Драко Малфой и дневник Темного Лорда

Их первая неделя занятий была бы благословенно спокойной для Драко, если бы не три основных источника раздражения: первым был, что неудивительно, Гилдерой Локхарт, который, помимо того, что вёл самые ужасные уроки, на которых он когда-либо присутствовал (а у него была история магии два раза в неделю). Казалось, его главной целью были попытки разозлить Гарри до чертиков и, следовательно, и Драко, которому приходилось иметь дело с вечно взбешенным другом. Вторым источником был гриффиндорец-первокурсник по имени Колин Криви - маглорожденный мальчик, который поклонялся Гарри, как самому Мерлину, и принялся ходить за ним повсюду, как влюбленный щенок. Это могло бы даже позабавить Драко, если бы сталкерские наклонности малыша не урезали и без того драгоценные крохи времени, которые он мог проводить со своим другом между занятиями, домашними заданиями и раздельными жилыми помещениями. Он чувствовал, что у него неплохо получается не ныть о том, что он единственный приблудившийся слизеринец в группе гриффиндорцев и поэтому всегда немного вне компании, но он не собирался отказываться от своей доли внимания из-за надоедливого ребенка с камерой, который лучше подошел бы для стажировки в “Ведьмином досуге”, чем для школы для (в основном) здравомыслящих людей. Третьим источником раздражения или, возможно, «стресс» был более подходящим термином в данном случае — был надвигающийся дебют Драко в качестве члена команды Слизерина по квиддичу. К вечеру пятницы, когда Флинт сообщил ему, что на следующее утро ожидается его первая тренировка, он все еще не сообщил эту новость своим друзьям. Умом он понимал, что не может скрывать это от них вечно, но не мог не чувствовать, что принятие им этой должности было чем-то постыдным, что ставило его на один уровень с его отцом. — Знаешь, я не буду настаивать на той сделке, которую ты заключил с моим отцом, — ответил ему Драко в отчаянной попытке смягчить свою вину. - Если ты хочешь назначить пробы, я буду рад принять участие. — А какой в этом смысл? — спросил Флинт, глядя на него так, как будто не понимал его. - Если я не дам тебе место в команде, мне придется вернуть метлы, а это просто невозможно. Так что, тебе лучше не отлынивать, Малфой! — добавил он, прищурившись, глядя на Драко. - Я лично утоплю тебя в озере, если ты это сделаешь! Таким образом, Драко прекратил свои слабые протесты и смирился с необычной ситуацией, в которой он оказался - той, в которой его слизеринские амбиции кричали ему, чтобы он перестал жаловаться и рискнул сделать то, чем он хотел заняться еще до того, как пошел в школу; в то же время, как та его часть, которую перевернула его дружба с кем-то столь справедливым, как Гарри, заставляла его чувствовать, что он поступает неправильно и аморально. Он пытался себя утешить, что всегда мог бы выложиться по максимуму и доказать миру, что заслуживает этого места. Он хорошо летал. Даже блестяще, как он мог бы с гордостью заявить. Никто не смог бы опротестовать решение Флинта сделать его ловцом, как только увидит его на поле, не так ли? Тем не менее, он боялся того, как отреагируют его гриффиндорские друзья, насколько он их знал, на него за участие в такой мерзкой игре злоупотребления властью. Мысль о том, чтобы разочаровать Гарри, пугала его как ничто другое. Этой ночь он спал очень мало и, когда на следующее утро после завтрака он спустился на поле со своими товарищами по команде, он чувствовал себя немного разбитым. Однако его желудок сделал кульбит в тот момент, когда он заметил людей в воздухе, и, стараясь не казаться слишком очевидно надеющимся, он указал наверх: - Поле занято! Может быть, мы должны просто... — О, нет, — прервал его Флинт, улыбаясь так, что Драко совсем не понравилось. — У меня есть специальное разрешение от Снейпа, так как мне нужно тебя обучить. Вуду просто придется потесниться. — Вуд? — в ужасе повторил Драко. — Это Гриффиндор там, наверху? — Ага, — кивнул Флинт с немалым ликованием, что полностью расходилось с тем, что чувствовал Драко при мысли о том, что он будет тренироваться вместе с командой Гриффиндора. Гарри увидит его. И метлы он тоже увидит. И