Дни, когда я прохожу игры на выживание, притворяясь НПС / The Days I Clear Escape Games Pretending to be an NPC

— Почему она должна была держаться за меня, когда я собирался уйти? Я не мог двигаться, когда она тащила меня. Так что у меня не было другого выбора, кроме как позволить ей это сделать. На экране видеонаблюдения разговаривал подозреваемый в желтом жилете и наручниках. Он поднял правую руку и почесал подбородок, он говорил небрежно, как будто болтал, а не объяснял последовательность преступления. — Что… Какие инструменты вы использовали для нападения на жертву? — Молодой полицейский сжал кулаки, пытаясь подавить гнев, чтобы не принимать импульсивных решения. Его гнев не был необоснованным, потому что перед ним стоял подозреваемый, убивший семью из трех человек. Они искали подозреваемого в течение нескольких лет, и когда его нашли, он выпивал в продуктовом киоске ниже того места, где произошло убийство. Заметив гнев полицейского, молодой человек, скрючившись на стуле, оглянулся, и на его лице застыла странная улыбка. — Ну, это складной стул, который был рядом с ней. Он слегка приосанился и поправил одежду, сказав это, прежде чем продолжить — Черт, этой штукой было трудно победить, я ударил только один раз, и он сломался. Все-таки в то время я не знал мертва она или нет и мне нужно было найти другую скамейку. — Снято! После гневного рёва режиссёра на съёмочной площадке на мгновение стало тихо, толпа в оцепенении обернулась, посмотрела в камеру и вспомнила: «О, мы снимали». Они оглядывались на молодого человека в кресле и наблюдали как он кивает и всем улыбается. Хотя ощущение трепетания сердца все еще было, свирепый и чрезвычайно злобный темперамент исчез. Помощник подбежал с одеялом. Хотя внутри были обогреватели, все равно все боялись холода. Особенно немногим ведущим актерам, которым приходилось выступать в ужасную погоду в зимние месяцы, от одного взгляда на них становилось холодно. При воспроизведении отснятого материала сцены, режиссер остался очень доволен, он приветствовал актера с улыбкой на лице: — Учитель Жэнь хорошо потрудился, поторопитесь и скорее принесите сюда миску имбирного чая! — Вы слишком вежливы, — у актера в одеяле было спокойное выражение лица, его тело тряслось, как у кота, попавшего под дождь. Несмотря на теплый студийный свет, обращенный к нему, было все еще холодно. Главный актер Жэнь Ифэй, красивый молодой человек, также является актером-ветераном, который работал в данной индустрии более десяти лет. В своем поколении он был примером для подражания. Будучи самым ценным актером Китая, он выиграл две награды, однако никогда не хвастался этим. В реальной жизни он был очень сдержан и нравился людям всех возрастов. Конечно, режиссерам он нравился в основном за то, что был усерден и предан своему делу. Они ценили его как актера, который никогда не заставит людей волноваться. — Хм… Сегодня очень холодно… У меня там еще осталось несколько грелок, возьми их и поделись со всеми — сказал он своему помощнику, получив имбирный чай. Несколько второстепенных актеров собрались перед обогревателем, потирали руки, переступали с ноги на ногу, выдыхали и болтали. Во время съемок в студии всегда было довольно много людей. Актер второго плана снял полицейскую фуражку и коснулся лба. В такой холодный день он буквально вспотел: — Я почти подумал, что он убийца Презрение к жизни и пренебрежение к закону — эти аспекты заставили 6ы любого содрогнуться. — А как иначе? Думаешь любой может стать актером? Но жаль, что он хорошо выглядят, и это мешает игре… — Это действительно мешает? Учитель Жэнь был более открытым в последние несколько лет, он стал меньше походить на честного и преданного главного героя, поэтому ему пришлось взять на себя роль какого-то извращенного, невротического убийцы, второго главного героя. — Какая жалость С другой стороны, Жэнь Ифэй уже закутался в одеяло и сел в фургон-няни. Он двигался осторожно, чтобы не стереть косметику с тела — он был слишком бледен, поэтому на его лицо была нанесена более темная основа. — Я немного посплю, режиссёр переснимет несколько кадров позже, разбуди меня к этому времени — сонный Жэнь Ифэй прилег, выключив свет на своей стороне. — Вы можете спать спокойно, я позову вас позже. — Ун, ты хорошо потрудился. Как