Свалка

После взрыва цистерны прошли почти сутки, но на его месте все еще едко воняло гарью. Заряд был довольно мощный, а позже свое дело сделал огонь — вокруг развалин по земле полз черный выжженный круг, растущие рядом кусты превратились в обугленные прутья. Никто так и не понял, где Доктор достал столько взрывчатки, и куда делся после. Как сквозь землю провалился. Шан сглотнул горечь от лежащей под языком таблетки и ткнул носком ботинка почерневшую кучу досок. Бесполезно. Они пришли на руины, чтобы отыскать что-нибудь полезное, что могло уцелеть при взрыве, но их опередили. Оплавленные стеллажи лежали не так, как раньше, местами на земле виднелись борозды, как будто по ней тащили что-то тяжелое, а внимательный взгляд Шана различал на остывшей золе отпечатки чужих ног. Рыжий и его люди успели поживиться. Шан настороженно огляделся, пересчитал своих. Близнецы, Гаум, Ирис… А где?.. Сердце тревожно пропустило удар, но краем глаза Шан уже увидел Арчи, одиноко стоящего в стороне. Все на месте. Только вот с Арчи что-то не то. Он даже не пытался подойти к остаткам цистерны и что-нибудь в них найти — так и стоял, до хруста сцепив руки и тоскливо глядя перед собой. Воплощенное чувство вины. Еще и осунулся, как будто плохо спал. Опять кошмар? Шан не успел отвести глаза, как Арчи вздрогнул, будто почувствовал, что на него смотрят, и встретился с ним взглядом. Робко улыбнулся, и от этого его лицо посветлело, словно в маленькой лампочке прибавили яркости. Шан едва заметно дернул уголком рта, надеясь, что это сойдет за ответную улыбку. Сил улыбнуться по-настоящему у него не было. Арчи подошел ближе, на секунду замялся перед тем, как опустить ногу на черную обгоревшую землю. — Все хорошо? — спросил он. Шан кивнул, опять чувствуя на языке знакомую горечь и незаметно разглядывая Арчи. Действительно, похудел, резче обозначились скулы. Стоило бы задать тот же вопрос ему, или даже не задавать, а сразу утащить из этого царства ржавой ядовитой воды, в какую-нибудь светлую чистую комнату, где он не будет просыпаться от кошмаров. Дать выспаться, отмокнуть в ванне, нормально поесть, проветрить эту вечно загруженную голову в парке или поставить какой-нибудь легкий фильм… И так, пока не пропадет это затравленное выражение из глаз. — Как думаешь, Жук все еще где-то здесь? Шан тряхнул головой, поняв, что слишком глубоко ушел в свои мысли. — Вряд ли. Ему больше нечем здесь поживиться, так что он, скорее всего, сбежал наружу. Если не потонул в каком-нибудь болоте ночью. Лицо Арчи болезненно дрогнуло, и Шан добавил: — За него точно не стоит переживать — такое не тонет. К тому же, Жук всегда мог уйти. На Свалке его держала только жадность. Арчи никак не отреагировал, только по-прежнему странно вглядывался в лицо Шана, как будто искал что-то. Неожиданно Шан поймал себя на том, что ему тяжело выдерживать этот взгляд и опустил глаза на когда-то белые кеды Арчи. Теперь они посерели и потеряли свой вид, как будто им передалась усталость хозяина. Несмотря на холод, Арчи подвернул джинсы, чтобы не запачкать их тоже, и над кедами торчали беззащитно-тонкие щиколотки. Взгляд Шана ненадолго задержался там, где выпуклая косточка натягивала кожу. Рядом что-то хрустнуло, и рука Шана автоматически метнулась к пистолету. Он редко брал его с собой, да и патронов почти не осталось, но в последнее время нехорошее предчувствие заставляло таскать оружие при себе. Нет, это всего лишь Ирис. Она отвлеклась от ковыряния в обломках и теперь просто смотрела в сторону серебристых зарослей, уже начинающих терять листья — за ними лежал котлован Сломанных. Ирис провела испачканной ладонью по лицу, и на бледной щеке осталась темная полоска сажи. Арчи тоже заметил этот взгляд и снова потускнел. — Что теперь с ними будет? — тихо спросил он. — Без «Росы». — Я не знаю, — признался Шан. — Не знаю. О том, что будет со Сломанными, он сам думал в последнюю очередь. Знай Арчи больше — задал бы вопрос по-другому. «Что будет со всеми нами?». «Ты даже не представляешь, насколько тут все разваливается» — подумал Шан, но вслух ничего не сказал. Ему очень хотелось найти для Арчи что-нибудь хорошее, лишь бы он не смотрел побитым щенком, но ничего не получалось. Херовый из него сегодня утешитель. Кто-то предостерегающе вскрикнул, и Шан стремительно развернулся на звук, тут же находя взглядом