Драко ничего не мог сделать, чтобы остановить крушение поезда, несущегося на него. Драко потратил много времени, представляя, как новость о замысле его отца будет воспринята гриффиндорцами, но происходящее, определенно, было намного хуже, чем все, что он мог себе представить в своих самых смелых фантазиях. Вуд заорал на Флинта, как только увидел его и вся его команда последовала за ним на землю, чтобы выяснить источник прерывания их тренировки. Однако, они были не единственными, как заметил Драко с растущим беспокойством, когда к ним издалека двинулись Гермиона, Уизли и Криви, его печально известная камера весело щелкнула, как будто Драко нужна была фотография, чтобы запечатлеть этот момент. - Я забронировал поле! - Вуд возмущенно орал на Флинта. - Я забронировал его! —Ах, — сказал Флинт, гаденько улыбаясь. — Но у меня есть специально подписанная записка от профессора Снейпа. Он прочистил горло и резко поднес записку к лицу, прежде чем прочитать вслух. «Я, профессор С. Снейп, даю команде Слизерина разрешение тренироваться сегодня на поле для квиддича из-за необходимости тренировать их нового ловца». — У тебя появился новый ловец? — спросил Вуд, очевидно, застигнутый врасплох. — Кто? Драко зажмурился, чувствуя себя парализованным. Наступила оглушающая тишина и именно Гарри нарушил ее. — Драко? — спросил он с ошеломленным видом. Драко медленно открыл глаза и взглянул на Гарри. Вместо того, чтобы рассердиться, его взгляд не выражал никаких эмоций, как будто не мог понять связь между объявлением Флинта и присутствием Драко в группе игроков Слизерина. — Отец Драко любезно согласился спонсировать нашу команду, — радостно продолжил Флинт, держа метлу так, чтобы гриффиндорцам было легче разглядеть выгравированную на рукоятке торговую марку, - Посмотрите, какой щедрый подарок он нам сделал. Остальные последовали его примеру и показали гриффиндорцам свои новенькие Nimbus 2001 — все, кроме Драко, который чувствовал себя хуже с каждой минутой. Флинт продолжал разглагольствовать, хвастаясь своей новой метлой, а Гермиона, Уизли и Криви, наконец, добрались до них, спрашивая, что происходит. Но Драко не мог отвести взгляд от Гарри. Их взгляды все еще были прикованы друг к другу и Драко безмолвно умолял его понять. — Что происходит? — спросил Уизли. — Почему вы не играете? — Драко? - ахнула Гермиона. — Что ты здесь делаешь? Однако, прежде чем они успели ответить на какой-либо из их вопросов, Гарри подошел к нему. Он довольно бесстрашно растолкал игроков Слизерина, несмотря на то, что все они были значительно выше и крупнее его, и схватил Драко за запястье, оттаскивая его от толпы. Драко просто молча последовал за ним и он слышал, что Гермиона и Уизли идут за ними по пятам. Гарри остановился, когда они были вне предела слышимости от остальных и повернулся к Драко, подняв брови. - Объясни, — это все, что он сказал. — Отец спонсировал команду при условии, что я смогу играть в квиддич, — ответил Драко, его голос был безжизненным, так что он сам себя еле слышал. — И ты согласился?! — потребовал ответа Уизли, яростно набрасываясь на него. - Я пытался избежать этого! — неловко заметил Драко. - Но Флинт был непреклонен. Если я откажусь, это будет означать, что они вернут метлы, и он никогда не позволит мне жить спокойно, ты же знаешь, что не позволит! - Кого это волнует?! – огрызнулся Уизли. - С каких это пор тебя волнует, ненавидят тебя слизеринцы или нет?! - Это другое! - Драко запротестовал, вопросительно глядя на Гарри, молясь, чтобы тот понял. - О, да, черт возьми!- Уизли усмехнулся. - Это просто неудобно для тебя, потому что тебе нужно будет отказаться от места в команде! Мы все знаем, что ты всегда хотел играть! — Рон, — предупредила Гермиона. — Но это правда! — закричал Уизли. - Его не волнует, что его отец купил ему место в команде, пока он получает от этого выгоду! — Рон! — прошипела Гермиона, уже настойчивее. — Что?! — спросил Уизли, поворачиваясь к ней, его уши покраснели. - Я всегда говорил тебе, что он такой же, как его отец! — Нет!