только помощник закрыл дверь, машина превратилась в маленькое, уединенное и охраняемое пространство. От матраса под ним и до запаха — все было ему знакомо. Любой актер, у которого плотный график, умеет засыпать в любое время и в любом месте. Жэнь Ифэй заснул, как только его голова коснулась подушки. Он свернулся калачиком, из-под одеяла виднелось лишь усталое лицо и рука с нарисованным шрамом. Вокруг его запястья была необычная красная нить, даже в темноте она все еще переливалась. — Фей, ты не спишь? Больше не спишь? В мирном сне назревала гроза. Жэнь Ифэй прыгнул вперед, его тело накренилось, и в следующую секунду он скатился с кровати, тяжело рухнув на землю. Ощущение гравийной почвы под пальцами, ветерок на коже и боль в позвонках ошеломили его. Кто звал меня? Что происходит? Перед его глазами мерцал свет, и в воздухе слабо пахло ароматическими свечами, совершенно внезапная смена обстановки напомнила ему о некоторых сценах, которые он не хотел вспоминать. Жэнь Ифэй покачал головой. Внезапно его рука коснулась чего-то твердого и гладкого, похожего на визитную карточку. Прежде чем он успел подумать о6 этом, на него упала тень, и он поднял голову. Это был молодой человек, его внешний вид нельзя было четко различить, когда он стоял спиной к свету. Ему было лет двадцать, он был одет в гражданский костюм Китайской Республики. Это было выцветшее, застегнутое на все пуговицы короткое пальто с заплатой на локте, что свидетельствовало о неблагополучии в хозяйстве. Этот костюм был не похож на подделку, подсознательно подумал Жэнь Ифэй. Однако все казалось неправильным, это никоим образом не напоминало съемку. В этот момент молодой человек посмотрел на него с изумлением. — Не может быть, разве ты не смелый? он улыбнулся и протянул руку, извиняясь, но с упрямством молодого человека, отказываясь склонить голову. Если это была игра, то это была, по крайней мере, роль второго плана высшего уровня. Губы Жэнь Ифэя пересохли, он медленно протянул одну руку, в то время как другая рука сжимала неизвестную карту, поворотом запястья он бесследно засунул ее в рукав. Он встал, стряхнул пыль со своего тела и обнаружил, что то, на чем он лежал раньше, было простой «маленькой кроватью», поставленной рядом на двух длинных ободранных скамейках, покрытых слоем цемента. Земля не была зацементирована и не была сделана из каменных плит, а была настоящей почвой с несколькими сорняками, растущими в расщелинах. Это неправильно. Сезон неправильный. Когда он лег спать, была еще зима, но теперь его тело было очень теплым. Не тепло от обогревателя, а влажное и неискусственное тепло. Он находился под навесом, на открытом месте. Дул прохладный ветерок, сдувая характерную летнюю жару. Вокруг его ушей свистели комары, но их не было видно. Казалось, ото всюду доносились звуки пения, сопровождаемые непознаваемым плачем. То, что он чувствовал, больше не было холодным и пустынным окружением. В воздухе пахло маслом и воском после зажженных свечей, насыщенным ароматом ароматических палочек и дымом амулетной бумаги. «Что именно…» Жэнь Ифэй посмотрел вдаль, его зрачки слегка сузились. Самое светлое место впереди — это фактически траурный зал, с висящими по обеим сторонам элегическими куплетами (скорбными стихами) и колыхающейся на ветру белой тканью. В темных местах ярко сияли огни — как глаза черной кошки, отражающие пламя костра. Похоронное бдение?! — Ты ведешь себя немного странно, — посмотрел на него молодой человек, его голос и улыбка потеряли свою теплоту. Он сделал шаг ближе, его лицо потрескалось, как земля, которой не хватало влаги, глядя на него без видимых белков глаз. Во взгляде было подозрение и вопрос. Жэнь Ифэй сдержал свой рефлекс отступить и скрыл слегка дрожащие руки. — Что странного? Ты меня напугал, — в этот момент Жэнь Ифэй успокоился. Он пытался говорить фамильярным и интимным тоном — Мне просто было неловко, что я упал. Потирая место, на которое он только что упал, он притворился спокойным и нахмурился, глядя на странное лицо: — Что ты говорил мне делать? Этот человек, похожий на грязную марионетку, внимательно изучал его, Жэнь Ифэй все еще выглядел расстроенным. Через несколько секунд он улыбнулся, его потрескавшееся лицо вернулось к своему первоначальному облику молодого человека, как прежде. — Лян просил позвать тебя Жэнь Ифэй знал, что первое препятствие пройдено, он скрутил руку и уставился на человека перед собой: — Тогда тебе не нужно меня пугать. Я повредил спину из-за этого, мне придется попросить тебя о компенсации медицинских расходов. Молодой человек не удержался и похлопал его по плечу: — Ты такой брезгливый, я право не знаю, почему ты нравишься старшим. 