Фансервис

      Хёнджин всю тренировку ждал, пока сможет поговорить с Ликсом. В ожидании всё длилось как будто вечность, каждое повторение или отработка движений повышали агрессию внутри. Что вообще возомнил этот мальчишка? С чего он взял, что может так похабно вести себя? Неужели нельзя быть более скрытным? Ему хотелось высказать всё в лицо, чтобы тот понял свою ошибку, но и ссориться с другом из-за этого не хотел. — Тренировка окончена, все свободны! — Минхо посмотрел на уставших друзей, а после взял Джи за руку и пошёл на выход. За ним последовали и остальные, только Хёнджин и Ликс остались. — Есть что сказать? — начал Джин. — А должно что-то быть? Это ты должен объяснить какого хуя творишь! — практически рычал блондин. — А что я? Я всего лишь забочусь о том, чтобы у кое-кого не было проблем из-за постоянных «похождений». — Тебе вообще должно быть всё равно! Не лезь, куда не просят, — он начал подходить всё ближе и ближе, пока спина Хёнджина не уперлась в зеркало, — или сам хочешь побывать на месте девчонок? — Много берёшь на себя! — Он одним движением поменял их местами, просовывая коленку между бёдер Ликса. — Думаешь, что можешь вести себя так и говорить со старшим? — Буду говорить так, как захочу, действовать, как захочется, ты мне никто! — процедил младший в самые губы Джина.       Хёнджина очень злило такое поведение друга. Какого чёрта он так себя ведёт? Он чувствовал чужое дыхание на своих губах. Их полные раздражения глаза пересеклись. Чужие губы встретились с его: сразу же проникая языком в рот. Феликс не сдерживал гнев даже в поцелуе, кусая губы, а после зализывая ранки. Руки Джина спустились на крепкую талию, сжимая и придвигая ближе к себе. Их языки сплетались, а руки блуждали по телам друг друга. Хёнджин поцелуями спустился к шее, целуя нежную кожу. Он чувствовал, как тело в его руках напряглось, с губ сорвался тихий стон, который пустил разряд возбуждения по телу старшего. Их губы вновь соединились. Джин кусал губы младшего, слизывая выступающую кровь. Они совсем забылись, падая на пол. Хван прижал Ликса к паркету, переходя на шею, добавляя нежности. Внезапно его кто-то взял за шею и оттащил от Феликса. — Вы совсем охренели? Так и знал, что ты добьёшься своего, Ёнбок!       Перед ними стоял очень злой Чанбин, а из-за его спины выглядывал взволнованный Сынмин. Джин ничего не понимал! Он встал на ноги и поправил одежду и только после этого понял одну вещь. Старший злится не на него, а на Ли. — Хён, это не твоего ума дело! — вдруг ощетинился Ликс. — А я думаю моего! Развлекайся с кем хочешь, но зачем переходить на мемберов? Мы с Крисом тебя уже предупреждали! Когда ты ко мне лез — я молчал, когда ты полез к Хану — Лино тебе тоже ничего не сделал, но это уже слишком! — повысил голос Двекки. — Хён, он и сам не против, он сам меня поцеловал.       После этого Феликс гордой походкой удалился из зала в коридор, а Чанбин переключил внимание на Джина. — Ты о чём думал? Ты понимаешь, что он специально провоцирует тебя? Ты же старше его! Хёнджин, ты должен думать головой, а не другим местом!       Стыд залил щёки. Хван развернулся и молча вышел. Ему было не по себе. Его развели как пятилетку. Было больно, в груди сердце колотилось как бешеное, начало подташнивать. Он быстро шёл по коридору, потом перешёл на бег. Как оказался на стоянке и сам не знал. Почему-то рядом оказался Джисон и впихнул его в машину. Дорога была как во сне. Хотелось плакать. В общежитии Хан довёл его до комнаты, усадил на постель и прижал к себе. Джин упрямо не хотел плакать, ведь он большой мальчик, ему уже двадцать три. Против воли слёзы покатились по щекам, и он всхлипнул. — Может, поделишься? — спросил Джи. Хван отрицательно помотал головой. — Эй, кто, как не я, тебя поймёт? Тебе же нравится Феликс!       Хёнджин оторвался от младшего и посмотрел в его тёмные глаза. Хан внимательно смотрел на него, не опуская взгляда, и покусывал губу, ёрзая от нервозности. Немного подумав, он кивнул. — Я просто боюсь, что потеряю друга. Для меня это уже давно больше, чем фансервис, — пожаловался Хёнджин. — Боже, Джини! И как давно ты его любишь? — надул щёчки младший. — С «лабиринта». — Ты понимаешь, что это просто невозможно! Это же четыре года прошло! Хёнджин, ты пробовал поговорить с ним? — Пробовал! Это закончилось укусами и поцелуями, — грустно улыбнулся Хван. — Пригласи его куда-нибудь, — предложил Джисон. — Куда? Мы же никуда выйти даже не можем! У нас камбэк через шесть недель. Мы постоянно на виду. — Ты прав. Я не подумал. Я подумаю, как