- воскликнул Драко и одновременно с ним Гарри громко сказал: — Заткнись, Рон! Они все посмотрели на Гарри, но тот смотрел на Драко, слегка нахмурившись. — Драко никогда не просил об этом, — пробормотал Гарри и, искоса посмотрев на то место, где Вуд все еще ругался с Флинтом, добавил: — И это правда, что слизеринцы превратят его жизнь в ад, если он отступит. Я видел, на что они способны в прошлом году, и лично я бы предпочел, чтобы Драко не пришлось проходить через это снова. Драко вздохнул, даже не подозревая до этого, что не дышал. - Значит, ты не ненавидишь меня? — спросил он, чувствуя себя довольно глупо. — Как будто я когда-нибудь возненавижу тебя после того, что мы вместе пережили в прошлом году, — Гарри закатил глаза. - Для того, кто всегда ругает мой интеллект, ты задаешь довольно глупые вопросы, знаешь ли. — Ругаю? — переспросил Драко с улыбкой. — Я с тобой тусуюсь. Гарри раздраженно посмотрел на него, но в нем не было злости. - Неужели я единственный, кого волнует, что это несправедливо?! — сердито воскликнул Уизли. — Никто не ставит под сомнение несправедливость поведения мистера Малфоя, Рон, — Гермиона довольно резко толкнула рыжего локтем. — Но я думаю, мы все можем согласиться с тем, что сыграем ему на руку, если из-за этого отвернёмся от Драко. Он хочет, чтобы мы перестали быть его друзьями, помнишь? Уизли что-то проворчал себе под нос, потирая ребра там, где его ткнул локоть Гермионы, но промолчал. — Точно, — решительно кивнул Гарри. - А теперь давай вернемся, прежде чем капитан моей команды не убил твоего, и возобновим тренировки. И я бы хотел поесть сегодня. Желательно до этой проклятой отработки у Локхарта. Драко улыбнулся, молча поблагодарив Гарри за то, что он просто был самим собой (в отличие от Уизли), и последовал за ним туда, где их товарищи по команде все еще орали друг на друга.

***

Все должно было быть тихо и даже весело после того, как это особое беспокойство было снято с плеч Драко - в конце концов, он наконец-то вернулся в школу со своими друзьями, и ему разрешили играть в квиддич (пусть и не с этими друзьями, но нищие не выбирают), и он тратил лишнее время, учась, как ботаник, которым он в тайне и был. Но после прошлого года Драко должен был понимать, что в Хогвартсе никогда не бывало всё так просто, особенно если ты дружишь с гриффиндорцами и, особенно, с Гарри Поттером. Было что-то в том, что Гарри услышал таинственный голос, бормочущий об убийстве, который никто, кроме него, не мог услышать, во время той отработки у Локхарта, которую ему пришлось пережить из-за их опрометчивого путешествия в Хогвартс. Это было пугающе, но Драко смог, приложив некоторые усилия, проигнорировать предвещаемые этим неприятности. В конце концов, тем вечером Гарри провел несколько часов в комнате с Локхартом. Драко, наверняка, на его месте сошел бы с ума на время. Все было хорошо. В ночь на Хэллоуин Хогвартс, однако, целенаправленно изо всех сил постарался намекнуть ему, что всё было совсем нехорошо. Вечер был странным и неприятным сам по себе - Гарри позволил себе втянуться в посещение жалкой вечеринки в честь Дня смерти гриффиндорского призрака, которая была жалкой не только потому, что праздновала смерть человека, но и потому, что они вернулись в Большой зал, чтобы посмотреть, осталась ли еще какая-нибудь еда, как Гарри снова услышал этот голос. А потом они наткнулись на миссис Норрис - что было бы еще менее приятно, чем вечеринка и в нормальных обстоятельствах, но тот факт, что она окаменела, как ни странно, на самом деле усугубил ситуацию. Потому что она буквально окаменела, а не просто окаменела от простого ужасающего факта, что ее хозяин был грязным уродом. Нет, она буквально превратилась в камень, с жутким посланием, написанным на стене кровью, и всем остальным. Что по сути, уже являлось кошмаром. И это был момент, когда Драко понял, что его тихий и веселый год только что ушел в канализацию ванной комнаты Плаксы Миртл. Конечно, из-за того, что все всегда могло стать еще хуже, именно так они были пойманы. Одни, на месте преступления, со словами «ТАЙНАЯ КОМНАТА ОТКРЫТА. ВРАГИ НАСЛЕДНИКА, БЕРЕГИТЕСЬ», компрометирующе мелькающими над их головами. - Кошка моя! Моя кошка! - Филч вскрикнул в отчаянии, упав на колени. — Что случилось с миссис Норрис?! - Была