его причину. На верхушке ближайшего холма темнели две фигуры. Чужие. Рядом тут же оказались Гаум и близнецы. Фигуры — одна маленькая и юркая, вторая широкая, как шкаф, — помаячили на холме еще немного, словно принюхиваясь, и скрылись за гребнем. — Сворачиваемся! — скомандовал Гаум. Шан недовольно поморщился — зачем так орать, если все под боком? Он почувствовал осторожное прикосновение к рукаву куртки, и запоздало понял, что Арчи все еще держится рядом. — Это те самые, да? В смысле, местные… бандиты. — Именно. Не знаю, зачем они вернулись, но эти двое могут привести остальных, а нас слишком мало. Уходим. Шан поправил на плечах пустой рюкзак, но Арчи как будто его не услышал. Он медленно оглядел обугленные остатки цистерны, блеклую землю с редкой щетиной травы и торчащими кое-где кустами, и вдруг его губы скривились в неожиданно горькой усмешке, совсем не подходящей к мягким чертам лица. — Я не понимаю… — Арчи растерянно оглянулся на Шана. — Вы враждуете, но здесь… Здесь же нечего делить! Арчи явно имел в виду не развалины, на которых они стояли, а всю Свалку в целом. Смотрел он жалобно и одновременно требовательно, так, что Шан почувствовал себя последним мудаком за то, что у него не было ответа на этот вопрос. Не было вообще никаких ответов. — Идем, — сухо сказал Шан. — Ты вряд ли захочешь спросить об этом лично, если они придут сюда.

***

Шан ввалился в пустую комнату для стирки, с грохотом захлопнул дверь, скинул ботинки, содрал с плеч куртку. В позвоночник будто ввинчивалась раскаленная игла. Не найдут, здесь не найдут. Он со всей силы ударил кулаком по стене, отвлекая себя, что-то хрустнуло — то ли плитка, то ли пальцы. Боли в ссаженных костяшках он не почувствовал — слишком сильна была та, что грызла спину и плечи. На сколько еще его хватит? Шан втянул воздух сквозь сжатые зубы. Вдох, выдох… Нужно как-то снять спазм. Он осторожно завел руку за спину, но плечо прострелило так, что перед глазами вспыхнули цветные круги. Шан сдавленно зарычал и уткнулся лбом в холодный кафель. — Шан? Арчи появился как всегда внезапно и как всегда не вовремя. Осекся, заметив стиснутые зубы и брошенную на пол одежду. —С тобой все в порядке? Не выкручивай у Шана каждую мышцу, он бы рассмеялся от нелепости вопроса. Слишком очевидно было, что нет, нет, нихера не в порядке. Шан только помотал головой, так, что волосы хлестнули его по щекам. За те пару секунд, что он смотрел на Арчи, у того на лице промелькнул целый спектр эмоций: недоумение, страх, сомнение, решимость. — Тише, я сейчас… Арчи подбежал к нему, и скрылся из виду за спиной — обернуться и посмотреть, что он там делает, Шан не мог. Он закусил ребро ладони, как кляп, чтобы позорно не заскулить. Во рту стало солоно. И вдруг боль ушла. От облегчения у Шана подогнулись колени, но он удержался на ватных ногах, упираясь руками в стену. До сознания не сразу дошло, что изменилось, но тело внезапно стало чувствовать что-то кроме боли. Запах сырости. Прохладу пола, холодящего босые ноги. Яркость света. Тепло чужих рук на плечах. — Потерпи немного, — раздался голос Арчи. — Это должно сработать. Только руки нечем смазать. Арчи промял ему плечи и лопатки, затем спустился ниже, провел ладонями от поясницы вверх. Нажал какую-то точку на позвоночнике, и от этого места вверх и вниз побежали горячие колкие искры. Шан прикрыл глаза, чувствуя, как одна за другой размягчаются мышцы, как оставленное на солнце масло. Ему казалось, что он покачивается и плывет куда-то вместе со стеной, в которую все еще упирался ладонями. Арчи надавил на ямку на пояснице, и Шан вздрогнул, но уже не от боли. Запоздало пришла мысль о том, что надо что-то сделать — остановить Арчи, или отстраниться самому, или развернуться уже лицом и… Разомлевшее сознание думало со скоростью улитки. Пальцы Арчи щекотно пробежали по ребрам — вверх, вниз — и сзади послышался шорох, как будто он отступил на пару шагов. — Вроде все, — голос Арчи звучал сдавленно, как будто принадлежал не ему. — Я пойду, пожалуй… Что-то было не так. В словах и голосе Арчи, как в расстроенной гитаре, звучала фальшь. Шан медленно обернулся, боясь лишним движением снова вызвать приступ. Арчи смотрел в пол и медленно пятился к двери. Губы у него сжались в тонкую линию, а по скулам расплывались красные пятна, словно ему влепили пару пощечин. Руки