вам помочь. _____________________________       После разговора с Хваном, Джисон вернулся в студию к Крису. Они уже готовили лирику к следующему альбому. Это была обычная практика. Пока голова пуста и только идёт отработка хореографии, есть время для полета фантазии. Несколько набросков у него уже было готово, а вот один трек никак не получался и нужна была помощь старшего. Лидер встретил его хмурым взглядом и сел за пульт, уставившись в монитор. Рядом выстроилась целая батарея пустых стаканчиков из-под кофе, а в мусорном ведре покоилась смятая пачка рамёна. Опять не спал всю ночь. — Хён, может, ты отдохнёшь? С треком мы и завтра поработаем. Мы ещё даже до этого камбэка не дожили, — попробовал Хан проявить заботу.       Джи и сам иногда засиживался допоздна, если слог ложился и биты писались. Но на плечах Чана лежала большая ответственность. Он, как самый старший, старался всегда помогать своим мемберам. Он заботился о них как папа, ведь большая часть группы была в совсем нежном возрасте, когда вошла в состав. Он привык, что должен приглядывать за всеми. И конечно, старшие мемберы старались разделять его ответственность на всех. Джисон, входящий в состав продюсерской группы, чувствовал, что должен заботиться о старших. И именно Крис вызывал опасения. Перед самым камбэком этот парень разрывался между своими обязанностями и зачастую забывал про сон и еду. Сейчас, судя по тёмным кругам и взъерошенным волосам, Бан не спал нормально несколько дней. Джи уверенно подошёл к старшему, отобрал мышку, сохранил проект и закрыл крышку ноутбука. — Хан, что ты делаешь? — слабо сопротивляясь, поинтересовался Крис. — С тебя на сегодня хватит! — твёрдо сказал Джисон, набирая сообщение Минхо.       Джисон знал, что его танцор находится в танцевальной студии двумя этажами ниже и должен быстро прийти. — Джисон, мне ещё девчонкам с NMIXX трек нужно доделать. У нас запись через два дня. И тренировка сегодня с Минхо. — Тренировка вечером и сегодня тоже без тебя. Сейчас ты покушаешь и поспишь, хён. — Джисон, это не смешно уже! — Правильно, не смешно. Поднимай свою задницу, хён, — сказал Лино, войдя в студию. — И без вопросов.       Джисон и Минхо увезли старшего в общежитие, накормили и уложили в постель. После этого они вышли на улицу и прогулочным шагом дошли до дома младших. Джи утянул его в спальню, где они снимали одежду, понимая без слов нужду друг друга. Когда шла подготовка к камбэку, у них не было времени на близость. Они спали, где придётся, ели, что получится. И сейчас по полной воспользуются выпавшей возможностью. Джи ласкал своего старшего, позволяя больше, чем положено, закусывая ладонь, чтобы заглушить стоны. Около сорока минут Лино терзал его тело, вбивая в матрас кровати. Закончив, после душа они оделись и сели на кухне. Минхо разогрел обед и налил чай. — Как думаешь, нас неслучайно поставили в пару на фансервис? — задумчиво спросил старший. — Не знаю, хён. Но я счастлив, что когда-то взял тебя за руку. Ты же теперь жить без меня не можешь! — улыбаясь, сказал Джисон. — Самоуверенный засранец! — Но весь твой! ________________________________       Феликс устал. Он лёг на паркет и теперь пялился на двигающегося в стороне Хёнджина. Почему его жизнь катится куда-то в жопу? Он перебирает всё больше и больше вариантов, но удовлетворение никак не приходит. На днях у него был жёсткий разговор с Джисоном, и теперь было над чем задуматься. Может и правда стоит уже остановиться на череде любовников? Почему Хван тогда так странно отреагировал на их поцелуй? Что не так с его старшим?       Между ними установились дружеские отношения как-то сразу, с самого начала. Джин спокойно учил его корейскому и терпеливо поправлял, когда Ликс косячил в произношении или путал слова. Старший вообще относился к нему как-то по-тёплому, заботился и помогал, за что Феликс зачастую выхватывал ревностные взгляды от Уджина и Криса. Нет, нужно выкинуть всё из головы! На всю эту ерунду сейчас просто нет времени. ___________________________________       Хёнджин шёл по дороге, натянув пониже капюшон. До общежития оставалось всего пару шагов. Внезапно путь преградили Джи и Минхо. Они молча запихнули его в машину Ли на заднее сидение. Парочка уселась на передние, авто тронулось с места. Минсоны общались между собой, не обращая на него никакого внимания. Что происходит? Его похитили? Путь занял примерно минут двадцать. Минхо припарковался у закрытого клуба, где поздоровался с охраной и утянул обоих младших за собой. Внутри очаровательная девушка с рацией в руках провела их в закрытую кабинку на втором этаже и усадила за стол. Тут же им принесли меню. Хван тупо пялился на картинки и строчки, ничего не понимая. — Джини, ты уже определился? — весело спросил Минхо. — Может, объясните мне наконец, что происходит? — попросил Хёнджин. — А разве не видно? Мы приехали в клуб. Отдыхаем, расслабляемся, — объяснил Хан. — Джисон, я устал. — Вот и отдыхай!       