лишь доля секунды молчания, прежде чем его глаза уставились на них четверых. — Нет! — тут же сказал Драко, подняв руки. - Я знаю, что вы собираетесь сказать, но это были не мы! — Вы убили ее! — взревел Филч, полностью игнорируя слова Драко. — Я... — Аргус! - Предостерегающий голос Дамблдора прервал смотрителя, когда он приблизился к месту происшествия. Он потратил всего лишь мгновение, чтобы осмотреться, а затем все они оказались вместе с ним в кабинете Локхарта, включая кошачью тушку. Было много споров о том, что именно могло произойти (в основном монолог Локхарта, пока Дамблдор смотрел на кошку так, как будто он пытался читать ее, как книгу, а Снейп и МакГонагалл смотрели на Дамблдора в совершенно такой же манере), и много стенаний Филча. Драко мог бы быть раздражен, если бы не был так напуган общей ситуацией, в которой они оказались. Наконец Дамблдор заговорил, объявив, что миссис Норрис не умерла, но он понятия не имел, как именно она окаменела. Единственное, в чем он был уверен, так это в том, что они четверо этого не сделали. Драко мог бы обнять его. - Он сделал это, он сделал это! — воскликнул Филч, не смиряясь и указывая на Гарри. - Вы видели, что он написал на стене! Он обнаружил… в моем кабинете…. он знает, что я… я… Казалось, что слова с трудом срывались с его губ, но, наконец, он выпалил: - Я сквиб! Драко поднял брови, услышав эту новую информацию, но Гарри уже отвечал: - Я никогда не прикасался к миссис Норрис! — сердито воскликнул он. - И я даже не знаю, что такое сквиб! Чушь! - огрызнулся Филч. - Он видел моё пособие по “Колдовство для чайников”! — Если позволите, директор, — вмешался Снейп и глаза Драко прищурились. Что бы ни сказал по этому поводу его декан, это не могло быть хорошо. И он оказался прав. Снейп продолжил расспрашивать об их местонахождении во время пира и об их намерениях не присоединяться к нему после вечеринки, а пройти в коридор первого этажа к месту преступления. Когда они пытались защитить себя и одновременно скрыть существование голосов в голове Гарри, МакГонагалл встала на их защиту, споря со своим коллегой, пока не вмешалась директор. — Невиновен, пока не доказана вина, Северус, — объявил Дамблдор, и, несмотря на огромный протест со стороны Филча и обещанием, что миссис Норрис будет оживлена зельем, приготовленным из мандрагор профессора Спраута, их отпустили. — Думаете, я должен был рассказать им о том голосе, который услышал? — спросил Гарри в тот момент, когда они оказались вне зоны слышимости. Уизли немедленно запротестовал и на этот раз Драко пришлось согласиться с ним. — Снейп был бы только счастлив объявить тебя безумным и опасным и отправить в больницу Святого Мунго, — пробормотал Драко. - Лучше не давать ему ничего, что заставило бы работать его злобный ум. — Вы ведь верите мне, не так ли? — спросил Гарри, испытующе глядя на них. Уизли и Гермиона тут же поспешили согласиться, но Драко задумался. Он не был уверен, верил ли он в это до сегодняшнего вечера, но звук этого таинственного голоса, ведущего Гарри к окаменевшей кошке, и сообщение, возвещающее, что Тайная комната открыта... — Это не случайно, — произнёс Драко вслух. - Каким бы ни был этот голос, он не просто так завёл тебя во всю эту неразбериху. Гарри вздохнул с облегчением, услышав заявление Драко. - Но о чем была надпись на стене? — спросил он. - «Тайная комната снова открыта»... Что это должно означать? — Вы никогда не слышали легенду о Тайной комнате? — спросил Драко, удивленно взглянув на них. Выражение лица Гарри не выражало ничего, но Уизли нахмурился, как и Гермиона. — Что то припоминаю, — пробормотал Уизли. - Кажется, кто-то однажды рассказал мне историю о тайной комнате в Хогвартсе... может быть Билл... — Кажется, я что-то читала в «Истории Хогвартса», — добавила Гермиона, прикусив губу. — Но я не могу вспомнить. — Ну, это слизеринская легенда, — Драко нахмурился. - У вас она может быть не так известна. — О чем она? — спросил Гарри. — Короче говоря, Салазар Слизерин был ожесточенным и злым ублюдком, — Драко пожал плечами, нахмурившись. - Он хотел, чтобы магглорожденные покинули школу и, когда другие основатели отказались подчиниться, он