нервно сжимали край и без того растянутой футболки, натягивая его еще ниже. Взгляд Шана опустился на стиснутые пальцы Арчи. Было несложно догадаться, что именно он хотел скрыть — румянец и учащенное дыхание выдавали Арчи с головой. Так. Это уже интересно. Дурацкий вопрос «ты в порядке?» напрашивался сам собой, но задать его Шан не успел. Арчи вылетел за дверь, так и не взглянув на него. Шан стянул с себя майку, которую Арчи закатал ему до самых плеч, и, не глядя, отбросил ее в сторону. Он прислонился спиной к стене и сполз на пол, наслаждаясь отсутствием боли. Старая щербатая плитка приятно холодила разогретую кожу, все мышцы как будто дышали. Шан прикрыл глаза, мысленно отсчитывая секунды. В конце концов, нужно дать человеку спрятаться, прежде чем идти его искать. Заходить к себе в комнату Шан даже не стал, уверенный, что Арчи там нет, и сразу пошел к выходу из убежища. Он знал только одно место, куда тот уходил прятаться, совсем как ребенок, который верит в силу своего укрытия и раз за разом бежит туда от невзгод. И оказался прав. Арчи стоял к нему спиной, на ровной и утоптанной «крыше» убежища, а ветер безжалостно дергал его за одежду. Шан пожалел, что оставил куртку валяться на полу внутри — сам он почти никогда не мерз, но прикрыть Арчи все же стоило. — Я… Я хочу побыть один! — Арчи ссутулился и на спине под футболкой остро выступили лопатки. — Давай не сейчас. Коротко и ясно. В другое время Шан бы оставил его в покое, но сейчас что-то не давало ему развернуться и уйти. — Я просто хотел сказать спасибо, — Шан сделал пару шагов, но тут же остановился, заметив, что Арчи сдвинулся на самый край. — И, если нужно… Ты можешь мне рассказать. Я не стану приставать с вопросами и точно не буду трепаться. Ему самому было важно услышать это тогда, лет пятнадцать назад. «С тобой все в порядке». «Мы можем поговорить». Может, теперь пришло время отдавать долги? Ощущение недосказанности вилось вокруг, как назойливый сквозняк. Голос Арчи догнал Шана, когда он уже повернул назад: — Правда, помогло? — Конечно, — Шан удивленно обернулся. — Ты же сам видел, как меня… — Значит, все не зря, — в голосе Арчи слабо затеплилась улыбка. Шан лежал на своей койке, прикрыв глаза локтем от света, но при первом же скрипе двери отнял руку и посмотрел на Арчи. — Давно это началось? — с порога начал тот. «С тобой или со мной?» чуть не вырвалось у Шана, но он вовремя прикусил язык. Кажется, сейчас была не его очередь задавать вопросы. Смысла в отговорках он тоже не видел. — Пару лет назад, — признался Шан. — Но так хреново где-то последние полгода. — Все плохо? Шан кивнул, удивляясь, когда это Арчи научился спрашивать так, что это звучало не вопросом, а утверждением. И когда успел так хорошо его изучить. — Ну, иногда по утрам мне приходится думать, смогу ли я встать, — сказал Шан и тут же добавил: — Иногда. Все не так страшно. Звучало как жалкая попытка обмануть самого себя — это и была она. Судя по дрогнувшему лицу, это понял даже Арчи. — Но почему ты просто не расскажешь и?.. Арчи потерял всю напускную строгость, лицо сложилось в жалобную гримасу непонимания. Он опустился прямо на пол и обнял колени руками. Шан подавил желание поднять его с холодного бетона. — Нас в убежище всего двое осталось. Тех, кто может уходить. — Знаю, — кивнул Арчи. — Но ведь еще есть я… — И ты, — согласился Шан. — Только ты рано или поздно вернешься к себе домой, и все станет по-прежнему. От этого напоминания комната будто стала темнее и меньше. — Знает только Гаум, — вздохнул Шан. — Теперь еще и ты. Кажется, он зря сказал про Гаума — глаза Арчи удивленно округлились, и даже дыхание чуть-чуть сбилось, как будто этой короткой фразой его ткнули в грудь. — Подожди, он знает и продолжает тебя… использовать? Последнее слово неприятно резануло слух, и Шан поморщился. Он сел, стараясь не вызвать новый приступ неосторожным движением, но тело двигалось легко и послушно, как будто не у него каких-то полчаса назад темнело в глазах от боли. — У Гаума нет выбора. Зебра мертв, Клиф не справится один — остался только я. Теперь, когда Жук сбежал, все еще сложнее. И не думай, что Гаум меня заставляет или что-то в этом роде, — Шан горько усмехнулся. — Я сам вызвался. А теперь слишком поздно поворачивать назад. По лицу Арчи было видно, что до него дошла вся картина, и Шану на секунду