Пока ждали заказ, тема разговора плавно перетекла на отношения и чувства. — Хёнджин, а кто твой идеальный тип? Нравится кто-то? Девушка или парень? — вдруг спросил Минхо. — Хён, хватит издеваться! Ведь знаешь, что мне Феликс нравится! — вспылил Хван. — А кроме? — Пойми, Джини, не нужно зацикливаться на одном парне! — спокойно сказал Джисон. — Хан, что ты хочешь этим сказать? — Только то, что уже сказал. — Я хочу с ним так же, как у вас с Минхо! — воскликнул Джин. — Просто Феликс не тот, с кем можно так, как у нас. Он не такой, — сказал Ли. — Я попробую это исправить. Я хочу с ним всё испытать. — Ты просто впустую потратишь время, — покачал головой Джисон. — Это моё дело! — твёрдо сказал Хван и вскочил на ноги.       Он вылетел из клуба и прыгнул в стоявшее около входа такси. Он злился. Конечно, он понимал друзей. Они беспокоились о нём. Но иногда переходили границы личного. Хёнджин не мог их винить за это. Такси привезло его к общежитию. Он расплатился с водителем и поднялся наверх. Больше всего на свете он хотел в душ и спать. Завтра будет тяжёлый день: с самого утра тренировка, потом съёмка, очередная примерка аутфитов, потом опять тренировка. Как вообще дожить до начала июня? Нервов уже просто не хватало, терпение было на пределе. А тут ещё ситуация с этим грубым поцелуем вывела из равновесия и не давала покоя. Джин решил всё спустить на тормозах.       Спустя неделю Хван понял, что так просто уже не выдерживает. Быть рядом с Феликсом он не может. Первым заметил его отстранённость Крис. Конечно, папа группы внимателен как никогда. После тренировок Чан утаскивал его в студию, где пытался отвлечь от плохих мыслей, настраивая на камбэк. Однажды их застал Чонин, который потом подкараулил его в их общежитии. Кажется, макнэ был очень зол. Он увёл его в спальню и толкнул к стене. Хван не мог понять, чем вызвал агрессию у младшего. — Что между вами с Чаном, хён? — спросил Чонин. — В смысле? — опешил Хёнджин. — Да без смысла! Ты ошиваешься с Крисом уже неделю, и Феликс ещё этот лезет к хёну. Вы все сговорились? — вышел из себя макнэ. — Йени, послушай меня! Я не имею видов на Чана. Мне нравится Ликс. А Крис просто помогает мне разобраться, — терпеливо сказал Хван. — А Феликс тогда чего к нему постоянно подсаживается? — Этого я не знаю. У него и спроси! — внезапно агрессивно отреагировал Джин, оттолкнув от себя Яна. — Боже! Да я устал уже отгонять всех этих жадных парней от него! Он мой! — всхлипнул Чонин и опустился на пол, сползая по стене.       Джину стало жалко мелкого. Он опустился рядом. — Ты любишь Криса? — дошло наконец до Хвана. — Да. Но не просто люблю, я сплю с ним и никому отдавать не собираюсь! — Вот это вы партизаны! Йёни, я не имею никаких видов на Чана. Поверь мне! — Да верю! — безнадёжно махнул рукой Ян. — Просто не понимаю, почему к нему они все липнут. — Потому что он красивый, богатый и известный парень двадцати пяти лет. — Но ведь это неправильно! — Ну вот так!       Они ещё немного поговорили, и Чонин ушёл, а Джин попробовал взять себя в руки. Десятки минут медитации так и не помогли. Он был просто в полном раздрае. Как же теперь ему дальше тренироваться рядом с Феликсом? Отбросив всё ненужное, парень поднялся на ноги и решил принять душ. Голова ничего не соображала. Он прошёл за стеклянную перегородку и включил воду. Ледяной поток хлынул на голову, тело покрылось мурашками. Хёнджин закрыл глаза и подставил лицо под град капель. — Развлекаешься? — вырвал его из мыслей глубокий хриплый голос.       Хван открыл глаза и увидел перед собой раздевающегося Феликса. Что за чёрт? — Ёнбок, что ты творишь? — А на что похоже? — Ты сошёл с ума?       Феликс разделся донага и вошёл под поток воды. Скорчив мордашку, он сделал воду потеплее, а после посмотрел ему прямо в глаза. Младший подошёл ближе, его маленькие ладошки заскользили по груди Джина. Тело тут же отреагировало на касания: член дёрнулся, отголоски возбуждения прокатились под кожей. Было так приятно, и это будоражило его желание, хотя мозг отчаянно цеплялся за остатки адекватности. Ликс прильнул к его груди и впился в губы, разрушая все границы.