знание. Ответы хлынули все разом на таком детальном уровне, что Адэр стало страшно. Она вспомнила бар, в котором работала, Артура Уолша, который заходил туда вместе с напарником и опрашивал всех сотрудников, Октавию Хоуи, случайно толкнувшую её возле парковки. Образы обретали звуки, становились ярче и вместе с тем болезненней.       — Тебе стоит взглянуть, — теперь уже женский голос выхватил её из глубин подсознания и рывком вытянул на поверхность.       Адэр резко выпрямилась. Она сидела на бетонном полу, но комната была не той, где она проснулась в прошлый раз. Тело прошибло струёй холодного воздуха. В глаза бил анемичный свет. Вдоль стен тянулись стеллажи с какими-то банками. Пахло смертью. Перед ней располагался продолговатый стол. Присмотревшись, игрок №11 поняла, что на нём лежит нечто, прикрытое белоснежным покрывалом.       Изрядным усилием Роа поднялась и сделала несколько осторожных шагов. На ней больше не было сапог и плаща. Только пижама, в которой она ложилась спать в комнате, выделенной для неё «Замыканием».       Приблизившись, Адэр потянула простыню.       Перед ней лежала девушка, смиренно сложив руки на груди. Черты лица заострились, губы посинели, кожа лишилась жизненных красок, но тем не менее не узнать её она не могла. Стоя посреди незнакомого места и всё ещё сжимая в руках простыню, игрок №11 смотрела на саму себя.       — Ты уже догадалась? — её точная копия распахнула глаза. — Меня зовут Адэр Эбигейл Роа.       У настоящей Адэр Эбигейл Роа сжалось сердце. Она бесконечно долго вглядывалась в своё собственное лицо, пытаясь найти отличия и нестыковки. Клон, копия, новая галлюцинация улыбнулась. Это было механическое движение губ, лишённое эмоций и сострадания. Словно кто-то потянул за невидимые нити, заставив её это сделать.       — Ты лжёшь, — убеждённо сказала игрок №11. — Ты не можешь быть мной.       — Как будто кто-то ещё мог стать твоим проводником, — возразила не-Адэр. Она продолжала лежать в статичной позе, не делая попыток выпрямиться. Если присмотреться, то можно было понять, что она и не дышала, и не моргала. Только рот продолжал двигаться. — Мы с тобой отлично справились, как считаешь?       — Мы не смогли спасти Лизу, — шепнула Адэр, — мы проиграли.       — Думаешь? Ты же знаешь, что бы сказал Ларри, — теперь улыбка была искренней. Губы ожили, наполнившись краской. — Он так долго тебя ждал… И дождался. Тринадцать лет он плутал по обледеневшим горам среди беспокойных духов с одним-единственным желанием в сердце — ещё раз посмотреть в твои глаза. Теперь он обрёл, наконец, покой.       Игрок №11 зажмурилась, помотав головой. Это не могло быть правдой. Лиза — это не Ларри. Это не он умер у неё на руках. Нет. Нет-нет-нет!       Из углов раздалось шипение. Носа коснулся знакомый неприятный запах. Именно этот газ ей приходилось вдыхать в детстве, чтобы спать во время процедур. Адэр бросилась искать выход. Перед глазами все начало раздваиваться. Не без труда добравшись до двери, она коснулась металлической ручки, а уже через мгновение её тело рухнуло на пол, в каком-то шаге от спасения.