стало его почти жаль. Система, которая казалось такой устойчивой, обернулась карточным домиком — неприятнее этого было только понимание, что он и есть та карта, на которой все держится. — Помнишь, я рассказывал тебе, как пытался вытащить Ирис со Свалки? — спросил Шан. — Я ведь искал кого-то, кто сможет меня заменить. — И не нашел, — закончил за него Арчи. — Подожди… Так таблетки все-таки брал… — Не я. — Шан выдвинул ящик тумбочки и достал из глубины начатую пачку обезбола. — У меня свои. Согласись, было бы глупо, скрывая проблемы со спиной, приносить сюда таблетки и самому же их выпивать в таком количестве. Арчи кивнул, глядя куда-то в сторону с отсутствующим видом, и Шан снова подумал, что пол, на котором он сидит, должно быть очень холодный. — Так странно — я даже подумать не мог, что у тебя что-то болит, — Арчи невесело усмехнулся. — Ты же такой… Арчи покусал губы — явно раздумывал, стоит ли ему говорить. Шан в очередной раз отметил, какое все-таки удивительное у него лицо — как раскрытая книга. На нем сразу отражалась любая эмоция, любая мысль — не спрячешь, даже если захочешь. — Такой сильный, — решился Арчи. — Уверенный, независимый. Всегда знаешь, что делать. — Я рад, что ты меня таким считаешь. На лицо Арчи набежала тень — опять ушел в свои невеселые мысли — и Шан спросил, больше для того, чтобы его отвлечь: — Кстати, где ты такому научился? — он пошевелил пальцами, изображая массаж. — Это же магия какая-то. Арчи смущенно улыбнулся — уловка сработала. —Вообще, это было довольно рискованно. Ну, так делать во время обострения… А научился на курсах — нам предложили от университета. Я выбрал массаж — думал, что смогу им подрабатывать. Но… В общем, не сложилось. — Почему? — Не смог, — Арчи опустил глаза, как будто его в чем-то обвинили. — С чужими совсем людьми, их касаться и вообще… Арчи едва заметно передернуло, и Шан попытался вспомнить, было ли что-то такое, когда Арчи массировал ему спину. Хотя, судя по его реакции сразу после… Тело не умеет врать. Конечно, он мог себя просто пересилить, но то ли сознание Шана в тот момент так путалось от боли, то ли не было в прикосновениях и в голосе Арчи неприязни или еще чего похуже. Брезгливости. Отвращения. Слово «чужие» Шан тоже отметил — значит, он в их число не входил. Он не сразу понял, что Арчи снова задумчиво смотрит на него, кусая губы. Шан подался вперед, пытаясь понять, что сейчас отразилось в его взгляде. Лишь бы не жалость… Ему не нужна ничья жалость уже много лет. Но в серо-синих, всегда чуть удивленных глазах Арчи, Шан прочитал совсем другое. Понимание. Грусть. Страх. И что-то еще, неуловимое и непонятное. Как в ту ночь с кошмаром, когда Арчи попросил его не уходить. Сейчас было самое время вернуться к тому, что между ними произошло, но Шан уже сказал все, что мог. Он предложил честность. Принимать ее или нет — решать Арчи. Мысли снова вернулись к непростому будущему, которое надвигалось на убежище. Шан помолчал, перекатывая в голове тяжелые, почти неподъемные слова. Он стал тонкой нитью, связывающей убежище с остальным миром, сам приучил остальных полагаться на него. Как, глядя им в глаза, сказать «Простите, ребята, я так больше не могу»? И как объяснить все это Арчи? — Не рассказывай никому, — наконец попросил он. — Всем и без того страшно. Арчи ненадолго задумался, прежде чем ответить. — Давай так… Я никому ничего не говорю, а ты хотя бы осторожнее становишься. Не знаю… Брать меньший вес, чаще останавливаться… И на первой же ходке в город идешь к врачу, — торопливо добавил он. — Условия ставишь? — Да. Это было неожиданно, но приятно — снять ответственность, как тяжелый рюкзак, и не принимать решение самому. Шан взвесил все «за» и «против». — К врачу — нет. Точнее, не сейчас… Давай сперва разберемся со всем этим, — Шан неопределенно махнул рукой, имея в виду и туман, и пропажу таблеток, и много другого, включая самого Арчи. — А потом уже решим, что делать со мной. Он сказал «решим?». Глупости — это только его проблема. Но вместо того, чтобы возразить, Арчи слабо улыбнулся в ответ. — Обещаешь? — Обещаю. В позе Арчи как будто стало меньше напряжения, чуть расслабились плечи. — Договорились. Ты не думай, что я заставляю, просто… я за тебя волнуюсь. Последние слова он еле слышно выдохнул, так что могло показаться, что их не было вовсе. Но Шан услышал.