построил эту комнату, где спрятал опасного монстра и покинул школу, никому не сказав, где она находится. Предполагается, что только его «истинный наследник» сможет открыть её и использовать монстра, чтобы очистить школу от магглорожденных. — Тьфу, — скривился Уизли. - Действительно злобный ублюдок. — Это то, о чём любят поговорить чистокровные элитарии, но я всегда думал, что это просто сказка, — заметил Драко. — Ты же не думаешь, что это на самом деле реально, не так ли? - Уизли нахмурился. - Это похоже на шутку, которую мог затеять кто-то вроде Нотта, чтобы напугать магглорожденных. — Кажется мало вероятным, что гигантский монстр выжил в школе спустя тысячи лет только для того, чтобы быть выпущенным сейчас, — нахмурилась Гермиона. — Но опять же, что-то, должно быть, напало на миссис Норрис... При этих словах среди них воцарилась неловкая тишина, которую нарушил бой часов. — Полночь, — пробормотал Гарри. — Нам лучше лечь спать до того, как придет Снейп и попытается подставить нас за что-то еще. Они согласились и разошлись: Гарри, Гермиона и Уизли поднялись в башню Гриффиндора, а Драко спустился по лестнице в подземелье с тяжелым чувством в груди. В гостиной Слизерина было шумно и оживленно, несмотря на поздний час, настроение у всех было странно приподнятое из-за ночных событий. Было очевидно, что подавляющее большинство учеников его факультета думали, что все это было сказочной шуткой. Он видел, как Нотт оживленно что-то говорил в углу, а Крэбб, Гойл, Паркинсон, Булстроуд и Гринграсс собрались вокруг него, смеясь над его речами. Драко быстро проскользнул в спальню, прежде чем его бы заметили. Единственным человеком, который уже был в постели, был, что неудивительно, Забини. Этот мальчик всегда был тихим и задумчивым и Драко понимал, почему ему не понравился шум в гостиной. Он не заметил его прихода, поэтому Драко быстро переоделся в пижаму и задернул шторы, радуясь тому, что остался наедине со своими мыслями. Он думал о событиях той ночи и обо всех других странных вещах, которые произошли за последние пару месяцев. Домовой эльф появляется в доме родственников Гарри, прося Гарри держаться подальше от школы. Гарри и Уизли не могут попасть на платформу девять и три четверти. Голос, который Гарри слышал уже два раза. Должна была быть какая-то связь со всем этим, верно? Что-то, что объяснило бы, почему это происходит, и кто стоит за всем этим. Драко изо всех сил старался собрать все воедино, но усталость настигла его и вскоре он задремал, так и не приблизившись к разгадке.

***

Следующие пару дней были наполнены различными спекуляциями о Тайной комнате не только со стороны большей части школы, но и (и кого-нибудь это действительно удивило?) особенно со стороны его настырных друзей из Гриффиндора. За то время, что они провели вдали от Драко, им уже удалось запугать профессора Бинса, чтобы он пересказал точную легенду о Тайной комнате, обыскать ванную комнату девочек, примыкающую к месту преступления и быть пойманными старостой - старшим братом Уизли. — Я с нетерпением ждал школьного года, в котором не будет люка и бесценного алхимического вещества, о котором нужно было бы беспокоиться, — с грустью заметил Драко. - И теперь у нас есть легендарная Тайная комната. Гриффиндорцы проигнорировали его, вместо этого продолжив собственный спор о том, кто может быть наследником Слизерина. — Я же говорю тебе, это Нотт! — настаивал Уизли. — Это не Нотт, — Драко закатил глаза. — Откуда ты знаешь? — спросил Уизли, обернувшись и уставившись на него. Он был немного более враждебным после всего этого события с метлами, но обычно Гермиона наступала ему на ногу, когда он становился грубым. Однако сегодня она приподняла бровь, выжидающе глядя на него. — Потому что, — умиротворяюще сказал Драко. - Особенность чистокровных семей в том, что их история хорошо задокументирована. И я могу заверить вас, что если бы семья Нотта имела прямую связь с Салазаром Слизерином, я бы знал, потому что он потребовал бы у нас встать на колени и поклоняться ему. - Разве это не то, что он уже и так делает? — спросил Гарри, скривившись. — Он был бы вдвойне отвратительным, — пообещал Драко. — Уверяю вас, это не он. — Ты бы слышал, как он говорит о Тайной комнате, — сплюнул Уизли, - Рассуждая о том, кого убьют следующим, угрожая Гермионе... — Если ты забыл, я живу с ним в комнате, — проворчал Драко. - Я знаю, как он рассуждает. Хотя он всегда много болтал. Раньше это никогда не приравнивалось к какой-либо реальной власти. — А что, если это он?