***

      Марлон с нечитаемым выражением лица дослушал отчёт подчинённого, после чего сделал несколько пометок в большом блокноте. Майлс давно закончил говорить, и в кабинете воцарилась тишина. Маттиас скосил взгляд на коллегу и лукаво подмигнул, пытаясь подбодрить. Настенные часы пробили полночь. Все трое, не сговариваясь, посмотрели в окно. Дождь продолжал барабанить по стеклу, а где-то там прямо сейчас отворились ворота, выпуская на свободу Клейтона Полларда.       — Игрок №11 выбыл, — произнёс Организатор, вцепившись глазами в страницу, исписанную своей же рукой. — Чуть меньше суток. Не так уж плохо. У неё отменное сердце с учётом перенесённого заболевания.       — Нам стоит сообщить остальным участникам, что их теперь десять? — поинтересовался Майлс.       — Нет, — ответил Марлон, добавляя ещё несколько строк в досье Адэр Роа. — Их страх — такая же часть игры, — пояснил он. — Исчезновение одного игрока должно немного взбодрить компанию.       — Артур с Виктором устроили обыск в комнате Адэр, — отметил Маттиас. — Кажется, игроки №1 и №12 сговорились против всех остальных.       — И даже против Филипа? — брови руководителя едва заметно шевельнулись от удивления. — Не ожидал такого от Атертона.       — Его волнует только Вильсон, — напомнил Майлс, — всё же родственные узы для Вика куда крепче, нежели дружеские.       — Тогда надо дать ему то, что он хочет, — самому себе кивнул Марлон, перелистывая страницы блокнота до тех пор, пока перед ним не оказались заметки про игрока №1.       — Разве это не отобьёт у него желание играть? — не до конца понял суть распоряжения Маттиас.       — Скорее всего, — согласился Организатор. — Как бывшие игроки, ответьте мне на вопрос: как сломать человека, не убивая его?       Подчинённые переглянулись. По лицам пробежали одинаковые волны смущения и растерянности. Они не привыкли обсуждать собственные игры, навсегда закрыв для себя двери в тот период.       — Показать что то, ради чего он жил и боролся, не имело смысла? — первым вышел из оцепенения и выдвинул предположение Майлс. — Но мне казалось, что Виктор нужен нам… чуть более решительным, а не сломленным. Иначе, какой тогда смысл в таком участнике?       — Виктор и так достаточно разбит, — отозвался Марлон. — Но пока в нём теплится надежда на возвращение брата — он не станет всерьёз рисковать. В таком случае зрелищного соревнования не получить.       Майлс и Маттиас кивнули, соглашаясь с решением руководства.       — Наведите порядок в архивах, — отдал распоряжение Организатор. — Совсем скоро у Монро будет посетитель. Уверен, он придёт в восторг. Не так часто кто-то интересуется его бумажками, когда перед глазами мелькают десять миллионов долларов.       — Нам нужно передать ему лекарство? — уточнил Маттиас.       — Нет, Виктор должен оставаться в сознании и прийти к самостоятельным выводам. К завтрашнему испытанию всё готово?       — Да, — кивнул Майлс, — а разумно сразу отправлять их в лабиринт? Это же только первый раунд.       — А они потеряли двоих игроков ещё до его начала, — рассудил Марлон. — Нет уж. На раскачку нет времени.       — Интересно, как там игрок №7, — снова бросив взгляд в окно, произнёс Маттиас.       — С ним Михаил точно сумеет справиться, — улыбнулся Организатор, представляя лицо названного подчинённого. — Он часто разводит панику и любит поддаваться унынию, но когда ему приходится выходить за ворота, будто превращается в другого человека.       — Вы гордитесь им? — ревниво спросил Майлс, по-детски надув губы.       — Я горжусь всеми вами, — заверил Организатор. — Составьте подробный отчёт о случае Адэр Роа. Ею заинтересовался сам Мэддокс, так что не скупитесь на подробности и красочные описания. Можете даже включить поминутное биение её пульса.       При упоминании имени того, кто создал «Замыкание», сердца обоих подчинённых забились в священном трепете. Майлс даже машинально положил руку на грудь, но сразу же её отдёрнул, заметив недоумевающие взгляды коллег.       — Марвин сказал, — опомнился Маттиас, — что нас ждёт ещё одна процедура. Кто это будет?       Марлон выдвинул верхний ящик стола, порылся там и извлёк на свет фотографию. Это была улыбчивая темнокожая девушка с круглым лицом и короткими волосами.       — Всё будет не так, как с Адэр, — отметил руководитель, — её мы не станем похищать.       — До встречи, игрок №5, — сказал Майлс, поднимаясь с места. В груди потеплело от предвкушения. Когда-то он и сам пришёл в эти стены, получив такой же номер. — Надеюсь, мы с тобой ещё подружимся.       — Удачи тебе, Дафна Диабате, — проговорил Маттиас, вставая вслед за коллегой. — «Замыкание» готово распахнуть перед тобой свои двери.