0, это похоже на подсказки, как на прослушиваниях, когда режиссеры выбирают роли. Жэнь Ифэй некоторое время держал его за руку и осторожно сказал: — Наверное, это потому, что я так хорошо выгляжу. Молодой человек фыркнул, он не мог ничего возразить, когда посмотрел на лицо Жэнь Ифэя, поэтому сердито толкнул его: — Иди, я немного посплю. Жэнь Ифэй почувствовал часть «своего» характера — это был характер подростка: — Подожди, ты не сказал, почему А-Лян искал меня. — В карты играть, — юноша сел на табуретку, повернулся спиной к траурному залу и размахивал руками, — не просить же тебя передвинуть вещи? Просто забудь об этом. После небольшого диалога он понял начало сюжета и примерное представление о персонаже, которого он играет: красивом, избалованном и брезгливом мальчике без заплат на одежде. Жэнь Ифэй поставил молодому человеку штамп «хороший парень» и сам пошел вперед. Посередине впереди находится зал, который сейчас использовался как траурный. Со стороны траурного зала временно построили бамбуковый сарай, где группа молодых людей играла в карты. Вероятно, это были ночные сторожа. Большинство скорбящих в траурном зале — это родственники и потомки покойного, и, вероятно, среди них был и А-Лян. — Лян, зачем ты меня искал? — Жэнь Ифэй закричал еще до того, как добрался до стола, подходя быстрыми шагами, он стал больше похож на личность из предоставленной ему информации. За игральным столом молодой человек с пробором посередине поднял голову и помахал ему: — Фей, сыграй со мной игру, ты всегда проигрываешь, когда играешь против А-Цзе. Молодой человек на противоположной стороне расстроился: — Брат Лян, ты не можете винить меня за это. Быть поставленным на место нехорошо. Молодёжь вокруг начала освистывать, все выглядело как обычная сцена всенощного бдения. Жэнь Ифэй подошел, и группа молодых людей повернулась, чтобы посмотреть на него. У всех были выбеленные лица, потрескавшиеся глаза, и щели на лице, которые выглядели так словно в них было что-то спрятано и это что-то видело его на сквозь. Это ощущение могло вызвать мурашки по коже у любого. Жэнь Ифэй закрыл глаза, пытаясь на секунду расслабиться. Это было слишком возбуждающе. Когда он снова открыл их, лица наложились на суровое лицо самого требовательного человека в кругу, у которого были острые глаза, и он был одновременно дотошным и строгим. Трудно было сказать, что было страшнее — проще говоря, это было знакомое чувство, поэтому он успокоился. — Я еще не протрезвел, подожди, пока я проснусь, тогда я сражусь с ними, — сказал он, естественно втиснувшись рядом с А-Ляном. Ночные сторожа вокруг него решительно поддержали эту идею свистом. Когда остальные услышали этот звук, все они повернули головы, чтобы посмотреть, только чтобы обнаружить, что это была просто группа молодых людей, играющих в карты, прежде чем вернуться к своим делам. — Все в порядке, если проиграешь в этом раунде, то можешь поменяться партнером. Сказал Лян, вытягивая карты. Жэнь Ифэй взглянул на него и подумал, что, если он проиграет, он действительно не сможет винить противника. Если он кого и винит, так это свои вонючие руки. Что это за бредовые карты? Все внимательно смотрели на свои карты. Он посмотрел влево и вправо, осторожно повернулся половиной своего тела, чтобы образовать угол с бамбуковым навесом позади него, и быстро вытащил пальцами неизвестную карту из рукава. Это была прямоугольная карта. Она была очень похожа на волшебные и игровые карты, продаваемые у школьных ворот, и используемые для обмана детей. Обратная сторона карты была черной, как коробчатый гроб. Спереди было пусто. После того, как его пальцы коснулись поверхности, на ней ненадолго появилась строка текста из розового золота. [Один из игроков — убийца, найдите его или выживите семь дней] [Идентификация: Игрок] [роль: Ночной сторож] [Ключевые слова: Счастливых похороны] [Участников: 9]