- Гарри нахмурился, и когда Драко открыл рот, чтобы поспорить, он продолжил: — Нет, правда, Драко, подумай об этом. Эльф пытается не пустить меня в школу? Как мы с Роном не могли пройти через платформу? У кого будет мотив зайти так далеко, чтобы доставить нам неприятности? — Тогда почему со мной ничего не случилось? — возразил Драко. — Нотт ненавидит меня больше, чем тебя! — Возможно, он не осмелится что-либо сделать под носом у твоего отца, — предположила Гермиона. — Кроме того, если бы он хотел изолировать тебя, лучшим способом было бы держать Гарри подальше, не так ли? Драко задумался, нахмурившись. - Возможно, вы правы, — признал он. — Но все же... — Думаю, стоит провести расследование, — объявил Гарри. — И как мы должны расследовать дело Нотта, чтобы он этого не заметил? — потребовал Драко. — Он слизеринец и, как бы мне ни было неприятно это признавать, он не тупой, а вы трое способны на многое, но вы не осторожны. — Возможно, есть способ, — пробормотала Гермиона, сосредоточенно сдвинув брови, и наклонилась к ним поближе, понизив голос, чтобы ее не услышали посторонние. - Конечно, это было бы сложно. И опасно, очень опасно. Я думаю, что мы нарушим около пятидесяти школьных правил. — О, это звучит многообещающе, — невозмутимо произнёс Драко. Гермиона проигнорировала его. - Что нам нужно сделать - это допросить Нотта так, чтобы он не понял, что это мы. — Но это невозможно, — заметил Гарри. - Нет, это не так. Все, что нам понадобится, это Оборотное зелье. Драко недоверчиво посмотрел на неё, прервав Гарри и Уизли, когда они спросили, о чём говорит Гермиона, вместо этого заявив: — Ты в своем уме! Где мы возьмём Оборотное зелье?! — Это зелье, которое превращает тебя в кого-то другого, — объяснила Гермиона Гарри и Уизли, прежде чем повернуться к Драко и сказать: — Конечно, нам придется его сварить. — Сварить? — переспросил Драко. — Гермиона, это зелье уровня тритонов. Нет, больше, чем уровень тритонов, я бы сказал. И это чертовски опасно для нас. — Значит, ты хочешь сказать, что не доверяешь моим способностям? — спросила Гермиона, явно уязвленная. — Я не это имел в виду! - Драко застонал. - Я говорю, что твоя идея непродуманная! — Но мы втроем могли бы обернуться в слизеринцев, и ты мог бы впустить нас в вашу общую гостиную. Было бы так легко расспросить его! — Гермиона, — раздраженно сказал Драко. — Даже если Нотт — наследник Слизерина, неужели ты думаешь, что он будет настолько глуп, чтобы хвастаться этим в гостиной? Это Слизерин, а не Хаффлпафф! Там всё произнесённое в любой момент может быть использовано против тебя самого! — Слышу, слышу, — проворчал Рон. — Ну, у тебя есть идея получше? — угрюмо спросила Гермиона. — Да, — ответил Драко. - Просто оставьте это в покое хотя бы раз в жизни! Профессора сами справятся! — Как они справились с Квиррелом в прошлом году? — уточнил Гарри, явно расстроенный его словами, как и Гермиона. — Ты мог бы заметить, что Квиррел никогда бы не нашел камень, если бы ты не достал его из Зеркала ЕИНАЛЕЖ со своими чистыми намерениями, — мрачно сказал Драко. — И я тебя не виню! — добавил Драко, когда Гарри открыл рот, чтобы возразить. - Это была запутанная ситуация, и мы сделали то, что считали правильным. Но это не значит, что теперь, когда мы стали на год старше, мы не можем извлечь из этого уроки и не действовать столь же опрометчиво! Все трое уставились на него, не впечатленные. - Я уже проиграл битву, не так ли? - Драко вздохнул и в отчаянии заговорил сам с собой. - Вы все равно это сделаете, и мне придется убирать за вами, чтобы вас не поймали. - Это лучше, чем сидеть и ждать, пока произойдут новые нападения! - хмыкнула Гермиона. — Согласен, — подытожил Гарри, кивая. — И как же нам приготовить это зелье? Драко застонал, уткнувшись лицом в ладони и проклиная свою жизнь.